Экономика и администрирование с точки зрения теории управления. Сборник статей
- -
- 100%
- +
Боюсь, что приверженность ошибочным экономическим воззрениям мешает чиновникам экономического блока вникать в последствия финансовой политики на решение задач правительства в хозяйственной и социальной сферах и сегодня.
Как зацикленные на прибыли бизнесмены, экономисты и на госслужбе не видят других задач, кроме, как больше собрать налогов и меньше финансировать федеральные проекты. Именно экономический блок, с его неразумными ставками в налоговой и кредитной сфере, является препятствием развитию экономики страны, улучшения условий жизни и работы в ней.
Наверно, благодаря реализации концепции таких меркантильных воззрений самые престижные улицы наших городов заполнились вывесками безумного количества банков, и навсегда с них исчезли вывески обычных булочных, не говоря о других сферах услуг. Интересно, как экономисты представляли себе механизм саморегулирования структуры бизнеса, когда предпринимателей ничего кроме прибыли не интересует? Нежелание исправлять порождённые реформами перекосы аргументировалось саморегулированием, что конкуренция всё расставит по своим местам [2]. Что же, чтобы инфраструктура услуг на улице вернулась к гармоничным пропорциям по экономической теории цена булки, видимо, должна была вырасти до размера зарплаты директоров банков? Так ведь должен работать механизм перенаправления капитала – прибыльность булочной должна стать выше доходности банков? Абсурд.
Ясно же, что в жизни всё работает не так. Решив заняться созидательной предпринимательской деятельностью, человек, как правило, руководствуется благими намерениями, желанием реализовать себя в любимом для себя и полезном для общества деле. На заре реформ я часто видел, когда индивидуальные предприниматели начинали свою деятельность в сфере производства и услуг. А потом, под давлением обстоятельств, либо прекращали свой бизнес и возвращались к наёмному труду, либо переквалифицировались на посреднические услуги, которыми, чаще всего, гордиться не приходится, да и отечественной экономике от избытка посредников только вред. Здесь, да, срабатывает тезис о движущей силе прибыли в перенаправлении финансовых ресурсов. Только, если этот мотивировочный механизм будет основным, то в экономике самодостаточным будет только бизнес в торговле оружием и наркотиками, а также различные формы спекуляции и строительства финансовых пирамид. К слову сказать, полезной хозяйственной деятельностью без участия и поддержки государства и сейчас, после тридцати лет реформ, частный бизнес не занимается. Движущие силы самоорганизации, мотивированные исключительно получением прибыли не ведут к формированию гармоничной хозяйственной среды, а без неё не может быть развития. Бизнес должен быть цивилизованным и воспитанным. Теория, оправдывающая беспредел, такому воспитанию не способствует.
3.2 Мотивация эффективной работы акционерных предприятий
Как же формируется структура хозяйственной деятельности на самом деле, когда нет директивного управления? Чтобы заниматься полезной для общества деятельностью предпринимателю вовсе не надо быть альтруистом. Любимое занятие или увлечение, которым большинство граждан посвящает свою предпринимательскую деятельность, – это благо для общества. Такова природа общественного поведения человека. Только под воздействием обстоятельств люди решаются на обогащение преступным или аморальным путём – «готовы на любую подлость».
Понятно, чтобы начать свой бизнес, нужен капитал. Проблема первоначального капитала вопреки утверждению Маркса решаются не экспроприацией в пользу богачей. Как сказано выше в современной экономической науке всё чаще Марксистская теория ставится под сомнение [4]. Правда если на заре капитализма стартовать можно было и с собственных средств, сейчас без финансовой поддержки поднять бизнес с малого до крупного в приемлемые сроки практически невозможно.
