- -
- 100%
- +
Лица становились серьезнее, и отчаяние вновь закралось в душу девушки. Арон начал устало клевать носом, от чего у Олега появилась двойная ноша.
Исподтишка, девушка наблюдала за Дарреном, который как-то отдалился от всех и почти не поднимал головы. Изредка он подходил к Арону, но в разговоры вступал редко. Мрачное облако легло суровой тенью на его лицо, а острый взгляд, как взгляд хищника прожигал насквозь. Алессе было не по себе. После того, что произошло в руинах, он стал сам не свой, и даже больше, она боялась, что в нем снова проявится былая агония, потому что нет-нет, да и появлялся в его глазах опасный лихорадочный блеск.
На коротком привале, Алесса все же не выдержала и подошла к мужчине.
– Что с тобой? – Спросила она, перелезая через очередной валун.
Даррен очнулся, словно от глубокого сна.
– Что? – Не понял он.
– Ты сам не свой, вот я и подумала…
– Что ты подумала? – Огрызнулся он злобно. – Мы тащимся, черт знает куда, а ты спрашиваешь, почему я сам не свой?!
Алесса вздохнула и вместо ответа неуверенно коснулась рукава мужчины. Тот отдернул руку, словно от удара током.
– Это все из-за подземелий, так? Что ты видел? Почему ты гнался за мной?
Даррен не отвечал, лишь сильнее сжал губы.
– Расскажи, я постараюсь понять, мы и так зашли слишком далеко.
– Наивная до ужаса, – зло усмехнулся он. – Но ты права, мы зашли слишком далеко… – опять жуткая улыбка. – Что я видел, не твое дело, а вот, что еще нам предстоит увидеть, это большой вопрос. Я больше не хочу встречаться с подобным или сгинуть неизвестно где. Скажи, ты готова расстаться с жизнью?
Он спросил ее в упор, от чего девушка, растерявшись, заморгала.
– То-то же! – Потом он вздохнул и снова потупил взгляд в землю. – Прости меня, просто бездна выветрила все остатки разума, и мне немного не по себе!
– Знаешь, дело не в Бездне! – Вспылила Алесса. Она почувствовала, что нужно срочно скинуть напряжение. – Дело в тебе. То, что у тебя с головой не все в порядке, это я поняла уже давно, но я устала от твоих непонятных угроз в мой адрес!
– Тогда зачем подошла?
– Думаешь, мне тоже легко? – Прошипела она в ответ. – Думаешь, мне больше делать нечего, как…
– Алесса, док! – Слабо позвал их Арон.
– Поверь, если бы ты не ходила, не пойми куда и зачем, жить было бы тебе гораздо легче. – Даррен не обратил внимания на оклик.
– Вот как?
– Ребята, – снова позвал терианец.
– Из-за тебя со мной случился припадок, из-за того, что ты очередной раз вела себя как последняя дура! От тебя одни проблемы, жалею, что не убил раньше.
Алесса слушала и наблюдала, как его щеки покрывались багровыми пятнами, а взгляд снова становился откровенно безумным, и очень жалела, что завела разговор.
– Ну Даррен, перестань! – Взмолился Арон, и снова остался не услышанным.
– Эй, голубки!!! – Гаркнул Грег так громко, что даже птицы замолчали, а Алесса пригнулась, больно прикусив губу. Арон неуверенно чесал затылок.
– Я предупреждал, – протянул он уныло.
– Что за детский сад здесь устроили?! – Бушевал не на шутку солдат. – Забыли, где находитесь? Подсказать?! Убедительная просьба, свои семейные дрязги оставлять в постели!
– Что? – Алесса потеряла дар речи от таких слов.
– А то, что привал закончился пять минут назад! Живо пошли!
