Тенебрис. Там, где обитает нечисть

Богатырша

Клинок рассек воздух над моей головой, но я ловко пригнулась, уворачиваясь, а затем отбивая удар мечом. Мой противник был большим, сильным, но непозволительно медлительным для богатыря. Столкнись он за пределами деревни с упырем или другой опасной нечистью, вряд ли выжил бы.

Этот поединок мне уже надоел, надо заканчивать. Когда соперник сделал выпад мечом, я быстро уклонилась, проскользнув под оружием, а затем со всей силы ударила его рукоятью клинка в живот. Это заставило богатыря на несколько секунд потерять бдительность. И мне не составило никакого труда сделать подсечку. Противник повалился на снег, яростно взирая на меня, и в следующую секунду кончик лезвия моего меча был направлен уже ему в горло.

– Однажды я одержу победу над тобой, Дарена. И тогда ты станешь моей женой, – смотря на меня снизу, злобно процедил Вячко, я бы сказала, слишком уверенный в себе.

Его светло-каштановые волосы слиплись, а по шее тек пот, несмотря на мороз. Противник тяжело дышал после сражения. Сплюнув и взяв с земли свой клинок, богатырь поднялся и покинул тренировочную площадку. Он был одет в обычную рубаху, штаны и сапоги. Даже не потрудился надеть легкие доспехи, не говоря про полное богатырское обмундирование. Видимо, надеялся, что слишком легкая для февральских морозов одежда поможет ему двигаться быстрее.

Этот настырный поклонник мне уже сильно надоел. Все дело в том, что, если ты богатырша, то можешь выйти замуж только за богатыря, который должен победить тебя в бою. Это придумали еще со времен появления богатырей в Тенебрисе. Чтобы женщина, которая будет не только участвовать в боях, но и заниматься детьми и бытом, могла быть уверена в своей защите. Ведь времени для тренировок будет гораздо меньше.

После гибели моего жениха юные богатыри деревни начали активно вызывать меня на поединки. Признаться, замуж я не хочу. Но еще никто за эти десять лет не одержал победу, в том числе и Вячко. Терпеть его не могу. Прекрасно знает, что не выношу, когда меня называют Дареной. Это мое полное имя.

В памяти внезапно всплыл нежный юношеский голос, который громко звал меня: "Дара!". Да, именно так предпочитаю, когда меня называют. То было воспоминание из прошлого, когда еще Игорь, мой жених, был жив. При мысли об этом сердце в очередной раз тоскливо сжалось. Мне так его не хватает. Игорь, сын воеводы, стал единственным, кто смог одолеть меня. Выйти за него замуж было моим искренним желанием. Мы были связаны гораздо больше, чем жених и невеста, а до этого близкие друзья. Он был на два года старше, а спустя некоторое время после того, как мы начали дружить, у нас выявили парную силу. Об этом знал лишь воевода и волхв, который эту силу и обнаружил. Это особая связь между богатырем и богатыршей, дающая обоим воинам одинаковую магию, возможно, лишь слегка отличную друг от друга. К тому же один из тех, кто обладает парной силой, способен воскресить другого лишь с одобрения богов. Возможно, в свои четырнадцать лет я бы и смогла воскресить Игоря, но, во-первых, я до сих пор не овладела магией, а во-вторых, тело Игоря не было найдено после нападения нечисти в ту роковую ночь. Лишь однажды в детстве мне удалось воспользоваться магией, но тот случай я предпочла забыть. Об этом знал лишь Игорь и его отец.

– Дара, тебя воевода вызывает к себе, – послышался знакомый голос сзади.

Обернувшись, я увидела Святослава – богатыря, с которым мы вместе обучались бою. С недавних пор он стал служить в дружине князя.

– Спасибо, сейчас подойду.

Собеседник кивнул и удалился.

Да уж, воевода просто так к себе не вызывает. Уверена, либо Вячко опять на меня нажаловался, либо я натворила что-то еще. Но в последние годы у него я стала появляться гораздо реже: раньше частенько меня отчитывали за драки.

Белые хлопья медленно опускались на землю. Слышала, что этой зимой завалило снегом весь север Тенебриса. На юге ситуация была получше, и непогода не мешала богатырям обучаться бою и бороться с нечистью. Рядом с моей деревней Пригорово, расположенной ближе всех к столице, за эту зиму в лесах находили замерзших и загрызенных нечистью воинов и людей. Рядом с соседними деревнями на севере княжества Истоком и Чащицей наблюдалась похожая ситуация.

