Бремя

Итан нисколько не обиделся, ведь целью его визита, было именно дать возможность принцу немного отдохнуть. Далай достаточно спешно покинул кабинет, а Итан позвал Оливию.

– Оливия!

Девушка, немного смутившись разозленного гвардейца, замешкалась у входа в кабинет.

– Будь добра, разлей чай. – Итан чувствовал себя абсолютно спокойно, что помогло девушке привести свои мысли в порядок. Подав чай, она откланялась и направилась к выходу.

– Как долго вы работаете в данном поместье? Сколько вам лет, Оливия?

– Мне исполнилось тринадцать лет. Я дочь служанки мадам Бриз, и выросла здесь. По достижению девяти лет мать попросила принять меня в качестве горничной. – Речь девушки была проста, но Итан всё равно решил проверить свои домыслы.

– Оливия вы умеете читать?

– Да, сэр. Я умею читать, писать, считать, а также немного говорю на имперском языке. – Оливия поняла, что хочет услышать маркиз.

– Какая у тебя фамилия?

– Сэлит. Оливия Сэлит. – У обычных крестьян и прислуги не может быть фамилий. – Моя мать была родом из разорившегося рода барона Сэлит.

«Предатель!», Итан по натуре хладнокровен, но он не мог этого произнести.

– Вот как… Теперь ты одна?

– Да. – Её голос задрожал. – Сэр, вас ещё что-нибудь интересует?

– Как давно умерла твоя мать, и есть ли у тебя братья и сестры?

«Лишь бы никого не было! Господи, прошу!», мысленно Итан взмолился, но не подал вида обеспокоенности.

– Моя мать покинула этот мир два года назад. Об отце, знаю, что он умер на прошлой войне, я его не знала. Братьев и сестёр я не имею. – Из глаз девушки покатились слезы и голос дрогнул, но она, не опустив головы попросила – Род Сэлит погас. Разрешите покинуть вас на пятнадцать минут?

– Можешь идти.

После поклона девушка покинула кабинет.

– Господи, благодарю тебя!

Развернувшись к окну, Блэк еле сдержал слёзы счастья, что ему не придется убивать невиновных.

Лив рванула по пустому коридору в свою комнату. Она не смогла сдержать свои слезы. Поворачивая за угол, она со всей скорости столкнулась с возвращающимся принцем. Тот не сумел найти Ллира.

– Ты что с ума сошла? Чего так бежишь? Ты призрака увидела?

Девушка, услышав голос Далая, упала на пол и замерла.

«Да как так-то?», пронеслось у неё в голове. «Не могло же всё это произойти в один день?!».

– Сэр Далай, простите меня, за мою прошлую оплошность, а также за это недоразумение! – Оливия доняла взгляд на Далая, слёзы безудержно катились по её щекам.

Парень, конечно, не впервые видел отчаяние на лицах людей, но у него ни малейшего предположения, что могло так её опечалить. «Причиной же не могло послужить то, что произошло на кухне!»

– Ливи, да, что с тобой случилось? – Далай сказал это почти нежно. Он слегка положил ладони на её плечи.

«Меня так давно не называли Ливи!», это немного помогло ей успокоиться.

– Простите, господин, позвольте ненадолго вас покинуть!

– Можешь идти…

Далай помог ей подняться, отступил шаг назад, что бы Оливия смогла спокойно уйти. Его растерянность постепенно сменялась яростью, ведь она бежала от кабинета. «Что мог сделать Итан?». Принц почти ворвался в кабинет и громыхнул за собой дверью.

– Что произошло? – это звучало максимально холодно. Черные как уголь глаза, казалось, пытались пронзить душу Итана.

– Всё не так плохо… Вы знали, что она из семьи Сэлит?

– Кто из них ещё жив?

– Только девчонка.

– Значит, всё действительно не так плохо…

«Предатель Сэлит… получается её дед пытался убить моего отца, когда тот был юн.». Всю жизнь принц не мог определиться как относиться к тому событию. С одной стороны, если бы покушение удалось, страна бы не знала такого упадка и разрушения как сейчас, с другой стороны, Далай бы не получил шанса даже на такую жизнь.

– Хорошо, тогда придётся наливать чай тебе самому…

– Если только Вас это не затруднит, Ваше Высочество.

