Энцеладов предел

Глава 1

Земля, Москва, головной офис корпорации

Пара глаз смотрела на Влада расчётливым, безжалостным взглядом кобры. Под стать взгляду было холодное, неподвижное лицо. Сжатые губы намекали, что вряд ли прозвучит обнадёживающая фраза: «Вы нам подходите. Когда готовы выйти на работу?»

Давно он не ходил на собеседования. Уже забыл, как неприятно находиться под тяжёлым взглядом интервьюера. Особенно когда это молодая симпатичная женщина, и она смотрит на тебя, как училка на экзамене — бесстрастно, холодно и с едва уловимым презрением.

Представилась Екатериной.

«Маша? Зина? Даша? Нина? Всё как будто не она… Ка-тя! Ка-тя! — высекают мне подковы скакуна» — сами собой возникли в памяти слова из песни. Влад даже мотнул головой, чтобы прогнать наваждение.

— Что вы знаете о трансгуманизме? — неожиданно спросила Екатерина, изучая Влада подозрительным прищуром.

— Трансгуманизм… — протянул он, демонстративно задумавшись. — Это типа увеличение малозаметного и подтяжка провисшего?

— Это пластическая хирургия, — строго ответила женщина, без грамма снисходительности. — Её цель — удовлетворение социальных ожиданий, соответствие сексуализированным стереотипам. Порочная практика отражает не стремление к улучшению человека, а служение культу внешности и демонстрирует потребительское отношение к телу…

Владу стало весьма неловко за свой пошловатый ответ.

— …как правило, это следствие, скажем прямо, психических деформаций или недостатка интеллектуального развития.

Влад совсем поник, тоскливо смотря по сторонам.

— Как «апгрейд»… можно отнести к трансгуманизму... — заметно мягче сказала она, довольная эффектом от своих слов, — …но лишь как первый, поверхностный шаг к более радикальным изменениям: улучшению базовых функций организма или добавлению совершенно новых.

«Посмотрим, что ты скажешь про этот шаг лет через десять», — злорадно подумал Влад.

— Трансгуманизм подразумевает радикальные и глобальные изменения тела. В далёкой перспективе он и вовсе замахивается на бессмертие.

Влад состроил уважительное лицо и демонстративно закивал в знак согласия.

— Корпорация поддерживает главную концепцию: биологические ограничения человека можно и необходимо преодолевать с помощью науки и технологий… Речь идёт о развитии тех человеческих способностей, которые в первую очередь служат практическим целям освоения космоса.

Екатерина говорила назидательно, давая Владу время на осмысление сказанного.

— Из множества возможных путей корпорация сфокусировалась на двух приоритетных направлениях: первом — кибернетика, нейротехнологии и интеграция с искусственным интеллектом; втором — сенсорные модификации или альтернативная сенсорика. К первому направлению относится разработка нейроинтерфейсов, нейроимплантов, бионических протезов и экзоскелетов…

— Знавал я одного такого с титановыми позвонками. Можно сказать — железный человек… — улучив момент, вставил Влад.

Екатерина уничижительно взглянула на него, проигнорировала комментарий и продолжила:

— Ко второму направлению относятся как прямые модификации органов чувств — расширение и усиление имеющихся — так и создание новых каналов восприятия с интеграцией дополнительных сенсорных входов в нервную систему...

Вдруг сменила свой менторский тон и неожиданно живым голосом сказала:

— Что, если человек сможет чувствовать магнитное поле, видеть инфракрасный свет и ультрафиолет, воспринимать ультразвук, ощущать радиацию? Или, представьте, по желанию настраивать фокусное расстояние хрусталика. Кожа, подобно антенне, принимает радиоволны… Ох — это уже слишком далёкие мечты…

Влад сидел и переваривал всё услышанное. Как называлась вакансия, благодаря которой он здесь и оказался? Кажется, что-то типа «Оператор гибридных систем». Что же ему предстоит делать?

— Спасибо за подробные разъяснения. Но они очень отдалённо описывают вакансию. Точнее… совсем ничего о ней не говорят. Что я должен буду делать?

Его вопрос Катерину совершенно не смутил.

— Мы вам предлагаем стать испытателем… перспективных разработок… — уклончиво ответила она.

— Кибернетика… и прочие импланты? — вяло поинтересовался Влад.

