- -
- 100%
- +
– Я вас покину. Скучайте без меня, – заявила она.
– Обязательно, – рассмеялась Лена. Видно, Будур и Лена понимали друг друга с полуслова. Будур встала и вышла из комнаты.
Наша компания отправилась на площадку. Она располагалась на крыше трехэтажного дома. Площадка имела круглую форму. Я подошла к самому краю и остановилась у заграждения, доходящего мне до пояса.
– Вот это да! – отсюда открывался потрясающий вид. Ничего подобного я раньше не видела.
Дом Михалыча стоял на самой вершине острова. Остров был похож на муравейник. Вдали виднелась кромка синего моря, потом шло кольцо белокаменной крепости, следующим ярусом зеленели поля с маленькими деревенскими домиками, а потом уже начинался сам город. Город был построен только из белого камня, который, отливая на солнце, блестел, словно снег.
Дом Михалыча стоял в окружении других домов, имеющих причудливую форму. Один напоминал морскую волну, другой – большое каменное дерево, были еще дом-звезда, дом-шар, дом-пирамида. Моему восхищению не было предела.
Вдруг кто-то взял мою ладонь. Я оторвалась от прекрасного вида. Олег стоял рядом.
– Красота, – посмотрела я ему в лицо.
– Да уж! У кого-то, видно, хорошо фантазия поработала.
– Это у нашего Никодима буйное воображение, – сказал Михалыч
– У Никодима? Это все Никодим? – удивилась я. Неужели эту красоту сотворил маленький смешной старичок, любящий носить вещи наизнанку? Вот уж удивил. Олег, кажется, был поражен не меньше моего. Значит, он в Сен-Катаре тоже в первый раз?
– Да! Все он! – гордясь другом, заявил Михалыч.
– Наш Никодим Иванович мужчина хоть куда, – искусно похвалила Дохлятича хозяйка дома.
– Ладно вам уже, кх-кх! Ладно! – замахал руками от смущения Дохлятич.
– А вы еще Кастер не видели. Нашу гордость! Повернитесь, он за нами, – сказал Михалыч.
Мы повернулись и подошли к другой стене. Полный восторг! Перед нами возвышался огромный белокаменный замок – скала. Она состояла из нескольких ярусов. Ярусы украшали колонны и статуи. На самой вершине сверкала огромная звезда из хрусталя.
– Вот так Кастер! – оценил Олег.
– Это гордость Сен-Катара, – заявил Михалыч.
– Да! Поистине Никодим Иванович стал достойным преемником своих знаменитых предков. Он ведь закончил работу над Кастером. Еще его дед начинал над ним работать, – поведала нам Елена.
– Да? – Олег удивленно и как-то особенно пристально посмотрел на Дохлятича. Тот смутился и отвернулся. – Ты, оказывается, такой талантливый.
– Да это все так, кх-кх, – оправдывался за свой талант Дохлятич.
– Как это так? – возмутилась Лена. – Очень талантливый.
– Олег, а ты, видно, никогда не был в Сен-Катаре? Откуда ты родом? – поинтересовалась хозяйка дома Елена.
– А-а-а, – Олег задумался.
Ага, значит, не знает что сказать, как и я. В чем же его-то тайна?
– Олег тоже из Восточной провинции. Они оба прибыли из города Жасминов, – как и всегда, спасла ситуацию Лена.
– Да, я слышала об этом городе. Мне так хотелось там побывать. Говорят, это чудесное место.
– Да, местечко действительно чудесное. Там замечательные жасминовые скверы. Мы зовем их белыми садами. А какой аромат витает в нашем городе! – и где это я научилась так натурально врать?
– Нам непременно надо посетить это место, Саша, – хозяйка была заинтригована.
– Конечно, козочка, – явно не желая спорить с женой, согласился Михалыч. – А мы с Никодимом жили в подобном городе. Город Шиповника. Помнишь, Никодим? Место, хочу вам сказать, бесподобное. А какие там цвета! Какие запахи! Уууу!