В деревне было довольно пусто. Боевая площадка, которую никогда не чистили от снега, чтобы создать воинам естественные условия для обучения бою, располагалась рядом с училищем. Его князь организовал специально для богатырей, чтобы те могли не только кулаками и мечом махать, но и грамоте учиться. А так как Пригорово был ближайшим населенным пунктом к столице, то о защите города правитель Тенебриса позаботился. Именно из моей деревни, где каждый год рождались новые богатыри, князь Дарко часто набирал воинов к себе в дружину. И я мечтала оказаться в их числе. Служить рядом с князем, выполнять его поручения, а не быть просто рядовым воином, защищающим государство от нечисти.

На самом деле я также мечтала покинуть родную деревню. Во-первых, с ней связано слишком много воспоминаний, как хороших, так и плохих. А во-вторых, я хотела вырваться в большой город. Жить там, где каждый прохожий не твердит тебе выйти замуж, потому что ты и так в девках засиделась. Особенно это мне любили говорить обычные женщины и мужики, не относящиеся к богатырской половине деревни. Никто из них не знает, каково это быть воином, готовым в любой момент отдать свою жизнь, лишь бы защитить обычных жителей. И уж тем более никто из них не догадывался, каково это быть богатыршей, ведь женщины-воины появляются на свет очень редко.

– Могла бы уже и поддаться кому-нибудь из этих слабаков, – твердила мне постоянно одна из местных знахарок. – А то так никогда замуж не выйдешь.

Замуж вообще не хотелось. Зачем мне мужчина, которого я буду превосходить в силе? Да и того единственного, за кого я действительно хотела выйти замуж, больше нет в Яви.

До хором воеводы я добралась быстро. Кутаясь в меховой плащ, я лишь молилась, чтобы тот не прознал о том, как я покидала защитную черту деревни. Люди и богатыри, чтобы защищаться от нечисти и ведьм, создавали вокруг населенных пунктов специальные круги из соли, полыни и мака, периодически обновляя их. На зиму специально сушили полынь, заготавливали мак и соль, чтобы защита не слабела. Главное, чтобы никто не разорвал круг. Было достаточно лишь наступить на него и продавить землю, чтобы нечисть проникла на территорию деревни. В одиночку никто и никогда не покидает село ради безопасности. Передвигаются как минимум по три человека. Но я осмелилась вчера, в полнолуние переступить защитную черту и прирезать нескольких упырей, которые околачивались возле границы. Никто больше не войдет сюда. Сначала погибли мои родители, потом Игорь и его мать во время нападения. Больше ни одна тварь не посмеет ворваться в мою деревню.

– Привет, Дара, – улыбнувшись, поздоровались со мной два богатыря, охранявшие дом воеводы.

Хоромы были не такими уж и большими, но больше, чем любая изба в этой деревне. С теремом князя он, конечно, даже близко не стоял. Никакой изящности или красоты. Дом защищен такими же охранными символами. Не было красивых завитков и ставен. Обычная блеклая изба, как и любая в деревне, только большая.

Воины, видимо, знали, что Александр меня ждет, а потому не стали задавать лишних вопросов. Я спокойно вошла в хоромы и, немного отряхнув снег с сапог, поднялась на второй этаж по лестнице, где была опочивальня воеводы. Важных гостей он принимал в другом большом помещении с накрытыми столами. Обычно это были приближенные дружинники князя или сам князь, что случалось гораздо реже. Пару лет назад мне удалось увидеть князя вживую. Тогда Александр представил меня, как лучшего воина в богатырском училище. И тогда, улыбнувшись, князь Дарко ответил, что будет рад видеть меня в дружине, когда я захочу. Я бы рада уже давно присоединиться туда. Но пока обучение считается неоконченным, богатырь не может вступить в дружину. А я так и не овладела магией, а потому Александр не выпускал меня никуда из Пригорово.

Воевода сидел за рабочим столом и рассматривал какие-то важные бумаги. Дверь громко скрипнула, когда я ее открыла, но Александр даже не обернулся.

– Садись, – рукой он указал на рядом стоящую кровать.

В комнате все было обычно: голые стены, холодный пол, окно без штор и двуспальная кровать. Было видно, что дому не хватает женской руки. На самом деле Александру я искренне сочувствовала. Я десять лет назад потеряла друга и по совместительству жениха. А он – любимую женщину и сына, который должен был стать воеводой после его смерти. Теперь деревенский совет будет избирать нового воеводу, как избирал однажды старосту после смерти моего отца. Тогда они избрали Александра – его лучшего друга. Позже, когда к власти пришел князь Дарко, тот уже был не просто старостой, решающим дела сельчан, а воеводой – доверенным лицом князя, ответственным также и за оборону деревни, и за подготовку богатырей к службе. Ко мне же с детства он относился по-доброму. Жила я после гибели родителей в избе, которую мне построили Игорь с Александром, потому что в родном доме оставаться не могла из-за жутких воспоминаний. К быту с детства приучала меня мама, а потому это не стало для меня проблемой. Александр же всегда помогал с едой и протягивал руку помощи в сложной ситуации.

