Фокусы Геркулеса Квика

Глава 1

Геркулес Квик жил со своей тётушкой Аллигатрией в доме из красного кирпича. В этом большом красном доме было три этажа, и Геркулес с тётушкой жили прямо посередине.

Выше этажом проживало семейство лосей: папа Лось, мама Лось, бабушка Лось, прабабушка Лось, прапрабабушка Лось, дядя Лось, двоюродный брат Лось и, конечно, Лосятка. И все они были чрезвычайно мохнатые.

Ниже этажом располагалась квартира профессора Кальмари, осьминога. Целыми днями он слушал радио и ел оладушки.

На крыше кирпичного дома под бельевыми верёвками жили черепахи – братья Майк и Герберт. Отличали их друг от друга по именам на панцирях.

А в самом низу, в тёмном-тёмном подвале, обитала королева Клод. Она была очень тихая. Она была такая тихая, что иногда всем казалось, будто она куда-то переехала. Но она всегда появлялась, когда её меньше всего ждали.

Эта история началась в тот день, когда Геркулес Квик пошёл за покупками с тётушкой Аллигатрией.

В витрине магазина игрушек он заметил коробку, на которой блестящими буквами было написано:

О, это был лучший набор фокусника, который Геркулес когда-либо видел! Только о нём и мог теперь думать Геркулес, и думал он всё время, пока они шли от магазина до дома.

– А дорого стоит тот набор фокусника? – спросил он тётушку Аллигатрию, потянув её за коготь.

– Боюсь, что да, – ответила она.

– А сколько там набралось в моей копилке? – спросил Геркулес.

– Если честно, Геркулес, боюсь, у тебя нет копилки.

Геркулес вздохнул. Нет копилки – нет и сбережений.

«Я пойду работать! – подумал он. – Точно, работа – это то, что мне нужно».

Геркулес опять потянул тётушку за коготь:

– А правда же, тётушка, на свете очень много работ, которые кто-то должен делать?

– Что ж, Геркулес, – кивнула она, – какая-то работа найдётся всегда.

Геркулес кивнул. У него появилась идея.

Как только они пришли домой, Геркулес побежал к себе в комнату. Он достал краски, кисточку, большой лист бумаги и написал на нём вот что:

Геркулес подождал, пока краска высохнет, и побежал к тётушке. Она сидела за своим письменным столом и писала в дневник секретным шифром.

– Смотри! – закричал Геркулес, держа в руках лист. – Смотри, я сделал вывеску!

– Батюшки! – воскликнула тётушка. – Геркулес?!

– Знаю, знаю, что ты думаешь, – продолжал Геркулес, – конечно, десять центов – это немного, но ты только подумай: десять центов в день – это доллар через десять дней, а через десять недель – семь долларов. А через десять месяцев – это триста десять долларов! То есть ровно столько, сколько стоит набор фокусника!

– Понятно, – сказала весьма впечатлённая тётушка Аллигатрия. – Надо сказать, Геркулес, ты отлично умеешь считать.

– Я сейчас повешу вывеску на окно, чтобы её все видели, – сказал Геркулес.

Он приклеил свой плакат к раме скотчем, чтобы его не сдуло ветром.

Что теперь? Геркулес оглядел комнату.

На книжном шкафчике лежал зелёный носок, который Геркулес недавно нашёл в парке под опавшими листьями. Он принёс его домой на случай, если носок однажды пригодится. Что ж, этот день наконец настал! Геркулес взял носок и встряхнул его.

– Это идеальная копилка! – сказал он и показал носок тётушке Аллигатрии.

Теперь он был готов ко всему и очень взволнован. Осталось только найти работу!

Глава 2

Ведро лепестков

Долго ждать не пришлось. Мгновение спустя кто-то постучал в дверь. Тётушка открыла, и они увидели профессора Кальмари.

– О, здравствуйте, профессор! – сказала тётушка.

– Здравствуйте, душенька, – сказал профессор своим булькающим голосом. – Геркулес здесь? Я пришёл, потому что увидел вывеску на вашем окне.

– Вот и я! – подбежал Геркулес. – У вас есть работа для меня?

– Да, есть, – сказал профессор Кальмари.

Он подкрутил одним из щупальцев свои усы, а потом достал из-за спины ведро.

– Это моя коллекция лепестков роз, – объяснил он, – я собираю их очень-очень давно.

Геркулес и тётушка с удивлением посмотрели на ведро.

– Потрясающе, – сказала тётушка.

– Хм, а что делать-то надо? – спросил Геркулес.

