Не верь никому

Глава 1

– Мишенька, вставай, мы в садик опоздаем, – с улыбкой позвала я своего трехлетнего сынишку, уже второй раз заглядывая в уютно обставленную детскую. Сквозь неплотно зашторенные окна в комнату пробивался яркий солнечный свет. Розовощекий карапуз недовольно поднял сонную мордашку с торчащими в разные стороны непослушными светлыми волосами.

– Не хотю! – категорично заявил он, нахмурив бровки, а я рассмеялась.

– Давай сейчас мы с тобой пойдем в садик, а вечером купим вкусную шоколадку!

Услышав это предложение, мальчуган торопливо соскользнул на пол и потянулся за своими вещами, еще с вечера заботливо разложенными на его маленьком стульчике.

Обожаю наши утренние прогулки до садика. Занимают от силы минут пятнадцать, а заряжают позитивом на весь день. Сегодняшнее утро вообще выдалось солнечным и теплым. Начало июня в этом году балует нас хорошей погодой. Мы разглядывали птичек, восторгались голубым небом и с упоением вдыхали свежий утренний воздух. Я рассказывала своему сыну всякие придуманные истории, а он внимательно слушал. Раньше муж тоже составлял нам компанию, но сейчас его рабочий график не позволяет такой роскоши. Последние три месяца он уезжает из дома как минимум за час до нашего выхода. Но пока на улице лето, и ходить пешком одно удовольствие, мы с сыном прекрасно справляемся вдвоем.

Садик наш мне понравился с первого взгляда, еще когда три месяца назад мы с мужем привели туда Мишку на пробное занятие. Он хоть и считался государственным, но то, что количество детей в группе не превышало десяти человек, не могло не радовать. Это значит моему сыну будут уделять достаточно внимания. Поэтому я с чистым сердцем доверяю ребенка улыбчивой воспитательнице.

Но все же каждый раз отведя Мишку в группу и выходя из садика в одиночку, я испытываю чувство легкой грусти. Никак не могу перестать скучать по своему сыну, даже несмотря на то, что разлука будет длиться всего несколько часов. Хотя, учитывая, как долго я мечтала о ребенке и как долго не могла забеременеть, мои чувства уже не кажутся такими странными.

Да что тут говорить: мысли о своей семье и ребенке появились у меня лет в шестнадцать, когда старшая сестра моей подруги Алинки родила. Нам выпала большая честь гулять с малышкой по четвергам, и мы гордо вышагивали с коляской по двору. Я смотрела на эту крошечную девочку и понимала: сделаю все, чтобы мой ребенок был самым счастливым и любимым. Ведь этого всего мне самой так не хватало в детстве.

Меня вырастила бабушка. Конечно, она заботилась обо мне и по-своему любила, но родительской теплоты я так и не познала. Мое рождение не было запланированным или долгожданным. Маме было семнадцать, она была молодая, бесшабашная и совершенно неготовая к такой ответственности, как появление ребенка. Кем был мой отец неизвестно никому. Иногда я подозреваю, что даже сама мама была не в курсе, кто из ее многочисленных кавалеров оказался виновен в ее интересном положении.

Не могу сказать, что моя жизнь в детстве была несчастливой или тяжелой. Я была накормлена, обута, одета, но вот искренней и безусловной любви я так и не дождалась. Когда мне исполнилось пять лет, мама познакомилась с каким-то богатым иностранцем и вытащила счастливый билет. Он женился на ней и увез с собой в теплую Испанию. И все бы хорошо, но вот дочь совершенно не вписывалась в планы моей мамы. Поэтому я осталась с бабушкой, а моя родительница навсегда вычеркнула меня из своей биографии, начав новую жизнь. Больше мы с ней ни разу не виделись. Да что уж там, мы даже ни разу не созванивались. Ей было абсолютно все равно на меня и мою жизнь. Она ни разу не поздравила меня с днем рождения. Думаю, она вообще постаралась забыть о моем существовании, как о каком-то недоразумении. «Ошибка молодости», – так говорила бабушка, вздыхая. Не думаю, что она имела ввиду что-то плохое или хотела меня обидеть, но мне каждый раз становилось больно и горько. Я была уверена, что дело во мне. Это я такая плохая, поэтому мама меня бросила. Сейчас, с высоты прожитых лет, понимаю, что это не так, но ребенком сильно переживала из-за этого.

