Битва за Землю. Цикл Алконост++

Медицинский стол был гладким, и после холода снаружи грел ладони.

— Порезы на ладонях, ссадины на суставах, левая рука была обморожена, — сказал тюремный врач, убирая медисканер. — Помощь, вероятно, не нужна — ваша регенерация идёт вовсю. Странно, что пальцы себе не оттяпали, — презрительно добавил он. — Раньше никогда на шахте не работали?

— Нет.

— Чем занимались?

— В основном летал на истребителях.

— Понятно. Откуда шрам на щеке?

— Получил от дрона-паука. Регенерация шла слишком быстро, срослось как срослось — неровно.

— Надо было зашить.

— В бою? Это не вариант.

— Ладно, попробую хоть немного сгладить.

Лекарь потыкал в Тр-Аэна жужжащим прибором и некоторое время рассматривал результат.

— Сойдёт, — наконец сказал он, одновременно сердито и довольно, а потом отошёл продезинфицировать руки. — Кстати, зря вы напросились наружу. Могли не вернуться совсем.

— Но я вернулся.

— Повезло.

— Кстати, зачем лагерю зенитные орудия?

— Так понятно же — из-за криттеров. Я слышал, что ваш полковник Вар-Страан с ними спутался.

— Вар-Страан уже мёртв, ваши республиканцы его прикончили. Выследили, ударили с орбиты, потом высадили десант. Какой-то солдат-мятежник поставил имперского полковника на колени, и тот… покорно встал. Вар-Страану прострелили башку, а тело бросили среди мусора.

— Заметно, что вы не сочувствуете полковнику.

— Нисколько. Он поступил как трус. Умер и оставил организацию в заднице. Тарла все ошибки своей политики снова переложила на нас.

— Почему?

— Ну, кто-то ведь должен отвечать… Империя не может наказать императрицу.

Поражённый медик какое-то время молчал.

— Послушайте… Если вы так относитесь к властям Империи, то почему не перешли на сторону Республики? Напишите проконсулу Ке-Орну, ему нужны пилоты — он вас освободит.

— Я не бегаю туда-сюда только потому, что попался. Что — дела Республики настолько плохи?

— Если честно — да. Потери такие, что экипажи боевых кораблей пополняют кем придётся. Криттеры сбрасывают к нам капсулы с наноботами, а те зачищают посёлки. Иногда фермеры просто пропадают, причём целыми семьями. Зачем их похищают — не знаю. А вы как думаете?

— Не знаю, — ответил Кэсси, закрывая глаза. — Извините, после ночи на холоде я хотел бы поспать. Спасибо за помощь, доктор.

Глава 4. Соня

На борту фрегата «Горизонт»

Новый виарум корабля отработал на все сто — симуляция воздушного боя оказалась крайне, пугающе реалистичной. Соню крутило и мотало, от перегрузки кружилась голова и сжимались мышцы. Условный противник — два юрких истребителя — появлялся спереди, сзади, сходил сбоку. Отсутствие гравитации в симуляторе довершало кошмар.

«Тренировка окончена».

Соня кое-как отстегнулась от кресла и на дрожащих ногах вылезла из кабины. Ложная реальность тут же исчезла, а гравитация вернулась, бросив её на колени.

— Вот же зараза, — сказала Соня, вставая.

Вокруг были только сетчатые стены отсека, за которыми скрывались эмиттеры и датчики.

— Ну, так себе результат, — ехидно сказала супервиро Роза, которая наблюдала с трибуны. — Тебя не сбили, дорогая, но не радуйся. Это был ослабленный режим. А если собьют в настоящем космосе, сама понимаешь, что будет. Ты не проходила модификацию, так что лопнешь в вакууме, как шарик…

— …Да не слушай ты её, — сказал супервиро Шандор, едва Роза удалилась. — Во-первых, в вакууме не лопаются — это миф.

— А что бывает?

— Умирают от холода и декомпрессии, причём быстро теряют сознание. К тому же… если уж между нами по секрету — почти все на этом корабле, включая зазнайку Розу, летали только на симуляторе виарума. Что будет в реальном бою, никто не знает. Ну, кроме капитана Эсперо. Тот летал много — это правда.

— У вас нет опыта, потому что вы — клоны старой команды?

Шандор кивнул.

