- -
- 100%
- +
Глава 1. Разведка
Знакомьтесь, это Паша и Валерия. Вполне взрослые молодые люди.
Валерия, в свои неполные двадцать, является классической студенткой, со всеми вытекающими из «от сессии до сессии…». Хотя учится прилежно и увлечённо. Павла же назвать взрослым можно с полной уверенностью. Двадцати трёх лет от роду, вполне сносно окончил среднюю школу и техникум. Прошёл срочную службу в армии, поступил в технический университет на заочное. Открыл небольшую автомастерскую, каких полно в любом населённом пункте. Автослесарь и шиномонтаж в одном флаконе. В общем, ведёт взрослую и осознанную жизнь, с весьма определёнными планами на будущее. Руки у Павла растут откуда нужно. Есть и голова на плечах, за рассудительность которой, время от времени, Валерия высказывает парню претензии, о излишней продуманности и прагматичности. За то, что тот никак не желает поддаваться воле случая, стремиться предусмотреть ход событий наперёд.
– Ну вот самую чуточку расслабься, вот столечко. – говорит Лера Павлу, сводя большой и указательный пальчики, щуря глазки, как нашкодивший ребёнок.
Однако, справедливо будет отметить, что Павел никогда не был занудой. Валерии всегда было с ним интересно, и на самом деле, она очень ценит его умеренный прагматизм и надёжность, на которые у неё вполне долгоиграющие виды.
Дружат молодые люди давно, можно сказать с самого детства. Когда-то, лет так дцать назад, в садоводческом товариществе, что в близости Екатеринбурга, у Павла появились новые соседи по участку. Соседи, в лице дяди Димы, тёти Наташи и мелкой катастрофы с шилом в одном месте. Родители, на фоне кустарно-грядковых интересов, быстро нашли общий язык, а к концу дачного сезона сдружились на столько, что стали дружить, как говориться, семьями. Катастрофа же, по имени Лерка, затеяла горячую дружбу с Павликом.
Избавиться от присутствия непоседливой девчонки Павел никак не мог. Благодаря уговорам, угрозам и шантажу со стороны родителей, вынужденно исполнял роль няньки для этой вертушки. Нянькой быть было дело крайне неблагодарным. За её проделки отдуваться и держать ответ перед взрослыми, всегда приходилось Павлу. Но самое неприятное, что иногда ему доставалось от самой виновницы неприятностей. Она его колотила, выдавая свои огрехи перед взрослыми, за банальный недогляд и полную не компетенцию няньки. А спустя какое-то время, колотушки маленькими кулачками сменились на вполне продуманный шантаж. Вредная Лерка, под предлогом того, что Паша за ней не уследил, и она всё расскажет родителям, тащила его во всё более сомнительные авантюры. В общем, язвой она была ещё той.
Зато теперь, Павел считает, что присутствие в его жизни той мелкой бестии, сформировало в нём зачатки ответственности. Валерия же, нет-нет, да корит его за излишнюю бдительность и заботу о ней, словно о маленьком ребёнке.
А надо признать, бдить есть за чем. Валерия, из вертлявой и нередко чумазой пигалицы, превратилась в безумно привлекательную девушку. Средний рост. Спортивное телосложение. Никаких торчащих коленей и рёбер, и в то же время не капли лишнего. Изящная талия, уверенная высокая двоечка, плавные обводы бёдер создавали полную гармонию её девичьих прелестей. Стройные ножки, загар, который ложился на её кожу быстро, ровно и не сходил до следующего солнечного сезона. Округлые черты лица, прямые чёрные волосы до самой поясницы, утянутые в конский хвост, и яркие, изумрудного цвета глаза, всегда производили фурор среди парней. Такое сокровище Павлу приходилось буквально оборонять, ибо от желающих познакомиться, отбоя не было. Ещё в подростковом возрасте, когда мальчишки стали проявлять интерес к его подруге, да-да, именно подруге, братских чувств у Павла к Лере никогда не было, ему пришлось записаться в секцию рукопашного боя. Будучи несколько раз побитым сверстниками в неравном бою, так как провожать Леру необходимо было в чужой район, он получил надёжную и сильную мотивацию к спорту. С Лерой его естественно никто не трогал, а вот на обратном пути приходилось отбиваться и за свою честь и за честь девчонки.