Помню как-то в школе в преддверии дня матери всем детям предложили нарисовать портреты своих мам и написать письмо с пожеланиями. Весь урок я, не поднимая головы, смотрела на пустой листок, так и не написав на нем ни строчки. Мне поставили двойку. Учительнице было абсолютно всё равно, по какой причине я не выполнила задание. Она лишь равнодушно отчитала меня, назвав бестолковой. А я потом долго плакала в школьном туалете.

И если взрослые были в основном просто бестактны и безразличны, то дети были по-настоящему жестоки. Как только меня не обзывали, понимая, что заступиться за меня некому. Лишь однажды, когда главный хулиган нашего класса отобрал мой школьный рюкзак и попытался выбросить его из окна, на помощь мне пришёл мальчик из старших классов. После этого меня ненадолго оставили в покое.

Мы взрослели, и со временем одноклассникам надоело задевать и дразнить меня. Тогда настал период тотального безразличия. Практически у всех были свои компании, я же оставалась совершенно одна. На самом деле, даже если бы меня по счастливой случайности позвали куда-то, бабушка меня ни в коем случае не отпустила. "Чтобы не пошла по стопам своей безответственной мамаши", – говорила она.

В девятом классе к нам перевелась девочка из другой школы. По случайному совпадению, вместе с родителями она переехала в тот же дом, где жила я, только в соседний подъезд. И чтобы не тратить на дорогу до школы почти час езды, ее перевели в наш класс. С этого момента моя жизнь начала меняться.

Во-первых, Алина – так звали ту девочку – стала моей лучшей подругой. Во-вторых, я часто стала бывать у нее в гостях и наконец-то увидела, как дружно и счастливо могу жить люди в одной семье. Они всегда поддерживали друг друга и помогали в любых ситуациях. Алинка всегда могла рассказать своей маме или сестре о своих проблемах, и они внимательно выслушивали ее, давали дельные советы и никогда не ругались. А еще они любили друг друга. Не за что-то, а просто так. Алинка могла подбежать к маме или папе и обнять их. А они тут же обнимали ее в ответ и говорили, какая она умная, красивая и ласковая девочка и как они ее любят.

У них в гостях я отдыхала душой: настолько там было уютно, тепло и хорошо. С тех пор мысль о своей собственной семье и ребенке прочно поселилась в моей голове.

После окончания школы встал вопрос: что делать дальше. Точнее, вопрос встал передо мной, потому что бабушка была уверена, что человек без высшего образования – не человек. Поэтому она в ультимативной форме сказала мне поступать в наш педагогический университет.

– Пойдёшь на воспитателя в яслях. Туда любой дурак поступит, – сказала мне бабушка.

Между строк читалось: "Больше такую бестолочь, как ты, никуда не возьмут". Хотя никаких предпосылок для этого не имелось, ведь я неплохо училась в школе и получила аттестат без единой тройки.

Мне и в самом деле удалось поступить без проблем. Но не потому, что туда брали всех подряд: я действительно неплохо сдала вступительные экзамены.

Учиться мне нравилось. Особенно полюбились практики в детском саду. Общение с детьми мне удавалось легко и в огромное удовольствие.

А еще у меня наладились хорошие отношения с моими сокурсниками. Школьные проблемы остались в далеком прошлом. У меня даже появились друзья из числа одногруппников. Казалось, жизнь начала налаживаться, но, когда я перешла на третий курс, умерла моя бабушка. Для меня это была первая и очень болезненная потеря. Пусть бабушка не всегда понимала меня, не любила так, как мне бы этого хотелось, но она была моим единственным родным человеком.

Я с трудом переживала этот период. Несколько месяцев подряд все свое время посвящала учебе, параллельно подрабатывая няней по вечерам. Старалась, чтобы у меня не оставалось ни одной свободной минутки. Ведь именно тогда пробуждались все воспоминания и утягивали в пучину безнадежности и одиночества. Я просто отбросила в сторону все эмоции и жила, как робот.

Чтобы хоть немного отвлечь меня от грустных мыслей, одна из подруг потащила меня на день рождение к своему знакомому. Мне не очень хотелось идти, но вылезать из депрессивных мыслей как-то было нужно. Поэтому я пошла и не прогадала. Потому что там-то я и встретила своего будущего мужа.

