Недотрога и космодесант

Прихожу в себя от резкого удара, будто кто-то схватил меня как слепого котенка, выдернул из темноты и с силой бросил на камни.

Мир вокруг — качается, дрожит, трещит, как готовое разлететься на мелкие осколки огромное стекло.

Я не могу понять где я, и что вообще происходит. В голове все заполняется паникой, которая мешает соображать. В глазах потемнело от удара.

Тело бросает в жар и сразу же резко – в леденящий холод. Никак не могу прийти в себя.

“Капсула!” – мелькает догадка. Неужели я снова в капсуле?! Нет-нет, пожалуйста, только не это!

В ужасе распахиваю глаза, и понимаю, что нет, пронесло, и это не капсула. Больше похоже на небольшую кабину летательного аппарата.

Уфф, ну хоть какие-то хорошие новости на сегодня!

Хотя, когда весь мир рушится вокруг, какая уже разница – заперта я в капсуле или нет.

Перед глазами рассеивается туман, я начинаю различать очертания предметов вокруг. Пытаюсь оглядеться вокруг.

Небольшая каюта, стального цвета. Но за пультом управления, мигающем огнями, никого нет. Перед лобовым стеклом рисуют трассирующие траектории искры. Кабина потихоньку наполняется запахом гари и серым дымом.

Кабина выглядит словно пострадала при столкновении. Может, в нас врезался метеорит? Лобовое стекло цело, хоть по нему сетчатой паутиной расползаются трещины.

Пытаюсь встать, но не могу. Ногу придавливает отваливашаяся откуда-то панель, которая продолжает мигать огнями. Искрит от натянутых и рвущихся с шипением электропроводов. Тусклые синие огоньки бегут по ней в беспорядке.

Воздух густой, тёплый и с каждым мгновением становится жарче. Я пытаюсь вдохнуть и кашляю — как будто кислород здесь не совсем кислород. Обжигает легкие.

Я бы хотела думать, что я сплю и вижу кошмар, но.. мне слишком больно, чтобы это был сон.

А еще страшно. Сердце гулкими ударами колотится о ребра, словно хочет проломить их и вырваться наружу, сбежать, раз уж его хозяйка застряла тут, придавленная искрящей проводкой панелью.

Голова раскалывается, ощупываю ее аккуратно. Так и есть: на затылке вспухает шишка.

— Нет, нет, нет… — мой голос дрожит.

Я подношу руку к лицу, с трудом фокусирую взгляд. На пальцах видны следы крови. Руки трясутся. Сердце бьётся где-то в горле.

На мне странный тонкий комбинезон, из материалов, которых я никогда не видела. Он светится в нескольких местах — тусклым сероватым светом. Обтягивает мою фигуру словно вторая кожа.

Прикрываю глаза, силясь понять, что происходит? Где я?

Но вместо ответа в тот же миг каюту нещадно трясет. Что-то происходит с этим чертовым кораблем! Почему он падает?

Меня резко швыряет вбок, плечо с силой бьется о стенку каюты.

Освещение в каюте гаснет, и она погружается в мрак. Я истошно кричу — от страха и отчаяния. Оглушаю сама себя. Сердце разогналось до запредельных скоростей, стало огромным и горячим. Обдает меня жаром изнутри. Каждый его удар, как взбесившийся метроном – отсчитывает мгновенья до моей гибели слишком быстро.

— Эй! Кто-нибудь! — кричу я, а кабина трясется все сильнее.

Вокруг меня завывает. Первую секунду, мне кажется, что это ветер, но нет. Это звук сирен, разлетающийся эхом по всему кораблю.

Что-то внутри меня холодеет: мы падаем. Эта чертова штуковина, названия которой я не знаю, летит кубарем вниз, потеряв всякое управление.

— Нет! — Я начинаю бить по стеклянной панели перед собой, ногтями скрести по металлу. — Выпустите меня! Выпустите меня отсюда! Я не хочу умирать!

В ответ — никакого звука, кроме тревожного воя сирены. Стараюсь спихнуть с себя, прижавшую меня к полу панель, но не тут-то было! Она просто неподъемная.

В отчаянии стучу кулаками по полу. Из глаз брызжут слезы.

Прикрываю глаза, смирившись с тем, что жить, судя по всему, мне осталось немного. И в шоке распахиваю их, неожиданно почувствовав, что нога больше ничем не придавлена.

