- -
- 100%
- +
Глава 1. Серый фон
Будильник заорал в семь пятнадцать — противной стандартной мелодией. Илья нашарил телефон под подушкой, выключил и сел, спустив ноги на холодный пол. Кроссовки — подделка «New Balance» с «Садовода» — сиротливо ждали у кровати. Выглядели прилично, никто не присматривался.
Первым делом — в душ. В крошечной ванной вечно подтекал бачок, а зеркало было заляпано каплями. Сквозь тонкие стены пробивался глухой бас — у соседей гремел CapTown, «Boss». Тяжёлый бит, речитатив про деньги, власть, уверенность.
— С водой уйдите... все мои страхи, — прошептал Илья, глядя, как вода уносит мыльную пену. Глупый ритуал, но он повторял его каждое утро. Иллюзия контроля. «I'm the boss, I'm the boss...»— неслось из-за стены. Он даже в собственной ванной не чувствовал себя боссом.
Выбор одежды был ежедневной пыткой. Серая футболка с ироничным принтом «HR Specialist»? Да, какая разница. В аудитории всё равно никто не смотрит. Он плеснул в лицо холодной водой, не глядя в зеркало. Знал, что увидит: вечно усталый взгляд, серые глаза с покрасневшими белками. Ничего интересного.
Наушники — Rammstein, «Ich will» — ворвались маршевым риффом, вытесняя липкие утренние мысли. «Ich will eure Stimmen hören». Илья горько усмехнулся: он, наоборот, хотел бы их все заглушить.
Улица встретила серостью: низкое небо, мокрый асфальт, лужи с отражениями панелек. Под жёсткий ритм он шагал быстрее, почти чеканя шаг. Муравей, осознавший себя муравьём и идущий в ногу с легионом.
Мимо текла река людей — быстрая, безразличная. В родном городе его знали в лицо, было тесно от внимания. Здесь — пусто. И он до сих пор не решил, что лучше. Но в этом безразличии был плюс: можно просто идти и впитывать по крохам холодную, рассеянную энергию толпы. Её хватало ровно на то, чтобы идти вперёд.
Маршрут лежал через деловой квартал. Слева — стеклянные высотки, безликие, отражающие небо. Справа, за чахлым сквером, сверкал витринами ТРЦ. Илья задержал дыхание: он знал, что цены там ударят по глазам хлеще света. А за ТРЦ, на соседней улице, прятались старые кирпичные дома с лепниной — настоящие, с историей в каждой трещине. «Вот бы пожить в таком», — подумал он и тут же одёрнул себя: квартиры там стоят как крыло самолёта.
Университет открылся сразу — огромный, врезанный в перспективу улицы. Белые колонны, вековая надпись на фронтоне. Слишком красивый. Слишком величественный. Илья каждый раз ловил себя на мысли, что даже камни смотрят с немым вопросом: «А ты-то что здесь делаешь?»
В холле было шумно. Он выключил музыку, но наушники оставил — так меньше шансов, что кто-то заговорит. «О, Илья, привет!» — «Привет, как сам?» — «Норм». Кивок, улыбка, не затрагивающая глаз. Следующий.
Он сел на своё место — третий ряд, у окна. Прямо перед ним устроились две девушки. Лёгкий аромат духов, звонкие голоса.
— И он такой говорит: «Я не могу без тебя, ты — мой трёхочковый», — щебетала одна. — Прикинь? Баскетболист, два метра ростом.
Илья вертел в пальцах ручку. Когда-то и он ходил в школьную секцию. Вечный запасной, которого выпускали на последние минуты. Не хватало роста, прыгучести, злости. «Интересно, — подумал он, глядя в спины девчонок, — каково это — быть не запасным?»
На перерыве трое парней из параллельной группы громко обсуждали футбол. Илья знал команды, помнил результаты. Сам не заметил, как сказал вполголоса:
— А вы видели, как наши фаворитов выиграли в Лиге чемпионов? Вообще разгром.
Парни обернулись. Тот, что громче всех хвастался голом, окинул Илью оценивающим взглядом, и на лице появилась лёгкая ухмылка.
— Да, видели. Но ты лучше открой окно. Жарко.
Секунда. Илья молча встал и приоткрыл створку. С улицы потянуло сырым холодом. Он сел, глядя в тетрадь. Внутри что-то сжалось и отпустило. Просто ещё одна демонстрация того, кто здесь на первых ролях, а кто — масса. «Ничего. Им нужно было окно, мне нужно было вписаться. Не вышло».
В обеденный перерыв он не пошёл в столовую, а свернул на бойкую улочку за корпусом. Здесь пахло разогретым маслом, специями и жжёным сахаром. Илья взял обычный хот-дог, полил горчицей и встал у высокого столика. Ветер трепал салфетку.
И тут он снова заметил его. Нападающий. Теперь в яркой красно-чёрной ветровке, с эмблемой клуба. Он стоял у ларька с вьетнамской едой в окружении других ребят и жестикулировал, как хозяин сцены.
