Путеводная звезда пирата

© Мила Дрим, 2018

ISBN 978-5-4490-0400-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Все персонажи являются вымышленными и любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми случайно.

Пролог

Великобритания.

Дождь хлестал по окнам, дверям, падая с темно-серого неба, и оставляя на земле водяные, грязные потоки, текущие, казалось, повсюду. Его шум нарушал всхлип женщины, и тихий плач младенца. Незнакомка прижала его к груди, безуспешно пытаясь успокоить свое дитя, да и саму себя. За всей этой картиной в холодном равнодушии наблюдал темноволосый мужчина, стоящий на пороге загородного дома. Женщина обратилась к нему:

– Я прошу тебя! Это твой сын! Не прогоняй нас, умоляю!

Младенец вновь залился плачем, дергаясь у матери на руках. Мужчина покачал головой, и ответил:

– Анна, я не могу. Если родители узнают… То всем нам несдобровать. Карета ждет вас, уезжай. Вас доставят в шотландскую деревеньку, там есть уютный небольшой дом, будете жить в нем.

Незнакомка замерла на долю секунды, глядя в его красивое лицо. В ее зеленых глазах застыл немой вопрос.

– Ты будешь навещать своего сына? – спросила она.

– Я постараюсь, – выдохнул мужчина. – Пускай не сразу, но при возможности, я очень постараюсь, Анна. А теперь езжайте. Дождь такой сильный, что вы можете заболеть.

Женщина задержала взгляд на нем, а потом, кивнув, медленно побрела в сторону ожидавшей их кареты. Ребенок продолжал громко плакать, и Анна зарыдала тоже. Ей было жаль свое дитя, ей было жаль свою, как оказалось, загубленную молодость, ей было жаль, что все закончилось…

Мужчина смотрел в сторону удаляющегося силуэта со смешанным чувством облегчения, тоски и стыда. Мог ли он подумать, что внезапно возникшая страсть к молоденькой служанке закончится вот так – рождением его незаконнорожденного сына? А ведь его родители, почтенные люди Англии, выбрали для него будущую жену…

Незнакомец сглотнул, мысленно ища самому себе оправдание, и своим поступкам. Быть может, Анна понесла ребенка не от него? От этой мысли молодой мужчина нахмурился – это было настолько неправдоподобно, что звучало омерзительно. И все же он правильно поступил, отправив Анну и ребенка подальше от загородного имения, ведь его родители вряд ли были бы снисходительны к ней. Мужчина уже знал, что не поедет ни к ней, ни к сыну. Впереди его ожидало заманчивое будущее английского аристократа – светские рауты, женитьба, блестящие возможности. Да, связь с Анной была ошибкой. Все совершают ошибки…

8 лет спустя. Шотландия.

– Ясон! Ясон! – ослабленным голосом позвала Анна, лежа на узкой кровати. Женщина глянула поверх трех теплых одеял, покрывавших ее тело, глазами ища сына. На пороге появилась его знакомая фигурка.

– Ясон, прошу, дай воды.

Мальчик быстро набрал в деревянную миску воды, и аккуратно подал ее больной матери. Несмотря на теплый весенний день, и одеяла, женщину сильно знобило. Она сделала пару глотков, и обессиленно уронила голову на кровать. Густые, черные брови сына нахмурились, и на его смуглом лице появилась тревога. Анна протянула руку и взяла ладонь мальчика в свою.

– Ясон, сынок, ты помнишь о чем я просила тебя?

– Да, мама, – прошептал он, сдерживая слезы.

– Повтори, – попросила она, вглядываясь в его детское лицо.

– Я должен вырасти и стать самым сильным…

– Еще, – сказала Анна, – самое главное.

– Я должен найти лорда, и отомстить ему, заставив страдать, как страдала ты, чтобы он мучился.

Глаза женщины загорелись каким то особым огнем.

– Да сынок, сделай это. Ты клянешься своей маме?