Крик застревает в моем горле. Я вздрагиваю и сжимаюсь, старюсь забиться подальше в угол. Надо мной возвышается тот, кто меня похитил, подчинил себе мою волю.

Он держит в руках обломки панели, что придавливала мою ногу. Презрительно сверлит меня взглядом.

В моих глазах паника и ужас. Мне хочется кричать и плакать от бессилия. Ну почему всегда со мной так? Лучше бы я осталась придавленной панелями каюты космического корабля, чем снова попасть в руки к своему похитителю.

Мое дыхание сбивается. Я вжимаюсь спиной в стену капсулы и больше не могу сдерживаться: слезы текут по лицу сами собой. Страх вцепляется в меня, парализуя.

Я одна.

Наедине с похитителем.

И наш корабль терпит бедствие.

*******************

Дорогие читатели! У меня стартовала новая книга

Отчаянные ситуации требуют от женщин отчаянных мер. Мой отец разорен и требует от меня выйти замуж, чтобы поправить свои дела. Лучшее, что я смогла придумать - это сбежать от навязанного жениха и... стать личной помощницей орка. Очень личной!

Вас будут ждать:

💚Нежная, но решительная героиня💙

💚Настоящий мужчина, хоть и орк💙

💚Приключения и опасности💙

💚Любовь и нежность СТРОГО 18+!!!💙

💚ОБЯЗАТЕЛЬНЫЙ ХЭ💙

Читать по ссылке: https://litnet.com/shrt/MWCL

Глава 2

Глава 2

Вокруг все гремит, трещит, меня снова швыряет из стороны в сторону, впрочем, как и моего похитителя. Воздух вибрирует, словно вот-вот взорвется. Корабль летит в тартарары, потеряв управление.

“Это конец!” – успеваю подумать я обреченно, прежде чем все погружается в темноту.

Я прихожу в себя и с трудом открываю глаза. Понятия не имею, сколько я была без сознания. Корабль больше не трясет. Но и в лобовое стекло больше не видно неба и звезд. Оно упирается во что-то темное. Свет едва проникает в каюту, лампы аварийного освещения тоже разбиты, и больше не мигают.

Голова болит, дыхание сбивается. Воздух пропитан чем-то горько-металлическим, как запах ржавчины.

Все вокруг последствия крушения – разрушенные панели, искры, пыль, какие-то светящиеся осколки. Я лежу на холодном, треснувшем полу, который кажется вот-вот проломится. Пытаюсь подняться, но тело отказывается слушаться.

Сбоку доносится глухой стон. Я поворачиваю голову и вижу своего похитителя.

Он пытается подняться, шлем на нем треснул, но все еще держится. Его массивная фигура выглядит внушительно даже под обломками, но я замечаю, как он едва двигается, будто сам на грани.

–– Где мы? — Шепчу я, не ожидая ответа.

Он резко поворачивает голову в мою сторону. Его глаза блестят за треснувшим забралом, и я замираю. На секунду мне кажется, что он сейчас что-то сделает, нападет – с такой нескрываемой ненавистью он на меня смотрит, словно я – единственная причина всех его бед. Но вместо этого он отворачивается и, тяжело поднявшись, начинает осматривать обломки вокруг нас.

— Ты можешь называть меня "гран Хроопс", если хочешь обратиться ко мне, — бросает он, не оборачиваясь. Его голос глубокий, скрипучий, от которой по коже пробегает дрожь, раздается словно внутри меня.

— Гран... что? — я морщусь, пока пытаюсь встать на ноги, держась за остатки стены.

— Хроопс. — Он произносит это так, будто мне уже повезло, что он соизволил сообщить мне свое имя. — Но лучше не говори ничего. Это только отвлекает.

— А если я вообще не хочу с тобой говорить? — Огрызаюсь я, хотя внутри все еще трясусь от страха.

Он не отвечает, продолжает копаться в обломках, которые еще совсем недавно были летательным аппаратом, гордо рассекающим космос.

Минут десять я наблюдаю, как он что-то делает с остатками панели управления. Ему явно не нравится, что он видит. Его движения становятся все резче, удары по корпусу громче. Наконец он оборачивается ко мне:

— Корабль уничтожен. Починить его невозможно. Ты этого хотела, глупая человечка? – выплевывает он оскорбление.