Кредиты для начала бизнеса в высокотехнологичных сферах подходят меньше всего – риски слишком большие. Эффективней всего проблему стартового капитала решить через акционерную форму предприятия. Для этого нужен развитый фондовый рынок, игроки которого не зациклены на финансовые показатели так, как представители банковского сектора. В стартующий инновационный бизнес часто вкладываются из желания поддержать хорошее начинание, решающее злободневные проблемы. Пусть и небольшими деньгами. Акционеры вполне осознают, что риск потерять эти деньги достаточно велик, хотя в душе надеются, что именно этот бизнес «выстрелит» и радикально решит проблему достатка. То есть, на фондовой бирже присутствует не только общий азарт обогащения. Здесь азарт профессиональной увлечённости созидателей, представленных учредителями акционерного предприятия, находит отклик в азарте приобретателей акций не только движимых желанием разбогатеть, но и помочь хорошему делу.
Прибыль, как аргумент принятия решений возникает только на уровне ответственности перед инвесторами. На мой взгляд, мотивация перед компаньонами выглядит гораздо убедительнее, чем мотивация , которой попрекают предпринимателей политические теоретики. Производитель космической техники не будет перепрофилироваться в банк из-за того, что в финансовой сфере прибыльность выше, а требования к квалификации ниже. Только ответственность перед инвесторами заставляет учредителей расширять производство и вступать в конкурентную борьбу с производителями продукции в своём сегменте. ответственностью жадностью
Таким образом, не жадность движущая сила капиталистического производства, а техническая революция. Большинство бизнес империй от «Krupp» до «Аррle» начинались с одиночек, увлечённых техническими идеями. Учредители АО, носители новых технических идей, получили возможность реализовывать их, пользуясь финансовой поддержкой единомышленников. Это были более справедливые хозяйственные отношения, чем существовавшие до этого институты подневольного труда. Восприятие обществом добровольного найма, как более справедливой формы производства, чем принудительная, феодальная, и позволило сделать рывок в экономическом развитии.
Однако такое видение механизма экономического развития через техническую революцию не могло устроить олигархические круги. Марксистское видение формирования капиталистической экономики больше устраивало крупный капитал. Через влияние на власть он получал дополнительную возможность обогащения. Ему нужно было научное оправдание протекционизма госуправления в экспроприации земли у крестьян, в колониальной политике, в других незаконных и аморальных способах передела собственности. Всё объяснялось необходимостью первоначального накопления капитала [4], неизбежностью его грабительской формы. Из-за востребованности оправдания грабежа Марксистская теория и получила научное признание, а не за качество моделирования хозяйственных отношений.
Впредь следовало бы осторожней относиться к «научным» обоснованиям передела собственности. Что коммунисты, что либералы, в первую очередь, оставляли не у дел акционеров, вопреки лозунгам сделать именно их богатыми и счастливыми. Ведь при дележе советского наследия свою долю от госсобственности должен был получить каждый гражданин страны именно в виде акций.
Кстати, одна из самых популярных экономических тем в политических дискуссиях – пересмотр итогов приватизации [2]. И опять ни идеологи национализации, ни идеологи приватизации не вспоминают, что их обязательства перед народом могут быть выполнены только в акционерной форме. Ни возвращение государству, ни оставление всё как есть, без пересмотра, не решает главную проблему, из-за чего устраивался передел – эффективности. А ведь завершение акционерной приватизации наиболее безболезненное решение, не говоря уже о справедливости. Во-первых, не надо будет менять управление эффективными производствами (эффективные – это у кого акции пользуются спросом). Акционерный капитал тоже несёт расходы на формирование эффективного управления. Если у предприятия уже есть эффективные менеджеры, пусть и полученные не через акционерный механизм, то их долю в акционерном капитале никто не трогает – это обычная практика вознаграждать эффективных управленцев долей в капитале. На неэффективных предприятиях и собственников, и управление всё равно надо менять. Вовсе не обязательно ждать их банкротства через классический механизм селекции – в конкурентной борьбе. Вполне подходит и механизм пересмотра итогов приватизации. Государству такой пассив не нужен. Пусть там временные управляющие доводят предприятие до инвестиционной привлекательности. Будет с кого спросить, если стоимость акций не будет расти.
