Мои опасные боссы

– Сейчас за тобой будут охотится все корпорации этого сектора, а может и всей Галактики! – в шепоте моей соседки звучит неподдельная зависть, – Такой шанс тебе выпал: один на миллион! Я бы на твоем месте была на десятом небе от счастья!

Не говорить же ей, что на моем месте я не то что не на десятом небе, я лечу в пропасть отчаяния.

Никто не предупредил меня, что результаты выпускных испытаний будут доступны всем более-менее крупным корпорациям Галактики Млечный путь.

И сейчас все они в курсе, что я – лучшая ученица потока, псионик и эмпат высшей категории. С исключительно высокими показателями.

Иначе говоря, я – просто находка для любой корпорации. И, конечно же, то, что я – землянка делает мою кандидатуру еще привлекательней. М

Просто до невозможности привлекательней.

Так что сейчас я стою и, замерев, слушаю пламенную речь нашего декана. Я голове – полнейшая путаница. Сердце стучит, словно хочет выбить барабанную дробь по моим ребрам. Пульс отдается даже в кончиках пальцев. Перед глазами все плывет.

Сквозь шум в ушах слышу:

— Внимание, выпускники! – голос декана звенит, уносится под купол огромного зала Академии псиоников, эхом отскакивает от стен, распадается на многоголосицу. — Сегодня вы стоите на пороге великого будущего. В этот день трудовые контракты получат только самые лучшие наши выпускники. Те, кто достоин служить во благо Галактической Лиги.

Вокруг – ровные ряды выпускников с парадными лентами на плечах, совсем как на моей родной Земле. С персональными значками пси-спектра. Я тоже стою среди них – Анна Орлова, выпускница академии псиоников на Эридане-IV. Формально – одна из лучших. Фактически – беглянка, только пока никто об этом не знает.

Декан пафосно продолжает свою речь:

– Учитывая высокие показатели наших выпускников попечительским советом Академии было принято решение организовать аукцион для приобретения слотов подписания контракта с тем или иным нашим исключительным выпускником!

Что-о-о? Смысл услышанного медленно складывается в моей голове в осознание. Мало того, что меня все хотят заполучить. Так еще и Академия решила меня выгодно продать. На аукционе!

Я стараюсь дышать медленно.

– Согласно решению попечительского совета, трудовой контракт должен быть подписан выпускником с победителем аукциона, предложившим наиболее высокую цену, на срок три года без права расторжения.

Шепот пробегается по рядам моих сокурсников. Не пойму, рады они такой перспективе или нет. Но, похоже, что для них аукцион – такая же новость, как и для меня.

– А как же свобода выбора? – кто-то выкрикивает сквозь строй.

Но нашего декана таким не проймешь! Хитрый как лис, он всегда может выйти сухим из воды. Не изменяя тональности, он спокойно вещает:

– В этом и есть ваша свобода! Академия позаботилась о своих лучших учениках. Вдумайтесь! Контракт на три года без права расторжения – это же лучшее, о чем можно мечтать! Если же, по какой-то причине, выпускник все же желает расторгнуть контракт, то он просто обязан будет возместить Академии ту сумму, за которую его кандидатуру купят на сегодняшнем аукционе!

У меня брови вверх взлетают. Мы что, попали в рабовладельческий строй?

Но остальных все, похоже, устраивает. Кто-то кричит “Да здравствует академия псиоников!” и все подхватывают. Студенты в воодушевлении подбрасывают вверх конфедератки.

Не могу разделить их веселья!

— Готовься! –– сокурсники толкают меня локтем в бока. Радостно добавляют: — Аня! Ты точно попала в список лучших! Так что через пять минут тебя вызовут на сцену. Сразу подпишешь контракт. Отказ невозможен. Зато контракт зо-ло-той! – по слогам практически пропевают последнее слово. Будто это может меня убедить!

Я слышу лишь то, что отказ невозможен!

Смотрю вперед, на сцену. Как на нее поднимается ректор и попечительский совет. Сияют радостными улыбками. Но мне некогда разглядывать тех, кто сейчас на возвышении.

Я делаю шаг назад. Потом еще один. Все внимание направлено вперед, на сцену. Никто не замечает моего медленного отступления.

Пять шагов.

Позади меня колонна, отделяющая выступ в стене, где размещаются технические панели. Склоняю голову, будто поправляю прядь волос. Отступаю.Ныряю в тень.