Я? Хотела? Пытаюсь найти в памяти хоть какие-то зацепки, но пока в голове – полнейший хаос, приправленный ударной дозой паники. Так что я могу только спросить у своего похитителя:

— То есть мы здесь застряли?

Он смотрит на меня, как мне кажется, удивленно, будто поражается, что у меня есть голос, и я могу говорить.

— Временно. — Он говорит это с такой уверенностью, словно у него есть какой-то план.

— Что теперь?

Он смотрит на меня так, будто я только что спросила что-то совсем глупое. Но тем нее менее отвечает сквозь зубы:

— Теперь мы идем. Вперед.

Я открываю рот, чтобы возразить, или задать еще пару десятков вопросос, но осекаюсь. Что еще мне остается? Сказать ему, что я останусь здесь, на этом куске горящего металла, пока кто-нибудь не придет и не спасет меня от него?

Когда мы выбираемся из-под обломков, меня на секунду ослепляет свет. Здесь два солнца — одно багровое, другое оранжевое. Все вокруг окрашено в странные оттенки: фиолетовые пески, черные деревья с ярко-зелеными листьями, что будто светятся изнутри. В небе мелькают огромные силуэты, похожие на птиц, но слишком большие для этого. Но я могу дышать, и это добавляет толику оптимизма.

— Где мы? — шокированно повторяю я свой главный вопрос, хотя и не жду на него ответа.

— Планета не обозначена на карте. Вероятно, зона вне контроля. Скорей всего, теневой сектор, – отвечает он механически, словно сам с собой разговаривает.

Его слова меня не успокаивают. Я оглядываюсь: пейзаж странный, нереальный. Всё будто искривлено. Деревья извиваются, словно задумали завязаться в узлы друг с другом. А песок… я не уверена, что это песок. Он слишком мягкий, липкий, как грязь, но сухой на ощупь.

— Куда мы направляемся? — Шепчу я, но он снова меня игнорирует.

Мы начинаем двигаться. Он идёт впереди, его тяжелая фигура словно прорубает путь сквозь этот чужой мир. Я плетусь за ним, стараясь держаться подальше от деревьев, которые как будто шевелятся, если смотреть на них боковым зрением.

— Это… не может быть опасно? — пытаюсь спросить я, но Хроопс просто двигается дальше. Молча. Демонстративно меня игнорируя.

Но вдруг неожиданно останавливается и с ненавистью цедит:

— Здесь все опасно! Особенно для тебя, человечка! Держись ближе ко мне, если не планируешь стать чьим-то обедом.

Его слова звучат как приговор, и я понимаю: у меня нет выхода. Хочу я того или нет – мне придется держаться его.

Я не знаю, сколько мы уже идем. Местные Солнца не заходят за горизонт, просто иногда меняются местами, – или мне это кажется. Вероятно, скорость вращения этой неизвестной планеты в сотни раз ниже, чем у моей родной …Земли?

Упоминание о Земле, неожиданно срабатывают словно ключик к моим запертым воспоминаниям. Словно прорвав плотину, память разом обрушивается на меня. Толщей воды топит меня, накрывает с головой. Я даже на месте останавливаюсь, чем вызываю недовольство Хроопса.

Он скрипучим голосом трещит, не оглядываясь:

– Не отставать! – и добавляет зло: – Никчемная человечка!

Так и подмывает спросить у него, если я такая никчемная, зачем ты похитил меня повторно? Но я, конечно, не спрашиваю, а просто продолжаю автоматически переставлять ноги, одновременно в памяти прокручивая вдруг обнажившиеся воспоминания.

Они как ниточка должны меня вывести к пониманию, где я и что случилось. По крайней мере, я в это верю.

Словно разом с памяти стряхивают пыльную завесу, и я вспоминаю ВСЕ!

Визуалы. Похитители

Девочки! Приветствую вас в своей новинке!

Начну по порядку знакомить с героями книги. И начнем необычно)) с антигероев. Больно уж они красочные получились. Вот как-то так выглядит наш Гран Хроопс без скафандра и в скафандре (комбинезоне)

Про дырочку в правом боку было много вариантов)))

Девочки! Мы с моими пришельцами и героиней рассчитываем, что наша история придется вам по вкусу. Напоминаю, как можно добавить книгу в библиотеку и поставить звездочку, а а также подписаться на мою страничку!))

Будет горячо! Будет нежно и волнительно! Покатаемся как обычно на качелях эмоций))

Мы с Музом будем стараться изо всех сил

Глава 3

Вероятно несколько дней назад ...