3.3 Особенности мотивации игроков отечественного фондового рынка. Перспективы её перенастройки
Мы подошли к пониманию вопроса, в чём кроется главная проблема отечественного фондового рынка. Основные игроки на биржевых площадках это либо банки, которым интереснее «всучить» бизнесу кредит, либо представители сырьевого бизнеса, у которого есть неплохая альтернатива в виде офшоров или зарубежных активов. И такое их поведение – результат воспитания в духе марксистского экономического мышления, при котором «прибыль превыше всего» и «деньги не пахнут». Не будучи основными, фондовые инструменты не стимулируют игроков к активным покупкам. Вот и не растёт капитализация экономики нужными темпами. А вот игроков, подобных тем, которые на фондовых биржах развитых стран обеспечивают благоприятные финансовые условия для акционерного бизнеса, в нашей стране нет. Группа населения, потенциально способная на вышеописанную мотивацию, банально не обладает достаточными свободными средствами для игры на фондовых биржах. Потенциально это должен быть средний класс. Для успешной игры на бирже эти люди должны иметь хорошее образование, чтобы хорошо ориентироваться в современных тенденциях развития техники, хороший достаток, чтобы иметь свободные средства для игры на бирже. Высокая квалификация и опыт позволят им грамотно ориентироваться в перспективных экономических проектах. О роли среднего класса, как опоры стабильного государства очень, много говорится и в среде политиков, и экономистов. Только функция эффективного инвестора среднего класса не исследуется. На мой взгляд, этот аспект должен быть объектом внимания системы государственного управления. Пока же правительство больше озабочено тем, чтобы ограничить достаток, не только среднего класса, но и всего работающего населения. Всё это делается под предлогом сдерживания перетекания денежных средств на потребительский рынок, чреватое ростом инфляции. Как найти компромисс интересов инвестирования и сдерживания инфляции, изложено в статье «Бюджетный манёвр с точки зрения теории управления» [7]. Этот путь не видят правительственные экономисты, на мой взгляд, из-за своих марксистских заблуждений.
Если отойти от тезиса о главной мотивировочной функции прибыли, уместно будет задаться вопросом – следует ли допускать на фондовый рынок банки? Случаи банкротства банков, хозяева которых инвестировали в собственный авантюрный небанковский бизнес, происходит с завидным постоянством. На мой взгляд, совмещение функций финансового обслуживания, банковских услуг с одной стороны, и функций инвестиционного бизнеса с другой, в одном юридическом лице ведёт к конфликту интересов. Здесь уместна аналогия с политическим конфликтом интересов, о котором мы много говорили выше. Богатые не должны из-за своей алчности склонять чиновничества к злоупотреблениям. Так и банки, злоупотребляя дефицитом денег не должны диктовать промышленности выгодные только «денежным мешкам» условия.
К тому же, даже чисто профессионально, банковские сотрудники не готовы к инвестиционной деятельности. Организация производства новой продукции, выбор стратегии технического развития – это те знания, которые необходимы инвестору помимо финансовой грамотности. Знаний о посреднических услугах на денежном рынке явно недостаточно для успешной инвестиционной деятельности. В стране избыток банков и недостаток частных инвестиционных компаний. Главным инвестором в стране по-прежнему является федеральный бюджет. Частные фирмы в соинвесторы к государству попадают в добровольно-принудительном порядке. Возможно, следует подумать о том, чтобы часть банков перепрофилировать на инвестиционный бизнес. Всё чаще государственные инвестиции становятся успешными. Следовательно, и для частных инвесторов риски становятся минимальными и предсказуемыми.