— Нам показалось, что ваш прошлый опыт больше пригодится именно в этом направлении… В молодости вы занимались прикладным программированием, пока нейросети не вытеснили людей из этой профессии… Но, строго говоря, ваш опыт вообще не имеет никакого значения. Достаточно того, что вы неглупый человек, имеющий техническое образование и достаточный жизненный опыт, а также обладающий не самым плохим здоровьем.

— Благодарю за оценку… Ни профильного образования, ни профессионального опыта? Ни квалификации не требуется? — уточнил Влад.

Она кивнула.

— И в чём подвох? — спросил он. Тот самый жизненный опыт нашёптывал ему, что самое интересное впереди.

— Наша корпорация предпочитает честность и прозрачность в отношениях с сотрудниками… Дело в том… — и тут Катя замялась, — …работа предполагает риск… И риск самого разного толка. Может пострадать репродуктивная система, поэтому на эту работу подходят только мужчины и женщины, имеющие детей. Могут пострадать когнитивные функции организма. И в целом есть определённый риск для жизни. Поэтому, как бы нам ни хотелось привлекать молодых и абсолютно здоровых испытателей…

— Вы предпочитаете тех, кого не жалко… уже отработанный материал, — закончил Влад за неё.

— Тех, кто осознанно и взвешенно подойдёт к выбору этой работы. Есть и ещё некоторые неудобства…

— Боюсь, вам меня уже не удивить, — язвительно усмехнулся он.

— Трёхлетний контракт. Работа в колонии на Луне.

Влад обескураженно смотрел на неё.

— Но и оплата более чем достойная! — торопливо добавила Екатерина. — Это хороший шанс освоить новое дело… начать с чистого листа… К тому же, стаж в корпорации подразумевает льготы и профессиональный рост. Людей, которые побывают в космосе, корпорация ценит — это же уникальный опыт, и он ценен сам по себе. На Земле нужны тренеры, побывавшие в космосе…

— И вернувшиеся целыми, — съязвил Влад.

— А есть ли в вашем контракте пункт, который назначает пенсию мне или семье в случае увечья или гибели? — спросил он.

— О, можете не беспокоиться, мы вас вылечим.

— Дохлым конём хоть забор подпирай, — пробормотал Влад себе под нос.

— Представьте, многие с детства хотят стать космонавтами, но до конца жизни космос видят только в фильмах. А вам посчастливилось вытянуть счастливый билет, не приложив к этому никаких усилий: вы побываете на Луне, ощутите под ногами её поверхность, увидите черноту космоса, посмотрите на настоящие звёзды. Разве это сравнится с тем, что мы видим здесь сквозь фильтр атмосферы?

— Нет, конечно, — услужливо заметил он. — Здесь мы видим голубое небо. А еще зелёную траву, деревья и гладь воды в речках да озёрах. Ладно, давайте ваш контракт.

Луна, трансгуманистическая миссия корпорации.

Некоторое время Влад привыкал к Луне. Конструкции модулей казались ненадёжными, а чернота космоса — пугающей. Особенно долго приучал себя смотреть на Землю со стороны и вглядываться в звёздное небо, не испытывая страха падения. Ещё его пугало хирургическое вмешательство — неизбежная часть экспериментов, на которые он согласился отдать своё тело, подписав контракт на Земле.

Но всё оказалось не так страшно. Само вмешательство произошло через две недели, после того как его организм адаптировался к лунным условиям. Оно заняло всего несколько часов медикаментозного сна, во время которого, как сказала доктор Лиза, Владу выполнили нейросенсорную модификацию ионных каналов, отвечающих за восприятие холода и тепла. Иначе говоря, операцию по вживлению синтетических терморецепторов в указательный палец левой руки. Биологические ткани были частично заменены кибернетическими компонентами с квантовыми датчиками температуры. Да и осталось ли там что-то от живой кожи Влада — большой вопрос.

— Есть люди, — мягко объясняла Лиза на первом послеоперационном приёме, недели две спустя, — у которых имеется способность к нейропластичности. В случае с терморецепцией пальцев это означает, что мозг быстро перестраивается и начинает считывать микроперепады с точностью до градуса. Обычно такие навыки развиваются вынужденно, в рамках профессиональной деятельности. Возьмём врачей: они годами тренируют тактильное восприятие, чтобы мгновенно оценивать состояние пациента по температуре кожи.

— А с чего ты взяла, что у меня есть эта самая способность? — спросил Влад.

