Бутик ежовых рукавиц

Глава 1

Самые злые собаки – человеческой породы. Впрочем, я сейчас несправедлива по отношению к четвероногим. Псу, даже самому бешеному, никогда не сравниться с людьми по части подлости.

Если какой-нибудь кобель и налетит на вас, то не скрывая желания порвать на тряпки. Он не спрячет намерений под милой улыбкой, не притворится другом, пушистой ласковой болонкой, не станет давать неправильных советов, а потом фальшиво восклицать: «Кто же думал, что так получится! Желал тебе добра, сам знаешь!»

Встречался ли вам когда-нибудь ротвейлер, который, напившись пьяным, избивает жену и щенков? Попадался ли спаниель, прогоняющий из дома свою бабушку, потому что та от старости выжила из ума? Может, сталкивались с догом, который постоянно врет хозяевам? То-то и оно! На некоторые «замечательные» поступки способен лишь человек…

Отчего я впала в философскую задумчивость? Может, мне просто неохота работать?

Это, впрочем, объяснимо. Начало июня, на дворе стоит редкая для Москвы погода: не жарко и не холодно, нет дождя, но и не печет раскаленное светило, не дует пронизывающий ветер и не стелется дым от горящих торфяников Подмосковья. Кажется, нынешним летом можно будет понежиться под ласковыми лучами солнца.

В полном восторге от чудесного дня я вышла на улицу, устроилась за столиком под полосатым тентом и начала рассматривать прохожих. Все-таки в капитализме есть свои прелести. Еще вчера на этом месте и намека не имелось на летнюю веранду, но утром хозяин ресторанчика глянул в окно и мигом отдал приказ ее оборудовать. Кстати, и кофе тут хороший, и мороженое неплохое.

Я воткнула ложечку в белый, политый вареньем шарик. Вообще говоря, мне сейчас положено маяться на службе и поджидать клиентов. Но люди пока не желают пользоваться услугами частного детектива, народ в массовом порядке рванул на дачи жарить шашлыки и топить баню. Уже в четверг вечером по Москве можно спокойно передвигаться в автомобиле, а в пятницу, после программы «Время», от пробок и намека не остается – все, кто сумел, покатил на природу, создав заторы на МКАД. А сегодня суббота, ну сами посудите, какие клиенты, а?

Наверное, мне следовало взять отгул, но я помчалась в офис ни свет ни заря по одной причине: у меня все дома (имею в виду не собственное психическое здоровье, а наличие в квартире членов семьи). Кирюша и Лизавета готовятся к экзаменам, поэтому вроде как обязаны корпеть за письменным столом, Юлечка и Сережка решили устроить себе выходной, Костину неожиданно повезло с отгулами. Одна Катюша была в клинике, но к полудню подруга вернется, отработав сутки. Вот сейчас небось уже едет в лифте на родной этаж.

– Если мы намерены бездельничать в субботу, то предлагаю съездить в магазин и наконец-то купить новый телик в гостиную, – предложила вчера Юлечка. – Мы до сих пор откладывали поход лишь потому, что у каждого свое представление о новом «ящике» и приобретать его имеет смысл в полном составе. Лично я за плазменную панель.

– Зачем плазму? – заволновался Костин. – Лучше…

– Вот, уже началось, – хмыкнула Юлечка. – Значит, решено, завтра рулим в «Дум».

– Ни за какие пряники! – взвился Сережка. – В «Думе» техника дороже, следует направиться в «Телелэнд».

– У нас скидочная карточка от «Юни» есть, – напомнил Кирюшка, – там десять процентов сбросят!

– Ерунда, – не уступил старший брат, – в «Юни» торгуют барахлом!

– Зато бесплатно дают прикольные подарки, – вступила в борьбу Лизавета.

– Вы все не правы! – решил «построить» присутствующих Костин. – Болтаете, как обычно, невероятную ерунду. По-настоящему качественную аппаратуру можно найти лишь в Митине, туда и отправимся.

– Отстой! – заорали хором школьники.

– Полнейшее идиотство, – вспыхнула Юлечка, – брать дорогую технику у коробейников, без гарантии!

Вовка засмеялся:

– Давно на радиорынок заглядывала?

– Я там никогда не была, – честно призналась Юлечка.

– Вот! А выступаешь! – покачал головой Костин.

– В газете про тамошние порядки читала, – уперлась Юля.