Никаких спортивных вершин Павел не достиг и бросил рукопашку уже через пару лет. Но пара десятков поставленных ударов и физическая подготовка, позволили чувствовать себя гораздо увереннее в уличных противостояниях. По крайней мере, один на один. Да и палка или мелкий нож в руках противника, больше не казались преимуществом последнего. Вынудить Павла драться было не так уж и легко, но если до этого доходило, дрался он с удовольствием и неспортивным ожесточением.
Это сейчас, когда круг общения и друзей уже сформирован, и большинству абсолютно понятно, что Паша и Лера вместе, никто не пытается подбить к девушке клинья. Даже в университете, где учится Лера, попытки подкатов давно пресечены, как самой девушкой, так и Павлом. Не все принимают аргументацию Валерии.
Друзья шутят, что Пашка Лерку никому не отдаст, ведь не зря же он столько лет растил её и воспитывал. Ну, а если без шуток, то у них всё серьёзно, и по сути, движется к свадьбе, а родители уже давно называют друг друга сватами. Но Леркины подруги не понимает, что она нашла в Павле. Ведь он обыкновенный. Да высокий, да сложен неплохо, но обыкновенный же. В толпе потеряется на раз. Взгляд за него не цепляется. Вот уж воистину на вкус и цвет…
– Здрасти, будущая родня. – объявил о своём присутствии Павел, входя в квартиру Леры. Дверь была не заперта.
– Да уж скорей бы. – отозвалась из кухни тётя Наташа. – Я вам сейчас в дорогу пирогов допеку.
– А где моя прелесть? – спросил Павел, усаживаясь на диван в зале.
– В магазин пошла твоя прелесть. Чего-то у неё там не оказалось, а без этого никак нельзя. Да вернётся она минут через десять. – тётя Наташа потрепала Павла за волосы и вернулась на кухню к пирогам.
– Какие люди. – поприветствовал Павла дядя Дима. – Показывай, чего ты там смастерил.
– Да вон она, под окном стоит.
Под окном стаяла «буханка» оливкового цвета.
– Достойный аппарат. – оценивающе резюмировал дядя Дима, разглядывая УАЗ. – Когда протестируем? Когда на рыбалку рванём?
– После похода.
– Военные мосты сам поставил?
– Ага. Пришлось из трёх одну собирать. Вчера на учёт поставил и номера получил.
Вернулась Лера, разуваясь на ходу, с восторженным визгом запрыгнула Павлу на колени. Она всегда встречала его так, будто не видела целую вечность. Чмокнула в губы и тут же потянула в коридор.
– Я всё приготовила, готова, погнали скорее.
– Вот пироги возьмите.– тётя Наташа протянула пакетик с пирогами, обёрнутый полотенцем. – Что бы тёпленькими были.
– Надолго? – поинтересовался дядя Дима.
– Две недели. – ответила Лера, упаковывая пироги в рюкзак.
Дядя Дима обнял детей, а тётя Наташа поцеловала обоих в щёчки, подозрительно так улыбаясь.
– Аккуратнее там. – напутствовала мама. – Паша, следи там за ней.
– Как следует следи. – добавил отец.
– Ой, мааааа, не начинайте. У нас же уговор, пока не закончим учёбу, внуков вам не видать. – пресекла родителей Лера, и продемонстрировала им язык.
Павел схватил рюкзак, и они выскочили в подъезд.
– Про рыбалку не забудь! – напомнил дядя Дима за закрывающейся дверью.
– Да-да.
– Смотри, что покажу. – Павел, обгоняя Леру, открыл заднюю дверь буханки. – Глянь, умывальник, настоящий топчан, газовая плита и холодильник. Чуток цивилизации повезём с собой.
Павел гордился тем, что у него получилось переделка серийной буханки. Теперь она более чем пригодна для походов и приключений в местах с отсутствием дорог. Подготовленная ходовка на военных мостах, лебёдка на бампере, кенгурятник, багажник на крыше и дополнительное освещение. Внутреннее пространство задних дверей приспособлено под ёмкости для запасов воды. Одна из ёмкостей ещё и умывальник. В салон встроена газовая конфорка и баллон с пропаном, холодильник, откидное спальное место, аптечный бокс и ещё несколько непримечательных, но нужных доработок.
– Клаааас. Теперь ты смотри, – Лера ткнула в карту, которую достала из кармана рюкзака. – как планировали, добираемся до Карпинска, там закупаем продукты на две недели, дальше Конжаковский Камень. Дим Димыч достал пайки́?