– Да! Были времена, кх-кх.
– А сколько медовухи было выпито! Помнишь, Никодим? – закрыв глаза, принялся вспоминать Михалыч. – Помню, соберемся мы всей командой, медовухи разопьем, займемся табакокурением. Хорошо! А потом еще на гуслях начнем играть.
– Было время, кх-кх.
– А девицы-то какие были! Одна другой краше.
– Ну согласись, что тебе повезло, ведь я же твоя удача, – вступила в разговор хозяйка.
– А то, – согласился Михалыч с женой. – Это судьба была.
– Что за судьба? – заинтересовалась я.
– Мы жили в разных городах. Наверно, не встретились бы никогда, если бы однажды… – хозяйка не договорила, ее перебил муж.
– Однажды мне попалась на глаза листовка.
– Нет, не так! Дай я расскажу! – настаивала хозяйка. – Мне тогда уже шел двадцать четвертый год, а жениха я себе так и не выбрала. Много ко мне сваталось, но душа ни к кому не лежала. Тогда я решила дать весточку о себе в еженедельную листовку. Решила – и сделала. А это листовка чудесным образом очутилась у Саши.
– Ко мне друг один заезжал, привез с собой угощения, которые были завернуты в эту листовку.
– Так вот, увидел он мою заметку, заинтересовался, да и написал. Я ему ответила. Он приехал ко мне. Вот с тех самых пор мы вместе. Да, Саша?
– Да, козочка.
Мы полюбовались еще видом на город с площадки, а потом вернулись в столовую. Вскоре туда пришли Будур с Владом.
Все, как и всегда, наверно, в этом доме, шло под чутким руководством домового Василия, который снова появился на пороге столовой.
– Обедать, светлости! – скомандовал он. – Эх, какую наку я вам приготовил!
– Ах, ты наше золото, – похвалила домового хозяйка.
Василий просиял от похвалы.
– Да. Я сложа белы ручки не посиживаю, – важно заявил он. – Кручусь день так, что пяточки горят, да спинушку ломит.
После обеда нас ждала прогулка по городу. Мне не терпелось воочию увидеть этот новый город. На прогулку отправились я, Олег, Лена и хозяйка дома Елена.
Глава 3. Беспращур
Мы вышли из дома, вокруг которого был разбит грушевый сад, прошли по дорожке и вышли к ограде. Оглянувшись, мы с Олегом увидели дом Михалыча.
– Ну и домик! – воскликнула я.
– Это тоже фантазия нашего Никодима,– пояснила Лена.
Перед нами стояла большая белокаменная груша.
– Никодим был так добр и щедр, что подарил нам с мужем этот дом в день свадьбы. Изначально он строил его для себя, – поведала нам Елена. – Никодим так любит груши, что даже построил грушевый дом.
– Никодим! – восхитился другом Олег.
– Это только начало. Пошли, посмотрим на город, – позвала нас Лена.
Мы вышли за ворота. На улице было оживленно. Мы с Олегом не успевали поворачивать шеи. Нам все было интересно здесь. Вдруг я почувствовала, как он взял меня за руку и крепко сжал мою ладонь. Я тоже сжала его руку. Это был какой-то теплый жест. Я поняла в этот момент, что тянулась к этому человеку с самого первого момента нашего знакомства. Он нужен мне.
Мы вышли на торговую площадь. Глаза разбегались от изобилия товаров. Красивые ткани: шелка и органза различных цветов, украшения, сувениры, безделушки – столько всего!
– Там такие вещицы изумительные есть, – у Лены аж дыхание перехватило. – Девчонки, за мной! – Лена подхватила меня и повела за собой вглубь рынка. Олег едва успел отпустить мою руку. Я обернулась и посмотрела на него. Он уже шел в другую сторону. Мне захотелось его догнать, но Лена крепко держала меня под локоть и уводила все дальше.
