Завоевать его сердце дважды

The Million Pound Marriage Deal © 2018 by Michelle Douglas

«Завоевать его сердце дважды»

© «Центрполиграф», 2019

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2019

Глава 1

Быстро оглядев зал ресторана в Сохо, Софи поняла, что прибыла первой. Это было весьма необычно.

«Что ж, очко в мою пользу», – промурлыкала она, посылая лучезарную улыбку приближающемуся официанту.

– Полагаю, у вас зарезервирован столик на имя Трент-Патерсона?

– Безусловно, мадам. – Он даже не посмотрел в свои записи.

Софи проводили через зал к столику в алькове, укрытому от посторонних взоров пальмами в кадках. Зная Уилла, можно было предположить, что это лучший столик в заведении. Интересно, всех ли своих женщин он водит сюда? В его жизни их было немало. Впрочем, это не ее дело.

Ресторан был, безусловно, высшего класса. Демонстративно избегая современных минималистических тенденций, его дизайнеры обратились к колониальному стилю, бывшему в моде столетие назад.

– Желаете напиток, мадам?

– Да, пожалуйста. Минеральную воду с газом.

Пару мгновений официант удивленно смотрел на нее, но потом его лицо приняло обычное невозмутимое выражение. Он ее узнал? Софи подавила желание немного подразнить его. «Новая глава в жизни, не забывай!»

Она оглядела зал и, покачав головой, прошептала: «Жуть!» Обычно она встречалась с Уиллом в кафе галереи «Тейт модерн», располагающем к созерцанию окружающей обстановки, а не своего спутника. Бывало, они прикасались друг к другу. По чистой случайности, разумеется, ведь Уилл никогда не стал бы смущать младшую сестричку своего лучшего друга. Особенно теперь, когда Питер мертв. Но эти маленькие случайности помогали ей чувствовать себя не такой одинокой.

– Бред! – пробормотала Софи и добавила: – Тебе следует прекратить говорить с собой, иначе кто-то заметит. – Немного подумав, она пожала плечами. – Ну и пусть.

Лет сто назад за подобное можно было угодить в сумасшедший дом. К тому же как пресса, так и ее собственный отец уже называли Софи гораздо худшими словами, нежели просто «сумасшедшая».

К столику уже подходили двое: официант с бутылкой минеральной воды и Уилл.

Он еще не заметил ее, но Софи решила не разглядывать его слишком пристально, несмотря на немалый соблазн. Как обычно, его широкие плечи, стройные ноги и мощные бедра заставили ее сердце биться сильнее. Уильям Трент-Патерсон всегда притягивал к себе женские взгляды.

Софи постаралась не думать о подобных вещах. Не важно, как Уилл выглядит. Она знала, что, увидев ее, он, по своему обыкновению, напустит на себя холодный и непроницаемый вид.

«Как же жаль», – подумала она. Он ей действительно нравился. Хотя ему не помешало бы потолстеть. Самую малость. Тогда бы у него появился бы хоть один недостаток, и ей стало бы проще иметь с ним дело.

«Проще… Как бы не так».

– Софи! – приветствовал ее Уилл, протянув руку.

Как она и ожидала, лицо его тут же сделалось каменным. Как жаль, что ей так редко доводилось видеть его улыбку.

– Привет, Уилл!

Она встала, и они формально чмокнули друг друга в щеки, стоя по разные стороны стола. Сев, Софи постаралась не обращать внимания на сильно забившееся сердце. Подобное случалось с ней каждый раз, когда она пыталась держать с ним дистанцию.

Никто никогда не любил Питера так, как она… за исключением Уилла. Ну и отца, но с этим все сложно.

Когда между их родителями возник раскол, в скором времени вылившийся в развод, Софи было одиннадцать, а Питеру – шестнадцать. Отца и мать тогда не интересовало ничего на свете, кроме их ссор, и брат с сестрой начали искать понимания и поддержки друг у друга, сознавая, что больше им не от кого ждать тепла. В те времена Софи делала все, что было в ее силах, чтобы не позволить брату превратиться в угрюмого и задумчивого молодого человека, а он старался, чтобы она чувствовала себя любимым ребенком. Он смотрел на нее такими глазами…

А теперь его не стало. Ужасная пустота зияла в ее душе. Софи надеялась, что Уилл будет помогать ей хоть частично заполнить эту пустоту, но надежде не суждено было сбыться. Уилл ничего к ней не испытывал.