Скольжу одним быстрым движением. Просто за секунду исчезаю.

Дрожит сердце. И не только оно – трясется все тело. Но я не останавливаюсь.

Разворачиваюсь и вижу перед собой узкий люк аварийной вентиляции. Словно его специально тут разместили. На всякий случай! Вдруг кто-то захочет сбежать с собственной церемонии распределения. Благодарю судьбу за таких предусмотрительных строителей академии.

Люк открывается от легкого нажатия.

– Простите, уважаемые руководители всяких корпораций! – про себя горячо извиняюсь перед собравшимися в зале потенциальными работодателями. Легко ныряю внутрь. – Но у меня другие планы. Не до вас!

*******

Дорогие наши читательницы!

Приглашаем вас в свою новинку

"Их желанная добыча"

АННОТАЦИЯ

Я оказалась в руках трёх космических воинов! А надо-то было просто случайно активировать настоящий боевой корабль в городском парке аттракционов.

Вдобавок ко всему они решили, что я не только шпион и причина всех их бед, но и желанная добыча!

В книге есть:

🔥 Обжигающие сцены, после которых нужен огнетушитель🔥

🔥Три опасных, но оооочень привлекательных космо-воина🔥

🔥🔥Обязательный хэппи энд🔥🔥

НАЧАЛО ИСТОРИИ ТУТ: https://litnet.com/shrt/omz3

Глава 2

Вентиляционный туннель узкий, и воздух в нем пахнет железом и чем-то горьким — может, пылью, может, свободой. Я ползу быстро, не оглядываясь. Каждый вдох дается с трудом, пробивается сквозь бешеный ритм сердца. Дышу часто-часто, но неглубоко. Словно кросс пробежала.

Каждое движение отдается гулом в металлических стенках. Нарядное платье, что вручил мне с утра мой опекун, цепляется за какой-то очередной выступ и рвется с треском.

Не обращаю на это внимания. Надеюсь, опекун поймет. Да и вряд ли он будет проверять уцелело ли мое платье после церемонии распределения.

Я не знаю, сколько времени проходит – может, минута, может, вечность – пока я не вижу тусклое голубое сияние: технический коридор нижнего уровня. Почти никто сюда не заходит. Службы используют его только при аварийной разгрузке или когда кто-то хочет воспользоваться черным ходом.

Я сгибаюсь и, как змея, скольжу к выходу. Смотрю в щель, чтобы проверить – можно ли выбираться наружу.

Убеждаюсь, что нет никого. Открываю люк, выныриваю из него. Приземляюсь на ноги. Выпрямляюсь, вставая, и оглядываю себя расстроенно: от платья остались одни грязные лохмотья.

Жаль! Красивое оно было. А сейчас – просто разодрано в клочья. Но мне некогда горевать.

Хорошо, что под платьем у меня спортивное белье. Одним рывком избавляюсь от лохмотьев. Швыряю их в угол. И бегу.

Бесконечно длинный проход, и я несусь по нему, будто меня подгоняют все монстры пространственно-временных аномалий, что гонятся за мной по пятам.

Мне нужно попасть к грузовому лифту. Потом метнуться в свою комнату. Одеться. И – бежать с кампуса.

Мне нужно выиграть для себя немного времени. Так что от скорости моих ног сейчас зависит моя судьба.

И я бегу. Внутри словно сжатая до предела пружина, все напряжено и звенит. Лечу изо всех сил на пределе возможностей. И… влетаю в поворот. Резко. На всей скорости.

Натыкаюсь со всего размаха на что-то. Верней, на кого-то.

Словно на каменную стену налетаю. Меня отбрасывает отдачей назад. Уже готовлюсь рухнуть вниз, на свою пятую точку.

Но неожиданно меня ловят крепкие руки. Мгновенно прижимают к себе, не давая даже покачнуться. В мое ухо долбит спокойное, глубокое биение сердца. Равномерные удары. Бум-бум-бум.

Я цепенею. Поднимаю глаза. И натыкаюсь на темный взгляд. Мужчина слегка улыбается мне краешком губ, в глазах дьявольские искры отплясывают какой-то лихой танец, когда он хрипло произносит, не отпуская меня ни на миллиметр от себя:

– Вот это да! Знал бы, что тут так встречают, давно бы приехал.