Банки пусть имеют свободный доступ на валютный рынок. Инвестиционные компании пусть хозяйничают на фондовом. Склонность к приоритету своей сферы деятельности в денежном обеспечении будут сдерживать переток капиталов с одного рынка на другой. Это позволит ослабить ограничение денежной эмиссии.
4 Отношение к богатству и бедности
4.1 Аморальные и нравственные средства обогащения
Для формирования благоприятной среды работы фондового рынка следует, если не решить, то, хотя бы прояснить главный вопрос, который до сих пор разделяет наше общество, не позволяет ему консолидироваться и сформировать совершенную систему хозяйственных отношений и управления ими – это вопрос об отношении к богатству и богатым. Богатство это позор, как говорят реформаторы начала двадцатого века? Или это предмет гордости и самоуважения, в независимости от источника богатства, как такие же реформаторы декларируют в конце того же века? Опять-таки, повторюсь, не надо быть специалистом по системам регулирования, чтобы понимать, что не правы ни те не другие. Что есть «золотая середина». Только эта истина, вполне понятная не только специалистам по регуляторам, но и простому, трезвомыслящему обывателю, совершенно не находит отклика в современных политических движениях. Политики любят играть на слабостях, одни на , другие на . И всем подавай передел собственности. Никто не делает ставку на здравомыслие и трудолюбие. Видимо здравомыслие не даёт политических дивидендов в системе халявных демократических ценностей [5]. жадности зависти
Есть порочные, иногда преступные средства обогащения. Из-за них марксисты назвали всю частную собственность безнравственной и призвали к её уничтожению. А либералы с реабилитацией частной собственности оправдали и все средства обогащения, не забыв при этом позволить себе, любимым, забрать себе то, что должны были поровну поделить на всех. Как говориться – деньги не пахнут.
Нельзя людей презирать за богатство, за получение прибыли. Прибыль это не воровство, как это изображают марксисты. Умение не только наладить своё дело, но и делиться той же прибылью, со всеми, кто готов рисковать с учредителем акционерного предприятия в этом бизнесе, достойно всяческого уважения всего общества. «Надо делиться» – это, как раз о том, что надо широко привлекать акционеров в бизнес, приобщая население и его финансовые активы в производство. А не то, чтобы чиновники занимались поборами, пусть и под благовидными предлогами. У бизнеса есть ответственность перед акционерами, а у чиновников перед народом нет. Причём с ответственностью перед российскими акционерами будет расти и патриотичность бизнеса. Кто же будет вкладываться в бизнес, готовый в любой момент «дёрнуть» на Запад в соответствии с принципом «свободы движения капитала».
Здесь, кстати ещё одно противоречие между экономической и управленческой наукой. Государство обязано защищать имущественные права граждан. Но с точки зрения управления и у граждан должна быть обязанность защищать интересы и имущество своего гаранта – страны, её нравственные устои и общественное согласие. Просто должна быть заинтересованность в сильном государстве, охраняющем твои права на собственность. Откуда же тогда «научные» выводы о пользе свободного движения капитала. Нет, когда капитал из других стран поступает в страну, где ты живёшь, то это полезная экономическая теория, когда нет, то лучше быть приверженцем другого направления экономической науки. Благо этих направлений хватает. В современной жизни полно примеров такой практики использования экономических знаний. Запад с лёгкостью приверженность принципам свободной торговли меняет на санкционную политику и протекционизм национальной экономике.
