- -
- 100%
- +
Танго за краем бездны
Он откинул одеяло и с трудом сел на краю кровати. Припухшее лицо изобразило муку, непослушный язык облизал пересохшие губы. Стиснув руками виски, он поднялся. Видимо, какая-то срочная нужда заставила его сделать нетвёрдый шаг по разбросанной одежде. Он случайно подцепил носком какую-то светлую тряпку на ногу, преодолевая коварную гравитацию, задел стол, заваленный последствиями бурного возлияния. Раскачиваясь на каждом шаге, его полуживое тело добрело до дверного проема и скрылось в коридоре. Хлопнула дверь, из-за которой донеслись звуки, характерные для хмурного пробуждения после яркой вечеринки.
Вернувшись после "водных процедур", молодое мускулистое тело отыскало среди бутылок "American Metal Whiskey", встряхнуло её и опрокинуло внутрь себя спасительный остаток. Это вернуло осмысленный взгляд.
Не сразу, но с появившейся уверенностью, он обозрел масштабы стихийного бедствия в комнате, впрочем, без особого сожаления на лице. Затем, после неудачной попытки лечь, наконец, заметил на правой ноге тряпку, застрявшую под его левой ногой. Немного неловких движений позволили ногам обрести свободу. Но теперь занять горизонтальное положение помешало любопытство: "Почему на тряпке маленькие плюшевые медвежата с сердечками?". Руки развернули это. Широкая резинка, две поменьше... Вещь не его потому, что талия явно в два раза уже, да и крой под округлые формы.
Недоумение на его лице. Он бросил это на пол, стянул одеяло. Свернувшись калачиком, на его кровати сладко посапывала рыжеволосая девчонка. Он смотрел на юное обнаженное тело и красный след на простыне пониже её спины. Взгляд приобретал всё большее осмысление. Он устремился куда-то внутрь его души, видимо, парень пытался что-то вспомнить. Вернувшись, взгляд обошёл комнату, остановился на дамской сумочке, брошенной на стуле.
Парень привстал, потянулся обоими руками, раскрыл сумочку, начал шарить внутри. Там было много всяческих девичьих мелочей, он отбрасывал каждую, не глядя. Наконец, в боковом кармане нашлись водительские права.
"Имя: Лилит
Фамилия: Воландович
Возраст: 16 лет".
Брови метнулись вверх, глаза раскрылись достаточно, чтобы ещё раз чётко увидеть цифру шестнадцать там, где хотелось видеть восемнадцать.
Сумка и права упали на пол. Глазки забегали -адреналин в крови парня, по всей видимости, победил алкоголь. Он сполз на четвереньки, начал шарить среди разбросанных на полу вещей. Отыскал спортивные штаны, нашел майку, бросил их на край кровати, продолжил поиски, остановился. Поднявшись на коленки, хлопнул руками по бокам, обнаружив на себе предмет поисков. Посмотрел на девочку. Ещё раз ощупал бельё, даже резинкой шлёпнул для надёжности, сел.
Судя по взгляду, полному безнадёги, мысли в его голове не справились с вопросом "Как?", после чего заплутали где-то между государственным обвинителем штата Коннектикут и знаком на переполненном автобане: "Добро пожаловать в штат Нью Йорк!".
Он резко встал, схватился за стол, чтоб не рухнуть обратно, бросился к шкафчику, достал сумку, из ящика извлёк папку с документами, начал разбрасывать вещи, подбирая нужные. Видимо, в его воображении дорожный знак победил обвинителя, который к этому моменту превратился в самого окружного прокурора.
Резкий требовательный стук в дверь заставил его застыть. Электронные часы на столе моргали: "03:00 АМ".
Громкий голос за дверью что-то потребовал. Голова парня дёрнулась, видимо, от обострения слуха.
- Металл и кости! Принять или отклонить?
В спокойном мужском голосе явно немолодого человека чувствовалась сила. Хозяин квартиры даже не думал ей сопротивляться, бросил шмотку из рук и поплёлся открывать.
На пороге стояло несколько фигур в тёмных балахонах.
- Открывший дверь готов к испытаниям, чтобы стать частью братства, чтобы служить избранному и пользоваться его покровительством? - под балахоном широкоплечей, немного сгорбленной фигуры была лишь тьма.
Он просто шагнул в сторону, но тёмные балахоны застыли в ожидании. В свете луны его лицо казалось мертвенно белым, в широко раскрытых глазах читался страх. Он кивнул, они не двинулись.
