Природа и люди. Книга I

С иными господами ужасно мудрено иметь дело, особенно литературное. Вдруг, ни с того ни с сего, подымутся на дыбы и, забывши всякую осторожность и гуманность, во всеуслышание наговорят вам таких вещей, какие иной раз и наедине-то выговорить побоишься. Такой уж, видно, задор заключает в себе русский литератор и в особенности публицист (модное словечко, не совсем удачно примененное к русским нравам)!.. Коли уж пустится в полемику, так откуда что у него возьмется… Диво, да и только. Недавно, например, одному журналу, обыкновенно очень степенному и умеренному, не понравилось, что кто-то не похвалил что-то в Англии. Так ведь в какой он азарт вошел, как кусал и рвал недовольных Англиею, – просто не поверите. Какие он им прозвища давал! Гидрофобами (то есть укушенными бешеною собакою) называл и даже до того забылся в своей ярости, что взводил на них такие преступления, за которые следует непременно в острог посадить: не довольствуясь бранью, он вдруг начал их всенародно обвинять – в поджигательстве! Вот до чего дошел в своей ярости! Только что «караул!» не закричал и полицию на помощь не призвал… Да, бедовые бывают иногда русские публицисты!..[1]

Полемику – не столь мрачную и азартную, в какую пустился приведенный нами поклонник Англии, но тем не менее весьма храбрую, заводят теперь и издатели книги «Природа и люди». Первый выпуск этой книги встречен был со всех сторон самыми благоприятными отзывами, но некоторые заметили, что книжка, по способу своего изложения, не годится в качестве учебника географии для детей, а более удобна для чтения людей, уже прошедших географию по обыкновенному руководству. Замечание это сделано было мимоходом и нами, при рецензии первого выпуска, но с некоторой подробностью изложено оно было в рецензии г. Кронеберга, в «Атенее». Теперь, при втором выпуске, один из авторов книги, г. Аркадий Павловский, приложил «Ответ г. Кронебергу» и даже обещается впредь к каждому из следующих выпусков прилагать – и замечания на его книгу и ответы на них. Это значит, что г. Аркадий Павловский сам доволен своим успехом на полемическом поприще…

Да и как же не быть довольну: в ответ на 8 страниц г. Кронеберга (собственно, даже на 5, заключающих в себе замечания на первый выпуск) он написал 19 страниц, исполненных глубокой учености, еще более глубокого сознания собственного достоинства и еще более глубокого (если возможно) пренебрежения к г. Кронебергу. Почти на каждой странице говорится, с учтивою, по-видимому, но тем не менее убийственною язвительностью: «вероятно, г. рецензент этого не знает»… «вероятно, г. рецензент с этим не знаком»… «вероятно, г. рецензент с этим вовсе не знаком». Эти вежливые предположения пересыпаются не менее вежливыми просьбами в третьем лице: «просим г. рецензента прочесть то-то», «просим г. рецензента заглянуть туда-то», и прямыми обращениями: «согласитесь, г. рецензент». И, – надо сказать правду, – в некоторых случаях г. рецензент действительно должен согласиться, потому что г. Аркадий Павловский выставляет против него целый арсенал ученых цитат. Что же касается до главного замечания, – что книга не годится как первоначальное руководство, об этом г. Аркадий Павловский и говорить много не хочет. Он ограничивается объяснением, что изданные им уроки читаны были «для учениц, уже достаточно подготовленных по географии в приготовительном курсе». Затем он считает себя совершенно правым. Но, по нашему мнению, объяснение его не совсем идет к делу. Рецензенты не думали и не имели права оценивать личную педагогическую деятельность гг. В. Л.[2] и Аркадия Павловского. Годятся ли их уроки для их учениц, об этом не могло быть вопроса в литературном разборе. В рецензиях дело шло о том, годится ли книжка гг. В. Л. и Аркадия Павловского как руководство для начинающих учиться географии? Оказалось, что нет, и г. Аркадий Павловский с этим вполне соглашается, прибавляя, что он не для начинающих и писал. Прекрасно; если вы писали для тех, кто уже учился географии, говорят ему, то для них ваша книга будет очень интересна; жаль только, что для приготовления себя к ее чтению им все-таки нужно сначала поучиться по тем жалким учебникам географии, о которых вы отзываетесь с таким справедливым негодованием… Вот было бы хорошо, если бы вы, с вашим уменьем рассказывать, составили такую книжку, при которой можно бы обойтись без жалких руководств Ободовского, Тимаева и т. п.[3]