Однако что-то, возможно чувство долга перед памятью Питера, заставляло их продолжать видеться. Испытал бы ли он облегчение в случае, если бы она прекратила их ежемесячные встречи в кафе? Не решил ли бы, что взятые им на себя обязанности теперь с него сняты? Эта мысль заставила сердце Софи заныть. Она не может так поступить. Уилл – последнее, что связывает ее с Питером. А Питер был единственным человеком, любившим ее такой, какой она была.

– Ты сегодня мрачная.

Слова Уилла вернули ее в реальный мир.

– Извини, я затосковала о том… что могло бы быть.

Он закрыл глаза и потер нос пальцем, очевидно решив, что последние слова Софи были о Питере.

– Я никогда тут не бывала. – Она обвела рукой зал. Уилл выпрямился на стуле.

– Тебе нравится?

– Тут мило! Сказать по правде, я нешуточно проголодалась. Если тут хорошо кормят, ничто другое меня не смутит.

Лицо Уилла опять приняло непроницаемое выражение.

– Обычно ты почти не притрагиваешься к еде.

– Сегодня же я обязуюсь оставить после себя пустые тарелки.

– А заказывать ты будешь, как обычно, салат из зелени? – Уилл слегка поднял бровь.

Софи захлопнула свое меню.

– Попробую ягнятину.

– Отличный выбор, я буду то же самое. – Уилл передал официанту меню, не отрывая взгляда от Софи. – Как дела у отца?

Вот и начался обычный ритуал. Она с трудом сдержала вздох.

– Он празднует свою победу, заставив меня обещать участвовать во всех планируемых мероприятиях его благотворительного фонда.

Ей нужно быстро найти деньги. Много денег. А у Софи не было ни малейшего представления о том, как это сделать. Отец щедро платил ей за исполнение функций распорядителя мероприятий, но этого даже близко не хватило бы для помощи Карле. А просить отца дать ей денег в долг Софи никогда не решилась бы. Она была почти уверена, что услышала бы в ответ: «Ты точная копия своей матери».

– В этом нет ничьей вины. Только твоя собственная.

– Верно, но… Галантный джентльмен воздержался бы от такого замечания.

– Я не ощущаю в себе сегодня галантности, Софи. Мне хочется разнести что-нибудь вдребезги.

Софи насторожилась. Это совсем на него не похоже. Интересно.

Уилл, казалось, опомнился и спросил спокойным голосом:

– Как Карла?

От упоминания имени невесты Питера аппетит Софи разом пропал. В горле мгновенно встал ком, и она отвернулась, глядя на зал сквозь пальмовые листья.

– Что, все настолько плохо?

Карла лечилась от наркомании. Софи должна была найти для нее деньги, соблюдая полнейшую тайну. Уж это она была просто обязана сделать. Внезапно нахлынувшее отвращение к самой себе разлилось огнем в ее груди. Как же она могла позволить всему этому случиться? Как могла быть настолько слепой? Как могла так чудовищно подвести Карлу и Питера?

Софи крепко сжала свои дрожащие руки.

– Она не перестает думать о Питере.

– А мы?

Эти слова прозвучали настолько неожиданно, что Софи вздрогнула, вскинув руку, словно пытаясь от них защититься.

Повисла тишина. Через какое-то время Уилл откашлялся.

– Извини меня.

Она чувствовала его взгляд, но не могла поднять глаз, безостановочно перекладывая ножи и вилки.

– Ты прав, – наконец выдавила она. – Но прошло всего лишь два года. Слишком мало для того, чтобы все забыть.

Краем глаза она увидела, что Уилл нервно провел рукой по своим каштановым волосам.

– Мне начинает казаться, что эти наши встречи приводят только к…

– Нет! – Софи наконец смогла поднять на него взгляд. – Пожалуйста, – прошептала она.

К ее ужасу, по ее щекам потекли слезы. Она закрыла глаза. Как бы ей хотелось, чтобы пол разверзся и поглотил ее! С самого дня похорон Уилл не видел ее слез. Бежать! Бежать отсюда! Но нет, она не должна позволить ему сделать то, что он собирался.