Олег был старшим братом именинника. Он немного опоздал на торжество, чем сразу обратил на себя внимание. И лишь только увидев его, я поняла, что пропала. Это может показаться странным, но в свои двадцать лет мне ни разу не довелось влюбиться. И пока подруги бегали по свиданиям, выходили замуж и разводились, я ждала своего принца. И дождалась. Принц появился в лице Олега. Первая моя мысль была: "Да куда ж мне, со свиным рылом в калашный ряд. Такой красавчик даже не посмотрит в мою сторону". А он взял и посмотрел. И не просто посмотрел, а пригласил меня на кофе следующим вечером. Отношения между нами закрутились стремительно. Меня совершенно не смущала разницы в возрасте в семь лет. Наоборот, я чувствовала себя любимой, нужной и защищённой с мужчиной старше себя. Он дал мне всё то, чего мне так не хватало.

Как только я окончила университет (между прочим, с красным дипломом), Олег незамедлительно сделал мне предложение. Моему счастью не было предела. Расписались мы довольно скромно. С моей стороны присутствовала лишь самая близкая подруга, а с его – брат и мама. Скромно отметив торжество за уютным столиком кафе, мы шагнули в семейную жизнь. Я пошла работать частной няней, хотя зарплаты мужа вполне хватило бы на двоих. Он предлагал мне сидеть дома и заниматься бытом, но мне хотелось тоже вносить свою лепту в семейную казну. Конечно, на шикарную жизнь мы не претендовали, но на хлеб с маслом хватало. Мы продали однокомнатную квартиру, оставшуюся мне по наследству, немного добавили и купили двушку. Всё было хорошо, кроме одно: долгое время у меня не получалось забеременеть. Долгих восемь лет я была постоянным клиентом различных клиник, перепробовала массу способов и процедур. Мы даже съездили в несколько монастырей и святых местах, которые, согласно повериям, помогают забеременеть.

И вот наконец-то тест показал две полоски. Не знаю, что из того, что мы перепробовали помогло мне забеременеть, но результат был налицо, точнее на живот. А спустя девять месяцев на свет появился розовощекий богатырь, которого совместным решением мы назвали Мишей. Я была на вершине блаженства. Любимый и любящий муж, долгожданный чудесный ребёнок, уютная небольшая квартирка – всё, как я когда-то мечтала.

И, казалось бы, только-только на моих руках сопел новорожденный малыш, а вот уже незаметно пролетело три года и три месяца, и я вожу своего мальчика в детский садик.

По дороге из сада я зашла в магазин, купила продукты на ужин и неспеша подошла к дому. Олег обещал прийти с работы в районе шести, как раз успею забрать Мишку и приготовить рагу из индейки. Телефонный звонок раздался в тот момент, когда я вставила ключ в дверной замок.

– Да, – произнесла в трубку, зажав телефон между плечом и подбородком.

– Привет, дорогая, – услышала я немного виноватый голос мужа, – меня сегодня отправляют в командировку, вернусь послезавтра к обеду. Очень хотел отмазаться, но никак. И уже очень скучаю по тебе и сыну.

– Как жалко! – со вздохом произнесла я, заходя в квартиру и ставя сумки с продуктами на пол. – Мы с Мишкой планировали сегодня накормить тебя вкусным ужином. Что ж, тогда придётся перенести его к твоему приезду.

– Прекрасная идея! – по голосу мужа чувствовалось, что он улыбается. – Позвоню вам вечером, расскажете, как у вас дела.

– Отлично, будем ждать! – согласовала я планы и, ещё немного поболтав, положила трубку.

Раз готовка отменилась, мною было принято решение посвятить день уборке. В отличие от большинства женщин, я просто обожала это занятие. Для меня убираться в своей любимой квартире было лучшим вариантом отдыха и расслабления. И, включив музыку, я приступила к делу.

Когда пришло время забирать сына из сада, в квартире царили чистота и уют. К слову сказать, я хотела выйти на подработку няней, когда Мишка пошёл в садик. Но тут Олег был непреклонен.

– Я зарабатываю достаточно, чтобы ты могла заниматься нашим сыном, а не чужими детьми, – говорил мне он. И, сказать по правде, в глубине души я была с ним полностью согласна. Поэтому решила посвятить себя дому, мужу и ребёнку. Ведь они и были смыслом всей моей жизни.

Пока мы шли до дома, Мишка восторженно рассказывал, чем он занимался в садике, а я радовалась, что ему нравится время, проведённое в детском коллективе.

