И пушек гром

Глава первая. Берег, перед первым походом

Тяжёлые шторы не позволяли определить время суток, большой кабинет освещался свечами, горевшими в подсвечнике на столе. Света от пламени свечей хватало, чтоб осветить стол и двух мужчин, за ним сидевших напротив друг друга, а вот оценить размеры кабинета не хватало.

– Итак, сорвать или хотя бы задержать выход в море эскадры адмирала Франо не получилось, – мужчина, судя по его положению за столом – гость в этом кабинете, произнёс это, словно констатируя факт, но обвинительные нотки в его голосе проскользнули, – вы упрекали меня в бездействии в подобных ситуациях, но сами …

– Эскадра была максимально задержана, я приложил к этому все усилия, и не вам, Петерс, меня упрекать! – хозяин кабинета, недовольно поджал губы. – В неудаче виноваты наши друзья, и только они! Промедление с высадкой десанта – это их промах, приведший к столь печальным последствиям. Они ждали начала восстания, но этого не произошло, а когда они решили начать операцию…

– Было слишком поздно, – хмыкнул собеседник хозяина кабинета, тот подтвердил:

– Нет, не поздно. Они успевали, эскадра адмирала Франо подошла только через трое суток после того, как лютенцы начали движение к берегу Артарики, но так и не смогли его достичь, им помешали.

– Да, я читал рапорт капитана Глантэна, – теперь скривился гость, которого хозяин называл по имени, – его фрегат преградил путь эскадре лютенцев, надеясь их немного задержать. Жест отчаяния, Глантэн, несомненно, храбрый капитан, но подобная авантюра без малейшей надежды на успех…

– Вы читали рапорт Глантэна, Петерс, – с укором произнёс хозяин кабинета, прерывая своего собеседника, – дело не в беспримерной храбрости капитана «Неустрашимого». Он задумал всего лишь серию мелких диверсий, но обстоятельства сложились так, что он встретился с эскадрой лютенцев на контркурсах, ему просто некуда было деваться. И если бы не неизвестное явление, погубившее основные силы лютенцев, то эскадра Франо опоздала бы! Высадка десанта уже была бы закончена!

– А вам не кажутся странными такие совпадения, везде, где появляются неизвестные явления, приводящие к поражению лютенцев и гибели их эскадр, присутствует некий Ланик? – задал вопрос гость, на что хозяин ответил:

– Нет, не кажется. Кроме него там присутствовал весь экипаж «Неустрашимого», а вы почему-то подозреваете одного Ланик. Почему не кого-то ещё? И сражение у Тарбея мы уже обсуждали – там лютенская эскадра не была полностью уничтожена, там просто смалодушничали и сдались, испугавшись непонятного подрыва кораблей. Но эти взрывы прекрасно объясняются диверсией. Вы возразите – кто решится взрывать корабль, на котором находится. Но при взрыве гибнут не все, кому-то удаётся спастись! Причём шансы спастись почти стопроцентные, если знаешь, когда произойдёт взрыв, а поджёгшему фитиль это известно точно, и он может занять наилучшее место для своего спасения, не так ли? Ну а по поводу неизвестного явления, погубившего эскадру лютенцев, мы давно знаем об опасности каргорова моря. Корабли там исчезали и раньше…

– Но до сих пор не было столь массовой гибели!

– Не было потому, что туда никто не заходил таким количеством кораблей! – досадливо поморщился хозяин кабинета, нервозность гостя стала его раздражать. Поправив стоящий перед ним письменный прибор, в виде парусного корабля, хозяин продолжил, повторив свою предыдущую фразу: – Никто не заходил в это проклятое море таким количеством кораблей! Раньше пропадали одиночки, а сейчас… Да не вся эскадра погибла, а только её часть, на которую и распространилась эта аномалия, кстати, хорошо описанная как уцелевшими моряками с «Неустрашимого», так и лютенцами. Что это было, никто так и не понял, это не ясно из рапортов, но очень хорошо описано, как это происходит. Какая-то местная аномалия неизвестной нам природы, и к её возникновению никто из экипажа «Неустрашимого», в том числе и Ланик, отношения не может иметь!

– А последующие события? – задал вопрос гость, не собираясь сдаваться и менять своё мнение. – В них Ланик принял самое непосредственное участие, во многом предопределив исход боя!

