- -
- 100%
- +
Оформление обложки ChatGPT
© Наталья Долбенко, 2026
ISBN 978-5-0070-4147-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Данная книга является художественным произведением, не призывает к употреблению наркотиков, алкоголя и сигарет и не пропагандирует их. Книга содержит изобразительные описания противоправных действий, но такие описания являются художественным, образным и творческим замыслом, не являются призывом к совершению запрещенных действий. Автор осуждает употребление наркотиков, алкоголя и сигарет. Пожалуйста, обратитесь к врачу для получения помощи и борьбы с зависимостью».
1
Наташа ехала в метро. В теле слабость, в голове боль: гормоны ударили. Сквозь потускневшие глаза, заволоченные туманом и тоской, она смотрела по сторонам. Неподалеку симпатичная девушка в длинном пальто сидела и читала психологическую книгу про взаимоотношения полов. Рядом, через два человека, женщина лет сорока держала в руках «Как найти и сохранить любовь». Наташа усмехнулась и повернулась в другую сторону. Там стоял, облокотясь о дверь, молодой человек, похожий на студента и с деланно-принебрежительным видом листал книжку «Что надо знать о женщинах».
— Людей теперь демоны не интересуют, их теперь заботят отношения с себе подобными. Мистика отдыхает, — Наташа хмыкнула и вспомнила про демона: -Тебя общество создало. Оно же тебя и свергнет.
Если бы она знала, как близка от истины.
— Ничего-то у тебя не выйдет: ты уже потерял свою силу, потому что люди в тебя не верят. Они верят уже лишь в собственные силы. Вон и книжки какие читают, как самим что-то сделать… — с горечью в душе отметила: — …зачем ты не позвонил мне? …и сбежал?.. — на глаза навернулись слезы и она опустила голову, чтобы кто-нибудь случайно не заметил ее слабости.
Через минуту поезд остановился и в вагон зашла блондинка с пестро оформленным томиком психологических тренингов «Сам себе волшебник». Наташа грустно улыбнулась и на следующей остановке вышла.
2
— Здравствуй Ким, — поздоровалась ангел с астрологом, — давно не виделись. Как ты?
— Ага, я норм, — промычал он и мотнул головой в сторону комнаты: — Я не один, он там.
— Могла предположить, что так и будет… Ты уже читал по звездам как им, этим нашим двоим ребятам будет? А видел, как им было плохо, когда их кидали, когда рушились их воздушные замки и как потом Засраил этим пользовался?
— Гхм, — согласился колдун. — Это и без звезд невооруженным взглядом видно.
— Но я им всегда помогала, утешала, давая им временных новых знакомых для опыта. Нужно помочь им повысить их самооценку. Так и мир спасается вроде как. Они ведь, эти брат с сестрой, на мой взгляд, очень даже неплохие и даже весьма перспективные ребята.
Ким кивнул.
— Кстати, Засраил говорил, что не ты посылаешь им знакомства, а они сами творят каких-то пукалок. Придумывают что ли ботов.
— Не хотела говорить об этом, но раз уж речь зашла… Придумывают они их сами, а образы я им подсылаю. Ведь есть люди, живущие далеко. Они тоже, как и ребята, участвуют в игре. Там, например, в Африке какой-нибудь, ну или в Краснодаре. Им, Катям-Монти, снятся сны, им видятся наши ребята. Это их успокаивает. Все там тоже самое. Мы ангелы — как большой кооператив. Ты думаешь, откуда берутся фантомы? Фантомы не соткешь просто так. Энергия постоянна. Если тебе угодно, набор душ в мировом хозяйстве постоянен. Вот ими мы арифметику и делаем. Понял?
— Так получается, что Катя или тот брюнет — это тоже иные, только с другой территории?
— Получается так.
— А вредины? Ведь и их они ткут тоже.
— Это так, потому что верят в существование вредных людей и таких и производят на свет, отражая их в своем зеркале реальности. Празднокадящие мир, так сказать. Задействуем мы их без спросу, чтобы сны было про что смотреть этим людям, играющим здесь роли фантомов.
— Подожди, подожди, так брату с сестрой фантомы не сняться! Они же их на яву видят.
