Искусство отношений

Глава 1. Серьёзные отношения или всё начинается с «любви»

Это книга об отношениях. О серьёзных отношениях. Поэтому посвятить первую главу книги осветлению именно этого вопроса мне кажется наиболее правильным.

Насколько себя помню, всегда был ревностным сторонником именно этого типа отношений. Но что такое серьёзные отношения? Как сказала Мирейя однажды в разговоре со мной, серьёзные отношения – отношения, у которых есть будущее.

Более тридцати лет я прожил в Украине. Видел отношения моих родителей, теть и дядь, знакомых и друзей. Основная масса таких отношений, особенно отношения старшего поколения, – это отношения, как правило, на всю жизнь. Неудивительно, что ища отношения с девушками, я подсознательно следовал тем примерам, которые видел изо дня в день, на протяжении всей моей жизни в Украине. Возможно, именно поэтому у меня никогда их не было много. Количество моих отношений в Украине без труда можно сосчитать на пальцах одной руки. Если начинал отношения, то подходил к этому вопросу более чем ответственно. Девушка, моя партнёрша, всегда рассматривалась мной как потенциальная супруга. И когда отношения прекращались, годами не начинал новые.

В Украине, как, думаю, и в России, длительные отношения – это скорее норма, чем исключение. Развод пар, совместно проживших десятилетия, – довольно таки редкое явление. В тоже время развод молодых пар – становится нормой. Эта ситуация характерна не только для современных Украины или России. Полтора года я прожил в бедной Доминиканской республике. Там ситуация еще хуже. Если в Украине или России распадается каждый второй брак, то в Доминикане, вероятно, практически каждый. В какой-то мере это связано с экономической ситуацией в стране, но в основном, браки в Доминикане распадаются из-за безответственности партнеров. Русские, живущие в Доминикане, часто называют доминиканцев детьми. И значительная доля правды в этом действительно есть. Доминиканцы (в основной своей массе) – народ, не обременённый ни образованием, ни наукой. Говорят, что та проволока, которую многие могут увидеть на заборах, окружающих многие доминиканские школы, призвана не дать школьникам убежать с уроков. Основная масса доминиканцев думает не об образовании, а об: мужчины – пиве, бейсболе и сексе; женщины – салонах красоты, детях, и как заработать деньги, чтобы прокормить этих самых детей (к сожалению, в Доминикане как прокормить детей – забота, по большому счету, не местных мужчин, а женщин).

Ситуацию, которую я видел в Доминикане – когда женщина думает о том, как прокормить семью, а не мужчина – характерна не только для Доминиканы. Не раз я слышал, живя в Украине, жалобы женщин на то, что им, а не мужчинам приходится думать как прокормить семью. И такую ситуацию можно встретить практически в любой стране мира (неким исключением из правила могут служить исламские страны, где обязанность на обеспечении семьи исторически возлагается на мужчин). То, что происходит в современном мире, когда женщина обретает силу, а мужчина слабость – результат того переворота, который начался с момента уравнивания женщины и мужчины в XX-м столетии.

После Доминиканы некоторое время я жил в Аргентине – стране победившего феминизма. В Аргентине ситуация типична для современных развитых стран и стран, стремящихся к этому – слабый мужчина и сильная женщина. Аргентинская женщина сильна не только характером, но и финансово независима от мужчины. Быть может, меня назовут сексистом, но я более чем уверен, что финансовая независимость женщины – одна из главных причин того, что браки в Аргентине распадаются очень быстро. Как в Доминикане. И это несмотря на то, что Аргентина – страна высокоразвитая. В этом и заключается проблема как самой Аргентины, так и других развитых стран.

