- -
- 100%
- +
Глава
Пролог:Сейчас мы тебя подключим
Лиссабон, 1580 год.
— Отныне испанцы будут властвовать здесь. Ну же, придворные, где вы? — Алан вошёл в город, пытаясь привлечь жителей на сторону зла. Его голос звенел над площадью, но люди молчали, опустив глаза.
— Не хотите по-хорошему? — спросил он с улыбкой, обнажив ровные белые зубы. Демон в облике юноши, он был красив той пугающей красотой, что заставляет отвести взгляд. Он приказал слугам достать сверкающие мечи и взять каждого в плен. Пытать до тех пор, пока они не примкнут к тамплиерам.
Но тут из ниоткуда в спину ближайшему стражнику вонзился клинок. Стражник пал замертво, даже не вскрикнув. Затем послышались новые крики, и из тени вышел Он.
Чёрный плащ, клюв капюшона, сбоку пояс с метательными ножами. И глаза, которые видели слишком много смертей, чтобы бояться ещё одной.
— Ты искал придворного? — голос ассасина звучал, как скрежет камня. — Я им могу быть.
— А-а-а, Феликс... — Алан покачал головой. — Ну и как тебе быть ассасином? Почему бы не вступить на нашу тропу? Ты скоро сам станешь одним из нас. Испания поглотит Португалию — ты и глазом не успеешь моргнуть.
Он заговаривал врагов. Это было его оружием — слова, гуще патоки и острее кинжала. А за спиной Феликса уже смыкались рыцари. Десять. Двадцать. Все с мечами наголо.
— Я не буду убивать свой народ, — Феликс не повысил голос. — Даже если и встану на эту сторону,не подниму меч на беззащитного.
— Ты такой упёртый, даже с другом… — В голосе Алана прозвучало… разочарование? Но он быстро взял себя в руки. — И ты даже не боишься? У тебя только один клинок.
Феликс не дрогнул.
— УБЕЙТЕ ЕГО! — закричал Алан и, сверкая пятками, побежал.
Началась битва. Один против рыцарей. Феликс долго учился этим навыкам у матери. Поговаривали, что она была дочерью самого Эцио Аудиторе. Доспехи звенели, рыцари падали. Ассасин получал удары, но каждый раз вставал.
Когда заварушка закончилась, он побежал по крышам — выследить след предателя.
Алан скрывался в переулке.
— Ха! Я всегда буду лучшим воином. И плевать на потери своих солдат.
Ассасин сделал прыжок.
— Чёрт, что за бредятину я только что видел?
Феликс проснулся в реальном мире.
Он сидел на кровати, тяжело дыша, и сжимал в руке блокнот , куда записывал сны. Потом перевёл взгляд на часы.
— Твою ж танковую дивизию... Семь пятьдесят девять. Я опаздываю!
Он вскочил, на ходу надевая любимую клетчатую рубашку и галстук, кое-как причесался, почистил клыки и побежал куда глаза глядят.
Феликс учился в Волшебной школе. Она находилась в параллельном мире, и его верными друзьями были горгулья Кира, оборотень Джон и Рита — девушка из мира людей, которую однажды чуть не стёрли с лица земли, пытаясь вернуть домой. Теперь она отдыхала на каникулах в параллельности.
Войдя в школу, Феликс обнаружил, что друзей ещё нет. Уроки начинались в девять, у них был запасной час для прогулки, но для юного вампира, того самого, которому предстояло стать предком ассасинов, боровшихся за независимость Португалии, опаздывать было нельзя.
На ходу он перечитывал записи об Алане, о тамплиерах, о Португалии. Но зрение подвело: он не заметил ступеньки, споткнулся и упал, выронив блокнот.
Сам герой не пострадал. А вот блокнот полетел прямо под ноги Милании.
Задире, прикрывавшейся кошкой. Многие в школе её недолюбливали. Единственная, кто согласился быть с ней Мида, дочка Медузы Горгоны, теперь была марионеткой. Причин могло быть много: шантаж, вербовка, долг. Истина всегда остаётся в тени.
— Ой, Феликс, я смотрю, ты решил писать книги! — голос её был коктейлем из ядовитого сарказма и фальшивого сочувствия. Она листала страницы и делала вид, что поражена. Мида молчала, изображая солидарность. Жалкое зрелище.