Здесь, кстати, можно наблюдать формирование нового политического противостояния отношения к капиталу на международной арене. Это противостояние идеологии вседозволенности богатых, право на грабёж с одной стороны. Лидером этой идеологии, как не трудно догадаться являются США, с его концепцией свободного мира, в первую очередь от морали. Эта идеология оправдывает свободу «наворованного» капитала утекать и легализоваться в странах с привлекательной вседозволенностью. А главное она устанавливает право сильных и богатых назначать и наказывать виноватых вопреки принципу презумпции невиновности, состязательности и равноправию сторон. Отстаивать другую точку зрения, что надо разделять средства обогащения на праведные и не праведные, что право на истину и нравственные оценки есть не только у богатых – видимо исторический удел России. Остаётся только пожелать, чтобы эти идеалы отстаивались не только во взаимоотношениях между странами, но и в хозяйственных и социальных отношениях внутри общественной жизни нашей страны. С несправедливой зависимостью простых людей, как от чиновников, так и от богатых, надо избавляться. И начинать надо с избавления от идеологического вранья, как коммунистов, так и либералов, которое, как известно, базируется на одной «научной» платформе – политэкономии марксизма.
4.2 Пути преодоления социальной напряжённости, вызванного материальным неравенством
Имущественный ценз или табель о рангах, как мерило общественного авторитета всегда подвергался критике. Наёмные отношения несильно отличаются от подневольных, если потеря работы критично для нормального существования. Это создаёт условия для проявления самодурства у начальства и богачей. А с его проявлением растёт и социальная напряжённость, которую легко довести до насильственных действий. Политика плохо влияет на развитие экономики [5] из-за злоупотребления идеологическим популизмом. На мой взгляд, именно идеологическое противостояние заставило свернуть реформы с пути построения развитой экономики на путь «шокового» встраивания в качестве сырьевого придатка в мировую экономику [1]. Таков результат политической конкуренции тех, кто кичится, пролетарским аскетизмом, и тех, для кого незаслуженно свалившееся богатство или незаслуженная высокая должность повод для высокомерия.
Уровень социальной зависимости от работодателей надо снижать до такой степени, чтобы у тех не было соблазна унижать подчинённых, наживаться на их бесправии. Для этого надо развивать институты защиты прав трудящихся, вроде комиссии по трудовым спорам или профсоюзы, рынок труда, общий уровень благосостояния. Возможность заняться собственным малым бизнесом тоже служит делу снижения социальной напряжённости. Причём уровень благосостояния должен расти не за счёт роста заработной платы, а за счёт роста акционерных активов у населения. Рост зарплат разгоняет инфляцию, а рост фондового рынка тормозит её [2]. К тому же дифференциация зарплаты не должна быть несправедливой. Если ты владелец бизнеса, то зарабатывай на дивидендах. Нельзя хозяевам позволять назначать себе или родственникам бешеные оклады [1].
Для развития рынка труда большое значение также имеет развитие фондового рынка. В конкурентной борьбе за инвесторов бизнес вынужден бороться за профессиональные кадры. Партнёрские отношения крупных и мелких акционеров, партнёрские отношения руководства с сотрудниками, которых ценят, не позволяют себе таких унижать или выбрасывать на улицу, на мой взгляд, снижают социальную напряжённость.
В таком мировоззренческом поле эффективные хозяйственные отношения сформируются заметно быстрее и проще, чем в атмосфере взаимной ненависти, порождённой идеологическими заблуждениями. Когда на смену малиновым пиджакам нувориш, с рейдерским или другим криминальным прошлым, приходят потёртые джинсы мультимиллиардеров, выросших из специалистов в области высоких технологий, тогда общество готово к эффективным хозяйственным отношениям и стремительному экономическому рывку.
Надо продолжать внедрять в сознание общества другие критерии оценки социального положения – нравственность, профессионализм, трудолюбие, гражданственность, приверженность семейным ценностям. Талант, независимо помогает он разбогатеть, или так и не может сделать карьеру, должен быть уважаем в обществе. Тогда у общества будет прививка от репрессий и экспроприаций, движущей силой которых была всё та же . зависть
Тогда, когда акционерная форма собственности станет приоритетной для всех, она сможет проявить своё превосходство в эффективности перед остальными формами управления активами. Для богатых будет стыдно уводить, якобы заработанные деньги из страны. А успешная торговля акциями своего предприятия будет не только выгодным занятием, но и предметом общественного признания, за вклад в процветание общества и страны. Для людей среднего, а то и небольшого достатка, будет выгоднее вкладывать в акции, чем покупать валюту или недвижимость, не говорю уже об участии в финансовых пирамидах. Чиновники перестанут отмахиваться от проблем, уповая на рынок и самоорганизацию, начнут по-настоящему бороться с криминальными способами обогащения. Не будут выдавать грабёж за спор хозяйствующих субъектов. Будут уделять первостепенной внимание развитию акционерных форм собственности и фондового рынка, не допускать, чтобы потери добросовестных, частных игроков фондовых бирж носили хронический или массовый характер.
