Повесть о полукровке

1

Карина проснулась не очень поздно. До начала рабочего дня целых пять минут. Великая удача, конечно, но нужно поторопиться.

Стянув волосы в хвост, надев фартук поверх пижамы, Карина залила кипяток в кружку и побежала вниз, широко зевая. Всё как обычно. Прохладно, темно, а Глазик ползает где-то под стойкой.

Карина привела кафе в божеский вид, проходя мимо кухни проверила, на месте ли гном-повар, включила свет и повесила «Открыто». Ну вот, 7:59, тютелька в тютельку.

– Привет, Глазик, – бросила ему Карина, когда он вылез. Глазик представлял собой тощее чёрнокожее существо с четырьмя руками и пятью глазами. Неизвестно, что это вообще такое, откуда оно взялось и есть ли у него имя. Все называли его Глазиком, потому что самыми запоминающимися в его образе были глаза: пять выразительных глаз, что-то усердно скрывающих. Когда они смотрели на Карину, ей казалось, её просят о чём-то.

Глазик не говорил. Никогда. Ни слова. Вместо слов – глухое животное шипение. И сейчас на приветствие Карины он ответил что-то вроде «Сшх» или «Схтр».

Желающих поесть в 8 утра не находилось, поэтому Карина, довольная, помешивала чай и листала соц. сети. Был бы таким каждый рабочий день.

За монотонным пролистыванием Карина не заметила, как уснула. Проснулась она от звона колокольчиков.

– Доброе утро, – буркнула Карина, не глядя на вошедшего. Эх, чай совсем остыл.

– Приветик, Кари, – поздоровался мальчик. Карина закатила глаза. Она знала его. Он часто заглядывал сюда с друзьями, когда мать давала денег. – Я сегодня с серьёзной целью. Хочу заказать столик на вечер. У меня свидание!

– Прекрасно. Какой тебе столик?

– М… Ну давай вон тот, – он указал на столик в дальнем углу. – А есть мы будем… апельсиновый сок и мороженое. Вот, держи, сдачи не надо. Чтобы в семь часов всё было готово! Ну всё, я опаздываю!

Записав заказ и заняв столик, Карина снова полезла в телефон. Она любила полистать новости, хотя там обычно мало интересного. Бросилась в глаза новость о сгоревшем лесе. По скромным географическим познаниям Карины, этот лес находился неподалёку от городка, в котором она жила. Может быть, она там гуляла пару раз. Ужасно, конечно, но главное, чтобы брат не прознал. Пусть она эльфийка всего наполовину, она единственная на всю округу, которой знакомы ритуалы прощения с природой. Карине было совсем не до того.

Динь-динь.

Карина повернулась к двери.

– З-здравствуйте, – смущённо улыбнулась вошедшая девушка. – Я бы… я бы хотела устроиться здесь работать.

– Здравствуйте, – холодно ответила Карина. Эта девушка вот уже две недели приходила сюда, заказывала чай или кофе и глядела туда-сюда, час или даже больше. – Вы человек?

– Э… ну да, – неловко ответила она. В её глазах стояло недоумение.

– Вы нам не подходите.

– Но вы даже не провели собеседование! Где руководитель? Администратор?

– Мне жаль.

– Просто потому что я человек?

– Да. Извините, это не я придумала правила.

Она покачала головой, отвернулась и молча ушла.

Вечером пришло два человека. Чай и койубреззе – мягкие эльфийские крендели, – для одного, ужин из горохового супа и пюре с котлетой для другого… гном приготовит всё, что скажут, какая разница, что есть в меню, а чего нет?

Это было не единственной странностью второго посетителя. Заморский акцент, серая шляпа набок, синяя рубашка в жирных пятнах, штаны с бесконечным числом карманов, чёрные очки, закруглённые усы и пугающая, словно застывшая на губах, улыбка. Таких здесь редко встретишь. И ничего хорошего от них лучше не ждать.

– Приятного аппетита! – натянуто пожелала Карина.

– Спасибо, милочка, спасибо, – проговорил он.

Карина неуверенно кивнула, отвернулась…

– …вот счёт, – потянувшись за купюрами, Карина обнаружила секунду назад полные еды тарелки блестящими от чистоты. Они так не сверкали даже после мытья.

Карина подняла глаза чтобы сказать ему давно приевшееся: «Спасибо за заказ! Приходите ещё», но увидела только пустой стул.

Счёт был толстым. Слишком толстым для супа и пюре. Карина внимательно пересчитала деньги. Примерно в пять раз больше. И сложенная записка:

«20.11

Эфирский мост

03:00»

– Девушка, где мой чай? – раздражённо позвал парень за соседним столом.

– Ах да, извините, – спохватилась Карина, засунула записку в карман и побежала сначала за койубреззе, потом за чаем. – Ваш заказ, извините за задержку. Приятного аппетита.