— Так и есть, — беззаботно сказал он. — Если поковыряться в моей памяти, то помню я только наш бунт и как мы завалили доктора Раста. Хорошее было время — оттянулись по полной.

— Доктор Раст? Кто это?

— Биолог из центра на Меркурии, где нас обучали и сделали теми, кто мы есть. Было немного болезненно, но эффективно. За свои способности супервиро я бы всё Расту простил, но фонд Шеффера решил поторговать нами как рабами. А такие штуки Кай не прощает.

— Когда это случилось? — спросила Соня, стараясь хотя бы выглядеть спокойной.

— Не бери в голову, детка. Давно. Сто с лишним лет назад. Хочешь знать больше — спроси у искина про «меркурианский генетический эксперимент». Так что клону Розы можешь не слушать. Ты хотя бы на флайере летала, а она — только в виаруме.

— Странно, что капитан Эсперо хочет послать нас в бой.

— А что тут такого? — Шандор хмыкнул. — Вообще-то он мог послать в бой искины или сделать дистанционное управление истребителям, но, понимаешь… есть одна проблема.

— Какая?

— Криттеры — твари энергетической природы, так что связь они глушат неплохо. Интерфейсы кораблей ещё держатся, но команду на такой истребитель не передать. Искин глохнет.

— А человек?

— С людьми работает псионик. Телепатия криттерам не подвластна.

— Глушат каналы… Я и не знала про такое.

— Так и никто не знал. Оно началось недавно — пока только в бою. Подпространственную связь криттеры не глушат, но если начнут…

«Они нас сомнут», — подумала Соня. Шандор молча кивнул. Он не был телепатом, а всего лишь наблюдательным парнем, который «читает» выражения лиц.

— Ладно, ещё не вечер и не всё пропало, — сказал он и, подмигнув, добавил: — Хотя тебе и вправду лучше бы не соваться на «Горизонт».

— Почему? Я выбрала Космофлот добровольно. Меня тестировали и приняли. «Горизонт» выпал случайно — по жребию.

— Вот именно. Гражданских добровольцев у нас берут охотно. А всё из-за огромных потерь — надо латать кем-то дыры. У тебя есть мама, отец?

— Да.

— Они хотя бы знают? Что сказали?

— Они думают, что я пошла в санитарки на госпитальной барже. Это в тылу и безопасно.

— Если бы у меня была мама, я бы ей так не врал, — полушутливо-полупечально заметил Шандор.

— Так у тебя её не было?

— Моя мама — установка генетической репликации.

Глава 5. Побег

Сирма-Нова. Лагерь в полярных широтах

Ветер на время утих. Оба солнца стояли в зените. Зохе Ножу сделалось жарко, он стянул с головы капюшон и задумчиво почесал свои рожки.

— Проще бы этот камень взорвать…

— Нельзя, — с сожалением возразил Раджи Кулак. — Мрамор слишком хрупкий, и Та-Сантурана не даст нам взрывчатку.

— Тогда пошлём вниз зазнайку — он измерит толщину слоя. Вдруг не стоит и возиться… Эй, Тр-Аэн, чего стоишь на месте? Давай, лезь, мы тебя подстрахуем.

При этих словах Зоха зловеще расхохотался, а Кэсси молча бросил лучевую пилу, подошёл к обрыву и прикрепил карабин. Верёвка заиндевела на морозе и временами застревала в устройстве. В самом низу, на дне провала, было тесно, и крошево битого мрамора хрустело под ботинками.

«Итак, неделя прошла, а результата пока нет, — размышлял Тр-Аэн, при помощи лазерной рулетки измеряя толщину мраморного слоя. — Пульт управления находится в бункере планетарной обороны, солдаты там не подчиняются администратору тюрьмы и не занимаются заключёнными. Как попасть в бункер, я не знаю. Время идёт впустую».

— Эй, Зазнайка, ты всё измерил? — позвал сверху Зоха.

— Да.

— Тогда хватит отдыхать, вылезай.

Рожа бандита, которая снизу казалась тёмным пятном на фоне белого неба, вдруг исчезла.

Потом по камню под ногами Кэсси прошла мощная вибрация. Стены ямы дрогнули. Светлая полоска неба над головой сделалась ослепительно яркой. Раздался странный звук — очень низкое и громкое жужжание, похожее на результат работы лучевого оружия.

— Эй, парни, что у вас там стряслось?

Сверху не ответили.