Наяд подошел к Алессе и, прося взглядом помолчать и не накликать новую беду, потянул за собой. Девушка растерянно кивнула и закинула опять ненавистный ей рюкзак, и тогда Даррен, вдруг схватил ее за локоть, и прошептал в ухо:
– Не смей меня судить. Ты ничего обо мне не знаешь! И лучше держись поближе к остальным, а то ведь действительно прибью.
*************
Как ни пытались они добраться до Холмов к вечеру, ничего не вышло. То ли расчеты Вернанда были недостоверны, то ли Эн-телли снова издевалась над отрядом, но путь хоть и относительно безопасный, еще не заканчивался.
К позднему вечеру они добрались до берега небольшого озера, поросшего густым тростником. Андрей, скрипя сердцем, скомандовал отбой. Он выжимал из остальных все силы, не щадил даже Арона, но прекрасно понимал, что так нельзя.
Ночь у Алессы тоже была неспокойной. Странное поведение врача не заставило себя долго ждать, и когда все погрузились в сон, она увидела, как Даррен встал и тихо ушел к берегу.
Она могла лишь подозревать, зачем ему понадобилось это делать, но минуты тянулись очень долго и уже переходили в часы, а Даррен все не возвращался.
Тревога закралась в душу девушки, не зная, что делать, она вскакивала и всматривалась вдаль, где чернел тростник, а потом снова ложилась на жесткую землю, решив, что больше не нарушит правил.
Ночь плыла медленно, для остальных совершенно спокойно и размеренно. В воде вдруг раздался плеск. Он полностью вывел Алессу из себя, и она снова поднялась, на этот раз, чтобы разбудить командира, однако глухие шаги, да шелест листвы заставили ее повременить.
Даррен вернулся. Усталый, весь какой-то покосившийся, словно на него надели кандалы, он повалился на землю, сжимая что-то на груди, шептал недоуменно:
– Невозможно! Это невозможно!
Что, именно, невозможно, так и осталось без ответа, но он заснул, болезненно вцепившись в воротник куртки.
Алессе стало, невыносимо жаль доктора, хотелось подойти просто погладить по щеке, успокоить, и все же не решилась.
–«Бездна не отпускает его», – подумала она тревожно. – «Это она виновата, проклятая!».
Рано утром, его снова не оказалось рядом. Бессонная ночь вымучивала Алессу больше, чем утомительные переходы по бесконечным лесам. А вернулся только, когда Грег первым открыл глаза.
– Доброе утро! Я просканировал воду! – Нарочито бодрым голосом произнес Даррен. – Вполне, пригодная для питья.
Алесса с трудом поднялась, а рядом, нехотя стонал Арон.
– О, моя пятая точка. Она затекла, кажется.
Мужчина хмыкнул и обратился к Алессе.
– Ну и как спалось? – Вопрос прозвучал скорее издевательски.
Не получив ответа, он снова усмехнулся и дал ей какую-то ампулу с жидкостью.
– Что это? – Спросила она его.
–Яд, конечно! – Странно, Даррен был на удивление бодр по сравнению с тем, как он вел себя среди ночи и даже позволял себе шутить. – Как раз для тех, кто не любит спать и притворяется!
Рука девушки, тянущаяся к энергетику, дрогнула. Даррен злорадно улыбался.
– Послушай, – Алесса не взяла у него ампулу и снизила голос до шепота. – Что с тобой происходит? Да и как ты догадался, что я не сплю?
– Дыхание, – пояснил врач. – Во сне ты по-другому дышишь.
Девушка потупила взор. «Не думала, что он обращает внимание на мое дыхание…»
– Ладно, – Даррен вздохнул. – Если тебя немножко успокоит мой ответ, хотя это вряд ли, то знай: За нами следят.
– ЧТО?!
Доктор шикнул и закрыл ей рот ладонью.
– Не кричи! За нами наблюдают, но кто, я не знаю. По крайней мере, мне кажется, что я слышу звуки шагов. Поэтому и уходил, дабы удостовериться.
– Это зверь? – Ужаснулась Алесса, и оторвала от себя его ладонь.