— Правильно. Их фантазия выросла за это время.
— Разве такое возможно? А почему другие иные не видят воочию?
— Ну иные у нас тоже по рангам…
— Хочешь сказать, что они переходят уже из 3Д выше?
— Ты правильно догадываешься. Но не будем забегать вперед… для полного перехода в 4Д надо перестать зависеть от старых матричных программ, а это не так просто. Это уже из 4Д в 5Д измерение мы их с легкостью проводим за ручку, а из трешки им придется самим выкорабкиваться. Такие условия поставлены Свыше.
Ким почесал лоб:
— Я тогда где уже, в 3 или в 4 Д? — подумал про себя, а вслух произнес: — Ты и впредь будешь их опекать?
— Обязательно. Как же иначе? Уйду, так все — кранты миру. Демоны возьмут власть над людьми и ботами, — усмехнулась и глянула с важностью в зеркало. — Я сделаю все, что от меня зависит, чтобы помочь им. А, кстати, как там этот безрогий?
Колдун приблизился к Варле и прошептал в ухо:
— Ему совсем плохо, сил уже ни на что не хватает. Мечет молнии, а огонь как из дешевой зажигалки (ну оно, конечно, и мне безопаснее). Злится и хочет гнев свой выплеснуть, а вместо этого его только пучит.
— А ты пробовал давать ему лекарство от вздутия?
— Не берет, говорит «плевать». По-моему, у него хандра.
— Еще бы. Когда авторитет теряешь, всегда депрессуешь. Ну пусть он сам себя из трясины вытаскивает, не помогай ему — у всех своя карма, а то только хуже сделаешь: подумает, что жалость. Ох уж они как этого не выносят!!!Ладно, пойду. Ты уж не говори ему, что я была. Пойду его пакости замазывать.
— Ага, пока, заходи почаще. Чаю попьем с малиновым вареньем.
Ангел открыла дверь, шагнула за порог и обернулась, подмигнув:
— Ты уже на пятом уровне, иначе со мной вот так прямо бы не общался.
Ким вздрогнул от радости и от гордости, осознав, что и правда на равных общается с потусторонними существами.
3
Варла вернулась к себе в квартиру. По аналогии с Засраилом она получила пристанище у проводника, но практикующего черную магию и заодно подрабатывающего на порчах. В основном тот работал по фото. Через интернет. Клиентов в дом не водил. Мужик злющий. Но против ангелов не попрешь. Добротой задушат. Так и пришлось ему терпеть бесплатную квартирантку, да еще временами выслушивать ее нотации о неправильном образе жизни, мысли и заблуждениях. В конец он не выдержал и уехал в Саратов к двоюродному брату. Варла зажила полновластной хозяйкой, не проявляя ни малейшего желания вернуть колдуна обратно. А то может того… квартира там перепадет как.
Теперь сидела на полу в просторной комнате и замазывала штрихом какие-то кляксы на старинном пергаменте. Закончив, стала шивыряться в разложенных перед ней ящиках со всевозможным хламьем.
— Как же долго тут копаться! Давно мне говорили: сделай архив, заведи папки! Все систематизируй, приведи в порядок. Нет, не слушалась, а теперь вот копайся… — она недовольно бурчала, просматривая разные документы и фотки.
— Ничего подходящего, хлам какой-то один. И почему мне только нравится весь этот бардак? Ха-ха, творческий хаос.
Вдруг со стороны окна зазвучали фанфары и в ярком свете из облачка появился кудрявый бойкий парень в плаще, с волосами цвета пшеницы.
— А, Дженька, ты? Что тут делаешь? — спросила Варла.
— Привет, тебя проведать. Опять роешься в своем свинарнике?
— Не зуди, у меня и так мало времени.
С Джейнсом Гонгом, амбициозным ангелом третьей позиции, Варла была знакома еще с первого курса Высшей ангельской академии. Но она училась на факультете социальной работы, а он — связи с общественностью. Джейнс мечтал о быстрой и легкой карьере: получить двойные крылья и магистровский скипетр. А она думала лишь о том, как изменить человечество, быстро протащить большинство из 3Д в 5Д и сделать его поголовно добрым и счастливым. Не смотря на разницу в устремлениях, они были большими друзьями. Особенно сблизились, когда стали ходить на факультативные курсы оказания первой помощи при родовом проклятии.