В ответ на такое желание г. Аркадий Павловский разражается страшною репликою, уверяя, что книжка его хороша и как учебник, потому что в ней указаны источники, по которым преподаватель может дополнять и объяснять все темное и недосказанное в книге! Но, во-первых, указание источников из вашей книжки можно вырвать и прилепить к Ободовскому: будет ли он от того лучше? Во-вторых, почему вы думаете, что преподавателю, знакомому со всеми исчисленными у вас источниками, понадобится, сверх того, и ваша книжка? Не лучше ли было бы составлять ее, имея в виду помочь тем преподавателям, которым ваши источники недоступны? Самое же главное, в-третьих, на каких основаниях полагаете вы, что все русские преподаватели должны и могут дополнять вашу книгу по вашим источникам, по всем этим Шербонно, Дебору Кулеям, Виммерам, Гумпрехтам, Тайлорам, Кроферам, Шёнам, Брэмам, Эскеракам де Лотюр и пр., которых большая часть преподавателей географии у нас не только не читала, но даже и не видывала. Да и где же видеть их. Не прикажете ли всех их выписывать где-нибудь в Пензе или в Усть-Сысольске? Хорошо бы было, если бы вы отыскали для этого какие-нибудь средства… Но ведь мы знаем, что вы этого не можете, а только и ограничитесь «желанием сочувствия гг. преподавателей, состоящего в том, что они не пренебрегут источниками, обратят на них серьезное внимание, займутся ими так же, как и мы (то есть не мы, а гг. В. Л. и Аркадий Павловский), и этим помогут и нам, и нашей книге, и самой науке» (стр. 400). Все это очень мило, и нет сомнения, что многие преподаватели пожелают последовать призыву г. Аркадия Павловского – «не пренебречь» и прочее. Мы даже знали несколько лет тому назад, в заштатном городе Починках, одного преподавателя географии, который сильно желал «не пренебречь» и прочее. К сожалению, бедняк нигде не мог достать даже изданий нашего Географического общества, не говоря даже о Дебору Кулее и Эскераке де Лотюр. Что с этим прикажете делать?

Требования г. Аркадия Павловского напомнили нам англомана, о котором говорили мы выше. Конечно, Англия – прекрасно, устроенная страна: и парламентские прения, и суд присяжных, и мирные митинги из ста тысяч человек – все это превосходно, – кто же станет об этом спорить? И жаль, разумеется, что мы не только парламентских прений, но даже приличной открытой полемики вести не можем; да что же делать? В этих обстоятельствах восхищение Англиею столь же мало поможет, как исчисление источников у г. Аркадия Павловского. Для чтения людей, «прошедших уже через сухую степь какого-нибудь учебника» (по выражению г. Кронеберга), книжка его прелестна, как Англия. Но гораздо больше было бы пользы, если бы он составил книжку, по которой можно было бы учиться географии, не прибегая ни к Эскераку де Лотюру, ни к нашим жалким учебникам. А то мы толкуем о Баярде Тайлоре, об Эскераке де Лотюре, а сами всё сидим на Ободовском…

Примечания

Аничков – Н. А. Добролюбов. Полное собрание сочинений под ред. Е. В. Аничкова, тт. I–IX, СПб., изд-во «Деятель», 1911–1912.

Белинский – В. Г. Белинский. Полное собрание сочинений, тт. I–XIII, М., изд-во Академии наук СССР, 1953–1959.

Герцен — А. И. Герцен. Собрание сочинений в тридцати томах тт. I–XXV, М., изд-во Академии наук СССР, 1954–1961 (издание продолжается).

