Прапорщик Света. Любовь Сатира. Эстетический детектив

Глава I. В офисе

Идея Родиона Марковича арендовать помещение на втором этаже панельной девятиэтажки не показалось бы Зэ совсем плохой, если бы внизу под малогабаритной однокомнатной квартирой, комната и кухня которой, на скорую руку были переделаны в офисные помещения, не располагался бильярдный клуб, совмещенный с известным в городе баром. Казалось, проницаемость перекрытий позволяла звукам беспрепятственно проникать в офис, без потери качества передачи. Громкая музыка и равномерные пощелкивания киями о шары и шарами друг о друга никоим образом не могли отвлечь Родиона Марковича от работы, но он был единственный в конторе, на кого аудио треки не оказывали влияния. Остальные тихо страдали, радуясь возможности в обеденный перерыв выйти в кафе на углу улицы и пообедать в относительной тишине.

Когда Родион Маркович позвал Зэ на работу в свое «Детективное агентство XXI века», как громко и с претензией на новое слово в сфере сыска оно было названо, Зэ удивился, так как не предполагал, что его скромные дедуктивные возможности могут быть востребованы в компании с названием, выдающим даже непосвященному любителю грандиозные амбиции её основателя. Родион Маркович, как шеф агентства, объяснил, что вакансию детектива никто не предлагает, речь идет только о должности личного водителя самого Родиона Марковича.

Зэ внутренне успокоился, хотя не до конца понимал, зачем детективу персональный шофер с автомобилем. Видимо, богатое воображение шефа детективного бюро рисовало картины достойного и торжественного прибытия к парадным подъездам старинных усадьб или только что построенных замков, где всесильные мира сего с нетерпением ожидают Родиона Марковича для раскрытия наглых краж фамильных драгоценностей неблагодарными слугами или таинственных похищений близких родственников неустановленными лицами с целью выкупа, о чём нельзя было по каким-либо причинам сообщать в полицию и действовать обычными путями. Прибытие в таких случаях на автомобиле с собственным шофёром должно было, несомненно, поднять авторитет шефа-детектива на недосягаемую высоту, обеспечить успешное раскрытие преступлений и мощный поток щедрых гонораров.

Пока, однако, заказов от сильных мира сего не поступало, и Зэ часами дремал на уютном диванчике на кухне, используемой одновременно в качестве переговорного помещения. Единственная комната в квартире после ремонта была поделена на две части: приемную и кабинет Родиона Марковича. В приемной сидела Полина, выполняющая секретарские функции, и отвечающая по мобильному телефону Родиона Марковича, создавая, таким образом, видимость великой загруженности детектива делами.

В кладовке, переоборудованной под компьютерный центр – так громко Родион Маркович называл два компьютера с одним принтером – находился тощий с юношескими угрями на щеках и шее программист, по имени Стасик, который, в отсутствие поручений, сутками напролет просиживал за игрой в танчики. Вечерами он звонил маме, тихим голосом сообщал, что у него много работы, после чего, похрустывая чипсами, принимался совершенствоваться в стратегиях ведения войны танковыми колоннами. Когда Зэ было лень ездить домой, он тоже оставался в офисе, мирно подремывая на диване, под звуки танковых выстрелов справа и повторяющихся хитов, и перестука бильярдных шаров снизу.

– Как ты можешь не интересоваться компьютерными играми, – возмущался Стасик, забегая в переговорную поставить чайник для лапши быстрого приготовления. – Ты, человек двадцать первого века, продукт электронной цивилизации?!

– Я тебе уже рассказывал, что не могу отвлекаться на незначительные вещи, так как жду своего исполнения пророчества.

– Ты ждешь исполнения пророчества с таким спокойствием, как будто речь идет об исполнительном листе в твою пользу на крупную сумму с гарантированной выплатой. А вдруг ничего не исполнится?

– Исполнится. Не может не исполнится. В час, когда случится предсказанное, я хочу пребывать в соответствующем расположении духа. Подумай сам, меня зовут в сияющие небеса, а я не закончил проходить уровень в танкетках. Как я буду выглядеть?