— Мила, отдай блокнот, — в голосе Феликса прозвучал гнев. Такой, словно девчонка украла все его пароли, включая аккаунт в «Фэнбуке» — местной соцсети, аналог которой в мире людей (откуда была родом Рита) был заблокирован.
— А давай поиграем в собачку? — Милания оскалилась. — Чур, ты — вода.
Девочки начали перекидывать блокнот, как мячик. Феликс метался, пытаясь поймать. Унижение длилось пять минут. Пять минут, которые показались вечностью,но дикий смех оборвал взрыв.
Граната с краской. Мгновенно Милания превратилась из стереотипной школьной стервы в истеричку. Её идеальная причёска стала чернильно-синей.
— А-а-а! Что за чёрт?! — она визжала так, будто её ограбили и заперли в подсобке. — МОЯ ПРИЧЁСКА! Мида, пошли отсюда!
Она схватила подругу и утащила в туалет.
— Блокнот вернула, выдра! — крикнул Феликс.
Она кинула блокнот ему в лицо — благо без маслин.
— Да подавись!-крикнула вслед неадекватная
— Эй, Филя, амиго! — раздался голос Джона, лучшего друга-оборотня. Он шёл с Кирой, своей девушкой. — Клёво мы эту дурочку облили. Трёхочковый бросок, войдёт в её био как самая модная причёска.
Джон был оборотнем, но знал испанский, любил литературу, из-за чего его дразнили «книжным червём». У него была библиотека: не только с книгами из его мира, но и несколько про Чернобыль. Оборотень, читающий про ядерную катастрофу — забавно. Любимых писателей у Джона было четверо: два Стивена: Кинг и Хоккинг, а также Сергей Недоруб и Гоголь. Феликса он называл Филей, по-дружески. А Кира — его девушка, они уже четыре месяца вместе, любила конный спорт и была старостой.
— Трёхочковый? — Кира усмехнулась. — Не смеши, родной. Мы просто кинули гранату из-за угла.
Она взяла блокнот Феликса, прочитала несколько строк и нахмурилась.
— Феликс… ты это серьёзно? Ассасины? Тамплиеры? — она переглянулась с Джоном.
— Мне это приснилось, — начал оправдываться вампир. — Как будто у меня был предок. Какой-то Алан…
— Если хочешь выложить на Фэнбуке для своих 400 подписчиков, —в голосе Киры было недоумение к страницам произведения,которое сплясал злобный гений — то вряд ли они оценят. Писатель в этой школе — Джон. А ты, друг мой, скорее воин, чем поэт.
— Hermano, — Джон перешёл на испанский, когда прозвенел звонок, — пойдём. Эта сумасшедшая химичка нас matará para que no quede lugar mojado. Даже Кира не спасёт.
— Что он сказал? — Феликс повернулся к подруге.
— В мягком переводе — она сделает выговор нам, — ответила Кира. — В жёстком, лучше не знай.
Прозвенел звонок. Они побежали на урок.
Уроки пролетели мгновенно. Ребята обсуждали магию, учились заклинаниям. Но мысль об ассасине и Алане не отпускала Феликса. Он думал, что будет сражаться с героем игры Alan Wake, которую подарила ему Рита. И почему Португалия? Он хотел поехать отдыхать? Или просто решил изучить историю этой страны? Чёрт его знает.
После уроков была традиция — столовая. Кира брала суп с тефтельками и чай с эклером. Джон и Феликс заправлялись шаурмой и залпом запивали колой. И не толстели. Кира следила за фигурой, ненавидела фастфуд и не понимала, как они это делают.
Они обсуждали планы. Джон мечтал о Чернобыле, здоровья ему. Кира о медиапространстве и о том, чтобы заскочить к Рите в гости. А Феликс вдруг увидел в конце коридора фигуру. Человек в чёрном плаще, с броней на груди, с подсумками. На капюшоне — знак. Тот самый. Знак ассасинов.
Из левой руки незнакомца выскочил скрытый клинок. Со скоростью ракеты он метнулся вперёд и исчез.
Феликс рванул из-за стола, выронив шаурму и опрокинув пепси. Он бежал за силуэтом, сбивая всех на пути, снова задел Миланию,которая только что отмылась, вылетел в спортзал. Никого. Шведская стенка, окно, прыжок.