Всегда считала себя невезучей.

Провалить экзамен из-за дождя, попасть под увольнение за неделю до повышения — запросто!

Уверена, что даже, если бы я выиграла в лотерею, то точно потеряла бы лотерейный билет или опоздала на вручение призов!

Я знаю, что моя невезучесть — не просто шутка. Это настоящая, стопроцентная, проверенная законом подлости черта моего характера.

Любая техника выходит из строя, стоит мне только на нее посмотреть, а если уж прикоснуться – то вообще катастрофа! Лифты застревают, когда я в них захожу. Автобусы ломаются посреди дороги, если я в них еду. Даже банальный тостер в офисе устраивает фейерверк, если я решаю приготовить себе бутерброд.

Но… похищение инопланетянами? Это новый уровень!

Я ведь просто иду к дому после сложного дня. Хотя последние дни у меня, честно сказать, все сложные. После того, как я узнала о том, что мой парень изменяет мне с моей лучшей подругой, кажется, я никогда уже не научусь снова доверять людям и радоваться жизни. Пережить двойное предательство не так-то просто, особенно учитывая, что Дима никогда не нравился моей подруге, и она уговаривала меня его бросить. А Дима терпеть Дашу не мог!

Автобус, на котором я еду, конечно же ломается, и я просто иду пешком, не замечая ничего вокруг, в который раз прокручивая в голове события последних дней и полностью погрузившись в свои мысли. Выводы напрашиваются неутешительные – с работы вот-вот уволят, а если не уволят, то я и сама уйду! Босс требует переспать с ним. Самые близкие люди – мой парень, с которым мы планировали пожениться, и подруга, которую я знаю с детства, – предали! Денег у меня хватит на месяц, если не меньше. И что мне делать дальше со всем этим – совершенно не понятно.

Карусель мыслей крутится, отвлекая меня от окружающего мира, и я, сама не замечаю, как оказываюсь в незнакомом районе.

Растерянно оглядываюсь по сторонам, но ничего знакомого не вижу. Серые дома, невзрачные тротуары, неровные ряды гаражей. Вздыхаю, лезу в сумку за телефоном, достаю, но экран подло гаснет в моих руках. Просто так, без предупреждений, а я ведь точно помню, что зарядка была полной!

И тут меня ослепляет свет. Я замечаю его боковым зрением — резкий, синий, пробивающийся сквозь облака. Вокруг все окутывает странная темнота, прерываемая только этим синим свечением, которое стало ярче. Но самое странное во всем происходящем это, что, кажется, кроме меня, больше никто не замечает ничего странного: куда-то спешат машины, идут люди. Словно они – тоже актеры в этом кино, одна я – случайно оказалась на съемочной площадке.

Оглядываюсь, ожидая окрика персонала: “Откуда вы тут взялись? Покиньте место съемки!”, но вместо этого свет окутывает меня полностью, как вспышка молнии, но без грома.

— Что за… — начинаю я, но договорить не успеваю.

Тело вдруг становится тяжелым, словно меня сдавливает невидимыми тисками. Я не могу пошевелиться. Я чувствую, как меня тянет вверх. Земля уходит из-под ног. Паника захлестывает меня с головой: сердце бьется где-то в горле, руки беспомощно свисают вдоль тела, а ноги почти не касаются поверхности земли.

И тут я вижу ИХ. Они стоят втроем и смотрят прицельно только на меня.

А я… не могу сопротивляться и направляюсь, если так можно выразиться, поскольку я скорей парю в воздухе, чем иду, прямо к ним в лапы.

Мозг отказывается поверить в реальность происходящего.

"Я сплю. Это сон. Это просто странный сон," — пытаюсь убедить я себя, но холодный воздух бьет по лицу, слишком реальный для сна.

Это пришельцы, сомнений нет! Но! … почему я? Я ведь ничем не примечательная. Почему они так смотрят на меня, словно выиграли самый ценный приз во Вселенной?

Я плохо понимаю, как меня доставляют на космический корабль похитителей. Он поражает меня размерами, когда я оказываюсь внутри, и стериально-белой обшивкой панелей, такое чувство, что в попала в огромную операционную в больнице. Пространство, наполнено механическим гулом и чужими вибрирующими голосами.