– Ты всему написанному веришь? – прищурился Сережка, переметнувшийся на сторону майора. – А как обстоит дело с заборами?

– Дурак! – топнула ногой женушка и метнула в муженька убийственный взгляд.

– Это не ответ. Кстати, потому-то в нашей семье деньги и не задерживаются, – завздыхал Сережка. – Ведь можем сэкономить, но не хотим!

– У нас скидка, – забубнил Кирюшка.

– Больше, чем на рынке, – добавила Лизавета.

– В «Юни» – через мой труп! – начал злиться Вовка.

На данной стадии, когда милая беседа о планах на выходной день стала стихийно перерастать в глобальный скандал, я тихо встала и юркнула в свою спальню.

А утром, около восьми, стараясь не шуметь, пришлепала в ванную и с изумлением увидела там Юлечку.

– Чего ни свет ни заря вскочила? – спросила та, отчаянно зевая.

– На работу пора! – бодро ответила я.

– Ты разве не поедешь с нами за теликом?

– Нет, – с фальшивым огорчением ответила я. – Увы, очень, очень, очень хотела поучаствовать в выборе модели, просто мечтала отправиться со всеми, но хозяин не отпускает.

– Жалко… – протянула Юлечка. – Только потом не ругайся, мол, не то купили.

– Мне такое и в голову не придет! – заулыбалась я.

Юлечка опять зевнула и ушла на кухню, я схватила зубную щетку. А некоторые люди считают свою службу каторгой! Ей-богу, они не правы! Ну каким бы еще образом, как не под предлогом необходимости идти на работу, я сейчас сумела бы избежать катастрофы под названием «Покупка со скандалом»? Хорошо представляю развитие событий: сначала все поругаются, выбирая магазин, куда предстоит поехать. Естественно, Вовка с Сережкой победят, и семья ринется на рынок. Там начнется новый виток: Юлечку потянет в одну лавку, мужчин в другую, а Кирюшка с Лизаветой понесутся в ряды, где торгуют компьютерами. Консенсуса достигнут после продолжительной битвы. Но даже очутившись у прилавка, участники акции не успокоятся, теперь копья станут ломать, изучая ассортимент и споря, какая из марок лучше. Представляете, сколько времени уйдет на утаптывание желаний и совмещение их с возможностями?

Я спокойно доела мороженое. Пока домашние грызутся на рынке, замечательно провожу время – наслаждаюсь хорошей погодой и свежим воздухом. Да здравствует эмансипация! Спасибо Розе Люксембург и Кларе Цеткин, которые первыми начали кричать о том, что бабам надо работать, я теперь с удовольствием пожинаю плоды их революционной деятельности. Кстати, об удовольствиях – не съесть ли еще одну порцию пломбира?

Не успела я позвать официантку, как красивая, лаково блестящая иномарка затормозила в паре метров от моего столика. Левая передняя дверца распахнулась, наружу высунулась стройная нога в элегантной босоножке, потом появилась вторая. На секунду у меня создалось впечатление, что хозяйка ножек совершенно голая, но потом стало понятно: дама не забыла надеть платье, просто оно очень короткое, слишком открытое и… неприлично дорогое. Впрочем, владелице иномарки, при ее точеной фигурке, наряд шел чрезвычайно, он соблазнительно обтягивал бедра и подчеркивал пышную грудь. На мгновение я ощутила прилив зависти. Везет же некоторым! Каким образом незнакомка ухитряется иметь «рюмочную» талию и бюст четвертого размера? Да еще у нее совершенно шикарные, роскошно кудрявые светлые волосы, небрежной копной падающие на плечи…

Моя рука невольно потянулась к голове и попыталась поправить стоящие дыбом, коротко стриженные пряди. Бойко перебирая «голливудскими» ножками, обладательница дорогой машины скрылась в здании НИИ, в котором теперь расположена куча офисов, в том числе и детективное агентство Юрия Лисицы, где я имею честь служить. Красавица скрылась за дверью, я позвала официантку и попросила еще кофе и порцию мороженого.

– Сейчас, – весело улыбнулась та, – айн момент!