– Опять, друг мой Петерс, вы преувеличиваете, – мягко, словно разговаривая с душевнобольным, произнёс хозяин кабинета, – фатальная ошибка капитана одного из лютецких линкоров привела к тому, что тот занял невыгодную позицию, а такой морской волк, как капитан Глантэн, просто не мог этим не воспользоваться, а то, что Ланик великолепный артиллерист, вам известно. Но в итоге и Глантэн допустил ошибку, подставив под бортовой залп свой корабль, но надо отдать ему должное, он сумел навязать противнику абордажный бой на своих условиях, когда его артиллерист сумел проредить команду лютенца картечью. Вам ли не знать, как изменчива фортуна? Дальше удачный блеф – готовность самому напасть, ведь решись даже несколько транспортов атаковать захваченный Глантэном корабль… Им не удалось бы отбиться, слишком мало людей оставалось у Глантэна, да и те почти все раненые.

– Но Ланик! Он был не ранен и в захвате лютенца он сыграл решающую роль!

– Надо отдать должное парню, ему везёт, – усмехнулся хозяин кабинета и добавил: – К тому же, как нам известно, Ланик великолепный фехтовальщик. А это во многом предопределяет исход индивидуальных поединков, из которых и состоит абордажный бой.

– Он по-прежнему представляет для нас опасность, с этим надо разобраться! – быстро произнёс гость, хозяин кабинета согласился:

– Надо, обязательно надо, но мой человек, имевший выход в определённые круги Норлумского общества…

– Скажите проще – связан с бандитами!

– …утратил связь с этими кругами, – сделав вид, что не заметил реплики гостя, продолжил хозяин и пояснил: – Вы помните, чем всё закончилось.

– Бандитов, знакомых вашему человеку, перебили. Похоже, это сделали друзья Ланик из Хунду, но сейчас-то их нет! Что, нельзя подстроить банальное ограбление, при котором его жертва будет убита? Я сам этим займусь, у меня есть верные люди! – гость решительно поднялся, заканчивая разговор.

– Боюсь, друг мой, вы лишитесь своих верных людей, – пробормотал хозяин кабинета вслед вышедшему гостю, – этот Ланик умеет преподносить сюрпризы, я его начинаю бояться. Похоже, он всё-таки связан с одной из служб лорда Галарикса.

Хозяин кабинета, выяснивший о бывшем гардемарине, уже капитане второго ранга как можно больше, мог ещё добавить: недаром же этот парень дружит с конногвардейцами и с бывшим командиром отряда пустынных рейнджеров, неким лейтенантом Кирмоном, выполнявшим очень опасные поручения своего начальства. А пустынные рейнджеры – одно из подразделений департамента безопасности, где начальник лорд Галарикс. А этот Кирмон, хоть теперь и гвардеец, но… Из тайных служб так просто не уходят и продолжают с ними сотрудничать, даже если служат в другом месте.

Ларри Кирмон смотрел на Таису, сидевшую во главе стола и прикидывал, как бы с ней переговорить наедине, так сказать, конфиденциально. Лейтенант-конногвардеец был приглашён на эту пирушку вместе с остальными друзьями Таисы: флотскими и конногвардейцами. Этот юноша, с которым Кирмон познакомился, когда тот был ещё гардемарином, уже капитан второго ранга. Этот парень сделал просто блестящую карьеру, обогнав в звании гораздо старшего по возрасту гвардейского лейтенанта, более опытного, имевшего за плечами большой послужной список, в том числе службу в самых элитных частях королевства. Но зависти конногвардеец не испытывал, он признавал, что Ланик действительно талант, и не только в фехтовании. Только вот старого ловеласа Ларри терзало сомнение – а парень ли Талиас? Весь опыт дамского угодника просто кричал, что Талиас – девушка! Очень хорошо скрывающая свой пол девушка! Кирмон посмотрел на сидящего напротив него мичмана Саторна, вот кто действительно завидовал Ланику. Саторн старше почти на четыре года по возрасту и на два по обучению, и только мичман, помощник старшего палубной команды на линкоре, до звания лейтенант ему служить ещё четыре года, это как минимум. А Талиас уже капитан корабля, пусть небольшого (Ларри плохо разбирался в таких тонкостях – чем корвет отличается от линкора, то ли дело отличить лошадь от коня или от верблюда), но своего корабля!

