- -
- 100%
- +
Глава 1
«Фигурка – класс», – получила мужскую оценку привлекательная брюнетка, рассматривая своими красивыми глазами посетителя, вошедшего в холл спортивного клуба, когда обратилась к нему:
– Доброе утро. Никита?
– Да, я Никита. Доброе утро.
«Новенькая, наверное», – отметил для себя он, а она удивила:
– Вы решили не перезванивать, а приехать?
– Если к Вам, то к такой красоте я готов не только приезжать, а сломя голову на всех парах бежать на край света! – ответил он, пытаясь понять, что она хочет от него и о чем говорит.
– Ну и почему же в таком случае я Вас жду уже две недели? – улыбаясь белоснежной улыбкой, продолжила удивлять она.
У нее получилось не только удивить, но и сразить его своей обаятельностью, включив в нем самца. Не обделённому женским вниманием холостяку всегда приятно встретить в семь часов утра красивую приветливую девушку, тем более, что все сотрудницы данного заведения, ориентированного на состоятельных людей, носили белоснежные рубашки, подчёркивающие их аккуратные формы, короткие спортивные юбки зеленого цвета и белые кроссовки без носков. К их торчащим соскам он почти за год уже привык, а вот есть ли трусики под юбками, так и не разведал. Поэтому, не смотря на привлекающий внимание чуть выше призывно торчащего соска бейдж, на котором черными буквами на серебристом фоне, было написано, что перед ним администратор Юлия, Никита не смог удержаться и начал с ней открыто флиртовать, выпалив в несвойственной ему манере:
– Я пришел, как только смог, и собираюсь у всех сегодня вечером… э-э-э, завтра вечером забрать свою принцессу!
– Вы лучше заберите, наконец, свой подарочный абонемент. А то я две недели, как начала работать, а меня уже начальство ругает, – дала она ему понять, что ему нужно держать себя в руках, так как она на работе.
– Абонемент?
– Я Вам писала сообщение. Вы ответили, что Вам надо сказать об этом в пятницу.
– И почему я не помню этого разговора? Или Вы не звонили?
– Звонили. Но так как, как Вы выразились, Вы мчались по МКАД…
– А, вот это помню, – соврал он, пытаясь вспомнить…
«МКАД… Юля…Юльчик, а точно…».
Мелодия входящего звонка перебила его попытки. Кинув взгляд на экран смартфона и переменившись в лице, Никита проговорил вслух:
– Только подумал… – и, напрягшись, принял входящий звонок. – Алло. Получив в ответ еле слышное: «Приивеет, Никита», – заметил, как меняется выражение лица брюнетки напротив, которая по его физиономии поняла, что, видимо, что-то произошло.
– Что случилось у тебя? – настороженно спросил он, зная, что Юлю в 11:00 невозможно растолкать, а тут семь утра…
– Да у меня тут капец! – на мгновение страх овладел им, а она продолжила. – Юля проснулась в семь утра, прикинь, Никита.
В голове крутилось много мата, но он сказал:
– И тебе доброе утро, сестричка.
– Да какое… доброе, блин, этот будильник…
– Зачем ты его завела?
– Напомнить хочу, сегодня Мила прилетает в шесть…
Эта фраза мгновенно расставила всё по местам и перенесла его мысли из клуба в прошлое – за руль на МКАД…
– Ну да, именно так должен звучать двигатель. О да, вот так, крошка. Я очень, очень доволен… Алло, привет. Быстро, я еду.
– Не узнал?
– Нет, не узнал.
– Ну вот. Это Марго тебе звонит.
– Марго? Не помню.
– Прошлая пятница. Девушка в кожаной юбке.
– А, Рита, вспомнил. Мы договаривались сегодня встретиться, но у меня не получается, извини.
– А, может, завтра тогда?
– Не знаю. А ну, я перезвоню, вторая линия… Алло.
– Здравствуйте, Это Юля из клуба. Вы говорили перезвонить Вам в пятницу по поводу…
– Какого клуба? Давайте я Вам перезвоню, я по МКАДу мчу, извините…
«Осень наступила, повозвращались с курортов и вспомнили, когда неохота дома сидеть», – подумал он и сделал музыку громче.
– Мояя рукаа превратилась в кулаак, – подпевал Цою, сидя за рулем своей мечты, обычный парень-сирота. Никита был из хорошей дружной семьи с трагичной историей, но волею судьбы с недавних пор его дела потихоньку поползли в гору…
Входящий звонок.