Немедленно ко мне вернулось отличное настроение. Не следует завидовать, это некрасиво. Да и скорей всего никакого повода для терзаний у меня нет. Бюст у красотки наверняка силиконовый, волосы она нарастила в салоне, кудри получила в результате химической завивки, а стройные бедра обрела после липосакции. Вот машина у нее классная. Но моя зелененькая «букашка» совсем не хуже! Предложи мне кто-нибудь поменять ее на вызывающе роскошный лимузин, я бы ни за что не согласилась. Такие машины слишком большие, их трудно припарковать на тесных московских улицах. Еще мне не нравится «квадратность» их дизайна, обтекаемая форма малолитражки больше по сердцу. И к чему откидывающийся верх? Конечно, шикарно подруливать на открытой машине, но, положа руку на сердце, признайтесь, сколько раз за год вы сумеете отодвинуть крышу? Мы живем в мегаполисе, в котором девять месяцев зима, а остальные три – осень. Теплые, погожие денечки, вроде сегодняшнего, случаются крайне редко. Слышали анекдот? Одна девушка спрашивает у подруги: «Ты летом ездила на пляж?» – «Нет, – отвечает та, – в тот день меня не отпустили с работы». Очень смешно, кабы не правда.

Я поставила пустую чашку на блюдце. Нет, не нравится мне пафосный автомобиль блондинки, подобные покупают не для комфортного передвижения, а в целях саморекламы, демонстрируя собственную крутость и богатство. И багажник у тачки дурацкий… Ба! Красавица забыла его как следует захлопнуть! А из-под крышки что там такое виднеется?

Я внимательно присмотрелась. Ярко-красная крышка «грузового» отсека чуть-чуть приподнята, а из-под нее выглядывает некий странный белый предмет, похожий на осьминога. Промучившись пару минут от любопытства, я, навесив на лицо выражение абсолютного безразличия, встала и пошла к шикарной машине. По мере приближения становилось понятно: это, конечно, не обитатель глубин, хотя некоторое сходство с морским гадом имеется, вон же белые отростки. Это… Это… Это… ПАЛЬЦЫ!

Я резко остановилась и, чтобы не шлепнуться оземь, уцепилась за заднее крыло лимузина. Теперь, когда я оказалась впритык к машине, никаких сомнений не осталось: из-под крышки багажника высовывается человеческая рука. А теперь скажите, кто из вас в здравом уме и трезвой памяти влезет в жаркий день внутрь отделения, предназначенного для перевозки сумок? Да никому, даже редкостному идиоту, подобная идея не взбредет в голову. Следовательно, там некто, кому наплевать на дискомфорт, человек, лишенный нормального, адекватного восприятия действительности, то есть… труп!

Додумавшись до этого момента, я ощутила, как ровный тротуар вдруг вздыбился и встал на ребро. Чтобы не шлепнуться, мне пришлось буквально навалиться на машину.

– Девушка, вам плохо? – спросил звонкий голосок.

Не в силах произнести ни слова, я кивнула.

– Принести воды? – участливо поинтересовалось сопрано, потом чьи-то руки коснулись моей спины. – Пойдемте, посажу вас в кафе. Погода меняется, вон туча бежит, наверное, гроза будет.

Я сумела оторвать взор от пальцев, выглядывающих из багажника, и тихо промямлила:

– Похоже, ему хуже, чем мне!

– Кому? – полюбопытствовала сердобольная прохожая.

Я указала на багажник.

– Вон… там…

– Где?

– В машине.

– Это что? Ой! Мама-а-а…

Пронзительный крик на секунду оглушил, потом он заметался по улице, отталкиваясь от стен домов. В мгновение ока собралась толпа, люди начали возбужденно переговариваться.

– Там кто?

– Не видишь, дура, покойник!

– Может, живой!

– Че он тогда лежит и не вылазит?

– Милиция!

– Вызовите «Скорую»!

– На фига тут врачи? Труповозка нужна!

– Ментов кликните!

– Ой, тошнит!

– Мама-а-а-а!

– Бабушка, я хочу посмотреть на убитого дядю, – заныл чей-то ребенок. – А где кровь? В кино всегда ее много. Фу, неинтересно!

– Посторонитесь, граждане, – раздался хриплый басок, и в поле моего зрения появились двое парней, внешне – чуть старше Кирюшки.

Форменная одежда болталась на отнюдь не атлетических телах юных сержантов, слишком большие фуражки съехали с макушек. Вид у стражей закона был совсем не грозный, но толпа притихла.

– Чей автомобиль? – пытаясь выглядеть солидно, осведомился один из милиционеров.

– Вот ее, – хором ответило несколько голосов.

Парень глянул на меня.

– Откройте багажник.

– Машина не моя, и я не знаю, кому она принадлежит, – пролепетала я, – просто первой заметила руку.

