Аура: Девочка демон

Юджин поднял клинок. Она напряглась, ожидая удара, — и увидела, как он приставил катану к собственному горлу.

— Ты совсем ебанулся?!

Голос сорвался. Марта вскинула руку, но тут же остановилась: его взгляд сместился к её пальцам. Она медленно опустила ладонь.

— Убери катану.

Он не шевельнулся.

Через связь пришла его готовность исполнить угрозу. Марта потянулась к этому ощущению, надеясь найти за ним колебание, и почувствовала только боль. Его собственная жизнь сейчас весила для него страшно мало.

— А теперь слушай меня, — сказал Юджин. — Если ты ещё раз решишь, кому умереть ради моей силы…

— Я же не…

Он посмотрел на неё. Марта замолчала.

— Ещё раз будешь стоять и ждать, пока мне станет достаточно больно, — я покончу с собой. И заберу тебя с собой. Клянусь.

Она слышала каждый его вдох. Видела, как дрожит рука с катаной. Прежде эта дрожь позволила бы ей презрительно усмехнуться; теперь Марта боялась даже случайного движения.

Тысячелетиями за любой смертью для неё оставалась возможность продолжения. Она привыкла к этому так давно, что почти перестала замечать. Юджин только что закрыл перед ней эту возможность и стоял, ожидая ответа.

Марта вдавила пальцы в кору. Рис 11.

Рис 11. Беспомощность Марты.

Дыхание всё равно сбивалось. Она хотела приказать ему опустить оружие, заставить пожалеть о сказанном. Вместо этого пришлось сглотнуть, чтобы голос вообще послушался.

— Да.

Юджин ещё несколько мгновений смотрел на неё. Затем катана рассыпалась искрами.

Он опустил руку и отвернулся. Марта осталась у дерева. Пальцы болели; разжав их, она увидела, что под ногти забилась кора. Руки продолжали дрожать, и спрятать это было уже не от кого — Юджин на неё больше не смотрел.

Юджин прошёл обратно через поле.

Теперь он шёл медленнее. Выбирал, куда поставить ногу, переступал через тела. Однажды оступился на скользкой траве, тяжело выдохнул и снова выпрямился.

Марта следила за ним. Он остановился возле Аяно.

Пока он шёл, ему почти удавалось удерживать лицо неподвижным. Теперь это усилие оказалось бесполезным. Та же прядь всё ещё касалась её губ.

Юджин опустился на колени. Протянул руку и увидел, чем испачканы его пальцы. Долго, неловко тёр их о внутреннюю сторону одежды, отыскивая чистую ткань. Боль в плече мешала, и от этого простого препятствия вдруг захотелось закричать.

Он только что уничтожил сотни Опустошённых. А теперь не мог даже как следует вытереть руку, чтобы прикоснуться к ней.

Наконец Юджин отвёл волосы от её щеки. На коже осталась едва заметная тёмная полоска. Он тут же попытался стереть её большим пальцем, бережно, почти не касаясь лица.

— Прости. Я… сейчас.

Полоска исчезла. Он так и остался с протянутой рукой.

Ему хотелось рассказать ей, что произошло. Что он смог призвать меч богини. Что твари испугались его. Он поймал себя на этом нелепом желании и согнулся, словно пропустил удар.

Рассказывать было некому.

Юджин взял её ладонь обеими руками. Пальцы успели остыть. Потом склонился и прижался лбом к её лбу.

На миг мир сузился до этого прикосновения. Он не видел поля, не видел Марту. Только чувствовал знакомую близость и отчаянно старался запомнить её, хотя ещё не знал, как вынести память о том, что больше никогда не повторится.

— Ты бы сейчас сказала мне что-нибудь, — прошептал он. — Да? Хоть что-нибудь.

Слова оборвались. Он остался так, касаясь её лба, и впервые позволил себе заплакать. Без крика; дыхание сбивалось, плечи вздрагивали, а ладонь всё ещё держала её руку так, будто Аяно могла испугаться, если он отпустит.

Он не помнил, когда в последний раз говорил ей, как много она для него значит, хотя времени прошло так мало. Наверное, всё время казалось ему долгим путём. Что впереди ещё будут дни, когда можно сказать лучше, без неловкости, не торопясь.

— Я не знаю, как без тебя, — выговорил он.

Марта слышала. Юджин больше не помнил о её присутствии.