А капитан первого ранга Франо, сидевший рядом с Таисой, переживал совсем по другому поводу – он-то знал о той роли, что сыграла девушка в победе «Неустрашимого». Это её меткие выстрелы из пушки позволили успешно провести безнадёжный абордаж, и её бесстрашная атака капитанского мостика линкора в итоге принесла победу. Ещё его смущало, что он продолжает обращаться к Таисе как к своему товарищу, а не как к даме. Всё его воспитание противилось этому. Таиса улыбнулась и, положив свою ладонь на руку смущённому Франо, сказала:

– Да не переживай ты так, всё нормально. У тебя выслуга больше моей, так что твоё звание вполне заслужено, я ведь тоже получил корабль. А дальше… Кто знает, может, я ещё буду командовать соединением, куда войдёт и твой линкор, – Таиса улыбнулась, Франо тоже улыбнулся в ответ, он даже представить себе не мог, что так и будет. А Таиса продолжила: – Ты только не забудь меня на свадьбу пригласить, мы с тобой станцуем. Думаю, Анжела ревновать не будет.

Слышавшие этот разговор конногвардейцы удивлённо хлопали глазами, хотя… Может у моряков так принято – танцевать на свадьбах друг с другом, да так, чтоб невесты ревновали? Моряки были не меньше удивлены, хотя… Может, у служивших на «Неустрашимом» так принято? Его капитан вышел в отставку, что вполне понятно. Раны, полученные в последнем бою, не позволяли продолжить службу, а вот то, что он в своём поместье оборудовал храм какой-то туземной богини и теперь ей поклоняется… Те, кто видел её скульптурное изображение, утверждают, что это не женщина, даже не человек, а какой-то диковинный зверь – и с чего Глантэн взял, что это богиня?

Офицерская пирушка подходила к концу, когда Кирмон смог переговорить с Таисой.

– Талиас, я вас поздравляю! Вы делаете блестящую карьеру! Может, вы и правы, что решили служить во флоте. Такой быстрый рост в чинах говорит только о том, что у вас выдающиеся способности и талант флотоводца! Кроме того, вы молоды, красивы, обаятельны… – лейтенант-конногвардеец всё это говорил даже с излишним восхищением, Таиса прервала его пылкую речь:

– Ларри, вы так говорите, будто я девушка. Сплошные комплименты.

– А разве нет? Разве вы не… – начал Кирмон, но Таиса снова не дала ему сказать:

– Ларри, эти ваши домыслы оставьте при себе, я ведь могу и обидеться, а вы же знаете, как я фехтую.

– От вашей руки я готов принять даже смерть, – пошёл ва-банк конногвардеец, Таиса усмехнулась:

– Прямо признание в любви, и кому? Флотскому капитану! Я понимаю, что если начну вас разубеждать, то вы всё равно не поверите. Вбили себе в голову…

– Талиас, или как вас зовут на самом деле? Вы не поверите, но я сразу почувствовал к вам влечение… Не подумайте ничего такого, но это влечение, потому что я почувствовал в вас девушку, хоть вы и выдаёте себя за мужчину, но некоторые мелочи… В просто не замечаете, но так может двигаться только женщина! Говорить… Даже поворот головы… Позвольте вас проводить!

– У меня очень строгая хозяйка, она очень неодобрительно смотрит, когда её постояльцы приводят женщин, а что она подумает, если её постоялец приведёт мужчину? Я имею в виду приведёт не с целью выпить, а… Ну, вы поняли меня. Так не будем об этом больше…

– Но вы мне так и не ответили…

– И не отвечу…

Таиса ушла в свою гостиницу, а Ларри Кирмон долго бродил ночными улицам, бывший гардемарин так и не сказал, кто он: парень или девушка. Чутьё говорило в пользу того, что Талиас – девушка, но рассудок… Ведь если бы это было так, её давно бы разоблачили, корабль довольно замкнутое сообщество – фактически, это плавучая казарма, а от товарищей по казарме ничего не укроется. Ну и то, как Талиас воспринял догадки Ларри – не возмутился, просто отмахнулся, как от какой-то глупой шутки. На которую и внимания обращать не надо, чтоб не уронить собственного достоинства. Ларри, терзаемый этими мыслями, не заметил, как забрёл на улицу, ведущую к гостинице, где жил Талиас.

Лейтенант-конногвардеец резко остановился, увиденная картина его не то что напугала, скорее, удивила – на улице лежало восемь трупов. Если это была драка, то её шум привлёк бы внимание зевак, и тем более патрулей полиции, а их в своём бесцельном блуждании Ларри встретил четыре. Всё-таки Норлум столица королевства, а не какой-нибудь провинциальный городишко.