Теперь, после формулировки определённой концептуальной основы, пора переходить к разъяснению проекта вынесенного в заголовок статьи. Начать надо, естественно с постановки задач. Какие проблемы мы собираемся решить разрабатываемыми средствами?
5 Проблема монетизации, и её влияние на фондовый рынок
5.1 Либеральные инструменты в денежном обеспечении экономики
Одним из препятствий развития фондового рынка называют недостаточную монетизацию экономики. Очевидно, что если завод стоит миллион, а у потенциальных покупателей в кармане тысяча, то и продать завод можно только за тысячу.
Нет, на мировом финансовом рынке свободных средств в избытке. И ставка либеральных реформаторов была на то, что в страну хлынут инвесторы и будут вкладываться в наши предприятия. То, что эти предприятия являются конкурентами бизнеса, в которые западные инвесторы уже вложились, пока у нас была закрытая экономика, реформаторам было недосуг. Впрочем, производство, лишённое в результате шоковых реформ оборотных средств по определению не может считаться привлекательным активом. Тридцать лет наши фондовые активы недооценены из-за низкой монетизации и для исправления ситуации ничего не делалось.
Напомню, рост монетизации у нас сдерживается искусственно, исходя из положения теории, что бесконтрольная эмиссия не приводит к увеличению монетизации. Только достаточный ли это аргумент, чтобы не заниматься наполнением экономики необходимым количеством денег. Согласно бюджетному правилу, под предлогом защиты от инфляции Правительство не позволяет увеличивать финансирование народного хозяйства [7].
Давайте проследим цепочку событий. Центробанк повышает учётную ставку, чтобы сдерживать инфляцию. Коммерческие банки берут кредит у Центробанка с высокой учётной ставкой. При отсутствии достаточного количества денег в обороте, это главный ресурс деятельности банков, а не вклады населения. Чтобы рассчитаться с Центробанком, и не остаться в накладе самим, они заламывают высокие проценты за кредит. Чтобы вернуть кредиты банкам заёмщики вынуждены повышать цену на свою продукцию. То есть инфляция растёт в результате принятых мер по борьбе с инфляцией. Порочный круг замкнулся.
Банки, если не смогут заработать на кредитовании, смогут отбить своё на валютных спекуляциях. Благо свободы банкам для спекуляций на валютном рынке было предоставлено с избытком. А заёмщикам деваться не куда. Они вынуждены конкурировать с зарубежными производителями, у которых есть собственные средства и условия финансирования гораздо более выгодные. Там же нет такой инфляции. И финансовые инструменты разнообразнее. Всегда можно выбрать подходящие. Кредиты в этом списке вовсе не на первом месте, как в нашей стране с лёгкой руки реформаторов.
Причём непонятно, почему, если без денег Центробанка коммерческие банки не могут существовать, не проводилась политика по ограничению количества банков в разумных пределах?
Очевидно же, что при отсутствии директивных ограничений, необходимо было сформировать правила, по которым при насыщении рынка банковских услуг, открывать банки стало бы нерентабельным. Если уж вы декларируете, что конкуренция всё расставит по своим местам, так продемонстрируйте это на банковской системе. Или уж признайте, что конкурентную среду надо правильно формировать и регулировать, что нельзя такие процессы пускать на самотёк.