Подняв голову, он осторожно уложил ладонь Аяно поверх другой. Поправил край одежды у плеча. Задержался, отыскивая ещё какое-нибудь маленькое дело, которое позволило бы не вставать.

Впереди были земли Зелёных Аур. Там сейчас кто-то разговаривал, ждал возвращения близких, не зная, что к ним идёт Золкарион.

— Мне нужно идти, Аяно, — сказал Юджин.

Ноги не слушались. Он заставил себя подняться, но не смог сразу отвернуться.

— Я вернусь за тобой.

Обещание прозвучало тихо. Он боялся произнести его после всего, чего уже не сумел сделать, и всё-таки произнёс. Только потом повернулся к тропе. Марта наконец оттолкнулась от дерева.

— Эй.

Он пошёл.

— Юджин.

Его плечи едва заметно качались при каждом шаге. Правая рука висела ниже левой. К Марте возвращалась способность говорить — и вместе с ней злость, за которую теперь хотелось держаться.

— Да куда ты, мать твою, пошёл?!

Юджин остановился. Повернул голову лишь немного.

— Эта мразь отправляется в земли Зелёных Аур.

Впереди темнела тропа. Между корнями ещё оставалось достаточно места, чтобы пройти, не задев ни одного тела.

— Я не могу просто стоять в стороне.

Марта нахмурилась.

Теперь, когда клинка не было, особенно ясно стало видно, во что ему обошлись последние минуты. Он уже не мог скрыть ни усталости, ни крови, пропитавшей одежду под раненым плечом.

— В таком-то состоянии…

Юджин пошёл дальше. Марта проводила его взглядом. Он ни разу не оглянулся. Переступил через корень, придержался здоровой рукой за ствол — и исчез между деревьями. Некоторое время она ещё слышала шаги. Потом лес забрал и их.

Марта осталась на поле, рядом с Аяно. Там, куда ушёл Юджин, уже не двигалась ни одна ветка.

* * *

У границы земель Зелёных Аур вечер начинался спокойно.

Справа журчала вода. Четыре воительницы шли вдоль леса, обходя корни; впереди, за поворотом, дорога спускалась к просеке.

Хина Морикава догнала Саюри и некоторое время шагала рядом, изредка поглядывая на неё.

— Ну говори уже, — не выдержала Саюри Нагано. — Что опять?

— А почему сразу «опять»?

— Потому что ты так смотришь, когда тебе что-то нужно.

Хина поправила ремень ножен.

— Слушай, а ты не возьмёшь мой завтрашний вечер? Я бы за тебя потом утром вышла.

— Нет, завтра не могу.

— А если послезавтра два раза за тебя?

— Хина, я же сказала: не могу. Дело не в том, сколько раз ты за меня выйдешь.

Шедшая следом Мэй Хасэгава протянула Хине флягу. Та взяла её, но пить не стала.

— У тебя что-то случилось? — спросила Мэй.

— Да нет. Просто к матери надо. Мы собирались крышу поправить, пока опять дожди не пошли. Я обещала помочь, а обещание надо держать, тем более перед мамой. Рис 12.

Рис 12. Дозорные в патруле.

— А почему сразу не сказала?

— Кому? Тебе? Ты сама после утреннего дозора еле дошла.

Мэй пожала плечами.

— Ну, не еле. Но спать я бы всё-таки хотела.

Саюри посмотрела на Хину.

— Так предупреди мать. Скажи, что не получается. Ты же на службе, в чём проблема?

— Да она и так это знает. Я уже три раза переносила. Теперь она даже не спрашивает, приду ли. Говорит: «Как освободишься».

Хина отвернула пробку, отпила и вытерла горлышко рукавом, прежде чем вернуть флягу. Несколько шагов все молчали.

— Меня это и злит, — добавила она. — Лучше бы поругалась, что ли. А так вроде всё нормально, только я опять не пришла.

Мио Кадзама, шедшая впереди, подняла руку. Девушки сблизились и замолчали. Она прислушалась у поворота, осмотрела просеку, затем кивнула, разрешая идти дальше.

— Я возьму твой вечер, — сказала Мио уже тише. — А ты мой следующий утренний. Если на посту согласуют.

Хина сразу оживилась.

— Серьёзно?

— Да. Только сначала согласуем, а потом уже обещай.

— Ну хоть ты не начинай.

— А я не начинаю. Мне утром тоже хочется поспать.

Саюри улыбнулась и слегка толкнула Хину плечом.

