Обречённые. Второе дело

© Сергей Донцов, 2023

ISBN 978-5-0059-6729-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

– Алла, пригласи ко мне Валентина Петровича. И пусть прихватит с собой смету по бизнес-центру, – судя по голосу шеф был в хорошем настроении.

– Хорошо Сергей Сергеевич

С тех пор, как Алла устроилась на эту работу, она была счастлива. Исполнилась её заветная мечта – она секретарь – референт в солидной строительной фирме. Профиль деятельности фирмы её, конечно мало занимал, а вот то, что фирма солидная, а не какая-то заштатная контора, для неё было принципиально важно. В то время, как её сверстницы мечтали стать врачами, юристами, педагогами, на худой конец, стюардессами – она, нимало не стесняясь, хотела быть секретаршей. Закончив на отлично курсы, она долго подыскивала место работы и счастье улыбнулось ей. Во время собеседования будующий шеф как-то странно на неё посматривал. Алла даже подумала, что, как и многие он выбирает по внешности и потом, как водится, начнёт приставать. Алла и впрямь была не дурна собой. Правильный овал лица обрамляли вьющиеся рыжие волосы, не большой прямой нос очень ей шёл, большие карие глаза прикрывали длинные ресницы. Фигура её была под стать лицу. Ну не шестьдесят, девяносто, шестьдесят, однако близко к этому. Её взяли на работу. Причину столь пристального внимания к её внешности, она узнала уже через неделю. Как она сразу не заметила? На тумбе, возле окна стояло несколько фотографий в рамках. На одной из них, Сергей Сергеевич, ещё молодой, положил руку на плечо женщине, жене как потом выяснилось. Так вот жена в молодости очень, даже очень походила на Аллу. Зря она волновалась, отношения с шефом были ровные и касались только работы. Алла нажала кнопку на коммутаторе:

– Валентин Петрович, вас шеф вызывает. Просил захватить смету по бизнес центру.

– Иду, – в коммутаторе прозвучал сигнал отбоя.

Валентин Петрович Поздняков был финансовым директором фирмы. В прошлом банковский работник, окончивший, ещё в советские времена, финансово-экономический институт был не заменимым работником. К своим обязанностям относился очень ответственно. И если, что-то не ладилось на работе, ходил мрачнее тучи. Под руку ему в таком состоянии лучше было не попадать. С шефом они, когда-то учились вместе. Потом их пути разошлись. И только в двухтысячные годы сошлись опять. Сергей Сергеевич считал Валентина Петровича своей правой рукой, при принятии важных решений учитывал его мнение. Дверь в приёмную открылась и в неё стремительно вошёл уже не молодой, немного за пятьдесят, но вполне подтянутый, одетый в дорогой добротный костюм мужчина. В руке он держал папку с бумагами. Его лицо было чисто выбрито, собственно, как всегда, аккуратные с сединой усы с комфортом устроились под слегка курносым носом, глаза за очками с сильной диоптрией были едва различимы. Кивнув Алле, он без стука вошёл в кабинет шефа. По каким-то, только ей видимым признакам, Алла в последнее время стала замечать трещинку в отношениях шефа и фин. директора. Подробностей она не знала, но ходил слух, что это всё связано с дочкой директора.

– Здравствуй Сергей. Вот смета. Что ты хотел конкретно уточнить?

– Давай Валентин присаживайся, надо поговорить. А смету, смету мы потом поглядим.

– О чём ты хотел поговорить? Я слушаю.

Жарков встал и подошёл к тумбе возле окна. Кроме фотографий на ней расположилось четыре бутылки с минеральной водой и два высоких стеклянных стакана. Открыв одну из них, он налил себе пол стакана. Не спеша выпил. В окне на дереве, которое протянуло свои ветви так далеко, что почти достало до пятого этажа, были заметны молодые, только что пробившиеся из почек, нежно – зелёные листочки. Тяжело вздохнув, Сергей подошёл к своему столу, опустился в кресло и поднял глаза на Валентина.

– Валентин, мы столько лет знакомы, в стольких передрягах побывали, столько поту вмести пролили. Ты не последний человек в фирме. Я тебя очень уважаю, без тебя многие наши проекты не были бы реализованы. И я бы не хотел, чтобы наши отношения изменились в худшую сторону. Да, я сам отец и очень тебя понимаю. Мой сын сделал больно Верочке, а значит и тебе. Но с другой стороны, это ведь их жизнь. Лично я ничего поправить не могу, как бы я этого не хотел, – Сергей опять встал и подошёл к окну.