Путешествуя по Аргентине, я знакомился со многими людьми, в том числе и с женщинами. Основная масса современных аргентинок работает, имеет машину и собственные арендуемые апартаменты. Мечтает такая женщина не о семье и детях (как это происходит в бедной Доминикане), а о карьере, деньгах и путешествиях. Институт семьи (говорим о нуклеарной семье – неком идеале союза между мужчиной и женщиной, к которому многие из нас стремятся, но который, как показывает практика, мечтой и остаётся) в Аргентине, как по мне, накрывается медным тазом. Накрывается он медным тазом и по другой причине. Аргентинцы, как говорил, – это нация незрелых людей. Если доминиканцы незрелые в силу отсутствия образования, то аргентинцы – в силу воспитания и комфортной жизни. Основная масса доминиканцев заводит семью в раннем возрасте. Доминиканка, рожающая ребенка до двадцати лет – норма. Аргентинцы же начинают подумывать о семье в возрасте за тридцать-сорок лет. Как уже отмечал, пятидесятилетний мужчина в Аргентине, у которого новорожденный ребёнок – это вполне по-аргентински. Пятидесятилетний мужчина в Доминикане – это уже почтенный отец семейства, у которого не менее пяти детей. Вполне возможно, от разных браков.

Как говорил, аргентинская женщина – вполне самодостаточный член аргентинского общества. Вырастить ребёнка она способна и без какой-либо мужской помощи. Что и происходит в современной развитой Аргентине. Часто тоже самое происходит и в бедной Доминикане, но по иной причине: доминиканский мужчина – бабник и часто лентяй. Бабниками их называют сами доминиканки. И в этом также присутствует значительная доля правды.

Чтобы вы поняли, что собой представляет типичный доминиканский мужчина, расскажу об одном случае, который произошел со мной в городе Харабакоа. Изначально, в связи с работой, я жил в городе Баваро – туристическом сердце Доминиканской республики. Прожил я в Баваро полгода, после чего, решив отдохнуть от работы и посмотреть страну, переехал в Харабакоа, симпатичный городок, раскинувшийся на склонах доминиканских Альп.

Однажды, чтобы добраться до дома, где я проживал на тот момент, решил воспользоваться типичным для Доминиканы транспортным средством, а именно мото-такси. Когда мы проезжали с моим водителем, парнишкой лет двадцати трёх, по одной из улиц, заметили девушку. Молодая, симпатичная, с довольно неплохой как для доминиканки фигурой. Заметив взгляд, брошенный на девушку, водителем, я поинтересовался у него:

– Нравится?

– Да, – кивнул парнишка.

– У тебя есть жена? Дети? – спросил я.

– Да, – вновь кивнул парнишка, не забывая смотреть на дорогу, и добавил. – Есть жена, двое детей, много невест и любовниц.

Вот таков он доминиканский мужчина. Любитель женщин (впрочем, это типично в целом для латиноамериканского мужчины, независимо от того, где он родился – в Доминикане, Аргентине, Бразилии или Эквадоре) и любитель побездельничать. Мечта многих простых доминиканцев – купить в кредит мотоцикл и зарабатывать на жизнь мото-такси. Почему именно мото-такси? Во-первых, всегда есть кого подвезти. Бедного соотечественника или богатого (как для доминиканца) туриста – это уже не так уж и важно. Во-вторых, работа не такая уж и пыльная. Только и занимайся тем, что гоняй мотоцикл из одного конца города в другой. В-третьих, мото-таксисты только тем и занимаются, что сидят, укрывшись от жаркого доминиканского солнца, в тени дерева или дома и треплют языками в ожидании клиента.

В таких условиях доминиканской женщине, и правда, приходится нелегко. В Доминикане много случаев, когда жена занимается проституцией, чтобы прокормить детей, а муж смотрит телевизор или разговаривает с друзьями на улице. О каких-либо серьёзных отношениях в Доминикане говорить не приходится. Впрочем, не приходится говорить о них и в развитой Аргентине. И это несмотря на то, что аргентинский мужчина и деньги зарабатывает, и кушать готовит, и за ребёнком ухаживает. Прямо не мечта, а сказка для любой женщины. Впрочем, вспомним о незрелости аргентинских мужчин: очень часто аргентинский мужчина и носки заштопать не в состоянии. Вот вам еще один пример из жизни.

Где-то с месяц я прожил на аргентинском острове Огненная Земля в городке Ушуая, том самом, который на сегодняшний день является самым южным на планете. До Антарктиды ровно тысяча километров.

