Не там, где надо

Я огляделся. Домик Пегги был уютным, но явно небогатым. На первом этаже была общая комната с эркером и искусственным камином, которая соединялась со столовой и кухней. Наверх вела лестница, где, видимо, располагались спальни. Неудивительно, что Джордж уверенно заявил, что Уоррен обделил первую жену при разводе.

– Я говорила, что никогда о вас не слышала? – угрожающе спросила Миранда.

– Как и я о вас, – любезно ответил я.

– Пегги сказала, что вы работаете частным детективом. Ну и что, интересно, вам надо?

– Я бы хотел обсудить это с самой Пегги.

Миранда фыркнула, издав звук, напоминающий о выхлопной трубе дизельного двигателя.

– Только не думайте, что можете ее заставить как-то вам помочь вытащить братца из тюрьмы. Уоррен – подлинная сволочь. Я сто раз предупреждала Пегги, что эта Вайолет крутит шашни с ее мужем, но она не верила, что он способен разрушить брак ради этой змеи. А теперь он получил то, что заслужил. Я только хочу уберечь Пег от еще больших разочарований.

– Постойте, вы знали Вайолет до того, как она стала женой Уоррена?

– Конечно. Вы с какой планеты прилетели? Эта тварь работала в «Ар энд Джи», так она и познакомилась с мужем Пег. Она три года паслась в нашей конторе, пока решала, в кого ей вцепить коготочки. Поначалу она, конечно, зарилась на Винса, то есть, мистера Ричардса. Он был моложе и холостым. Но Винс никогда бы не повелся на такую дешевку. Тогда она переключилась на беднягу Уоррена. И ее не остановило, что он счастливо женат.

– А вы, получается, тоже работаете в «Ар энд Джи»?

– Естественно! Я личная ассистентка мистера Гельба.

– Извините, я за вами не поспеваю. Кто такой мистер Гельб?

– Ну вы даете. «Ар энд Джи» значит Рэнфорд и Гельб. Они два старших партнера агентства, а Вернон Рэнфорд исполняет обязанности председателя правления. А мой босс – мистер Аарон Гельб.

– А змея Вайолет какую занимала должность?

– Ой, да никакую. Вначале она работала в приемной. Потом стала ассистенткой отдела копирайтеров. Спустя полгода пролезла в отдел телерекламы. И все время искала, на кого бы положить глаз. В конце концов мистер Стин решил ее сделать своей секретаршей. Поскольку из нее секретарша была, как из меня модель купальников, я сразу поняла, что добром это не кончится. Я честно пыталась предупредить Пег. Но она упорно отказывалась видеть в людях плохое. Считала, что ее драгоценный муж всегда стоит на страже интересов семьи.

Я вспомнил о том, что Пегги поддержала Уоррена, когда он некрасиво поступил с ее собственным отцом. Возможно, она из тех женщин, которые перед алтарем действительно вверяют себя в руки мужа.

– А какую должность занимал Уоррен в агентстве?

– Да вы точно с Луны свалились, – Миранда явно не могла представить, что на планете Земля существуют люди, чья жизнь не вращается вокруг «Ар энд Джи». – Мистер Стин был главой клиентского отдела и младшим партнером. То есть он до сих пор им является, пока не будет вынесен приговор.

– А Винсент Ричардс?

– Он тоже был младшим партнером, но возглавлял продюсерский департамент.

Для меня эти термины ничего не значили.

– Это правда, что пишут в газетах? Что Ричардс и Уоррен боролись за место в совете директоров?

– Абсолютная правда. Мистер Рэнфорд, который основал агентство, давно подумывает об уходе на пенсию. Они с мистером Гельбом хотели расширить правление и дать больше полномочий молодым сотрудникам, чтобы кто-то смог возглавить компанию, когда мистер Рэнфорд отойдет от дел. Мистер Стин работал в «Ар энд Джи» дольше, у него был огромный опыт и верные клиенты. Но мистер Ричардс, хоть и был моложе, был настоящим гением рекламы. С ним агентство стало одним из ведущих в Калифорнии. Выбор должны были сделать все акционеры, но ходили слухи, что сам мистер Рэнфорд отдаст предпочтение Винсу.