Похитители каким-то странным прибором разрушают мою одежду. Стоит одному из пришельцев взмахнуть у меня небольшим прибором передо мной, она просто опускается словно тонко нарезанный серпантин к моим ногам, оставляя меня совершенно обнаженной. Но их не волнует моя нагота, они скользят по мне равнодушными взглядами словно работники, просто выполняющие свое важное задание.

Они засовывают мое, не подчиняющееся мне тело, в какую-то штуковину, отдаленно напоминающую слишком громоздкий аппарат МРТ.

Внезапно сильная боль пронзает основание шеи, но у меня словно отняли голос: я открываю рот, чтобы закричать, но звука нет. Рот открывается в немом крике, слезы из глаз текут словно бурный поток. Я абсолютно беспомощно лежу в жужжущем и сверкающем рядами ламп жутком аппарате. КОгда все стихает, металлический запрограммированный голос отчитывается о проделанной работе:

— Чип вживлен. Сканирование завершено. Экземпляр подходит. Цель: сохранение функциональности. Подготовить для транспортировки.

Эти слова пробиваются сквозь туман, опутывающий сознание с каждой секундой все больше. Голос были странным, будто вибрирующими, но… я понимала, что он говорит!

— Операция на низком уровне опасности. Осуществить перенос и консервацию.

Я хочу закричать, но голоса у меня нет. Хочу пошевелиться, убежать — но мое тело больше меня не слушается. Я чувствую, как холодные механические руки прикасаются к моему телу, меня просто переставляют с места на место, как предмет мебели, готовят к транспортировке.

— Ценная особь. Отличный экземпляр, — произносит кто-то из моих похитителей, с металлическими нотками в голосе. — Заказчик будет доволен.

"Ценная особь? Экземпляр?!" Это он про меня? Какой еще заказчик? Они что на органы похищают Землянок?

Паника топит меня как под волной жуткого ценами: я не могу кричать, двигаться, ничего не могу! Мозг просто фиксирует, что со мной происходит, а цело больше мне не подчиняется.

— Подготовить к погружению в жидкость. Протокол 8-3-9 активирован.

Ощущаю кожей и натянутыми до предела нервами, как меня осторожно кладут на холодную поверхность, а затем вокруг раздается мягкий всплеск.

Мои мысли начинают уплывать куда-то далеко, в пустоту, тело окончательно цепенеет Последнее, что я слышу, перед тем, как надо мной смыкаются волны жидкости, которой наполнена капсула:

— Не повреди ее. Она слишком важна! Ты видел ее показатели? Отдельно надо будет ее капсулу поставить и маркировать.

Сознание погружается в темноту.

Визуалы

Девочки, мои хорошие! Смотрит, что принесла вам показать!

Знакомьтесь, это наша героиня. Красивая, правда?

А это картинки планеты, на которую Тая попала вместе с Хроопсом (Если кто забыл, это командир корабля похитителей-работорговцев)

Деревьев, правда, не видно. Но мы будем стараться и попробуем их все-таки нарисовать!))

Глава 4

Холод. Все, что я чувствую, – это холод, окружающий меня со всех сторон. Он проникает в каждую клетку моего тела, впивается в кожу, будто длинные иглы пронзает глубоко внутрь. Я открываю глаза и вижу перед собой стеклянную стену.

Вода… или нечто похожее на воду, окружает меня. Я плаваю, словно подвешенная в пустоте. Я даже не знаю, дышу ли я?

Мое обнаженное тело неподвижно. Я хочу пошевелиться, но мышцы будто парализованы. Сердце бьется медленно, тягуче, как будто и оно впитало эту ледяную жидкость, и замерзло, не хочет больше двигаться.

Я стараюсь сосредоточиться, разглядеть что-то за пределами своей капсулы. Но когда мне это, наконец, удается, меня охватывает ужас.

Я вижу длинные ряды капсул, таких же как моя, и в каждой из них – обнаженная женщина, застывшая словно кукла, у которой внезапно сломался заводной механизм. Их тела неподвижны, а глаза открыты, но смотрят они в пустоту.

Кто они? Такие же похищенные, как я? Почему мы здесь? В голове разом взрывается миллион вопросов, на которые нет ответа.

Невыносимый страх простреливает тело высоковольтным ударом электрического тока. Страх сковывает меня сильнее, чем жидкость вокруг. Сводит мышцы судорогой.

Я не знаю, сколько я здесь нахожусь, время больше не имеет значения, потеряло всякий смысл.