– Стоять! Не двигаться! – раздался грозный окрик, полиция, как всегда, была на высоте – явилась в самый неподходящий момент, как раз тогда, когда Кирмон хотел со всех ног бежать к гостинице Таисы, чтоб узнать, не случилось ли с ней чего-нибудь.

– Что здесь произошло? – спросил у конногвардейца сержант полиции.

– Я бы мог это спросить у вас, по долгу службы вам надо знать о таких происшествиях первому, – пожал плечами Кирмон, предъявив свой жетон сотрудника внешней разведки, одного из департаментов министерства безопасности. Полицейский только кивнул и не стал задавать лишних вопросов: если здесь были какие-то разборки секретных служб, то ему всё равно ничего об этом не скажут, да и лучше от таких дел держаться подальше; если же это просто уличная драка или что-то другое, то этот лейтенант-конногвардеец прямо сказал, что не знает что же здесь произошло. А Кирмон уже успел увидеть всё, что ему нужно было: Убитые были вооружены абордажными саблями. Конечно, простые налётчики тоже могут взять на дело такое оружие, но абордажной саблей надо уметь пользоваться, простой налётчик этого не умеет и предпочтёт более привычное оружие. Кроме этого у этих несчастных были морские татуировки, что тоже могло ничего не значить – налётчики когда-то служили во флоте (в это предположение хорошо укладывались абордажные сабли). Но вряд ли на налётчиках была бы морская форма, прикрытая сверху, какими-то рваными куртками. Куртки были надеты именно для того, чтоб нападающих приняли за обычных бандитов, а то, что они не позаботились о более действенной маскировке, говорило о том, что нападавшие были уверены в успехе. Кирмон кивнул сержанту и, снедаемый дурными предчувствиями, побежал к гостинице Таисы. Нападавших могло быть и не восемь, а больше и их затея могла увенчаться успехом – оставшиеся в живых или похитили Талиаса, или унесли его тело. Возможно, к этим убитым Талиас не имел никакого отношения, но он был моряк и они тоже моряки, Кирмон во весь дух бежал к гостинице, чтоб убедиться, что с Талиасом всё в порядке, если же это не так… Что предпринять в этом случае, Ларри пока не представлял, но то, что он будет действовать быстро и решительно, не было никакого сомнения!

Таиса, насвистывая, шла по ночной улице (засиделись в ресторане допоздна, да и настырный конногвардеец задержал) и думала, как же этот лейтенант-конногвардеец догадался? Где-то она допустила ошибку, или у него такая развитая интуиция, вернее, чутье на слабый пол? Правда, она особо и не скрывалась, считая, что достаточно объявить себя мужчиной, юношей, решившим стать моряком, и никому и в голову не придёт заподозрить, что она девушка. Но Ларри Кирмон заподозрил, допустил возможность подобного, и все те мелочи и слабости, что присущи женщинам нашли своё подтверждение. Хотя только в его глазах, да и это всё у неё проявляется только на берегу, в море-то она себя ведёт как парень, ни на миг не теряя контроля. Возможно, потому что на корабле очень трудно что-либо скрыть. Размышляя, Таиса не теряла бдительности и внезапное появление перед ней четырёх человек не стало для неё неожиданностью. Судя по тому, что они сами слегка замешкались, ждали они именно её, то есть нападение не было простым ограблением, хотя один из преградивших Таисе дорогу хрипло выдохнул:

– Кошелёк или жизнь?

Таиса не стала отвечать на этот традиционный для грабителей вопрос, обычно они стараются запугать свою жертву, а для этого не станут подкрадываться со спины, а именно это делали ещё четверо. Так подкрадываются, чтоб нанести смертельный удар, а не начать грабить. Хотя… Может, они и хотели ограбить, предварительно убив жертву? Таиса не стала это выяснять, а шагнула вперёд, вскидывая руки. Из оружия у неё был только кортик, правда, не совсем церемониальный, получив полагающийся ей по статусу этот маленький, почти декоративный клинок, Таиса решила, что оружие должно быть оружием, даже такое. Поэтому по её заказу выковали кортик, неотличимый от того, что ей выдали, но по другой технологии. С ним вполне можно было противостоять кавалерийскому палашу, что Таиса когда-то и проделала, вызвав на поединок одного из конногвардейцев. Но сейчас девушка не воспользовалась своим оружием, она просто вскинула руки, и те четверо, что стояли перед ней, увидели, как на маленьких руках, принадлежащих не мужчине, а юноше, даже скорее девушке (уж очень они были изящными), появились внушительные когти. Это было последнее, что эти бандиты рассмотрели, их трупы ещё только оседали на землю, булькая кровью из разорванного горла, когда Таиса развернулась и встретила оставшуюся четвёрку. На этот раз она била не когтями, а воспользовалась кортиком. Сместившись так, чтоб те, кто на неё напал, не могли навалиться скопом, Таиса наносила удары кортиком. Поскольку эти четверо нападали с минимальным интервалом, девушка била без замаха, со стороны показалось бы, что она сделала одно движение. Ещё четверо лежали на земле, шум, даже не шум, а шелест падающих тел сменился булькающим звуком. Таиса вытерла кортик об одежду одного из убитых и, быстро осмотрев неудачливых грабителей, присвистнула – они были моряками, и судя по боцманской дудке одного из них – моряками, служащими в королевском флоте. Забрав дудку (по ней можно было определить с какого корабля этот боцман – дудки были внешне одинаковы, но отличительные признаки имелись у каждого корабля), Таиса как ни в чём не бывало пошла дальше.