– Бля, если это Юля из клуба, то ты тупая овца, – выругался он и, не глядя на экран, рявкнул в телефон. – Слушаю!
– Привет. Никита?
– Ой, Юлечка, солнышко, я думал, это другая девушка звонит.
– А я подумала, на меня такая реакция.
– Да ну ты что, роднулька. Я сейчас остановлюсь и перезвоню, а то в аэропорт по МКАД мчу…
У бензоколонки…
– Здравствуйте, какой бензин и сколько?
– Премиум полный бак наливай, наверное, а я пока кофе попью. А хотя, давай я подожду…
– Алло, Юльчик, могу говорить. Рассказывай, как ты там.
– Никит, с утра ничего не изменилось. Здесь просто… Ну, в общем у меня просьба к тебе. С меня любое твое желание.
– Любое? Тогда…
– Никит, не начинай, пожалуйста, я прошу.
– Я должен был попытать счастьица-то.
– Ага, знаю, но помочь не могу.
– Ладно, хочу желание. Что у тебя там?
– Ты помнишь мою подругу Милу?
– Нет, кто такая?
– Она со мной почти на всех фотках есть.
– Это с пятым размером?!
– Нет, то Танька, а Милка – она маленькая такая, наша соседка. Ну, на скрипке играла.
– Да-а, скрипку помню, а Милу нет.
– Вспомнил да, скрипачку! Ну так вот, – продолжила она. – Только не перебивай.
– Хорошо.
– Прислушалась я, братик, к твоему совету.
– Опа, и к какому же именно, стесняюсь спросить?
– Начать заниматься чем-то полезным и прибыльным.
– Ну, что ж, хвалю. Идея есть, и, если есть, то сколько стоит?
– Да, есть, конечно, но я сейчас не деньги просить буду.
– С воздуха прибыльное дело откроешь. Говори, давай, когда и сколько надо, чтобы я знал.
– Я говорю, деньги есть у меня, и их хватит…
– Погоди, Юль…
– Ох, нифига себе, какой спидометр у нее! – услышал он с улицы, опустив стекло.
– Денег за бензин сколько, спидомэтр? – обломал Никита наглеца в потертой форме заправщика, который заглянул в салон новенькой спортяжки-симпотяжки.
Парень не понравился Никите тем, что постучал ему, как в калитку, в тонированное окно своими костяшками пальцев. Конечно, Никита хотел и мог послать его, но решил, поугорать.
– Смотри, монокли трэснут, братуха, – продолжил он.
Парень в очках с черной оправой и толстыми поцарапанными линзами не растерялся и с серьезным видом ответил:
– Да нее, у меня же триплекс, братуха. Такой же, как у тебя в машине лобовуха…
– Слышь, микроскоп, не приставай к людям. Отойди от машины, говорю, чеши подметай, дебил! – перебил их разговор заправщик.
– Денег сколько? – зло спросил у него Никита, поняв, что парень в очках так вел себя просто потому, что был не совсем здоров.
– С вас две тысячи триста пятьдесят рублей, – ответил заправщик, улыбаясь в надежде на чаевые.
«Дебил», – подумал Никита и сказал:
– На тебе пять и сдачу не нужно.
Словно идиот, заправщик вцепился в купюру, поданную ему из салона, своими пальцами и, чуть не подпрыгнув от радости, выдал:
– Благодарю, Ваша удачная дорога начинается от нас, будем рады видеть Вас снова, приезжайте к нам еще!
– Ага, обязательно приеду и проверю, отдал ты сдачу вон тому дебилу или нет.
– Да, это же я… – имел в виду заправщик, что это он машину заправлял, но…
– Я, я, головка от хуя, – перебил Никита, кривляя подлеца, и строгим голосом повторил. – Я говорю тебе, сдачу отдашь парню в очках, дебил, – и отпустил купюру, медленно разжимая пальцы…
– Алло, Юля? Алло. А, так она сбросила…
С чувством удовлетворенности он отъехал от колонки, снова набрал номер единственной сестры и, ожидая ответа, потихоньку поехал, чтобы не опоздать в аэропорт.
– А чего ты сбросила?
– Я тебе «алло-алло, Никита-Никита», а ты там «ля-ля» с кем-то. Ну что висеть?
– А, рекламщики приклепались, извини.
– Уже удобно говорить?
– Да, конечно, я потихоньку еду, рассказывай.
…
– Да какие, блин веники плести, нет Никита, – смеялись они.
– Рассказывай-рассказывай, я просто соскучился очень.