Я был готов согласиться, что у брата был хороший мотив ненавидеть конкурента. Ричардс был моложе на тринадцать лет, но уже мог рассчитывать на серьезный карьерный взлет. Уоррен всегда ревниво относился к чужим успехам.

– Миранда, кто там? – раздался голос сверху.

– Дуглас пришел. О котором я никогда не слышала, – протрубила подруга.

– О боже, почему ты меня не разбудила? Скажи ему, что я сейчас приведу себя в порядок и спущусь. Одну минутку.

По лестнице зацокали каблучки, и в гостиной появилась Пегги, одетая в платье в крупный горох и домашние парчовые туфли без задников. Конечно, ей потребовалась далеко не минутка. Невестка расчесала и взбила волосы, тщательно покрыла лицо слоем пудры, подвела глаза и накрасила ресницы так, что теперь они напоминали обувную щетку. Но все равно было видно, что женщина находится на грани нервного срыва. Я поразился переменам, произошедшим с Пегги за последние годы. Насколько я помнил, она всегда была румяной улыбающейся малюткой, склонной к умеренной полноте, напоминавшей любому холостяку о прелестях домашнего уюта. Теперь же от аппетитных форм ничего не осталось – платье висело ней мешком, исчезли округлые щеки с ямочками, никакой грим не мог скрыть синеву под глазами. Если бы не горькие складки у рта, сейчас Пегги больше всего была похожа на испуганного ребенка.

– Дуг, как я рада тебя видеть, – сноха бросилась ко мне и схватила мою ладонь обеими руками. – Извини, что грубо разговаривала по телефону. Я все еще была под действием снотворного. И снова заснула как только положила трубку. Я не ожидала, что ты приедешь так быстро.

– Я могу чем-то помочь тебе и Пенни?

– О, нет, спасибо. У меня много друзей. Миранда сегодня посидит со мной. Я думаю, что нам лучше… уехать на время из города. Родители купили дом на побережье в Орегоне, когда отец отошел от дел. Я могу на время забрать Пенни из школы, пока все не уляжется. В последнее время она совсем отбилась от рук. Такой возраст, понимаешь. Не хочу, чтобы она страдала еще больше, если в школе начнут болтать про ее отца.

– Ты говорила с Уорреном?

– Нет, – Пегги растерянно взглянула на меня. – Мы не общались последние несколько месяцев. Он пару раз забирал Пенни, чтобы сходить в кино или парк. Но она никогда не оставалась у него ночевать. Как я поняла, его новая… жена не очень хотела, чтобы в доме жил подросток.

– Это возмутительно! – сообщила Миранда.

– В компании все очень добры ко мне. Мистер Рэнфорд сам звонил мне сегодня утром. Он сказал, чтобы я ни о чем не беспокоилась, даже если Уоррена… осудят, и он не сможет платить нам алименты. Мистер Рэнфорд обещал о нас позаботиться. В «Ар энд Джи» встали на мою сторону, когда Уоррен решил развестись. Мистер Гельб даже грозился вышвырнуть его из агентства.

– Мистер Гельб это мой босс, – пояснила Миранда на случай, если я не запомнил с первого раза. – Он очень высокоморальный человек и прекрасный семьянин. У них с женой пятеро детей.

Она определенно начинала меня раздражать. Этой женщине надо было работать не в рекламном агентстве, а в комитете против прелюбодеяний или другой организации, стоящей на страже общественной морали.

– Я просила не увольнять Уоррена. Мистер Рэнфорд со мной согласился. Тот все-таки был слишком ценным и преданным сотрудником, к тому же, он очень щедро поступил со мной и Пенни. Отдал мне часть своих ценных бумаг и регулярно выплачивал хорошее содержание. Продолжил оплачивать школу нашей дочери.

– Но вы все-таки были вынуждены уехать из вашего общего дома?