Принца никогда не угнетала работа, то, что считали унизительным аристократы, Далай расценивал как полезный опыт, он даже в некотором плане получал удовольствие. Не то, что бы принцу нравилось возиться в грязи, но в момент работы он чувствовал себя простым человеком. Ему было безумно стыдно смотреть в глаза простым людям, за то, что страна разорена, за все жизни, которые были отданы в угоду бессмысленной войне его отца… за нищету, голод людей… никакие привилегии аристократии того не стоят! Он искренне верил, что, родившись сыном крестьянина он ещё мог обрести своё счастье. Но не в этой жизни…

Спустя пол часа Оливия вернулась в кабинет в сопровождении Ллира. На лице девушки не было и следа расстройства, лишь небольшое волнение. Ллир же с необъятным запалом желал встречи с другом.

– Доброго вам здравия сэр Итан! Разрешите ли вы мне ненадолго забрать вашего помощника? – легкую улыбку Ллира можно было воспринять как небольшую просьбу.

– Конечно! Далай, можешь ступать!

–Благодарю! – принц поднялся и слегка склонил голову в знак уважения. Он с легкостью покинул кабинет вместе с Ллир, видя, как Оливия в полном спокойствии стоит рядом с Итаном.

–Сэр Итан, простите мне мою грубость, я задержалась.

–Ничего страшного! Пожалуйста принеси мне свежего чая.

И так этот длинный день подошёл к концу.

ГЛАВА 4

Этот день выдался тяжелым для каждого человека в поместье: прислуга утомилась от подготовки к приезду гостей; Итан был выбит из сил бумажной работой; Ллир и Далай не могли перестать болтать до самой ночи, оба рассказывали о прошедшем месяце. Быстрее всех в объятия сна попала Оливия.

А вот ночь Арии и Аластера была самой долгой. Супруги в течении всей ночи готовились к предстоящему фестивалю в честь дня основания королевства. Так же в этот день чествовали королевскую семью, их герб водружали на дома в знак защиты и покровительства короля.

Ночь ушла так же незаметно, как и наступила. Это была прекрасная ночь. Соловьи и цикады сопровождали танец светлячков под лунным светом. Это была светлая, теплая ночь. Одна из тех, о которых постоянно хочется вспоминать, ведь спустившая тьма несла покой…

Первые лучи солнца Далай встретил с мечом в руках. Он ещё не до конца осознавал причину той ярости, которая приходила каждый раз, когда его сознание посещал образ Ливи… её черные волосы и голубые глаза отдаленно напоминали образ старшей сестры, которая любила второго принца, но так как являлась девочкой, её отправили жить уединенно в замке на границе столицы Роза. Символом правящей семьи была роза в пасти черного волка с глазами цвета луны.

Король, выпроваживая принца из столицы, ни разу не упомянул никаких условий, кроме как быть на связи с замком. Переписки в виде докладов один раз в неделю было достаточно. Выдать себя за простолюдина было выбором самого Далая. За пять лет ему ни разу не пришлось объявить свой статус. Он хотел, чтобы так и продолжалось. Но в мире нет ничего вечного.

Закончив тренировку Далай, обнаружил позади себя Ливи с кувшином воды и полотенцем. Их взгляды встретились и были достаточно дружелюбными.

– Спасибо, Ливи.

Поклонившись, она вернулась в здание, и начала свою повседневную работу. Еще два дня пролетели в мгновение ока. Итана посетила чудесная идея, и для её реализации как раз было всё под боком.

– Ваше Высочество, вы хотите остаться в поместье виконта в качестве моего помощника? Мне кажется, это лучше, чем быть под началом Дристана?!

– Я не вижу смысла оставаться здесь постоянно, обременяя виконта, но ты можешь передать мне часть полномочий, чтобы я раз в месяц приезжал на несколько дней для проверки учетных книг.

– Воля Ваша.

Гости поместья покинули виконта как давние друзья, а не проверяющие его имения посланцы короля. Итан с Далаем путешествовали на двух лошадях. Строптивый нрав Вьюги, лошади Далая, был виден невооружённым глазом. Кобыла первым делом начала фыркать, стоило хозяину оседлать её. Вьюга была последним подарком короля второму принцу. Её масть была чем-то средним между снегом и пеплом, что, собственно, и стало причиной выбора короля. Эта лошадь признавала всадником одного только принца, из-за чего работники конюшни издевались над животным. Далай же, в свою очередь, никогда не обижал любимицу.