– И я тоже…
– Ну, и я решила открыть клуб.
– Клуб?
– Да, клуб и открывать его буду в Москве, потому что в Питере такое есть, причем много, а в Москве и людей побольше, и место нормальное найти легче.
– Мне нужно место найти?
– Нет, этим мы будем заниматься сами.
– Мы?
– Ну да, с Милой, которая поедет в Москву и будет искать.
– А почему Мила будет искать?
– Потому что она в этом разбирается и потому что я ее взяла в компаньоны или компаньонки, как там правильно.
– Ну, а от меня-то что нужно?
– Я хочу тебя попросить, чтобы ты пустил ее в свою холостяцкую крепость пожить неделю, а может две.
– Не выдумывай Юля, что значит пожить неделю или две? – в телефоне повисла тишина. Зная, что в серьезных делах его слово для нее закон, он выдержал пятисекундную паузу и продолжил. – Не дури мне голову с такими вопросами больше никогда поняла? – Она не отвечала. – Это наша с тобой крепость, и ты это прекрасно знаешь. Конечно, пусть приезжает и живет, сколько нужно, если ты пустишь ее в свою комнату, а то комната для гостей зависла – итальянцы паркет зажали.
– Дурачок, блин! Обожаю тебя! – радостно рассмеялась она…
Глава 2
Встречая в Шереметьево Милу, о которой он совсем забыл, он думал, как правильно изменить планы на вечер…
В выходящих к родным людям он не нашел свою гостью, а когда прилетевших не осталось, и красивая девушка в форме закрыла дверь, он заволновался.
«Отлично. И что теперь?» – набирая номер Милы, подумал он.
С гудком вызова в динамике одновременно он услышал мелодию звонка за спиной.
– Алло, – ответил ему милый женский голос и там, и там. Он обернулся на голос.
– Мила?
– Привет, – улыбнулась девушка, не убирая от уха телефон. Светлые, почти золотистые волосы, большие серые глаза, натуральные брови и ресницы, сочные губы и ровный нос.
«На кого-то она похожа», – подумал Никита и сказал:
– Так Питер здесь.
– А я из Волгограда летела…
– Извини, не помню тебя. Наверное, изменилась, и не могу понять, на кого ты похожа.
– Не знаю, на кого, а вот ты не изменился, и вы очень похожи с Юлькой, – сказала Мила и чмокнула его в щеку. Никита улыбнулся и спросил:
– Где твои вещи? Поехали быстрее, очень кушать хочется…
На паркинге было много машин и, когда они добрались до авто Никиты, Мила восхитилась и сказала с удивлением: «Неплохая машинка у тебя!», когда поняла, что белая машина, выделявшаяся из всех машин на стоянке тремя широкими полосами на капоте и бампере, принадлежит Никите.
– Да, недавно пришла. Ждал полгода, но дождался, – ответил он, испытывая эстетическое удовольствие от своего выбора и вкуса.
– Патриот, я смотрю?
– Почему патриот? – сразу не понял он.
– Ну, флаг почти на весь капот.
– А, не-е-ет. Это же BMW M, а эти полоски – такой логотип, и они не только на капоте, а еще и на половину водительской стороны, иди, глянь, – пытался он как можно больше рассказать…
По пути....
– Что, бензин надо залить? – спросила Мила, когда он начал резко тормозить, явно собираясь свернуть на АЗС.
– Нет, заливать нам не нужно ничего, а вот слить нужно как можно больше, – улыбнулся он.
– Нужно слить?
– В туалет надо, пробки. Внутри направо до конца и левая дверь.
– А ты?
– А я сейчас, нужно узнать, сколько масло стоит. Иди и возьми себе, что хочешь…
Он не стал говорить ей, что вспомнил, что у него есть дело, когда увидел знакомую АЗС. Никита всегда выполнял обещания, и в этот раз тоже сдержал свое слово…
– Привет, братуха! – услышал он, когда открыл дверь. Он обернулся на голос. У задней двери стоял уже знакомый ему парень и показывал ему пальцем на очки.
– Капиталовложение. Аркаша не курит и не пьет, – линзы в его очках были новые.
– Привет, братуха, – сказал Никита и подал ему руку.
– Привет, Никита. Я – Аркадий Аркадьевич Микроскопов, – подавая руку в ответ, представился он.
– Откуда имя знаешь мое?
– Вспомнил. Слышал тогда в твоем телефоне: «Алло-алло, Никита-Никита».
– Слышал?