Он подсел рядом:
— Ну и рожи?! Где ты их только откопала?
— Каких уж Бог послал.
— На кой они те?
— Выборку делать: надо кого-то с кем-то сталкивать, знакомить, чтоб уму разуму набирались, учили друг друга. Все же люди — зеркала друг друга. Каждый в другом видит свои качества.
— Ну без спец техники те тут точно не обойтись. Так и будешь всю жизнь на побегушках в низших бегать.
— Да мне дела нет до карьеры, ты же знаешь!
— Ну, счастье с современным оборудованием проще творить и помочь больше сможешь, — он хитро улыбнулся и вытащил из-за пазухи блестящий новенький лептопчик и ручной сканер.
— Что это? — отшатнулась Варла.
— Ну и факультет у вас был! Даже элементарным основам информатики не научили! Это компьютер — небось слышала о таком? С ним никаких бумажек не надо — все внутри. И программка есть по подбору иных и обычных человечков.
— Да ладно?! А ну покажь, родимый, как етим-то пользоватися, — изобразила она деревенский говор.
Варла встала, отряхнула колени, недовольно оглядев разбросанный по полу мусор.
— Вот смотри, — начал он ей объяснять: — Вкючаешь сюда, тут нажимаешь — все просто. В моих документах строишь папочку — вот так. Все файлы озаглавливаешь и сохраняешь. А потом открываешь вот эту программку «Милега 1001», открываешь нужный файлик и работаешь с ним. Все. Подзаряжать будешь от восходящего солнца.
Варла с восторгом пялилась в экран:
— А что за «Милега 1001»?
— Человечьим языком будет: зеркальное соединение 10—01. программа сама подбирает подходящие варианты людей, чтобы они встречались и передавали друг другу ключи к познанию Истины. Наша общая цель — привести людей к Источнику Знаний, он же Сверх Разум.
— А если ни туда нажму и сломаю?
— Не боись, Для чайников сделано — не сломаешь, на детях испытывали.
Она поводила курсором:
— Забавно, и так быстро?!
— Вот видишь, и даже не укусила, — посмеивался златокудрый.
Через десять минут Варла уже с горящими глазами вовсю шныряла по компу. Наконец «Милега» остановила свой выбор. Оба взглянули повнимательней:
— Сойдет, — брякнул Гонг.
— Можно было бы и получше, — начала было Варла. — Ну ладно, на первое время сойдет. Чтоб не плакалось.
Она довольно повернулась к другу и поблагодарила:
— Ой, спасибо, не управилась бы без тебя так быстро. Спасибо тебе, миленький.
— Пожалуйста, всегда рад, — сиял красавец, облокотясь на спинку стула. — Кстати, могу и тебе такой раздобыть.
— А это что, не подарок? — лицо ее скривилось.
— Ну, дорогая, мне карьера тоже важна. Да к тому же я их не рисую. Прямые поставки со склада производителя. Гарантии вечные. Поуелуй подаришь? — подмигнул.
— А я потяну? — заныла Варла. — С моим-то окладом?
— Разные модели, разные цены, в зависимости от функций. Можно даже в кредит.
— Да не терплю я этих кредитов!
— Ну и зря, весьма удобно и практично, сам не замечаешь, как расплачиваешься постепенно без ущерба бюджету, а любимая вещь уже на руках. Кстати, и каталоги случайно с собой оказались.
Он вытащил из-под плаща цветные журнальчики и сунул ей:
— Смотри, выбирай.
Она с жадностью схватила их и принялась листать.
— Когда доставка?
— Только пальцем чиркнуть.
— А какой самый дешевый и качественный?
— Я заранее подумал об этом: я ж тебя знаю, поэтому и притащил сразу этот. Идеальная модель для тебя.
— Так ты ж сказал, что это твой? — тряхнула головой Варла.
— У меня все мои, пока хозяев им не найду, — Джейнс хитро щурил глаза.
Она полезла в кошелек:
— Почем, говоришь? Святыми или в долларах?