ГЛАВА 5

Спустя три недели надзиратель «отослал» принца с проверкой в поместье виконта Аластера Бриза. Далай проводил в компании Оливии и Ллира несколько дней и возвращался в расположение гвардейских казарм.

Так прошло пять лет с момента назначения Далая в качестве помощника проверяющего.

Ллир готовился к церемонии своего совершеннолетия, которая должна была состояться вместе с остальными дебютантами в замке короля в столице Роза. Ежегодный бал, проходящий в день зимнего солнцестояния, назывался «Вальс Ночи». На этот бал приглашались все дебютанты знати и аристократии. Ллир Бриз является приемником виконта Аластера Бриза, и был обязан посетить это мероприятие впервые по достижению совершеннолетия, что наступает у мужчин в двадцать два, а у молодых леди в восемнадцать.

– Тебе пришло приглашение с королевской печатью. Полагаю, это касается предстоящего «Вальса Ночи». Ллир, я надеюсь ты осознаешь цель визита в королевский дворец?! – Аластер немного напряженно протянул последние слова.

Ллиру было уже двадцать один, и осенью он встретит свое совершеннолетие. За это время взбалмошный юнец превратился в степенного молодого мужчину. Живые эмоции безупречно сочетались с ясным умом Ллира.

– Конечно, отец! Я должен представиться королю, познакомиться с наследником престола, а также по возможности встретить женщину своей мечты! – Ллир произнес эти слова максимально отрешённо. – Помимо основной задачи, я ещё должен познакомится со всеми возможными аристократами нашего королевства во имя процветания нашего рода и нашего дела…

Не успев договорить, молодой господин получил по шее от отца. С тем же невозмутимым видом Ллир продолжил:

– Конечно, я не опозорю тебя отец. Просто мне невыносимо, повторять это каждый день. Ты спрашиваешь одно и тоже уже две недели… а ведь до бала аж целых полгода!

– Не паясничай! Хоть мы простой дом виконтов, но моё имя уважают. Я не хочу сватать тебя с девушкой, которую ты даже не будешь знать! Так что, сделай себе одолжение, и выбери себе спутницу на предстоящем балу. Там будет действительно много хороших партий! Тебе однозначно пора жениться!

– В чём такая необходимость? Ты ещё молод и здоров! Мне нет необходимости жениться именно в этом году!

– А ты всё ждешь, что я состарюсь? Я хочу увидеть внуков! Я хочу увидеть какие дьяволята родятся у моего отпрыска! Я хочу увидеть, как они мстят тебе за своего деда, который так выстрадал, пока остепенил своего бунтующего сына!!!

– В таком случае я могу просто жениться на Ливи!

У горничной, стоявшей недалеко от молодого господина, невольно открылся рот от такого высказывания. В гостиной повисла тишина. Глаза Аластера заблестели толи в желании ударить непутёвого сына, толи принять яду…

– Оливия, сколько тебе лет!?

– Восемнадцать, господин. – она еле смогла поверить своим ушам…

– Вот видишь, отец как раз Ливи уже совершеннолетняя!

Аластер не выдержал и всё же дал сыну по шее во второй раз. Причём сделал это с такой искренностью, и приложил, наверное, всю свою любовь. После такого посыла чувств виконту явно полегчало, и его тон стал тише.

– У тебя вообще голова отказала? Быстро извинился!

Потирая шею, Ллир наконец выпрямился и сказал с искренним раскаянием:

– Прости, Ливи, я не должен был впутывать тебя в этот разговор.

– Всё в порядке, молодой господин. – Эти слова Ливи произнесла от души, но всё же в них была и нотка грусти.

Ллир ёжился каждый раз, когда Оливия говорила с ним настолько формально. Оставаясь наедине, они общались между собой открыто по-дружески, и казалось почти наравне. Тоже самое они чувствовали и к Далаю. Отношения трёх друзей небыли ни для кого секретом, и даже глава дома не имел ничего против. Но в данных обстоятельствах Ллир сумел задеть чувства Оливии. Ведь обычная прислуга не могла рассчитывать на брак с представителем аристократии. Но у потомка «Предателя» всё было ещё хуже. Она имела полное право выйти за сына виконта, являясь потомком барона. Но в этом случае, их семья будет подвергнута опасности, даже когда она примет фамилию мужа, так как всегда будет под пристальным взором разведки короля. Самым хорошим выходом для Ливи было бы выйти за простого рабочего или крестьянина, чтобы полностью стереть память о своём роде. А предложение, сделанное другом, который знает её положение звучало как издёвка. Разговор закончился примирением между отцом и сыном.

