Зову Тебя

Глава 5. Бедовая поляна

Каждый день у меня теперь начинался с занятий. Домовой Федор обучал меня верховой езде. Федр среди домовых был переросток. В вышину он вымахал аж под два метра. Широкие плечи, здоровенные руки, ладони как лопаты. Федя несмотря на весь свой устрашающий вид был тихим и ручным. Он значился помощником Василия, как младшенький. Суетной и беспокойный Василий грузил Федю различными заданиями и поручениями. Федя был и садовником, и конюхом, и просто «сбегай быстренько по-молодецки». Федя, в отличие от своего брата, был натурой ранимой, мечтательной. Глаза его были умными, печальными. Казалось, он хранит внутри себя какую-то загадку.

Как ни странно, ездить верхом, да еще довольно сносно, я научилась за пару дней. Ощущение было таким, что я всю жизнь только и делаю, что сижу в седле.

Теперь мы с Будур вместе встречали каждый рассвет верхом. Она учила меня стрелять из лука. Это, как ни удивительно, тоже далось мне легко. Все в этом мире получалось у меня само собой, без каких-либо усилий.

Однажды мы с Будур вышли на прогулку в город. Погода стояла прекрасная. Мы гуляли по улочкам, наслаждаясь окрестными видами. Вскоре мы наткнулись на толпу. Народ образовал круг. Мы пробрались в центр и увидели дрябленького старичка, который что-то вещал.

– Это старец Макар, – прошептала мне Будур. – Раньше он был главным служителем в храме Великого пращура. Но вот уже несколько лет он скитается и говорит с народом. Он имеет дар прорицания и излечения от недугов.

Старец тем временем говорил с народом.

– Придя в храм, зажги свечу, но в огне не ищи огня, а ищи благодать. Придя в храм, читай молитву, но молитву не тверди наизусть, а ищи в слове каждом благодать. Выйдя из храма ногами и телом, не уходи из него ни помыслами, ни делами. Свеча, горящая без веры, лишь огонь.

Молитва, произнесенная не душою, а губами, лишь слова. Храм, не ставший домом души, лишь камни.

Народ слушал, гудел, бурлил. Вдруг старец повернулся в нашу сторону, кивнул нам, а затем жестом подозвал к себе. Мы робко подошли.

Старичок дотронулся до меня своей сухонькой рукой, а потом низко поклонился мне. Я стояла, ошарашенная происходящим. Старичок выпрямился и прошептал мне на ухо:

– Слава тебе, великая, чья душа стала началом реальности.

Я смотрела на старца и ничего не понимала из сказанного им. Наверно, он не в себе. Потом вещатель перевел свой взгляд на Будур и подошел к ней совсем близко.

– Слава тебе, та, чей первенец станет великим правителем мира.

У меня все происходящее вызвало улыбку.

– Идите с миром, – отпустил нас старик.

Мы быстро выбрались из толпы и пошли в сторону дома. Мне было весело от этих непонятных предсказаний. Я посмотрела на Будур, та была мрачнее тучи.

– Ты чего? – спросила я ее.

– Ничего, – замотала она головой.

– Устала?

Будур кивнула. Я больше не стала приставать к ней с расспросами. С ней явно творилось что-то не то. Так, в полном молчании, мы добрались до дома.

У дома мы встретили группу всадников. Среди них были Великий князь, Лена и Олег. Увидев нас, они спешились.

Будур тут же подошла к Лене и взяла ее за руку.

Я приблизилась к Великому князю, который стоял в центре между Леной и Олегом. Правитель, которого, как мне поведала Будур, звали Ярослав, с улыбкой смотрел на меня. Я поклонилась ему, а потом украдкой перевела взгляд на Олега, тот выжидающе глядел на меня. Великий князь подошел ко мне совсем близко и взял мою руку.

– Катя, пребывание в Сен-Катаре идет тебе на пользу. Ты все хорошеешь день ото дня!

– Спасибо, – смутилась я и посмотрела на Олега, тот сверлил меня взглядом.