- Проходите, пожалуйста... - его лепет было почти не слышно. Они продолжали ждать. - Д-д-д-да, я с-согласен!
Двое стали рядом с ним, ещё двое прошли в комнату, подхватили спящую. Широкоплечая фигура неспешно двинулась в сторону одного из строений кампуса, двое подтолкнули парня, за ними двинулись балахоны со спящей девицей, а последний плавно двинул рукой, сжав кисть в кулак. Свет в комнате потух, входная дверь бесшумно захлопнулась.
Пройдя через внутренний двор кампуса, они оказались перед мрачным зданием без дверей. Передний балахон махнул рукой перед глухой аркой. В ней обозначились щели, часть стены отворилась, образуя проход в помещение, посреди которого выл виден сноп лунного света. Они вошли и замерли. Во тьме были слышны поспешные шаги и неясные шорохи.
Ледяным звуком резанула уши латынь.
- Как упал ты с неба, денница, сын зари?
- Я... Я... - пересохшая глотка отказывалась произносить другие звуки. Ноги подкашивались, двое сзади поддержали его. Рот судорожно дёргался, пытаясь заглотить воздух.
- Что сделал он с тем, что не было ему дано?
Два балахона ввели голую девицу в пятно мёртвенно-лунного света, поддерживая под распростёртые руки. Её голова, казалось, объята рыжим пламенем.
- Он взял, не спросив! Узрите свидетельство греха! - он присел от стали в девичьем голосе. Из тьмы за её спиной театрально выбросили чёртову простынь с красным пятном.
- Грешен... Грешен... Грешен... - тысяча шёпотов, шёпотков, хрипящих и шипящих голосов отовсюду била в него обвинением.
Он повис на руках балахонов. Его подхватили под руки и ноги, в лицо плеснули липкой тёмной жижей. Он рванулся, придя в сознание. Его медленно уложили в невесть откуда взявшийся гроб. Он вытянулся, с выпученными глазами вцепился руками за края и замер, как покойник.
Голая девица театрально отступила обратно во тьму, затем вернулась с нахлобученной на голову маской смерти и ритуальным ножом в руках.
- Позвольте, лорд, забрать его, ибо его место теперь среди ангелов тьмы!
Девица засеменила к гробу. Неловко взобралась на него сверху, под истерические девичьи крики, поводила ножом по горлу, отбросила нож в сторону, приложила палец к маске, приказывая молчать. Несчастный даже не шевельнулся.
- Примите его! Пусть скроет тьма стальным щитом его грехи от людских глаз!
Балахоны вытянули ванну, вынули парня из гроба, начали обливать его водой. Затем подали руку, помогая выйти, напялили сверху балахон.
- Теперь ты один из нас! Ни одна живая душа не должна знать об этом! Тайны тьмы не должен раскрывать ни живой, ни мертвый!
Лунная дорожка от его ног упёрлась в дверь. Один из балахонов сунул ему под нос пузырёк. Он резко дёрнул головой. Его провели к выходу. Там стянули балахон, оставив его в трусах, в руку всучили ключи и вытолкнули за дверь.
Небо светлело. Он во тьме, как тень, сбежавшая из ада, плыл в звуках другого мира. Стрекотание цикад, крики пересмешника, писк совиных птенцов, щелчки системы полива на газонах, лунные контуры деревьев и строений стали для него утерянной, призрачной грёзой. В его сознании жили тьма, обвиняющая бездушная латынь и кровавое свидетельство его дикой, звериной сущности, о которой до этого момента он даже не подозревал.
Божественная душа, образованность и культура, тёплые доверительные отношения с друзьями - теперь это не он. Это другая, фальшивая оболочка, скрывавшая до поры его омерзительное нутро, постыдный грех. Самое ужасное - он не мог вспомнить момента, когда был изгнан, он не мог вспомнить ощущения самого грехопадения, нестерпимого порыва страсти и отчаянной борьбы жертвы. Это чудовищная, необъяснимая, невыносимая несправедливость, беда, которая без причины опустилась на него. В темноте он споткнулся, миражи вокруг пришли в сложное движение, которое он выровнял с большим трудом. В полубеспамятном состоянии, на разуме отдельных клеток он добрёл домой и завалился спать.
Утро давно ушло, прихватив день с собой. Вечер клонился к закату, когда парень с шумящей головой после бурной ночи, изрядно петляющего пути и беспробудного сна, наконец, поднялся с кровати.