— И всё-таки ей напиши. Сегодня ещё. Она же не знает, что ты тут за неё целый дозор торгуешься.

— Я не торгуюсь.

— Конечно. Просто предлагала мне две смены за одну.

Хина хотела ответить, но заметила, что тень от Саюри пропала. Солнечная полоса впереди тоже погасла. Ветви над дорогой не шелохнулись.

Мио остановилась.

— Стойте.

Мэй уже смотрела вверх. Просветы между кронами затягивало тьмой; до заката оставалось ещё достаточно времени. Птицы умолкли. Внезапно стало слышно, как Хина часто дышит через нос.

Чьё-то присутствие легло на плечи тяжестью. Саюри пошатнулась и ухватилась за локоть Мэй.

— К просеке, — сказала Мио. — Вместе. Не разбегаться.

Они начали отступать. Мэй достала сигнальный свисток, но не успела поднести его к губам: между двумя деревьями появилась фигура.

Мужчина стоял на дороге, по которой они только что собирались уходить. Выпрямленные плечи, свободно опущенные руки. Он посмотрел на свисток, потом на лицо Мэй.

— Зови, — сказал Золкарион. — Может, кто-нибудь и успеет.

Мио вытащила меч.

— Мэй, к посту. Мы прикроем.

Та резко свистнула. Тревожный звук прошёл между деревьями, и Мэй сорвалась с места. Мио шагнула за ней, удерживая Предвестника в поле зрения. Саюри с Хиной остались по краям дороги.

Золкарион повернул голову вслед бегущей.

— Саюри, сейчас! — крикнула Хина.

Они ударили с двух сторон. Зелёная энергия вспыхнула вдоль клинков. Мио увидела, как Саюри заходит слева, заставляя противника повернуться к ней, а Хина сокращает расстояние справа. Всё произошло быстро, слаженно — как они не раз отрабатывали.

Золкарион даже не поднял рук.

Раздался короткий влажный звук. Тело Саюри сделало ещё шаг, а голова уже ударилась о землю. Хина успела повернуться к ней, и следующий удар рассёк её шею. Кровь брызнула на дорогу. Обе рухнули почти одновременно.

Мио отступила, едва не наступив на выпавший меч. Саюри лежала у самого поворота. Хина — чуть дальше, там, где ещё недавно просила поменяться сменами.

Из леса донёсся второй свист. Мэй продолжала бежать.

Мио бросилась на Золкариона, не давая ему развернуться вслед за ней. Первый удар он пропустил возле плеча. От второго ушёл движением головы. Мио заставила себя шагнуть ещё ближе, почти под его руку.

— На меня смотри!

Он ударил её ногой в грудь. Мио отлетела, скользнула спиной по стволу и упала на колени. Воздух вышибло из лёгких; она вцепилась в рукоять, пытаясь снова подняться.

Вокруг пальцев Предвестника сгущалась тьма. Вытянулась в длинное чёрное копьё. Мио качнулась к нему, но ноги не послушались.

— Мэй!

Копьё сорвалось с руки. Свист оборвался на полузвуке. Мэй ещё пронесло вперёд несколько шагов, затем она упала лицом в траву. Из затылка торчало копьё, которое тут же рассыпалось дымом.

Мио смотрела на неё и ждала движения. Потом перевела взгляд на свисток возле разжатых пальцев. Второй сигнал ушёл. Кто-то должен был услышать.

Она снова подняла меч.

Золкарион приближался без спешки. Мио попыталась встать, опираясь левой рукой о дерево. Правая слушалась плохо; остриё ходило перед ней из стороны в сторону.

— Не подходи.

Он остановился за пределами удара. Мио старалась дышать тише, хотя после удара каждый вдох резал грудь.

— Что тебе надо тут? — спросила она. — Мы же… мы даже не знали, что ты здесь.

Предвестник посмотрел в сторону леса.

— Мне нужно увидеть, на что способно дитя пророчества. Сколько в нём света. Вы оказались кстати.

Мио не понимала, о ком он говорит. Она следила за его руками и пыталась придумать хоть что-нибудь. До свистка не добраться. От следующего копья не уйти. Он даже не запыхался.

— Я никому ничего не…

Мио осеклась. По его лицу поняла: он не собирается торговаться.

— Я не хочу умирать, — выговорила она.

— Ну, это понятно: никто не хочет просто так умирать, но твоя смерть будет не просто так, а на пользу моему эксперименту.