С этими словами он быстро наклоняется к моему лицу и впивается поцелуем в мои губы. Целует не торопясь, словно у нас с ним целая вечность впереди на поцелуй. Осторожно раздвигает мои губы своими, выманивает мой язык.

Я только всплеском адреналина от побега с распределения могу себе объяснить то, что со мной происходит.

Голова кружится, тело слабеет и обмякает в его руках. Мне хочется, чтобы он целовал меня вечно! Это совсем не похоже на поцелуи моего однокурсника, с которым мы пробовали встречаться. Это вообще не на что не похоже.

Из груди стон вырывается. И я не знаю, чем бы мог закончится этот поцелуй с незнакомцем, но вдруг я слышу ироничный мужской голос:

– Ты всех девушек в Академии будешь целовать?

Мужчина нехотя отрывается от меня, с жадностью смотрит на мои губы. Словно хочет снова накинуться. Хрипло отвечает с усмешкой:

– Я никогда не отказываюсь от того, что само идет в руки. Ты бы тоже не отказался!

Я вздрагиваю в его руках. Испуганно кошусь на обладателя красивого голоса.

Их двое! Я сразу и не заметила, погрузившись в сладкий морок поцелуя. Представляю, как я со стороны выгляжу: в белом хлопковом белье я будто тону в объятьях огромного мужчины в черном костюме.

Только сейчас я будто в себя прихожу, мои глаза расширяются в ужасе. Что я творю? Вероятно, это мои сверх-высокие показатели эмпата, похоже, сыграли со мной плохую шутку. Другого объяснения этому нет.

Делаю попытку вырваться из стального захвата. Упираюсь в мощную грудь ладошками. НО это все равно что скалу пытаться пальцем сдвинуть. Наверняка скала на месте останется, а палец сломаешь. Сдаюсь. Замираю в его руках.

Прямо в глаза его смотрю. Его глаза – золотисто-медовые, смотрят так, что сердце заходится в безумной пляске.

Он улыбается уголком губ, и в этой улыбке я чувствую больше опасности, чем в любом из тренировочных симуляторов академии.

— Кто за тобой гонится, землянка? — спрашивает он низким, слегка заинтригованным голосом.

— Простите! — выдыхаю я, делая слабую попытку вырваться, — Я… я просто ищу выход. Я заблудилась.

— Заблудилась? — усмехается тот, кто держит меня. — В техническом секторе? На нижнем уровне?

В голове мысли складываются наконец в одну картину. Скорей всего, это представители какой-то из корпораций. Пришли по наши души. Идея приходит молниеносно:

– Вы, наверное, прибыли на распределение талантливых учеников. Оно на третьем уровне. – Стараюсь сделать озабоченное лицо. И честный взгляд. – Если поторопитесь, то может быть, успеете к последним лотам.

Меня чуть не передергивает от собственных слов. Но, похоже, слова достигают цели. Плотное кольцо рук, прижимающих меня к себе, ослабевает.

Второй мужчина деловито произносит:

–– Она права, Лой! Идем!

Глава 3

Глава 3

Я стою в полумраке пустого коридора, смотрю на пустоту перед собой, не смею оборачиваться на удаляющихся мужчин.

А вот они явно оборачиваются! Я чувствую их взгляды своей напряженной спиной, когда делаю первые робкие шаги прочь от места нашего столкновения.

Чувствую, как меня потряхивает. Ладошки влажные, дыхание никак не может прийти в норму. Поцелуй… поцелуй до сих пор горит на губах, как электрический разряд. Щиплет губы, жжет.

Беру себя в руки и ускоряюсь.

Бегом поднимаюсь на свой этаж. Никто не следует за мной. Удивительно! Академия явно не ожидала, что одна из лучших учениц будет вот так тайно, удирать со “священной” церемонии распределения через вентиляцию.

Комната пуста. Моя соседка, наверное, все еще на распределении, и, может быть, уже подписывает контракт с каким-нибудь "Пси-Кортексом" или "НейроСинтеком" или еще кем-то.

Я кидаюсь к шкафу, достаю заранее приготовленную одежду: черные брюки, плотный жакет, простая белая рубашка. Собранно. Минималистично. Все, как я люблю. Все, как требует “Астерион”

— Ну что, Аня, — шепчу я себе. — Остался только один шаг.

В этот момент за спиной раздается шорох разъезжающихся в разные стороны лепестков двери.