Мальчик серьезно взглянул на нее и ответил:

– Да, мама, я клянусь. Те, из за кого ты лила свои слезы, тоже прольют их.

– Мой сынок, – Анна слабо улыбнулась, любуясь им, – я принимаю твою клятву.

Грудь ее сотряс кашель, и бледность разлилась по ее измученному лицу. Ясон крепче схватил мать за ладонь, испытывая страх и чувство собственной беспомощности. Он боялся, что она умрет.

Спустя два дня это случилось. В ясный, солнечный денек Анна умерла. Ясон долго рыдал около ее тела, повторяя свою клятву, данную ей, пока в таком положении его не нашли соседские женщины, зашедшие навестить больную. Они с трудом оторвали мальчика от матери, и когда увидели его лицо, обе женщины поразились: перед ними стоял словно маленького роста взрослый человек. Детское лицо Ясона приобрело невероятную для его возраста серьезность. Он не помнил ни похорон, ни то, как его забрала жить к себе одна из соседок. Мальчик будто погрузился в собственные, какие-то особые мысли. В новом доме, помимо него самого, было еще два ребенка, тоже мальчики. Их мать была дородной душевной женщиной, она хорошо относилась не только к своим сыновьям, но и к Ясону. К сожалению, ее муж был настоящим домашним тираном: всякий раз, когда он был пьян, под его тяжелую руку попадала не только его жена, но еще и малолетние дети, в том числе теперь и сирота. В отличии от мальчиков, Ясон не кричал, когда розга опускалась на его спину, а лишь, стиснув зубы, молча терпел эту пытку, мысленно представляя себя сильным, могучим мужчиной. Такая реакция злила тирана, но сломить волю зеленоглазого сироты было не в его власти. Ясон чувствовал, что ему необходимо покинуть эти места и ранним августовским утром он направился в путь. Ощущение непреодолимой самостоятельности томилось в его мальчишеской груди, и впервые за эти месяцы он улыбнулся. Солнце пригревало его, словно поддерживая своим теплом. Ясон держал путь в местный порт. К концу дня энтузиазм почти покинул его, близилась ночь, а он так и не дошел до намеченного места. Оставаться спать на открытом воздухе было небезопасно – волки иногда нападали на людей ночью. Наконец, когда совсем стемнело, мальчик добрел, дрожа от голода и усталости, до местного трактира. Преодолевая страх и неловкость, Ясон незамеченным зашел внутрь. Там было душно, разгульно и громко. Мальчик забился в угол, наблюдая за происходящим. Сегодня здесь было много посетителей, и не только простые рыбаки, но и даже настоящие моряки. Ясон во все глаза смотрел на последних, будто они были сказочными героями. Ему страстно захотелось стать таким же, как они… Он уж представлял себя на парусном корабле и, поглощенный этими мечтами, незаметно погрузился в сон…

– Хей, да тут у нас один посетитель сомнительного возраста, – услышал грубый, мужской голос Ясон тут же проснулся, разглядывая незнакомца. Это был пожилой, седовласый мужчина. – Что ты тут делаешь?

Мальчик сел и ответил:

– Я шел до порта…

– Вот как?

– Да, – Ясон взъерошил свои густые, черные волосы.

– И зачем же?

– Чтобы работать.

– Вот как? – как попугай, повторил незнакомец. – Почему? Разве ты настолько взрослый?

– Я… у меня никого не осталось. Я хочу быть моряком.

Седовласый мужчина слегка нахмурился, будто вспоминая что-то.

– Мальчик, я – рыбак. Ты можешь стать мне помощником.

– Я согласен! – радостно выкрикнул Ясон, вызывая этим улыбку у незнакомца.

– Я – Джо, а как твое имя? – мужчина махнул рукой, и они оба вышли на утреннее солнце.

– Ясон – ответил мальчик, следуя за рыбаком. Они прошли молча около десяти минут, пока их глазам не предстал порт. Джо прыгнул в свою лодку, а его спутник – за ним.