Феликс выбежал на улицу. Иллюзия скрылась в толпе. Он нёсся за ней, крича: «Вы кто?!» пока не врезался в Риту. Они стукнулись головами и рухнули на землю.
— Фил, ты нормальный? — начала было она, но заметила рисунок того воина в блокноте. Её лицо изменилось. — Где ты это нашёл?
— Мне приснилось, — ответил Феликс. — Они тебе нужны?
— Да. Кажется, я знаю эти знаки. — Рита посмотрела на него серьёзно. — Зови Джона и Киру. Через два часа приходите ко мне.
Через два часа все собрались в комнате Риты. За её спиной было что-то накрыто тряпкой.
— Друзья, я с Асей и Никой, используя чертежи и записи из блокнота Феликса, сделала это.
Она сдёрнула тряпку. Перед ними стоял аппарат: ноутбук, сенсоры, провода, похожие на ЭЭГ.
— Феликс, садись сюда.
— Mi madre beaver, — выдохнул Джон. — Подруга, просвети, что это за шайтан-машина?
— Анимус, — ответила Рита. — Мой отец работал в «Абстерго» над Агиларом. Я, как дочка, попросила его для опытов. У Феликса есть предок, его полный тёзка, Феликс Диего, ассасин, который боролся за народ Португалии. Его мать была дочерью Эцио Аудиторе и обучила его навыкам, отец хранил библиотеку о Кредо. И этот ассасин — точная копия нашего Феликса.
— А можно вопрос? — спросил он. — Что это за линия? И я правда стану ассасином, или это просто виртуальная реальность?
— Ты отключишься на время — что-то вроде стазиса. На экране будет виден твой предок, мы будем наблюдать через приборы и ноутбук. За здоровье не бойся: вампиры вряд ли могут отключиться навсегда.
— Я за шаурмой, mis amigos, — сказал Джон, направляясь к выходу. — Кира, тебе брать?
— Возьми мне лучше солёный попкорн, — ответила Кира.
— И сколько мы так будем? — спросил Феликс с волнением.
— Десять синхронизаций, с 1545 по 1581 год. Думаю, недели две, после уроков. Сейчас поднастрою немного. — Лицо Риты было уверенным.
— Знай, Кир, если я не вернусь… — начал Феликс.
— Давай без этого, — перебила она.
Кнопка была нажата. Глаза Феликса начали закрываться. На экране ноутбука появилась загрузочная строка, затем мерцание. И мир вокруг пошёл рябью, как поверхность воды перед бурей.
Синхронизация 1:Рождение новой легенды
Загрузка завершена.
Объект: Феликс Диего
Годы жизни: 1545–1581
Страна: Португалия
Потомок загружен в Анимус. Производится показ предка.
Лиссабон. 1537 год
Этот город в ту пору уже был столицей Португальского королевства. Город дышал морем, торговлей и заговорами. Тогда люди ещё не знали, что однажды в нём поселится незнакомка в длинном плаще и красном платье.
Ходили слухи: она — дочь самого Эцио Аудиторе, бойца за свободу Италии. Ещё в юном возрасте её взяла под крыло ассасин из династии Шао Цзюнь. Обученная и закалённая, она решила обосноваться в Португалии.
База данных Анимуса хранила упоминание: 1511 год. Тогда ассасины выиграли битву, изгнав всех врагов до последнего. Но история, такая вещь: рано или поздно любое событие повторяется, пусть и в другом обличье. Испанцы набрались опыта и решили завоевать соседнюю землю. Король, жаждущий новых территорий, тайно начал войну. Убийства, беспорядки на улицах стражники пытались навести порядок, но против тамплиеров они были бессильны. Португальское кредо ассасинов практически стёрли с лица земли.
Все гадали: куда они делись? И правда ли, что та загадочная девушк, поможет спасти португальских убийц, которые верили: «Ничто не истинно — всё дозволено»?
К тому времени воинов Света оставалось всего пятеро. Они скрывались под разными масками: торговцы, кузнецы, библиотекари.
Однако в одной городской библиотеке укрылся Карл Диего, тоже ассасин, но мечтательный. Работая с книгами, давая томики Франсишку де Са де Миранды и других писателей, он даже писал свою драму. В те времена драма была любимым жанром.
В один день в его библиотеку зашла незнакомка в платье.