Мы бродили от одной лавки с украшениями к другой. Раньше мне казалось, что эти вещи не могут меня заинтересовать. Я глубоко заблуждалась. Стоило мне подержать в руках изысканную ювелирную вещь, как я окончательно забыла о своем равнодушии к таким безделушкам. Мы примеряли то одно, то другое. Мы позабыли обо всем на свете. Лена покупала украшения для всех сразу: для меня, для себя и для Елены. Потом она отправила мешочки с драгоценностями с посыльным, который, видно, уже не раз выполнял подобные поручения, в Грушевый дом и в Кастер.
После того как жажда драгоценностей была удовлетворена, Лена вдруг спохватилась. Она наконец заметила, что Олега с нами нет. Лена запаниковала и побежала его разыскивать. Мы с Еленой следовали за ней.
– Где же он? Куда же делся? – сетовала Лена.
– Он пошел в ту сторону, – вспомнила я.
Вскоре мы вышли на площадь и оказались рядом с возбужденной орущей толпой.
– За мной! – с тревогой в голосе скомандовала Лена.
Мы пробирались сквозь толпу. Вскоре мы оказались в эпицентре событий. В середине круга стоял Олег, а рядом с ним красивый статный юноша с надменным выражением лица.
– На колени! – кричали все вокруг Олегу. Похоже, юноша, стоящий рядом с Олегом, был большой шишкой, тот же, видно, совсем не собирался вставать на колени.
– Да встань ты на колени! – крикнула Лена Олегу.
Мне стало страшно за него. Было ясно, что он попал в большие неприятности. «Пожалуйста!» – прошептала я ему. Олег посмотрел на меня. И, словно услышав мою просьбу, встал на колени перед незнакомцем.
– Что здесь происходит? – властно и сурово спросил юноша.
– О Великий князь, – к незнакомцу на коленях подполз какой-то мужчина в синих одеждах. – Этот беспращур – синий кивнул в сторону Олега, – вызвал смуту в толпе.
Вдруг Олег вскочил на ноги и бросился к какому-то старику, что лежал на земле совсем рядом. Он нагнулся к нему, а тот что-то стал шептать Олегу.
– Что происходит, Лена? – спросила я.
– Война религий, – прошептала она мне.
– Как это?
– Синие против желтых. А желтые и синие вместе против беспращуров.
– Кто такие беспращуры?
– Для тебя, наверно, понятнее слово безбожники. Вон тот старик, что лежит на земле, беспращур.
– А что Олег-то тут делает?
– Наверно, решил защитить старика.
Старик был совсем плох. К нему подбежали какие-то люди, подняли с земли и уволокли прочь с площади.
Лена отпустила мою руку, которую до этого момента сильно сжимала, и бросилась к Олегу. Она обняла его. Я отвела глаза. Эта сцена вызвала во мне чувство обиды. Потом они встали с колен и вместе подошли к Великому князю.
– Владыка, позвольте представить чудо-кузнеца. Я прошу вас взять его ко двору.
– Этого беспращура?
– Да. Он беспращур, но ведь это не преграда, – настаивала Лена. – Вы сами провозгласили эру великого терпения.
– Лена, скажи, разве кто-то может тебя переспорить? – по-доброму ответил Великий князь. – Пусть будет при дворе твой чудо-кузнец, только манерам его подучи, уж больно он неучтивый.
– Благодарю вас, Великий князь, – Лена просияла.
– А вон та незнакомка, – великий князь кивнул в мою сторону. Неужели меня заметил такой франт? – Она тоже с тобой?
– Да, Великий князь. Это моя кузина из Восточной провинции, Катя.
– Пусть подойдет.
Лена сделала мне знак, чтобы я приблизилась к ним. Я осторожно подошла.
Великий князь внимательно рассматривал меня. Мне стало неловко от его взгляда, и я отвернулась.