– Мы приехали для того, чтобы пригласить тебя, Катюша, и все семейство Михалычей, – Великий князь посмотрел на Будур, как бы приглашая ее лично, – на бал. Он состоится сразу, как только мы вернемся из похода.

– Спасибо, Великий князь. Это большая честь для нас, – ответила я за себя и Будур. – А в какой поход вы направляетесь?

Правитель посмотрел на меня, перевел взгляд на Будур, застывшую в ожидании.

– Катюш, ты пока пообщайся с Олегом, а мне надо поговорить со своим советником, – Великий князь подошел к Лене и Будур.

Олег взял меня за руку и отвел в сторону.

– В какой поход вы идете?

Олег вместо ответа провел своей рукой по моим волосам и улыбнулся.

– А Великий князь прав, ты хорошеешь.

– Спасибо, – я была смущена жестом Олега. – Как тебе в роли придворного кузнеца? – заговорщическим тоном спросила я.

– Нормально. Еще не выгнали, – мы рассмеялись. – Тебе нравится у Михалычей?

– Да. Мы подружились с Будур. Она научила меня стрелять из лука, а ее домовой – ездить верхом, – похвалилась я.

– Здорово!

– Так куда вы направляетесь? – мне стало вдруг очень тревожно.

– Мы едем собирать армию.

– Какую еще армию? – вот тебе и прекрасное спокойное местечко.

– Кать, – Олег положил мне свою руку на плечо, – мы едем собирать армию, потому что будет война.

– Олег, какая война? – мне стало страшно.

– Все будет хорошо. Мы победим. Тебе нечего опасаться, – пытался успокоить он меня.

– И вы с Леной едете собирать войско?

– Да.

– А потом поедете на войну? – комок подкатил к горлу.

– Да.

Я отвернулась. На глаза подло накатывали слезы. Олег обнял меня.

– У меня есть одна задумка, – тихо сказал он.

– Какая?

– Вернусь, тогда узнаешь.

К нам подошла Лена.

– Привет, подруга, – приветливо сказала она. Я отстранилась от Олега.

– Здравствуй.

– Чего хмурая? Будур замучила?

– Нет, – я улыбнулась. – С Будур у нас полный порядок. Просто этот поход…

– А! Вот уж эти бабы, вечно сопли да нюни!

Я рассмеялась.

– Как у вас весело, – подошел к нам Великий князь. – Однако пора ехать.

Все вновь вскочили на лошадей. Я смотрела на Олега. Тот весело подмигнул мне.

– Ждем вас на балу, – сказал Великий князь и умчался прочь. За ним уехали Лена и Олег.

Я стояла, пока всадники окончательно не скрылись из вида.

– Пошли в дом, – обратилась я к Будур. Ответа не последовало. Я обернулась, никого не было рядом.

Я пошла в дом и закрылась в своей комнате. Мне было грустно. Я легла на кровать и лежала так очень долго, пока в комнату не вошел Василий.

– Катюш, – как-то странно для Василия, уж слишком заботливо, сказал он, – тебе, может, пирожков с капустой принести? Только что испек!

– Спасибо, Вася, не хочется.

– А, может, вареньице земляничное?

– Нет. Ничего не хочу.

– Эх, девка, так и отощать не долго!

– Вась, скажи, с кем воевать будем?

– Вот ведь! Я о пирожках, а она о бытовухе!

– Знаешь?

– Конечно, знаю, чай не секрет. Воевать будем с армией Саргуна, бывшего первого советника Великого князя. Тот предал его. Когда-то Саргун был самым лучшим другом Великого князя и даже женился на его сестре Ирине, а потом сам возжелала править. Он потребовал, чтобы Великий князь сделал его своим наследником.

– И что?

– Что, что. Кто тебе добровольно-то властюшку отдаст? Выгнал, значит, наш князюшка этого Саргуна взашей. Ирина же осталась с братом. Только вот померла она при родах, и дитя вместе с нею.

– Как же? – я была под впечатлением местных интриг.