Ллир и Оливия ожидали Далая у ворот под тенью клёна. Далай должен приехать на Вьюге, а Ллир подготовил себе кобылу с кличкой Туча. Завтра должен быть особенный день, друзья договорились встретиться для празднования Дня королевства на фестивале. Отложив все дела, они сбегут из поместья. Это было явно необходимо!

Лив, стояла в повседневном платье. Оно было простого кроя, но не могло скрыть той цветущей красоты девушки, которая с каждым днём становилась всё отчётливее. Распущенные черные волосы темными волнами спускались до талии, а лицо, которое уже принадлежало молодой женщине, а не ребенку пленяло голубыми глазами и манящей улыбкой. Она была красива и умна. Обладала обаянием на ровне с юмором. Не прочь подшутить над собой и друзьями, но больше не повторяя прошлых ошибок.

Взгляд Ллира окутывал Лив с теплотой и заботой. Он и правда любил её, но только как сестру. Он от всей души желал, чтобы лучший друг-гвардеец в следующем году встретив своё совершеннолетие предложил его названной сестрёнке создать семью. Ллир думал об их счастье как о собственном. Он с легкостью представлял, как будут праздновать рождение их первенца. Он мечтал, что Далай сделает Оливию счастливой, подарит ей собственный дом, обеспечит ей небольшой собственный мир, который она будет с трепетом защищать. Искренне и нежно ждал, когда Далаю исполниться двадцать и эти двое вступят в отношения.

Вьюга доставила Далая прямиком к друзьям. Принц, окинув взглядом Ливи осознал, что не может сдерживать свои мысли и решил переключиться на друга. Его поведение было несложно прочесть даже ребенку. Однако Ливи упорно не замечала смущение Далая. Она немного ревновала Далая к Ллир. Второй принц давно занимал главное место в сердце девушки. Ливи не могла совладать со своими желаниями, которые заставляли её краснеть всякий раз, когда видит Далая.

– Ливи поедешь со мной или Ллиром? – в голосе Далая звучала надежда, он, конечно, хотел иметь возможность обнимать девушку своими руками на протяжении долгих полчаса езды к портовому городку.

– Я предпочту Вьюгу! – она немного смутилась, а Далай победно улыбнулся в сторону Ллира.

– Значит я доберусь первым и зажгу фонарь без вас! – Ллир был счастлив оставить этих двоих позади, дав немного времени побыть без надзора.

Далай помог Ливи вскарабкаться на лошадь, та максимально терпимо относилась к дополнительному багажу. Обняв Ливи за талию, гвардеец одернул поводья, наставляя кобылу к галопу.

Крепко прислонившись к молодому мужчине, девушка поддалась соблазну и ответно обняла всадника. Далай почувствовав руки Ливи на своей пояснице, пытался охладить свой пыл, но это никак не удавалось сделать.

Добравшись до городка и оставив лошадей, друзья пошли в сторону площади, где играли незатейливые мелодии уличные музыканты. Ливи потянула Далая за собой, показывая настойчивые намерения станцевать. Гвардеец полный решимости отказывался, пока Ллир не принес три бокала вина. После их распития, друзья всецело отдались музыке. Ллир пригласил рядом стоящую одинокую девушку. Далай, же уверенно вёл Ливи за собой в танце.

Она держалась за сильные плеча Далая, его руки обвивали тонкую талию и придерживали шею девушки при выпадах партнера. Затуманенный разум подводил обоих, но движения казались на удивление элегантными. Девушка пыталась проникнуть в поглощающую темноту его глаз, а Далай всё больше сходил с ума от ниспадающих локонов девушки, которые как сети пленяли его сознание. Их тела разгорячились до состояния, полностью отличающегося от трезвости. Удалившись от центра площади под звуки песен и заводных мелодий, Далай увёл девушку вглубь темного переулка. Оказавшись в узком проёме между двух лавок, не совладая с чувствами девушка прислонилась к Далаю, а тот, в ответ на такую близость поцеловал её в щёки. Слегка хмельной взгляд Оливии не выражал ни капли протеста, она поднялась на носочки, и их губы соприкоснулись. Через мгновение дамба самообладания гвардейца пала, его захлестнули чувства вожделения, собственности, он желал ее всей душой. В этот момент не было важно, кто он, принц, гвардеец, друг… сейчас он просто был мужчиной, страстно желающим заполучить свою девушку.