Комната купалась в золотом свете, льющимся из окна. Ощущался цветочный запах с некоторым оттенком приторности. На идеально вычищенном ковре, ровненько, пяточками к дивану, как под линеечку, ждали его тапки. На стуле рядом с кроватью аккуратно сложенными висели спортивные штаны, майка и халат с символикой университета.
По всей комнате предметы располагались на строго отведенных местах. На письменном столе, кроме компьютера, стопочки книг, аккуратно сложенных бумаг и настольной лампы сверкала в закатных лучах откуда-то взявшаяся хрустальная вазочка.
Букетик с чёрными и красными тюльпанами - чей-то знак внимания, или просто так?
Он откинул одеяло. Кровать была пуста, а на идеально белой простыне не было никаких следов. Он хотел резко встать, но голова закружилась, он сел, изумлённо оглядывая идеальный порядок вокруг, будто впервые оказался в собственных апартаментах. Опасливо покосился на тапки, медленно поднялся и, босиком ступая по ковру, как по ненадёжному болотному мху, проверяя реальность каждого шага, направился к холодильнику. Открыл его, бросил взгляд внутрь, закрыл. Постоял немного, снова открыл, начал изучать его содержимое.
Спиртного не было. Фрукты, продукты, бутылки с водой стояли в идеальном порядке, которого этот холодильник никогда не знал. Парень потянулся к фруктам, но передумал, достал фанту и жадно выпил прохладную газировку из горла.
В дверь постучали. Он вздрогнул от неожиданности.
- Привет! Есть кто-нибудь? Мистер Думридж, Вы дома?
- Секундочку! - он бросился к стулу и накинул халат, потом спешно открыл дверь. На пороге стоял один из магистрантов.
- Вам из деканата просили передать это! - он протянул запечатанный большой конверт.
- Декан обеспокоен Вашим отсутствием на сегодняшней консультации для студентов физического факультета. Что ему передать?
- Передайте мистеру Доновану, что консультацию я провёл чуть раньше по просьбе студентов. С кафедрой всё было согласовано, так что причин для беспокойства нет. - он оставил автограф в уведомлении о прочтении.
- До свидания, мистер Думридж!
На конверте было написано: "м-ру Фрэнсису Думриджу. Доставить не позднее 2001.06.20, 5 PM Проректор колледжа по исследованиям (витиеватый росчерк)".
Подойдя к столу, он канцелярским ножом вскрыл конверт. "Уважаемый мистер Думридж, Настоящим напоминаем Вам о Вашем участии в качестве эксперта в комиссии по сдаче-приёмке проекта демонстрационного стенда квантовой связи. Заседание комиссии запланировано на 2001.06.22, в 10АМ, в аудитории 304 Инженерного корпуса университета. В программу входит бла, бла, бла...
Комплект материалов (журналы испытаний, протоколы калибровки и итоговые отчёты) направлен Вам курьерской службой, а также доступен в защищённом разделе проектного портала.
Если Ваша занятость изменилась или Вам требуются дополнительные материалы, просим сообщить об этом в проектный офис не позднее 2001.06.21 10 АМ. Благодарим за Вашу поддержку и экспертный вклад в проект. С уважением, др. (Размашистая подпись) Руководитель проекта «Квантовая связь".
Он положил бумаги на стол, рукой задумчиво потёр затылок, уставившись на цветы. Что-то отвлекло его то ли от нахлынувших мыслей, то ли от похмельной фрустрации. Он слегка прищурил взгляд, направленный внутрь хрустальной вазы. Для формирования букета там использовалась стеклянная пентаграмма. В вершинах звезды стояли чёрные тюльпаны, а во внутреннем пентагоне - красные с чёрной бахромчатой каймой.
Он опёрся обеими руками на стол, пытаясь увидеть ещё какие-нибудь детали, но заметил лишь монетку с продетой в отверстие ниткой. Положил её на ладошку и покачал в луче солнца, изучая аверс. В центре над рыцарским щитом череп скрестил костлявые руки. Вдоль края шла надпись "Под щитом тьмы над миром и временем", он перевернул её на ладошке. На реверсе была изображена пентаграмма с тюльпанами и надпись по краю: "Memento mori".
Он сжал кулак так, что обозначились мышцы запястья. Нахмурился. Поджал губу. Застыл, глядя на собственный кулак, будто кроме него всё вокруг исчезло. Взгляд блуждал где-то глубоко в его мыслях некоторое время. Он печально вздохнул, ещё раз взглянул на монетку, окинул взглядом комнату, посмотрел на собственный карман, уже было сунул её туда, но передумал и нацепил себе на шею.