– Вот так. Саргун объявил всем, что Великий князь признал наследником ребенка сестры, а потом сам же и убил сестру и дитя. Саргун заявил, что будет мстить за смерть своего ребенка, да и вроде как за свое право на престол. Во поганый!

– Точно!

Василий вышел из комнаты. Я осталась переваривать все услышанное. Мне захотелось обо всем поговорить с Будур. Я вышла из комнаты. Было уже поздно, все спали. Я отворила дверь в комнату Будур и вошла. Там никого не было. Я спустилась вниз. Никого. Вышла из дома и направилась в конюшню, откуда раздавался шум. В конюшне были Будур и Федя. Будур была одета для верховой езды: в штаны и рубаху. Куда она собралась на ночь глядя?

– Чего тебе здесь? – грубо спросила Будур, увидев меня.

– Я искала тебя.

– Нашла. А теперь иди спать! – зло скомандовала она.

– Будур, мне надо поговорить с тобой.

– Мне некогда.

– Куда ты собралась?

– Не твое дело. Отстань. Иди в дом.

– Я поеду с тобой, – я тоже завелась.

– Сейчас! Иди отсюда!

– Поеду!

– Уходи, тебе сказано.

– Если ты меня не возьмешь, я разбужу весь дом. Хочешь?

– Ты не знаешь, во что ввязываешься.

– Вот и узнаю!

– Кать, остановись, – уже по-доброму уговаривала меня Будур, но я завелась окончательно.

– Нет!

– Ладно, – Будур перестала спорить – Быстро переодевайся. Долго ждать не буду.

– Я мигом.

Я вернулась к себе в комнату. Быстро переоделась и вернулась в конюшню. Мы выехали с Будур за ворота и поехали по темной улице, Будур впереди, я за ней.

– Куда мы едем?

– Узнаешь скоро. Лучше вернись, пока не поздно.

– Я с тобой.

Будур остановилась.

– Я еду на бедовую поляну. Тебе это о чем-то говорит?

– Нет.

– Понятно. Не буду вдаваться в подробности, скажу лишь, что почти никто не возвращался оттуда живым.

– Тогда зачем тебе туда ехать?

– Мне очень надо. Это важно.

– Значит, для меня тоже важно.

– Кать, ты не понимаешь. Это только мой путь, тебе туда не надо.

– Я не отстану.

– Ладно, если уж ты не слышала о бедовой поляне, я тебе расскажу. Там живет старуха-красноглазка. По легенде, она может исполнить одно желание. Много было смельчаков, попавших на бедовую поляну, однако почти никто не вернулся живым. Последний раз оттуда сумел вернуться предок Великого князя, это было более трехсот лет назад. Он возжелал тогда мира и процветания для своей страны на триста лет. Его желание исполнилось. Однако он много порассказал о бедовой поляне и о старухе. Это жуткое место. Передумай, пока не поздно.

– Вот теперь уж я точно не передумаю. Я тебя не брошу.

– Глупая.

– Да. Будур, а какое у тебя желание?

– Поверь мне, есть такое, что заставляет тащиться меня в это гиблое место.

– Такое оно сильное?

– Сильнее всего.

– Тогда в путь.

Мы ехали до утра без отдыха. Вот уже и подъехали к лесу. Лошади разволновались, занервничали.

– Дальше пойдем пешком, лошади туда не пойдут, боятся, – сказала Будур.

Мы спешились. Будур погладила по морде своего коня.

– Ну, братья кони, не поминайте лихом, – попрощалась она с Рошеном. – Может, передумаешь, пока не поздно?

– Нет. Я с тобой.

– А, чуть не забыла, – Будур сняла с седла смотанную веревку. – Вот, – протянула она мне, – обмотай вокруг себя один конец, а я обмотаю второй.

– Зачем?

– Чтобы нам вместе остаться. Помни, что бы ни случилось там, не отвязывай ее.

– Хорошо, – меня уже пробирала дрожь.

