Зеркало бедного зайца

– Мы ему не скажем, – улыбнулся я. – И потом, за все плачу я. Кошелек твоего папеньки останется нетронутым.

– Спасибо, но я не хочу первое, – решительно объявила Надя. – Лучше чай и… – Девушка полистала меню. – Просто чай.

– Пожалуйста, поешь, – попросил я, – не кривляйся.

– Вы считаете меня капризной? – испугалась моя спутница.

– Верно, – кивнул я. – Я пригласил даму пообедать, хочу порадоваться, глядя, как ей вкусно, а она все время ноет: «Дорого, дорого…» Первое, что приходит в голову, – ты считаешь меня нищим неудачником.

– Чего желаете? – спросил официант, подходя к столику.

– Куриный суп и котлету по-киевски. Десерт потом закажу, – ответил я и посмотрел на девушку.

Надя побледнела, на лбу у нее появились красные пятна – похоже, она сейчас боролась сама с собой, аки со львом.

– Вам что-нибудь подсказать? – любезно предложил кельнер.

– Н-нет, – пробормотала девушка. – Мне суп не надо. Котлетку, как Ивану Павловичу, пожалуйста.

– На гарнир могу предложить картофель фри, – предложил юноша.

– Хорошая идея, – одобрил я. – Надя, твое решение?

– Ага, – кивнула она.

Мне принесли суп, приготовленный по классическому рецепту. В нем, помимо лапши, еще плавало целое куриное яйцо, сваренное вкрутую. Официант положил ложку и моей спутнице.

– Я не ем супы, – прошептала она, глядя вслед парню.

– Вероятно, захочешь попробовать, – пояснил я. – Давай! Интересно, наверное, понять, как тут готовят.

– Мне поесть из вашей тарелки? – изумилась девушка.

– Попробуй. Если понравится, ешь на здоровье, – рассмеялся я, – закажу себе еще порцию.

Надя взяла ложку, зачерпнула немного супа.

– Ну как? – поинтересовался я.

Девушка вздохнула.

– Гадость. Ни вкуса, ни аромата. Курятины один кусочек плавает, а лапшина за лапшиной гоняется с дубиной. Перец горошком! В куриный бульон его не добавляют. И зачем лук накрошили? Надо класть целую головку, а когда все сварится, ее вынуть. Хотите, сварю настоящий супчик, когда к вам вернемся? Только надо курчонка купить.

– Давай, – согласился я.

– И зачем тут яйцо? – продолжала Надюша.

– Оно должно быть очень вкусным, – произнес я.

Хотел взять нож, но девушка меня опередила. Она нажала своей ложкой на белый овальный кругляш, мирно лежавший в тарелке. Тот подскочил, взлетел, преодолел некоторое расстояние и упал прямо в тарелку тучной даме, которая сидела за соседним столиком и угощалась первым блюдом темно-бордового цвета. Взметнулись капли, они попали на лицо толстушке.

– Сергей! – взвизгнула корпулентная особа. – Что за прикол? Какого …. ты мне в тарелку яйцо бросил?!

– И где бы я его взял? – резонно ответил дядька, который пил кофе. – Или, по твоему мнению, я всегда таскаю в кармане куриные яйца?

– Не знаю! – перешла в регистр визга его спутница. – Но с меня хватит! Развод! Надоели твои идиотские шуточки!

Женщина вскочила, швырнула в суп салфетку и убежала. Мужчина не занервничал, он меланхолично продолжил наслаждаться напитком.

– Ой, мама! – зашептала Надя. – Они из-за яйца поссорились! Может, сказать дядечке, что оно от меня прилетело? Но я не нарочно его в чужой суп отправила!

– Не стоит, – стараясь не расхохотаться, возразил я. – Супруги, похоже, давно в плохих отношениях. В другой раз аккуратно порежь…

– Не-не-не! – не дала мне договорить невеста Эндрю. – В жизни больше яичко в супе не трону! Никогда! Умирать от голода буду, но даже не посмотрю на подобную еду!

– Красиво летело, – отметил я, – прямо как снаряд. И попало точно в цель!

Надя рассмеялась, быстро прикрыла рот ладонью и прошептала:

– Нехорошо веселиться, когда становишься причиной чьей-то ссоры.

– Не следует брать на себя ответственность за чужие ошибки, – возразил я. – Когда между людьми нормальные отношения, прилет яйца в твой суп вызывает приступ хохота, а не всплеск злобы.

Когда нам подали второе, я взял вилку и проткнул середину котлеты по-киевски. Надя же схватила нож… и мне в лоб ударила струя масла.

– Ой, ой, ой! – зашептала моя спутница. – Дядечка Ванечка, простите! Не знала, что там внутри соус! Ой! У вас рубашка испачкалась!