– Аркаша видит плохо, но взамен слышит хорошо.
– Аа. Этот хмырь сдачу отдал тебе?
– Капиталовложение. Аркаша не курит и не пьет.
– Хватило? – спросил он, поняв, что тот купил линзы, но Аркаше было уже не интересно, он уже был увлечен созерцанием салона в открытые двери. Никита хорошо видел через новые линзы его по-детски радостные глаза…
Опираясь на свои внутренние ощущения, он решил хоть на минуту сделать не виновного в том, что он не такой, как все, человека счастливым.
– Иди, порули, – сказал он и не ошибся…
Отряхивая штаны сзади руками, Аркаша исполнял на плитке, обтирая подошву, лунную походку так быстро, что Никита рассмеялся и сказал:
– Давай, ныряй…
Реакции, которую он ожидал, не последовало. Не веря в свое счастье, Аркаша, поставив ногу в авто, превратился в саму аккуратность. Сев в салон, он погладил сиденье, панель, огляделся и взялся за спортивный руль. Примерно минуту он просто сидел, держась за него, и что творилось с ним и в его голове, было известно только ему…
– Все в порядке? – спросила Мила, подойдя к Никите. Аркаша тихо издавал носом звук двигателя, поэтому Никита положил палец себе на губы, и в этот момент она увидела его глаза… Насладиться ими помешал Аркаша.
– Аркаша едет, Никита во, – показывая ей большой палец, прищурился и понял, что Никита не один.
– Познакомься, это Мила, – представил её Никита, а он уже вылезал из машины.
– Аркаша Аркадич, – представился он, пряча от стыда глаза, шмыгнул между ними со словами: «Аркаша сейчас» и исчез за углом…
– Ты не меняешься, да? – улыбаясь, спросила она, и Никита заметил, насколько Мила красивая и естественная.
– Ты о чем?
– Также возишься с вот такими Аркашами, как и в детстве…
– Рука, шипы, аккуратно, – перебил его Аркаша с розой в руке и, подавая ее, сказал. – Не бросай, Никита – во, не бросай, Никита – класс! Мила взяла розу за бутон, а он разжал руку и со словами: «Аккуратно, шипы» показал им свою окровавленную ладонь…
Направляясь домой в пробках, они говорили, как старые приятели, о том, кто и где, и уже через полтора часа въехали во двор современных многоэтажек.
– Ну, вот мы и прибыли, – паркуясь, сказал Никита…
– Прошу, мое скромное жилье.
– Скромное?! – удивлённо спросила Мила, входя в квартиру.
– Поверь, скромное. Могло быть в другом районе и побольше, но мне пока хватает. Ты не стесняйся, чувствуй себя, как дома.
– Хорошо, я попробую.
– Пойдем, покажу комнату, в которой ты будешь спать.
Он ввел ее в светлую комнату, по интерьеру которой было понятно, что это комната для девочки.
– Это комната Юли, подходит?
– Уютно очень.
– И здесь, вроде бы, есть все необходимое девочкам, но если что-то мешает или неудобно, уберем, передвинем. Ну, а с техникой, я думаю, сама разберешься.
– Разберусь, конечно, – сказала Мила, увлеченная дорогим интерьером.
– Все занимайся, а я пошел готовить ужин.
– Готовить?!
– Так, а ты что, домашнюю еду не ешь?
– Почему? Ем.
– Ну, ты так удивилась, прям гото-о-овить. Я готовлю сам всегда. Люблю готовить.
– Давай я помогу тебе?
– Нет, ты лучше разберись с вещами и приведи себя в порядок с дороги…
Глава 3
На разбор вещей, звонки маме, подругам и душ у Милы ушел примерно час. Колеблясь и выбирая, в чем выходить ужинать, она решила ориентироваться на слова «чувствуй себя, как дома» и остановила свой выбор на коротком шелковом халате, под который не стала надевать белье.
Помещение, куда она пришла на звук телевизора, кухней назвать было трудно. Большая очень светлая комната с соответствующим по размеру столом, красивой мебелью в нежных тонах, барной стойкой и огромным окном. На столе уже стояли блюда с салатами, красиво украшенные зеленью и овощами, мясная нарезка, вино, и дополнял эту красоту нарезающий сыр Никита…
– О, ты уже все? Лапшу домашнюю с мясом будешь? У меня есть уже сваренная, только бульон нагреть.
– Домашнюю, конечно, буду, – обрадовалась Мила, не веря, что это все происходит с ней.
– А почему ты босиком?!