В комнате немного потемнело - на безоблачном небе что-то скрыло солнце. Он, видимо, вспомнив о бумагах, глянул на часы. Брови при этом метнулись вверх, он сел за стол, из ящика извлёк рабочие материалы и включился в работу.
До глубокой ночи он изучал материалы, вносил коррективы, думал, писал. Формулы не имеют чувств, у них нет мотивов. Они парят над физикой земного мира, не требуя ничего взамен. Исследователь прикасается к ним, не испытывая гнета морали, не опасаясь угрызений совести. Незамутнённый разум испытывает природу, расставляя формальные обозначения, и вводя границы для навигации в бесконечности этих процессов.
Бархатная ночная тьма отделила пятачок света на письменном столе и его лицо от страстей остального мира, а когда он выключил лампу, она уровняла всё.
В начале нового дня среди коробок с компакт-дисками он выбрал ту, на которой сквозь стройный силуэт с нежными линиями солнце взорвалось ослепительными лучами. "Fatboy Slim — Halfway Between the Gutter and the Stars" - всё, что нужно для того, чтобы сделать мир вокруг апельсиново-свежим и ярким. Лёгкость и ритм реальны здесь и сейчас, лучше, чем тяжёлые темные мысли, которые бродят где-то по извилинам, а в реальности, авось, не наступят.
Проигрыватель -на пояс, наушники, кнопка "Start", хлопок закрывающейся двери.
Его фигура на носочках легко, как порхающая бабочка, полетела по прямой пешеходной улочке кампуса. Свернув перед зданием биофака в сторону оживленной улицы, он привычно улыбнулся и помахал уборщику в ярко оранжевой жилетке, но тот сегодня был в чёрной кепке и не ответил ему.На углу учебного корпуса светофор упорно светил ему навстречу красным, хотя обычно успевал переключиться. Фрэнку не нужно было перебегать дорогу, но видеть зелёный всё же приятнее.Повернув на перекрёстке, ему немного потребовалось времени, чтобы добежать до конца квартала, где под мигающий желтый среди прочих пересекало дорогу совершенство.
Навстречу солнцу она не бежала - плыла! Под майкой её идеальная грудь спокойно поднималась и опускалась в такт бегу. Спина и плечи - по струнке. Ногами будто не толкалась, а поглаживала землю. Кажется, что не лучи с востока падают ей на лицо, а наоборот, она освещает всё вокруг.
Он рванул за ней, впрочем, большинство парней поступили бы так же. Кто же устоит перед чистой грацией божественной фигуры?В конце квартала, как на зло, внимание отвлекла рыжеволосая девица. Он нахмурился, сжался, видимо, колыхнулись неприятные воспоминания. Он увеличил темп, обгоняя неземное создание женского пола.
Она, поравнявшись с ним, приняла его темп, улыбнулась, рукой показала:"Сними наушники". Он хмуро руками замахал, что не готов общаться.Она немного отстала, как дирижёр, сделала лёгкий жест пальцами.
Темп бега Фрэнка тут же сбился. Взгляд резко дёрнулся на пояс. Он остановился, снял проигрыватель, разглядывая его с крайним удивлением.Компакт диск не вращался, но на красном индикаторе трека значилось "Libertango". Он опустил наушники на шею, из которых лилась негромкая нежная мелодия.
- Привет, я Вас знаю! Вы часто тут бегаете. У вас хорошая техника! - сказала она.
- Мне очень далеко до Вашей! - видно было, как он расправил грудь.
- Позволите немного пройтись с Вами?
Он неуверенно замотал головой, но произнес: "Конечно!", утвердительно кивнул, ещё пару раз отрицательно качнул и очень смутился.
- Вы же в колледже преподаёте? - она выбрала неспешный темп пешей прогулки.
- Да! - выдохнул он, улыбнулся, вернув уверенность.
- Вы, случайно, не физик? Вы бежите так, будто практикум по кинематике демонстрируете! Кстати, меня зовут Фиби.
- Вы проницательны! Я -Фрэнк.
- Насколько мне известно, в ближайшее время на базе школы прикладных наук будет проводиться эксперимент с квантовой связью. Как Вы считаете, может ли что-то фатальное случиться с квантовой запутанностью частиц?