Приближалось семь часов. Карина, уже уставшая, накрыла на стол.

Они опаздывали. Пять минут, десять, пятнадцать.

Наконец, зазвенели колокольчики, тоже будто бы уставшие. В кафе зашла хрупкая светленькая девочка, совсем крошка, с тремя унылыми ромашками в руках. Вид у неё был растерянный, но, кажется, довольный. За ней шёл Макс в офисном костюме, по меньшей мере на два размера больше, чем нужно. Вероятно, его собирала мама: галстук был завязан правильно.

Проходя мимо Карины, он незаметно подмигнул ей. Карина скривилась.

Они уселись за стол. Девочка с открытым ртом слушала максовы рассказы и неуклюже хихикала с его шуток. Периодически Макс заказывал ещё сока. Когда Карина ставила перед ним стакан, он, с понятным одному ему намёком, клал монетку ей в ладонь.

Оставалось двадцать минут до закрытия, когда девочка вышла в туалет. Макс посидел пару минут с важным видом, а потом басовито обратился к Карине.

– Чудесная сегодня погодка, не правда ли?

– Ага. Что-то задерживается она.

– Может, у неё болит живот. Ничего, мы не спешим.

– Не спешим? У вас десять минут.

– Как это десять минут?! – возмутился Макс так рьяно, что стал похож на нападающего петуха. Он не смог противостоять неумолимому взгляду Карины. – Ладно. Ну, когда времени совсем не останется, постучись там к ней…

– Хорошо. Скажи, где ты достал такой шикарный костюм?

Макс выпрямился, очевидно желая ответить что-то остроумное, но, видимо, ничего не придумал. Он покраснел, опустил глаза и сказал:

– Ну мне это… один знакомый дал поносить.

– Один знакомый?

– Ну да.

– Расскажи.

– Ну… в общем… Сом.

– Сом?

Макс заговорщически оглянулся и уже открыл рот, чтобы объяснить, но со стороны туалета раздался крик.

Карина тут же оказалась там. Макс последовал за ней.

– Всё в порядке? – Деликатно постучалась она.

– Алиса?! – испуганно завопил Макс. Он был очень бледен.

Тишина.

Карина дёрнула ручку. Разумеется, заперто. Она достала ключи и открыла дверь. Ничего. Ни следа пребывания человека.

– Где?! Где она?!

На телефон пришло СМС. Неизвестный номер с цифрами 6666 в середине.

«Если хочешь увидеть девочку живой, приходи на встречу. Одна».

И прикреплённое фото Алисы в цепях.

Макс в ужасе смотрел в телефон.

– Всё будет хорошо, – твёрдо сказала Карина, положив руку на его плечо. – Сейчас я отведу тебя домой. Лучше нигде не отсвечивай.

– Но…

– Если тебе дорога твоя и мамина безопасность, ты сделаешь всё, как я сказала.

Макс поджал губы.

– Ладно, – решил он, помолчав. – Но не надо отводить меня домой. Мне не пять лет, дорогу могу перейти.

– Надо. Слушайся меня.

Макс вздохнул, но сопротивляться не стал.

Прогулка прошла спокойно.

– Ты же вернёшь Алису? – спросил Макс у подъезда.

– Верну.

– Я тебе помогу! Сделаю всё!

– Нет, это очень серьёзно. Просто сиди тихо, хорошо?

– Хорошо… но если что, ты знаешь к кому обратиться.

– Да-да. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

Карина шла домой потерянная. Она не боялась. Конечно, не поздоровится тому, кто обидит жену эльфийского аристократа. Произошедшее не укладывалось в голове. Как обычный скучный день мог превратиться в это? Зачем им девочка? Очевидно, шантажировать Карину. Но толку в этом? Она даже имени мужа не знает, звонит он с самых разных телефонов, начисляет деньги с разных карт.

К счастью, Глазик догадался повесить табличку «закрыто», да ещё прибраться и исчезнуть.

Когда зажужжал телефон, Карина лежала в постели в изнеможении и тупо глядела в потолок. Неизвестный номер. Поборов страх, Карина взяла трубку.

– Алло.

– Здравствуй, любимая, – нежно произнёс бархатный голос. Карина обомлела. Неужели узнал?

– Привет, – выдавила она.

– У тебя всё хорошо? Не возникает никаких… проблем?

Карина замялась. Сказать было бы весьма разумно. Но стоит ли? Не хотелось терпеть очередной приезд его или его подчинённых. Они порой казались даже страшнее похитителя.

– Посетителей мало, а так всё отлично, – решилась Карина. – Ну, сегодня понедельник, на выходных будет побольше. Я устала. Скоро Новый год, отдохну.

– Хорошо, – сказал он после небольшой паузы. – Ты молодец. Могу я попросить тебя кое о чём?