– Я хочу попросить тебя, Геркулес, встать у окна и сыпать эти лепестки на головы прохожим. Когда ведро опустеет, я дам тебе десять центов.

– И всего-то? – удивился Геркулес.

– Да, – ответил профессор Кальмари, – я бы и сам этим занялся, но скоро начинается моя любимая радиопередача.

– Но вы точно уверены, что не хотите, чтобы я, например, продавал лимонад? – спросил Геркулес.

– Какая связь между продажей лимонада и разбрасыванием лепестков, хотел бы я знать? – строго сказал профессор. – Не могу поверить, что ты мне это предложил.

Вспомнив о наборе фокусника, Геркулес сказал:

– Ладно, я займусь этим.

Профессор Кальмари протянул ему ведро и поспешил в свою квартиру. Он уселся в кресло с тарелкой оладушек и включил радио погромче. В комнате зазвучали трубы.

А этажом выше Геркулес поднёс ведро к окну, взял горсть лепестков, высунулся наружу и начал сыпать их на головы прохожим.

Безусловно, Геркулес не мог не заметить, что не всем нравится его работа. Но он не остановился, пока ведро не опустело, а весь тротуар не покрылся лепестками роз.

– Пойду к профессору Кальмари, – сказал Геркулес тётушке, – получу свои честно заработанные десять центов.

Геркулес подхватил ведро, сбежал по ступенькам на этаж ниже и позвонил в дверь профессора. Когда профессор увидел, что лепестков в ведре нет, он очень обрадовался.

– Отличная работа! – сказал он. – Подожди минутку.

Геркулес остался ждать. Вдруг он услышал странный хлюпающий звук, затем появился профессор Кальмари. Он принёс блестящую десятицентовую монетку, пакет, полный воды, и горсть водорослей.

– Знаешь, Геркулес, я решил дать тебе ещё кое-что, – сказал профессор.

– Там что, головастик? – удивился Геркулес, посмотрев на пакет.

– Да, да, – ответил профессор, – это Сильвия. Она, знаешь ли, сирота.

Сильвия подмигнула Геркулесу.

– Ох, – воскликнул Геркулес, положил монетку в карман и очень осторожно пошёл к себе, держа пакет с Сильвией.

– Смотри, – сказал Геркулес тётушке Аллигатрии, – это Сильвия. Она теперь будет жить с нами. Ног у неё пока что нет, но это потому, что она головастик.

– Зато у неё милая улыбка, – ответила тётушка.

Геркулес нашёл пустую стеклянную банку и перелил туда воду вместе с Сильвией. Она явно была довольна. Тётушка верно подметила: улыбка у Сильвии и впрямь была милая.

Глава 3

Оп-ля!

Геркулес поставил банку с плавающей в ней Сильвией на стол и достал краски. Он хотел нарисовать портрет малышки, но это было непросто, потому что она ни на секунду не переставала махать хвостиком.

Тут зазвонил телефон, и тётушка Аллигатрия сняла трубку.

– Алло! – сказал голос на другом конце. – Говорит папа Лось.

– Привет, папа Лось! – ответила тётушка. – Как там дела у ваших?

Она не стала перечислять имена всех лосей, потому что их было очень много: папа Лось, мама Лось, бабушка Лось, прабабушка Лось, прапрабабушка Лось, дядя Лось, двоюродный брат Лось и, конечно, Лосятка.

– У нас хорошо, все мохнатые, как обычно, – ответил папа Лось. – Вообще-то я звоню потому, что мы собираемся играть в карты.

– Как мило, – пробормотала тётушка Аллигатрия, которая не любила карточные игры.

– Знаю, вы это не любите, – продолжал папа Лось, – а то я бы вас, конечно, пригласил. Но вот что я подумал… Я видел вашу вывеску. Как думаете, пока мы играем, не приглядит ли Геркулес за малышом?

– Так, – начала тётушка Аллигатрия, но тут в трубке раздался щелчок, а после тётушка услышала топот копыт по лестнице. В дверь постучали. Тётушка Аллигатрия открыла. На пороге стоял папа Лось, а на плечах у него сидел Лосятка.

– Это мы, – сказал папа Лось. – Геркулес, ты не присмотришь за нашим Лосяткой?

– Хм… Вообще-то я начал рисовать портрет своей подруги Сильвии.

– Лосятка любит рисовать! – воскликнул папа Лось.

Лосятка соскочил с папиных плеч и помчался прямо к мольберту Геркулеса.

– Краски! – закричал он и стал макать в них свои копытца.

– Минуточку! – сказал Геркулес.