– Не в танкетках, а танковых стратегиях, – обиделся Стасик. – И совсем это не «незначительные вещи», как ты выразился. Я знаю случаи, когда ради таких вещей из семьи уходили, жен бросали, причем красивых.

– Я знаю много таких случаев, но это нисколько не повышает ценность игр на металлических ящиках в моих глазах.

– Как ты назвал моего младшего брата? «Металлическим ящиком»?

– Не горячись, Стас, у тебя будет возможность доказать несомненную пользу «младшего брата» для нашего учреждения. Как только у нас появится работа. Пока мы проедаем кредит, взятый Родионом Марковичем в банке, и кроме той старушки, у которой пропал молодой котик возрастом двадцать шесть лет, никто не откликнулся на объявление о наших услугах.

– Ну, хорошо. Но я продолжаю считать, что пребывание на диване – бесполезная трата времени, когда можно умело им воспользоваться и поиграть в короткую игру, например, аркаду или тетрис.

– Если тебе так удобнее, считай, что лёжа на диване я тоже играю в игру.

– Что это за игра?

– Игра называется «По следам любимых литературных героев».

– Ты хочешь повторить подвиг литературного героя? И какого именно?

– Обломова.

Глава II. Странный посетитель

В тот день, когда было суждено начаться необыкновенной истории, время работы, вернее вынужденного безделья, детективного агентства закончилось, Родион Маркович и Полина, попрощавшись, отправились по домам. Зэ дремал на диване, решив заночевать в офисе, чтобы с утра не вставать рано, а Стасик, предвкушая спокойное погружение в хитросплетения любимой игры, уже позвонил маме, сбегал за чипсами, и теперь пристраивался на кресле перед монитором. В его обязанности, как младшего из сотрудников, вменялся уход за единственной рыбкой, плавающей в небольшом аквариуме, называемой золотой, давно потерявшей вместе с частью чешуи свой природный цвет, и хомячком Кузей, деловито копошащегося в подстилке, или занимающегося акробатикой при помощи лапок и зубов на верхней решетке клетки.

На первом этаже горячее время только начиналось. Приуроченное к юбилею бильярдного клуба мероприятие по вручению главного приза победителю годового турнира «Золотой шар» проходило всегда бурно. Завсегдатаи скапливались вокруг столов, кто-то хвастался новыми киями, кто-то рассказывал последние новости. Приглашенные и примкнувшие к ним занимали столики в баре. Не дожидаясь объявления завершения официальной церемонии, начинали употреблять напитки разной крепости и разных оттенков. Синие и зеленые ликеры, сменяли янтарные и пурпурные наливки. Пивные кружки расталкивали бокалы для вина и сиротливо ожидающие своей очереди фужеры для шампанского – шампанским было принято отмечать непосредственный момент вручения приза победителю. Одинокие, и пока нетронутые фужеры стояли пустые, поглядывая на ведерки со льдом, где дымились бутылки из темно-зеленого стекла.

К двум приятелям, уже изрядно потрепавшим своими заказами краны пивных бочек, официант подвел молодого человека невысокого роста и, извинившись, объяснил, что из-за большого наплыва клиентов, свободных столиков не осталось, и если джентльмены не будут возражать, третий свободный стул за столиком он предложит только что пришедшему посетителю.

Друзья не возражали и продолжили обсуждать животрепещущую тему, касающуюся слухов по введению новой наклейки на автомобили для тех, кто перевозит кии и шары на своем авто, наподобие наклейки со знаком «Шипы» или «Инвалид». Один из друзей горячо убеждал собеседника, что вопрос уже согласован в правительстве и на наклейке будет схематическое изображение кия и, как минимум, двух шаров. Второй возражал, считая, что наличие кия у водителя, не угрожает безопасности движения, поэтому можно обойтись и без наклеек.

Молодой человек, брюнет, с копной густых прямых волос, немного раскосыми глаза, что придавало его внешности ложное представление о принадлежности к азиатам, заказав официанту «тоже самое, что у других, за столиком», внимательно прислушивался к разговорам приятелей. Он сидел в шляпе, больше напоминающей котелок начала двадцатого века. Чувствовал, судя по всему, себя комфортно и совершенно не собирался снимать экзотический головной убор.