Я чувствую только безумный холод и страх. Но постепенно и страх угасает, замороженный жидкостью.

Тишина нарушается только редким писком приборов.

Тем страннее сейчас слышать грохот. Он практически осязаем, я слышу его ушами. Вижу, как он проходит волной, выдергивая из стен обшивку и разрывая прочные кабели, словно тонкие нитки.

Еще я чувствую вибрацию, словно моя капсула находится в самом эпицентре землетрясения: ее мелко-мелко взбалтывает и потом несколько ударных толчков бьют меня словно по пяткам снизу. Жидкость вокруг меня идет качающей волной снизу вверх, Заставляет и мое тело содрогнуться вместе с ней.

Странное дело, но жидкость начинает согреваться, будто рецептом для ее леденящей температуры была именно ее неподвижность.

Я через толщу воды чувствую, как внезапно весь отсек корабля, в котором я нахожусь, содрогается. Свет мигает, затем превращается в ослепительные вспышки, за которыми слышны глухие удары и неясный шум. Освещение отсека внезапно гаснет, и через мгновенье возвращается, но уже в виде резервного: тусклого и мигающего красным.

Мое сердце начинает биться быстрее. Неужели во мне появляется надежда на спасение? Я пытаюсь доказать себе, что это невозможно: кто может спасти нас в космосе, МЧС сюда вряд ли доберется!

Но сердце хочет надеяться и заставляет меня распахивать шире глаза, чтобы увидеть спасителей, как только они появятся в грузовом отсеке, освещенном мигающим красным светом аварийного освещения.

Глаза устают от напряжения, когда я долго вглядываюсь в закрытые двери грузового отсека. Прикрываю веки кажется всего на мгновенье, но когда вновь открываю глаза, то вижу уже кардинально другую картину.

Одна из капсул рядом со мной раскрывается. Жидкость выливается на пол, и тело женщины мягко сползает на руки мужчины в черной броне.

Их трое. Огромные. Их движения быстрые, точные слаженные, будто они – это один организм. Они с легкостью вынимают женщин из капсул и передают их дальше, укладывают на носилки. Солдаты выносят женщин прочь.

Я вижу одного из них — он выше остальных, его голос глухой, вибрирующий, отдает приказ в какое-то устройство, похожее на массивный браслет, на своем запястье:

– Четвертая секция. Забирайте всех.

Они спасают их. Спасают нас! Я даже на миг перестаю чувствовать леденящий холод окружающей меня жидкости от вспыхнувшей ярким светом надежды. Мне становится теплее. Или это вода вокруг меня нагревается?

Я хочу закричать, привлечь их внимание, но мое тело все еще не слушается. Я могу только смотреть, как один за другим они открывают капсулы и выносят тела женщин наружу. Они торопятся, я вижу, но не пропускают ни одной похищенной землянки, движутся методично от одной открытой капсуле к другой.

Мне остается только ждать. Наконец доходит очередь и до меня.

– Здесь еще одна, – произносит кто-то из них, подходя к моей капсуле. Его шлем приближается к стеклу, и я вижу свое отражение в тёмной поверхности.

На секунду наши взгляды скрещиваются, мужчина хмурит брови, словно не ожидал, что я буду смотреть на него.

Он нажимают на панель, привычным и уверенным движением давит кнопки, но… ничего не происходит.

– Не реагирует. – Его голос становится жестче. – Система заклинила.

К нему подходят двое других военных, тоже пытаются ввести разгаданный ими код, с помощью которого они освободили уже всех похищенных. Всех. Кроме меня! Закон подлости и невезения не оставляет меня даже в космосе. Вечно со мной что-нибудь приключается! Даже капсулы космических работорговцев оказываются бессельны перед моим даром ломать всю технику, к которой я прикасаюсь.

Один из десантников, самый высокий, с темными длинными волосами, молча наклоняется и начинает пытаться открыть капсулу вручную. Его движения точные, сильные. Я вижу сколько сил он прикладывает и как бугрятся мышцы на его руках, но результат тот же — стекло остается на месте. А я остаюсь внутри.

– Оставь ее. Мы теряем время, – говорит ему кто-то изза спины. – У нас есть приказ. Уходим. Здесь становится небезопасно!

Но десантник не слушает.

– Нет. – Его голос звучит твердо. – Я открою ее! Или мы ее заберем вместе с капсулой.