– Добро пожаловать на море, Ясон, – сказал мужчина. Мальчик улыбнулся, и с небывалым интересом разглядывал волнующуюся поверхность воды, проплывающие лодки с другими рыбаками, пока его взгляд не остановился не великолепном, парусном корабле. Будто молния пронзила сердце Ясона, рождая в нем мечту. В эти секунды он дал обещание самому себе когда-нибудь стать капитаном подобного корабля и рассекать на нем морские просторы.

– Пошевеливайся, мальчик! – услышал он крик Джо, протягивающего ему сеть. – Иначе останешься голодным.

Ясон оторвал взор от корабля и принялся за нелегкую работу. Детство зеленоглазого мальчика закончилось… Теперь его судьба была в его руках.

18 лет спустя. Юг Франции, побережье Средиземного моря.

– Еще одно пирожное, Бетти, прошу! – услышала детский голосок пышнотелая кухарка, накладывая сливочный крем на пирожное. Она перевела взгляд на просившую ее девочку – дочку жены хозяина. Малышка смотрела во все глаза на угощение, а ее пухлые щечки порозовели.

– Держи, Аврора, – женщина тяжело вздохнула, – если будешь есть так много сладостей, то станешь такой же толстой, как и я. Твои сестры так изящны, а ты нет…

– Я знаю, – удрученно ответила девочка, слизывая крем языком, – но, Бетти, я так нервничаю. Сегодня меня представят гостям! Родне моего отчима, а они все такие важные!

– Я в курсе, милая, вот для них-то я и готовлю пирожные, – кухарка улыбнулась, и потрепала девочку по щечке, – ты словно хомячок!

Аврора рассмеялась, и, запихнув остатки десерта в рот, поблагодарила Бетти, и убежала к себе.

Распахнув дверь, девочка замерла, завидев сидящую на пуфике изящную, статную светловолосую красавицу.

– Мама, – сказала Аврора, подходя к ней. Прекрасное лицо ее матери – леди Кэтрин просияло, а на губах появилась теплая улыбка.

– Аврора, – нежные руки притянули девочку к себе, – как тебе пирожные, вкусные?

– Откуда ты?… – начала дочка, и в ту же секунду Кэтрин аккуратно вытерла ее курносый носик, испачканный в креме. Девочка и мать рассмеялись.

– Сегодня прием, – начала женщина, расчесывая светлые волосы дочки. – Тебе нужно показаться лишь в начале, не волнуйся.

– Хорошо, мама, – покорно согласилась Аврора, умалчивая что сильно переживает. Женщина вновь улыбнулась.

– Я приготовила для тебя красивое платье, – ее руки ловко заплетали косичку дочки, – дорогая, это наш первый официальный прием. Лорд Брайан Стоун, твой отчим, уважаемый человек. Он давно не был здесь, во Франции. Ты же знаешь почему мы переехали сюда, этот климат мне подходит, пока в Англии льют дожди. Твой отчим любит меня и, конечно, тебя, моя прекрасная доченька.

Аврора вся просияла от искренних слов матери, она чувствовала, что это правда. Вот уже восемь лет лорд Стоун был мужем ее матери. Все эти годы они прожили в его владении в Великобритании, но последние два из них Кэтрин стала плохо переносить сезон дождей и холодов, и заботливый муж решил переезжать на эти месяца в свое солнечное имение на побережье.

Сие событие вызвало желание родственников повидаться с лордом. И вот сегодня устраивался грандиозный прием. Все это слегка напрягало девочку. Она еле сдерживалась, чтобы не заплакать. Но Аврора не могла подвести свою красавицу-мать.

– Все будет хорошо, – заверила леди Кэтрин.

– Да, мамочка, – слабая улыбка коснулась полных губ девочки.