Сжав её в своих объятиях, Далай нежно и с небольшим мучением смог сказать лишь её имя. «Ливи…», именно этого он сейчас жаждал, именно её запах сейчас сводил с ума. Она одномоментно стала его блаженством и палачом.

Ллир давно потеряв друзей из виду не стал переживать. Он понимал, что Далай, тот кто сможет принести в жизнь Лив только счастье… он беззаботно танцевал, пел и чувствовал, как постепенно вино выветривается из сознания. Его зрение начало обостряться лишь для того, чтобы встретить первые лучи восходящего солнца.

В тоже время Далай увидел первые спасательные лучи после прошедшей ночи. Он встречал новый день лёжа на траве в объятиях Ливи. Она лежала на груди парня. Обнимая грудь и ровно дышала. Утренний прохладный бриз пробуждал природу прибрежной линии Колты. Уже было время возвращаться, но блаженные моменты не позволяли Далаю разбудить Ливи.

Она открыла глаза, и оглядевшись не поняла, где находиться, начала подступать легкая тревога. Вспоминая событие прошедшей ночи, Ливи немного смутилась, подумав о поцелуе на площади.

После страстных соприкосновений они решили удалиться подальше от фестиваля. Обременив ночной поездкой Вьюгу, они с отрезвляющим ветерком добрались до дикого берега Колты, который был обособлен от культурной береговой линии, где изредка рыбачили и купались дети рабочих.

Оставшись под звёздным небом только вдвоём, им казалось, что все недомолвки были понятны и приняты сами собой. Эти двое чувствовали, что любят и обоюдно любимы. Их ничего не тревожило, ни одна из проблем, терзающих ежедневно души Ливи и Далая… Сейчас для них исчезло абсолютно всё! В этом мире существовали только эти двое и звёзды.

–Я люблю тебя, Ливи!

– Я люблю тебя, Дал!

Это были единственные слова, слетевшие с уст, влюблённых в ту ночь. Обнявшись, они любовались на звездный небосвод. Тотальную тишину нарушали лишь изредка шумящие волны Синего океана. Дал не мог позволить себе даже поцеловать Ливи, для него было достаточно того, что она рядом, она его понимает, она чувствует тоже самое, она рядом… это всё, чего он хотел. Он хотел, чтобы эта ночь не кончалась…

Ливи уснула лишь незадолго до рассвета. Дал же не смог сомкнуть глаз, желая как можно дольше пробыть с Ливи вдвоём.

Далай, решивший притвориться спящим, чтобы хоть ненадолго задержать ее рядом с собой, лежал с закрытыми глазами. Ливи, конечно, заметила подвох. Высвободившись из объятий, она оставила всё как есть и подошла умыться к морю.

Она вернулась и обнаружила Далая в той же позе в которой она его оставила. Решив, что нечестно играть на доверчивости слабой девушки, она решила поступить равносильно коварно.

Ливи склонилась над лицом Дала, и подождав, пока тот расплывётся в улыбке от прикосновения её волос, поцеловала его в губы.

Наследник неожидающий такой подлости, подскочил, как будто его обдали кипяченной водой. Оливия расхохоталась, и слилась на песок хватаясь за живот.

– Так не честно! – практически оп детски, возразил Далай.

Ливи не стала отвечать, лишь махнула в сторону Вьюги, напоминая, как долго они отсутствовали в поместье.

Именно так и прошла ночь фестиваля у трёх молодых судеб.

По возвращению к Итану, Дал был встречен упрёком граничащим с призрением. Надзиратель не мог успокоиться и пользуясь хорошими отношениями с принцем смог открыто высказать своё негодование:

– Ваше Высочество, вы пропали на сутки, не предупредив. А после вашего рассказа, я ещё в большем замешательстве! Как вы можете так поступать с Оливией?!

– Успокойся, это был просто поцелуй!

Услышав такой ответ, рыцарь казалось впал в отчаяние, ведь они с принцем говорили о разных вещах…

– … Ваше Высочество, вы же знаете кто она! Вам никто не позволит быть с ней! Даже если вы её любите, у вас нет совместного будущего. Лив искренняя девушка, в расцвете своей юности. Что вы собираетесь делать дальше? Как вы сможете посмотреть ей в глаза, когда окажется, что вы принц? Как вы ей объясните, что просто играли с её чувствами!?