— Ты что, серьезно ушла с церемонии? — на пороге появляется Лика. Та самая, что уверяла меня про десятое небо.

Я не сразу отвечаю. Знаю: это еще не конец допроса с пристрастием от соседки по комнате:

— Ну ты даешь! Как тебе вообще это удалось? Только что рядом стояла, и хоп! Нету! Все думали, ты в туалет убежала. Ждали. Потом переполох такой поднялся. Потом объявили, что “лот номер один” внезапно снят с аукциона. Сказали — “по техническим причинам”. Но я-то знаю! Это ты! Это была ты! Лот номер один! Невероятно!

Я усмехаюсь краешком губ, тихо произношу:

— Я не собиралась быть ничьим "лотом".

У подпруги глаза расширяются до размера плошек:

— И что, ты просто… ушла? Неужели ты не хочешь контракт? Это ведь золотое дно! – Еще немного и она заговорит фразами из рекламных буклетов о приеме на работу выпускников Академии.

— Ага. – Морщусь от ее воодушевления, которое я не могу разделить.

— Ради чего? – кажется, подруга готова потерять дар речи.

— Ради “Астериона”

Она моргает.

— Серьезно? Говорят, что они же не участвуют в распределении. Слишком крутые даже для лучших выпускников лучшей Академии Галактики. – Лика делает огромные глаза. – У них свой отбор. Сумасшедший.

— Знаю. — вздыхаю я.

Она права. Но я уже отправила им все данные. Мое резюме, результаты тестов. Я – лучшая выпускница курса. У меня уникальный пси-профиль.

Они не смогут отказаться. Не должны!

Я хмурюсь, даже не желая думать о том, что будет, если они откажутся. В любом случае, я готова на все, чтобы меня приняли на работу именно в эту корпорацию.

Абсолютно на все!

Коридоры Академии кажутся длиннее, чем обычно, когда я выхожу и шагаю прочь из своей комнаты на кампусе. У меня не так много времени, чтобы улизнуть незамеченной. Если Лика уже вернулась в комнату, значит распределение уже вот-вот закончится.

Мысленно подбадриваю себя: Я все делаю правильно! Вся моя учеба, все мои невероятные результаты, которых я достигла, все мои навыки, что я развивала с каждым днем, – все это направлено только на то, чтобы однажды я оказалась внутри “Астериона”, и как можно ближе к его загадочным боссам.

И вот это время пришло.

Мой опекун столько раз рассказывал мне, кто виноват в смерти моих родителей, что, кажется, этот рассказ отпечатался в моей ДНК. Теперь у меня одна цель – отомстить за гибель моих родных!

В ушах звучит голос моего опекуна, как он всегда почти дословно повторял мне раз за разом:

“Астерион – крупнейшая галактическая корпорация, специализирующаяся на разведке и добыче редких и редчайших ресурсов из пространственно-временных аномалий, а также дальних систем. Земля-1 была признана планетой дальней системы, непригодной для жизни.

Но, когда разведывательные экипажи высадились на планете, выяснилось, что планета населена. И, более того, ее население не хочет делиться своими ресурсами. Они были нужны самим землянам. Об этом разведывательные миссии и доложили руководству корпорации.

Боссы отдали приказ осуществить вывоз ресурсов, а для подавления несогласных отправили боевые корабли. Твои родители погибли столкновениях с бойцами Астериона. Тебя саму удалось спасти гуманитарной миссии галактической лиги.

Они не просто добывают ресурсы, Аня! – Голос опекуна звучит внутри меня словно я слышу его в реальности, – Они забирают жизни. Помни, кто виноват в смерти твоих родителей. Помни, ради чего ты живешь!"

И я помню. Я попаду в “Астерион”, доберусь до его боссов чего бы мне это не стоило.

Я отомщу!

Визуалы

Дорогие читатели!

Приветствую всех в своей новой истории

"МОИ ОПАСНЫЕ БОССЫ"

Вот примерно так я себе представляю нашу главную героиню Аню в выпускном платье.

Лазить по вент шахтам в таком – так себе решение! Но на что только не пойдешь ради своей цели!

***

И по традиции напоминаю вам, что ваши лайки и добавления книги в библиотеку – это топливо для нашей с музом активности-продуктивности.

Стрелочками показала, куда жать, чтобы поставить книге лайк, подписаться на обновления на моей странице и добавить книгу в библиотеку

Ну что? в добрый путь! Помчали!!!