Заметив, что я так же стою в дверном проеме, он продолжил:

– Ну, это я ради приличия предложил. – Затем наконец отвлекся от своих бумаг, поднялся со стула и повернулся ко мне лицом.

Александр был уже стар, но силен. Он всегда держал спину прямо, ходил уверенно. Возраст выдавали лишь седые волосы с короткой бородой и морщины на лице. Сейчас он был одет в обычную рубаху, штаны и сапоги, прям как Вячко на состязании. Только вот первый находился в хорошо отапливаемом помещении, в то время как второй хотел похвастаться.

– Опять женихов отталкиваешь? – начал разговор Александр.

– А ты опять будешь читать мне нотации? – закатила я глаза к потолку. Да, возможно, не так я должна разговаривать с воеводой, но, как дочь его лучшего друга и несостоявшаяся невестка, я могла себе это позволить. – Как будто сам не понимаешь, что этот слабак – далеко не лучшая партия для меня.

– А я говорю не только про Вячко, – усмехнулся воевода. Но по его ухмылке я поняла, что тот согласен со мной. – Тебе уже двадцать четыре года. Слишком уж в девках засиделась. Так гляди на всю жизнь останешься незамужней.

– Уж переживу как-нибудь, – равнодушно отозвалась я. Эта тема меня мало интересовала.

– Дара, когда твои родители умерли, я пообещал, что позабочусь о тебе… – начал было он опять отчитывать меня.

– Да-да, это я помню.

– Ты такая красивая девушка. Пора уже подумать…

– Ты же знаешь, что красота – это не то, что поможет богатырше выйти замуж. Ты сам обучал меня, но не нашлось еще достойного, кто мог бы меня одолеть. Был лишь один. И ты прекрасно знаешь, что это твой сын. Видимо, богиня Макошь решила, что только он мог стать мне достойным мужем. Но его нет. И значит, я буду рада нести службу нашему государю.

Взгляд Александра поник, и я тут же пожалела о сказанном. Знала же, что вспоминать о погибших любимых ему тяжело, но все равно не сдержалась. Но каждый раз разговор о моем будущем замужестве вызывал у меня только злость. Да, я всегда считала себя красивой: черные длинные густые волосы, светло-серые глаза с голубизной, румяные щеки и здоровое тело. Но все это только подталкивало богатырей состязаться со мной.

– На самом деле я позвал тебя в этот раз не для того, чтобы ругаться, – продолжил воевода, неожиданно слегка улыбнувшись. – Хотел просто убедиться, что в ближайшее время ты точно не собираешься выходить замуж.

Мой взгляд мигом изменился. Гнев тут же отступил в сторону. Казалось, даже воздух в комнате стал горячее. И виной тому была не разгорающаяся в углу печь, а мое напряжение и нетерпение. А собеседник, как назло, молчал, наблюдая за моей реакцией. И эта минута молчания показалась мне слишком долгой.

– Вчера на жизнь княжича Драгомира было совершено покушение прямо в княжеской опочивальне, – начал Александр, принявшись медленно вышагивать по комнате. – И князь Дарко решил заменить всех дружинников, защищающих княжеские хоромы, чтобы быть уверенным в безопасности своей семьи. Ночью вместе с голубем он прислал мне письмо с просьбой выделить ему самых сильных богатырей деревни. И я решил, что ты первой относишься к таким.

Защищать князя – это то, о чем я мечтала.

– Но ты же говорил, что мое обучение не закончено, – с подозрением начала я, боялась радоваться раньше времени.

– Твоя магия – часть парной силы. Со временем я понял, что без... – Воевода сделал секундную паузу. Ему трудно было произносить имя сына, – Игоря она, возможно, и не проявится. Но отправляя тебя в столицу, я могу быть уверен, что отдал князю своего лучшего воина, как того он и просил.

Не сдержавшись, я подошла к Александру и крепко обняла, как дочь обнимает отца. Такое я себе редко позволяла. Настолько редко, что последний раз даже не припомню.

– Твои родители гордились бы тобой, – прошептал мужчина, так же обнимая меня. - И я горжусь. Собирай вещи. С тремя другими богатырями отправляетесь завтра на рассвете. И будь готова к тому, что за защитным кругом ты никогда не будешь в безопасности.