Когда перед узкоглазым появились две больших кружки пива: темного и светлого, он осторожно, как будто в первый раз, лизнул пену с краешка толстостенного бокала. Глаза его погрузились в глубокую задумчивость. Это была задумчивость исследователя, который обнаружил непохожего на других собратьев жука, или растение с редкими мутациями в листьях, и раздумывающего как классифицировать открытие. Проведя какое-то время в этом состоянии, он лизнул пену из второй кружки и опять пребывал какое-то время в состоянии неподвижности. Очнувшись, он обратил внимание, что в диалоге приятелей за столиком, образовалась пауза. Тогда он спокойным и негромким голосом, спросил:

– Джентльмены, если не будете возражать, то могу ли я предложить Вам один вопрос для ответа?

Приятели переглянулись, услышав замысловатое построение фразы, так как провели не слишком много времени в баре и пока могли отличать правильно построенные лингвистические конструкции от неправильных.

– Как мне найти одну персону в поиске? – продолжил человек в шляпе.

– Набери имя в строке поиска, – подсказал рыжеватый мужчина, который пил светлое пиво.

– Я думаю, ему нужно найти определенного человека, – возразил тот, который сидел с темным пивом, стриженный наголо.

– Тебе человека надо найти, а адреса ты не знаешь?

– Да, джентльмены.

– Это просто. Выходишь в подъезд и поднимаешься на второй этаж, там вывеска «Детективное агентство XXI века». Они помогут найти.

– Благодарю Вас, – сказал брюнет, но не поторопился уйти, а остался сидеть, делая вид, что разглядывает остатки пены в своих кружках. Потом неожиданно сказал:

– А что они возьмут за человека. Здесь принято что-то брать взамен за поиск?

– Взамен потребуют награду, – развеселился рыжий. – Называется вознаграждение за услугу. Лучше деньгами: деньги – лучшая награда, правда, Толян, ха-ха-ха.

– Деньги? – изумился молодой человек.

В этот момент их внимание отвлекло событие на импровизированном подиуме, где под громкие крики и аплодисменты победителю турнира вручали синюю бархатную шкатулку. Крышка была открыта, и чемпион гордо показывал залу бильярдный шар, покрытый золотом, лежавший в круглом углублении. Чемпион взял шар рукой, поднес его к губам, имитируя поцелуй, затем поднял высоко над головой, раздавая улыбки направо и налево. В зале раздались крики, перешедшие в скандирование: «Семён – чемпион, Семён – чемпион!»

– Вот, это я понимаю, награда, – широко улыбаясь, сказал стриженый, радуясь вместе с победителем. – Золотой шар, он и в Африке золотой шар. Я Семёна лично знаю, хороший парень. А вот маманя у него – настоящая атаманша-разбойница: в землю живьем закапает, по макушке попрыгает и переживать ни секундочки не будет. Как только у таких плохих родителей вырастаю порядочные дети? А? Загадка природы!

– Золотой шар лучше, чем деньги? – спросил незнакомец.

– Конечно, – ответили ему оба приятеля в один голос. – Гораздо лучше.

– Значит, если нет денег, можно дать награду золотыми шарами?

– Примерно так, – ответил рыжий, внимание которого было полностью сосредоточено на разбрызгивании шампанского на подиуме. – Пошли, Толян, он толкнул приятеля под локоть. Нельзя пропустить показательную игру чемпиона с добровольцем.

Стриженный достал из кармана смятую купюру и подложил её под дно кружки. Приятели удалились.

Незнакомец в шляпе аккуратно взял купюру и опустил в сумку, которая наподобие переметной сумы висела у него сбоку. Через несколько секунд он достал две смятых купюры. Первую он вернул на место, придавив дном кружки, вторую оставил между своими недопитыми бокалами.

Если бы официант, убирающий посуду после ухода клиентов, был повнимательнее, он бы обязательно обратил внимание на то, что номера у двух купюр одинаковые. Но разве есть в мире официант, который обращает внимание на такие мелочи?!