– Да.
– Мы с тобой разведка! – Лера восторженно поколотила Павла в плечо. – По машинам.
– Так точно, мой генерал.
Лера излучала неподдельное счастье, а Павлу было чертовски приятно и тепло внутри от того, что к этому счастью он имеет непосредственное отношение.
У Паши с Лерой есть общие приятели, компания увлечённых. Точнее говоря, приятели эти были Лерены, а Паша в их круг влился, потому что Лерка без него никуда. На факультете, где учится Валерия, есть старшекурсник, Колян. Парень как парень, ничем не примечательный, но на фоне общего увлечения археологией они познакомились и даже сдружились. Папа Коляна, Фёдор Филиппович, оказался очень интересным человеком. Богатый дядька, владелец какого-то предприятия и пары торговых центров, «активист» теории большого заговора и выживальщик. Увлечённо и эмоционально рассказывал о том, как после войны, правительство СССР начало строить на Урале секретные военные бункеры, рассчитанные на ядерный конфликт и связанный с ним последующий апокалипсис. Подземные города, с оружием, техникой, складами и всем необходимым не только для того что бы пережить ядерную зиму, но и для восстановления промышленности и общества после неё. Рассказывал что-то об оружии возмездия и о каких-то мёртвых руках. Говорил, что самый известный такой объект это гора Ямантау, про которую не писали только самые ленивые газеты, журналы и писатели фантасты. Да и объект этот действующий, пусть даже не весь, но частично точно. И бывал он на нём не единожды. На действующую территорию естественно не попасть, охрана и всё такое, а вот поисками брошенных сооружений занимался. По его мнению, часть комплекса была законсервирована, а скорее заброшена в девяностые, когда до армии никому и дел не было. Вроде и входы находил, да вот только проникнуть не удалось.
По его мнению, и по думке Дим Димыча, офицера снабжения одной из воинских частей и старого приятеля Фёдора Филипповича, аналогичный комплекс должен был находиться в окрестностях горы Конжаковский Камень. Этот объект уж точно должен быть или заброшен, или иметь повышенную секретность, так как давно про него уже ни слова, ни полслова. И поискать этот бункер стоило. Не для того что бы разграбить или чем-то поживиться, а ради самого факта обнаружения.
Обо всём этом Фёдор Филиппович рассказывал настолько заразительно, что увлекал сразу, и желающих поучаствовать в поисках было в достатке. Тем более, что затрат это не требовало. Фёдор Филиппович всегда сам организовывал и спонсировал экспедицию. Кого попало не брал. Тем, для кого это было развлечением или возможностью оригинально провести отпуск, от ворот поворот давал незамедлительно.
Обычно, в экспедицию входил костяк из четырёх идейных: сам Фёдор Филиппович, Колян, по праву наследника, Дим Димыч и ещё один их общий знакомец, которого Лера пока не знала. Ещё было трое-четверо постоянных и увлечённых, присоединяющихся по мере семейных или служебных возможностей, и пара новичков.
Экспедиция на Конжаковский Камень планировалась на август. А перед основным походом, Павлу и Лере предстояло быть теми самыми новичками, которые сегодня ехали на «разведку». В их задачу входило обнаружение путей подъезда, определение мест для ночных стоянок. Выбранные локации, а так же обнаруженные интересности и непонятности, необходимо будет занести на карту, которую им передал Дим Димыч. Карта была военная, подробная, но «чистая», как контурная. Населённые пункты, просёлочные дороги, отметки высот, мелкие речушки на ней, конечно же, были. А вот тропы, делянки, ручьи и прочие следы деятельности человека отметить нужно было самостоятельно. Предусмотрительный военный заранее отметил места, где, по его мнению, в семидесятых годах размещались быстро-сборные корпуса временных воинских частей. После окончания строительных работ, военные, естественно, за собой всё демонтировали и постарались скрыть следы пребывания. Но обнаружить неестественно ровные для гористой местности площадки или случайно забытый бетонный блок, было вполне вероятно. Одна из таких предполагаемых локаций служила начальным ориентиром для развёртывания разведки.