Через миг стенки ямы дрогнули и принялись рушиться. Уже измеренный пласт камня с треском осел, осыпая Кэсси мраморной пылью и тонкой изморозью. Обвал гремел долго, казалось, бесконечно долго, на зубах у супервиро хрустела пыль.

Потом всё стихло — точнее, единственными звуками остались то же зловещее жужжание лучевых пушек, смешанное с ответным уханьем зенитных орудий.

«По нам стреляют с орбиты, возможно, и из атмосферы тоже — с малых судов».

Камни давили на рёбра. Кэсси извернулся и принял более удобную позу. «Нормального сирмийца давно бы размазало».

Небольшой просвет над головой всё же остался незасыпанным. Через некоторое время к канонаде примешались крики, обрывки команд и жужжание бластеров.

— Эй, охрана! — позвал Тр-Аэн на всякий случай, но ответа не получил.

Шум боя ненадолго усилился, но потом вдруг прекратился. Обострённой интуицией супервиро Кэсси ощущал чужое движение. Существо не шло, не касалось ногами земли и, тем не менее, скользило вдоль края провала — удлинённое, призрачное, источающее энергию, от которой мурашки бежали по коже.

Кэсси перестал дышать, полагаясь на мраморную пыль, покрывавшую его до самой макушки. Фигура криттера какое-то время колебалась на краю засыпанного карьера, а потом нехотя, будто сомневаясь, отступила. Призрачное свечение исчезло.

Прошло полчаса. Где-то поодаль до сих пор ухала зенитная пушка. Солдаты, безусловные смертники, продолжали проигранный бой. Пытаясь не уснуть и поменьше мёрзнуть, Тр-Аэн дёргал себя за ухо и шевелил пальцами рук и ног. Он потерял счёт времени и лишь следил за мглистым клочком зимнего неба над головой.

В этом зыбком полусне Кэсси вдруг вспомнил Вар-Страана и каменные стены любимого шефом амфитеатра. Сооружение устроили в пустыне, гладиаторов доставляли телепортом и держали в загонах под ареной. Бои с животными проходили зрелищно, но попытки стравить пленников сопровождались заминками, что очень раздражало полковника.

— Сирмиец, который не хочет драться с терранином — что за дерьмо! — ворчал Вар-Страан, подавшись грузным корпусом вперёд и облокотившись о перила ложи. — Что скажете на это, Тр-Аэн?

— Всё логично. Эти пленники — офицеры двух союзных сторон. Республиканцы и терране. Они не станут драться нам на потеху.

В ответ Вар-Страан изобразил полуулыбку-полуоскал.

— Не станут? Да ну? Запомните, капитан, никакие принципы не устоят против боли. Страх тела сильнее примитивной гордости. Прежняя Сирма мертва. Новые времена — новые методы. Сломленные служат лучше, чем верные…

Кэсси потряс головой, пытаясь отогнать воспоминания, и лизнул снег, чтобы заглушить накатившую жажду.

«Полковник тогда не шутил — он открыто плюнул на принципы старой Империи. Следовало свернуть Вар-Страану шею, но… я не решился. Я просто не знал, что делать потом… Пленников тогда стимулировали электрошоком, и они начали вялый поединок, который полчаса не заканчивался ничем. Вар-Страан вдруг заскучал и убрался к себе в кабинет…»

С республиканцем, замеченным на арене, Кэсси встретился ещё раз. Наутро он приказал привести пленника на допрос и остался с ним с глазу на глаз, предварительно отключив прослушку. Парень уже смирился с неизбежным.

— Я вам ничего не скажу, только моё имя и звание, — сбивчиво заговорил он. — Лейтенант Неис-Лин. Пожалуйста… Моя семья на Сирме-Нова должна узнать, что я уже не вернусь. Пусть они перестанут ждать.

— Огласка такого рода не в правилах Консеквенсы.

— Вы очень жестоки.

— Нет, не жесток. Могу предложить сделку. Мне нужны любые сведения о предмете под названием «нексус». В обмен на информацию я обеспечу вам лёгкую смерть. Спасти не обещаю — это не в моей власти.

— Не верю.

— А вы поверьте — хуже не станет.

Неис-Лин поднял голову и уставился на Тр-Аэна со странной смесью ненависти, сомнения и надежды.