Глава III. Что рассказал джентельмен

Когда полдвенадцатого ночи в металлическую дверь «Детективного агентства XXI века» позвонили, Зэ показалось, что он спит и видит сон, где звонит школьный звонок на перемену, а он не успел доделать самостоятельную работу и из-за этого сильно переживает. Звонок повторился. Зэ открыл глаза. Стасик пользовался наушниками, поэтому ничего не слышал, кроме разрывов бронебойных снарядов и скрежета поворачивающейся башни.

К тому времени, когда Зэ добрел до двери, настойчивый гость успел позвонить еще раз.

– Открываю, открываю, – как можно громче сказал Зэ и отодвинул задвижку. В коридор ворвались звуки, грохотавшей на первом этаже, музыки.

– Проходите, – не смотря на посетителя, предложил Зэ и побрел на кухню, чтобы поменять тапочки на туфли. Посетитель пошел за ним в переговорную – кухню (которую правильнее было бы писать без тире, как «переговорная кухня», то есть кухня, где ведутся переговоры) и без дополнительного приглашения сел во главу стола в кресло Родиона Марковича, в котором из-за небольшой фигуры чуть не утонул, если бы не схватился за подлокотники и не сидел с выпрямленной спиной.

Зэ улыбнулся тому, как контрастно смотрятся порою два человека в одном и том же кресле, и проснулся окончательно. Заметив, что корзина для бумаг переполнена пластиковыми контейнерами и пакетами из-под чипсов, Зэ постарался загородить своим телом открывающийся неприглядный вид. Мелкими движениями ноги он запихнул корзину под столик с чайником и микроволновкой.

– Я поставлю чайник. Вы же попьете со мной чаю? Меня зовут Зэ.

Посетитель замедлил с ответом, слегка наклонив голову, как будто к чему-то прислушивался и сказал:

– Джентльмен, я не буду ставить чайник, чай я попью с Вами, зовут меня незнакомец из системы Алголь.

Зэ чуть не уронил чашки, которые нес столу. Он поставил посуду и, наклонившись над незнакомцем, не очень миролюбивым тоном сказал:

– Если, джентльмен в моём лице открыл Вам дверь в полночь, это не значит, что он готов терпеть шутки в такое время. Когда джентльмен в Вашем лице выходил из бара, который он вправе, без сомнения, называть системой Алкоголь, он должен был пойти налево на выход, а не на лестницу на второй этаж.

– Я пришел направо по праву правильно. Мне нужен главный по поиску человека.

Мудреная речь незнакомца зародила в голове у Зэ определенные сомнения. Он налил чаю посетителю, вызволил из кладовки Стасика, под его недовольные крики о прорыве с фланга, и, держа за рукав, рвущегося в бой танкиста, повелительно сказал: «Давай гарнитуру и ноутбук с транслятором».

– С какого языка, – Стас продолжал смотреть в сторону открытой двери, где враги, пользуясь бездействием командира экипажа, осыпали боевого коня, градом выстрелов.

– С русского языка на русский.

– Понял, есть такая программа для распознавания гоблиновского перевода. Один секунд, ай момент.

– Ты хотел сказать с нормального языка на гоблиновский?

– Программа и туда, и туда работает. Как стрелочку поставишь.

Через несколько минут полуночный посетитель, безропотно одевший гарнитуру, выразительно кивал головой. Зэ настроил колонку.

– Слушаю Вас, уважаемый джентльмен.

Рассказ джентльмена смахивал на сюжет фантастического фильма, если бы действие происходило в ангарах Голливуда, а не в переговорной детективного бюро. По словам незнакомца, ему была нужна помощь в розыске сбежавшего из системы Алголь туземца (назвать человеком язык не поворачивался) по имени Натанау. Из-за существующей в их галактической системе противоборства между армией Мрака, олицетворяющими порядок и прогресс, и силами Света, олицетворяющими хаос и неопределенность, представители той или другой армий периодически наносили ущерб друг другу и попадали под действие соглашения о преследовании преступников. Пострадавшая сторона организовывала поиски, направляя по следу опытных инспекторов, которые, обладая достаточными техническими средствами, быстро справлялись с поручением. В этот раз преступник из армии Света, причем не самого высоко звания на военной карьерной лестнице, применил доселе невиданную маскировку. Добравшись до планеты, Земля третьего декабря сего года, он подменил душу землянина своей субстанцией и остался в теле человека.