– Пожалуйста, Уилл, я не могу прекратить наши встречи! Не заканчивай… это. Я не могу. – Она подавила рыдание. – Я понимаю, насколько это мучительно, понимаю, что являюсь обузой… – Она была обузой для всех людей в ее жизни. Кроме Питера. Но Софи сделает все, чтобы в будущем не быть Уиллу обузой. – Но ты же любил его. И я любила его. Мы помогаем друг другу, помня об этом, видя друг в друге эту любовь.

Его лицо побелело, а рот сжался так сильно, что Софи стало не по себе. Она стерла слезы со щек.

– Ты позволишь мне удалиться в дамскую комнату?

Он кивнул.

– Ты будешь здесь, когда я вернусь?

Еще один кивок.

Остудив холодной водой горящие щеки и подправив тушь на ресницах, Софи вернулась в зал.

– Извини меня, – сказала она, проскальзывая в кресло.

Пока она отсутствовала, принесли еду, и Софи, расстелив на коленях льняную салфетку, взялась за вилку и нож.

– Сегодня был непростой день. Извини, что навязала тебе свои проблемы.

– А ты извини меня за то, что я не проявил надлежащую деликатность.

– Как Кэрролл Энн? – спросила Софи.

– Полностью восстановилась после операции. Она очень благодарна за набор видеодисков, которые ты ей послала.

Она улыбнулась. Кэрролл Энн была младшей сестрой Уилла и ровесницей Софи. Она страдала синдромом Дауна и всеми прилагающимися к нему болезнями. Софи встречалась с ней всего несколько раз, но всегда посылала ей открытки на день рождения и Рождество. В основном они общались по телефону. Последним подарком был набор DVD-дисков с мюзиклами.

На его лице проступила бледная улыбка. Софи посчитала это своей победой.

– Как дедушка?

Его настроение снова изменилось.

– По слухам, предпринимает очередную попытку заставить меня остепениться. На этот раз он поставил передо мной ультиматум.

Рука Софи с вилкой замерла на полпути ко рту.

– Какой ультиматум?

– Либо я женюсь в ближайшие двенадцать месяцев и становлюсь наследником поместья, либо он оставляет все Гарольду.

Гарольд был довольно неприятным кузеном Уилла. Ум Софи лихорадочно заработал. Уиллу деньги не нужны – он всегда был человеком самодостаточным и не проявлял никакого интереса к поместью деда, но…

– Но что будет с Кэрролл Энн?

– Если Гарольду достанется замок Эшбэрроу, в нем не будет места для Кэрролл Энн.

Но… замок всегда был домом бедной девушки! Софи не знала многого о жизни Уилла – Питер почти ничего не рассказывал ей, – но она была уверена: Уилл чувствует свою ответственность за сестру и подходит к этому вопросу очень серьезно. Она знала, что он очень любит ее. А благополучие Кэрролл Энн в первую очередь зависит от ее пребывания в Эшбэрроу. Уилл уже пытался перевезти ее в свою лондонскую квартиру, но затея окончилась полной катастрофой. Кэрролл Энн настолько тосковала по дому, что серьезно заболела.

– Что ты собираешься делать?

Уилл молча покачал головой. Теперь понятно, почему он так странно ведет себя сегодня.

– Может, дедушка решил тебя попугать?

– Не на этот раз.

Внутренности Софи сжались в болезненный ком. Брак родителей Уилла был очень непростым, в конце концов они полностью разрушили жизнь друг другу. И все это под неусыпным вниманием общественности. Софи прекрасно понимала, почему Уилл мог бы дать клятву никогда не жениться. Она еще не встречала настолько убежденного холостяка. Неудивительно, что он выглядит так, словно за ним гонятся привидения.

«Будь попроще!» – напомнила себе Софи. Она положила в рот очередной кусок, затем весело подмигнула Уиллу.

– За миллион фунтов я выйду за тебя.

Несколько мгновений он пристально глядел на нее.

– А что ты сделаешь с миллионом фунтов?

Софи хорошо понимала, о чем он думает: о том, что она спустит все на наряды и развлечения.

– Я начинаю новую жизнь. Миллион фунтов позволит мне изменить все. Я оплачу лечение Карлы, помогу ей найти работу и снова начать жить.

Он склонился вперед. Его лицо приняло необычайно серьезное выражение.

– Давай перейдем к конкретике.

Впервые за два года Уилл увидел в Софи намек на ее былую энергичность. Все это время она только худела и бледнела, но теперь…

Теперь она смотрела на него своими голубыми глазами твердо, не мигая.