– Нет, шаги вполне человеческие.
– Так надо сказать Андрею!
– Пока рано, – остановил он ее. – Мне может, только, кажется! Ты же знаешь, что здесь происходит всякая чертовщина. В любом случае, даже если ошибки нет, то лучше сделать вид полного незнания. Не хочется спугнуть преследователя. И именно поэтому, я прошу тебя держаться поближе к отряду.
– Но ведь ты тоже член нашей команды! – Возразила Алесса, за что получила в ответ сухой и жутковатый смех. – И почему ты такой?
Даррен остановился, резко встал и достаточно жестко сунул ампулу в ее руку.
– Выпей. И повторяю, не надо меня судить!
– А что с того? – С вызовом посмотрела она на врача.
– Проклянёшь. – Он улыбнулся невесело и больше к ней не подходил.
ГЛАВА 23.
Тишина и молчание окутали землю со всех сторон. Будто вакуумная камера – она поглощала малейшие звуки, пресекало любое движение воздуха. Орлею здесь было не по себе. Всего в десяти метрах за его спиной мерно гудели двигатели кораблей, сильный ветер хлестал лица мужчин, развевал их одежды, а здесь, когда он только сделал шаг и примял сапогом шелковую, удивительно мягкую траву, его чувства будто обрубили топором: Слух – звуки голосов, перебиваемые гулом двигателей, исчезли. Орлей даже собственного голоса практически не слышал! Он звучал, словно придавленный тяжестью огромного количества ватных одеял. Осязание – неистовый ветер, который объял Эн-телли с самого утра обходил это необычайное место стороной. Ровный воздух не смел, шелохнуть ни травинки. И маленькие красные ягоды, как капли свежей крови, сверкали в лучах солнца, невольно приковывая взгляд. А еще этот огромный каменный валун прямо посередине, как властелин он возвышается над морем травы, усеянной огненными ягодами – вечный страж покоя столь необычайного места.
«Интересно, а что произойдет, если все-таки нарушить покой? Сдвинуть камень, перекопать землю с травой? Да или просто жахнуть по ней какой-нибудь торпедой и сжечь все дотла?»
«Нет» – одернул себя полковник. – «Нельзя». Ягоды словно вспыхнули после негуманных мыслей Дуго, а камень, он мог поклясться в этом, вырос, стал больше, шире, могучей. Словно предупреждал: Не смей этого делать! Не смей трогать мои владения!
Сморщившись, Орлей потер ладонью глаза, пытаясь прогнать наваждение. Ему было здесь очень неуютно, слишком некомфортно! Но даже, не смотря на мысли, к собственному удивлению, он не хотел причинять вред Равнине Безмолвия. Такой поступок почему-то казался кощунственным, ужасным святотатством.
Немного успокоив сбившееся дыхание, Дуго глянул на часы. Они работали исправно, однако, минутное облегчение не уменьшило тревогу его сердца. Целых шесть часов прошло с тех пор, как он лично прибыл сюда из Арканея вместе с Хранителем Гиларом, для того, чтобы встретить отряд Андрея. А их все нет! Страшная, никому не понятная угроза нависла над миром Эн-телли, над Арканеем, над всей цивилизованной жизнью на планете, а их нет! Нет, Андрея, который так ему сейчас нужен; нет Айдары, всегда очень благоразумной и мудрой.
Наконец-то и Константин перестал скрывать свою тревогу за ее судьбу под мнимой маской равнодушия и напускной холодности.
В этот момент, Орлей готов был сорваться. Плюнуть на свою надменность и ненависть, но лишь бы увидеть их снова! Сейчас! Лишь бы узнать, что они живы и здоровы! И тогда он бы отбросил в сторону проклятую гордость, высокое положение, и просто бы подбежал; сгреб всех в охапку и по-отечески обнял, вытирая слезы радости. Да, вот что хотелось сейчас сделать больше всего. Но вряд ли бы сделал, как бы к этому не стремился. Потому что, больше всего на свете Орлей не мог терпеть слабость. Лучше всю жизнь провести натянутой и звенящей от напряжения тетивой лука, готовой в любой момент выпустить стрелу на волю, нежели проявить слабость.