ГИХЛ – Н. А. Добролюбов Полное собрание сочинений в шести томах. Под ред. П. И. Лебедева-Полянского, М., ГИХЛ. 1934–1941.

Гоголь – Н. В. Гоголь. Полное собрание сочинений, тт. I–XIV, М., изд-во Академии наук СССР, 1937–1952.

ГПБ – Государственная публичная библиотека им. M. E. Салтыкова-Щедрина (Ленинград).

Изд. 1862 г. – Н. А. Добролюбов. Сочинения (под ред. Н. Г. Чернышевского), тт. I–IV, СПб., 1862.

ИРЛИ – Институт русской литературы (Пушкинский дом) Академии наук СССР.

Лемке – Н. А. Добролюбов. Первое полное собрание сочинений под ред. М. К. Лемке, тт. I–IV, СПб., изд-во А. С. Панафидиной, 1911 (на обл. – 1912).

ЛН – «Литературное наследство».

Материалы – Материалы для биографии Н. А. Добролюбова, собранные в 1861–1862 годах (Н. Г. Чернышевским), т. I, М., 1890.

Писарев – Д. И. Писарев. Сочинения в четырех томах, тт. 1–4, М., Гослитиздат, 1955–1956.

«Совр.» – «Современник».

Указатель – В. Боград. Журнал «Современник» 1847–1866. Указатель содержания. М. – Л., Гослитиздат, 1959,

ЦГИАЛ — Центральный гос. исторический архив (Ленинград).

Чернышевский – Н. Г. Чернышевский. Полное собрание сочинений, тт. I–XVI, М., ГИХЛ, 1939–1953.

Впервые – «Совр.», 1858, № 10, отд. II, стр. 200–203, без подписи. Авторство устанавливается по связи с рецензиями на это же издание в «Журнале для воспитания».

Отзывы Добролюбова и других рецензентов на первый выпуск серии «Природа и люди» вызвали возражения одного из ее составителей, А. И. Павловского, поместившего во втором выпуске «Ответ г. Кронебергу» (автору статьи о первом выпуске в журнале «Атеней», 1858, № 11). Значительная часть новой рецензии Добролюбова посвящена этому ответу составителей, которые не посчитались со справедливыми замечаниями критики.

В дальнейшем, однако, Павловский и Лядов несколько изменили свою позицию, хотя ряд замечаний Добролюбова был по-прежнему воспринят с раздражением (см. в т. 5 наст. изд. рецензию Добролюбова на кн 2, вып. I издания «Природа и люди»).

1

Речь идет об одном из выступлений M. H. Каткова (отличавшегося ярым англофильством) на страницах издаваемого им «Русского вестника». В «Политическом обозрении» за июль 1858 года он обрушился на революционно-демократические круги за «непочтение» к буржуазному строю Англии. Намекая на симпатии демократических кругов к радикальной журналистике Франции, Катков пишет: «Что же касается до фальшивых детских суждений об Англии, то… есть тому еще причина особенная: как об Англии, так и вообще о политических вопросах составляются у нас мнения по французским журналам…» («Русский вестник», 1858, август, кн. 1; «Современная летопись», стр. 176). Эти выпады против передовых русских публицистов, которых Катков злобно называет «лжепрогрессистами», «гидрофобами», «поджигателями», и вызвали резкую ироническую отповедь Добролюбова.

2

В. Л. – В. И. Лядов (1834–1892) – педагог, географ, вместе с А. И. Павловским являлся составителем книжек «Природа и люди».

3

Речь идет о переизданиях устаревших пособий для русских учебных заведений. А. Г. Ободовскому (некоторое время он преподавал в Главном педагогическом институте) принадлежал ряд пособий – «Краткая всеобщая география Российской империи», «Учебный атлас Российской империи» и др. М. М. Тимаев – автор учебников по русскому языку и географии; его «Тетрадь всеобщей географии. Приготовительный курс» (СПб., 1841) до 1863 года выдержала восемь изданий.