Поздняков, откинувшись на спинку кресла, с иронической улыбкой посмотрел на Сергея. Глаза его за толщей стекла – метали молнии. Кажется, ещё никогда он не был так зол.

– Да, ты сам отец. Только ты отец великовозрастного оболтуса. И не пытайся ставить нас с тобой на одну доску. У меня дочь, понимаешь ты – дочь. Я отговаривал её. Она ещё слишком мало понимает в жизни. А Борька твой, умеет охмурять, как говорится яблоко от яблоньки не далеко падает. Так что я поправить тоже ничего не смог.

Сергей Сергеевич Жарков, услышав такие слова, слегка опешил. Резко повернувшись на каблуках, с выражением крайнего удивления на лице уставился на Валентина.

– Постой Валентин, ты что такое говоришь, ты что, с цепи сорвался? Ну встречались девочка и мальчик, в кино ходили, наверно даже целовались. Ты прав, два года приличный срок. И в наше время это закончилось бы однозначно. Но теперь молодёжь изменилась. Я знаю, что Борька встретил другую девушку. Мне, конечно, очень жаль, что так получилось, но что же я могу сделать. Ты бы слушал своего отца в такой ситуации?

– Знаешь Сергей, после того, что случилось, я больше не смогу с тобой работать. Тем более Бориса видеть здесь каждый день, я не в состоянии. Я теперь, когда его вижу, готов разорвать его на части, после того, что он сделал с моей Верочкой.

– Ничего не понимаю. Причём здесь работа. Да что случилось такого страшного в конце концов, – Сергей встал и опять подошёл к окну, – Может тебе водички налить? Выпьешь и успокоишься.

Валентин тоже встал, резко отодвинув от себя кресло. Засунул руки в карманы. Затем достал носовой платок, резко сдёрнул очки и протерев их, вновь водрузил на место.

– Я теперь никогда не успокоюсь. Похоже, твой сынок рассказал тебе только половину романтической истории. А то, что моя Верочка беременна, ты наверно и слыхом не слыхивал. А то, что он предложил ей деньги на аборт – ты в курсе? А ещё он предложил остаться друзьями. Как тебе это?

Сергей обдумывал услышанное. Лицо его было хмуро. Да это была для него новость, да ещё какая. Вот Борька даёт, когда только успел? Валентина можно понять. Если бы с моей такое случилось, жениху бы ноги вырвал. Да вот беда, жених-то – сын родной. Можно, конечно заставить жениться, вернее попробовать, теперешнее поколение и правда к этому относится проще. Хотя и сам-то в молодости по этой части был не промах. Ну дела. Менять Валентина на кого-то ещё, очень бы не хотелось. Он и правда финансовый гений. Да и вообще – столько лет вместе, это ведь не спишешь со счетов.

– Вот что Валентин, не руби с плеча. Я сегодня же поговорю с Борисом. Ты прав, с ними теперь трудно решать такие вопросы. Но я попробую. В конце концов язык у меня не отвалится. Что скажешь?

– Знаешь, мне тоже жаль уходить из компании, но для себя я решение уже принял. После всего, что случилось… Одним словом – я ухожу. Кстати, смету можешь не проверять, там всё в порядке, – Валентин придвинул кресло к столу и не попрощавшись, вышел из кабинета. Дверь со стуком встала на своё место. Проходя мимо Аллы, Поздняков сухо кивнул, потом обернулся и зло бросил:

– Алла, а вас попрошу мой телефон вычеркнуть из всех списков, и впредь не пытаться со мной связаться, – сказав это, быстро вышел из приёмной.

Вот тебе и трещинка в отношениях. Интересно всё-таки, что за кошка пробежала между закадычными друзьями. Алла посмотрела на список абонентов фирмы и в этот момент на коммутаторе загорелась сигнальная лампочка.

– Слушаю вас, фирма «СТРОЙГАРАНТ».

– Аллочка, срочно соедините меня с Сергеем Сергеевичем. Скажите – Багаевский, у нас ЧП на объекте.

Алла сделала всё, что от неё требовалось и вновь принялась за регистрацию входящих документов. Напольные часы, расположенные в приёмной, пробили семнадцать часов, тридцать минут. До конца рабочего дня оставалось всего- ничего.