— Брендами святыми, конечно. Они инфляции не подвержены и всегда на плову. И тебе, как близкому другу десять процентов скидка, — он полез за калькулятором. — А если еще поцелуй подаришь — дам самонаводящуюся мышку.
Ангел усмехнулась и обняла Джейнса за шею.
4
Наташа сидела в университете на подоконнике, когда неожиданно зазвонил телефон.
Кто бы это мог быть? Удивилась.
— Алле?
— Алле! Наташ! Ну как там у тебя, на мази? — прокричал в трубку бойкий мальчишеский голос.
— А ты кто? — переспросила она.
— Саша… — удивился голос.
— Какой Саша? Брат что ли?
— А ты кто? Наташа что ли? — усмехнулся.
— Ну да Наташа. А ты что, правда мой брат? — еще раз спросила, все еще сомневаясь.
— Если ты Наташа, моя сестра, то да.
— Тебя что-то совсем не узнать. И голос совсем странный.
— Ладно, хорош, как там у тебя? Как он? — не терпелось узнать Саше.
Девушка вздохнула и повернулась к окошку.
— Отстой. Все отстой, и он отстой!
— Отстой? — брат как будто заплакал в трубку.
— Да и голова теперь болит… — совсем грустно добавила сестра.
— Звуки аккордиона сильно ударили по мозгам? — горько пощутил брат, намекая на гормоны.
Наташа секунду другую молчала, с трудом переваривая смысл остроты.
— Да гармонь, проклятые гормоны стукнули в голову. А ты откуда звонишь? Взял что ль у кого?
— Да у Нико. Он тут тоже рядом. Уже злится что долго болтаю. Ладно пока, в электричке расскажешь.
Наташе снова стало горько, как до обеда, когда рушились ее надежды потерять девственность. Она еще раз психанула. Потом взяла себя в руки и пошла на французский семинар, заставляя себя внимательно слушать проблемы ассимиляции эмигрантов.
В семь вечера они с братом встретились на платформе. Он осторожно спросил:
— Сейчас будешь рассказывать?
— Нет, потом. Сейчас тошно.
Он согласился и отстал. Начал болтать о своих мелких приключениях за день. Увидел одну, подмигнул другой. Прижался в метро к третьей. А четвертой даже сумку затащил на ступеньки. Правда, бабкой оказалась.
В набитой электричке пришлось стоять почти полтора часа. Наконец места освободились и они сели.
— А у меня днем даже аппетита не было. Только сейчас есть захотела, — пожаловалась Наташа.
— Да и я не проч сейчас перекусить.
— Давай свое вынимай, — предложила она.
Наклонилась к нему (сидели напротив).
— В ообщем, все хрен знает как, —и она рассказала свою историю с казахом, какой тот оказался недомужик-недочеловек, с погаными мыслями и неприятными повадками.
— И демон этот библиотечный, так и не позвонил… — добавила про Засраила. — Ни смс не написал даже…
Санек сидел бледный. Боялся за себя. Дурацкие зароки, которые они себе постоянно давали, грызли теперь изнутри, запугивали и не давали продохнуть. «Если у тебя все получиться, то я тебя начну отражать, и тогда у меня все тоже получиться. И наоборот. Мы же с тобой духовные близнецы», поэтому-то они так близко к сердцу и воспринимали удачи и поражения друг друга. Ребячески радовались даже мелким успехам и болезненно, почти до депрессии, все невзгоды оплакивали. Даже самые ничтожные.
Теперь сидели, склонив головы, и, упершись лоб об лоб, пережевывая краснокачанную капусту, отламывади по очереди от вилка листок за листком.
Постепенно задорный хруст во рту развеселил их и они уже вскоре вовсю подшучивали и над казахом, и над библиотечным чуваком, которого почему-то прозвали демоном, и над своей заячьей едой.
— Давай теперь съедим физалисы, — предложила Наташа.
Саша вынул из пакета несколько штук зеленого овоща, отдаленно напоминающего помидору. Их оказалось неравное количество. К тому же одни были зеленые, кислые, а другие желтые, сладковатые. Чтобы каждому досталось поровну, они кусали пополам. Один кусал половину, а другую засовывал в рот другому.