Он шагнул к ней. Мио ударила снизу вверх, целясь в лицо. Золкарион перехватил запястье; меч упал, звякнув о корень. Девушка потянулась к нему свободной рукой, но Предвестник вывернул её назад и рывком поставил Мио на ноги.

Она попыталась вырваться, ударить его пяткой, зацепиться за ствол. Он оказался за спиной и удержал оба запястья. Мио почувствовала подошву между лопатками.

— Стой. Нет, прошу, пожалуйста…

Золкарион начал тянуть её руки на себя. Она подалась назад, пытаясь уменьшить натяжение, но упёрлась спиной в его ногу. В плече что-то хрустнуло. Мио закричала и согнулась, насколько он позволил. Ноги подкашивались; он удерживал её, не давая упасть.

Юджин выбежал на дорогу почти вплотную к телу девушки. Он шёл на тревожный свист, пока не услышал крик; последние метры бежал, сбиваясь на корнях и уже не замечая, как боль от каждого толчка отдаёт в плече.

Юджин остановился. Голова лежала отдельно, у корней. Чуть дальше виднелась вторая погибшая. Ещё одна — в траве у тропы. А возле дерева стоял Золкарион и держал четвёртую за вывернутые руки.

Она была жива.

Девушка подняла лицо. Её взгляд встретился с его взглядом; на миг она перестала кричать и судорожно втянула воздух. Рис 13.

Рис 13. Её уже не спасти.

— Помоги…

Юджин двинулся к ней. Поднял ладонь, пытаясь снова призвать катану. Красный свет проступил между пальцами и погас.

Золкарион улыбнулся.

— Ух ты, и всё-таки успел.

Он сильнее упёрся ногой ей в спину. Девушка вскрикнула, и Юджин замер. От Предвестника её отделяло слишком мало места. Один огненный удар мог достаться обоим.

— Отпусти её, — сказал он. — Ты же меня ждёшь, я тут.

Золкарион посмотрел на его пустую руку, потом снова в лицо.

Юджин осторожно перенёс вес на другую ногу. До девушки оставалось несколько шагов. Он попытался обойти Предвестника сбоку, но тот развернулся вместе с пленницей, всё время прикрываясь ею.

Девушка шевельнула губами. Юджин не расслышал слов.

Золкарион рванул с хрустом её руки назад.

Крик оборвался на хрипе. Суставы и мышцы не выдержали; оторванные руки остались у Предвестника, а девушка рухнула вперёд. Юджин бросился к ней. Золкарион отбросил то, что держал, и преградил дорогу.

Она лежала на боку, ещё пыталась двигаться. Тьма стеклась к пальцам Предвестника и вытянулась в копьё.

Юджин ударил его здоровой рукой, стараясь сбить замах. Золкарион перехватил запястье и оттолкнул его так легко, что Юджин не удержался на ногах.

— Нет!

Он упал на колено и снова потянулся вперёд. Копьё ударило вниз. Девушка дёрнулась и затихла.

Несколько мгновений Юджин ещё слышал её голос. Потом остался только звук собственного дыхания.

Он не знал её имени. Не знал, сколько ей оставалось идти до дома. Но видел, как она посмотрела на него. Видел, что успела поверить.

Золкарион вытащил копьё. Тьма рассыпалась между пальцами.

— Ну?

Юджин поднял голову. Предвестник наблюдал за ним с тем же вниманием, с каким Марта следила за его пробуждением. Он ждал, что получится из этой смерти.

Воздух вокруг Юджина дрогнул от жара.

—Ублюдок. Я тебя убью.

Первый огненный шар прошёл рядом с плечом Золкариона. За его спиной рвануло дерево; щепки и земля ударили по стволам. Юджин поднялся, пошатываясь, и выбросил ладонь снова.

Предвестник сместился в сторону. Вторая сфера взорвалась у дороги, третья — между деревьями. Юджин шёл за ним. Он видел, куда тот ступает, пытался перехватить следующий шаг, но в последний момент Золкарион всякий раз оказывался в другом месте.

— Стой, тварь!

Огонь взметнулся выше крон. Юджина толкнуло жаром; он заслонил лицо раненой рукой и почти сразу ударил опять. По сухим веткам пламя перебралось на кусты. Загорелась трава вдоль дороги.

Золкарион отступал через ту часть поляны, где лежали погибшие.