Так вот. Однажды оказался в гостях у профессора, преподавателя высшего учебного заведения. Мужчине явно за пятьдесят лет. Живет сам, так как с женой развелся несколько лет назад. От брака двое детей, которые живут и учатся в другом городе на континенте. Ничего примечательного в его облике не было, разве что дырявые носки на ногах. Заметив мой взгляд, обращенный на его ноги, он замешкался, улыбнулся и сказал:

– Моя бабушка умела штопать носки. Я не умею.

Тоже самое часто касается и аргентинской женщины. Деньги зарабатывать она умеет, а вот приготовить что-нибудь поесть. О! На это способны не все аргентинки. Сегодня в Аргентине набирает популярность домашняя еда. Это то, что в Украине и России вполне обычно и привычно – покупать продукты и готовить дома. Но вот для Аргентины, где основная масса людей питается вне дома, это сверхнеобычно. Многие аргентинцы если и способны что-либо приготовить дома, так это пожарить соевые битки из супермаркета.

Русские женщины, живущие в Аргентине, называют аргентинок «безрукими» – пришить пуговицу или заштопать дырку на одежде – на это многие аргентинки неспособны. Возможно, поэтому многие аргентинки ходят по улицам в дырявых колготках.

В таких условиях также как и в Доминикане говорить о серьёзных отношениях не приходится. Разве могут быть отношения серьёзными между двумя детьми? Вот поэтому и распадаются аргентинские браки, словно карточные домики.

Но как бы то ни было и аргентинцы, и доминиканцы, и многие представители других национальностей создают семьи, растят детей – подчиняются той биологической программе, которая заложена в каждом из нас. Как аргентинцы, так и доминиканцы, как и представители других национальностей, испытывают, кто чаще, кто реже, то чувство, которому посвящены тысячи стихов, песен и фильмов. Чувству, которое в человеческом обществе называется любовью.

Глава 2. Истоки «любви»

Серьёзные отношения – это не только отношения, у которых есть будущее. Думаю, многие из читателей согласятся, что серьёзные отношения – это отношения, основанные на любви.

Как-то я спросил Мирейю:

– Что для тебя любовь?

На минуту замешкавшись, девушка ответила:

– Чувство. Ничего более.

Если бы я задал этот вопрос кому-либо другому, сомневаюсь, что получил бы иной ответ. Для многих людей любовь – это, и правда, некое возвышенное чувство, способное окрылять, вдохновлять, побуждать и, конечно же, заставлять страдать (в случае безответной любви). В общем, некое чувство, которое мы испытываем к конкретному человеку. И это чувство настолько важно и ценно для нас, что любить и быть любимым это желание едва ли не каждого человека. Более того, найдутся и те, кто скажет, что без любви жизнь утрачивает свой смысл. Что любовь – это ни много, ни мало – и есть бог, которого все ищут, но никак не могут найти. А потребность в любви – одна из главных потребностей современного человека. Дышать. Питаться. Размножаться. Любить.

Если человек прошлого думал, в первую очередь, о том, как выжить, то современный человек думает о том, как полюбить и быть любимым. Сегодня, благодаря всё увеличивающемуся благосостоянию нашего общества, выживание отошло на второй план. Сегодня человек хочет не выживать, а любить. Особенно это актуально в нашу информационную эпоху, когда значительная часть жизни современного человека проходит не на бескрайних просторах африканской саванны, а на еще более бескрайних просторах интернета, тем самым создавая новый тип человека, человека асоциального, живущего в своем тесном виртуальном мирке с кратковременными вылазками в мир реальный.

В мире мало найдется людей, которые бы никогда не испытывали того чувства, которое мы называем любовью. Некоторые ученые говорят о том, что любовь свойственна и некоторым видам животных. Вся история человечества, так или иначе, связана с этим чувством. Из-за любви начинались войны (как тут не вспомнить о Троянской войне и любви Париса к Елене), создавались литературные шедевры (например, «Ромео и Джульетта» или «Тристан и Изольда»), произведения искусства. Любовь всегда была одной из центральных тем. Когда-то о ней размышляли философы, писали историки, а сегодня любовь находится под пристальным вниманием учёных.