– Конечно.

– Посади помидоры.

– Что?

– Посади помидоры, – терпеливо повторил он.

– Прямо здесь? В однокомнатной квартире?

– Да.

– Ладно…

– Чтобы в течение недели на подоконнике появился горшок с семенами. Ты поняла?

– Да.

***

Карина быстро купила помидоры и собиралась возвращаться домой. Был поздний вечер.

В ожидании автобуса она потянулась за кошельком. Его нигде нет. Зато сверкали в сумерках маленькие пятки.

– Ах ты!.. – Карина бросилась в погоню.

Она почти догнала вора, когда тот сделал резкий поворот и разогнался раза в два.

Карина не растерялась. Со всей силы швырнула в него сумку. Эльфийская меткость не подвела: вор вскрикнул и упал.

Она мигом подбежала и придавила его своим весом. Эльфийского зрения Карине не досталось, она не могла разглядеть, кто это.

– Ну? Где мой кошелёк? – потребовала она.

– Какой кошелёк? Ты о чём? – судя по голосу, это девочка.

– Не знаешь? Ну конечно! А улепётывала ты от меня так, для разминки? Давай сюда! У меня есть связи, я тебе такое устрою!

Девочка нехотя разжала руку. Карина выхватила кошелёк и сумку, оказавшуюся неподалёку. На ощупь всё было на месте. Стоило Карине поднять глаза, мимо неё одиноко проехал почти пустой автобус.

– Дурында! Я из-за тебя пропустила последний автобус! – бросила она девочке, которая почему-то ещё не сбежала.

– Ну прости, – буркнула она.

– Ладно. Допустим, это судьба, я вызову такси. Может, тебя тоже куда-то нужно отвезти?

– Ой, я не хочу к дядям в синем! Там страшно.

– Не буду, – нахмурилась Карина. – Где ты живёшь?

– Везде.

– Везде?

– Ну вот ты приходишь домой, там у тебя есть кровать, печь, или что там ещё. Но это всё в нескольких комнатах в одном доме. А у меня есть всё. Где захочу, там и посплю, что найду, то и съем.

– Бродяжничаешь?

– Ну да.

– Тебе не холодно? Ноябрь, однако…

– Ну чуть-чуть может быть. Ну что поделаешь?

– Тебе всё же надо в полицию.

– Ой, нет! Не надо! Там меня не очень любят.

– Ты была там много раз?

– Да. Не знаю сколько. Я умею считать до десяти. Мне кажется, семь или четыре. А может, больше, чем десять.

– Они не хотят тебя сдать в детский дом, в центр какой-нибудь?..

– Да кто ж меня возьмёт! Нет, люди не любят таких, как я…

– И кто же ты?

– Я Шпхр-Выхр-Пыхр! – она произнесла это так, словно смысл был очевиден. Карина посветила на неё фонариком телефона. – О нет! Ослепительная атака!

Девочка закружилась на месте, прикрыв глаза руками. Это и правда было очень странное существо. Карина не дала бы ей больше двенадцати. Пятнистая кожа, одновременно и тёмная, и светлая. Волосы выглядят каштановыми, но неизвестно, так ли это: голова явно не видала мытья. Из головы у девочки росли рожки, такие маленькие, что непонятно, какого животного. На руках блестели коготки, тоже не шибко большие. На руках и ногах росла густая шерсть, примерно того же цвета, что и волосы, но намного грязнее.

2

С похищения прошло три дня. Карине удалось уйти с работы на пару часов, чтобы наведаться к матери девочки. Макс сказал, что она не работает, сутками сидит дома.

Карина поселила девочку к себе: её родной лес сгорел, жить было негде, общество её не принимало. Она представилась Жанной, так звали её в деревне, где они зимовали с матерью.

Вместе с Глазиком они заменяли Карину. Глазик занимался разносом блюд, Жанна рекламировала и рассказывала о них. В бармене Карина не сомневалась, а Жанна оставляла желать лучшего.

Жанна расположилась неплохо. Карина уступила ей тёплую просторную кровать, сама ютилась на полу. Девочка сдружилась с коллективом, если можно так сказать: гном даже не заметил её появления, Глазик терпеливо слушал её россказни.

Карина сверилась с адресом, присланным Максом, и нажала на дверной звонок. Никакого звука он не произвёл. Карина громко постучалась.

Ей открыли не сразу, не спросив, кто там. Бледная тощая женщина, копия Алисы.

– Здравствуйте, – хрипло произнесла она.

– Здравствуйте. Меня зовут Карина, я по поводу вашей дочери.

– Елизавета. Проходите. Чай, кофе?

– Спасибо, нет. Алисы нет дома уже три дня, о ней ни слуху, ни духу. Вас это не беспокоит?

– Беспокоит конечно, – она наливала себе чай из старинного фарфорового чайника в такую же старинную фарфоровую чашку. – Что там с ней стряслось?