- О, Вы неплохо осведомлены! Эксперимент буду демонстрировать именно я.- он немного натянуто улыбнулся. - Мы уже отработали его до автоматизма. Даже если что-то пойдет не так, не знаю, правда, как это возможно, то просто спин фотонов утратит корреляцию, сеанс связи не случится.
- А если вдруг энергия фотонов резко возрастёт?
Он рассмеялся.
- Весь наш мир подчинён закону сохранения, даже маленькой толике энергии неоткуда взяться, а уж для превращения фотона в частицу, обладающую массой покоя, нужна огромная установка. Ничего общего она с нашей не имеет. Мощность нашего задающего генератора слишком мала.
- И всё же?
- Даже если гипотетически, очень условно, предположить невероятный миф о превращении фотонов в другую частицу в нашей установке, то просто элементарных частиц станет на две больше. Никакой трагедии в мире частиц от этого не случится, можете не опасаться!
Она вдруг взяла его за плечи.
- Не проводите эксперимент! - её серьёзный взгляд нашёл его глаза. - Уезжайте, из города, пусть эксперимент не состоится! Пусть его перенесут, у многих дурное предчувствие.На его лице царила ирония. Видно было, как он старается быть серьезным.
- Это невозможно! От DARPA авторитетный PM сотрёт всю группу в порошок, а Technical Manager просто похоронит идею. Мы больше не сможем получить финансирование!
Неожиданно из наушников понеслись резкие, взрывные звуки Escala Palladio .
- То есть всё упирается в деньги? Но ведь они настолько абстрактны...
Он хотел, но не успел ответить. Откуда только появилась эта Лилит Воландович со своей рыжей копной на голове?
-О, милый, не прошло и пары дней после нашей феерической ночи, а ты уже на девушек засматриваешься?
- Какое искреннее негодование! Тренируем актёрское мастерство? - Фиби смотрела на внезапную Лилит, как мать на провинившуюся дочь.
- Это мой парень! Мы в отношениях, так что держись подальше! - брови Фрэнка взлетели от крайнего изумления.
- Девушки, вы знакомы?
- Я эту Сатану, можно сказать, с рождения знаю! - Фиби поморщилась.
- Мерси за комплимент, но Фрэнк - мой, ты опоздала, так что двигай по своим делам!
- Ты же знаешь, я никогда не опаздываю! Опять от тебя надо ждать "сюрпризов"? Раскаяние спасёт тебя и вернёт в семью! - Фрэнк слегка поёжился, от ледяного тона и непроизвольно взглянул на Фиби.
- Ты любишь рассуждать о свободе выбора? Так вот, либо я, либо опять я, для тебя места не будет, хоть ты и старше! - Лилит перешла в наступление.
- Милые девушки, семейная драма, конечно, должна быть решена, но не здесь! Позвольте, я пойду, чтобы вам не мешать?
- Стоять! - рявкнули обе в один голос.
- Тогда, дорогие сёстры, мне кажется, будет хорошо отужинать вместе. Тем более, сегодня будет повод. Кстати, - он обратился к Фиби - У меня есть друг, который недавно расстался со своей девушкой и находится в активном поиске. Может быть наша с ним мужская дружба поможет преодолеть ваши разногласия?
- Этот мир слишком мал, чтобы вместить двоих! - Лилит разошлась не на шутку! На красивом личике пролегли складочки, превратившие улыбку в злобный оскал. Если бы её взгляд мог порождать пламя, то город уже задыхался бы от пожара и чёрного дыма. Фрэнк вздрогнул, заметив, как в лучах солнца полыхают ярко рыжим её волосы.
- Ваша доброта, Фрэнк, прекрасна и мысли чисты, но наши противоречия глубинны. Под личиной рыжеволосой красавицы...
Он уже не слушал её. Откуда в пешеходной зоне мог взяться минивэн, несущийся на адской скорости? Фиби от мощного толчка Фрэнка отлетела в сторону. Он сам успел подхватить Лилит и отскочить.
Грузовик влетел в дерево. Весь передок от удара обнял ствол. Из расширительного бачка вырвался кипяток со столбом перегретого пара. Дождь осколков, обломки бампера, фрагменты кузова от удара разлетелись куда-то в сторону Фиби. Вой стаи полицейских машин, отсветы красно-синих маячков на смятом фургоне с надписью: "Сделай выбор!" между нарисованными кусками свинины и говядины халяль - всё произошло так стремительно!