– К конкретике?

– Как именно ты собираешься изменить все с помощью этого гипотетического миллиона? – Уилл заметил, что затаил дыхание. Объяснит ли она свои слова или превратит все в невинную шутку?

Ее лицо приняло отстраненное выражение. Уилл не знал, что это значит. Ему всегда было сложно понять, что происходит в голове Софи. Когда умер Питер, казалось, вместе с ним умерла и часть ее души, и с тех пор она не могла вернуть назад эту часть. Либо не хотела. Уилл не был уверен. Он помнил только, что обещал Питеру приглядывать за Софи, хотя в последнее время их встречи приносили ей больше вреда, чем пользы. А сегодня он и вовсе довел ее до слез. Но его задачей было утолять ее боль, а не причинять новую. И как же искра, недавно промелькнувшая в ее взгляде? Он должен увидеть ее еще раз! Он должен помочь ей обрести часть себя, потерянную два года назад. Ради Питера.

Между тем она съела уже половину своей порции. Это само по себе было поводом для торжества.

– Ты действительно хочешь знать?

– Да, действительно.

– Тогда… Первым делом я уеду из этого города. «Почему? Из-за отца?»

– Я думал, тебе нравится Лондон.

– Да, но он не особо идет мне на пользу, не так ли? Я два года пытаюсь забыть, но ничего не выходит. Мне удавалось лишь пить слишком много шампанского, попадаться на глаза жадным до сенсаций фотографам в неподобающем виде и допустить столько непростительных ошибок, что моим работодателям пришлось со мной расстаться.

Еще месяц назад Софи была сотрудником Вест-Эндской художественной галереи. Она никогда не была глупой – только своенравной.

– И куда ты отправишься?

– В Корнуолл.

Уилл, казалось, был ошарашен.

– Бабушка оставила мне в наследство немного земли у границ Бодмирских болот. Ничего особенного, но там есть старые конюшни, и я подумала…

Софи пожала плечами. Уилл подавил желание наклониться к ней ближе.

– Ты опять ездишь верхом?

Лошади были страстью Софи с одиннадцати лет. – Я никогда не прекращала, Уилл.

«Не прекращала?»

– После смерти Питера я считала, что мне следует прекратить. Казалось неправильным продолжать получать удовольствие.

– Он не хотел бы этого.

Она опять опустила взгляд.

«Пожалуйста, только не начинай плакать!»

Через пару мгновений Софи подняла лицо и одарила его озорной улыбкой.

– Последние два года я не ездила верхом столько, сколько обычно. Верховая езда не особо сочетается с похмельем… Если бы у меня был миллион фунтов, я бы превратила эти конюшни в школу верховой езды. А еще несколько акров можно было бы выделить под пастбище.

– А сколько там акров всего?

– Семнадцать с тремя четвертями. В основном поля. Есть ручеек, но нет дома. Имей я деньги, я бы построила там скромный коттедж.

Софи вернулась к трапезе. Закончив, – а она выполнила обещание оставить свою тарелку пустой, – Софи сложила приборы и промокнула рот салфеткой.

– Уилл, последние пять минут ты смотрел на меня, не произнося ни слова. Я не могу предположить, что потребление пищи может быть захватывающим зрелищем. Пожалуйста, расскажи, что у тебя на уме.

– Извини, я не хотел вести себя грубо. Я думал.

– О чем?

– Я не хотел бы быть неправильно понятым. – Он отодвинул свою тарелку и положил руки на стол. – Ты уверена, что действительно реализуешь свою идею? Ведь конюшни и школа верховой езды – очень непростой бизнес. От тебя потребуется много и напряженно работать, а…

– А напряженная работа – это совсем не то, чем я прославилась за последние два года, не так ли?

Софи смотрела на него без тени обиды. Это очень интриговало. Она никогда не реагировала так, как можно было ожидать, и умела воспринимать критику.

– Я теряю себя, Уилл. Эти постоянные вечеринки ничего мне не дали и ни от чего не спасли. Я чувствую пустоту и стыд.

– Мне кажется, ты излишне требовательна к себе.

– Нет, тебе не кажется.

Он удивленно моргнул.

– А работа на моего отца лишает меня последних крупиц самоуважения.

Уилл чувствовал, что она права.