– Ее легко постирать, – ответил я, вытирая лицо салфеткой. – Это не твоя вина, а моя. Ты когда-нибудь ела котлету по-киевски?

– Дома готовлю только обычные, – всхлипнула Надюша. – Ну, такие, из мяса, хлеба и яичка для склейки.

– Следовало догадаться, что ты не ходишь по ресторанам, – улыбнулся я, – и объяснить, что подобную еду всегда сначала протыкают вилкой, чтобы масло вытекло.

– А-а-а… – протянула невеста Эндрю. – Извините, простите, не знала!

– Зато теперь знаешь, – рассмеялся я. – Ешь спокойно.

Перед тем как принести чай с пирожными, официант поставил около нас с Надей пиалы с прозрачной жидкостью, в которой плавали лепестки розы. Я не успел открыть рот, как девушка схватила посуду, быстро выпила ее содержимое и произнесла:

– Компот гадкий, вообще без вкуса, прямо вода! За что только деньги берут? Это же неправильно, дядечка Ванечка, – принести фигню, в которую общипали цветок! Хоть бы варенье бросили!

– Надюша, – сдавленным голосом начал объяснять я, – это и есть вода. И ей следует быть просто водой, ничем иным.

– Типа еду запить? – уточнила дочь жадного отца. – Но она же вообще невкусная, похоже, сырая.

Я не сумел сдержаться и рассмеялся. Надя с изумлением уставилась на меня, но я никак не мог успокоиться. В конце концов мне удалось справиться с собой, я обрел способность говорить.

– Ты верно заметила, в плошке – вода из-под крана. Ее приносят, чтобы человек ополоснул пальцы. Ну, например, он ел куриную ножку и испачкал руки, понимаешь?

– Мы не просили куриные ножки, – пролепетала моя спутница. – И вилками пользовались… Ну, теперь буду знать… Простите, извините, можно чаю выпить?

Нам принесли чайник на горелке и чашки. Все прошло благополучно, с чаем Надежда справилась без проблем.

Я помахал рукой официанту, тот быстро подошел, потом принес терминал. После оплаты я положил в папку со счетом купюру и встал.

– Дядя Ванечка, – зашептала Надя, – вы уже все картой оплатили. Заберите деньги!

– Это на чай, – объяснил я.

– За все по кредитке, а за напиток отдельно? – удивилась девушка.

Я взял ее под руку.

– Ты действительно впервые в ресторане?

– Да, – кивнула Надюша. – У нас около дома даже кафе нет, а в город я не езжу – родители меня с собой никогда не берут.

– Но фильмы ты смотрела? В них часто показывают, как люди…

– У нас телевизора нет, – объяснило юное создание.

– Совсем нет?

– Папа говорит: «Нельзя впускать разврат в дом».

– Кое в чем твой отец прав, – вздохнул я, – но, на мой взгляд, интернет хуже… Или у вас его тоже нет?

– Есть, – улыбнулась моя спутница. – У отца в кабинете. Мне туда заходить нельзя. Сама им не пользуюсь, не знаю, как он выглядит, интернет этот.

Я удивился. Надежда сейчас шутит? Изображает из себя барышню, которую злая колдунья переместила из богатой усадьбы девятнадцатого века в наше суетное время?

Но меня трудно обвести вокруг пальца. Я решил поймать собеседницу на вранье.

– Неужели к вам никто не приезжает в гости с айпадом, с ноутбуком?

– Папа не любит посторонних, – парировала хитрюга.

– Хочешь сказать, что и мобильным телефоном не пользуешься? Может, и про обычный не знаешь? – усмехнулся я.

– Он у нас есть, – рассмеялась Надя, – стоит у папы в кабинете, такой черный, трубка на шнуре. И такой, как у вас, у папы тоже имеется. А мне купили простой, с кнопками.

Однако на все мои вопросы у современной Маугли находятся ответы.

– У соседей тоже такие же аппараты? – не успокоился я. – С трубкой на шнуре?

– Не знаю, – протянула Надюша, – рядом с нами домов нет. Давным-давно, когда папочка купил село и все его окрестности, кто-то там жил, но папа всех переселил. Ой, не знаю подробностей, я еще не родилась тогда!

– А в школу ты ходила?

– Дома училась, но каждый год папа меня возил в гимназию сдавать экзамены. Получила аттестат с одними пятерками.

– Ну а подруги у тебя есть?

– Папа говорит, что у женщины не может быть много друзей, – затараторила невеста Эндрю. – И все они должны быть правильными, умными. Но на первом месте должны стоять родители и книги, а потом муж! Дядя Ванечка, вы знакомы с моим женихом?

– М-м-м… – промычал я, не понимая, что делать с девицей-красавицей.

Она реально Маугли?.. Нет, наверное, сейчас с самым честным видом врет мне.

Ладно, пусть повеселится. Мы с Борисом быстро узнаем правду про ее родных.

Примечания