Ещё Дим Димыч обеспечил ребят сухпайка́ми на десять суток и новенькими камуфляжами, скорее всего общевойсковой православной цифрой. Паша не особо разбирался в камуфляжах, срочку он служил простым мехводом БМП-3. Лера и того больше, не отличала военный камуфляж от нарядов охотника-рыболова. А вот обувь они покупали сами. Хорошие недешёвые ботинки, как раз предназначенные для горных походов.
В Карпинск въехали часам к четырём. На въезде заправили бак до полного, и ещё две двадцатилитровые канистры. Далее, не особо выбирая, сделали остановку у ближайшего магазина. Закупили крупы, макароны, консервы, хлеб, чай, соль, сахар, бутилированную воду. Овощи, такие как картофель и лук с чесноком, Павел взял из дома. В рюкзаке у Леры были прибраны несколько пакетиков с приправой и лавровый лист. Подготовиться постарались основательно.
В машине доживали домашние пирожки, допили остатки кофе из термоса.
– Соку хочу, – направилась к магазину Лера, – я мигом.
Хороша чертовка! – подумал Павел, глядя на Леру.
Возвращаясь из магазина, она остановилась у края дороги, пропуская автомобили. Одета была в камуфляжную футболку, свободные хаки шорты с объёмными накладными карманами и горные ботинки жёлто-коричневого цвета. Голову венчала чёрная бейсболка с надписью ФСБ, через застёжку которой продёрнут хвост чёрных волос, струящихся почти до самой поясницы. Милитари-девушка, Лара Крофт, только без оружия. Мужчины-водители откровенно притормаживали, что бы рассмотреть девчонку.
– Когда переодеваться будешь, красота?
– На месте, как доберёмся.
– Если тебе какая-нибудь нечесть покусает ноги, раны зализывать не буду.
– Ой, куда ты денешься. – съязвила Лера, демонстрируя язык.
– Ой, детёёёёё.
– Погнали, взрослый ты наш.
Несколько раз останавливались на трассе, сверяясь с картой. Наконец свернули на дорогу наиболее подходящую по приметам. Выбранная дорога закончилась на удивление быстро, буквально через сто метров превратившись в тупик изрядно замусоренной опушки для пикников. Вышли, осмотрелись, определились с направлением, продолжили движение. Проехали ещё метров сто, снова остановились.
Впереди, поперёк движения, лежало поваленное дерево, сгнившее практически в труху. Попинали. Решили перескочить на УАЗе. Получилось. Дерево хрустнуло под колёсами автомобиля, не оказав особого сопротивления. Следующие метров семьсот-восемьсот лавировали между деревьев по еле заметной дороге, заросшей высокой травой и кустарником в человеческий рост. Необходимо было добраться до следующего ориентира, минерализованной противопожарной полосе. Ну, знаете, такие странные, и не понятно кем выкопанные окопы в лесу, делящие его на квадраты, приблизительно два на два километра. Дальше вдоль полосы налево, а затем, на третьем пересечении полос направо, потом прямо, пока справа не покажется следующий ориентир. Несколько выровненных площадок, расположенных каскадом на подъёме горы. Предположительно, это и будет местом локации старой воинской части.
Подниматься на саму гору, запланировано не было. Что там искать-то? Трава да камни, и исхожено всё туристическими тропами, дикими и организованными. А вот подгорье, изучать придётся основательно, уж если где и есть шанс обнаружить замаскированный вход, так это как раз в подножье.
По просеке ехали медленно, то и дело останавливались, осматривая дальнейший путь. Пару раз путь пришлось расчищать, а при пересечении рва даже воспользовались лебёдкой. УАЗ при подъёме провалился и повис на раме.
К вечеру добрались до подъёма в гору. Появилось отдалённое подобие некогда накатанной дороги, где лесной грунт перемешивался с небольшими камнями. Поехали гораздо быстрее и увереннее, хотя несколько раз объезжали деревья, выросшие посреди дороги. Ещё через сорок минут появилась искомая площадка.
– Всё, прибыли, – скомандовал Павел. – мальчики налево, девочки направо. Тут и ночевать будем.
Место остановки действительно походило на описания Дим Димыча. Паша пошёл осмотреть место будущего лагеря.
Площадка, метров сто на сто пятьдесят. Ровная, как из под бульдозера. Одной стороной подходила к скалистой отвесной стене горных пород, торчащей из зарослей подлеска метра на четыре в высоту. С другой стороны, оканчивалась небольшим, метра на три спуском, внизу которого начиналась подобная территория, побольше. За второй, но ещё ниже, снова выровненная площадь, но значительно меньше первой. Всё обильно поросло деревьями, травой и кустарниками всех мастей. Такой вот каскад из трёх «плато», без признаков какой-либо цивилизации. Ну, или почти без признаков.