Он уже познал пятнадцать лет назад горький и кровавый вкус слабости. И Александр Петрович, командир разведгруппы у звезды Поллукс, тоже получил жестокую расплату за свою слабость.
Ну, когда же они выйдут?! У них же припасов почти не осталось! Ну на кой черт, потащил их к Звенящим Холмам!!! А вдруг… а вдруг! Орлей до боли прикусил губу. «Нет! Нельзя проявлять слабость! Запрещено. Запрещаю!»
Полковник не выдержал и, сжав до хруста кулаки, пошел к каменному стражу. Почему-то уж очень захотелось коснуться его поверхности, приложиться горящим, как от жара, покрытым испариной лбом. Наверное, у него сейчас и есть жар! Лихорадка, не иначе!
В считанные минуты проделал он расстояние до центра Равнины. И вот он, огромный древний утес, восставший из-под земли. Уставший взгляд тут же приметил, что камень не отдает тени. Полковника залихорадило еще сильнее, – он многое мог представить, но уж точно не нарушение фундаментальных основ физики!
«Интересно! Когда Андрей проходил здесь, заметил ли кто-нибудь из отряда такую несуразность? Плохо. Опять не те мысли! Мысли, которые рождают слабость.
Орлей все-таки коснулся лбом камня. Холодный и твердый, как и любая другая горная порода, он ничем, казалось, не отличался от остальных. Но все же, что-то в нем было не то. Где-то таилась загадка.
И вдруг, он почувствовал, как ему на плечо мягко легла чья-то рука. Орлей резко обернулся, но ноги подвели его, и он обессилено навалился на камень.
«Проклятый жар!»– выругался про себя Дуго.
– Ку’арта Орлей, вы в порядке? – Это оказался Хранитель Гилар, и к своему огромному удивлению, полковник его прекрасно слышал.
– Как это возможно? – Вопросил он изумленно. – Как я вас слышу? В этой же чертовой равнине вообще ничего не слышно! Ааа! Это все из-за камня, наверное! Что же с ним такое?
У терианца был крайне обеспокоенный вид.
– О чем вы говорите, Ку’арта Орлей? Послушайте, я следовал за вами, так как заметил, что с вами что-то происходит! Вам плохо?
– Ааа! Пустяк! – Орлей махнул ослабшей рукой. Шрам в этот момент болезненно горел на лице. – Простите? – Дуго вдруг встрепенулся. – Как вы меня назвали? Ку’арта?
Орлей вдруг дернулся, как от резкого удара, а потом рассмеялся неестественно громким и от этого неприятным смехом.
– Что я смешного сказал? – мрачно спросил его терианец. – Вы весь горите! Пойдемте к кораблям, вам нужно отдохнуть.
– Мда, Хранитель, ну вы загнули! – Орлей не обратил внимание на увещевания политика. – Какой из меня «ведомый к истине»? Скорее уж «отправляющий в преисподнюю»! Как там это на вашем благородном языке звучит? – И он опять засмеялся, болезненно дрожащей рукой протирая лоб.
Но хранитель Гилар не смеялся. Недвижимо стоял он возле полковника, почти также как каменный страж, и не мигающим взором рассматривал его.
– Я же вижу, что вам тяжело! Ку’арта Орлей, прошу вас, давайте вернемся к кораблям! Равнина Безмолвия дурно влияет на вас.
– Не смейте называть меня этим именем, Хранитель! – вдруг резко гаркнул Орлей, но тут же осекся и прикрыл рукой глаза. – Простите, я опять сорвался. Вы не правы Хранитель, не так уж тут и плохо… я бы даже сказал, наоборот! У этого камня как-то дышится легче. Просто нервы…
Терианец задумчиво покивал головой, потом скрестил руки за спиной и прошелся из стороны в сторону, молча над чем-то раздумывая.
