Долговременная огневая… Стихотворения
Издательство:
Автор
Метки:
Великая Отечественная война,сборники стихотворений,внутренний мир человека,стихи о войне,Фронтовая поэзияЖанры:
стихи и поэзия,сборники стихотворений,Великая Отечественная война,внутренний мир человека,стихи о войне,серьезное чтение,cтихи, поэзия,фронтовая поэзия,военная поэзия
- -
- 100%
- +
© Л. О. Добровольский, стихи, 2015 г.
© О. С. Дмитриева, обложка
«Начинаю как будто с нуля…»
Начинаю как будто с нуля.Как костёр новый стих разжигаяНеустойчива дыма струя:То слабеет, почти пропадая.То взлетает с огнём пополам.Слов незначащих стружку сыруюОбвивая, к опорным словамПодбираясь наощупь, вслепую.Животворного ветра порывНикогда не бывает в излишкеИ словам, обещающим взрыв,И под лапником зреющей вспышке.Рухнет мир… Новоявленный Ной —Словознатец пытливый, отыщетСлов останки под толщей земнойНа оставленном мной костровище.«Есть веко у каждого века…»
Есть веко у каждого века.Что в свой поднимается часИ смотрит век на человека.На каждого смотрит из нас.Глядит неподкупное око.Свой взор отводить не спеша,И чья-то в смятенье глубокомИспуганно смотрит душаВстревоженной выстрелом птицей.Понять не успевшей ещё.Что, может быть, дней вереницыВнезапно предел сокращён;Но чудо бывает, бывает:И листьев шуршат кружева,И к пирсу волна прибывает.Как прежде, и птица жива.Но всё-таки был не напрасенУдаривший в сердце испуг:Дороже – размыт или ясен —Становится солнечный круг.И как от утраты случайноСпасённый, глядит человекА око, исполнено тайны.Скрывается веком навек.Долговременная огневая
«Придёт взрывник… Всему свой срок…»
Придёт взрывник… Всему свой срок..Разрушен Колизей…Бетона серого кусок —Цемент, щебёнка и песок —Я отнесу в музей.Дорог и судеб грозных днейНемой конгломератНапомнит ярче и полнейСвятую родственность корней:Блокада – Ленинград.Бульдозер нож опустит свой,И канет в вечность тотКогда-то бывший огневойИ грозной точкой над НевойВ селе Рыбацком ДОТ.«Долговременная точка…»
Долговременная точка…Точку зрения огняЗащищает оболочкаИз бетона и броня.Пробуй с фронта, пробуй с тылаВ точку зрения попасть —И доныне не остылаЖажда высказаться всласть:– С точкой зрения ПриродыСогласуется закон:Ослеплённые народы —Огнедышащий дракон.Где лавиной вал давиленЗахлестнёт земную твердь —В каждой клеточке извилинНоосферы зреет смерть,Беспощадной жизни прозаПопирает все права;Там огонь огню угроза. Где не действуют слова.Страшен самопостиженьемЗагоняемый в загон.Кончит век самосожженьемОгнедышащий дракон…Точку зрения приемлюЗажигающую светИ вгоняющую в землюНож, заточку и кастет.«Я, огневая точка…»
Я, огневая точка, —Как вечный часовой;Не вылиняла строчка.Простроченная мной.Меня, из сотен тысячНе предавших земли.Ни подавить, ни выжечь.Ни выжать не смогли.Не зарастает метка —Попал осколок в бровь;Прочна грудная клетка.Но что-то ноет вновь.И чудится порою:Вновь, словно на войне.Идут солдаты строемВ полночной тишине.Идут незримым строем.Един порыв: – вперёд!Труба вослед героямПрощальный марш поёт.Застава у СлавянкиУходит за спиной —И встанут спозаранкуЛицом к лицу с войной;К сражению готовы.Не ведая о том,В чьём доме вскрикнут вдовыИ замолчат потом.Узка моя бойница.Но кругозор – широк…Не кончена страница,Ещё идёт урок…Но в празднике народномДороже всех наград —Оставшийся свободнымБлокадный Ленинград.«Сердце очередью прострочено…»
Сердце очередью прострочено…Замерла на бегу река…Возвращенье домой отсроченоНе на день, не на год – на века.Я вернусь в обновлённом времени,Я прорвусь сквозь завалы лжи,А пока что крёстным знамениемТень берёзы на мне лежит.А пока что мои мгновенияИстекают на серый мох.Отправляюсь для пополненияИспустивших последний вздох.От меня не дождутся весточки —Всё, конечно, поймут и так.Расплывается зелень веточки.Словно тронутый ржой пятак.Для кого теперь это облакоВ ярком блеске весёлых спиц? —То ли где-то вдали, то ль околоШум прибоя и пенье птиц.Дом истории