– Значит, так, – начал командовать сержант. – Личность, обнаружившая непорядок, предположительно, труп, должна остаться на месте, остальных попрошу удалиться! Костян, сдвигай их отсюдова. Встали, словно в цирке!

– Попрошу рассеяться по улице, – начал работу второй парень. – Граждане, отойдите назад. Ну че интересного?

Пока он пытался избавиться от любопытных, первый сержант раскрыл планшет и приступил к опросу свидетеля, то есть меня.

– Фамилия?

– Романова, – ответила я, скосила глаза и, увидев, что юноша преспокойно написал «Раманова», поправила его: – Надо через «о».

– Хорошо, – буркнул парень, – так и напишем, через «о», дальше…

Продолжить нам не удалось.

– Какого черта вы тут делаете? – вонзился в уши резкий голос, почти визг. – Навалились на мою машину! Эвакуатор вызвать задумали? Никаких запрещающих знаков здесь нет!

Я подняла глаза и увидела хозяйку иномарки, ту самую красотку в неприлично коротком платье.

– Гражданочка, – кашлянул Константин, которому удалось прогнать большую часть зевак. – Мы…

– Замолчите! – топнула стройной ножкой девица. – Денег не дам! Они у меня есть, но совершенно не собираюсь расшвыривать убитых енотов лишь потому, что ментам пришла в голову идея заработать.

– Убитых енотов? – растерянно повторил Костя. – Юрк, че она несет?

– Совсем дурак? – прищурилась красавица. – Русского языка не знаешь? Убитый енот, это у. е., условная единица. Ладно, не до вас сейчас, убирайтесь!

Сержант Юрий одернул слишком свободную тужурку.

– Мы при исполнении, гражданочка!

– Вот и исполняйте, – не растерялась скандалистка. – Ну-ка, живо представьтесь! Звание? Фамилия, имя, отчество? Из какого ГАИ?

– Мы из отделения, – миролюбиво ответил Константин.

– Тогда какого дьявола около автомобиля третесь? – пошла в атаку девица. – Вам должно быть фиолетово, кто где машину бросил, за дорогу автоинспекция отвечает. Так что валите отсюда!

Костя заморгал, а более уверенный в себе Юрий кашлянул и заявил:

– Верно, конечно, парковка не наша головная боль. А вот труп на участке, оно того, неправильно!

– Труп? – подпрыгнула блондинка. – Какой еще труп?

– У вас в багажнике тело, – пояснил Костя.

– Чье? – вытаращила умело подкрашенные глаза владелица элитных колес.

– Во, – простодушно ткнул в сторону багажника иномарки не слишком чистым указательным пальцем Костя, – гляньте сами! Как он туда попал?

На мгновение красавица впала в ступор, но потом, издав вопль боевого слона, кинулась к машине и ловко подняла крышку багажного отделения.

Глава 2

Я зажмурилась. Меньше всего хотелось увидеть окровавленное тело с изуродованным лицом и услышать новые вопли красотки, теперь уже от ужаса. Крик и в самом деле не заставил себя ждать, только речи оказались иными, чем ожидалось.

– Негодяй, мерзавец, подонок! – завизжала блондинка. – А ну вылезай отсюда!

Любопытство заставило меня приоткрыть глаза, и я уставилась внутрь багажника. В сравнительно небольшом отсеке, на резиновом коврике, лежал мужчина более чем импозантной наружности. Волосы того, кто по непонятной причине решил изображать из себя чемодан, были тщательно уложены феном, короткая борода аккуратно подстрижена, а ботинки идеально вычищены. Меньше всего незнакомец походил на труп, наверное, еще и потому, что одной рукой он сжимал фотоаппарат.

– Кисонька, успокойся, все хорошо! – заныл этот странный «багаж».

– Я и не нервничаю! – бушевала блондинка. – Дергаться будешь ты!

– Гражданочка! – кашлянул сержант Юрий. – Давайте придем в себя и выясним обстоятельства произошедшего. Вам знакомо лицо, находящееся в багажнике вашего автомобиля?

Красавица хлопнула себя по стройным бедрам.

– Не только лицо, но и всего его как облупленного изучила! Урод!

– Гражданин является вашим родственником? – невозмутимо продолжил Юрий расспросы.

– Что? – взвилась красотка. – Вот этот? Родственник?

– Кисонька, – чуть не зарыдал дядечка, – ну как ты можешь после всего, что между нами было, отрицать нашу близость?