Юджин заметил огонь возле девушки, которую только что пытался спасти. Увидел, как вспыхнула ткань на её плече. На мгновение рука остановилась, но Предвестник снова мелькнул между деревьями, и Юджин послал вслед ещё одну сферу.

Взрыв накрыл край дороги.

Золкарион был жив. Он стоял по другую сторону огня, почти нетронутый, а там, где лежали девушки, полыхала трава. Пламя добралось до тела у тропы, побежало по одежде двух погибших возле поворота. Юджин смотрел на них, всё ещё держа поднятую руку.

Юджин опустил руку и шагнул к ближайшей девушке. Пламя уже скрывало лицо, которое он запомнил всего несколько мгновений назад. Он сжал пальцы, попытался удержать огонь, потянуть к себе то, что так легко выбрасывал наружу. Ничего не произошло.

— Да погасни же…

Он опустился на колени у края пламени. Попробовал сбить его ладонью с рукава, отдёрнул обожжённые пальцы. Ткань рассыпалась под прикосновением.

Юджин застыл. У Аяно он так долго оттирал руки, прежде чем коснуться её щеки. Здесь не смог сохранить даже того, что осталось после убийцы.

— Эй, ты чего остановился? — спросил Золкарион из-за огня.

Юджин не ответил. Он искал, за что взяться, как вытащить девушку, и не решался прикоснуться снова. Перед глазами стоял тот миг, когда он заметил огонь у её плеча и всё равно выбросил следующую сферу.

С дороги донёсся женский голос:

— Юджин! Назад!

Он повернулся не сразу. Между ним и огнём прошла вода. Пламя пригнулось к земле, исчезло в густом пару. Юджин закашлялся. Ещё один поток хлынул вдоль дороги, накрыл горящие кусты; деревья зашипели, и с ветвей посыпался чёрный мокрый пепел.

Керин остановилась рядом. Синие волосы прилипли к щеке от воды. Она быстро оглядела его, заметила пропитанный кровью рукав и потянулась к здоровой руке.

— Вставай. Давай, опирайся.

Юджин не двинулся.

— Мы были неподалёку и услышали тревогу, — сказала она. — Где дозор?

Он посмотрел на мокрую землю перед собой.

Керин проследила за его взглядом. Её рука замерла. Она обернулась к дороге, увидела остальных и на секунду закрыла глаза.

— Их было четверо, — сказал Юджин. — Когда я пришёл, одна ещё…

Голос не послушался. Керин присела, осторожно взяла его за предплечье. Рис 14.

Рис 14. Всё хорошо Юджин?

— Поднимайся, пожалуйста, Юджин. Он ещё здесь.

Золкарион вышел из пара, и Керин встала, заслоняя Юджина. Но между ней и Предвестником уже остановилась другая женщина.

Короткие синие волосы скользнули по спине, когда она повернулась к дороге. Её взгляд задержался на погибших. Затем женщина снова посмотрела на Золкариона. Лицо стало жёстким.

— Отойди от них.

Предвестник перестал улыбаться. Медленно развернулся к ней всем телом.

— Мидцуки.

Рис 15.

Рис 15. И вот появилась она. Властительница Синих Аур.

Она не ответила сразу. Поставила ногу чуть в сторону, перекрывая проход. Золкарион следил за этим движением, и Юджин впервые увидел, с какой осторожностью Предвестник выбирает, куда ступить самому.

— Давненько не виделись, — сказала Мидцуки Огава. — Керин, займись им.

Керин снова подхватила Юджина под руку. На этот раз он попытался подняться. Нога скользнула по мокрому пеплу, и Юджин вцепился в её плечо, едва не увлекая за собой.

— Тише. Я держу.

— Я сжёг их.

Керин посмотрела на него. Юджин не смог отвести глаз.

— Они уже были мертвы. Но я видел, что туда идёт огонь, и всё равно…

Он снова посмотрел на свои пальцы. Кожа покраснела; на ладони остался пепел, прилипший к крови. Юджин начал было вытирать его об одежду и остановился.

Керин задержала взгляд на его руках. Потом крепче поддержала за локоть и помогла отойти к дереву.

Юджин обернулся на дорогу. Он по-прежнему не знал ни одного имени. Теперь ему предстояло узнать их — и кому-то рассказать, что случилось здесь после их смерти.

* * *

Марта всё ещё стояла у дерева.