— Что хотите почитать? — спросил он по стандарту.
— У вас есть книга «Собрание сочинений Эцио Аудиторе»? — ответила она без эмоций.
Она сняла капюшон. Миру явились чёрные волосы. А затем она обнажила скрытый клинок. Паренек тоже вытащил оружие в целях самообороны. Но их руки соприкоснулись.
— За последние пять лет я не видел, чтобы ко мне заглядывал ассасин, — ответил библиотекарь, и в голосе его прозвучал холодный пот.
— Я думала, Португалия осталась без защитников, — она медленно опустила клинок, но в её голосе была капля уверенности: она не одна в этой стране.
Писатель и хранитель библиотеки, где хранилось собрание сочинений Эцио, и дочь, скрывавшая своё имя, вдруг взялись за руки. В их взглядах было нечто похожее на любовь.
1545 год
Они жили в радости и в горе, любили друг друга, боролись за то, чтобы Португалия жила и процветала. Даже заключили брак. И однажды, после работы с книжками, Карл обнаружил её с младенцем на руках. Ребёнок был завёрнут в ткань и издавал тихие звуки.
— У нас пополнение? — спросил он осторожно. Вдруг это не его? Вдруг мама просто нагулялась?
— Феликс Диего, — с улыбкой на лице сказала мать. — Весь в отца.
Феликс, будущий ассасин, был копией отца. Характером он тоже пошёл в папу, спокойный, но нежный. Родители решили растить из него воина. Мать учила искусству владения клинком не только для боя, но и чтобы защищать слабых и дам. Таких матерей жалко, что в реальности нет: а то сыновья не могут даже грушу побить.
В пять лет Феликс уже знал грамоту, отец обучил. На вопрос «кто такие ассасины?» папа отвечал: «Мифы». В пятнадцать лет Феликс нашёл друга под маской, за которой скрывалось чудовище. Пять лет дружбы были променяны на предательство.
Этим днём.
1565 год
— Алан, я сам не могу поверить — мы нашли заброшенную усадьбу! — восторженно говорил Феликс.
— Да-да, я тоже рад, — Алан изображал радость. Но это был его план.
— Ты хоть следишь на шухере?
Они вошли. А за ними рыцари с крестами и бело-красным крестовым флагом. Испанцы. С бумагами ассасинов. Тамплиеры.
Они окружили Феликса.
— Готово, — один из рыцарей протянул Алану свиток.
— Что это значит, Алан? — голос Феликса дрогнул.
— Прости, друг. Ты стал скучным. Да и к тому же — Алан отошёл на шаг. — УБЕЙТЕ ЕГО!
Алан побежал прочь. Феликс получил удар по голове и отключился. Сквозь тьму он слышал звон клинков, крики, проклятия.
Через десять минут он очнулся. И увидел отца. Тот держал на руках окровавленное тело матери.
— Пап только не говори, что — Феликс не мог вымолвить страшное слово.
— Сынок, она мертва.
Эти слова заставили его упасть на колени посреди трупов тамплиеров.
— НЕЕЕЕЕТ!
Крик разнёсся по пустым коридорам усадьбы. Потеря близкого человека стала для него трагедией.
Два часа спустя.
Феликс стоял на крыше и смотрел на город. В его голове не укладывалось: потеря близкого человека, предательство друга и только одно в голове - спрыгнуть.
— Сынок, — отец подошёл безэмоционально. — Мне нужно сказать тебе правду. Всё это время мы скрывали от тебя.
Он повёл Феликса в библиотеку. Нажал на книгу открылась потайная дверь. По пути он рассказывал всё: ассасины, тамплиеры, борьба. Феликс смотрел и думал только одно: «Мои родители — борцы за свободу».
Они дошли до костюма.
— Мы врали тебе, чтобы ты был обычным человеком, — сказал отец. — Я думал, тамплиеры отступили. Ошибался. Поэтому я ждал этого момента. Оденься.
Феликс надел Черно-голубой плащ, броню, наплечники, подсумки. На капюшоне красовался знак лидера Португальского кредо.
— Отныне ты — Феликс Диего. Лидер португальских ассасинов. Ты должен остановить вторжение тамплиеров и Испании. Мы с твоей матерью и остальными придерживались этого мнения. Ассасинов стало мало. Вся надежда — на тебя, сынок.