– Конечно, миллион фунтов – это всего лишь мечта… – Софи встряхнула головой, и ее волосы опустились на плечи, подобно золотому облаку. – Но я надеюсь найти в Корнуолле работу и начать откладывать деньги, пока не смогу сделать что-нибудь со своим маленьким владением.

– А какую работу ты ищешь? – «Работу в другой галерее? Шансы невелики…»

– Организатора мероприятий. Конечно, со стороны может показаться, что меня опять тянет к вечеринкам. Но организация сильно отличается от простого посещения. У меня есть опыт.

Уилл выпрямился в кресле.

– Хм, ты действительно все обдумала… Если ты действительно желаешь выйти за меня за миллион фунтов, как ты себе это представляешь?

Теперь настала его очередь наблюдать на лице Софи удивление и растерянность. Официант улучил время и сменил тарелки.

– Желаете десерт или кофе?

– Шоколадный пирог, – ответила Софи, не отрывая взгляда от Уилла. – Пожалуйста.

– И шампанского, – добавил Уилл. – Самого лучшего.

– Я не говорила серьезно, когда обещала выйти за тебя замуж за миллион, – прошептала Софи, когда официант удалился.

– Знаю. Это было баловством. Но поскольку мы говорим гипотетически… – Он поразмышлял с минуту. – Я перевожу на твой счет миллион фунтов. Что я получаю взамен?

– Миллион фунтов?

– Полагаю, это цена, которую ты сама определила. – «И цена новой жизни, которую ты сама только что обрисовала».

– Мы говорим гипотетически?

Уилл кивнул.

– В таком случае все наши взаимоотношения будут представлять собой деловую сделку. Брак заключим на бумаге – без секса, детей и каких бы то ни было обязательств.

Он снова кивнул.

– Ты никогда не думал о женитьбе.

Ужасный брак родителей Уилла явился надежной прививкой от желания променять плюсы холостой жизни на превратности супружества. От одной только мысли о чем-то подобном его бросало в холодный пот.

– Однако, полагаю, ради благополучия Кэрролл Энн ты пойдешь даже на это.

Она знала его гораздо лучше женщин, с которыми он крутил легкие романы. Уилл подумал, что в контексте их разговора это можно считать плюсом.

Софи улыбнулась официанту, который принес шампанское и поставил перед ней тарелку с куском шоколадного торта.

– Спасибо.

Уголки губ официанта приподнялись, глаза заблестели.

– На здоровье, мадам.

Было в Софи одно качество, которое всегда восхищало Уилла: ее умение держать себя в обществе. Оно было настоящим, врожденным. Она всегда умела дать окружающим понять, что их ценят.

– Большую часть времени ты будешь проводить в Лондоне, – продолжала она, – а я – в Корнуолле. Нам даже незачем жить в одном доме.

«Все лучше и лучше!»

– Ну а если мое общество будет необходимо для какого-либо мероприятия, то я его обеспечу.

«Действительно, наличие жены может оказаться существенным преимуществом для успешного проведения некоторых деловых встреч».

– Однако я надеюсь, что о подобных делах ты будешь оповещать меня заранее.

«Разумное требование».

– А если тебе от меня что-то понадобится, – ответил Уилл, – просто дай знать моему…

Софи покачала головой.

– В этой гипотетической ситуации ты платишь мне миллион фунтов, Уилл. Больше от тебя ничего не потребуется.

Он нахмурился. Почему-то это не выглядело справедливым.

Софи доела шоколадный торт и облизала губы. Что-то внутри Уилла мгновенно отреагировало на этот невинный жест. «Нет, только не это! Ради бога, не смотри на маленькую сестричку Питера как на женщину!»

– Я знаю, как ты ценишь свою независимость, – произнесла Софи.

– К чему ты клонишь?

Она пожала плечами.

– Я знаю, что мысль даже о формальном браке наполняет твое холостяцкое сердце ужасом и отвращением.

– Это не страх. Это… я просто не понимаю, зачем это вообще нужно.

Брови Софи приподнялись.

– Как бы то ни было, я лишь хочу сказать, что не ожидаю от тебя соблюдения целибата во время этого нашего гипотетического брака. Ты можешь продолжать общаться с кем угодно и когда угодно. Однако…

Его сердце забилось.

– Однако?

– Тебе следует соблюдать осторожность.

Уилл тут же расслабился.

– У меня нет намерений выставлять тебя в глупом свете, Софи.

Она промокнула губы салфеткой.