– Я тапочки забыла.
– Я сейчас тебе Юлькины дам.
– Да к такому ужину не тапочки, а туфли нужны. Я сейчас…
В это время в центральной части Москвы собирался бомонд бизнесменов на выставке новой продукции ведущих компаний в сфере газовой промышленности. Дорогие машины, куча известных людей, репортеры с камерами снимают знаменитостей. Среди всех этих людей также присутствовала одна из самых молодых бизнес-вумен в этой сфере Светлана Александровна.
Несмотря на отсутствие желания в пятницу находиться на этом скучном мероприятии, она пребывала в приподнятом настроении, так как еще утром ей сообщил ее советник по особо важным делам о крупной сделке и контракте с сюрпризом для нее…
Никита застыл с тарелкой в руках, когда вернулась Мила.
– Ого! – воскликнул он.
На ней было короткое синее платье, которое обтягивало талию, бёдра и подчёркивало явное отсутствие лифчика, плюс туфельки – в общем, она была прекрасна.
– Вот это туфельки, и, кстати, очень хорошо, что нет косметики.
– Спасибо, мне приятно.
– Ну все, садись, буду тебя кормить… Ты ешь, давай, а то остынет.
– Слушай, я не ожидала, что ты такой.
– Вино?
– Да, немножко.
– Я не буду, извини.
– Ты еще и не пьешь?!
– Пью, но не часто и исключительно для вкуса. Бери гренку.
– А чего сейчас не будешь?
– Мне на работу еще нужно, очень важная встреча.
– А, понятно теперь. Слушай, еще раз спасибо за то, что позволил пожить у тебя и прости за неудобства.
– Все в порядке. Мне для Юли ничего не жалко, если просит. У меня, кроме нее, никого нет.
– Я знаю, ты же ей, как мама и папа, а главное – любимый брат.
– Я тоже люблю ее сильнее всех, – улыбнулся он.
– Ну, это заметно, – тоже улыбнулась Мила. – Машину купил, квартиру в Питере ей оставил, деньги вот на клуб нам дал и так, я помню, в детстве за нее всегда горой.
– Мелочи, это все сегодня есть, завтра нет. Ты ешь, ешь, давай. Вкусно? – спросил он, думая о том, какая у него сестра умница. Он высылал ей деньги на гулянки, салоны красоты и отдых за границей, а она, получается, их копила.
– Очень, я в восторге. Правду говорят, что мужчины – лучшие повара.
– Не знаю, но готовить люблю, и получается все, особенно мясо и морепродукты. Только вот жареные пирожки с горохом, как делала мама, ни в какую, а так хочется, – с грустью сказал он и добавил. – А сегодняшние женщины похожи на кукол – только шмотки, сиськи, губы, брови эти татуированные… Фу, трахаться и больше ничего.
– Пошляк, – сказала она и, смеясь, продолжила. – Каким был, таким и остался, теперь понятно, почему ты не женат.
– А ты вот почему не замужем? – накладывая салат ей в тарелку, спросил он. Мила сразу изменилась в лице.
– Не везет мне с мужчинами совсем. Отец – алкаш и бездельник, маму бил всю жизнь и мне жизни не давал. Единственное, за что спасибо, так это за скрипку. Муж вообще мерзостью оказался, тоже меня бил постоянно. Нельзя так говорить, но я рада, что он был бесплодным.
– Дурдом, согласен. Расстались?
– Убили его три года назад…
Звонок телефона прервал их беседу.
– Извини…
– Алло. Да, это Никита. Вы прилетели уже?
– Да, сейчас мы доберемся в отель, и я готов.
– Хорошо, как будете готовы, звоните, я жду…
– Вот и работа.
– Ты так изменился, когда разговаривал. Такой серьезный стал.
– Ответственный, – подмигнул он и продолжил. – Очень серьезный человек прилетел, и мне нужно тайно организовать ему встречу с одной бизнес-вумен, – сказал он, загадочно улыбаясь.
– Ммм, серьезно.
– Если встреча удовлетворит обоих, то получится заработать сумму с множеством нулей.
– Понятно. Так ты уже уходишь?
– Нет, он позвонит. Ешь на вот перчик, давай.
– Спасибо.
– Ну, а вы с Юлей хорошо дружите, я так понимаю? Раз она тебя в компаньонки взяла, значит, доверяет.
– Да, мы же с ней «не разлей вода» с детства, практически всё вместе, даже первый секс… Ой, что это я разболталась, – засмущалась она.