Уже в гостинице, или как её теперь называли «Пансионат матушки Гретты» (так как здесь жила не одна Таиса, а ещё несколько морских офицеров, бывших гардемаринов), девушка внимательно рассмотрела боцманскую дудку. Судя по тому, что этот боцман не оставил её на корабле, а взял с собой на «дело», он не считал, что будет трудно и опасно, что ему не грозит разоблачение, так как его не поймают. Видно, думал, что со своей жертвой расправятся легко и быстро. Таиса хмыкнула – а ведь и правда, всерьёз драться они не собирались, её должны были ударить в спину, и это удалось бы, будь на её месте обычный человек, пусть и умеющий великолепно фехтовать, восемь на одного – более чем серьёзное преимущество. Дудка была самая обычная, даже названия корабля не было, только выгравированная эмблема: туча с бьющими из неё молниями. Хмыкнув, Таиса спрятала трофей и разделась, собираясь ложиться спать, предварительно приняв ванну. Поли, раньше прислуживающая Таисе, вышла замуж за Джейка Лоренса, товарища Таисы по учёбе, и уехала с ним в его замок, поэтому подогреть воду в большой фарфоровой ёмкости было некому. Но Таису это не смутило, её устраивала и холодная вода. Забравшись в постель, девушка услышала возбуждённый голос Кирмона, интересовавшегося у Гретты – вернулся ли Талиас Ланик. Хозяйка ничего не могла ответить, так как дремала за конторкой (старую Гретту мучила бессонница, и иногда она так и проводила ночь, не укладываясь в постель) и не заметила, как пришла Таиса.

– Я поднимусь проверю! Дома ли Талиас! – громко говорил Кирмон, направляясь к лестнице на второй этаж. Таиса вздохнула и накинула халат, выйдя из комнаты, спросила:

– Ларри, чем вызван ваш столь поздний визит?

– Я… – растерялся Кирмон, но быстро нашёлся: – Я видел на улице убитых моряков и подумал, не случилось ли чего с вами!

– Ларри, вы что? Видели меня среди убитых или решили, что их всех убил я? – покачала головой Таиса и продолжила: – Это конечно, очень прискорбно – гибель наших моряков не в море, а в столице королевства, но надеюсь, полиция разберется, что там произошло. Вам, Ларри, в свете того, что вы рассказали, лучше остаться переночевать здесь, Гретта выделит вам комнату.

Пока Таиса говорила, Кирмон пожирал её глазами, пытаясь найти признаки, указывающие, что молодой человек перед ним – девушка. Но широкий пушистый халат (Таисе нравились мягкие вещи, да какой девушке они не нравятся?) полностью скрывал её фигуру. Можно было, конечно, спросить – почему у морского капитана такой большой и мохнатый халат? Но после того как Кирмон ворвался в пансионат и всех перебудил, он постеснялся это сделать. В конце концов, его друг не на службе, и тем более не в море, и может себе позволить такую причуду – большой и мягкий халат. Нельзя же обвинить Талиаса в том, что он неженка, раз у него такой халат? Может, он любит комфорт и позволяет себе на берегу расслабиться, его товарищей, морских офицеров, этот халат же не удивляет? Кирмон слегка потряс головой – дался ему этот халат, а может, потому что очень хочется посмотреть – что же там под халатом? В том, что Талиас – женщина, Ларри уже не сомневался! А маленькие ножки в пушистых тапочках, таких же как халат, просто кричали об этом, но опять же, спросить Талиаса – почему у него такие ножки, Кирмон посчитал верхом бестактности!