– Её похитили и шантажируют меня. Надеюсь, с ней всё нормально, но не могу быть уверенной хоть в чём-то.

– Понятно. Спасибо, что уведомили.

– И всё? Вы больше ничего не скажете?

– Что ещё говорить?

– Ладно… тогда я пойду. До свидания.

– До свидания. Будьте добры, приведите её обратно.

***

Следующая неделя прошла относительно спокойно.

Посреди рабочего дня Карине позвонили. Этот номер она видела только в свой День Рождения и Новый год.

– Алло, – спокойно поздоровалась Карина, хотя внутри изнывала от волнения.

– Алло! – голос ответил радостно. – Ринночка, хорошие новости! Я переезжаю!

– Э… поздравляю. А куда?

– Как – куда? К тебе, куда ж ещё.

– В смысле…

– Адрес говори, «в смысле».

– Но…

– Давай быстрее, устал уже тут стоять!

– Ладно…

– Спасибо, радость моя! Гаджет говорит, через полчаса буду у тебя.

– Жду с нетерпением.

Карина бросила трубку и тяжело вздохнула.

– Кто там? – рядом образовалась Жанна с двумя полными еды тарелками.

– Мой папа приедет…

– Ура! Новый Нурврхр! – Жанна вприпрыжку побежала на кухню.

– Жанна, стой! Не туда! – Карина бросилась за ней.

Кое-как заказ дошёл до покупателя.

Был будний день, посетителей немного, и те ушли. Жанна играла с Глазиком в ладушки, а Карина проводила расследование. Просто так папа бы никогда не ушёл из монастыря. Скорее всего либо Али умудрился отправить его сюда, либо случилось что-то ужасное.

Ощутимо меньше, чем через полчаса зазвенели колокольчики.

– Привет, – Карина быстро обняла его и закрыла дверь. – Чемодан свой не забудь!

– Здрасьте, – поздоровалась Жанна, весело болтая ногами. Кажется, папа не услышал.

– Угу, – он бухнулся за барную стойку. Чемодан всё-таки забыл. Его везла Карина. – Ой! Это что за череночек?

– Жанна, – буркнула Карина, поставив чемодан за стойку (там было немного места). Поразмыслив, она добавила: – стажёрка.

– Очаровашка, – покачал головой он и потрепал девочку по щеке. Та засверкала желтоватыми зубами в полуулыбке, полуоскале.

– И вы неплохо сохранились, сударь Нурврхр.

– Спасибо, оленёнок, – рассмеялся папа.

– Я Шпхр-Выхр-Пыхр, – серьёзно поправила Жанна.

–

О-о, – это явно ему о многом сказало. Карина усмехнулась. Ну и компания конечно. – Давай-ка выпьем чаю. Бармен! Чаю! – Глазик кивнул и поставил чайник. Папа схватился за сердце. – Боже! А это что за чудо-юдо-рыба-кит? Магию чую… Ответь что-нибудь, чудила многорукий!

– Он не говорит, – пояснила Карина, тяжело присаживаясь рядом с ними.

– Сударь, не говорите так о Глазике, – с укором обратилась к папе Жанна. – Проявите милость. Он может и Шушупкер, но сущий добряк.

– Ну хорошо, – нехотя согласился папа. – Многоуважаемый господин паук, будьте добры наполнить мою чашу благословенным чаем. Так можно?

– Можно! Только так можно.

– Оплачивает эта прелестная многоуважаемая сударыня, – он показал на Карину и, не успела она рта открыть, затараторил: – расскажи о себе, Жанночка. Кто такая, откуда, как сюда попала.

– Все Нурврхр такие добрые! Как и говорила мама. Я расскажу вам, прекрасный Нурврхр. Мой папа был Выхр-Пыхр – это такой страшный зверь с клыками и двуногий лысый злой Пыхр. Он влюбился в маму, а она Шпхр-Пыхр. Это такой красивый зверь с рогами и тот же Пыхр. Обычно их едят Выхр, поэтому папе пришлось скрывать меня и маму, видеться тайно. А потом ему в стае нашли пару Выхр-Пыхр, и он ушёл от нас. Я его не помню, и если б не мои клыки и когти, то его и вовсе как будто не было. И мы с мамой жили здесь неподалёку. Когда тепло, так по лесу бегали, с Чик-чирик болтали. А как наступят холода, то прячемся в деревню Пыхр. А там они меня и говорить на своём научат, и считать один плюс два и три минус один, и Жанной назовут. А потом… потом случился Тртртршшш. И всё вокруг красно-чёрное, и деревня трр, и лес трр, и мама кричит, и я бегу, и пахнет шшш. Очень страшно. И потом я здесь ходить по улицам. Леса больше нет, деревни больше нет и мамы больше нет.