Пугающее прошлое

Свет луны отражался от снега, благодаря чему у путников не было необходимости использовать факелы, чтобы освещать путь. Дул пронизывающий до костей холодный ветер, но, к счастью, снегопад прекратился. Иначе ночная охота на нечисть была бы невозможной.

Несмотря на сильную метель, которая продолжалась вплоть до вечера, Катерина и Дарко верхом на Сивке-Бурке и Молнии легко двигались через неглубокие сугробы. Видимо, в Коваларисе все-таки был не такой сильный снегопад, какой они застали по пути сюда из Военегова.

Обычно ночью никто не охотился на нечисть, но вчера с Дарко связался его отец Всеслав и попросил помощи. А позже и князь Ковалариса Белояр написал с просьбой помочь. На Добрицу две ночи подряд начала нападать какая-то тварь, и никто не знал, что это и как с этим бороться. В Коваларисе последнее время стало более спокойно, чем когда Василиса обращала обычных людей в тварей. Сейчас же там с нечистью справлялось несколько богатырей, посланных князем Тенебриса. Дарко мог бы отправить своих воинов, чтобы решить проблему, но он чувствовал, что только погубит их. По словам Всеслава, творится что-то жуткое, и такую тварь он никогда не видел. Здесь нужен был богатырь с магией. А потому Дарко мог довериться только себе и жене. Однако после покушения на жизнь сына он не мог рисковать и оставить его на нянек в столице. А потому Драгомира они взяли с собой и оставили в доме его приемных родителей под защитой преданных воинов. Сейчас только им и Катерине Дарко мог доверять.

Они двигались в сторону заброшенного терема. Катерина мечтала забыть об этом месте, ведь тот день, когда она умерла, до сих пор являлся девушке в кошмарах. Именно в этом направлении, по словам сельчан, последние ночи скрывалась тварь. И у всадницы была лишь одна догадка, которая очень сильно пугала ее.

За эти пять лет Дарко смог так натренировать ее, что, казалось, если бы даже ее разбудили посреди ночи, она смогла бы наизусть рассказать всю книгу богатырей. В той были перечислены все виды нечисти, встречаемой в Коваларисе и Тенебрисе, а также способы борьбы с ними. Сейчас же, кутаясь в свою меховую накидку, она мысленно разговаривала с Сивкой и строила теории:

– Как думаешь, она же не могла восстать из мертвых?

– Перестань бояться, вы убили ее, – пытался ее успокоить конь.

– Но ей помогала Морана, богиня смерти. Как знать, может она помогла ей вернуться в Явь.

– Если мы имеем дело с мертвичиной, может, за эти шесть лет, тут появились еще могилы. И захоронение ведьмы здесь не единственное. Я сразу почувствую, если буду рядом.

К этому моменту они добрались до разрушенного терема. Точнее за последние шесть лет от этого места остались лишь гнилые доски. Глядя на эти развалины, трудно было представить, что когда-то здесь стояла столица Ковалариса.

Дарко знал опасения любимой. А потому первым делом они проверили место, где шесть лет назад они захоронили ведьму. К их ужасу, могила была раскрыта и лишь слегка прикопана землей. Камни валялись рядом, припорошенные снегом. Оба прекрасно помнили, что навалили их сверху, как и подобает делать при захоронении ведьм.

Дарко и Катерина переглянулись и спрыгнули с коней, готовые к битве. Мужчина заметил ужас в глазах любимой и сжал ее левую ладонь в кожаной перчатке в знак поддержки. Правая же ладонь каждого из них была голой. Воину необходимо было всегда чувствовать оружие. В перчатке это трудно сделать, а потому приходилось терпеть жуткий мороз. Заметив странную реакцию и Молнии, и Сивки, богатырь напрягся и достал серебряный клинок из ножен. Катерина последовала его примеру.

Царила идеальная тишина, и даже скрип снега приглушился. Казалось, было слышно лишь их дыхание. Холод был настолько сильным, что изо рта каждого из воинов вырывалось облачко пара. Однако Катерина старалась не думать о морозе, сосредоточившись на тишине. Каждый из них уже знал, что дело обстоит худо. И каждый из них в данную секунду думал лишь о том, как выжить.

Тишина прервалась, когда послышалось тихое шевеление в земле. И Дарко вместе с Катериной устремили свои взгляды и клинки вниз, готовые атаковать. Из-под промерзлой почвы очень медленно высунулись острые когти. Словно тварь надеялась на то, что ее не заметят. Катя уже хотела воткнуть меч нечисти в лапы, но Дарко остановил ее одним движением руки. Нельзя действовать резко. Возможно, тварь только этого и добивается, чтобы напасть. А они даже не знают, кто это, не говоря о методах борьбы с ЭТИМ.