– Это всего на часик, – взмолился папа Лось, – пока мы в карты играем. Просто бедный наш Лосятка очень нервничает, когда кто-то кричит «Бита!».

Геркулес подумал о наборе фокусника.

– Хорошо, – согласился он.

– Ты сокровище, Геркулес! – обрадовался папа Лось, чмокнул Лосятку в мохнатую макушку и убежал играть в карты.

У Лосятки все копытца стали разноцветными. Тётя Аллигатрия принесла салфетку и вытерла с них краску.

– Может, сходишь с Лосяткой в парк, Геркулес? – предложила она. – Он там поиграет на детской площадке.

– Играть! – обрадовался Лосятка и выбежал из квартиры.

– Подожди меня! – закричал Геркулес.

Он помчался вниз по ступенькам за малышом, который уже оказался у входной двери. Геркулесу пришлось гнаться за ним по улице до самого парка.

– Ну, Лосятка, – сказал он, запыхавшись, – ты хочешь покататься с горки?

– Она слишком высокая, – испугался Лосятка и вцепился в Геркулеса.

– Ладно, а как насчёт песочницы?

– Слишком песочно, – скривился Лосятка.

– А на лазалки хочешь?

– Они страшные, – крикнул Лосятка и залез в кусты.

И тут Лосятка увидел качели с пружинами, на которых нужно качаться вдвоём, вверх-вниз.

– ПРЫГАТЬ! – крикнул Лосятка.

Он подбежал к качелям и сел с одной стороны, а Геркулес устроился с другой.

– Оп-ля! – закричал Лосятка.

Лосятка подскочил на пружинке, а Геркулес опустился. Потом Геркулес подскочил, а Лосятка опустился. Они подскакивали и опускались, и всё вокруг тоже подскакивало и опускалось – вверх и вниз, вверх и вниз, вверх и вниз, вверх и вниз.

«Оп-ля, оп-ля, оп-ля!»

Как раз в тот момент, когда Геркулес почувствовал, что больше не может выносить эти «оп-ля», Лосятка вдруг закричал:

– Я устал!

– Наконец-то!! – обрадовался Геркулес и поскорее слез с качели, боясь, как бы Лосятка не передумал. – Пора домой.

Они пошли обратно, и всю дорогу их немножко качало вверх-вниз.

Папа Лось ждал их у дверей квартиры, а позади него на диване спали все лоси, очень уставшие от карточных игр.

– С возвращением! – поприветствовал папа Лось. – Держу пари, вам двоим было весело вместе.

– Весело! – сказал Лосятка, зевнув во весь рот.

– Большое тебе спасибо, Геркулес, – папа Лось протянул Геркулесу монетку. – Вот твои десять центов за работу. А прабабушка Лось велела передать тебе этот кремовый торт в качестве особенной благодарности.

– О, это чудесно, – сказал Геркулес.

Он взял монетку с кремовым тортом и, пошатываясь, спустился по лестнице.

– Тётушка, пожалуйста, съешь этот кремовый торт, если хочешь. А я полежу немного, – сказал он тётушке Аллигатрии.

– Тебе что-нибудь нужно? – спросила она.

– Нет, спасибо, – вздохнул Геркулес и закрыл глаза.

Похоже, он перекачался. Ему казалось, что диван под ним подпрыгивает вверх-вниз.

Глава 4

Теннисный мячик

Геркулес услышал шорох у входной двери и пошёл взглянуть, что там такое. Он увидел, что в щель под дверью просунули мятый клочок бумаги. На нём было что-то написано неразборчивым почерком, похожим на птичьи следы.

– Что там такое, Геркулес? – спросила тётушка Аллигатрия.

– Это записка от королевы Клод, – ответил Геркулес, нахмурившись, – она предлагает мне работу. Но всё так непонятно написано!

– Какую работу? – осторожно спросила тётушка.

– Здесь не сказано. Она пишет только, что это… – Геркулес с трудом мог разобрать слова…

– Хм, – хмыкнула тётушка, – Ты уверен, что хочешь взяться за эту работу? В подвале-то темно.

– Тётушка, я же коплю деньги, – напомнил ей Геркулес, – мне нельзя привередничать.

И он спустился по крутой лестнице, которая вела в подвал, где жила королева Клод.

Было так темно, что Геркулесу пришлось держаться за стену двумя руками и спускаться на ощупь, ступенька за ступенькой, очень медленно…

– ПРИ! – закричал Геркулес.

– ВЕТ! – закончила королева Клод.

В темноте блеснули глазки-бусинки и ряд белоснежных зубов.

– Это я… – сказал Геркулес. – Я, Геркулес Квик.