Юноша вдруг взял меня за руку.
– Красивая кузина у тебя, Лена. Пусть она тоже будет при дворе.
– Великий князь, семейство Михалычей любезно пригласило ее погостить. Будур очень привязалась к Катюше. Она не поймет, если Катя вдруг уедет.
– Ладно, пусть живет у Михалычей, – казалось, что юноша несколько замешкался. – Я, собственно, приехал в храм. Надеюсь, тот факт, что все вы тут беспращуры, – Великий князь окинул взглядом меня, Олега, Лену, – не помешает вам сопроводить меня на молитву.
– С удовольствием сопроводим, – за всех нас ответила Лена.
Великий князь кивнул мне головой, приглашая идти рядом. За нами шла Елена, а Лена с Олегом плелись сзади. Меня это несколько расстроило. Однако со мной рядом шел сам Великий князь, и это льстило моему самолюбию. Мало того, он был еще очень красив и безгранично обаятелен.
Мы шли мимо толпы, которая склоняла головы перед величественной особой. Вскоре мы завернули за угол дома, и нашему взору открылось очередное чудо. Это был храм, который, казалось, завис в небе.
Храм представлял собой огромную белокаменную пирамиду. Строение было разделено на три части. Центральная – сама пирамида, по бокам которой располагались две платформы. Платформы опирались на колонны, которые, словно сваи, держали основание. На самих же платформах возвышались величественные статуи каких-то животных. Фигуры были из белого мрамора. Животные походили на больших кошек с ушами, как у летучей мыши, драконьими крыльями и крысиным хвостом. У них были огромные изумрудные глаза, которые светились на солнце.
Центральная часть храма, судя по всему, стояла на возвышенности. К ней вела длинная лестница. Казалось, храм завис в воздухе.
– Ты была раньше в парящем храме? – спросил меня Великий князь.
– Нет.
– Пойдем, я покажу его тебе. Это просто чудо архитектуры. Даже беспращуры не могут оспорить красоту этого места.
– Не могут, – подтвердила Лена.
Мы стали подниматься по ступенькам.
– Этот храм построен Никодимом пятым, гениальным архитектором, – объяснил мне Великий князь. – Он построен в честь Великого пращура.
– Никодим пятый доводится дедом нашему Никодиму, – пояснила мне Елена, шедшая за мной.
– Ты знакома с Никодимом? – удивился Великий князь.
– Да.
– Никодим сейчас в нашем доме, – пояснила Елена. – Он вместе с мужем работает над самовозкой..
– Вот старый плут. Вернулся, а мне на глаза не показался.
– Неужели вы так сильно скучали по нему? – спросила хитро Лена.
– Бывало и такое, – усмехнулся Великий князь.– Вот мы и у дверей храма. Пусть вы и беспращуры, но прошу вас вести себя уважительно.
Он низко поклонился у входа в храм. Я последовала его примеру. Мы вошли внутрь. Белые мраморные стены уходили вверх, образуя купол. Стены были украшены голубыми фресками. В храме стояли три огромные мраморные фигуры. В центре возвышалась статуя мужчины с мечом в руках. Я стала внимательно рассматривать лицо статуи. Ну и дела. Это было лицо Олега. Что за совпадение? Справа от фигуры мужчины располагалась статуя девушки в длинных одеждах. У нее было лицо Лены. С левой стороны помещалась фигура старика – вылитый Дохлятич. Что за насмешка. Эта троица безбожников стоит, увековеченная, в храме, где им поклоняются как богам?! Я ничего не понимала. Я посмотрела на Великого князя, тот возносил молитвы, ничего не замечая. Может, эти статуи и делали с этой троицы. Однако их ваял еще дед Никодима, когда ни Олега, ни Лены, ни Дохлятича не было… Я была обескуражена. Меня успокаивала лишь мысль о том, что это другой мир и все здесь для меня странно.