– Я… с ней не играю… но и не могу отказаться от неё.

– Сейчас между вами ничего нет! Не позвольте случиться глупости! Этим вы только создадите много проблем для Оливии, заставите её страдать. Остановитесь… пока не стало поздно.

– Итан, давай займемся делами… и я тебя услышал. Спасибо.

По окончанию этого разговора, тема отношений с Оливией больше не поднималась. К сожалению, сохранившиеся опасения Итана были небеспочвенные. Принц не упускал момента оказаться в поместье, хоть и уверял, что даже не разговаривал с Ливи. В конце концов надзиратель упорно упускал эту информацию в отчётах королю.

ГЛАВА 6

Время неумолимо бежало, оставляя за собой в памяти людей лишь скромные мгновения. Лето сменилось осенью, а та в свою очередь зимой. Жизнь Итана за прошедшие четыре месяца значительно изменилась. Сразу после фестиваля, король вызвал Блэка в столицу для принятия титула маркиза в связи со смертью отца. Итан приняв дела отца уже не смог быть рядом со вторым принцем, но прощались они ненадолго. Замаскированный гвардеец проводил своего друга с улыбкой и тяжестью на сердце.

Из письма Далай узнал, что Итан женился на прекрасной женщине. Это была младшая дочь герцога Томаса Слота, Мэри, которой восемнадцать. Их отношения складывались как нельзя лучше. Сэр Блэк переживал за Далая, так как знал о привязанности принца к горничной, и в очередной раз напомнил о невозможности такого рода отношений в письме. По своему обычаю гвардеец пытался не обращать внимание на это, но здравый смысл продолжал соглашаться с Итаном. Противоречащие чувства боролись в принце, и чем дальше, тем жестче шло противостояние.

«Но как я могу отказаться от неё?» … его душа не могла успокоится, в голове не отступала мысль о том, насколько несправедлива эта ситуация к Ливи.

Лишь влюбленные не чувствовали скоротечности времени. Они томились в ожидании встречи… Дал старался как можно чаще посещать поместье виконта. Любой предлог казался шансом увидеть Оливию хотя бы на короткое мгновение. Но лишь увидев, сразу бежал к Ллиру, помогать с бумагами.

Девушка с трепетом ждала прибытия своего любимого. Но она никак не могла понять, почему Дал начал её избегать. По виду он не был смущен. После фестиваля она всё также хотела общаться с друзьями, но их пути, по-видимому, всё больше расходились. Если с Ллиром для Оливии было всё понятно, отношения с Далаем становились всё запутаннее.

Молодой господин Ллир постоянно пропадал в кабинете, занимаясь делами виконта. Аластер передал управление владений своему сыну, так как уже было отправлено письмо королю о просьбе досрочного вступления его сына в права виконта.

Бал по случаю дебюта молодого поколения должен был состояться менее чем через четыре недели. Ллир отправился первым в столицу, попрощавшись ненадолго с друзьями. Далай перестал приходить в поместье, сразу после отъезда лучшего друга. Оливия осталась одна… совсем одна… она не могла не думать о том, что ее дебют тоже мог бы состояться во дворце, где возможно у нее появился бы шанс познакомиться со своим суженым. Замужество… это слово вызывало у молодой девушки одновременно мечтания и бесконечный ужас. Она не видела никаких препятствий для совместной жизни с Далаем, однако было даже сложно представить, что кому-то еще придется открыть свою душу, волнения и переживания. Последнее время ее переполняла грусть, а после исчезновения из поля зрения Далая и отъезда Ллира, это ощущение перерастало в отчаяние.

Обыденный день для Оливии начинался рано на рассвете с помощи в готовке на кухне. После приготовлений и завтрака хозяев поместья, горничная могла также принять пищу. Уборка, стирка, мытье посуды, приготовления к приветствию гостей, уход за садом, библиотекой, оранжереей, все это было заботой прислуги, которой насчитывалось тридцать человек (включая дворецкого и конюха). Рабочие проживали в поместье вместе со своими семьями, и в общей численности особняк населяло семьдесят человек, всего четверо из которых были хозяева. Благодаря такому числу жителей, дом виконта всегда был наполнен жизнью, людьми и детским смехом.