Дому Истории ветхость прилична; к лицуБукли седой бересты и бумажные свитки.Чтобы стремились забвения травы к крыльцуМягким надбровьем надгробий и каменной плитки.Значили что эти стёршиеся словесаПризрачной тенью от тени минувшей эпохи? —Словно в пустынных покоях слышны голосаПрежних владельцев – их тихие речи и вздохи.Что исповедовал череп смеющийся сей.Так ли был весел и так ли он был беззаботен.Как на Сенной беспробудно весёлый Евсей —Шут площадной – безобеден и век безработен.Солнечный ветер и тонкая звёздная пыльЛики явлений стирают, не глядя на личность;В доме Истории с мифами прыгает быль,В диких прыжках попадая во внеисторичность.Где ты. История, очи разверзни свои.Внемлешь ли толпам людским: их в расщелинах разумНе принимает на веру уроки твои —С материками спускается он к дикобразу.Невский пятачок
Берега Невы
В потёмках до утраМерещится подвох:Вот взмоет ввысь «Ура!..»,Вот гаркнет «Hande Hoch!»И содрогнётся твердьВ который раз уже,И понесётся смертьВ слепящем кураже.Страшнее во сто кратЛетящего свинцаПоднявший руку братНа брата-близнеца.Сурова память-нитьВ суровые века.Ничто соединитьНе в силах берега —Ни новые мосты.Гуманности полны.Ни новые крестыНа нивах той войны.«Здесь слова замирают в теплынь на лету…»
Здесь слова замирают в теплынь на лету.Здесь Нева замедляет движение.Усмиряя свободной волны маетуИ брожение.Как враги друг на друга глядят берега,В каждом взгляде – достоинство племени…Расцепляет двух братцев сестрица-рекаСтолько времени…Вот бы звон колокольный над гладью речнойПробудил в берегах покаяние.Но чека поржавевшей гранаты ручнойВся – внимание.Отойти бы гранате на вечный покой…Жизнь – в бессмертии многообразия;Не предложит гранате сапёр над рекой Эвтаназии.И лежать ей занозой в подкорке земной.Всею мощью своей нерастраченнойДо последнего слова, до встречи – со мнойПредназначенной…«Откопали и нас… Наконец-то…»
Откопали и нас… Наконец-то…Словно выпал счастливый билет:Перебраться на должное местоНа ближайшую тысячу лет.Нам не верится, что откопали;Вздёрнут дёрн, перевёрнут пейзаж..Распознают ли только? – едва лиТайну выдаст разбитый блиндаж.Правда, что полегли миллионы.Но в статистике правда не вся.Рассыпаются в прах медальоны.Наши правды в песок унося…Крест немецкий и орден советскийВот и всё, что осталось от нас…Откопали и нас… Наконец-то…Кем мы станем сегодня для вас?..«Я замёрз… Не могу отогреться…»
Я замёрз… Не могу отогреться…Я прогреться никак не могу…Холодами блокадного детстваЯ оставлен на том берегу.Где метели, по-прежнему воя.Обречённую жертву ведутНа голодную смерть – без конвоя.Обходя за редутом редут.Я на том берегу, на блокадном.Где по-прежнему лютый мороз…На пространстве пустом, неоглядномЛьдом и инеем город оброс.Я на том берегу, на которомПо живому метель голоситИ угаснувшей жизни повторомНи в аду, ни в раю не грозит.Я замёрз… Не могу отогреться.Хоть тепло и листва молода…Ледниковым периодом сердцаОтзываются те холода.Ледоход на Неве
Ледовый панцирь сбрасывает Ладога —В который раз пора оледененияС её лица опять уходит надолгоВ гремящей суете отъединения.Где было поле ровное, единое.Имперское, державно-монолитное —Сообщество разноголосно-льдинноеВ разорванности уз слезопролитное.От каждой льдины слышно: – Будь по-моему!.И каждая ведёт себя по-разному…Что б им вглядеться в новую промоину.Где бездна неизведанности празднует:Её безмолвье злобное, утробное —Не вяжется с мальчишеским речением,И каждая из льдин – плита надгробная.Губительным подхвачена течением.Теснясь и споря, входят в русло невское.Под ними дно останками усеяно —А сколько их и чьи они – известно нам.Глядящим в небо разными Расеями.Толкутся льдины – плиты наднемецкие,Надрусские, надшведские, надобщие,Надкраснозвёздные и надсоветские.Уготовляя души к разнородщине.Как люди – льдины. Каждая – в отдельности.И жизнь любой – Вселенная безбрежная.Пустынница безликой беспредельности…Из праха – прах. Из капли – капля прежняя.«Не бродить по травам росным…»
Не бродить по травам росным.Не плутать по их коврам —Пестроцветным, медоносным.Полевым, тонкоколосным.По приземистым и рослымИ прохладным по утрам…Не читать на небе синемТайных писем облаков.Их над нами проносилиВетры с севера России…Мы месили-колесилиГрязь окопами веков…Не стучаться в дом родимыйНочью зимней, летним днём —Здесь, где месяц нелюдимыйХодит целый, невредимый —В три наката в пласт единыйУложило нас огнём…«Истекающий кровью глядит в облака кучевые…»