Джентльмен из системы Алголь, являющимся инспектором сил Мрака, определил его положение в Солнечной системе и прибыл на Землю. Здесь возникло непредвиденное препятствие. Тело человека, в душу которого забрался туземец, блокировало прохождение излучения, распространяемого прибором. Определить нарушителя можно было, только приблизившись к нему на несколько шагов. Инспектор принял решение обратиться в детективное агентство, чтобы профессиональные сыщики помогли разыскать сбежавшего Натанау.

Закончив рассказ, инспектор выжидающе посмотрел на Зэ, а потом на Стаса, который, оказывается всё это время, стоял в дверном проходе и, раскрыв рот, восхищенно слушал незнакомца.

– Действительно грандиозная задача, – воскликнул Стасик, переводя дух от услышанного, – на земле семь миллиардов жителей. Это значит – семь миллиардов подозреваемых. Ни одному Шерлоку Холмсу, или Пинкертону не снилось подобное. Да что там говорить, старушка Агата Кристи, перевернулась бы дюжину раз в гробу, если бы только прознала о теоретической возможности сюжета для криминальной истории с семью миллиардами подозреваемых. Потрясающе!

Зэ был более сдержан.

– Где Вы остановились?

– На десятом этаже в Вашем доме.

– Но дом девятиэтажный!

– Совершенно верно, я надстроил десятый этаж, который по внешнему виду не отличается от остальных этажей. Только лифты не ходят, после девятого нужно подниматься по пожарной лестнице.

Зэ подумал, что первое, что он сделает, когда наступит утро и встанет солнце, пойдет считать этажи в доме.

– Вы совсем не пьете чай.

– Жители моей системы пользуются другими способами получения энергии. Чай вкусный, извините за беспокойство, но не хочу.

– Скажите, Ваша маскировка сродни той, которую использовал Натанау.

– К сожалению, нет. Моя маскировка – белково-гелиевый костюм с набором полезных устройств, таких как простейший мультипликатор и несовершенный транслятор. Натанау подменил душу человека, то есть снаружи никаких отличий быть не может. Физиологические изменения произошли только в поверхностном слое коры головного мозга, в тех двух миллиметрах толщины, которые обеспечивают функционирование нейронных связей, если, конечно, Вы привязываете местонахождение души в теле к мозгу.

– В каком месте в теле находится душа у человека? Интересный вопрос, но точно не в голове. – задумался Зэ. – Древние считали, что душа находится в ямочке между ключичными костями – яремной ямке. Оттуда она легко перемещается по телу в зависимости от ситуации, в которой находится человек. Поэтому её можно обнаружить в пятках, иногда в ладонях, но чаще всего душа бывает у сердца: сердце затоскует – душа заболит, душа загорится – сердце поет. Есть у нас такая пословица.

– Тогда, если говорить Вашим литературным языком, в сердце одного из землян поселился хитрый змей, который подражает окружающим и ничем себя не выдает.

– Вы высокого мнения о людях, – рассмеялся Зэ. – Выражаясь литературным языком: в сердцах не одного, и не двух сидят хитрые змеи. Таких много, если не сказать иначе: таких – легион. Но, пока не об этом. Подражание индивидуума с подмененной душой обычному человеку абсолютно? Чем-то такой человек может отличаться от нас? Нужны зацепки.

– Я должен подумать. Через несколько часов, уверен, смогу ознакомить Вас с результатами моих наблюдений.

– Позвольте ещё спросить, – Стасик, со свойственной всем программистам дотошностью пытался уяснить нюансы продвинутых технологий вселенского разума. – Куда преступник заархивировал душу, которая была?

– Скажем так, родная душа осталась, но ярлык на рабочем столе удален, и чтобы программу родной души запустить, нужно основательно покопаться в памяти, – среагировал инспектор, включив компьютерный лексикон.

– Допустим, наше агентство находит человека, в котором сидит Натанау. Ваш прибор, пронесенный в нескольких шагах от подозреваемого, засветится, как Вы сказали рубиновым светом, и подтвердит догадку. Что дальше?