Солнце палило нещадно, а ягоды разгорелись настолько ярким, как солнечный свет огнем, что казалось, будут обжигать лишь от одного взгляда на них.
– Присядьте, полковник Орлей! – Вдруг обратился к нему Хранитель. – Присядьте, вас покидают силы, а мне надо серьезно поговорить с вами!
– А я когда-нибудь говорю не серьезно? – Губы Орлея растянулись в болезненной улыбке. – Нет, благодарю, но мне и на ногах не плохо.
Однако Гилар был не согласен. Его взгляд вдруг стал настолько властен, а спокойная задумчивость испарилась столь мгновенно, что улыбка на лице полковника тут же иссякла, и он покорно подчинился воле терианского правителя. Никогда не видел еще Дуго таким Гилара. Хранитель сам стал похож на каменный валун.
– А теперь скажите мне, полковник, – удивительно мягко при внезапно возникшей властности обратился к нему Хранитель, когда тот все же сел на шелковую траву. – Скажите, мне, что такое ответственность?
– Прошу прощения? – Запнулся Дуго.
– Я конечно не военный, а всего лишь дипломат, и тем более таллиец, потенциальный враг человечества, но все же прошу ответить на мой вопрос! Что такое ответственность?
Орлей смутился, не зная, что и думать. Как так спокойно смог говорить правду о вражде этот странный правитель Тайриса? Правду, которую все тщательно замалчивают на долгих переговорах, давя в себе обиду и гнев? Где ее качественно шлифуют и подают на стол, приправленную медом! А здесь, он сказал ее так просто и безыскусно, как будто речь шла не о прошлой кровопролитной войне, унесшей тысячи жизней… а о готовом завтраке. Простая, правда, без обвинений и подстрекательства.
–Ну, ответственность, – подумал полковник. – Это бремя, которое берет на себя человек за те решения, что он принимает.
– Верно, – согласился Гилар. – Можно даже сказать, что это зависимость от тех событий и ситуаций, которые преподносят нам боги в дар, как следствия наших умозаключений и решений.
– Что, игры с богами? – Раздраженно усмехнулся Орлей, на что Гилар не поморщил нос, как делают другие терианцы, а улыбнулся в ответ и кивнул.
– В какой-то мере и так! Услуга за услугу. А теперь, скажите, полковник, а каждый взрослый человек берет на себя ответственность за свою жизнь?
– Нет, – отрезал он, ничего не понимая. – Очень часто ответственность за его жизнь берут на себя другие люди. Зачем вы спрашиваете меня?
– И здесь вы говорите верно, – Хранитель проигнорировал заданный вопрос. – Но разве человек, не сам позволяет себе, чтобы им руководили другие? Разве он не берет на себя ответственность, принимая для себя такое решение? И если он не знает, то хотя бы предполагает, какие последствия могут быть после. Скажите мне, я прав?
– Не знаю, – буркнул полковник, а потом вдруг спросил, скорее издеваясь, нежели действительно проявляя к странному разговору интерес. – А как же тогда рабы? Они ведь не имели никакого права на решения!
–Только тот, кто обладает разумом, может брать на себя ответственность. Раб – разумное существо, а значит, и он принимает решение, оставаться ли в неволе и не лезть на рожон, дабы не гневить своего господина; пойти на бунт или отчаяться; сбежать и подставить других или же остаться, чтобы сохранить жизнь подобным себе. Раб, как и любой другой носитель разума, может оперировать десятками решений и вызывать столько же ситуаций. Так и на войне! Вы сказали, что вас лучше называть «отправляющий в преисподнюю», но не каждый определяет для себя такой путь. Вот и вы назвали себя так, но разве вы сами приняли решение отправить группу к Звенящим Холмам? Или все-таки Андрей и губернатор?