Американский антрополог Хелен Фишер в своей книге «Почему мы любим?», используя последние наработки в области нейробиологии, сделала попытку добраться до самой сути любви. В результате любовь, как единичное чувство исчезла и появилась как комбинация независимых, но взаимодополняющих друг друга, трех ее составляющих: влечения, влюблённости и привязанности. Поговорим об этом подробнее.

Когда я познакомился с Мирейей, единственное что я к ней испытывал – сексуальное влечение. О влюблённости говорить было ещё рано, как впрочем, и о привязанности. Я знал эту девушку всего лишь несколько часов. Но этого было более чем достаточно, чтобы начать испытывать к ней сексуальное влечение. По большому счёту для сексуального влечения достаточно одного лишь взгляда, взгляда, чтобы понять нравится нам этот человек или нет. Если этот человек нам симпатичен, сексуальное влечение не заставит себя долго ждать.

Влечение – это животная инстинктивная сущность человека. И оно присуще, конечно же, не только ему. Для того, чтобы понять это достаточно посмотреть на течную суку, за которой бегают стаей кобели. Благодаря сексуальному влечению жизнь на Земле грозит никогда не исчезнуть.

Размножение – основа продолжения жизни. Миллионы живых существ на планете, подчиняясь сексуальному влечению, изо дня в день создают себе подобных. И человек не исключение. Ведомые инстинктами, словно корабли умелыми капитанами, мы знакомимся, испытываем влечение и как результат занимаемся сексом. Совокупление – конечная цель сексуального влечения. Совокупиться и тем самым передать свои гены в будущее посредством рождения потомства – главная задача любого живого организма (безусловно, живого организма, размножающегося половым путем, а не, например, делением).

К несчастью для природы, но к счастью для самого человека, человек стал настолько разумен, что часто предпочитает совокупляться с иной целью, а именно, чтобы получить удовольствие. Ни более, ни менее. Но как бы то ни было, в основе его сексуального поведения лежат животные инстинкты и именно они заставляют его стремиться к совокуплению с любым более-менее подходящим сексуальным партнёром (для некоторых – любым более-менее доступным партнёром).

Влечение – очень эффективное средство, чтобы забыть обо всём на свете кроме объекта возжелания. Противиться ему часто очень трудно, так как за его существование отвечают древние как сама планета механизмы головного мозга. Но сексуальное влечение не остается с нами навсегда. Оно приходит и уходит. Очень часто появление сексуального влечения зависит от внешней привлекательности потенциального сексуального партнёра. Безусловно, если девушка мне внешне не нравится, вряд ли у меня возникнет к ней сексуальное влечение и соответственно желание оказаться с ней наедине в каком-нибудь укромном местечке. А это значит, что за появление сексуального влечения, по большому счёту, ответственно наше внутреннее «Я», наша психика, формировавшаяся на протяжении годов под влиянием различных жизненных ситуаций. Если мне нравится Анджелина Джоли, я могу испытывать к ней сексуальное влечение. Опыт, формировавший меня, на подсознательном (часто и сознательном) уровне подсказывает мне, что именно этот тип женщины для меня предпочтителен в сексуальном плане. Но это не значит, что сексуальное влечение к Анджелине Джоли будет испытывать другой мужчина, так как его формировал иной жизненный опыт, создавая совершенно отличную от моей психику. Поэтому этому мужчине Анджелина Джоли может не нравится. Конечно, в этом случае не стоит сбрасывать со счетов культуру, в которой мы живём, и которая часто оказывает влияние не на конкретную личность, а на целую группу. Если современному европейскому мужчине, как правило, нравятся худощавые девушки, то, к примеру, латиноамериканцу – девушки с более округлыми формами. Латиноамериканская культура, латиноамериканское общество формировали и продолжают формировать у современного латиноамериканского мужчины иной идеал женской красоты. Проиллюстрирую свои слова на примере из жизни.