Глава 4

Иду быстрым шагом. Кампус академии за спиной остается. Изо всех сил стараюсь не сорваться на бег.

Я должна быть похожа на беззаботную выпускницу Академии, что подписала контракт и торопится отбыть поскорей в своему месту работы или, напротив, надеется, улизнуть на недельку – другую на какую-нибудь райскую планету “все для вашего отдыха”.

Вот я и изображаю из себя расслабленную и довольную жизнью девушку.

Но внутри – меня штормит на все двенадцать баллов. Внутренности скручиваются в тугой узел с каждым шагом все сильней.

Я готовилась к этому дню все последние годы. Но почему же так страшно, аж до тошноты и трясущихся коленок? Все внутри сжато до предела, как пружина: страх, злость, отчаяние, тревога – все перемешалось в какой-то дикий коктейль, от которого хочется выть.

Но вместо этого я иду с гордо поднятой головой и легкой улыбкой на лице.

Не оглядываюсь. И даже, кажется, не дышу.

Сердце ухает так, что во всем теле, даже в кончиках пальцев отдаются его глухие частые удары. В ушах шумит.

Но я упрямо иду вперед. До космопорта от кампуса академии недалеко совсем. А в космопорте все уже совсем легко.

Шаттл "Астериона" должен быть уже на платформе. Я проверяла. Расписание в памяти. В голове – план. Простенький, но четкий: добежать, купить билет, добраться до “Астериона” и устроиться на работу.

Согласна: план не очень-то и четкий. Как мне проникнуть в корпорацию, да еще убедить их взять меня на работу – я пока не придумала. Да и нереально это. Корпорация хранит свои секреты как зеницу ока. Никто никогда не видел объявлений о приеме на работу в “Астерион”.

Говорят, что они сами находят тех, кто им нужен. И делают такие предложения, от которых нельзя отказаться.

В общем, пока я решаю, что буду решать проблемы по мере их поступления. Сейчас у меня по плану – сесть в Шаттл и добраться к Астериону.

А там … Там – посмотрим! Снова мысленно в голове прокручиваю свою мантру про то, что они просто обязаны меня взять. Потому что я – лучшая ученица, потому что у меня высочайший пси и эмпат-потенциал. Потому что другого плана у меня нет.

Я влетаю в главный холл космопорта. Сжимаю вспотевшие ладони в кулаки.

Пальцы дрожат, когда я подношу руку к терминалу. Следующий шаттл к Астэрионуотходит через девятнадцать минут. Я успеваю. Если все сложится, если успею оплатить билет, если не поймают…

Терминал приветливо моргает, система сканирует мой значок выпускника и …тут же вспыхивает красным.

“Доступ заблокирован. Ваша учетная запись ограничена в связи с нарушением протокола распределения выпускников”

— Нет… — Я шепчу это, как молитву. — Пожалуйста, нет!…

Руки леденеют. Холод моментально перебрасывается на все тело. Я вся в лед превращаюсь. Только сердце внутри трепыхается раненной птицей.

Улавливаю краем глаза какое-то движение за собой. Резко оглядываюсь — и понимаю, что поздно.

Ко мне приближаются боты в форме. Без спецэффектов, без лишней показухи. Просто идут, не сводят с меня своих зрительных анализаторов.

Беспомощно оглядываюсь по сторонам и понимаю, что бежать – невозможно. Они со всех сторон меня окружают. Будто я – особо опасная преступница в галактическом розыске.

Один из них снимает пси-браслет с пояса. Я знаю, что это значит. Знаю, как он действует. Пока мои знания только теоретические, но, похоже, сейчас они превратятся в практические. После его активации я перестану чувствовать абсолютно все – даже саму себя.

Один из ботов, приблизившись, обращается ко мне:

–– Добрый день, Анна! Вам придется пройти с нами.

–– Это какая-то ошибка! – спорю я.

–– Вы нарушили постановление о проведении аукциона ….

Перебиваю его нетерпеливо:

–– Но я ничего не нарушала! Я не обязана принимать участие в аукционе! –– голос предательски дрожит, срывается. Внутри меня все клокочет от несправедливости.

Оглядываюсь по сторонам. Вокруг по-прежнему кипит жизнь, никому нет дела до Землянки, стоящей в окружении ботов охраны порядка. Никто не броситься мне на помощь. Вздыхаю. В горле ком разрастается от обиды, мешает дышать.