— Не беда, даже если и нет. Чему-нибудь да научим, — успокоила она. — Эта способность, как и любая другая, развивается благодаря желанию и упорным тренировкам — в первую очередь мозга — у любого человека.

— Это когда он есть, — попытался сострить Влад. — Мозг…

— Сначала я изучила твою энцефалограмму. График показал, что кое-что у тебя в голове имеется. А на операционном столе разглядела и сам орган, — она снисходительно улыбнулась. — Маленький, да есть.

— Точно?

— Определённо. А значит, ты подходишь для целей биоинженеринга и нейропрограммирования. С другой стороны… ты мой единственный подопытный кандидат, — вздохнула она. — Имеем что имеем.

Влад сочувственно пожал плечам.

— Как палец? — спросила Лиза.

— Не болит. Как ты и просила, я не пытался засунуть его куда не следует.

Она не оценила блистательный юмор Влада. Даже не улыбнулась. Аккуратно разбинтовала, сняла с пальца пластиковый колпак, внимательно осмотрела, и начала тесты. Мучила его довольно долго: рентгеновскими снимками, датчиками — тыкала и просвечивала.

Наконец период тестов закончился, и она улыбнулась, похоже, довольная результатом.

— Ну вот, отныне ты — биокиборг, — заявила она.

Влад взглянул на палец. На первый взгляд — никаких изменений. Покрутил, согнул и разогнул несколько раз, даже ко лбу приложил, в надежде почувствовать что-то новое. По ощущениям — всё то же, что и раньше.

Лиза фыркнула, наблюдая за его стараниями:

— Остался пустяк — научиться пользоваться этим пальцем.

— Да вроде работает, — озадаченно сказал Влад.

— Э-э, нет. Чтобы он заработал как надо, — она ткнула ему пальцем прямо в лоб, — твой мозг нужно научить обращаться с новыми сенсорами.

— Вот это как раз самое долгое и сложное — добавила она мрачно. Затем встала и подкатила тележку. На ней стоял ноутбук и какой-то железный ящик. Из его недр тянулся тугой жгут проводов, увенчанный набором блестящих цилиндров.

— Что за доильный аппарат? — подозрительно сощурился Влад.

Лиза выбрала один из них, и, хищно поглядывая на палец Влада, что-то подкручивала в корпусе тонкой отверткой.

— Это такой спуфер, — сказала она, надевая прибор ему на палец. — Он будет давать ложные сигналы. Так мы будем обучать твои новые сенсоры.

И для Влада начались долгие тренировки. Но оборвались они внезапно: его срочно вызвали в один из командных модулей.

Этот модуль отличались и отделкой, и убранством: не такой аскетичный, как отсеки общего пользования, а по-домашнему уютный. Влад сидел в мягком кресле, куда удобнее любого лабораторного стула. А напротив, в точно таком же, удобно устроившись, сидел представитель корпорации.

— Александр, — представился представитель и предложил кофе. Влад не отказался.

— Не буду отвлекать вас долгими предисловиям, — по-деловому начал Александр. — Владислав, у корпорации к вам есть особое предложение. Можно сказать эксклюзивное…

— Если такое же, — Влад поднял руку в перчатке, — то, пожалуй, откажусь — я уже и сам, своего рода, эксклюзив…

— Это да, — засмеялся он. — Но речь не об очередной суперспособности. Мы предлагаем вам сменить работу. Заключить новый контракт…

Влад нахмурился и собрался протестовать.

— Очень, очень выгодный, — поспешно сказал Александр и сунул ему в руки бумажку.

— Для вас или для меня? — безучастно спросил Влад, уже погружаясь в текст глазами.

Александр не ответил. Ждал, пока Влад прочитает.

Можно купить дом, вырыть пруд, запустить в него рыбок и завести цапель. Можно завести жену. На эту роль воображение почему-то подставляло Лизу… Да вообще —безбедный остаток жизни. Можно ни хрена не делать… А можно варить пиво. Открыть сыроварню. Разводить лосей.

— Буровая установка?! Максимум, что приходилось бурить — лунку на зимней рыбалке…

— Вы сейчас, кажется, оператор… — начал он и замолчал, подталкивая Влада к ответу.

— Гибридных систем, — хмуро закончил Влад за него.

— Вот, — радостно подтвердил он. — Каких-то там гибридных систем… А станете оператором буровой установки… И бурить будете не лунку, а скважину во льдах Энцелада — спутника Сатурна.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.