Стоило нам войти в лес, как руки и ноги мои заледенели от ужаса. Будур тоже перестала храбриться. Мы шли прямо, никуда не сворачивая. Чем дальше заходили мы в лес, тем мрачнее становилось все вокруг. Птичий гомон постепенно стихал, лес вымирал. Наконец мы дошли до того места, где не пела ни одна птица. Был уже вечер. Стемнело. Будур зажгла факел, прихваченный с собой. Вот и поляна. Огромная площадь, скорее поле. В нос ударил отвратный запах. Меня чуть не вывернуло наизнанку. Будур тоже тошнило. Мы присмотрелись. Все поле было устлано трупами. Полусгнившая плоть, полускелеты. Выпущенные наружу внутренности. Эти разлагающиеся трупы стонали и двигались. У меня подкосились ноги. Я наверняка бы упала прямо на гниющее месиво, но Будур вовремя подхватила меня.

– Пошли, – прошептала она.

Я чувствовала, как дрожит ее рука, держащая меня за пояс. Меня колотило так, что стучали зубы.

– Пойдем, – простучала я зубами.

Мы пробирались через разлагающиеся тела. Шли и шли. Мы даже уже свыклись со страхом и дрожью в теле. Вдруг на другом конце поля показался свет.

– Это огонь, разведенный старухой. Она ждет нас, – сказала Будур.

Мы прибавили шагу, однако расстояние не уменьшалось. Так шли мы очень долго. От усталости у меня ломило ноги, болела спина и живот. Мы все шли.

Наконец, когда я была уже готова упасть без сил прямо на какой-нибудь гниющий труп, огонь сам собою быстро приблизился к нам. Мы подошли к костру. За пламенем едва виднелся какой-то холмик. Мы обошли костер и увидели лаз вниз, под землю. Немного помедлив, мы спустились туда. Лаз скоро превратился в тоннель. Первая шла Будур, за ней следовала я. В тоннеле было очень узко и сыро. Мы шли, согнувшись в три погибели. Будур держала перед собой факел, который освещал нам путь в кромешной мгле.

Скоро мы очутились в каморке, в которой горел огонь. Мы встали у края, крепко сжав руки. Жуткая обстановка. Полно мешков, каких-то тюков. Казалось, они были повсюду: на полу, на потолке. От мешков исходил гадкий резкий травяной запах. Однако это было все же лучше, чем вонь с поля. В дальнем углу у костра сидело нечто. Оно было все в шерсти. На голове росли длинные, сбившиеся в колтун волосы.

– Мы пришли к старухе-красноглазке! – громко, четко и как-то подозрительно бесстрашно отчеканила Будур.

– Знаю, – нам ответил грубый голос. – К огню!

Мы подошли к огню. Мое сердце стучало так, что, казалось, его можно было услышать за километр.

– Садитесь.

Мы присели на корточки. К нам повернулась старуха с морщинистым лицом

и красными, как кровь, глазами.

– Чего не живется вам, девки, спокойно? – зло спросила она.

– Мы пришли за желанием, – уверенно произнесла Будур. Казалось, самообладание вернулось к ней.

– А то! Много вас таких шастало. Ты первая, – мотнула старуха своей волосатой грязной головой в сторону Будур. – Дай мне левую руку.

Будур протянула старухе руку. Та схватила ее своей костлявой гнилой культяпкой, достала что-то из мешка, лежащего рядом с ней, и кинула в костер. Пламя вспыхнуло и загорелось багровым цветом.

– Вот дура ты, девка. На верную смерть за другого идти? Дура! Попробуй выйти отсюда, тогда сбудется твое желание! – старуха залилась злым смехом. – На вот, – она протянула Будур какой-то порошок из того же мешка, – съешь.

Будур, преодолевая рвотный рефлекс, съела порошок прямо из гнилых рук старухи.

– Теперь ты, – старуха кивнула в мою сторону.

Я протянула старухе левую руку. Она продела со мной все то же, что и с Будур.