На нижнем ярусе было небольшое свободное пространство, небольшая опушка, со следами пребывания человека. Подкошенная трава, костровище, обложенное камнем. Два крючка, вкрученные в деревья, очевидно крепление под гамак. За кустами яма с прикопанным мусором.
Чьё-то укромное место отдыха, где не гадили себе под ноги, но и мусор с собой не уносили. Да и приходили сюда, очевидно, пешком.
Напротив средней площадки, условно через дорогу, Павла заинтересовала полоса деревьев, значительно ниже своих собратьев. Будто выросли они гораздо позже. Прошёлся между деревьями и шагов через тридцать наткнулся на шпалу. Корявую такую, полусгнившую, спревшую шпалу, до сих пор пахнущую креозотом.
– Предположительно узкоколейка. – вспомнились слова Дим Димыча.
– Наверху расположимся, у скалы. Там и света больше и красивше.
– Я палатку ставить и ужин готовить, а добытчик за дровами. – по-хозяйски распорядилась Лера, протягивая Павлу топорик.
Палатка простенькая, китайская, без наворотов. Но раскладывалась сама за счёт специального каркаса. Остаётся только закрепить.
Лера очистила место от веток и мелких камней, быстро справилась с установкой палатки, принесла несколько крупных камней от скалы. Павел натаскал сухих ветвей, выкопал небольшое углубление под будущий костёр, обложил камнями. Развёл огонь. Лера уже что-то отмеряла в котелок из расчёта ужина и завтрака.
– А это нам на кой? – Павел продемонстрировал Лере кусок камня с торчащей из него арматурой. – Ещё один след цивилизации. Надо будет пометки на карте сделать, я вон там ещё шпалу видел.
Павел отбросил ненужную находку как можно дальше, в кусты у самой скалы.
Стук камня о камень, потом железа о железо, тишина и звук падения во что-то вязкое, с тихим, едва различимым – Буль.
Ребята вопросительно посмотрели друг на друга.
– Колодец?
– Да ну нафиг, я там камни собирала. Нет там никаких колодцев.
Не говоря больше ни слова, разведчики пошли к подножью скалы. За кустами, в самой гуще ветвей, в скальном углублении обнаружили бетонное кольцо колодца с решёткой вместо крышки.
Павел принёс топор, вырубил кусты под самый корень, освобождая максимум пространства. Осмотрел решётку.
Ржавая арматура, ржавые петли и столь же ржавый навесной замок.
Посветил в колодец фонариком. Глубина метров десять. На стенке ржавые ходовые скобы, для спуска и подъёма.
– Посмотрим? – Павел обернулся к Лерке.
Та утвердительно кивнула головой.
Подогнал УАЗ поближе к колодцу. Замок поддался паре ударов обухом топора. Петли заскрипели противно и пронзительно, с немалым усилием решётка отворилась. Спускаться решили по стропе, закреплённой к бамперу УАЗа, на ржавый металл скоб надёжи нет. Налобный фонарь, ещё один в карман, и вот уже Павел скрылся в колодце. Осторожный, но недолгий спуск и он на дне. Под ногами илистая лужа и тот самый каменюка с арматурой. Осмотрелся. Темно. Горловина колодца в нише под скалой, свет практически не доходит, да и вечер уже на улице. А в лесу, как известно, темнеет раньше. В обе стороны тоннель.
– Что там? – раздалось сверху.
– Не знаю, возможно, тоннель вентиляции. Дим Димыча бы сюда. Спускаться будешь? Возьми ещё фонарь с собой.
– Сейчас, не ходи без меня.
Спустилась Лера. Павел закрепил включённый налобный фонарь на одну из ходовых скоб, обозначая выход.
– Туда или туда? – указал парень в оба направления. – Если будут развилки, сразу возвращаемся и вообще, далеко не проходим. Дистанция, пока видим свет фонарика.
– Туда.
Шли, светя фонарями по стенам и по полу. Тоннель сухой, тянет сквозняком, никаких коммуникаций, надписей, обозначений. Стены бетонные, шершавые, серые. Пол тоже. Никаких следов в пыли.