– Алла, вызови ко мне Бориса, срочно, – раздалось в динамике селектора, – И ещё, отмени на завтра все запланированные встречи.

Не прошло и пяти минут, как в приёмной появился Борис. Борис единственный сын Жаркова. Получил хорошее образование, в фирме отца стал работать сразу после окончания университета и, конечно в будующем, когда Сергей Сергеевич отойдёт от дел, возглавит компанию. А пока будущему шефу, только недавно исполнилось двадцать пять лет. Внешность его вполне соответствовала возрасту. Высокий, не меньше ста восьмидесяти, хорошо сложенный с правильными чертами лица, в которых сквозило неуловимое сходство с лицом отца. Те же жёсткие волосы русого цвета, плохо подчиняющиеся расчёске, те же голубые глаза. На лбу, ближе к правому виску, небольшой давнишний шрам, напоминание о неосторожном падении с качелей в раннем детстве. Войдя в помещение, привычным движением руки закинул волосы на верх и приветливым взглядом окинул Аллу с головы до ног.

– Алла, что случилось? Отчего такая спешка?

– Я не знаю Борис Сергеевич (а как по-другому, он же сын шефа), кажется, что-то случилось на строительстве отеля.

Борис нахмурился, посмотрел на часы и прошёл в кабинет отца.

Камеры видеонаблюдения подземного гаража фирмы своими механическими глазами охватывали весь объём помещения. Парковка располагалась намного ниже уровня земли и содержалась в образцовом порядке. Въездные – выездные ворота автоматически управлялись с брелоков, которые выдавались всем работникам офиса, у кого имелась машина. Так что привратник на парковке не требовался. Попасть в гараж из офиса можно было или воспользовавшись лифтом, или спустившись по обычной лестнице. На табло лифта побежали цифры, остановившись на единице, табло слабо звякнуло и погасло. Из раздвинувшихся створок лифта вышел Поздняков. В руках он держал не большую картонную коробку, в какие обычно складывают всякую мелочёвку со стола. Кроме всего прочего, из неё выглядывала рамка с фотографией миловидной девушки и пара папок с какими-то документами. Валентин Петрович оглянулся по сторонам и направился к своей машине. На парковке не было ни души и только мотор вытяжной вентиляции тихо гудел где-то в потолке. Недалеко от его машины припарковался Лексус Сергея. Проходя мимо, Поздняков засунул руку в карман брюк, остановился, поставил свою коробку на капот и присел на пол. Какое-то время его не было видно, затем он встал, забрал свою ношу и двинулся дальше. Мотор его машины солидно забормотал, послышался звук закрываемой двери и тихим ходом автомобиль двинулся на выход. Плавно открылась дверь гаража, загорелось зелёное, разрешающее табло и красные катафоты скрылись за поворотом.

– А, это ты. Хорошо, что быстро пришёл. У нас серьёзное ЧП. На строительстве отеля обрушились леса, есть пострадавшие. Один человек в тяжёлом состоянии. Как это всё не вовремя. Ладно, это к слову. Тебе придётся дождаться наших инвесторов, они уже едут в офис. Эту встречу я никак не могу перенести. Вот здесь все документы по проекту, пусть ознакомятся. Сам никаких решений не принимая, я постараюсь вернуться, как только смогу. Есть вопросы?

– Ты, я так понял, на стройку? А что прораб говорит?

– Да что он там говорит, ничего не говорит, мычит в трубку под впечатлением. Нужно на месте самому всё уточнить. Своими глазами, как говорится. Ну всё. Я поехал, нечего время терять. Если что не понятно, я на связи, – Жарков старший схватил папку со стола, похлопал сына по плечу и быстро вышел из кабинета.

– Алла, будет звонить жена, скажи я на объекте. Во сколько дома появлюсь – не знаю, скорее всего, поздно. Мой телефон пусть не напрягает – я сам позвоню. – Да, как приедут инвесторы, проведёшь их в комнату для переговоров и Борису сообщишь. Всё, я на связи, – с этими словами озабоченный Сергей Сергеевич покинул приёмную.