– Чудесные статуи, не правда ли? – спросил меня Великий князь. – В центре стоит фигура Великого пращура, а по бокам изображения Великой матери и Старца.
Видно, Великий князь совсем не замечал сходства фигур с ныне живущими людьми… А, может, это я чего-то не понимаю?
К нам подошел мальчик со свечками в руке. Великий князь взял в руки три свечи. Я последовала его примеру.
Правитель подошел к статуе Великого пращура, встал на колени, опустил голову и предался молитве. Потом он поднялся с колен, подошел к подножию статуи и зажег свечу. Таким же образом он подошел к другим статуям. Я повторяла все за ним.
После совершения обряда мы вышли из храма. У подножия лестницы собралась толпа. Все кричали и приветствовали Великого князя. Военный отряд сдерживал толпу.
– Здравие Великому князю! – крикнул детский голосок. Один мальчуган упорно пробирался к властелину.
Олег вдруг начал пробиваться сквозь толпу. Он подхватил этого мальчугана на руки и вернулся обратно.
– Как тебя зовут, малыш? – спросил он мальчишку.
– Петрик.
– Откуда ты, Петрик?
– Я из Северных волостей.
– Где твои родители?
– Там, в толпе.
Великий князь почти вплотную подошел к Олегу.
– Кузнец знает языки?
Я не поняла, что хотел этим сказать Великий князь. Олег, судя по выражению его лица, тоже не понимал, о чем речь.
– Это не просто кузнец, – с тревогой в голосе вмешалась Лена. – Это чудо-кузнец. Он много чего знает и умеет. Именно поэтому я привела его ко двору.
– И много языков знает этот чудо-кузнец?
– Все до одного, как, впрочем, и я – ответила Лена.
Мне стало жалко кроху, который сейчас был один среди этой толпы.
– Малыш, где твои родители? – обратилась я к мальчишке.
– Там, – Петрик указал рукой в толпу.
– Надо их разыскать.
Я повернулась к Великому князю, намереваясь обратиться к нему с просьбой о поиске родителей малыша. Тот смотрел на меня с удивлением.
– Лена, твоя кузина тоже знает все языки?
– Да, владыка, – Лена улыбнулась.
– Ну и семейка.
Я не очень понимала, что они имеют в виду. Я внимательно посмотрела на Лену, потом на Олега, ища в их лицах ответ.
– Так и быть, принимаю тебя, чудо-кузнец, ко двору.
– Готов служить вам честно, Великий князь, – ответил Олег.
Вот и все, подумала я. Вот мы с ним и расстаемся, может, и не встретимся больше. Хотелось разреветься и пожаловаться кому-нибудь на свою горькую участь.
Глава 4. В грушевом доме
Моя вторая ночь в грушевом доме была очень беспокойной. Сон совсем про меня забыл. Я ворочалась полночи. Лежала и на спине, и на правом боку, и на левом, и на животе. Я сгибала и разгибала колени, клала ладони под щеку и под затылок. Лежала вдоль кровати, поперек, по диагонали. Чесалась, считала баранов, все без толку! Так прошла ночь. К утру настало долгожданное забытье. Оно длилось не долго. Наконец, измученная от ожидания сна, я встала с постели. Подошла к окну. Солнце уже вставало. Тишь да утренний туман.
Вдруг эту благодатную тишину нарушил топот копыт. В окно я разглядела всадника. Это была женщина с длинными черными волосами, связанными в хвост. Очень похожая на Будур.
Всадница выехала за ворота дома и умчалась. Вновь воцарилась тишина. Я взглянула на часы, которые в этом мире были совсем обычными. Четыре утра. Да, рановато для такой избалованной девицы, как Будур.