Истекающий кровью глядит в облака кучевые;Затухающим взором что ищет он за облаками?..Истекающий речью всё ищет слова ключевые —Уходящую жизнь заключить ключевыми словами.Истекающий верой – гнездо потерявшая птицаНа излёте закатного часа нелётной пороюТоже ищет, к чему бы душой прислониться.Но лететь невозможно, а солнце уже за горою.Истекающий мыслью, свободный от веры и речи.Ищет синее небо – как в детстве далёком, такое.Где бы облако с солнцем без противоречий,И вокруг – тишина, и сознанье покоя – в покое.«Ни тебя, ни меня не отыщет…»
Ни тебя, ни меня не отыщетНи один поисковый отряд…Старых сосен крепки корневищаИ стволы красной медью горят.Волей случая спаяны тем мы.Что сроднил нас сраженья порыв;Давят нас корневые системыВсею мощью, как медленный взрыв:Обвивая, как щупальцы спрута.Наши соки безжалостно пьют…Что там кроны о вспышках салюта? —Не совместны война и салют.Наших судеб слепые осколкиВ купола поднебесья стучат.От осколков и сосны, и ёлкиЧудодейственно смолоточатИ, о чудо, как в кинокартине.Где за титрами близок конец.Мы – противники – вечно единыИ единый над всеми Творец.«На розовом носу – очки того же цвета…»
На розовом носу – очки того же цвета:Оправа и винты, и дужки, и стекло;На всём печать решений Розового Света —Быть розовым во всём, пока не истеклоБыть розовым во всём отмеренное время;Взор розовую розу в ризе криза зритИ розоватость визы визави – не бремя.Но ризеншнауцер так розово грозит.Кто розов – резов тот. Визира зев изрезан.За розовым штрихом – лишь розовый исход.На розовом лугу гоняет Гитлер с КрезомПесочные часы под розовый восход.Победа KNAUF
До недавнего времени существовал в Колпино комбинат, выпускавший строительные материалы. Носил комбинат гордое и великое имя «Победа» и успешной работой вполне оправдывал его.
Но вот и до Колпино докатилась перестройка и задела своим чёрным колесом «Победу». Новые хозяева – из Германии вместе с нашими назвали предприятие по-новому, а именно – ПОБЕДА KNAUF. Приставленное к «ПОБЕДЕ» немецкое KNAUF прилепилось справа и чуть ниже, давая понять, что оно здесь не главное, как бы в гостях и встать вровень с ПОБЕДОЙ не собирается. По-видимому, г-н КНАУФ (новый со владелец) – человек, не до конца распростившийся со скромностью. А может быть, голос предка, поливавшего огнём кварталы Колпино семьдесят лет тому назад, воззвал к совести своего потомка – трудно сказать. Но что думают по этому поводу сами работники комбината – и рабочие, и служащие – доподлинно известно. Известно также, что думают по этому поводу ветераны Великой Отечественной войны…
Победа г-на КНАУФ над «ПОБЕДОЙ» и нашей общей Победой близка. И не только г-на КНАУФ.
Не кирпичной пылью краснойЗдесь упитана земля,Речью гневной, речью страстнойРасшумелись тополя,Прислонившись кроной к кроне,Словно в сговоре каком,Или в тайной оборонеОжидая бой с врагом.У божественной святыниВзор свободней и смелей,Чем у выступившей нынеСтрочке блуда на стене.Как в насмешку дням кровавым.Отлетевшим в даль времён.На стене ПОБЕДА KNAUFГолубым горит огнём.Не зелёным и не красным.Никаким другим-иным:Мирно-ласковым, прекрасным.Безмятежно-голубым…Я – и KNAUF. Третий – лишний..Я – и надпись на стене…Говорят, сегодня НицшеПоднимается в цене…Одичало ржавым ворсомТравы с небом не в ладу.Атакуемый вопросом.Безответен, я иду.А вопрос толкает дратьсяИли – в лестничный проём:Как же так паскудно, братцы.Мы Победу продаём?Звуки траурного маршаНад могилами звучат.Кирпичи, как пачки фарша,В штабелях кровоточат.Над Ижорой, по-над речкойДо сих пор руин не счесть…Речь немецкая овечкойХодит нашу травку есть.Щиплет травку вроде боком.Сознавая, что в гостях —Но пощипывает токомДом, стоящий на костях:В двадцати шагах отсюдаСпит Ижорский батальон,И сигналит, словно зуммер,Неистлевший медальон.Медальонам счёт неведом?Похоронкам счёт забыт?В сочетании с ПобедойВводит KNAUF новый быт?..В подворотне лает Жучка.По реке плывёт топор.В переводе KNAUF – «ручка»Означало с давних пор…Помнит горькое Победа,Не укроет никуда —Расстреляли людоедаЗдесь, на улице Труда…Исстрадались в горе вдовы.Смотрят в прошлое, назад.Где ни дня без крови новойНе держался сущий ад.В царстве скверны и бедламаЛишь осталось – позови! —Стать прислугой в храме ХамаХрама KNAUF-на-Крови…Не случайно веет кровьюС наступающей грозой…Ветеран поводит бровью —Совладать бы со слезой…Кто печаль его измерит.Кто узнаёт по глазам?Эх, Москва слезам не верит.Питер верит ли слезам?!.«Имя Твоё в интернете искать ли…»
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.