Сначала было очень тихо, а потом королева Клод рявкнула:

– Геркулес Квик! Наконец-то ты здесь!

Она чиркнула спичкой и зажгла оплывшую свечу.

– Есть у меня для тебя работёнка, Геркулес Квик, – сказала королева Клод.

– Здорово! – ответил он. И тут же добавил: – Наверное…

– Видишь это? – в сумраке королева Клод показала ему на огромную фиолетовую сумку, которую держала в руках.

– Ну да?..

– Здесь, – сказала королева Клод, понизив голос, – я храню свой теннисный мячик.

– Вон оно как, – кивнул Геркулес.

– Но сейчас, – продолжала она зловеще, – МОЙ МЯЧИК ИСЧЕЗ! Ты должен найти его. Это и есть твоя работа, – добавила она спокойнее.

– Наверняка я смогу это сделать, – выдохнул Геркулес. – Когда вы в последний раз его видели?

– Ровно три минуты назад, – буркнула королева Клод.

– Ну, далеко ему не уйти, – сказал Геркулес, – предоставьте это мне, кор… Ваше Величество.

– Я пойду навещу кузину, – ответила королева Клод. – Я уверена, что к моему возвращению ты найдёшь мой теннисный мячик.

И королева Клод поспешно удалилась, оставив Геркулеса одного в тёмном подвале.

Геркулес огляделся в мерцающем свете свечи и начал поиски. Он обыскал пол и заглянул во все мрачные пыльные закутки. Он перетрогал сто-о-олько разных неприятных вещей, и в нос ему набилось так много пепла, что он несколько раз чихнул.

Наконец, когда свеча почти догорела, а мячик так и не нашёлся, раздался шаркающий звук. Вернулась королева Клод и сверкнула глазами-бусинками.

– Ну что, ты нашёл его? – прошептала королева ему прямо в ухо. – Где мой мячик?

Геркулес аж подскочил от испуга.

– Я… – начал он, – боюсь, я пока его не нашёл.

– ПОКА НЕ НАШЁЛ? – повторила она возмущённо. – Ты его ПОКА НЕ НАШЁЛ???

– Я везде посмотрел, – развёл руками Геркулес.

– Ты уверен? – королева Клод злобно зашипела. – А ты смотрел… в моей СУМКЕ?

– Я…

– Ха! Так я и думала!

Королева Клод открыла свою большую фиолетовую сумку и запрыгнула туда. Она чем-то шуршала и гремела, а потом раздался приглушённый крик:

– Нашла!

Королева Клод выскочила из сумки, торжествующе размахивая теннисным мячиком.

– Вот он! – воскликнула она. – Вот мой любимый мячик для пинг-понга!

– Ой, – сказал Геркулес. – Но вы же сказали, что…

– И вот твои десять центов, – отрезала королева Клод, протягивая ему ржавую монету. – Я тебя порекомендую всем своим друзьям.

– Спасибо, – растерялся Геркулес.

– А теперь давай, иди! – крикнула она. – Нечего тут торчать, раз работа уже выполнена.

– Да, да, – попятился Геркулес. – Что ж, тогда до свидания.

Королева Клод уже не обращала на него никакого внимания. Она принялась подбрасывать свой теннисный мячик к потолку.

А дома тётушка Аллигатрия и Сильвия ели лапшу.

– Ох, ты долго! – воскликнула тётушка Аллигатрия. – Удалось тебе помочь королеве Клод?

– Я не совсем уверен в этом, – признался Геркулес, но радостно добавил: – Зато она заплатила мне десять центов!

Он сел за стол перед банкой, где плавала Сильвия. Из уголка её рта свисал кусочек лапши, и Сильвия улыбалась.

Глава 5

Сушильная песня

– Геркулес, – сказала тётушка, – я ведь встретила Герберта в коридоре, и он сказал, что у них с Майком есть для тебя работа на крыше.

Как много дел! Геркулес вдруг почувствовал, что жизнь у него стала очень насыщенной.

– Я хотел поиграть в прятки с Сильвией, – ответил он.

– Если хочешь, я с ней поиграю, – предложила тётушка, – я люблю прятки.

Геркулес вздохнул.

– Ну ладно. Тогда я лучше пойду и посмотрю, чего они хотят.

Он с трудом поднялся по ступенькам большого красного дома на крышу, где жили Майк и Герберт.

Черепахи уже ждали его под сушилкой для белья, а рядом с ними стояла корзина с мокрыми вещами. Внезапный порыв ветра чуть не сбил Геркулеса с ног, и он вцепился в опору сушилки.