– Глупые девки. И эта туда же, – старуха уставилась на меня своими злыми кровавыми глазами, ухмыльнулась. Я увидела у нее во рту острые гнилые клыки. – Загадали желания? Ну все. А теперь попробуйте уйти! – старуха вновь залилась своим ужасающим смехом.

Я отдернула руку. Меня трясло от страха. Будур встала на ноги и подняла меня. Мы попятились к выходу. Вновь узкий сырой проход. Теперь впереди шла я, а Будур следовала за мной.

– Только не отвязывай веревку, – повторяла Будур.

Мы шли и шли, а тоннель все не кончался. Казалось, мы застряли здесь навсегда. Паника накатывала все сильнее. У меня кончались силы. Не хватало воздуха. Стало трудно дышать. Кружилась голова. А тоннель все не кончался. Я не чувствовала ног, казалось, мы топчемся на одном месте. Вдруг я услышала зловещий смех позади себя. Это был смех красноглазой старухи. Я обернулась и в шаге от себя вместо Будур увидела старуху, которая все сильнее заливалась хохотом. Я бросилась бежать. Я задыхалась, из моих легких вылетал тяжелый хриплый свист, все внутри болело, но я бежала. Наконец я выбежала из подземелья и вновь оказалась на поляне с гнилыми трупами. Тлеющие тела издавали стон, от которого у меня внутри все содрогалось. Я хотела орать от страха, но из моего открытого рта не вылетело ни звука. Я бежала и бежала. Смех за мной все не стихал. Я обернулась, старуха не отставала. Я хотела крикнуть, но не могла. Наконец из последних сил я крикнула:

– Будур! Будур!

Никто не ответил.

Я бежала, спотыкаясь о гниющие тела. Я оборачивалась снова и снова, но Будур не было, только старуха преследовала меня по пятам. Я больше не могла бежать, силы окончательно покинули меня. Чья-то гнилая конечность вцепилась мне в ногу, я упала. Я ползла по стонущим мертвецам, а старуха ползла за мной. Вдруг я поняла, что старуха не отстает, потому что привязана ко мне веревкой, и если ее развязать, то я смогу избавиться от старухи. Я принялась было отвязывать веревку, но сил у меня не было, а узлы не поддавались. Я вновь обернулась. Вдруг голова старухи отделилась от тела и подлетела ко мне. Я стала отмахиваться руками, но это лишь раззадорило злую, горящую кровавыми глазами голову. Она все смеялась, показывая острые гнилые клыки. Вот она подлетела ко мне совсем близко и вцепилась мне в шею. Я изо всех сил пыталась отодрать ее от себя, но все попытки были тщетны. Я без сил упала на чей-то труп. Внезапно звуки исчезли. Я провалилась в черную дыру.

Не знаю, сколько я так пролежала. Вдруг я пришла в себя. Мне показалось, что кто-то приподнял меня. Кто-то звал меня по имени. Я с трудом приоткрыла глаза. Все, что смогла разглядеть – мужской силуэт.

– Это я, Олег. Я пришел за тобой, – я не различала уже, где реальность, а где бред, все смешалось для меня. Я покорно ожидала смерти. Черная дыра забытья вновь поглотила меня.

Не знаю, сколько я была без сознания. Я вновь очнулась. Снова почувствовала свое тело. Тяжесть в руках и ногах. Хотела пошевелиться, ничего не вышло. Чуть дрогнула рука. Что со мной было? Открываю глаза. Ясно одно – я еще жива и нахожусь внутри какого-то навеса из веток. Где я? Где Будур? Повернув голову в сторону, я увидела Лену.

Это точно Лена? Не старуха?

Лена сидит рядом и выжидающе смотрит на меня.

– Ты как? – голосом заботливым, словно у мамы, спрашивает она меня.

– Нормально, – чуть слышно шепчу я.

– Мы боялись, ты не очнешься.

– Где Будур?

Лена отстраняется. Я вижу напротив себя Будур. Она лежит почти бездыханная, с мертвецки белой кожей. Меня охватывает дрожь и паника. Она умерла?