– Ну, разумеется они! – Крикнул раздраженно полковник. – Что вы меня допрашиваете?! Я согласился с их решением. Я позволил им уйти!
– Это всего лишь отражение вашего согласия или несогласия, не более того! Значит, Андрей сам принял решение, не вы! Вот так вот, полковник. Тогда зачем, ВАМ, нести выбор за решения других?
Орлей промолчал. Он почувствовал, что голова совершенно кипит, что этот мерзкий упертый и нудный терианец совершенно прав, но как же? Как же тогда, в тот день?
– Я потерял сына, давно. – Произнес он тихо и сжал кулаки. – Отряд вел я.
– Я знаю, – кивнул Гилар. – Ваш сын сам решил идти с вами?
– Да, но я был против!
– Он знал о рисках, или последствиях, верно? Как и остальные! За себя он сам взял ответственность. За то, чтобы вы смогли выжить!
– Я смотрю, Константин многое поведал вам, – пробурчал Орлей.
– Для вашей же пользы. – Улыбнулся Гилар. – А вы были против, и снова лишь выразили свое несогласие. И, судя по нашему разговору, вы действительно несете ответственность за решение вашего сына?
Полковник промолчал, а Хранитель удовлетворенно кивнул головой.
– Вот именно. Риски хорошо известны всем, и даже ему. Он хотел изучить руины Ан-тер и узнать тайну исчезновения Древних, но узнал гораздо более важное! Он узнал о страшных опасностях, передал эти знания вам, и подготовил своей гибелью путь для Андрея. И это было его собственное решение! Вы получили горький опыт, но теперь вам предстоит нести ответственность только за те знания, которые получили, благодаря любви к вам сына! Так скажите еще мне, имеете ли вы право винить себя за гибель людей, которые были первопроходцами на Эн-телли и подарили надежду другим?
Орлей снова ничего не сказал, лишь опустил голову. Ему было невмоготу смотреть на мудрого терианца, который легко и ласково, тронул глубокие раны и согрел их, умерил боль, остановил кровь своего собственного вечного осуждения.
– Ответьте. – Чуть слышно шепнул Гилар.
– Нет, – наконец отозвался полковник. – Нет. Не имею права.
Дыхание сорвалось с высохших губ, но дышать вдруг стало невообразимо легче, будто с этими словами тяжелый комок растворился в горле. И солнце, словно поумерило свой пыл, а ягоды перестали испускать яростный алый огонь.
Дуго откинулся спиной о камень, чувствуя приятную свежую прохладу, и, не мигая рассматривал все также невозмутимого Хранителя Гилара.
– Наверное, непросто открываться потенциальному врагу человечества. – Терианец позволил себе улыбку. – Послушайте, я вас очень уважаю. Вы мудрый человек, но вы жестоки по отношению к себе, и именно это делает вас слабым. Иллюзия, за которой вы пытаетесь эту слабость скрыть. Вот и все! А потому, простите меня, что я полез в вашу душу, но подумайте над моими словами и примите то, что свершилось тогда. Позвольте богам подарить покой вашему сердцу. Потому что, только у достойного отца и хорошего командира родные дети и солдаты будут вести себя подобным образом: если есть шанс выжить другим, – помочь ему в этом, не жалея собственных жизней.
Хранитель Гилар больше ничего не говорил, слова уже были сказаны, зато на браслете Орлея затрещал коммуникатор.
– Полковник, – отозвались на другой стороне. – Вас вызывает дворец Арканея. Это срочно.
Дуго отключился, нахмурился и мельком взглянул на терианца. Да, дышать стало намного легче, и отвратительная духота исчезла под мудрым взглядом. Удивительной способностью обладал этот правитель Тайриса!
Он умудрился улыбнуться и направился к кораблям, чтобы снова услышать живые голоса и ощутить на своем лице освежающий ветер.