Сон все равно не шел. Я решила удовлетворить свое любопытство. Тихонько вынырнула в коридор и пробралась к комнате Будур. Беззвучно приоткрыла дверь и заглянула. Никого! Я вошла внутрь. Комната Будур была самой обычной, даже простой. На столике у окна я увидела книгу. Что же может читать эта высокомерная кукла? Я взяла книгу в руки. Сборник стихов под названием «Без обмана», автор Неизвестный. Мне стало любопытно. В книге лежала закладка. Открыла. Прочла:
В лед. В камень. Кричи
От боли той, что пожирает.
Солнышко мое, к тебе взываю!
Тебя прошу, ответь! Не знаю,
До коли греть не пожелают
Мой хладный дух твои лучи.
Блестеть не станет для меня
Вода, разлитая на бреге.
Трава сухая гнить начнет.
Птиц шумный гомон пропадет,
Один лишь скрип телеги.
Как жить мне, солнце, без тебя?
Я была обескуражена. Эти сентиментальные стихи читает Будур? Я положила книгу на место и вышла из комнаты. Было еще очень рано. В доме стояла тишина. Все спали, даже Василий. Я вернулась к себе, легла на кровать и уснула.
Проснулась я в восемь утра, быстренько привела себя в порядок и спустилась в столовую. Там уже все собрались за завтраком. Увидев меня, Елена приветливо улыбнулась и пригласила за стол. Я приняла приглашение и села рядом с хозяйкой. Напротив меня сидели Влад и Будур. Влад с аппетитом уминал блинчики с вареньем. Будур с важностью ела какой-то салат. Я заглянула в ее тарелку. Мне было интересно, из чего приготовлен этот салат. Она заметила.
– Салат из свежих овощей. Очень полезен. Секрет его особенной полезности – конопляное масло. Это очень здорово для кожи и волос. Я ем всегда полезную пищу. А ты?
– Я? – я и не знала, что сказать по этому поводу, потому что не знала, как отношусь ко всему этому. – Наверно, – неуверенно произнесла я.
– Ничего, доживешь до моих лет, тогда поймешь, – саркастически добавила Будур.
– До твоих лет? – я рассмеялась. Она что, воображает себя старшей? – Тогда мне придется скинуть пару годков, – я была уверена, что Будур младше меня хотя бы на несколько месяцев. Я предполагала, что ей не более восемнадцати лет.
– Внешность обманчива. Мне двадцать пять,– улыбнулась Будур.
– Сколько? – я была в нокауте.
– Да.
– А мужа все нет и нет, – укоризненно заметила Елена.
– Да. Видно, моя судьба – умереть старой девой.
– Какие радужные перспективы,– вмешался в наш разговор Михалыч. – Эх, Будур, глупая ты!
– Почему это? – возмутилась она.
– Так ведь довыбираешься: один у нее кривой, другой косой, третий толстый, – Михалыч не успел договорить.
– А еще хомячки, – вставила Будур.
– Да, еще хомячков она не любит! Так ведь и засидишься в девках, а ведь просроченный товар потом никому и не нужен будет, – закончил Михалыч.
– И что же? – Будур разозлилась. – А если у меня ни не екает?
– Не екает ей все, – вмешалась Елена.
– Да! Не екает!
– Кого же тебе надо, чтобы екнуло? – продолжала Елена.
– Откуда я знаю.
– Ну, раз уж тебе никто из сватающихся не по душе, значит надо искать по-другому! – учила мать свою дочь. – Надо объявление в листовку дать. Мы ведь с отцом так и познакомились.
– Ага. Сейчас. Уже бегу. И вообще это я мечта и сказка, вот пусть меня и ищут, а я палец о палец не ударю, – гордо заявила Будур.
Да уж, самомнение у этой девицы! Тут на самом интересном месте в столовую вошел Василий с подносом.
– Светлости, я принес вам лечебный отвар.
– Отвар – это хорошо, – одобрил Михалыч. – Попробуй, очень полезно, – обратился он ко мне.
– А что за отвар?