Отец протянул ему скрытый клинок.
Феликс принял его. Лезвие выскользнуло с тихим щелчком.
— Я клянусь подчиняться Кредо и возродить орден, — произнёс он.
— Мой сын.
Синхронизация завершена.
Вы заслужили достижение — «Новая история».
***
— Твою ж налево — обеспокоенно сказала Рита.
Феликса трясло. Давление подскочило, зрачки закатились вверх. Троица замерла в ужасе. Вдруг юный вампир отправится на небеса и больше не будет того, кто ведёт паблик и радует всех своими заметками?
— Рит, с ним всё будет хорошо? — горгулья была на пределе. А это плохой знак: когда горгулья волнуется — начинается хаос.
— Если мы ничего не предпримем, то и меня не станет, — сказала Рита, бегая глазами в поисках плана. Жалко терять друга. Жалко терять Анимус, доставшийся от отца. — Джон, попробуешь его оживить?
— Может, мне ещё дыхание в рот ему вдувать? — брезгливо ответил оборотень. — Я, как бы, встречаюсь с Кирой.
— Да ёлки, Джон, не до твоих шуток! У нас друг умирает!!! — Кира уже кричала, не сдерживая слёз.
— Есть идея, — Рита взяла себя в руки. — Держите его за плечи.
Операция «Воскрешение мертвых» началась. Рита достала шприц из небольшой коробки с надписью: «Если что-то пойдёт не так». Отец предупреждал: при первом погружении в Анимус может случиться сбой. Шприц — обезболивающее и стабилизатор.
— ¿Estás completamente destrozada, Рита? — Джон вскинул брови. — Ты хочешь, чтобы его сердце сказало «до свидания»?
— Сейчас или никогда, — уверенно сказала Рита и вколола шприц.
Спазм прошёл. Феликс глубоко вздохнул, и мир в его глазах вернулся. Он тяжело дышал, глядя на друзей, у которых на лицах было написано: «Живой». Но вместо благодарности он просто встал и направился к двери. Молча.
— Филя, амиго, ты куда? — спросил Джон, обеспокоенный.
— Подальше от этой недоучки, — яростно ответил Феликс.
— Фел, послушай, я ошиблась в расчётах. В следующий раз такого — Рита мялась, как школьница у доски, забывшая стихотворение.
— Следующего раза не будет, Рита. Мне хватило и этого. И ко мне не подходи.
Он хлопнул дверью.
— Ну и что в итоге? — спросил Джон.
Рита полезла в телефон, написать ему, объяснить. Но не смогла.
— Не могу написать ему в Фэнбуке, — отчаянно сказала она, показывая экран. На профиле Феликса горела надпись: «Вы не можете зайти в его профиль, так как вы у него в списке недружелюбленных». То же самое было в его паблике «Заметки юного вампира»: «Паблик для вас заблокирован. Причина: владелец внёс вас в список недружественных».
— У меня то же самое, — Кира показала телефон.
— Не вы одни такие, синьориты, — вздохнул Джон. — Лучший друг кинул лучшего друга в список недружелюбных. Каков план?
— Предлагаю завтра собраться здесь же. Я знаю Феликса: он позлится, потом придёт спокойный. Тогда продолжим изучать его тёзку. А я попробую поднастроить Анимус, — предложила Рита. — Завтра всего три урока.
— Bueno, Рита. Кира, пойдём, — сказал Джон, и они разошлись.
На следующий день слова Риты звучали как пророчество , будто она снималась в «Битве экстрасенсов». Друзья открыли дверь, а на пороге стоял Феликс с пакетом.
— Народ, извините, что так вышло. Понимаю, психика вампиров — штука тонкая. Не серчайте, — виновато произнёс он и протянул шаурму.
— Sé como un viajero en casa, no voy a renunciar a nada, — процитировал Джон строчку из песни «Лесник» группы «Король и Шут». Четвёрка обожала эту группу: «Танец злобного гения», «Забытые ботинки», «Северный флот», «Мёртвый анархист». Строчку на испанском знали все, хотя Кира, лучше всех: её парень часто говорил на этом языке, а Рита и Джон знали только эту фразу.
Джон откусил шаурму и восхищённо выдохнул:
— Сырный лаваш! Филя, умеешь уговаривать.