Несколько вооружённых полицейских кинулись в кабину извлекать то, что превратилось в бесполезный набор органов и тканей. Примчались пожарные, начали заливать пеной дымящуюся груду металла, из подъехавшей скорой выскочили медики.
Он продолжал прижимать Лилит и, отчаявшись, искал взглядом Фиби в этом адском суетливом спектакле.Кто-то из пожарных начал разматывать полицейскую ленту, ограждая место происшествия.
- Вам нужна помощь? - Фрэнк медленно, в состоянии ступора покачал головой.- Пожалуйста, покиньте опасную зону, возможен взрыв топливного бака!
Он начал пятиться, не отпуская Лилит, и вглядывался в суету медиков, но понять, где же Фиби, не мог.
- Ах, как это ужасно! - Лилит не скрывала иронии. - Мы все увидимся в самом ближайшем будущем, но выбор сделан! Фрэнки, спасти меня было очень мило, Я так благодарна!
Ошарашенный Фрэнк только глаза вытаращил.
- Нам надо поговорить! - всё, что он выдавил из себя.
- О чём? О нашем романе? Кто же может сдержаться рядом с ослепительно рыжей красоткой, такой как я? Ты был так нежен и так страстен, не кори себя! Грубый напор делает из мальчика мужчину, так все считают...
Медики суетились в кустах, видимо там было несколько пострадавших. Полиция отгоняла столпившихся зевак.
- Во-первых "Все" - значит никто, а во вторых, ничего не было, я знаю! - мрачный Фрэнк медленно двинулся обратно.
- А что будет знать государственный обвинитель штата Коннектикут? Помнишь нашу маленькую тайну: "не должен знать ни живой ни мёртвый!"? Так что о наших шалостях не узнает никто! Не хочет ли магистр тайных наук провести ещё один "спецкурс" для поднятия духа? - сладкими глазами посмотрела на него, прижала пятерню к его спине, изображая страсть. - Ты такой сильный! Так зашвырнул эту выскочку!
Фрэнк поморщился, бросил косой злой взгляд на рыжую то ли сумасшедшую, то ли дрянь.
- Сегодня ответственный день, и начался он плохо! Никаких романтических связей у нас не было, и впереди не ждёт! Так что я не могу провести тебя в кампус, милая Лилит! - последнее он произнёс с явным сарказмом, но той понравилось, судя по ехидной улыбочке.
- Милая Лилит хочет, чтобы ей не отказывали в просьбах. На счёт романтики "прям сейчас" действительно перебор, но у меня сегодня ещё будут маленькие просьбочки. Я очень надеюсь на тебя, милый Фрэнки! - как же приторно это было произнесено!
Она "сделала ему ручкой", развернулась для перехода по светофору, а Фрэнк набрал темп в противоположную от неё сторону. Теперь он просто шагал, не глядя по сторонам. Мимо шли люди, но он, видимо, был в царстве теней. Кого-то зацепил плечом - не извинился, даже внимания не обратил.
Вернувшись в общежитие колледжа, он взялся пересматривать бумаги. Вывалил всю документацию из ящика письменного стола, поставил таймер на один час. Видно было, с каким вниманием он изучал расчеты баланса энергий, затем просматривал схемы и чертежи. Разложил распечатанные слайды презентации, переворошил стопку листов с текстом.
Неудовлетворённый, достал папку с защёлками, сгрёб в неё все материалы. Заварил кофе, плюхнулся на стул и замер с дымящейся чашкой. Его хмурое лицо сначала просветлело от каких-то мыслей, брови мечтательно поднялись, полуулыбка захватила, кажется, всё его существо. Но внезапно сладкая грёза испарилась. Он, наконец, глотнул напитка. Видимо, чёрная дымящаяся жидкость оказалась весьма крепкой, он аж скривился. Поставил на стол, не отпуская руки, потом начал поглощать напиток короткими глотками в несколько подходов. Рассеянный взгляд так и не сменил точку за это время.
Сборы были быстрыми но без суеты. Уже через пять минут с папкой подмышкой он торопился к зданию инженерной школы.
В лаборатории было пусто. Он бросил папку на стол. Подошёл к установке и, на правах "властелина щитка и паяла", оглядел приборы. Ничего особенного: составные части размещены, кабели подключены, КИП - на положенных местах. Ладошкой он даже хозяйски похлопал по лабораторному столу. В зеркале на боковой стенке одного из стеллажей отразился красный кожух кристалла, криогенная установка в голубом корпусе и рядом он в черных брюках, белой рубахе с красным галстуком.