Спустившись в лифте на подземную парковку быстро прошёл к автомобилю. Сергей Сергеич любил хорошие машины и любил сам ездить за рулём. К услугам шофёра прибегал только в редких случаях, когда после удачных переговоров с партнёрами по бизнесу, бывал не трезв. Садиться за руль в нетрезвом состоянии считал свинством и никогда этого не делал. Выехав с парковки, он направился на Никольское шоссе. Там, не далеко от города, удалось приобрести солидный участок земли, на котором в настоящее время было развёрнуто строительство отеля. И никакого – ни будь, а по проекту пятизвёздочного, шикарного отеля. Место под застройку было выбрано замечательное. Сосновый лес обрамлял большое лесное озеро на берегу которого предполагалось строительство пляжа, а также большой лодочной станции. Одним словом, заполучить такой объект, было большой удачей. А тут такой казус. Надо родственников потерпевших задобрить, не дать им написать заявления в полицию. С проверкой соблюдения техники безопасности, тоже придётся поработать. Такие мысли одолевали Сергея, когда он на солидной скорости мчался по шоссе. Временами машина подскакивала на ямках, которые хоть и не часто, но попадались на дороге. Перед последнем поворотом, машина, не снижая скорости опять попала колесом в выбоину и потеряла управление. Руль вращался, свободно никак не влияя на направление движения. Очевидец происшествия потом рассказывал, что на повороте Лексус на большой скорости врезался в бетонный придорожный столбик ограждения. Неожиданно, он как свеча встал на передний бампер, перевалил через столб и боком упал в глубокий овраг, расположившиеся вдоль дороги. Когда водитель семёрки, ехавший сзади припарковался на обочине и выскочил из машины, над оврагом поднялся столб дыма и огня, сопровождавшийся сильным хлопком. Лексус лежал на боку и весь был объят пламенем. О спасении пассажиров речи быть не могло. Закрыв рот, свидетель достал телефон и набрал дежурного ГИБДД, по-поводу скорой помощи он был в большом сомнении. Сев в свой старенький автомобиль приготовился к ожиданию полиции.

2

Борис уселся в отцовское кресло, откинулся на спинку и скрестил руки на груди. Как-то не здорово получается с Володькой. Володька, друг Бориса ещё со школьной скамьи. Они были, как говорят не разлей вода. Вместе по утрам ходили в школу, вместе иногда прогуливали уроки, бассейн, секция по боксу, хоккей во дворе. На девчонок внимания не обращали и на танцульки не бегали. Родители в то время все были одинаковые. У Вовки мать учительница, отец баранку крутил – дальнобойщик. У Бориса отец – инженер- строитель, мать тоже учительница. Матери даже работали в одной школе: у Бориса литературу вела, а Володькина – химоза. Куда поступать после школы, особо не задумывались. В девяностые отцу Бориса удалось вписаться в рыночную экономику. Появилась своя строительная компания, сначала не большая, она постепенно росла и стала хорошо известна в городе. А вот в Володькиной семье, ничего не изменилось, если не считать, что у него родилась сестрёнка. Отец Бориса резонно считал, что его сын со временем должен будет заменить его у руля компании, так что сделал всё для того, чтобы сын поступил в престижный строительный ВУЗ. А Борис об этом и не жалел – почувствовал неожиданно интерес к профессии. Володьку, дружба с Борисом привела в то же учебное заведение. Правда его больше интересовала архитектура, так что учились они на разных факультетах. После окончания Вуза, Борис работал в компании отца, а Володька, как подающий большие надежды молодой специалист, был принят на работу в модное архитектурное бюро. Встречаться стали реже, на каждого навалилась целая гора забот. Эх, как хороши были студенческие годы, свободные, беззаботные.

Девушка у Бориса появилась неожиданно. Как-то весенним утром в его кабинет, распахнулась дверь, и он увидел её. Нежное и, какое-то детское личико изменило своё выражение с беззаботно – весёлого на удивлённое и даже испуганное. Она попятилась назад

– Ой, извините, кажется я не туда попала, – лицо её начало заливаться румянцем и от этого она стала ещё привлекательней.

– Постойте девушка, не уходите так быстро, я давно хотел с вами познакомиться, – Борис не знал, как её задержать, и потому пошёл в наступление. – Вы кого-то ищите, давайте я вам помогу.

Борис подскочил с кресла и быстро направился к двери. Если и бывает любовь с первого взгляда, то это была она. У обладательницы стройной, не высокой фигурки было необъяснимо привлекательное лицо. Весёлые карие глаза были слегка прищурены, маленький носик курнос, но это не портило общего впечатления. Не большой рот, правильных очертаний, высокий лоб, светлые брови и короткая причёска русых волос завершали эту картинку.