Спустя четыре часа в красивом, голубом платье, Аврора с волнением зашла в зал, наполненный, казалось до отказа, гостями. Все с любопытством смотрели на маленькую, полную девочку, так разительно отличающуюся от своей стройной красавицы матери, и от изящных, тонких сводных сестер. Для Авроры это была настоящая пытка. От ее внимательного взгляда не ускользнуло, как многие дамы начали перешептываться, обсуждая ее. Единственной поддержкой стала сияющая улыбка матери и добрый, теплый взгляд отчима. Девочка как во сне отвечала на многочисленные, любопытные вопросы, сожалея о том, что не обладает ни изяществом речи своих сестер, ни их хрупкой красотой… Слезы застыли в глазах Авроры, она с нетерпением ждала, когда ей можно будет уйти.

У себя в комнате она упала на свою кровать, заливаясь слезами. Девочка ненавидела себя, считая толстой, некрасивой и абсолютно глупой… ах, как жаль, что красота мамы не передалась и ей! Сегодня Аврора чувствовала себя настоящим гадким утенком среди прекрасных белых лебедей – изящных, грациозных и изысканных. Наверное даже ее мать стыдилась сегодня своей дочери… Девочка продолжала тихо плакать. Она была бы рада заснуть, но беспокойство сегодняшнего дня вылилось для нее в бессонницу. Аврора безмолвно водила кончиком пальца по гладкой, атласной поверхности подушки, дверь тихонько отворилась, и в комнату вошла леди Кэтрин. Она присела на кровать дочери, и провела ладонью по ее мокрым щекам.

– Отчего ты плачешь, милая? – мягко спросила красивая женщина, вглядываясь в любимое лицо дочки. Та подняла заплаканные глаза.

– Оттого, что я некрасивая…

Кэтрин нежно улыбнулась и произнесла:

– Любимая моя доченька, придет время, и ты непременно станешь ослепительной красавицей.

– Правда? – в глазах Авроры появилась надежда.

– Да, я обещаю тебе.

Дочка порывисто обняла мать, уткнувшись мокрым носом в ее грудь, вдыхая родной аромат.

– Мама, можно я больше не буду пока ходить на приемы?

– Хорошо, – согласилась женщина, тепло улыбнувшись, – а чем бы ты хотела заняться?

– Я хотела бы гулять, изучать побережье, там так много интересного. В тот раз я нашла малюсенькую ракушка, я сейчас покажу, – Аврора вскочила с кровати и выдвинула полку комода. Там лежали ее найденные сокровища – камушки причудливой формы, засушенные цветки. Девочка нашла небольшую ракушку и бережно протянула маме. – Вот!

Кэтрин аккуратно провела кончиком пальца по ней, задумчиво произнеся:

– Очень красиво.

– Можно я буду гулять по пляжу?

– Хорошо, я попрошу мистера Уикли, нашего грума, сопровождать тебя каждую прогулку, так мне будет спокойнее.

– Ой, мама, это просто чудесно! – детские руки обхватили изящную шею Кэтрин. – Ты самая лучшая мамочка!

Теперь прогулки по песчаному пляжу стали самым любимым занятием Авроры. Девочка в сопровождении престарелого грума часами бродила, выискивая среди бархатного песка различные сокровища. Все это она непременно складывала в мешочек, невозможно довольная своим растущим богатством. Мистер Уикли лишь обреченно вздыхал, следуя по пятам Авроры. Обычно, они выходили ранним утром, когда солнце еще не слишком пекло, и сегодняшний день тоже не был исключением. Сегодня девочка и грум зашли чуть подальше. Аврора счастливо улыбалась, с любовью вглядываясь в манящее, шумное море. Чайки прерывисто кричали, рассекая высокое голубое небо. Девочка вновь, наверное, раз двадцатый, присела, обнаружив в песке очередной камень.

– О, он особенный, – выдохнула она, разглядывая блестящий черный кусочек. Аврора засунула его в свой мешочек.

– У леди все камушки особенные, – смеясь, заметил мистер Уикли. – Здесь, кстати, недалеко есть старая хижина. Когда я был мальчишкой, я жил там. Были времена… Ладно, леди Аврора, пойдемте назад. Мы и так далеко ушли, как бы не разволновались за вас.

– Что это? – острый взгляд девочки устремился вдаль. – Кажется, там человек…

Она направилась в сторону находки, взволнованно дыша.

– Леди Аврора, не ходите, – грум резво опередил ее. – Я сам посмотрю.

Девочка кивнула головой и слегка замедлила шаг. Мистер Уикли подошел к лежащему молодому мужчине, и с облегчение нащупал пульсу незнакомца.

– Он жив, – произнес грум. Девочка подбежала и с опаской оглядела неизвестного мужчину.

– Мы ведь поможем ему? – взмолилась она.

– Леди Аврора… – предостерегающе-назидательно начал мистер Уикли.

– Но мы должны, обязаны ему помочь! – с жаром начала маленькая спасительница. Грум задумался. Затем озвучил свои опасения:

– Вряд ли лорд Стоун одобрит это…

– Им сейчас не до этого. У них приемы, встречи. А мы, зато мы сможем спасти жизнь человеку!!!

В детских глазах горела мольба. Уикли сдался:

– Хорошо, я оттащу его в хижину, – он крепко подхватил незнакомца под его широкие плечи и поволок в сторону домика. Аврора неотступно следовала рядом, разглядывая молодого мужчину – на нем были черные сапоги, брюки, белая рубашка, слегка порванная спереди. Он не был похож на местных жителей. Кем же являлся незнакомец?

Спустя пятнадцать минут Уикли, пыхтя и раскрасневшись от напряжения втащил найденного мужчину внутрь хижины. Было видно, что здесь давно не ступала человеческая нога – кругом была пыль и паутина. Но другого места для незнакомца не было. Тот слегка закашлял, значит, он все еще жив.

– Нам нужно принести воды и еды, – сделал вывод грум.

– Обязательно! – согласилась девочка, думая как это сделать как можно быстрее. Давай вечером выйдем снова на прогулку, я попрошу Бетти собрать нам еды, для пикника.

Лицо мистера Уикли, изборожденное морщинами, расплылось в теплой улыбке.

– Хорошо придумала! – грум уже сам был рад участвовать в спасении незнакомца.

Ближе к закату Аврора, несущая корзинку, и мистер Уикли вернулись в хижину. Они очень боялись, что найденный ими мужчина скончался. Каково же было их удивление, когда спасители обнаружили, что незнакомец уже был в сознании. Тот с интересом наблюдал за входящими внутрь пожилым мужчиной и девочкой лет девяти-одиннадцати. Он решил молчать, не называя своего имени. С благодарным кивком незнакомец принял кувшин с водой и с жадностью напился ей. Мужчина почувствовал, что с него не сводят глаз. Это была та девочка. Полноватая, с золотистыми, длинными волосами она выглядела смешной и угловатой. Она протянула ему краешек хлеба, и мужчина, улыбнувшись, принял его. «Бедное дитя, – пронеслось у него в голове, – наверное она изгой, потому что некрасива своей полнотой». Правда у нее были очень добрые глаза с чистым, невинным взглядом, от которого ему стало не по себе. Он отвернулся, думая.

– Завтра утром мы еще принесем еды, – дрожащим голосом заверила Аврора. Мужчина кивнул головой. Он знал, что в этом не будет надобности – на рассвете за ним уже приплывут. И больше не встретится он ни с этой девочкой с пронзительным взглядом, ни с этим стариком – наверное ее дедом, а может отцом. Внезапно, незнакомцу захотелось поблагодарить ее чем-то, поддержать. Он порылся у себя в кармане брюк и нашел маленький серебряный гребень. Когда девочка протянула ему снова хлеб, мужчина вложил ей в ладонь подарок. Глаза Авроры округлились.

– Это мне? – удивилась она, не веря своему счастью, вглядываясь в суровое лицо незнакомца. Он кивнул и поднес палец к губам, сообщая что это секрет между ними. Девочка испуганно закивала в ответ, и засунула подарок в свой мешочек. Мужчина улыбнулся уголками темно-розовых губ. Маленькая спасительница вызвала у него чувство легкости и желание рассмеяться. Аврора смущенно улыбнулась ему в ответ, и на ее левой щеке появилась ямочка.

– Всего доброго, сэр, – пролепетала она, уходя с мистером Уикли из хижины. Уже начинало темнеть, и они спешно вернулись домой. Сегодня тоже был очередной прием со знатными гостями. Аврора прошла через черный вход и бегом ворвалась в свою комнату. Уже там, в тишине и полутьме, она достала подарок от незнакомца. Девочка любовно погладила каждый зубчик серебряного гребня. Его основание было выполнено в виде звезды – искусно и изящно. Это было необычное украшение, таких еще Аврора не видела, хотя ее отчим дарил ей много разных ювелирных побрякушек. Он любил баловать падчерицу, дарил ей всевозможные подарки. Маленькая девочка, несмотря на свою полноту, была похожа на свою мать – леди Кэтрин не только внешне, но и добрым нравом. Увы, лорду Брайану Стоуну не повезло с первой женой – француженкой Джули. Это была красивая, но алчная женщина. Она родила ему двух дочерей, маленьких копий себя – Камиллу и Кассандру, старше Авроры на восемь и шесть лет. Девочки успели перенять некоторые неприятные черты характера родной матери – легкомысленность и страсть к удовольствиям. И, наверное, если бы не смерть Джули, а позже появление леди Кэтрин в доме, они стали бы еще хуже. Теперь, в ближайшем времени, темноволосых, изысканных красавиц ожидало скорое замужество. Герцог знал, что они нуждаются в сильной, мудрой руке мужей. Хорошо, что Аврора еще слишком мала. Брайан с болью в сердце ждал того момента, когда придется выпустить ее из родительского дома. Он искренне, тепло, по-отечески любил эту добрую малышку. Она разительно отличалась от своих чопорных сводных сестер своим добродушием, милосердием и невероятной мечтательностью. Бог не дал ему сыновей, словно наказывая за проступок, совершенный в юности. Мужчина уже много раз раскаялся в этом, но прошлое невозможно было вернуть. Что ж, такова его судьба. И все же герцог был благодарен Создателю, что Он послал в его жизнь прекрасную вдову, леди Кэтрин, с кем мужчина наконец обрел покой и домашний уют. Ну, а ее дочка была воплощением идеального ребенка, в ком Брайан находил отдушину, это было одно из самых дорогих сокровищ в его жизни…

Глава первая

Семь лет спустя. Замок герцога Стоуна, побережье Средиземноморья.

Леди Кэтрин с восхищением оглядела стоящую перед ней юную красавицу, облаченную в лиловый атлас. Золотистые волосы были собраны на затылке, но несколько прядей выбилось из прически, обрамляя лицо овальной, лишь слегка закругленной у щек, формы. На нежных щечках сиял здоровый румянец, тонкие, изогнутые дугой брови, возвышались над бесподобного цвета глазами. Они были редчайшего цвета – сине-зеленые, художник назвал бы такой оттенок «цветом морской волны». Блестящая ткань струящегося платья слегка облегала стройный девичий стан, но не настолько, чтобы выглядеть неприлично-вызывающим. Этой прелестницей была повзрослевшая, семнадцатилетняя Аврора, падчерица герцога Брайана Стоуна, его любимица…

От былой полноты не осталось и следа, разве что ее щечки остались круглыми, а не впалыми, как было угодно нынешней моде по всей Европе.

– Ты прекрасна, дочь моя, – восхищенно выдохнула леди Кэтрин, любуясь своим ребенком.

– Но, мама, – Аврора недоверчиво разглядывала свое отражение в зеркале, – я слишком высока… К тому же, не так изящна и темноволоса, как француженки… А кожа! У них у всех она оливкового цвета, а моя бледная и невзрачная…

– Аврора, – серьезно начала женщина, обнимая дочь за нежные плечи, – можешь ли ты сказать, что твоя мать – невзрачная, некрасивая, и прочее, прочее…?

Взгляд девушки скользнул по взрослому лицу Кэтрин и ее стройной фигуре. Несмотря на свой возраст, женщина продолжала оставаться изумительной красавицей.

– Нет, я не могу сказать это про тебя, мама, – ответила Аврора, улыбнувшись. Женщина крепче обняла ее и заглянула в родные глаза.

– Ты моя дочь, моя кровь, и ты так же прекрасна, как и я. Верь в это, Аврора.

Девушка нежно улыбнулась матери, поцеловав ее в щеку. Впереди молодую красавицу ждал яркий вечер – сегодня должен был состояться ее дебют. Бал дебютанток устраивала ее старшая сводная сестра – замужняя двадцатипятилетняя Камилла, прославившаяся как прекрасный организатор роскошных светских приемов. И вот сегодня Аврора должна была войти в этот блестящий, изысканный мир. Ей было уже семнадцать, идеальный возраст для дебюта и скорого замужества.

Теплым вечером Аврора Стоун с волнением и восторгом шагнула в бальный зал особняка, больше напоминавшего дворец, нежели обычный дом, графини Камиллы и ее мужа, графа Антуана. Это была красивая, изысканная пара – сестра невысокая, изящная брюнетка, а ее супруг – высокий блондин, начитанный и приятный мужчина тридцати лет. У них уже родился первенец – сын, прекрасный светловолосый мальчик, смышленый и любознательный любимец семьи. Однако материнство не изменило Камиллу, обожавшую светскую жизнь. Она частенько оставляла малыша с кормилицей, продолжая жить своей привычной, яркой жизнью… Это немного озадачивало саму Аврору, ее взгляд на материнство отличался от принципов семейной жизни сводной сестры. Шурша пышными юбками, молодая златовласая красавица вошла в зал, наполненный музыкой, гулом и праздными гостями. Сотни глаз устремились на нее, разглядывая мельчайшую деталь, изгиб девушки, по привычке пытаясь найти в ней какой-нибудь изъян. Но нет, казалось, Аврора была воплощением идеала. Девушку начали знакомить с потенциальными женихами и дальними родственниками, которые когда-то с презрением смотрели на маленькую, полную девочку. Но сегодня все изменилось. Они с восхищением глазели на Аврору, с огромным энтузиазмом знакомясь с ней. Казалось, каждому хотелось хотя бы слегка прикоснуться к этой удивительной красоте. Мужчины приглашали ее на танцы, не давая ей даже отдохнуть. К концу вечера Аврора сбилась со счету от знакомств, а ее ноги гудели от усталости. Без сомнений, сегодняшний бал был блестящим дебютом прелестной красавицы. Несмотря на оказанные ей знаки внимания, и уловимое восхищение ее красотой, девушка не испытывала радости. Для нее это все это было колоссальным напряжением, лицо ее горело от назойливых, порой похотливых взглядов мужчин, и плохо скрываемых, завистливых взглядов женщин. Аврора приложила достаточно усилий, чтобы просто не расплакаться. Она помнила, что не должна подвести свою мать и отчима. Среди новых знакомств было и приятное. Девушке понравился молодой, восемнадцатилетний виконт. Он был такого же роста, как и Аврора, у него были темные волосы и почти черные глаза в обрамлении густых, завивающихся ресниц. Его имя было Георг, и как показалось девушке, он тоже симпатизировал ей. Наверное, это было единственным приятным событием за сегодняшний бесконечно долгий вечер. Молодой мужчина был галантен, обходителен, умело поддерживал беседу, вызывая улыбку у красавицы. По правилу этикета они не могли танцевать больше одного танца, и Аврора с грустью наблюдала за удаляющимся Георгом. Впрочем, весь остаток вечера, она ловила его теплый взгляд, отчего ее щеки разрумянились. В светлой головке девушки появились различные мечты: вот он признается ей в любви, вот нежно целует ее руку… Ах, кажется, она нашла идеального мужчину!!! Все же не зря она появилась здесь, на этом балу!