Чадан. 486-й мотострелковый полк
- -
- 100%
- +
Водителей, тоже было двое. Один лет тридцати, рано начавший лысеть, с явно выступающим брюшком и округлым лицом, вёл автобус. Второй, возраста Симонова, худенький и подвижный, организовывал посадку, размещал пассажиров, проверял билеты. Ещё при посадке, Володя заметил, что лысоватый, как-то по-особенному, по-мужски, оценивающе оглядел Ларису. Симонову он сразу сделался неприятным. Не отрывая взгляда от дороги, сидящий за рулём, спросил:
– С женой едете?
Володя, не желая разговаривать, кивнул головой.
– Правильно, – принял участие в разговоре молодой, умащиваясь на откидном сидении, – мужчине нужна семья! Мужик без жены и дома, как бродячая собака – не еды, ни миски, не конуры.
Чувствовалось, что данная тема, давно была спорной между водителями, и сейчас, всего лишь, получила дальнейшее развитие.
– Конура-то идёт в придачу с ошейником и крепкой цепочкой, – ответил лысоватый, – свобода дороже миски еды!
– Ты опять за своё, – откликнулся худой, – заладил, как попка. Свобода, свобода! Не надоело по общагам жить, в столовках питаться? Да и лет тебе больше чем нам, – продолжил он, невольно ставя Ларису и Володю на свою сторону, – пора и детей заводить!
– Это всегда успеется, жизнь длинная, – ответил лысый.
– Вы просто, не встретили свою женщину, – поддержала разговор Лариса. – Встретите, и будете думать по-другому.
– Наверное, так и есть, – задумчиво произнёс водитель, переключая передачу, – мать, тоже так в письмах пишет. Весь вопрос-то в том, что не молод! Девчонки, мои одногодки, уже успели по пару раз замуж сходить, детей нарожать, да разойтись. Брать замуж такую, с прицепом, а то и с двумя, как-то не с руки. Своими ещё обзавестись не успел. Как дети чужие примут, не известно? А там, и блудный муж обнаружится, тяжбы, да пересуды. К чему это? Молоденькую приглядеть? Опять же, на какую нарвёшься. Попадётся гулёна, ты в рейс, а она на сторону!
Помолчав, водитель сосредоточенно обогнал давно мотающуюся впереди потрёпанную машину с облезлым кузовом.
– Конечно, попалась бы такая отчаянная как вы, – обратился он к Ларисе, – едете неизвестно куда. В самые «тартарары», где русских-то, по пальцам пересчитать. И сколько проживёте тут, не знаете! Но едете, потому что любите! А я, свою любовь ещё не встретил, – собеседник горестно вздохнул. – Отработаю до конца года, и домой. Ну что я забыл в этих песках? Тут самая, что ни на есть страшная баба, нарасхват!
За окнами, сколько хватало глаз, простиралась слегка всхолмлённая, однообразная местность. Уставшему взгляду не на чем было остановить внимание. Изредка, горячий ветер гнал по земле громадные шары «перекати поля». Они догоняли друг друга, сталкивались и вновь разбегались в разные стороны, в мареве несущейся пыли. Если бы не виляющая лента дороги и редкие встречные машины, с шумом, проносящиеся мимо, легко можно было бы представить, что находишься на другой, неизвестной, не обжитой планете. Вот сейчас, за следующим поворотом, взгляду откроются серебристые строения иной цивилизации и диковинные летательные аппараты, кружащие над ними.
Но в небе медленно парили лишь большие, хищные птицы, внимательно высматривая что-то на земле. На вершинах ближних холмов, как столбики неподвижно стояли любопытные суслики. С приближением автобуса, они суетливо и молниеносно исчезали под землёй. Или суматошно мчались к своим норкам, поднимая облачка пыли.
Наконец далеко впереди, показались какие-то строения.
– Шагонар! – объявил сидящий за рулём, – готовимся к выходу!
По единственной пыльной улице, машина проехала к центру посёлка. На маленькой площади, у здания с вывеской «Автовокзал» автобус остановился. Часть пассажиров вышла, новых, судя по всему, не было. Водители удалились в здание вокзала. Не опасаясь, что их места будут заняты, молодожёны вышли, на пышущую жаром, улицу. На противоположной стороне площади высился магазин, рядом почта и сберегательная касса. Внушительно смотрелось здание военкомата и милиции. Судя по выцветшим флагам, которые были вывещаны неизвестно к какому празднику, в соседней двухэтажке размешалась администрация.