– Ну это вряд ли. Я здесь первый раз. Просто я двери перепутала.

– Вот я и помогу такой приятной девушке. А кого вы ищите?

– Мне нужно повидаться с отцом. Кабинет Позднякова, вашего фин. директора, где находится? – она поправила ремешок сумочки на плече.

– А скажите, как вас зовут?

– Меня зовут Вера. Вера Позднякова. Так вы мне покажите, куда идти? – она нахмурила брови.

– Очень приятно. Я Борис. Борис Жарков. Знаете, Вера, давайте перейдём на ты. А то в нашем возрасте на вы, как-то не очень удобно.

– Мне всё равно. Где я могу увидеть отца? – сразу после этих слов у неё в сумочке зазвонил телефон.

– Да пап. Да, я пришла, да только дверью ошиблась. А сейчас мне морочит голову, какой-то молодой человек. Говорит, что он Жарков, – после этих слов, на другом конце провода, видно, было сказано, что-то не очень приятное. Вера посмотрела на Бориса немного смутившись и выключила телефон.

– Так вы, то есть ты – сын владельца фирмы? Не хорошо получилось, -говоря это, она расстегнула молнию сумочки и спрятала в неё телефон.

– Ну да сын, ну и что? Я в фирме работаю, как и твой отец. Что он тебе сказал – что скоро будет? Так я знаю, что это не произойдёт раньше, чем через пятнадцать минут – он на совещании. Чем тебе по коридорам болтаться, заходи лучше ко мне, я тебя кофе угощу, Ты любишь кофе? – Борис подошёл к маленькому столику у окна и щёлкнул кнопку электрического чайника.

А потом всё завертелось, как в калейдоскопе. Стёклышки складывались в причудливые разноцветные картинки, одна лучше другой. Борис совсем потерял голову. Пару раз, даже имел не приятный разговор с отцом, по-поводу опозданий на совещания. Правда, узнав в чём дело, в целом остался доволен. Веру он знал давно, ещё с тех пор, когда она под стол пешком ходила. Похлопал по плечу, но и напомнил о пунктуальности, которая красит любого человека. Были и театры, и концерты и ночные клубы до утра. Знакомства с её друзьями и подругами, несколько обедов в кругу её семьи. Но самым не забываемым, была поездка на дачу, (если быть точным – загородный дом отца) вдвоём, совсем одни… А потом была неожиданная встреча с Володькой. Как-то Верочка затащила на выставку современных художников, которая приехала из столицы в нашу городскую галерею. Переходя, от картины к картине мы посматривали друг на друга и пытались удержаться от смеха. Содержание картин было не слишком разнообразным: какие-то полосы, размазанные кляксы разного цвета, иногда придурковатые, квадратные лица людей. Володька стоял у картины, представляющей собой чёрное полотно, на котором то тут, то там были проведены белые линии, заплетающиеся в клубки. Картина называлась – рассвет. И стоял он не один, а в обществе белокурой девушки. Похоже они живо обсуждали эту мазню.

– Володька, сколько лет, сколько зим. Вот так встреча. Не ожидал тебя здесь увидеть, да ещё в обществе такой очаровательной девушки, – Борис хлопнул друга по плечу и протянул руку.

– Вот тебе и здрасте. А ты здесь какими судьбами, не замечал за тобой тяги к живописи?

– Да вот познакомьтесь, это Вера – она меня сюда и затащила. Предложила сходить повеселиться. Признаться, и правда, современное искусство я не до оценивал. Может ты нас всё-таки познакомишь.

– Ну, конечно. Это Света, мы вместе работаем в бюро. Тоже, между прочим, архитектор.

– Очень приятно. Если не секрет, что вы так живо обсуждали, пока мы вам не помешали?

Вера в это время поглядывала то на Светлану, то на Володю и, кажется собиралась, что-то сказать Борису, но не решалась. На лице её играла нерешительная улыбка.

– Спорили к чему отнести эту картину: к живописи или может к дизайну. Из претендентов на живопись, мы её вычеркнули сразу, а вот дизайн это, или бред воспалённого воображения, пока не решили. – Светлана серьёзно посмотрела на Бориса.

– Вера, а ты как думаешь? – Борис приобнял её за плечи. Вера, мягко высвободилась и взглянула на картину.

– Я думаю, что её можно было бы повесить в твоём кабинете и она напоминала бы тебе о вашей приятной встрече. Обсуждать её достоинства или недостатки я не возьмусь, не специалист.