Вечер пролетел незаметно. Мы поужинали, поиграли, созвонились с Олегом, сын очень трогательно поговорил с отцом и пришло время укладываться спать.

– Писать хочу, – выдал мне карапуз.

– Пойдём, конечно, мой дорогой, – с готовностью ответила я, – твой горшочек в ванной.

– Горшочек, – повторил он и, спрыгнув с кровати, отправился по месту назначения.

Мы подошли к двери совмещенного санузла, и я, пропустив сына вперёд, прикрыла за ним дверь. Он никогда не пускал меня вместе с собой, говорил, что ходит в туалет один, как папа, и очень этим гордился. Мы с Олегом уважали его личное пространство и не нарушали его. Вот и сейчас сын пошёл по своим делам, а мама, в моём лице, терпеливо ждёт его снаружи.

Прошло пять минут, а Миша до сих пор не вышел. На него это было не похоже, обычно он справлялся с задачей за считанные секунды и довольно вылетал в коридор, сообщая всем, что на этот раз он сделал в туалете. Я осторожно постучала в дверь:

– Сынок, ты скоро?

В ответ не раздалось ни звука. Забеспокоившись, я приоткрыла дверь и заглянула внутрь. А спустя мгновенье уже полностью распахнула её и, не веря своим глазам, оглядела открывшееся передо мною пространство. Потому что Мишки там не было.

Глава 2

Я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. Затем открыла и заново огляделась вокруг. Но картина не поменялась: ребёнка здесь не было. Самый абсурд заключался в том, что спрятаться здесь было абсолютно негде. Ещё раз обведя взглядом помещение, я потрясла головой. Что происходит? Как такое возможно? Вопросы без ответа роились в моей голове, а в сердце закрадывалась паника. Что же делать? Позвонить в полицию и сообщить, что мой ребёнок пропал в ванной комнате?

– Ку-ку, – раздался откуда-то снизу тихий детский голосок, а затем из-под ванной показался его обладатель. Железные тиски, сдавившие сердце, тут же растворились.

– Мишка, ты чего? Не делай так больше! – сев на корточки, я обняла сына, облегчённо вздохнув. – Как ты вообще туда поместился?

Вопрос не был лишён смысла, потому что между полом и ванной оставалось такое маленькое расстояние, что мне бы даже в голову не пришло, что ребёнок может там поместиться.

– Я иглал в плятки, – виновато глядя на меня заявил он, а я таяла от любви под его взглядом, понимая, что совершено не могу на него сердиться.

– Ладно уж, игрун, пойдём спать. Завтра рано вставать в садик.

Мишка был не против и довольно-таки быстро заснул, что позволило и мне отправиться на боковую.

Я проснулась от того, что кто-то вошёл в комнату. Машинально взглянула на часы: три утра. Ещё толком никого не увидев, поняла, что это Мишка. Он иногда приходит к нам спать, и мы никогда не отправляем его обратно.

– Мама, я писать хотю, – раздался в темноте его детский шёпот. Впервые сын попросился в туалет среди ночи, но всё когда-нибудь случается в первый раз.

– Пойдём в туалет, – со вздохом произнесла я, нехотя вставая с кровати. Вылезать из-под тёплого одеяла не хотелось, но выбора у меня не было.

Дойдя до санузла, Мишка снова зашёл внутрь, а я заняла свой привычный пост у двери. Время летело вперёд, а сын всё не выходил. В одной ночной рубашке было прохладно, очень хотелось спать, а Мишка по всей видимости снова решил поиграть в прятки. Наверное подумал, что это смешно. Я распахнула дверь, убедилась, что в поле зрения сын не наблюдается, и резко присела, решив немного развеселить шалуна своим внезапным появлением.