Не успели пассажиры осмотреть все достопримечательности, как автобус засигналил, приглашая продолжить путешествие. Немногочисленная публика заняла свои места. Водители сменились. Плавно покачиваясь на ухабистой дороге, машина тронулась. Проезжая вдоль глухого, высоченного забора, с колючей проволокой наверху, из-за которого виднелись жёлтые здания с решётками на окнах, и качающие пыльными кронами чахлые тополя, полный водитель, сидящий на откидном сидении, пояснил:
– Республиканская психушка!
– То есть? – не понял Симонов.
– Психиатрическая больница.
– Что же тогда не в столице, в Кызыле, если Республиканская?
– Наверное, тут безопаснее, бежать некуда! – засмеялся водитель.
Симонов с некоторым опасением посмотрел на неприступные стены. Водитель опять засмеялся:
– Говорят, что сейчас, буйных тут немного! В основном, алкоголиков лечат. А пьёт местный народ много. Женщины быстро спиваются. Сколько раз видел, – скачет на коне в своём малахае, а сама, еле в седле держится! Но бутылку из рук не выпускает!
Снова потянулась бесконечная дорога, унылая природа за окнами автобуса, жаркое, палящее солнце в высоком белёсом небе.
– Никогда не думала, что есть такие глухие места, – повернувшись к Володе, тихонько сказала Лариса. – У нас дома глухомань – это места в глубине тайги. Где непролазные заросли, мрачные сопки, тревожные лиственничные леса, не тронутая тайга. Но всё равно, природа, наполненная жизнью. Птичка зачирикает на разлапистой сосне, белка пробежит по стволу кедра, зверушка запищит в глубине леса. Зелень, цветочки-былиночки, ягоды, грибы, шишки, наконец! Студёный ручеёк, почти, в каждом распадке. Там как-то можно жить, в крайнем случае, выжить! – Лора кивнула в окно. – А здесь, песок, да камень! Ни веточки, ни кустика. Одни суслики, да злые птицы в небе. И вся жизнь! Не пойму, что заставляет людей жить тут добровольно? Я понимаю, по необходимости, по службе, как мы! А так – по собственному желанию, никогда бы не согласилась!
– Люди здесь родились и выросли. Тут их дом – как сейчас говорят, малая родина, – предположил Володя. – В этой природе и образе жизни, они находят свою прелесть – просто мы её ещё не видим. Не думаю, что и наша с тобой родина нравится буквально всем. Есть городские жители, которым наши прелести, вряд ли нравятся, они им в тягость.
Поодаль от дороги возникло какое-то круглое строение, отдалённо напоминающее чум, или ярангу. Возле маленького, дымящегося костерка, колдовала над котелком пожилая женщина. Две девчушки в национальных одеждах сидели на корточках подле неё. Чумазый пацан катил палочкой обод от велосипедного колеса, изображая машину. В стороне, нагнув головы, медленно двигалось небольшое стадо баранов, паслась лошадь. На бугре стояла пара незнакомых, рогатых животных, с длинной шерстью на мощных туловищах, мрачно взиравших на проносившийся автобус.
– Какие страшные, угрюмые быки! Того и гляди, бросятся вслед, догонят автобус и перевернут его! – нарушила молчание Лариса.
– Похожи на яков, или бизонов, такие же здоровые и шерстистые. А ты, говорила, что тут жизни нет! – пошутил Володя.
– Это овцебыки, – пояснил худой водитель, – местные называет их «сарлыками».
– Вот видите, – пробасил лысый, – живут люди, хозяйство ведут, детей растят, как кругом на земле! Просто, им тут тяжелее, чем в городе. Но, пересели их в город, из этой бытовой неустроенности и дикости, тут же, рядом с домом, поставят свою юрту и будут в ней жить!
Справа, у линии горизонта появилось над жёлтыми холмами синяя полоска далёких гор. Постепенно, она росла, ширилась. Вскоре, явственно проступили далёкие отвесные склоны и вершины с белыми пятнышками снежных шапок.
– Отроги Саянских гор, – перехватив взгляд Симонова, сказал водитель постарше, – внизу, у подножья, протекает один из притоков Верхнего Енисея – Хемчик.
– А далеко это от Чадана? – поинтересовался Симонов.
– Не знаю, – признался водитель, – сам я там не разу не был. Может, километров с полста, а может, и меньше. Рядом с посёлком протекает ещё одна речушка – Чадан, так, больше похожа на большой ручей. Но, несколько лет назад, взбунтовалась вместе с Хемчиком, всю округу и часть города затопила.