— ...он на меня бычит, — доносился его голос. — А я ему: «Слышь, ты чё такой дерзкий?» Он руку поднял, а я с левой — раз! И всё. С одного удара. Даже разнимать не пришлось.
Ребята заржали, закивали. Илья дожевал последний кусок булки. «С одного удара. А я хоть раз в жизни бил с левой? Хоть по мячу, хоть по лицу?» Он смял салфетку, бросил в урну. Нападающий даже не взглянул в его сторону. Да и с чего бы? Илья просто проходил мимо — и в этом, пожалуй, заключалась суть его жизни.
Когда он вышел из университета, зажглись фонари, и мокрый асфальт отражал их жёлтый свет. В наушниках полились первые аккорды Limp Bizkit, «Behind Blue Eyes». Слишком в точку. Слишком про него.
В маршрутке, прижатый к окну, он достал телефон. Палец привычно скользнул по экрану: ТикТок — ржавый кран, с грохотом роняющий бетонную плиту, девушка с идеальной укладкой, которая учит правильно красить губы, ещё один кот, срывающийся с подоконника. Смахнул. ВК — паблик новостей: «Войска отбили атаку на восточном направлении Потери противника». Следом другой канал: «Эскалация на Ближнем Востоке: жертвы среди мирного населения».Он задержался на секунду, пробежал глазами первые строки, но тут же свернул. Война, конфликты, взрывы — всё это было где-то далеко, в параллельной реальности, которая касалась его только через экран. Он не игнорировал сознательно, скорее, не оставалось эмоциональных сил переживать ещё и за мир в целом. Ему бы с собой разобраться. Илья сжал телефон в руке, пока экран не погас.
Он набрал номер.
— Алло?
— Привет, Ярик. Как дела?
Голос друга детства звучал бодро, даже на фоне казарменного шума. Ярик поступил в военный, и их пути разошлись.
— О, Илюха! Нормально, пашем. Учения скоро. У тебя как?
— Да тоже пойдёт. — Илья помолчал. — Слушай, я последнее время думаю... что вообще в мире происходит? Страшно становится. Я новости читаю — война, ракетные удары, переговоры в тупике Как будто всё катится куда-то.
Ярослав хмыкнул — не весело, а как-то по-взрослому, устало. Он знал Илью с детства, помнил и его отца в редкие трезвые дни, и тихие слёзы матери.
— Да всё нормально, не накручивай. Всё скоро кончится. Войны всегда кончаются. А ты... ты справишься. Ты ж у нас всегда справлялся.
Илья почувствовал, как внутри чуть отпустило. Хорошо, когда тебя знают.
— Надеюсь, брат. Завтра встретимся?
— Ага, у меня увал будет. В кафешку сходим, как раньше. Ты, это... не кисни там.
— Ладно, Ярик. Давай.
Илья сбросил вызов и нажал «плей». Наушники взорвались резким, надрывным голосом — ТОМ КОСМОС, «Родина». О земле, о боли, о надежде вопреки всему. Он стоял у подъезда, не в силах зайти, и слушал, пока трек не закончился.
Дома он упал на кровать, стянул кроссовки. Первым делом — опять телефон. ВК: лента групп — мемы, опросы, чья-то фотография из кофейни с подписью «успешный успех». В ТикТоке — короткие танцы, чужая радость, чужие лица. Он листал бездумно, пока не наткнулся на кадры с последствиями ночного обстрела: разрушенная пятиэтажка, люди в одеялах на улице, крики. Илья резко заблокировал экран. Не сейчас. Не сегодня.
И тут же завибрировал телефон. «Мама».
— Привет, сынок. Не разбудила?
— Нет, мам, я только зашёл. Как ты?
— У меня хорошо. Как отучился?
— Нормально. Завтра с Яриком встречаемся.
Мама потеплела голосом:
— О, хорошо. Хороший друг. А у нас всё хорошо. Скоро картошку копать. Приедешь?
Илья улыбнулся уголком губ. Картошка была ритуалом. Каждый год. Отец — в те редкие выходные, когда был трезв, — брал лопату. Теперь отца лучше не привлекать, но мама всё равно спрашивает, чтобы сохранить видимость «всё как раньше».
— Конечно, приеду. Куда я денусь.
— Ну и славно. Отдыхай, сынок.
— Спокойной ночи, мам.
Он положил телефон на грудь и уставился в потолок. Что-то царапнуло. Какая-то недосказанность в её слишком ровном, слишком спокойном тоне. Словно она специально не хотела его тревожить. Может, опять отец? Может, деньги?
Илья перевернулся на бок. Завтра он встретится с Яриком. Это будет хороший день. Он расскажет другу всё — и про девчонку с баскетболистом, и про «открой окно», и про то, как внутри страшновато. Ярик поймёт.С этой мыслью он закрыл глаза и впервые за много дней заснул не с тревогой, а с мыслью о друге, с которым завтра можно будет просто поговорить.
Г
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.