И тут мне действительно стало совсем не смешно. Под ванной было пусто. Для уверенности я даже засунула туда руку и несколько раз проводила туда-сюда. Так, и где он тогда? Мне пришлось обыскать каждый миллиметр ванной комнаты, чтобы убедиться, что Мишки здесь нет. Спросонья, я плохо понимала, что происходит и что вообще мне теперь делать. Снова вернулись мысли о том, что надо бы позвонить в полицию, вот только абсурдность заявления была понятна даже мне. Да как вообще такое возможно? Куда ребёнок может пропасть из закрытой квартиры? И не просто из квартиры, а из ванной комнаты, у двери которой, не отлучаясь, стояла мать! Так и в психушку недолго угодить. Не придумав ничего лучше, я решила позвонить мужу, потому что уже совершенно ничего не понимала. Всё-таки одна голова хорошо, а две лучше. В глубине души, я надеялась, что Олег найдёт всему происходящему рациональное объяснение и скажет мне, где искать Мишку. Вспомнив, что телефон я забыла забрать из детской, после того как уложила сына, направилась туда. Но открыв дверь и включив свет, замерла на пороге. Потому что Мишка тихонько сопел в своей кроватке. Я быстрым шагом подошла ближе и дотронулась до ребенка. Мне не кажется, это действительно он. Сын по-прежнему спал, сладко причмокивая во сне, а я чувствовала, что схожу с ума. Он не мог пройти мимо меня, ни на секунду не отлучавшейся от двери. Это просто невозможно.

Решив, что утро вечера мудренее и стараясь себя не накручивать, я тихо развернулась, выключила свет и пошла к себе в комнату. Вопреки моим опасениям заснула быстро и больше этой ночью меня никто не беспокоил.

Проснувшись утром, я сразу вспомнила свои ночные приключения. Так и сяк покрутив в голове мысли о произошедшем, мне удалось убедить себя, что это был всего лишь сон.

Я чувствовала себя разбитой, поэтому, отведя Мишку в сад, отправилась в парк прогуляться. Мне позвонил Олег, мы мило поболтали, но говорить о своем ночном недоразумении ему не стала. Пока сама не разберусь, явь это была или сон, мужа тревожить не буду. Хотя как это может быть явью? Дети не исчезают из одной части квартиры, чтобы оказаться в другой.

Был еще, конечно, и третий вариант, мысли о котором я старательно гнала из головы. Потому что он означал, что я просто сошла с ума, и Мишка мне банально померещился. Думать об этом не хотелось. Да и не чувствовала я в себе каких-то психических отклонений.

«Все психи уверены в том, что они нормальные», – мрачно усмехнулась про себя.

Задумавшись, я забрела в самый дальний угол парка и не ожидала встретить здесь людей. Всё-таки в будний день в десять часов утра большинство находится на работе. Поэтому, когда меня внезапно кто-то ухватил за рукав, я подпрыгнула от неожиданности. Резко повернув голову, увидела рядом с собой маленькую сухонькую старушку, которая своей морщинистой рукой цепко держала меня за кофту.

– Реальность совсем не та, какой кажется, – глядя мне в глаза, быстро заговорила она. – Истина совсем не там, где ты думаешь. Пока не разберешь, где правда, а где ложь, не придешь к свету. И главное: не верь никому. Даже себе.

Я быстро и от этого грубо выдернула свой рукав, развернулась и торопливым шагом направилась к более людной части парка. Вокруг полно сумасшедших, никогда не угадаешь, что у них на уме. А вдруг она в следующую секунду на меня набросится?

Но всё-таки слова старухи чем-то меня зацепили. В голове словно крутилась какая-то мысль, которую я никак не могла ухватить. Это было странное ощущение: так бывает, когда знаешь, что что-то забыл, но не можешь вспомнить что.

На ходу я обернулась, но позади уже никого не было. Куда ушла эта старушка, в кусты что ли? Отсюда ведёт одна единственная дорога и по ней иду я. Хотя может и в кусты, кто их, сумасшедших, поймёт.

Я постаралась выбросить из головы эту странную встречу. Мне и своих проблем хватает.

Из-за навалившейся тревожности день прошел довольно бестолково. К тому же начала болеть голова. Терзаемая смутным беспокойством, я решила забрать Мишку пораньше. По дороге из садика мы зашли в магазин за овощами к ужину. Пока я выбирала помидоры и накладывала в пакетик огурцы, Мишка с интересом разглядывал большую красную черешню. Она выглядела так аппетитно, что мне захотелось купить её сыну. Честно говоря, я и сама была бы не против перекусить такой перед сном. Мне пришлось ненадолго отвлечься на продавца, который взвешивал мои покупки, а когда я обернулась, сына в маленьком магазинчике уже не было.

– Где мой ребёнок? – с беспокойством спросила я, оглядываясь. Вопрос был чисто риторический, но даже с учётом этого встречный вопрос продавца был максимально странным:

– Какой ребёнок?