Чадан
В Чадан приехали после обеда. С высокой горки, впереди, между холмами показались разномастные строения, редкие пятна зелени, трубы котельных в жарком, колышущемся мареве. На подъезде к городу, слева от дороги, возвышалось бревенчатое, одноэтажное здание, с будочкой в форме скворечника наверху, разрисованное как шахматная доска. Через дорогу, на краю песчаного поля, на длинном шесте, вяло болтался полосатый «чулок» – указатель направления ветра.
– Местный аэропорт, – пояснил водитель сидящий за рулём, – а, вон там, за полем, на бугре, воинская часть. Наверное, вам туда.
Володя увидел несколько одноэтажных, щитовых зданий и отдельно стоящее красное кирпичное. Территория была окружена редким проволочным забором. В глубине в небо вздымался частокол разнокалиберных антенн. Далее, в дощатых постройках, Симонов, без труда, определил склады. Под дальними холмами, белые домики участковых пунктов управления полигоном. На возвышенность к части вела песчаная дорога, упирающаяся в маленькое здание КПП, с поднятым вверх полосатым шлагбаумом.
Проехав ещё километр, автобус повернул и остановился возле вполне приличного здания автовокзала. Утомлённые дальней дорогой, толпясь, и подталкивая друг друга, пассажиры двинулись к выходу. Володя и Лариса вышли последними, их никто не ждал и не встречал. В тени здания, на туристических мешках, расположилась группа молодых людей, по-видимому, студентов из стройотряда. Негромко бренчала гитара, нестройные голоса пели песню «про туманы и запахи тайги».
Оставив Ларису возле вещей, Володя отправился на поиски телефона, чтобы позвонить в часть. Круглолицый приветливый тувинец в кабинете с надписью «Директор», долго не мог понять, что от него хочет этот молодой военный. Наконец уяснив, ответил, что телефонной связи нет уже двое суток – обрыв линии. И посоветовал выйти на дорогу, где иногда проходят военные машины. Симонов, вернувшись к жене, заметил, что она чем-то расстроена:
– Что случилось? – спросил он, глядя в её грустные глаза.
– Да, вот эти студенты, – кивнула Лариса на толпящихся возле автобуса, молодых людей, – только ты ушёл, окружили меня. Смеются – брось ты своего лейтенанта, поехали с нами, завтра будем в Красноярске, мы тебе билет купим! Зачем тебе этот кишлак? Зачем свою жизнь губить? А у меня, и так, на душе тоскливо!
Весёлая компания, между тем, успешно погрузилась в машину, и теперь, через стёкла, жестами и мимикой звали с собой.
– Вот обезьяны, – беззлобно засмеялся Симонов. – И, что же ты, не согласилась?
– Ага, – едва сдерживая слёзы, ответила жена, – как же ты тут один, без меня? Тебе же будет плохо? Нет, мы теперь вместе! – со словами, – «никуда я не поеду», – села на скамейку, как будто и в правду, собиралась сидеть тут вечно.
Под звуки развесёлой песни «Мы едем, едем, едем, в далёкие края…», автобус укатил.
Стоять на дороге было бессмысленно. Володя, сев на скамейку рядом с женой, пытался держать в поле зрения приближающиеся машины. Но, автомашины, по-видимому, тоже спрятались от жары, и проезжали крайне редко. Симонов не увидел ни одной с чёрным армейским номером. Наконец, на дороге появился человек, явно имеющий отношение к армии. Это был худощавый, средних лет мужчина, в военных брюках навыпуск, в зелёной рубашке, не армейского фасона, без знаков различия. В руке он держал фуражку с красным околышем, через плечо был, перекинут китель с погонами капитана. Симонов поспешил ему навстречу. Военный совершенно не удивился внезапному появлению перед ним незнакомого лейтенанта. Так, как если бы встреча произошла на улице большого города, или крупного гарнизона, где офицеров пруд пруди.
Выяснилось, что капитан является начальником финансовой службы полка. Оглядев Володю с ног до головы, предложил:
– Я сейчас до полка дойду, там скажу, чтобы машину прислали. Ты, один?
– Нет, с женой.
– Тогда, лучше в городскую гостиницу поехать, на первое время.