Она разглядывала ладонь. Следы коры почти исчезли, но пальцы время от времени начинали дрожать снова. Марта сжимала их в кулак и ждала, пока пройдёт.

— Этот мальчишка.

Слово прозвучало тихо. Она попробовала сказать его с прежним презрением и не стала повторять.

Юджин не должен был получить доступ к катане так рано. Не должен был увидеть столько. Она рассчитывала на пробуждение, на первый настоящий шаг — а он успел найти в их связи то, о чём она предпочла бы вообще никогда не говорить.

Марта провела рукой по лицу. Перед глазами снова возникло лезвие у его горла. Она помнила собственный голос: «Убери катану». Даже сейчас хотелось вернуться в ту секунду и произнести это иначе, чтобы не слышалось, как ей страшно.

Она дала ему силу. Он воспользовался ею, чтобы поставить её к дереву.

Марта шагнула к тропе и остановилась. В стороне лежала Аяно. Руки были сложены одна поверх другой; Юджин поправил ткань на её плече. Он возился с ней так долго, хотя прекрасно знал, куда отправился Предвестник.

«Я вернусь за тобой».

Марта посмотрела на деревья вокруг поля. Сотни тел ещё не успели остыть, запах крови стягивался к лесу. Она осталась между тропой и Аяно. Если здесь появится кто-нибудь ещё, она хотя бы увидит его первой.

— Своими действиями, значит, можешь распоряжаться моей жизнью, — сказала Марта в сторону, куда ушёл Юджин. — Это так, по-твоему?!

Ответа не было. Без него спор никак не складывался: она находила новую реплику, а произносить уже не хотелось.

Прежние носители всегда благодарили. Её предыдущий произносил её имя мягко, почти благоговейно. Она помнила это слишком хорошо — в отличие от того, как её предавали. С какого именно дня началась ложь, Марта так и не узнала. В памяти остались одни и те же голоса и до предательства, и после него.

Юджин не пытался понравиться. Не стал прятать ненависть, чтобы получить от неё ещё больше. Марта почти ухватилась за эту мысль и тут же стиснула зубы. Великое утешение: этот хотя бы предупредит, прежде чем погубить её.

Она отвернулась к лесу. Там было пусто.

«Её смерть оказалась полезной».

Сила ведь пробудилась. Юджин выжил. Марта по-прежнему могла перечислить всё, что он получил, и от этого события не становились другими. Она попыталась снова представить его перед собой — поставить перед ним эти доводы, заставить выслушать до конца.

Вспомнилось, как он вытирал руку о внутреннюю сторону одежды. Больное плечо мешало; Юджин пробовал ещё раз, пока не нашёл чистый участок. А потом всё равно оставил на щеке Аяно тёмную полоску и начал стирать её.

Марта раздражённо выдохнула. Эта подробность мешала сосредоточиться.

Издалека донёсся глухой удар. Она вскинула голову и прислушалась через связь. Юджин был жив. Истощён настолько, что Марта невольно сделала шаг к лесу. За первым ударом последовал второй; между деревьями мелькнул далёкий отсвет.

— Ну конечно. Само собой ты ещё…

Она ждала следующего взрыва, готовясь окликнуть его через связь. Но прежде чем нашлись слова, что-то в его состоянии изменилось. Ярость больше не закрывала всё остальное. Марта почувствовала боль — глухую, тяжёлую — и не смогла понять, что именно произошло.

Рука сама поднялась к груди. Юджин был жив; она проверила ещё раз и только тогда опустила ладонь.

Марта посмотрела на Аяно. Так и не придумала, что сказала бы Юджину, если бы он сейчас снова оказался перед ней. Извиняться она не собиралась. Повторять прежние слова тоже почему-то не хотелось.

Она повернулась лицом к деревьям, оставив Аяно за спиной, и заставила себя разжать кулак.

— Ненавижу тебя, Юджин Ехиро, ненавижу! Рис 16.

Рис 16. Ненависть Богини.

Глава 7

Потерянное никогда не будет забыто

Керин подхватила Юджина под руку и помогла подняться. Стоило ему выпрямиться, как боль стянула грудь. Он судорожно втянул воздух и едва не осел обратно. Керин удержала его, позволив опереться на своё плечо. Рис 1.

Рис 1. Поддержка.

— Не торопись. Я держу.

Юджин кивнул, хотя почти не услышал её. Перед ним всё ещё стоял Золкарион.