— Я слышал кое-что, — прошептал он едва слышно. — Говорят, на Сирме-Нова есть человек без имени. Ке-Орн называет его просто — Эмиссар. Этот самый «Эмиссар» ищет нексус и ради этого связался с отрядом Кси. Эмиссар, вроде бы, терранин, но не совсем — он то ли из будущего, то ли из прошлого и многое знает про криттеров.

— Скудные сведения.

— Но вы же обещали… пожалуйста. Я не хочу мучиться.

— Ладно. В день моего дежурства попытайся сбежать. Можешь просто броситься на охрану. Я выстрелю и не по ногам, как тут принято, а сразу наповал.

— Спасибо.

— Я отпустил бы тебя, парень, если бы мог. Но я не могу.

Смерть Неис-Лина не сочли подозрительной, но Вар-Страан был зол и продолжил гладиаторские бои, пока не опустошил все клетки. Дни тянулись за днями, пока не прибыло подкрепление, и только тогда у Тр-Аэна появилась возможность вернуться в ставку на главной имперской базе.

В дни своего отпуска он погрузился в тамошнюю суету и плохо спал по ночам. В кошмарах Кэсси стоял посреди арены под ярким светом ламп и под взглядами других офицеров, в ожидании противника, которого нельзя победить. Враг появлялся — это был грузный чёрный силуэт без лица. На этом месте сон обычно прерывался или сменялся картинами войны.

— Вы слишком уж печальны, Тр-Аэн. С чего бы это? — поинтересовался навестивший Кэсси капитан Та-Ниро.

— Я устал.

— Ну так отдохните как следует, развейтесь.

Кэсси принял совет к сведению и связался с эскорт-сервисом. Красавица Кирата явилась по вызову, и они изо всех сил постарались развеять меланхолию мимолётного друга, но не смогла — и, потерпев поражение, обиделась.

— Мой дорогой капитан, если ни изящные беседы, ни наши постельные утехи вас не развеселили, возможно, требуется нечто новое — то, что отсутствует у меня.

Тр-Аэн лишь посмеялся в душе над раненым тщеславием куртизанки.

— Цветочек страсти, и ты прекрасна в любой роли, поверь. Душу гнетёт не наша встреча, а лишь дела Империи.

Через день Тр-Аэн встретился с заместителем Вар-Страана и попросил о переводе в отдел внешних операций. Работа там считалась опасной, не всегда успешной и награждалась гораздо реже, а потому просьба не встретила возражений.

— Вы, должно быть, чокнулись, дорогой друг, — возмутился Та-Ниро во время второго приёма пищи. — Всех, кто туда перевёлся, отправляют на Сирму-Нова ради диверсий. У мятежников отличная служба безопасности. Вам надоело допрашивать пленников? Хотите сами оказаться на их месте?

— О, нет… Не беспокойся, друг. Я вовсе не псих. Просто мне наскучила эта громадная станция и захолустные планетоиды. Месяц проходит за месяцем, я вижу только пустоши, зверей, арестованных оборванцев и бетонные стены очередного бункера. Моё настоящее призвание — летать. Надо восстанавливать навыки.

— Так зачем их восстанавливать в таком адском месте, как Сирма-Нова? Чтобы тренироваться на республиканцах?

Благоразумие удержало Тр-Аэна от правдивого ответа, и он отделался шуткой.

Во время следующей аудиенции Кэсси пригляделся к лицу императрицы. За последние годы Тарла заметно постарела — подбородок выдвинулся вперёд, в углах рта залегли складки. Затянутая в серебристо-серый мундир, обутая в высокие сапоги, жёстко выпрямив спину, она сидела на троне. Стриженые волосы обрамляли контур круглых щёк. Бледно-голубые глаза глядели исподлобья. Голос у императрицы был сильный и звучный, её тронная речь и ответные крики собрания эхом отдавались по сводам зала.

— Мы — сирмийцы! Завоеватели и герои! Наши корабли реют среди звёзд, и эти звёзды мы забираем себе. Мы — сирмийцы! Наша страсть делает нас сильными. Наша разведка внушает трепет врагам, а наша бдительность помогает нам выжить. Мы слышим зов мести и отвечаем, проливая вражескую кровь. Мы — сирмийцы, грядущее за нами…

Кэсси сохранял непроницаемо-почтительное выражение лица, не позволяя себе даже тени усмешки — криттеры только что разнесли личную флотилию императрицы.

…Свой перевод в отдел внешних операций Тр-Аэн отпраздновал тем же вечером в баре в компании капитана Та-Ниро.