– Не переживай, у нее от меня секретов нет. Месячные, первый поцелуй, секс и все такое, но я особо не помню подробных деталей этого всего, это как раз то время, когда родители, – он замолчал. Мила не знала, что говорить, и он это заметил и сказал. – Ну да ладно, жизнь продолжается!
– Конечно, и все у нас будет хорошо! Вот за это и выпьем, – поддержала его Мила. Они чокнулись бокалами с вином и соком, выпили, и она спросила:
– Выходит, ты меня не помнишь?
– Неа, я же десять лет в Москве, а вы вон, повырастали все. Я вот скрипку помню хорошо, а внешность… Но то, что видел тебя, это точно.
– Это понятно. Я хоть и не сильно разгуливала из-за папы, но затворницей не была.
– У вас банда девичья была дружная. Я запомнил на всю жизнь, как Юля прибежала с улицы и стала уговаривать меня, чтобы ее подруга на мне научилась делать минет, дабы на выпускном не опозорится перед парнем! Представляешь? – Мила удивленно расширила глаза, а он продолжил. – Да, и я тогда тоже, как и ты сейчас, офигел от предложения, а мне в ответ сказали, что есть условие: у меня должны быть завязаны глаза и учиться она будет в комнате без света. Ты, наверняка, знаешь эту историю?
– Нет, я такого не…
У Никиты снова зазвонил телефон.
– Извини…
– Привет. Да, хорошо, я буду вовремя.
– Никита, несмотря на доверие, я волнуюсь.
– И не переживайте, Антон Иванович, я думаю, Светлана Александровна заинтересована и в контракте, и особенно в личной конфиденциальности на самой встрече не меньше Вас, так что не волнуйтесь.
– Я прошу Вас, давайте без имён по телефону!
– Вы не рычите и в таком случае и моё не произносите. До встречи…
– Ну, вот я и оставляю тебя одну. Не грусти и, повторяю, чувствуй себя, как дома.
– Хорошо, я постараюсь, – сказала Мила, глядя на него, и почувствовала, как ничем не прикрытые губки под платьем начали теплеть и, вероятно, покрываться смазкой, а он продолжил:
– Допустим, я люблю ходить дома голый, – намекая, сказал он, а она игриво замахнулась на него рукой.
– Ну, а что? – расхохотавшись, продолжил он. – Я голый, ты голая!
– Извращенец! – смеясь, возмутилась она.
– Я шучу, – оправдался он, спеша выйти из квартиры…
«Хорошая соседка, жаль скромная, да и Юльке обещал», – думал Никита, заводя рабочий Mercedes.
Глава 4
Лифт отеля спускал на первый этаж молодого человека в спортивном костюме, бейсболке и темных очках, а, когда он вышел на улицу, к нему сразу подбежали два крепких парня.
– Антон Иваныч, может…
– Так, я сказал, я иду пешком, а вы перемещаетесь так, что я вас не наблюдаю, если вообще нельзя без вас.
– Ясно, но, может, давайте подъедем? Идти далеко.
– У меня время есть, за мной приедут как минимум через час.
– Антон Иваныч, Вы…
– Так!!! – уже занервничал он…
Нервничал не только он. Дрожь, волнение плюс возбуждение от предвкушения расползлись по телу Светланы Александровны после звонка, в котором ей сообщили, что пора покидать мероприятие. Превратившись в Джеймса Бонда, она постаралась незаметно покинуть выставку и, прикрытая охраной, упорхнула со встречи. Миновав репортёров, она юркнула в свой Bently и уже в пути быстро переоделась в невзрачный плащик и шелковый шарфик, приготовленные еще с утра. Машина быстро довезла ее до места, где ее оставили одну не довольные таким приказом охранники, но, так как место было тщательно выбрано и проверено специально для конспирации, лично она не переживала…
«Ну, наконец то» – подумала она, когда напротив нее остановилась знакомая машина. Понимая, куда она сейчас поедет и насколько важна эта встреча, она сильно нервничала и злилась.
– Зачем было останавливаться почти посередине дороги?! – рявкнула она, когда подошла к машине и нервно дернула за ручку. – Что за хрень, – дернула она снова. Двери не открывались. Она дернула за ручку на передней двери, но и она была закрыта. – Эээ, – постучала она в тонированное стекло, и задняя дверь тихонько открылась. Начальница сразу поспешила скрыться с глаз…
Ставя ножку в салон, она приготовилась, по привычке выругаться за глупую совсем не уместную шутку, но…