– Ну, там много чего: листья мелиссы, валерианы, боярышника и мед. Ядреная штука! Надо взбодрить организм. А мне-то уж и вовсе о старых костях заботиться надо.
Василий разлил отвар. Я попробовала на вкус, очень даже неплохо. Я взяла блинчик, намазала его вареньем и в прихлебку с отваром принялась есть.
Внезапно мой взгляд остановился на мальчике. У него была забинтована рука.
– Что с рукой? – спросила я ребенка.
– Это мы с дядей чинили, – ответил он.
– Тюкнул молоточком по пальчику. Промазал немножко, с кем не бывает,– объяснил Михалыч.
– А, Будур, пока не забыла, – обратилась Елена к дочери,– сегодня к тебе опять свататься придут.
– Когда? – недовольно откликнулась Будур.
– К обеду. Ты уж веди себя прилично. Повежливей будь. Все ведь ласку любят.
Будур демонстративно закатила глаза.
– Ты, главное, над мужиком не смейся, а то от тебя так скоро все шарахаться будут.
– Да, – вмешался Михалыч.– Слушай, что мать говорит.
Я рассмеялась. Будур под венец хоть на аркане тащи!
Вскоре завтрак был окончен. Михалыч встал из-за стола.
– Надо пойти поработать в мастерской.
– Я с тобой, – напросился Влад.
– И чем же вы займетесь, Саша? – спросила Елена.
– Ох, козочка моя, сейчас такую штуку забабахал. Чесал я свою репу долго, а тут раз – и понял, как все сделать. Однако мне нужна одна штучка. Мне ее Никодим обещал.
– Что же за изобретение?
– Очень полезное, особенно учитывая грядущие события. Думаю назвать волноблокатор.
– Да? Как интересно, Саша.
– Самому интересно. Ладно, пойду работать. Увидите потом мое изобретение в действии, – Михалыч вместе с Владом вышел из гостиной.
– Ладно, девочки. Займитесь и вы чем-нибудь. Будур, пойди покажи Кате дом.
Будур встала из-за стола и кивнула мне. Я последовала за ней.
– Погуляем по саду, – предложила Будур.
– С удовольствием.
Мы гуляли по грушевому саду. Мне было уютно и спокойно. Как будто это была моя семья и мой дом.
– У вас очень красивый дом.
– Да. Нам повезло жить в Сен-Катаре, в грушевом доме.
Сейчас Будур была обычной, она совсем не отпугивала своим дерзким поведением. Мне захотелось поближе с ней познакомиться.
– Будур, можно спросить?
– Спрашивай, – голос девушки звучал дружелюбно.
– Куда ты ездила сегодня в такую рань?
– Увидела?
– Да. Так куда же?
– Гуляла. Каждое утро я просыпаюсь и первым делом иду в конюшню. Федя, ты с ним еще познакомишься, он наш садовник и конюх, а заодно младший брат Василия, уже ждет меня. Он готовит мне коня. Моего скакуна зовут Рошен. Это самый быстрый скакун во всем Сен-Катаре.
– И ты каждое утро выезжаешь в четыре утра?
– Да.
– В четыре утра каждый день?!
– Да. Кто рано встает, тому пращур подает.
– Но почему так рано?
– В этом вся суть. Ты встаешь вместе с солнцем. На улице тишина, только голоса просыпающихся птиц. Это как будто узнать важный секрет. Разгадай его хоть раз, и отказаться уже не сможешь. В это время мир становится волшебным. Знакомые места кажутся иными, ты слышишь иначе, чувствуешь иначе. Днем это все растворяется, словно туман.
– А можно и мне с тобой хоть раз погулять?
– Запросто! А ты верхом хорошо ездишь?
– Ох, нет.
– Не беда. Научишься. У нас есть подходящая лошадка. Она очень смирная. Ее зовут Белка. Сегодня после обеда и попробуешь, – предложила Будур.
– А потом, после прогулки, что ты делаешь до завтрака?
– Занимаюсь.