— «Грядущее за нами»! «Разведка нас бережёт»! — насмехался уже изрядно пьяный приятель. — Даже идиот знает, что криттеры дерут нас, как гиена — поросёнка. Наша планета мертва. Миллиарды сирмийцев мертвы. Традиции умирают. Империя развалилась. И кто же это трепещет перед нашей прекрасной Тарлой? Мятежники? Ха! Лига Земли? Да терране с хохоту умирают.

— Заткнись! На нас смотрят. Твоя болтовня нелояльна.

— Нелояльна? Ладно, я замолчу. А чего ты ожидал, Кэсси? Вар-Страан свихнулся и промывает мозги мятежникам в надежде сделать из них лоялистов. В это время криттеры жгут всё, что захотят…

Та-Ниро говорил и говорил, пока не опьянел окончательно и не ткнулся лбом в стол. Ближайший приятель не внушал Тр-Аэну никакого доверия. «Рискованные разговоры могут оказаться ещё одной провокацией. Я сейчас на грани смерти. Делиться замыслами ни с кем нельзя. Верить никому нельзя. Пора улетать — причём побыстрее — и заняться нексусом».

…Комок снега шлёпнулся Тр-Аэну на лоб, и он вынырнул из омута воспоминаний. Наверху послышались шаги — явно человеческие.

— Эй, Раджи, Зоха! Помогите мне вылезти!

Бандиты не появились, однако ощущение постороннего присутствия оставалось.

— Эй, кто-нибудь! Тащите меня наружу!

Смутный силуэт, наконец, появился на фоне пасмурного, но для Кэсси всё равно ослепительно-белого неба.

— Значит, отдыхаете тут, пятьсот тринадцатый… — раздался холодный голос Та-Сантураны. Кэсси прижался к стене. Администратор в наглухо застёгнутой зимней шинели склонился над брешью и принялся изучать темноту провала.

— Вижу, вот вы где отсиживаетесь, бездельник и лентяй…

Силуэт администратора неловко качнулся, на миг исчез, а потом вернулся на место.

— Ловите метку и прикрепите её к одежде, — презрительно бросил он. — Я просигналю — вас вытащит транспортное устройство.

— Эй, погодите, администратор. Проблема в том, что меня тут зажало.

— Боитесь, что телепортация что-нибудь оторвёт? Ну, придётся рискнуть. Иначе вас и за десять дней не откопаешь. Вы же супервиро — значит, прочный.

Металлический квадратик упал вниз. Кэсси дотянулся до него, но не рукой — зубами.

— Готовы?

— М-м-м…

Полыхнул зелёный огонь, и Тр-Аэн шлёпнулся на снег возле карьера, выплюнул метку и вытер с лица пыль.

Местность вокруг невероятно переменилась. Снежный покров местами растаял, местами покрылся слоем сажи и зелёными пятнами крови. Ангары и склады рухнули и оплавились. Тёмные, разбросанные тут и там холмики оказались свежими трупами, некоторые из них обгорели до неузнаваемости.

— Криттеры атакуют… — как-то вяло и равнодушно произнёс администратор. — Слышите, наши пушки бьют?

Гулкий звук одинокого зенитного орудия всё ещё доносился из-за холма.

— Солдаты почти все умерли, — добавил Та-Сантурана. — Заключённые тоже. Транспортная горит, поэтому я не перебросил вас туда.

— Как давно это началось?

— Не очень давно. Не уверен. У меня что-то с памятью…

Администратор отвернулся от Кэсси, сделал несколько неловких шагов и сел на снег, прислонившись спиной к куче мешков. Его странное состояние уже сделалось понятным: сбоку из толстой шинели Та-Сантураны торчал пронзивший его осколок железа. Кровь непрерывно сочилась на одежду.

— Вы ранены, администратор.

— Нет, я просто устал. От вас столько проблем, пятьсот тринадцатый… — Та-Сантурана закашлялся, сплюнул кровь на грязный снег и склонил голову.

Ветер шевелил его растрёпанные волосы — как оказалось, не белые, а седые.

Кэсси подошёл вплотную, обшарил чужую шинель, забрал бластер и тактический браслет. Администратор не сопротивлялся, казалось, он не понимал сути происходящего.

— Тр-Аэн, вы мне не нравитесь. Вы настоящий негодяй.