Дошли до места, где тоннель увеличивался и представлял собой квадратную, почти кубическую комнату, с продолжением тоннеля в противоположной стене.
Остановились, осветили стены фонарями. Пусто. Глянули друг на друга. Словно хотели одновременно задать один и тот же вопрос о возвращении.
Вдруг помещение залилось вспышкой яркого света, больно ударившего по глазам. Инстинктивно, Павел постарался прикрыть собой Леру, закрываясь от яркого света рукой.
– Какого ху… – ему не дали договорить.
Мощный удар под колено, Павел рухнул на пол, и свет погас.
Глава 2. Русский нерусский
Когда Павел очнулся, то обнаружил себя лежащим не на полу, а на каком-то приспособлении, напоминающим кресло стоматологического кабинета. Такое кресло в помещении было не единственным, и на беглый взгляд их насчитывалось десятка три-четыре. В креслах, подобно Павлу, располагались люди, кто-то в бессознательном состоянии, а кто-то уже пришёл в себя. Павел попробовал встать, но обнаружил, что он, как и остальные, крепко зафиксирован к креслу ремнями. Узкими ремнями крепились ноги в двух местах, запястья, плечо, а двумя широкими живот и грудная клетка. По левую руку от Павла находилась Лера. В таком же кресле, так же зафиксированная ремнями. К её рукам и ногам тянулись прозрачные трубки, крайне похожие на медицинскую капельницу. Правда никаких штативов с флаконами медикаментов поблизости не было, трубки тянулись прямо из кресла. На лице у Леры была кислородная маска, с парой гофрированных прозрачных шлангов, так же уходящих куда-то в конструкцию кресла. Лера была ещё без сознания.
Павел осмотрел себя. Точнее, то, что позволяла осмотреть с его положения относительно свободная голова и шея. Ни маски, ни трубок на нём уже не было. На руках отчётливые следы проткнутых вен.
Беглый осмотр помещения никакой ясности в происходящее не внёс. Последнее, что помнил Павел, это свет, удар, боль в колене и темнота. Кстати, боли в колене не было. Это позволило предположить, что с момента последних событий прошло достаточно времени, чтобы колено зажило. Помещение полностью металлическое, то есть абсолютно. Пол, стены, потолок всё из металла, никакого намёка на отделочные материалы. Окон нет, свет приглушённый, воздух спёртый.
Между рядами кресел ходят несколько девушек. Все темнокожие. Не смуглые, а прям темнокожие, как негры. Одеты однообразно, в какую-то униформу, что-то вроде комбинезонов. Комбинезоны у всех разные, но все подогнаны по фигуре.
Девушки освобождают людей от медицинских систем и масок, ставят какую-то инъекцию в шею. Странные медики с абсолютно безучастными лицами. Ни переживаний, ни состраданий, только спешка, будто опаздывают куда-то.
Одна из девушек подошла к Лере. Извлекла из вен иглы, сняла маску. Каким-то фонариком ткнула в шею. Почему фонариком? Да потому, что инъектор, серый цилиндр, светился с одной стороны как обыкновенный фонарь. Возможно способ обеззараживания места укола.
В сознание Лера не пришла. Девушка приподняла Лере веко, посветила инъектором в зрачок, а затем надавила ей большим пальцем в носогубную складку. Лера тут же мотнула головой и стала приходить в себя.
С полной отречённостью от реальности, Лера крутила головой по сторонам, стараясь сообразить, что происходит. Наконец остановила свой взгляд, осознав, что смотрит на Павла.
– Пашка, это мы где?
– В душе не чаю.
В этот момент в помещение вошла пара десятков вооружённых парней. Таких же чёрненьких. На многих из них были чёрные костюмы с элементами накладной брони, на некоторых чёрные шлемы с непрозрачным забралом. Парни, что в шлемах, встали по обеим сторонам от входа, сразу взяв оружие наизготовку. Остальные стали отстёгивать очнувшихся и выставлять в две шеренги в коридор, между рядами кресел. Короткие реплики, что временами военные отряжали в адрес поднимающихся, не имели никакого смысла для Павла. По его ощущениям, это была какая-то тарабарщина Равшана с Джумшутом. Но действовали военные быстро и слажено. Грубо, но без лишнего насилия. Да и казалось, что язык тыр-быр-мыр понимают все кроме Павла и Леры.