Вдруг Саша слегка покраснел, смутился.
— Ты что? — спросила сестра.
— Да там вон один чувак сидит, передразнивает, — прошептал он.
— Кого передразнивает, нас? — мгновенно вспылилась: подать в студию негодяя — порву!
В таких случаях она всегда вместо стыда и смущения становилась надменной и агрессивной. И уж если получалось, что на нее обращали внимание, когда она сознательно к себе не привлекала, то сразу словно выходила на сцену и показушно демонстрировала то, что до этого делала втихаря.
Девушка обернулась, держа в руке как оружие физалис. Через ряд в купе сидел на вид двадцатипятилетний парень в бейсболке и кривлялся, изображая процесс пережевывания. Глаза встретились, огонь озорства блеснул в них. Наташа, ехидно улыбаясь, торжественно подносила овощь к губам, затем, вздохнув, медленно стала класть его в рот, а потом деланно жевать, показывая всем своим видом, что от этого процесса испытывает настоящее блаженство. Озорник был ошарашен, чувствуя себя сбитым с колеи, взмолился и прозвенел:
— Вы так аппетитно едите, я тоже хочу, и мне дайте!
Наташа победоносно громно хмыкнула:
— Хм! Обойдешься! Самому еду брать надо!
Тем временем Санек потихоньку засовывал пакетик со съестным обратно в рюкзак.
— Ишь какие деловые! — возопил парень, не ожидавший такого ответа. — Сидят и травят: хрум-хрум! Кролики.
Саша тихо на ушко сказал сестре:
— Чего он сидит выпендривается? Может ему в тамбуре пойти морду набить?
— Пусть живет, выпендривается. Завидует!
— Да он еще навеселе малость, — заметил Санек, опуская глазки и моргая ресничками.
— Работа такая хорошая, по душе, вот и радуется, — съязвила девушка (они всегда насмехались над теми, кто работает, потому что у самих не получалось трудоустроиться).
В это время агрессор возмущался, жалуясь своему попутчику:
— Ты глянь как эти салаги со мной разговаривают! Со мной?! Мальчика нашли!
Наташа тихо усмехнулась:
— Он нас за подростков принял. Да ему самому на вид чуть больше двадцати. Младше меня.
Тут задира крикнул им:
— Эй, молодежь! Вы чего так со мной разговариваете? А? Тебе, лохматый, говорю! — обратился он к Саше. — И восемнадцати, небось нет. Вот пойдешь в армию — тебя там быстро обреют — договоришься!
Санек снисходительно улыбался:
— Отсрочка — классная вещь — студент.
— Студент?! — ты еще и свинья? Бла-бла-бла, — разгорячился парень, подпрыгивая на сиденьи.
— Уметь надо, не каждому так везет, — с понтами парировал Саня, типа умом поступил, хоть и за деньги.
— Ты еще и бычишься? — не выдерживал тот, хотя в его голосе звучали веселые нотки (странное сочетание агрессии и дружелюбия). Значит я должен был служить, горбатиться? А тебе самое лучшее достается? Вон и с девушкой сидишь.
Тут только-то до Наташи дошло почему он начал наезжать на ее брата: она ему приглянулась. А брата он принял за бой-френда. И теперь, таким образом, красуясь перед ней, он хотел опустить своего соперника в ее глазах. Это даже польстило.
Они с Сашей представили картину, как Наташины поклонники уже добивают Сашуню в тамбуре, а он пытается из последних сил вытащить из куртки табличку «брат», а они думают, что за ножом полез и бьют по рукам.
Саша на такое обвинение тоже повел бровями от удивления и неожиданности:
— Ах, значит, вон оно в чем дело! Нас опять приняли не за тех. За иных.
Так бывало часто. То они муж с женой, то любовники, то раньше мать с сыном, когда он меньше ее ростом был, потом он ей как-то дядей даже стал, еще внуками друг другу не были, а так полный комплект. Только никак не брат с сестрой. Лишь однажды незнакомая девушка в электричке поинтересовалась:
— А вы что, брат с сестрой?
— Да, — очень удивились они ее проницательности. — А как вы догадались?
— Это просто: вы очень похожи, особенно носиками.