– Мой сын! – немного раздражённо ответила я. – Вот здесь стоял, возле черешни.

Черноволосый смуглый продавец продолжал смотреть на меня с недоумением. Решив не тратить на него больше времени, раз толку всё равно нет, я выскочила на улицу и с тут же увидела сына, который гладил котёнка, сидящего под ближайшим деревом. С облегчением выдохнув, я поспешила к нему.

– Мишут, ты почему ушёл без спроса? – строго спросила я сына.

Тот лишь смущённо пожал плечами и указал взглядом на рыжего котёнка.

– Больше так не делай! Ты же понимаешь, что мама волнуется?

Мишка с готовностью кивнул и схватил меня за руку. Забыв про овощи, мы зашагали в сторону дома, а мне в голову полезли непрошенные мысли о словах продавца. Как можно быть таким безразличным к людям? К нему зашла женщина с маленьким ребёнком, который просто берет и уходит на улицу один. Мог хотя бы обратить на это моё внимание. Хотя, судя по его реакции, он сам ничего не заметил. Даже самого ребенка. Был так сильно занят продуктами? Или просто невнимательный от природы?

Но на самом деле мужчина не виноват. Ведь кроме меня никто не должен следить за моим сыном. Уж точно не продавец овощей. И обвиняя его, я как будто бы снимаю с себя часть ответственности. Вздохнув, решила быть максимально внимательной. И так со мной творится черт знает что.

Дома мы поужинали, порисовали, созвонились с Олегом и начали готовиться ко сну.

– Пойдём почистим зубки твоей любимой клубничной пастой, – предложила я сыну, и тот с готовностью вперёд меня побежал в ванну.

Подойдя к двери, за которой скрылся ребёнок, я уже с опасением потянулась к ручке. Вчерашние страхи подняли голову. Что если ванная комната вновь окажется пуста?

Я открыла дверь и выдохнула: Мишка стоял у раковины и тянул ручки к зубной щетке.

Чистка зубов не заняла много времени и Мишка, отдав мне щётку, побежал обратно в комнату, а я тем временем неспеша умылась и нанесла крем.

Завершив вечерние процедуры, я пошла в детскую, но Мишки здесь не было.

– Мишут, иди сюда, будем спать укладываться! – позвала я сына.

Но в ответ не раздалось ни звука.

– Миша, я не в настроении играть в прятки! Иди сюда! – повысила я голос.

Но сын всё равно не отозвался. Я пошла искать в его излюбленных местах, но они были пусты. Забеспокоившись, пошла проверять входную дверь. Она была закрыта на ключ и на щеколду, значит Мишка точно дома.

Мне стало жутковато. Дома только я и ребёнок. Ребёнок, исчезающий непонятно куда. И появляющийся в неожиданных местах. Просто готовый сценарий для фильма ужасов. От звука включившегося холодильника, я чуть не подпрыгнула до потолка. Мне было очень страшно. И за себя, и за сына.

В течении получаса я планомерно обыскивала квартиру, заглядывая в самые потайные уголочки, но везде было пусто. Я остановилась посреди детской и попыталась рассуждать логически. Мы пришли с сыном домой. Я закрыла дверь на ключ и, что самое главное, на щеколду. Весь вечер ребёнок был со мной. А теперь его нет. Причём щеколда по-прежнему задвинута. Окна тоже все закрыты изнутри. На этом моя логика закончилась. Потому что найти объяснение пропажи Мишки из закрытой квартиры я была не в состоянии. Оставалась маленькая надежда на то, что он всё-таки где-то спрятался, просто это место пока осталось необследованным. Но я уже сама понимала, что это бред. Хотя вся эта ситуация в целом бред. Чтобы хоть как-то отвлечься, я ещё раз решила пройтись по квартире. Но эта попытка тоже ничего не дала. Я села на стул, поставила локти на колени и обхватила голову руками. Что происходит? Может я сплю? Мысль была внезапной, но она давала надежду на то, что всё это не по-настоящему. Попробовала ущипнуть себя, но почувствовала боль. Может это такой правдоподобный сон? От страха и безнадежности мне стало тяжело дышать. Я резко поднялась со стула, намереваясь пойти за телефоном, но голова вдруг закружилась, в ушах зашумело, тело стало ватным, руки и ноги онемели, а в следующее мгновение в глазах потемнело и меня окружила пустота.