Борис удивлённо посмотрел на Веру и убрал руки в карманы. После осмотра экспозиции, посидели в кафе и разъехались, договорившись, как ни будь непременно встретиться. После той встречи, всё и началось. Как всё это случилось, Борис и сам бы не смог ответить на этот вопрос, но теперь у них со Светланой всё серьёзно, а вот с Володькой и Верочкой всё плохо. Совесть, конечно мучает, но, что с этим можно поделать?

Грустные его размышления прервал голос Аллы из селектора, заставивший его вздрогнуть от неожиданности

– Борис Сергеевич, вам звонят из ГИБДД, соединить?

– Да Алла, соединяй конечно, – что гаишникам могло понадобиться. Борис взял трубку.

– Капитан Авдеев. Скажите вы сын Жаркова Сергея Сергеевича?

– Да. А, что случилось?

– Автомобиль Лексус гос. номер 5962 принадлежит вашему отцу?

– Совершенно верно. Да, что уже случилось в конце концов?

– Я сожалею, ваш отец погиб в ДТП на семнадцатом километре Никольского шоссе. Машина потеряла управление и упала в овраг. Сейчас производятся следственные действия, желательно, чтобы вы подъехали, – телефон отключился.

Борис застыл с трубкой в руке, уставившись на бронзовую фигурку строителя, которую он подарил отцу на юбилей. Прошло не меньше нескольких минут, пока он пришёл в себя. Как это могло случиться? Отец любил машины и прекрасно их водил. Неисправность? Но машина только два дня, как из сервиса. Просто обслуживание, никаких замечаний. Как об этом сказать матери? Сорок лет вместе. Душа в душу. И вот… Нужно поскорее ехать на место аварии, убедиться во всём самому. Маме позвоню потом.

– Алла, отмени встречу с инвесторами. Объясни, что отец попал в аварию. Я немедленно еду туда. Если, что-то случится звони, я на связи. Да, ещё, если, вдруг, позвонит мать – ничего ей пока не говори. Я сам.

Борис ещё минуту посидел, собираясь с мыслями, затем, машинально взяв какую-то папку со стола, быстро вышел, оставив дверь открытой на распашку. Стараясь держать себя в руках, аккуратно выехал с подземной парковки и направился в сторону Никольского шоссе. Подъезжая к семнадцатому километру, Борис ещё издалека заметил возвышающуюся над деревьями стрелу автомобильного крана. Возле места происшествия, были припаркованы четыре автомобиля: в их числе кран, эвакуатор, машина полиции и, стоящая немного поодаль скорая помощь. Включив знак аварийной остановки, он припарковался за машиной с включенной мигалкой. Какой-то капитан, видимо тот, что звонил, заполнял документы. На стропах крана медленно поднимался искорёженный автомобиль отца. Он был не очень сильно помят, машина представительского класса, хорошо защищает своего водителя. При других обстоятельствах отец мог бы остаться жив. Если бы не возгорание. Теперь же от машины мало, что осталось – она вся выгорела изнутри.

К Борису подошёл капитан, деликатно покашлял в кулак, достал из форменной сумки целлофановый пакет, в котором, что-то лежало.

– Я так понимаю, что звонил вам, вы сын Жаркова?

– Всё правильно. Как это произошло? – Борис достал из кармана синий носовой платок и вытер лоб.

– Точно не скажу, эксперты будут разбираться. Очевидец, он ехал сзади, говорит, что перед поворотом машина продолжила движение прямо, налетела на столбик ограждения и упала в овраг, где почти сразу загорелась. Кстати, тормозного пути мы не обнаружили.

– А что… с телом?

– Я по-правде говоря, не советую вам смотреть. Мы осмотрели машину в низу. От тела мало, что осталось. Кстати, взгляните, около машины мы обнаружили остатки часов, но фирма производитель вполне различима, – капитан поднял пакет на уровень глаз Бориса.

Борис взглянул на пакет. За тонкой плёнкой угадывались часы, фирмы Ролекс. Точно такие, несколько лет назад мама подарила отцу. Ещё шутила, что подарила для того, чтобы он не опаздывал к ней. Как они тогда были счастливы. Борис кивнул.

– Да, точно такие часы мама дарила отцу, несколько лет назад. Он ими очень дорожил, всегда носил их, почему-то на правой руке.