Теперь Саша понял этого противника и раздумал идти с ним силой мериться.
— Эй, красавица! — крикнул приставала. — Иди сюда, я тебе цветов дам!
Наташа сидела спиной к нему. Такая дерзкая активность ее немало поразили. Ее привлекали дерзкие и решительные красавчики. Потому, наверно, что сама по себе красавица и тоже любила дерзить. Она резко высокомерно обернулась и вызывающе бросила взгляд на поклонника. Теперь только она заметила лежавший с ним большой букет из пяти огромных бардовых роз, перемешанных для объема с декоративной кудрявой петрушкой. Поклонник пыжился, но под ее пронизывающим взглядом стал казаться поскуливающим щенком: «ну приласкай меня, тяф-тяф».
— Иди—и! — неуклюже скомандовал он, протягивая букет.
Девушка смотрела на парня: его очень задорное, даже красивое лицо, его самцовая ярость, самоуверенная наглость — все ее привлекало. Все это ей нравилось и льстило самолюбию. А особенно атмосфера спонтанности, авантюры, особенно после утренней неудачи! Но чувство гордсти и задетого достоинства: что я, собака, чтобы бежать по первому зову хозяина — сделали ее еще непреклоннее и прекраснее.
— Тебе надо, ты и подойди!
Парень от негодования даже простонал:
— Я ей цветы, а она мне — ааа, сам иди! Ишь ты какая?! Хм!
— Вот такая, какая есть! — заявила она и отвернулась.
Это семейный маневр. Еще так бабуля любила вытворять: повернется и уходит. И срабатывало всегда. Все шелковые и виноватые становились.
Парень понял, что тут уже его мужская гордость задета. Будет он еще за какой-то подростковой девчонкой бегать? Но с другой стороны, из-за упрямства совсем не хотел сдаваться: я, мол, так решил и должно быть по-моему! Тогда он вытащил из букета все розы и протянул их Саше:
— На, иди возьми цветы!
Саша неуверенно посмотрел на сестру: халявных цветочков хотелось, да и за нее приятно, что к ней клеются. Наташа довольно улыбалась. Взглядом говорила, что хочет розы, но сама не пойдет.
Саша нерешительно встал и с кривой улыбкой заковылял к соседнему купе.
— На, бери все равно. Отдашь их своей девушке. Она у тебя красивая, не обижай ее, — сказал пафосно с грустью парень и отдал розы.
Саша бережно взял их и поправил:
— Спасибо, конечно, не буду обижать сестру.
В это время Наташа тоже обернулась и с оскалом благосклонной признательности смотрела на поклонника. Мало того, что он признал ее красоту, он еще осмелился кадриться к ней при якобы кавалере. И что было самым важным — не отступил перед ее надменностью — прошел ее испытание и покорил.
— Сестра-а? — в ужасе и в радости вскрикнул парень, хватаясь за голову.
Он умоляюще посмотрел на нее — она ему мило улыбалась, — и на своего друга, прося от того поддержки:
— Она его сестра?! — он словно не мог поверить в такой неожиданный счастливый случай: — Не может быть! Что, правда сестра? — уже переспросил ее саму.
Саша уже вернулся на свое место и отдал розы сияющей Наташе: все-таки она сегодня их дождалась, как и предрекали парочки в метро. Саша кивнул головой, довольно улыбаясь:
— Правда, правда!
— Что, родная? — не унимался тот.
— Роднее не бывает.
Парень не выдержал прилива новых эмоций, вскочил с места и, махнув приятелю рукой: «следуй за мной!» — помчался курить в тамбур.
Наташа понюхала цветы — ничем не пахнут. Цвет тяжелый, темно-бардовый:
— Он их подбирал не сам, без особой страсти, а так, как должное. Интересно, кому?
Брат понял ее мысли:
— На руке кольца нет. Может матери? Или сестре на день рождение? Иначе не стал бы с такой легкостью опустошать букет. Он теперь как общипанный — одна петрушка.
— Именно такого я и хотела… как это романтично, когда тебе дарят цветы, да еще и незнакомцы. Андрей казах и после первых поцелуев на второе свидание даже дешевую ромашку не принес.
Она выпрямила плечи: