Карта Свободы

Глава 4. Где вскрываются подробности

Выпустили мою старенькую шхуну с астероида без проблем. Правда, после оплаты за пребывание. До этого момента я и не подозревала, что остановка на бывшей заброшенной дозапровочной станции может быть не бесплатным. Связываться с местным официальным грабежом – не имело смысла, тем более нам всем стоило поспешить улететь с астероида. Пришлось безропотно оплатить за стоянку.

После неторопливого отправления «Галки» на маршрутизаторе была установлена новая точка следования – Санкинеан – планета, где была самая высокая возможность найти подходящую вакансию. Я переключила корабль на ручное управление – мне требовалось немного времени побыть со своими мыслями и насладиться полетом.

Звездные парусные батареи несли мою потрепанную шхуну в космическом пространстве по заданному маршруту, а я любовалась. Создатель, какую же красоту тебе по силам творить. За что я любила устаревшие модели кораблей – за их обзор. В новых обтекаемых моделей лишь иллюминаторы, а на «Галке» вся палуба утопала в космических пейзажах: в его темных оттенках, в переливающих сияниях и в облачных газовых скоплениях или туманностях. В ущерб защитным свойствам, по сравнению с современными моделями кораблей, ты даже мог коснуться межзвездных странствующих путников. Их стаи нередко сопровождали понравившиеся неторопливые корабли, считалось, что повстречать этих кочующих гигантов – к большой удаче.

– Курс на Санкинеан? – ворвался в мои мысли голос ангелоса.

– Пришел поведать мне вашу душещипательную историю? – ответила я вопросом на вопрос.

– И это тоже. – послушно произнес Гиль. Он скрестил руки на груди и, глядя куда-то в даль космический просторов, приступил к рассказу.

После его объяснений я выдохнула. Оказалось, что все не так страшно, как могло показаться с самого начала. Ни ангелос, ни сида не нашли своего места и на родных планетах не прижились, из-за нетипичного образа жизни и необычной жизненной философии. Гиль и Эл были совсем непохожи на своих соплеменников, судя по всему, тем и не угодили. Оба предприняли попытку устроиться где-то подальше от своих же. И только Создателю известно: как и почему их пути пересеклись на Астероксе. Именно здесь они свели знакомство, гораздо более близкое, чем Эл пыталась показать. Гиль, в свою очередь, своего отношения к сиде не скрывал. За шутливым тоном он ясно давал понять о том, что он ее внимание ценил и ценил очень высоко. Однако у Эл были некоторые проблемы с доверием, и она не могла полностью открыться Гилю, но ангелос отличался отменным терпением и сдаваться не собирался. Я решила, что рано или поздно Эл не сможет устоять и уступит терпеливому и целеустремленному Гилю.

Обстоятельства, которые побудили их покинуть Астерокс, он тоже рассказал. На астероиде закона и подобного аппарата власти не существовало, Астерокс не относился к территориям ближайших миров и придерживался собственных правил, но был Люциус. Он являлся властью и законом на забытой всеми дозапровочной станции в прошлом и торговой точкой в настоящем. Гиль поведал некоторые подробности об организации промысла на астероиде: ни одна продажа не проходила без ведома этого Люциуса и его негласного разрешения, и, конечно, без отчислений в его карман. И как я уже могла догадаться, быть второстепенным с таким построением торговых отношений – означало остаться совсем без заработка, что ангелоса и сиду совсем не устраивало. Они ждали подходящего случая, чтобы сбежать и снова сменить место жительства, естественно, не поставив об этом в известность Люциуса. Я подходила на роль межзвездного такси больше всех остальных, ведь я совсем не знала реалий, творящихся на астероиде. Не сложно предположить, что главарь Астерокса не будет доволен тем, что его заработок претерпел изменения.

– Вы остались должны этому Люциус? – спросила я в конце истории Гиля и Эл.

– Нет! Эл оставила все, что было в ее лавке, даже последние заработки не забрала. Она взяла с собой только свои инструменты и вещи, с которыми прилетела. Поверь мне, во всех ящиках, что она притащила на «Галку» забиты деталями и инструментами. Повезет, если среди всего этого металлолома отыщется хоть пара комплектов сменного белья.

– А ты? – уточнила я, ведь про себя Гиль ничего не упомянул. Его должность у Люциуса осталась неизвестной.

– Я ничего Люциус не должен! – твердо ответил Гиль.

– Все равно местный главарь останется недоволен тем, что вы покинули станцию… – задумчиво сказала я. – У меня будут из-за этого проблемы? Только обойдись без вранья.

Гиль замешкался с ответом, но потом все же соизволил правдиво высказаться:

– Я не думаю. Больше шансов, что он вообще не заинтересуется нашим уездом. Мастерская у Эла не единственное, что приносит Люциусу доход. Основная прибыль идет от злачных, развлекательных мест, а не от захудалой ремонтной для кораблей, где мастер – проблемная сида.

По всем законам, Эл появилась именно в тот момент, где Гиль не самым приятным образом высказывается о ней же.

– Должно быть я ослышалась… – произнесла Эл, показательно размахивая каким-то здоровенным инструментом. Откуда он у нее взялся, оставалось лишь гадать. – Или ты назвал меня проблемной? Да будет тебе известно, у меня настоящий дар!

– Не спорю… – примирительно согласился с ней ангелос. В конце он добавил, рассматривая звездные паруса. – Только благодаря этому Люциус оставил тебя живой.

Эл знала, о чем говорил ее друг. Плечи ее поникли, и вся воинственность исчезла.

– Сколь ценен ее талант? И на сколько мстительный этот ваш Люциус? – поспешила спросить я. Внутри меня уже появились сомнения о том, что местный властитель спустит нам тройное унижение. Хвост был напряжен, вторя моим внутренним предостережениям.

– Как сказать, – ответил Гиль, пожимая плечами, – смотря, в какой ситуации. Из-за того, что Эл ушла, проблем быть не должно. Все-таки ее своенравие вместе с общим предубеждением, что механик – не женская профессия, не прибавляло клиентов. Талант в этом деле не особо помогал. Скорее Люциус вздохнул свободно, теперь он сможет спокойно передать мастерскую более перспективную арендатору.

Я вздохнула и тихо поинтересовалась:

– А если представить, что есть еще маленькая причина, которые могла побудить преследовать нас?

Гиль с горестным стоном закрыл ладонями лицо, а затем воскликнул:

– Создатель, что же ты не прислал к нам в помощь еще одного более-менее разумного, а не очередную полоумную!

Эл залилась смехом, разряжая высказанное горе Гилем и мое чувство вины перед ними. Затем, она настойчиво попросила:

– Рассказывай, подруга!

Я и рассказала: как в переулке встретила кошечку, которая и не кошечка вовсе, как настучала по головам двум прихвостням Люциуса, и как сдуру оставила ему послание. Врать своим попутчикам мне не хотелось, тем более они были со мной достаточно откровенны. И все же они должны были честно оценивать, что теперь уже я могла стать причиной их проблем, от которых они так старательно линяли. Я держала в уме те факты, что первого встречного полностью в свои дела не посвящают и, что пара явно не договаривала. Но я решила быть с ними предельно честной. Сойдут ли они быстрее, чем было оговорено или все же мы вместе доберемся до Санкинеана? Они были вольны сделать свой выбор, и он никак не влиял на мои планы.

– Две пустоголовые! – заключил Гиль и отвернулся от нас к носу корабля. Завораживающий вид космической долины должен его успокоить.

– Хватит оскорблять нас, придурок! – заявила Эл, вздернув маленький носик, от чего ее розовые хвостики забавно дернулись.

– Мы не в силах что-либо исправить. – философски заметила я, придерживая штурвал.

– Исправить что? Отсутствие мозгов? – ехидно спросил Гиль.

– Это тоже уже не исправить. – смиренно согласилась с ним я.

Несмотря на напряжение в хвосте, я не предвидела никаких опасностей. Сейчас можно было не беспокоиться о безопасности и отпустить ситуацию. Я понимала недовольство ангелоса, на его месте я злилась бы точно так же, а вот его подружка – нет. Сида стремительно развернулась, полоснув нас своими розовыми волосами, и без слов ускакала обратно на нижний ярус. Наверное, она решила, что лучше заняться делом и установить мне обещанный пищевой робоблок. Или же она была крайне возмущена, что ее любимый (то, что он был ею любим, я не сомневалась) обижал ее при другой. И чтобы не съездить по его голове с мозгами, как было заявлено, Эл удалилась.

– Зря ты так. Эл, наверное, обиделась. – сказала я и сверилась с выставленным курсом на маршрутизаторе. Мне пришлось не много выровнять штурвал.

– Ей полезно чувствовать себя взрослой, а не только взбалмошной малышкой, которая и делает только то, что хочет. – расстроенно и тихо произнес Гиль. Он все еще рассматривал что-то в бесконечности космоса.

– Сейчас она скорей всего почувствовала, что проиграла раунд сопернице. Не ты ли хотел, чтобы она приревновала и придумала себе всего того, чего не было и быть не могло? – заметила я.

– Хотел… – нехотя согласился Гиль.

– Добро пожаловать в команду безмозглых, придурок. – назидательно пошутила я.

– О, Создатель, за что мне это? – мучительно горько проговорил ангелос и отправился вслед за своей зазнобой. И, на мой взгляд, он правильно поступил.

Какой восхитительной парой они были. Их способ выражения чувств заставлял не сходить улыбку с моего лица. Я осталась стоять за ручным управлением шхуны и улыбаться, предоставляя время этим двоим для всех выяснений.

В качестве капитана корабля, я ощущала себя очень спокойно и правильно, должна заметить, что такие ощущения меня посетили впервые в жизни. Мне было хорошо. Нос моего корабля тихонько рассекал межзвездные просторы, которые никому не принадлежали. В этом свободном межпланетном пространстве можно было плавно и неторопливо двигаться. До Санкинеана – планета, которая указана в моей навигационной системе следующей остановкой, мы достигнем в течении пяти дней, при условии, что «Галку» ничего не задержит в пути.

Санкинеан был очень интересной планетой, которая не примкнула ни к чьим территориями, из-за крайне неблагоприятных условий жизни для многих рас, но отлично обеспечивалась альянсом всем необходимом. Она являлась официальной перевалочной планетой, и таких планет было достаточно много разбросано по всему космосу, где постоянно курсирующие по разрешенному альянсом маршруту грузовые или же пассажирские корабли выполняли остановку: для ремонта, для закупки провизии, для дозаправки или же для найма рабочей силы. Причины могли быть разными. Санкинеан же был известен, как центр по найму. Это совсем не означало, что на нем невозможно было подзаправиться искомым, это было возможно и еще как, но все же большинство летело на Санкинеан за работой. Там была возможность найти любую желаемую работу с необходимым заработком, от долгосрочного контракта до кратковременной сделки. И то, что сейчас дорога Эл и Гиля совпала с моей, мне только подыгрывало.

В моих представлениях я должна была навсегда осесть на свободной от предубеждений Земной республике, а для этого необходимо было иметь средства на аренду или покупку жилья. Как бы не сложилась моя жизнь дальше, но единицы-то мне уж точно пригодятся.

От моих раздумий меня отвлекла появившаяся на горизонте звездная пыльца, золотистая облачная туманность. Она появлялась и исчезала тогда, когда ей заблагорассудится. Среди великих умов всех рас так и не нашлось единого мнения об этом феномене. Но, издревле считалось, что встретить золотой туман на своем пути – к небывалой удаче. Да и явление это было необычайно вдохновляющим, оно покорило многие сердца. На фоне сине-фиолетовых переливов межзвездного пространства начинали блестеть и искрить крошечные блестящие золотые хлопья. Они сияли все сильней и сильней. Искры наполняли парусные батареи «Галки», вторя движению корабля, как будто они и являлись этим пресловутым попутным ветром, которого ждет каждый капитан.

Когда моя шхуна уже была вся окутана золотом, у меня перехватило дыхание от вида безграничного моря золотых искр.

– Эй, влюбленные! – крикнула я, когда смогла говорить. – Вам стоит это увидеть…

Эл и Гиль услышали меня и вышли на верхнюю палубу. Ангелос, хоть и попал под впечатление золотого тумана, постарался остаться бесстрастным. Мне удалось заметить, лишь больший, чем обычно, блеск его глаз.

А вот Эл, как дитя, завизжала от открывшегося впечатляющего вида. Избранница Гиля потешно запрыгала, и ее розовые хвостики комично запружинили. Облик Эл вызвал у меня прилив умиления, а у Гиля – любви. Его уже совсем не волновала искристая крупа золотой пыльцы, лихо закручивающаяся вокруг шхуны, его манила прекрасная в своей открытости сида, которая, как маленькая, радовалась увиденному чуду.

Я разделяла с ней это счастье. Звездная пыльца была из тех чудес, которые было возможно встретить и увидеть собственными глазами.

Поддавшись чувственному порыву, Гиль приблизился к Эл, напрочь проигнорировав то, что я за ними наблюдаю. Он не позволил Эл заподозрить подвох, стремительно притянув ее к себе, Гиль сочно и страстно поцеловал Эл. Розоволосая сида, явно не ожидала такого быстрого поворота событий, она замерла испуганной пташкой в его руках, а затем ответила и на объятия, и на поцелуй, не менее жадно, чем Гиль.

Правду говорили, что звездная пыльца приносила удачу. У этой парочки точно все будет хорошо, а какую удачу золотистые искорки принесет мне?

…Родгар…

Он пребывал в восхитительной ярости. Давно он не чувствовал столь чистой эмоции. Как. Могла. Провести. Реарда. Эта. Даймонова полукровка.

Он был в восторге и в бешенстве от проведенной ею аферой. Подробностей он еще не успел разузнать, но достоверно он знал одно, что полукровка из одних костей и длинных волос обошла сканирование, нарушила закон Даймонии, обвела вокруг носа: его, департамент Контроля и самого Властителя. Это было восхитительно и настолько же ужасно, что выводило его из себя. Родгар еще даже не выяснил, каким способом ей удалось совершить уникальный побег, но он выяснит. Он доберется до правды, чего бы ему это не стоило.

Ее досье он уже знал наизусть – полукровка, носитель пятидесяти процентов даймоновской крови, имя – Клара Годесск, проживала первую сотню лет на Ц – четырнадцатой объединенной планете Даймонии. Мать – чистокровная суккуба в ссылке. Кем являлся второй родитель – неизвестно, что тоже вызывало у него определенного рода вопросы. Обычно, в графе указывалась раса, если личность оставалась инкогнито. Какая другая половина крови была у Клары, оставалось загадкой, но с этим он разберется позже.

Тот файл, который ему передала работница орбитальной станции, он переслал в свою службу. В нем было всего лишь одобрение на пересечение границы, подтвердившееся сканированием. В досье же департамента было четко прописано, что Клара Годесск не имела зарегистрированных отпрысков, соответственно, официально покинуть Даймонию она не имела права. Клара должна была оставаться на своей примитивной мусороперерабатывающей планете и не совать свой тощий носик за пределы территорий Властителя, но Клара посмела пересечь границу и упорхнуть на своей древней колымаге! Каким-то образом она смогла пройти сканирование, получить разрешение и улететь. Как же его это бесило! Все то, что она умудрилась провернуть раздражало Родгара до повышенного пульса в висках, бесило до безумного желания собственноручно скрутить ее тонкую шейку, но самое страшное и совсем непонятное для него самого, что все это же вызывало в нем и восхищение и даже каплю уважения к поддельной аферистке. Как это вот недоразумение с чувствительными к холоду сосками, которое он видел на пограничной станции, умудрилось обойти процесс идентификации? Родгар был возмущен и восхищен одновременно.

Он прямо-таки жаждал самостоятельно разобраться в этом деле, и на это у него было несколько причин. Первая – он хотел взглянуть даймонице, которая сумела провернуть аферу тысячелетия, глаза в глаза. Второе – ему самому хотелось развеяться и пересечь черту. Даже Центральная планета ему приелась до помрачения. Он так скучал по космическому раздолью, что грешно было не воспользоваться моментом и добиться разрешения, чтобы отправиться за нарушительницей одному. Родгару, да и Властителю, не нужны были лишнее внимание и тем более огласка этого досадного происшествия, поэтому он панировал убедить монарха Даймонии заняться этим щепетильным делом лично. Пожалуй, что сейчас как раз подходящее время связаться с ним.

Активировав портативный бот, который был встроен в его биопротезированный глаз, он соединился с каналом Властителя. Бот вывел изображение монарха прямо перед лицом Родгара. Голограмма показывала зрелого даймона с отросшими коричневыми волосами и бородой. Это был почти самый обычный зрелый даймон, за исключением того, что он был представителем самой чистой даймонической крови, у него были выраженные закрученные рога, которые даже волосы не скрывали, а также хвост. У самого Родгара не было ни рогов, ни хвоста, что не особо влияло на его положение в высшем обществе.

Властитель находился в собственном кабинет, он устало прикрыл глаза рукой и спросил:

– Родгар, что случилось?

Родгара и Миридаля, Властителя Даймонии, связывала не только работа, но еще и близкое родство, заодно и принадлежность к элите даймонического мира. Крепкая связь между ними возникла после одной давней истории, в которой Родгар лишился глаза, Миридаль остался жив. После того трагичного случая отношения между ними двумя сложились более доверительные, чем принято на Даймонии. Их сотрудничество было долгим и качественно проверенным временем. Если бы в Даймонии существовало такое понятие, как дружба, наверное, их можно было бы отнести к данной категории. Родгар имел право связываться с Миридалем в любое время по личному каналу соединения и право называть Властителя по имени.

– Разве ты не проводишь ежегодный облет объединенных планет? – снова задал вопрос Миридаль.

– Верно. Провожу. Но, мне удалось обнаружить кое-что занимательное. Хорошо бы мне самому с этим разобраться, если об этом узнают новостные медиа, у нас будут проблемы. – ответил Родгар.

Властитель напрягся и поддался вперед, грозно произнеся:

– Проблем быть не должно! Реши их, как посчитаешь нужным.

– Для этого мне придется покинуть границы нашего мира. – коротко оповестил Родгар.

– Даже так? – удивленно переспросил Миридаль.

Родгару оставалось лишь кивнуть в ответ.

Властитель задумался над решением, глядя в сторону, а затем строго приказал:

– У тебя есть время до ретроградной Резы, потом ты будешь нужен мне на Центральной. Найди себе замену в департаменте и отправляйся решат проблему. Вернешься, прошу сразу ко мне с подробным отчетом.

– Повинуюсь. – сказал Родгар.

Не прощаясь, Миридаль отключился. Его изображение погасло. Спустя несколько мгновений Родгар получил уведомления – официальное разрешение на пересечение границ Даймонии, а также дипломатическую независимость. Данные документы давали ему полную свободу в передвижении и в выборе методов решения обозначенной им проблемы. Естественно он не собирался нарушать законы других миров и содружественных коалиций.

Родгар не мог не улыбнуться, он давно чувствовал себя словно в клетке. Центральная планета Даймонии ему казалась комфортной, приятной, но все же клеткой с одними и теми же надзирателями, и сокамерниками.

Только сейчас Родгар осознал, что ждет с нетерпением: когда отправиться в погоню, когда он пересечет пограничную станцию и когда он поймает щуплую доходягу-мошенницу. В это мгновенье в нем перешивалось много чувств и даже радость он в себе отметил. Ему и не вспомнить, когда он был столь эмоционален. Сколько же счастья он испытает, когда поймает одну ушлую рыбку? Не стоило еще больше откладывать, ему пора отправляться в путь.

…Клара…

«Угольная Галка» неслась вперед на полных звездных парусах, но моя широкая улыбка была связана не с попутным ветром и быстрым ходом корабля, а с тем, что пищевой робоблок работал замечательно. Эл на самом деле была самым настоящим техническим гением. И за то, что она мне установила, мне никогда не расплатиться, так я ей и сказала, когда увидела ее работу.

Это неугомонная сида полностью перебрала и переоборудовала кухню кают-компании. Она установила удобные и вместительные камеры для хранения, перерабатывающий органайзер, переоборудовала рабочую поверхность и самое важное – Эл смастерила из остатков моей старой техники робобота. Кто бы мог подумать? Теперь на моем корабле за кока был небольшого размера робобот, который был больше похож на допотопный тостер с ручками-вилками, забавными ногами-щетками и экраном вместо головы. Когда Эл представила мне нового повара корабля, она сразу высказалась:

– Не смотри на него так! Этого малыша не стоит недооценивать!

И сразу же продемонстрировала внушительный арсенал робобота, спрятанный в железном теле. Весь набор его ножей, тесаков, половников и даже встроенный размельчитель с миксером имелся, чем особенно гордилась Эл. Гиль по секрету мне выболтал, что розоволосый механик просто обожал оладушки, поэтому и уровень гордости от наличия миксера у робобота у нее зашкаливал.

– Серьезно, Эл? Оладьи? – уточнила я у нее после того, как спало удивление от очень важной новости о пристрастиях в еде у сиды.

– Клара, глянь, она покраснела! – ехидно ответил за нее ангелос.

– Ну вас! – пробурчала Эл. – Посмотрим, как вы будете петь, когда утром я не поделюсь с вами ни одним оладушком.

– Как назовем твое творение? – спросила я, разглядывая чудо, которое, по словам своего создателя, обещало нам оладышки по требованию.

– Малютка? – задумчиво протянула Эл.

– Робот? – высказался Гиль, при этом он разглядывал свои ногти.

– Оригинально! – фыркнула Эл, вызывая у меня приступ нежности и умиления. Слушать перепалки этой пары было настоящим удовольствием, да чего забавные они были в своем шутливом противостоянии.

– Будет МаРо!!! – круто заявила я. Эл и Гиль изумленно на меня посмотрели. Мы явно не понимали друг друга, что пришлось объясниться: – МаРо – производное из предложенных вами вариантов.

Показалось мне или нет, но экран пищевого робобота мигнул. Я не стала спрашивать у Эл, решив, что рабочий экран у робобота, который должен выдавать нам паек не самая главная функция. Эл предупредила, что ей осталось установить зарядную станцию для МаРо и это было последнее, что она должна была сделать для меня. Я не стала ей мешать и покинула кают-компанию.

Совместное путешествие в пять дней, пролетело быстро. Время с хорошей командой прошло для меня незаметно, и за этот непродолжительный отрезок пути я успела привыкнуть к необычной компании во главе с робоботом. На фоне дурашливого противоборства между Эл и Гиль, мы вместе с МаРо стали оплотом спокойствия и взаимопонимания. Да, принять, что МаРо оказался не простым ботом, а особенным, было непросто. Я подозревала, что у Эл был талант в работе с техникой, но все было куда сложнее.

Выяснилось, что Элеонора не просто разбиралась во всех механизмах, а обладала способностью влиять на энергетические потоки – спонтанно, непредсказуемо и бесконтрольно, но все же могла. Дар этот был совсем нетипичным для сидов. Как могло такое случиться, я не понимала, но воля Создателя была такова, что Эл была способна оживить, хотя скорее всего вложить некое подобие жизни в свои технические творения. Выбор для активации дара совсем не созвучен сидам, техника и механизмы – это не трава и не животное. Эл утверждала, что случалось подобное «оживление» очень и очень редко и в неудачные моменты. Сиды засвидетельствующие данный феномен были неприятно удивлены. Ими были приняты соответствующие действия согласно их законам – уничтожение и запрет на техногенную деятельность для Эл. Кстати, в это тяжелое и болезненное для Элеоноры время она решилась покинуть родные территории королевства Сид.