– Здравствуй, Майк, здравствуй, Герберт! – Геркулесу пришлось перекрикивать ветер.

– Привет, Геркулес, – ответил Герберт. – Как же я рад, что ты пришёл!

Геркулес указал на корзину и спросил:

– Мне надо повесить бельё?

– Нет, нет! – удивился Герберт. – Что ты! Я его всегда сам развешиваю.

Тут к Геркулесу подошёл Майк. На нём был полосатый шарф. Майк кашлянул.

– Видишь ли, – сказал он хриплым голосом, – обычно, когда Герберт развешивает бельё на верёвке, я пою ему песни. Но ты же слышишь – я простыл и потерял голос. И мы подумали, что ты мог бы спеть вместо меня.

– И это вся работа? – удивился Геркулес. – Петь песню?

– Хорошую сушильную песню! – уточнил Герберт. – Ты ведь такие знаешь?

Вообще-то Геркулес не знал ни одной сушильной песни. Но он решил, что сможет сочинить её.

– Хорошо, – сказал он. – Я готов.

– Прекрасно! – обрадовался Герберт. – Тогда начинай, а я буду развешивать вещи.

Майк забрался в пустой цветочный горшок, чтобы спрятаться от ветра, а Герберт поднялся на маленькую стремянку, чтобы развешивать одежду.

Геркулес набрал побольше воздуха, раскинул руки и запел:

– Браво! – сказал Герберт, вешая трусы.

Геркулес продолжал:

– Это лучшая песня из всех, что я слышал! – прохрипел Майк из цветочного горшка.

Геркулес пел дальше:

Геркулес пел, ветер дул, Майк хлопал, а Герберт развешивал бельё – наволочки, брюки, рубашки, майки, трусы, свитера, кардиганы, носки. Геркулес всё пел и пел.

НОСКИ?!

Геркулес уставился на бельевую верёвку. Герберт развешивал на верёвке три ЗЕЛЁНЫХ носка. Всего три!

– Герберт, – перестав петь, сказал Геркулес, – ты случайно не терял зелёный носок?

Герберт вытащил изо рта прищепку и повернулся к Майку.

– Сейчас, когда ты об этом сказал, я вспомнил, что, возможно, потеряли, да, Майк? Помнишь тот день? В парке ты снял носки, чтобы поплавать в утином пруду, и оставил один носок под кучей листьев.

– Я помню, да-да, – ответил Майк тихо, прикрыв глаза чешуйчатой лапой, и шёпотом добавил: – Было так неловко идти домой в трёх носках.

– Ну надо же! – воскликнул Геркулес. – Кажется, это я нашёл его! Я думал, что это никому не нужный носок. Я использую его как копилку.

Майк удивлённо посмотрел на Геркулеса.

– Как копилку? Мой носок?

– Прости, пожалуйста, – вздохнул Геркулес. – Я сейчас сбегаю за ним.

– Не надо, не надо, – возразил Герберт, просияв. – Давай признаем, Майк, что минус один носок – это минус одна стирка.

Он слез со стремянки. Верёвки теперь были завешаны одеждой, а корзина для белья пуста.

– Ну вот, дело сделано, – довольно сказал Герберт, доставая из-под панциря десятицентовую монетку и протягивая её Геркулесу. – Огромное спасибо тебе, Геркулес! Это было чудесно.

– Это лучшая сушильная песня, – согласился Майк и закашлял в шарф.

– Спасибо, – поблагодарил Геркулес, – но вы точно не хотите, чтобы я вернул вам носок?

– О, вот бы как-то потерять всю одежду, – мечтательно сказал Герберт, падая на спину, – мне бы тогда вообще не пришлось ничего развешивать.

Геркулес поскорее поспешил с крыши, боясь, что его собьёт с ног сильный порыв ветра.

– Как всё прошло? – спросила тётушка Аллигатрия, стоя за занавеской. Они всё ещё играли в прятки с Сильвией.

– Кажется, хорошо, – прохрипел Геркулес.

Говорить он не мог, горло уж очень разболелось от пения.

Глава 6

Настоящая магия

Солнце садилось. Этот длинный день близился к концу. Тётушка Аллигатрия сидела в кресле-качалке, держа на коленях Сильвию в банке из-под маринованных огурцов.

– Ты так много работал, Геркулес, – сказала она. – Сколько тебе удалось накопить?

Геркулес сел на пол и высыпал все монетки из зелёного носка. Десять центов, ещё десять центов, плюс ещё десять центов и плюс ещё десять центов.

– Сорок центов, – вздохнул он. – Это много, конечно, но мне долго придётся копить для того, чтобы купить набор фокусника.