– Дальше, Вы возвращаете прибор мне, и я при помощи другой функции активирую центрифугу, которая разделит души. В этот миг маскировка разрушится, и беглец появится перед нами в белково-гелиевом костюме, как у меня. Затем я смогу его упаковать в контейнер для транспортировки преступников. Он миниатюрен и, кстати, тоже смонтирован в приборе.

– В целом, алгоритм понятен. – Закончил беседу Зэ. – Осталось дождаться Родиона Марковича. Инспектор, приходите завтра утром к десяти утра. Шеф Вас примет, и мы начнем действовать.

Глава IV. Родион Маркович берется за дело

Утром, Зэ рассказал Родиону Марковичу о ночном посетителе. В десять утра прозвенел входной звонок, и вчерашний гость появился снова. Родион Маркович, прослышав про вчерашнюю оккупацию его кресла, поспешил занять свое место во главе стола, сделал серьезное и, даже в какой-то мере, умное лицо. Корзину с мусором Зэ заблаговременно спрятал подальше. По правую руку от шефа детективного агентства сидела Полина с блокнотом в руке.

Проводив инспектора в переговорную, Зэ выдвинул ему стул сбоку, а сам расположился на диване, используя тактику котов, которые разваливаясь на мягких поверхностях, делают вид, что им абсолютно неважно, чем занимаются хозяева в комнате, и, более того, милостиво разрешают им продолжать свои занятия.

Родион Маркович, выслушав рассказ инспектора, задал только один вопрос, считая, что для полного опроса и вникания в детали дела существуют подчиненные. Он спросил:

– Как Вы собираетесь вознаградить наше агентство за оказанную услугу по поимке преступника?

Посетитель молча вынул из переметной сумы бильярдный шар желтого цвета и положил его на полированную поверхность стола. Шар, разбрасывая матовые блики, двинулся с места, докатился до края и с громким звуком ударился об пол, последовав дальше по направлению к холодильнику.

Полина подобрала шар и чуть опять его не уронила, так как он оказался тяжелее, чем она думала.

– Шар из золота, – скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Родион Маркович.

– Второй шар я передам после выполнения условий договора, – сказал инспектор, доставая руку из сумы. Все обратили взоры на суму. В ней мог находиться второй шар. Однако ожидания не подтвердились: в руке у незнакомца оказался Чупа-чупс темно-красного цвета без обвертки. Такие конфеты бывают вишневого или малинового вкуса. Инспектор передал Чупа-чупс шефу детективного агентства со словами:

– Это прибор, который засветится рубиновым светом, если расстояние до цели составит менее десяти шагов, при условии, что у человека нормальное телосложение. Для худых показатель выше – двенадцать-пятнадцать шагов, для толстых – меньше.

– Вы подумали в отношении зацепок для поиска? – спросил Зэ, встав с дивана и подойдя к столу.

– Долго думал, перебирал факты и пришел к выводу, что разность менталитетов жителей Вашей планеты и нашей системы подразумевает совершение Натанау поступков, которые земной логике будут казаться необычными. То, что для землянина является нормой в поведении и образе мыслей, преступник, старающийся изображать из себя жителя земли, будет делать вынужденно и в какой-то момент, не придав значение происходящему, совершит ошибку, которая привлечет Ваше внимание, так как она будет удивительна, а может даже исключительна для земной цивилизации.

– Какова вероятность, что преступник попробует перепрыгнуть из одного тела в другое.

– Вероятность равна нулю. Натанау будет сидеть тихо, выжидая, что у меня закончится терпение, и я уберусь восвояси. Он знает, что в момент любого выхода за пределы тела будет запеленгован. Расстояния на планете мизерные по сравнению с космическими. Второй раз фокус с подменой души не пройдет. Кстати, если Вам повезет, и носитель – в смысле житель Земли – умрет, обе души: земная и Натанау, естественно, освободятся. Я буду рассматривать такой вариант, как выполнение условий договора, даже если смерть произойдет от естественных причин, и Ваше агентство не будет причастно к случившемуся.