Капитан ушёл, Симоновы остались ждать. Через какое-то время, гремя всеми своими внутренностями, к вокзалу подкатил ГАЗ-66, с перекошенной и помятой кабиной. С места водителя выскочил солдат грузин, с характерным кавказским акцентом, предложил, забирая у Лоры вещи:
– Давайте помогу. В кабину нэ могу, понэмаете, товарищ лейтенант, дверь, понэмаете, с той стороны не открывается! – передавая магнитолу в кузов, поинтересовался, – куда едэм?
– Говорят, – сидя в кузове, ответил Володя, – где-то гостиница есть.
– Знаю, поехали!
Машина, вновь жалостно заскрипела, и покатила по асфальтированной улице города.
Молодые с интересом разглядывали окрестности. Вдоль центральной и, по-видимому, лучшей улицы, росли, довольно большие, тополя. Стояли одно и двухэтажные дома, многие с пыльными кустами в маленьких палисадниках и огородами на задах. Всё это напоминало фильмы о Средней Азии, не хватало только арыков и мужчин в халатах и чалмах. В боковых улицах дома были более скромные, но больше всего Володю удивили бревенчатые дома, без привычной, двухскатной крыши. Они были, просто засыпаны землёй, которая горкой возвышалась на месте крыш. Миновали каменный дом на перекрёстке с вывеской «Столовая», несколько невзрачных сельских магазинов, расположенных – один к одному. Свернули в узенький переулок и подъехали к невысокому зданию барачного типа. Маленькая вывеска гласила, что здесь располагается гостиница города Чадан Дзун-Хемченского района. Лестница в четыре ступеньки, ведущая вниз, привела приезжих в полуподвальное, служебное помещение. Женщина средних лет, проводила гостей, как она сказала, в свободную комнату. Помещение было похоже на школьный класс, вдоль стен стояло пять, или шесть кроватей. Увидев недоумение на лицах потенциальных клиентов, она пояснила, что отдельных номеров в гостинице нет. Но, волноваться не надо, посетителей немного и в этот номер больше никого не поселят. Оставив Ларису на попечение хозяйки заведения, Симонов поспешил к машине. Мокрый и уставший водитель, крутил ручку, пытаясь завести заглохший автомобиль. Увидев офицера, грузин чертыхнулся, бросил бессмысленное занятие и, привалившись к бамперу, закурил:
– Чёртов драндулет, стоит заглохнуть и всё, нэ заводится!
– Кто же его до такого состояния довёл? По нему будто танк проехал!
– Машина ещё не старая, и двух лет нэт! Прошлой зимой, дэмбэля из стройбата угнали её от столовой. Посадили дэвок, четверо в кабине, напились и поехали в Кызыл. На перевале перевернулись, все живы, только попереломались. А машину всю разбили. Кабину на нэё новую нэ найдёшь!
– Ну и что им, было? – поинтересовался Симонов.
– Суд был, в дисбат отправили!
– И сейчас строители есть?
– Другую роту прислали, дома офицерам строят. Но эти поспокойнее, драк не затевают.
– Давай вместе будем заводить! – предложил Володя, – стартер-то крутит?
– Крутит, только аккумулятор слабый.
– Я сяду за руль, буду стартером крутить, а ты, ручкой.
С третьего раза, двигатель, стрельнув, запустился. Водитель занял своё место, Симонов поднялся в кузов. Знакомым маршрутом доехали до автовокзала, по колдобинам песчаной дороги поднялись в гору, к воинской части. Слева, по взгорку Володя увидел кладбище, с покосившимися, старыми крестами и новыми захоронениями, обложенными венками из искусственных цветов.
Полк
Миновав шлагбаум, машина остановилась. Сопровождаемый сержантом – дежурным по КПП, Симонов прошёл в штаб. Старший лейтенант, дежурный по полку, показав кабинет командира, проинформировал, что командир в настоящее время на сессии в академии, его обязанности исполняет начальник штаба майор Котелевский. Володя одёрнул китель, с сожалением посмотрел на слегка пыльные туфли, и решительно постучался в дверь.
– Войдите! – услышал Симонов далёкий голос.
Войдя, он увидел скромно обставленный небольшой кабинет. За столом сидел худощавый майор, с аскетическими чертами лица и хмурым взглядом. Сделав пару уставных шагов к столу, Володя, приложив руку к головному убору, и, как показалось ему, чётко доложил:
– Товарищ майор, лейтенант Симонов, прибыл для прохождения службы на должности командира танкового взвода!
Привстав из своего кресла, майор выслушал доклад. Но не стал делать замечания по поводу отсутствия парадной формы, а недоумённо переспросил:
– Какого взвода? Танкового, говоришь? У нас танков нет!