– Это очень радует, однако остается еще одна проблема. Нам необходимо будет разыграть убедительный спектакль перед твоим дедушкой.

– Но только до свадьбы. Об этом я позабочусь заранее. Мы подпишем официальные бумаги. Со своим титулом и деньгами он сможет делать все, что ему заблагорассудится, но права владения замком Эшбэрроу перейдут ко мне в момент подписания брачного контракта.

– Что же, в таком случае после нашей гипотетической свадьбы ты сможешь прекратить соблюдать осторожность в своих амурных делах.

«Неужели это совсем ее не беспокоит?»

– А как насчет тебя, Софи?

– Можешь быть уверен: меня никто ни в чем уличить не сможет.

Ее ответ оставил Уилла неудовлетворенным, хотя он и сам не мог понять, по какой причине.

– Нам следует определить также и минимальный срок нашего формального брака, – добавила Софи. – Восемнадцать месяцев, пожалуй?

Он в очередной раз кивнул.

– Что же касается самой свадьбы – тут решать тебе. Можно слетать в Вегас и провернуть все быстро и незаметно, можно устроить пышный ритуал в Лондоне, а можно придумать и нечто среднее.

Губы Уилла изогнулись в недовольную гримасу. Да, свадьбу устроить необходимо, но о пышном мероприятии ему было противно даже думать.

– Может, скромное семейное мероприятие в Эшбэрроу?

Софи внимательно посмотрела на него.

– Главный вопрос, Уилл, состоит в том, готов ли ты.

Идея не вызывала у него особого энтузиазма, но дело касалось будущего Кэрролл Энн…

Софи сложила руки на столе перед собой, ее глаза сузились.

– Мне следует задать этот, несомненно гипотетический, вопрос. Если ты прибегаешь к фиктивному браку, почему выбираешь меня? Я далеко не идеальная кандидатка для такого мероприятия.

Это верно, благодаря усилиям прессы Софи не могла похвастать безупречной репутацией, однако… Уилл знал очень многих женщин, но ни одной из них он не мог бы довериться в столь деликатном деле. Действительно ли он задумался об этом? Не сошел ли он с ума? Или наоборот, нашел ответ на вопрос, мучавший его все последнее время?

Уилл барабанил пальцами по столу.

– Софи, ты хорошо меня знаешь. Я не намерен жертвовать своей свободой и независимостью. В свою очередь я знаю, что нужно тебе, – деньги для начала новой жизни. На подобную сделку мы пошли бы, четко понимая, что нужно каждому из нас. К тому же ты сестра Питера, и я уверен, что всегда могу рассчитывать на честное и благородное поведение с твоей стороны.

– Ты абсолютно уверен в этом?

«Абсолютно».

– Ты ведь не пытаешься повысить цену до двух миллионов фунтов, не так ли? Даже понимая, что мой интерес к данному вопросу перестает быть гипотетическим.

Софи пожала плечами.

– Мне не нужны два миллиона фунтов.

Женившись на Софи, он обеспечит будущее Кэрролл Энн. Уилл вспомнил две ужасные недели, проведенные с сестрой в Лондоне. Тогда он оказался полностью бессилен перед тоской и горем, переполнявшим Кэрролл Энн. Представить себе, что это может произойти снова…

Руки Уилла сжались в кулаки. Он не мог даже помыслить о таком, и тут в памяти возникло еще одно воспоминание: как он обещает Питеру заботиться о Софи и помогать ей. Что же, у него появилась прекрасная возможность сдержать обещание.

– Я доверяю тебе, Софи.

На свете было очень немного людей, кому он мог бы сказать подобное.

– За последнее время мое имя часто фигурировало в статьях бульварных газет, Уилл. И всегда в компании с новым мужчиной. Я знаю, насколько нежелательно для тебя внимание таблоидов.

– Ты имеешь в виду, что можешь продолжать давать основания для слухов?

– Конечно нет!

– В таком случае это не является проблемой.

Софи некоторое время пристально смотрела на Уилла.

– Если ты серьезно задумался об этом, нам понадобятся юристы для составления брачного договора. Я не смогу требовать у тебя более миллиона фунтов. А ты не сможешь требовать у меня мое маленькое поместье в Корнуолле.

– Твои слова – музыка для моих ушей, Софи!

Уилл разлил шампанское по бокалам, предложил один Софи, а другим отсалютовал.