— Все курсанты Академии обязаны подчиняться решению попечительского совета и ректората Академии, — произносит он ровным, безэмоциональным голосом . — А вы не явились на сцену после объявления. Ставки уже были сделаны. Ваше отсутствие расценено как срыв контракта.

— Я не вещь! — Я отступаю на шаг, спина упирается в колонну. — Я человек! Я не обязана продавать себя!

Только спорить с ботами бесполезно. В них вшита программа подчинения приказам. Сейчас приказ – поймать меня. Мои доводы их не волнуют. Они просто доставят меня для разбирательств и пойдут выполнять следующий приказ.

Пси-браслет защелкивается на запястье. Секунда — и все замирает. Моя способности, все ощущения, исчезают будто кто-то выдернул кабель из системы.

Щёлк – и все.

Даже дышать становится трудно, будто на грудь давит огромная тяжелая плита.

– Следуйте за мной! – чеканит приказ один из ботов. Разворачивается на сто восемьдесят градусов и быстро идет, уверенный, что я выполню приказ.

Глава 5

Меня ведут по коридору. Пси-браслет сжимает запястье тугим, холодным кольцом. Но ощущение, будто сжимает горло.

С каждым шагом становится все труднее дышать. Я словно глохну внутри себя.

Мир становится плоским, выцветшим, будто кто-то выкрутил настройки реальности на минимум.

Шаг. Еще один. И еще следом много-много...

Голова гудит, под ногами будто болотные топи, а не пол: ноги двигаются с трудом, словно вязнут.

Меня не покидает ощущение, что меня ведут в пасть какого-то огромного зверя, который готов меня с легкостью сожрать на обед.

Нет, боты–охранники не грубят и не толкают. Они предельно внимательны и вежливы. Но только сбежать не дадут. И со своей приклеенной улыбкой запросто сломают мне шею при попытке побега.

Даже пробовать не хочется.

Двери кабинета ректора разъезжаются в стороны с шипением, пропуская меня внутрь. Мои конвоиры отщелкивают пси-браслет, а сами остаются за дверью. Внутри кабинета они больше не нужны. Выполнили свою функцию. Сейчас за меня возьмутся другие.

Стараюсь напустить на себя максимально невинный вид. Шагаю внутрь.

Оглядываюсь, замирая в распахнутых дверях.. Внутри кабинета – мягкий свет, дорогая отделка, полупрозрачные панели, настоящие книги в нишах и… тишина.

Наконец, я делаю первый шаг, но мне сразу хочется уйти, а еще лучше –исчезнуть, просто рассыпаться на атомы, а потом собраться обратно. Где-то нибудь в другой галактике.

Я боюсь до противного звона в висках.

В кабинете пахнет властью. Настоящей. Спокойной, непоколебимой, уверенной в своем праве.

Мне приходится сделать несколько шагов вперед. И замереть, почтительно склонив голову.

Ректор сидит за столом. Его я знаю. Сухой, точный, собранный. Человек, чьи слова режут не громкостью, а формулировками. Сейчас он зол, я вижу как перекошено его лицо, и это мне не обещает ничего хорошего.

Слева от него – кто-то из попечительского совета Академии. Держится безучастно-отстраненно и смотрит на все свысока, считает себя богом. Он даже не смотрит на меня – листает какие-то документы на голографической панели, как будто решает судьбу очередного бюджетного проекта, а не живого человека. Я ему совсем не интересна.

Но я замечаю еще и третьего.

Он не похож ни на ректора, ни на чиновника из попечительского совета. Смотрится здесь чужим.

Но, судя по его, расслабленно-незаинтересованному виду власть двух других присутствующих в кабинете мужчин – мало его трогает. Да и вся ситуация, похоже, что лишь забавляет.

Он сидит чуть в стороне, в мягком кресле у стены. Откинувшись на спинку, нога за ногу, пальцы сцеплены в замок, локти на подлокотниках, словно ему скучно. Он выглядит так, как если бы пришел на спектакль и .... разочарован. Ждал большего от режиссера. Еще немного – и он поднимется с места и покинет шоу.

Но пока он заинтересован. Самую малость. С любопытсвом смотрит на меня, будто ждет, на что я способна, и как я буду объяснять свою выходку.