– А что такого было-то? – уперла изящные руки в тонкую талию дамочка. – Да если мне всех своих любовников за братьев считать…

– Котенька! Ты…

– Погодите, гражданин, – сурово прервал нытье седовласого плейдеда сержант Юрий, – давайте разберемся.

– Чего тут разбираться? И еще на глазах у любопытных! – мгновенно откликнулась девица.

– Пройдемте в отделение, – безо всякой агрессии предложил Костя. – Нас позвали, мы долг исполняем.

Неожиданно блондинка рассмеялась.

– Ну почему со мной вечно всякая ерунда случается? – задала она риторический вопрос.

– Не стоит расстраиваться, – ожила я. – Страдаю той же болезнью: если из чьего-нибудь окна выпадет цветочный горшок, он непременно шлепнется к моим ногам.

Красотка хмыкнула и совершенно беззлобно ответила:

– Нет, между нами большая разница. Мне тот горшок угодит точно по макушке и расколется, а идиотка, которая его уронила, потребует нехилую компенсацию за ущерб и моральные страдания. Ну хватит, с ерундой пора заканчивать! Ни в какое отделение, естественно, я не потащусь, силой вести прав не имеете, попытаетесь заломить руки – вызову адвоката, тогда вам мало не покажется. Ладно, садитесь в машину, там и поговорим. Эй, Шмелев, выкарабкивайся, да поживей!

Дядька, кряхтя, начал вылезать наружу. Костя занырнул в салон лимузина.

– Ух ты! – раздался оттуда его восхищенный голос. – Юрк, глянь, тут и телик есть, и даже дивидюшник!

– Пусть Романова через «о» тоже с нами остается, – потребовал Юрий. – Она свидетель.

– Ладно, – пожала плечами красотка и села на водительское место.

– Гражданка Романова через «о», проследуйте в автомобиль! – не замедлил приказать сержант.

Я рассердилась.

– Глупая шутка по поводу фамилии вовсе не кажется мне смешной. Кстати, мой ближайший приятель Владимир Костин ваш коллега, он майор, и я великолепно знаю: протокол – это официальный документ, фамилия свидетеля в нем должна указываться правильно. Вы написали мою фамилию с ошибкой, я ее исправила, но это не повод для хаханек.

– Че сделал-то? – искренне изумился Юрий.

– Не понимаете?

– Не-а!

– Хватит обращаться ко мне Романова через «о»! Да, через «о», а не через «а», как вы написали! Вообще говоря, впервые встретила человека, который ухитрился сделать ошибку в такой простой фамилии.

– Никак не соображу, че плохо-то? Отчество вот записать не успел…

– Андреевна! – рявкнула я.

– Гражданка Романова через «о» Андреевна, сядьте, пожалуйста, в машину, – без тени улыбки заявил сержант.

Вот тут я обозлилась до крайней степени.

– Издеваетесь?

– Ну че опять?

– Как меня назвали?

– Гражданка Романова.

– А дальше?

– Через «о» Андреевна, – голосом малыша-первоклассника продолжил Юрий. – А как вас величать? Сами так представились. Во, посмотрите, я аккуратно записываю!

Перед моим лицом появился слегка помятый бланк. Я глянула на бумажку и стала читать текст: «Фамилия – Раманова. Имя – Черезо…»

К горлу подобрался смех.

– Меня зовут Евлампия.

– Как? – вытаращил глаза Юрий.

– Романова – через «о», а не через «а», – Евлампия Андреевна.

Сержант поморгал, потом с легким беспокойством поинтересовался:

– Че? Мусульманка?

– Кто? Я? – изумилась я вопросу.

– Ну да.

– Нет, православная. А, кстати, какое вам дело до моего вероисповедания? Неужели подобный вопрос теперь есть в бланке?

– Имя больно странное, – признался Юрий. – Заковыристое, какое у русских не встречается. Надо же, Черезо Аничереза Евл…ва…м… И не выговорить!

– Долго вас ждать? – высунулась из окна блондинка.

Я выхватила у сержанта бланк.

– Дайте мне ручку и планшетку.

– Пожалуйста, – протянул требуемое дурачок. – Эй, вы че пишете? Это же документ!

– Всего-навсего исправляю глупость, – прошипела я. – Фамилия: Романова, далее – Евлампия Андреевна.

– Таких имен не бывает, – отрезал Юрий.

У меня зачесались руки. Нет, посмотрите на него! Значит, Черезо Аничереза нормально, а Евлампия – бред?