После сытого перерыва,Анимус снова был востановлен и Феликс уже лежал в кресле,а Рита настраивала его,через ноутбук.
— Что нового о Феликсе-предке? — спросил вампир.
— Заметка про 1580 год, где ты дерёшься с Аланом — это будет десятая или девятая синхронизация. И... не обижайся на вчерашнее, — начала Рита.
— Да не переживай, всё хорошо, — отмахнулся Феликс. — Кстати, почему первая синхронизация такая короткая?
— Это предыстория. Как твой предок стал ассасином.
— Филя, может, предложишь Рите встречаться? — подколола Кира. — А то такого красавчика могут увести.
— Прости, Кира. Романтика — не мой конёк. Я верю в неё, спору нет. Но Феликс мне как друг, — Рита даже не покраснела.
— Ну, я соглашусь с Кирой, — признался Феликс. — Мне Мида нравится. Немного.
— Такой buen mozo и хочет встречаться с шестёркой Милании? — Джон всплеснул руками. — Ты сумасшедший. Бери Риту, будет у нас семья не хуже, чем у Доминика Торретто.
— Джон, ещё одно слово и твоя книга, которую ты хочешь отправить в АСТ, станет пеплом, — пригрозила Рита.
— Молчу.
Настройки завершились. Рита вздохнула, проверила все показатели и нажала кнопку.
— Надеюсь, на этот раз я не ошиблась в расчётах.
Экран засветился. Феликс закрыл глаза. Анимус загружал новую память.
Синхронизация 2: Первая жертва
1566 год. Лиссабон, крыша собора.
— Ну что, сын мой, как тебе быть ассасином? — спросил отец, опираясь на парапет.
Карл выглядел старше. Намного старше, чем год назад. Борода поседела, под глазами залегли тени, и он чаще держался за грудь.
Феликс стоял рядом, смотрел на закат. За год после того, как он принял кредо, он помогал слабым, защищал народ от тамплиеров. Но за этот год он так и не смог избавиться от кошмаров. Голоса матери. Голос Алана — друга, который однажды предал.
Пять лет дружбы. Они были не разлей вода. Иногда философствовали, смеялись, строили планы. А потом Алан встал на сторону тамплиеров и пожелал Португалии присоединения к Испании.
Феликс старался забыть. Но самое худшее, что за это время он потерял чувство юмора и обрёл жестокость. Злость. Она теперь жила где-то под рёбрами, как второй клинок.
—Я рад помогать людям и защищать Португалию, — ответил Феликс спокойно, но в голосе сквозила усталость. — Но кошмары меня не покидают. И мама…
— Я понимаю, сын. Я тоже не могу отойти от смерти любимой. Но наша жизнь продолжается. Хотя моя, кажется, подходит к концу.
Карл расстегнул рубашку. На груди глубокая, воспалённая рана. Меч тамплиера, полученная в той самой засаде, где пала мать.
— Что такое, отец? — Феликс напрягся. — Неужели семья Диего скоро прервётся? Ты даже перед смертью не расскажешь, кто моя мама?
— Твоя мать была дочкой легендарного ассасина Эцио Аудиторе. Она раньше училась у ассасина Шао Цзюнь. Это далеко от нашей страны. Я тогда про Эцио узнал, когда в центральную библиотеку пришёл и разбирая нашёл собрание его сочинений. Он писал о тамплиерах, о Яблоке Эдема… Я тогда не знал, что примкну к ордену. А теперь мне пятьдесят, и я хоть и могу сражаться, но эта рана меня… — его прервал кашель. — Убивает.
— Я бы всё отдал, чтобы вернуть маму и залечить тебя. Что мне сделать?
Даже на войне есть место страху.
Отец задумался.
— Я старался найти оставшихся членов кредо, но не сумел. Похоже, мы единственные под покровом красно-зелёного флага… Но есть одно задание. Ты должен отправиться в Эвору. Там найди одного аршинника, который знает меня. Я направлю ему голубя. Его зовут Адао. Он расскажет, кого нужно устранить.
Отец закашлялся сильнее.
— Да, Феликс: как только меня не станет, библиотека твоя. И штаб — если появятся новые ассасины. И открой одну шкатулку. Там важное.
— Я сделаю это в честь тебя. И создам аллею Диего, — в голосе Феликса звучали сочувствие и уважение.