Лена читает страх в моих глазах.

– Живая, но дела у нее плохи, – Лена пытается улыбнуться. – Вот только выздоровеете, я вам устрою сладкую жизнь, – пытается приободрить она меня и себя.

Я замечаю в руках Лены какую-то книгу.

– Что это?

– А, – Лена смотрит на книгу, – стихи.

– Чьи?

– Автор Неизвестный.

– Неизвестный? – знакомое имя. Вспоминаю. У Будур на столе лежала книга со стихами Неизвестного.– Я знаю его.

– Знаешь?

– Да. Его Будур читает.

– Да. Она любит этого автора.

– Почему Неизвестный?

– А? – Лена загадочно улыбается. – На самом деле под этим именем скрывается очень известный человек.

– Кто?

– Секрет.

– Но мне, как еле выжившей, можно сделать скидку.

– Только если никому не скажешь.

– Никому.

– Это Великий князь.

– Великий князь?! – эта новость практически заставила меня окончательно прийти в себя. – Я же читала стихотворение. Это не может быть Великий князь.

– Почему?

– Ну, ну… – я хотела точнее выразить свою мысль. – Он такой надменный. Такой самовлюбленный. Разве может такой индюк писать такие стихи?

– Может. Видно, сильно его пробрало, – Лена рассмеялась.– На самом деле не такой уж он и индюк, хотя иногда прямо вылитый.

– А Будур знает, кто такой этот Неизвестный?

– Конечно. Только помни, что это секрет.

– Ладно.

Я успокоилась. На смену любопытству вновь пришли слабость и тревога. Глаза закрывались.

– Лен, почитай что-нибудь из книги,– я хотела отвлечься от вернувшегося и нарастающего страха.

Мне проще со смертью по-братски обняться,

В азартную с нею пуститься игру,

Чтоб вместе с ней громко шутить и смеяться,

Пусть жизнь моя будет стоять на кону.

Мне проще не спать, а смотреть на луну.

Мне маяться проще сто лет!

Чем просто сказать тебе, что люблю,

А вдруг ты ответишь мне нет?

***

Я проваливалась в свой сон-бред. Когда я вновь очнулась, самочувствие мое было значительно лучше. Я открыла глаза и увидела мужской затылок, склонившийся над Будур. Кажется, это был Великий князь.

Действительно, правитель стоял на коленях рядом с Будур и гладил ее по голове. Он тяжело дышал. Я не могла поверить в то, что видела. Я закрыла глаза, потом вновь открыла. Картина не изменилась. У меня вдруг предательски защекотало в ноздре, я рефлекторно шмыгнула носом. Князь резко обернулся и посмотрел на меня.

– Я рад, что ты очнулась, – с тоскою в голосе сказал он, тронул меня за руку и вышел. Я огляделась. Мы с Будур лежали внутри какого-то шалаша. Значит, нас каким-то чудом нашли и вытащили с той ужасной поляны. Нас спасли, несмотря на всю опасность. Значит, есть люди, которым я нужна. Какая же я счастливая.

Вдруг в шалаш вошел Олег. Увидев его, я была готова разреветься. Он наклонился ко мне.

– Любишь ты поспать, – прошептал он.

– Пить, – попросила я. В моем горле была пустыня. Олег поднес к моим губам флягу с водой. Я осторожно сделала глоток. Потом еще один.

– Ты как, Катюш?

– Почти хорошо. А как Будур?

– Пока плохо.

– Она умрет? – мне стало страшно за нее. Она стала для меня родной.

– Нет, – уверенно ответил Олег. Я знала, что он пытается успокоить меня, но мне так хотелось верить ему.

Олег взял меня на руки и вынес наружу. Рядом с шалашом был разведен костер. У огня кашеварил Дохлятич. Рядом сидела Лена. Здесь были воины Великого князя. Еще у костра сидели двое мужчин, которых я раньше никогда не видела.

Олег присел рядом со мной. Я привалилась к нему спиной. Слабость моя была сильна.