– Мне некогда! – заорала скандалистка.

Я молча полезла в иномарку. Какой смысл спорить с кретином? Он никогда не поумнеет! Объяснять ему что-то – только настроение портить.

Но уже через мгновение от неприятных мыслей не осталось и следа, потому что владелица пафосного автомобиля принялась излагать свою историю.

Незнакомку звали Ирина Шульгина. Работает она управляющей магазина «Лам» (не путать с его хозяйкой!). Ирочка – подневольная служащая, хоть и получает более чем хорошую зарплату. Шульгина свободная женщина, замуж не собирается, рожать младенцев не хочет, поэтому живет в свое удовольствие, меняя кавалеров. Полгода назад красотка познакомилась с Александром Георгиевичем Шмелевым, преподавателем некоего института. Какой предмет он вдалбливал в головы студентов, Иру совершенно не волновало, ее привлекла импозантная внешность дядьки: галстук-бабочка и милая, чуть растерянная улыбка.

Если Ирочке приходит в голову идея покорить мужчину, то любой представитель сильного пола падает к ее ножкам незамедлительно. Александр Георгиевич не стал исключением. Вспыхнул бурный роман, и очень скоро Шульгина испытала глубочайшее разочарование. Александр Георгиевич оказался зануден до зубовного скрежета, чувством юмора не обладал, получал копейки, корчил из себя гения, требовал гипертрофированного уважения, а в кровати почти постоянно терпел фиаско. Ира вознамерилась бросить кавалера, но не тут-то было. Шмелев вообразил, что красивая, обеспеченная женщина, постоянная участница всех тусовок, героиня светской хроники и любимица папарацци – отличная кандидатура на роль жены.

– Нам следует оформить отношения, – зудел Александр, – стать супругами.

– Зачем? – удивилась Ира.

– Будем жить вместе! – алчно воскликнул Шмелев. – В твоей квартире, она больше. Станем ездить на дачу…

– На МОЮ? – прищурилась Ира. – У тебя-то фазенды вроде нет. Причем раскатывать станем, как я понимаю, на МОЕМ авто, а хозяйство вести на МОИ бабки?

Александр живо прикусил язык и изменил тактику. Теперь он почти ежеминутно ныл:

– Дорогая, обожаю тебя, свет очей моих…

И так далее.

Большинство девушек с восторгом выслушивают подобные «псалмы», но Ирочка, несмотря на белокурые волосы (некоторые утверждают, что блондинки глупы), похожа на птицу Говоруна, то есть обладает умом и сообразительностью, поэтому сладкие речи импозантного внешне любовника она пропускала мимо ушей. Более того, манера Шмелева распускать розовые слюни страшно ее бесила, особенно когда «милый друг» звонил во время работы. Скажем, у Иры серьезный разговор с клиентом или байером,[1] а тут поет ее мобильный, и из трубки доносится сюсюканье:

– Кисонька, обожаю тебя! Скажи скорей своему котику, как любишь его!

Кроме как на липкие речи, Шмелев больше ни на что не был способен. Впрочем, и раньше, в период яркого романа, цветов, конфет и драгоценностей он «обожаемой кисоньке» не дарил, в ресторане Ира платила за двоих, и билеты в кино тоже приобретала сама.

В конце концов «Ромео» осточертел «Джульетте», и последняя решила избавиться от совершенно не подходящего ей Александра Георгиевича. Решающий разговор Ира наметила на пятнадцатое мая. В начале последнего месяца весны ожидалось несколько тусовок, на которых Шульгина не хотела появляться в гордом одиночестве, так что Шмелеву предстояло еще пару раз исполнить роль ее кавалера, а затем навсегда исчезнуть из жизни управляющей модного магазина.

Придя первого мая на вечеринку, Ира налетела на хозяйку бутика, которая заявилась на веселье с дочерью Машей – студенткой, спортсменкой и просто красавицей.

– Машенька, как ты выросла и похорошела! – воскликнула Ира. – Знакомьтесь, это Александр Георгиевич Шмелев, мой… э… друг.

Внезапно бойкая Маша заволновалась, сконфузилась, нервно поздоровалась с мужчиной и… сбежала. Слегка удивленная поведением хорошо воспитанной девушки, Ира пошла за ней следом, отыскала в укромном уголке и спросила:

– Маша, что случилось?

Студентка замялась.

– Говори, – велела Ира.