В рубке корабля, он связался с Константином Леви, лицо которого выражало большую обеспокоенность.
– Дуго, Ку-арта Гилар, у нас проблемы! Вы должны немедленно вернуться в столицу.
– Что произошло, губернатор? – спросил терианец.
– Стена Арканея пала.
– Что?! – Орлей проорал, вцепившись в бортовой компьютер.
– В восточной части города произошел взрыв, и теперь там зияет огромная пробоина, – быстро объяснил Константин.
– Ошибка инженеров или сюрприз от Теней?
– Пока не знаем, но сейчас не в этом дело, Орлей! Эти твари, – Константин с трудом сдержал спокойный голос. – Они пробрались через Стену! Дуго, теранкоры в Арканее!
Полковник чувствовал, как похолодели жилы от этих страшных слов, и как наливается пламенем памятный шрам на лице.
– Целое стадо. Очень много потерь. Я объявил в Арканее красный уровень тревоги, послал туда солдат, а сейчас эвакуирую жителей, но пока они нас оттесняют.
– Да что же это?! – Крикнул Дуго в бешенстве. – Я понял, вылетаем немедленно!
– Подожди, – в глазах губернатора сверкнул теплый луч надежды. – Отряд с тобой? Андрей вернулся?
– Нет, – процедил тот сквозь зубы. – Они не пришли. Конец связи!
Дуго оборвал губернатора и стукнул кулаками по столу.
«Неужели опять?!» – кричал он себе в ярости. – «Неужели опять этот ад?!».
Чуть отдышавшись, он снова включил коммуникатор.
– Вызываю капитана охраны. Виктор, ты там? Слушай, наше оружие бесполезно для их шкур.
– Мы уже поняли! Ставим турели! – ответил голос на другой стороне.
– Отставить! – Крикнул Орлей. – Не смей, выстрелы будут лишь отражаться в вас!
– Тогда, что нам делать?! – в голосе слышалось отчаяние. – Полковник, их несколько десятков! А мы уже многих потеряли!
Дуго сморщился и с трудом заставил себя говорить спокойно.
– Под ухом, сбоку у теранкоров есть уязвимое место. Маленькое черное пятно. Ты слышишь меня? Заходите сбоку и стреляйте туда, но турели, если вам жизнь дорога, не активируйте.
– Полковник, их слишком много, а времени нет!
– Да мне плевать, сколько у вас времени! – Снова сорвался Дуго. – Ослепите их, в конце концов, но сдержите позиции! Вам все ясно?!
Недолгое молчание завершилось короткой фразой согласия.
– И только попробуйте их не остановить, я вас лично прикончу! Все, вылетаю. С Богом!
Орлей снова отключился, и, не выдержав напряжения и ярости, рухнул в кресло.
– Я отомщу этим гадам, – прошептал он тихо. – Я не позволю им войти в город и убить еще хоть кого-то.
На его плечо снова легла легкая и спокойная рука Хранителя Гилара.
– Наступают темные времена, мой друг, – Промолвил он тихо. – И сейчас, вы сможете использовать полученные знания и спасти других. Так кто же вы все-таки? Куар эн-дай – ведущий в преисподнюю? Или Куа-рта – тот, кто ведет к истине.
Полковник не ответил, но позволил себе закрыть глаза и успокоиться, пока пилот корабля закрыл трап и теперь набирал высоту, чтобы покинуть Равнину и вернуться в Арканей. Периодически он с надеждой ронял взгляды в окно обозрения, но никто не вышел из леса, а Равнина Безмолвия так и осталась безлюдной и навеки безмолвной.
*************
Андрей шел вперед, еле волоча одеревеневшими ногами по бесчисленным кочкам и корням.
Он страшно устал, перед глазами листва стала просто бесформенным зеленым пятном, без начала и конца, и Андрей чувствовал, будто растворяется в нем, – в этой зеленой бездонной вечности. Но он все равно шел и вел за собой остальных.