Подняв трубку, начальник штаба вызвал заместителя по строевой части и кадрам.
Вскоре в кабинете появился капитан, с не менее свирепым лицом. Подойдя к столу, он что-то тихонько сказал начальнику штаба. Тот ещё раз внимательно осмотрел Симонова, прочитал командировочное предписание и подозрительно спросил:
– А вас к нам за что?
– Как за что? – не понял Симонов, – я после училища.
– К нам, не за что, не отправляют, – ответил хмурый майор и махнул рукой, показывая, что аудиенция закончена.
Уже в дверях, недовольный голос остановил Симонов словами:
– А петлицы и фуражку сменить. У нас полк мотострелковый!
Капитан и Симонов вышли. В коридоре заместитель начальника штаба, кивнув на дверь напротив, пропустил Володю вперёд.
– Капитан Линенко, сказал он, садясь к столу. Ты что туда полез? Ты что, не знаешь, куда, в первую очередь, надо зайти? Я бы всё объяснил. Начальник штаба первый день на службе, вернулся после продолжительного лечения в окружном госпитале. Как говорится, не врос ещё в обстановку.
Симонов обратил внимание на то, что у капитана на погонах, тоже танковые эмблемы. А на сером, металлическом сейфе лежала фуражка с чёрным околышем. Как истинный танкист, Володя не горел желанием менять форму.
– Где я красную фуражку возьму? – на всякий случай спросил он.
– Да нигде! На вещевом складе шаром покати. Сходишь, на всякий случай туда. Но маленьких размеров нет. Не мелькай перед глазами, ходи в полевой форме, или в рубашке с полевой фуражкой – у нас это не возбраняется. Теперь о деле: – танкового батальона пока нет, танков тоже, из танкистов ты первый, – засмеявшись, добавил, – не считая меня, заместителя командира полка по технической части, начальника бронетанковой службы и замполита – всех, кто до сих пор, носит танковые эмблемы. Твоё личное дело пока не пришло, но мне из дивизии вчера звонили. – Закурил, выпустил облачко синего дыма, – ты женат?
– Да, – ответил Володя, – жена сейчас в гостинице.
– Давай, завтра устраивай свои дела, ищи квартиру. Утром послезавтра придёшь ко мне.
Симонов вышел на улицу. К зданию подкатил, видавший виды, «газик». Из него, с удивительной ловкостью для довольно полноватой фигуры, выскочил майор, с эмблемами танкиста на полевой форме. Быстрым шагом, подойдя к крыльцу, в ответ на приветствие Симонова, вытирая платком солидную лысину, представился:
– Зампотех полка майор Сараев! Собирайся, сегодня уезжаем принимать танки в Бийск!
Володя опешил, не зная, что ответить. Выручил, вышедший на крыльцо, капитан Линенко:
– Ян Михайлович, он только приехал, у него жена в гостинице ждёт.
– А мне начфин сказал, лейтенант танкист приехал, – огорчился майор, – думал, всё какая-то помощь! Но ждать не могу, билеты на самолёт из Барума куплены.
Он, так же стремительно вернулся к машине, хлопнул дверкой и уехал. Симонов направился к КПП, в надежде как-то добраться до города. За деревянной казармой, на песчаной площадке, занимались миномётные расчёты. Лениво помахивая хвостами, понуро опустив головы, стояли три низкорослых монгольских лошадки. Пыльные солдаты, в полном снаряжении, как заметил Володя, из числа призванных на переподготовку, в который раз выполняли одни и те же приёмы. Сбоку, с секундомером в руке, стоял худощавый старший лейтенант в полевой форме, который громко, держа паузу между словами, даже как-то радостно, командовал:
– Миномёты! К бою!
Бойцы набрасывались на безучастных лошадей, снимали с них принайтованные с обеих сторон ствол, треногу и плиту. Устанавливали всё это в нужном положении, что-то подкручивали на прицельных приспособлениях, как ужаленные отскакивали от миномётов, выстраивались в шеренгу. Правофланговый каждого расчёта, поднимал руку с флажком, выпучив глаза, дурным голосов орал:
– Готово!
Уставший не менее солдат, старший лейтенант, глядя на секундомер, проводил кратенький разбор. И вновь подавал команду:
– Миномёты! В вьюки!
Бойцы кидались к миномётам, с неподражаемой скоростью, раскидывали их на составные части, закатывали в брезентовые сумки, взваливали на, слегка приседающих, лошадей, строились и докладывали:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.