– Это временно. Уоррен собирался его продать. Он говорил, что им с Вайолет будет вполне достаточно квартиры где-то в модном районе. Он хотел разделить со мной деньги от продажи, потому что дом мы покупали, когда уже были женаты. Дом… требует ухода и внимания. А Вайолет не слишком любит это дело, как я поняла, – закончила Пегги с тоской.

– Как я могу связаться с мистером Рэнфордом? И адвокатом Уоррена. Может быть, с его… женой… Я бы хотел помочь следствию. Как ты знаешь, я работаю частным детективом. Может, я обнаружу обстоятельства, которые пропустила полиция. Что-нибудь, что может сыграть на руку защите.

Миранда впервые посмотрела на меня с интересом.

– Дуг раньше работал в полиции, – пояснила Пегги.

– Вас выгнали? Или погнались за большими деньгами в частном секторе? – с воинственной прямотой спросила Боудикка.

– Ни то, ни другое. Я работаю на себя. Надоело выполнять чужие приказы.

Неожиданно хлопнула входная дверь, и какое-то существо в школьной юбке и блейзере топоча пробежало мимо нас, устремившись прямо к лестнице.

– Пенни! – крикнула моя невестка.

Дочь даже не обернулась, уже начав перепрыгивать через две ступеньки.

– Пенни, немедленно остановись! Вернись сюда, – в голосе Пегги зазвучали неожиданные стальные нотки.

Девчонка остановилась на середины лестницы и начала сердито спускаться, а потом зашла в гостиную, встав на безопасном расстоянии от матери, готовая в любой момент обратиться в тактическое бегство. Я сам не раз стоял так перед отцом, косясь одним глазом на входную дверь.

Пенни оказалась обычным подростком. Может, выглядела чуть младше своих лет, еще нескладной и голенастой, как олененок. Рыжевато-каштановые волосы были пострижены до плеч и как будто светились в редких солнечных лучах, пробивавшихся в комнату сквозь зашторенные окна. Их цвет гармонировал с зелеными глазами, напоминавшими кошачьи. Экзотическое лицо Пенни с высокими скулами, маленьким носиком и щедро очерченным ртом предрекало, что в будущем она превратится в исключительную красавицу. Правда, впечатление сразу было испорчено тем, что девчонка засунула в рот большой палец и начала с остервенением грызть ноготь.

– Пенни, перестань грызть ногти, сколько раз я тебе говорила, – рявкнула ее мать. – Как прошел день в школе?

– Я больше туда не вернусь, – дерзко ответила Пенни. – Отстаньте все от меня, я хочу пойти в свою комнату.

– Тебе что-то сказали насчет твоего отца? – голос Пегги дрогнул.

– Опять отец! Отец, отец, отец. Хватит твердить о нем. Не желаю слышать об этом придурке!

– Пенни, как ты выражаешься! У нас гости.

Девочка равнодушно скользнула взглядом мимо Миранды и уставилась на меня.

– А это кто еще? Очередной папин друг из его чертовой конторы? Пришел поддержать в трудную минуту?

– Пенни! Следи за языком. Это твой дядя Дуглас, младший брат твоего папы.

– О, – Пенни машинально снова потянула палец в рот, но остановилась. – Тот дядя, о котором не говорят?

– Здравствуй, Пенни, – представился я.

– Здрассте. Ну вот, я со всеми поздоровалась. Теперь я могу пойти в свою комнату? И ты не заставишь меня больше ходить в школу. Я вообще больше не выйду из комнаты!

Девчонка стремительно отскочила от матери, которая бросилась к ней с распростертыми руками, и запрыгала по лестнице, как горная антилопа. Пегги устремилась за ней следом, выкрикивая что-то о том, что им надо «вместе во всем разобраться».

Мы с Мирандой смущенно переглянулись.

– Мне наверное лучше уйти, – я протянул секретарше свою визитную карточку, на оборотной стороне которой написал номер домашнего телефона. – Передайте это Пегги. Скажите, что она может мне звонить в любое время.

– Хорошо, я так и сделаю. Послушайте, мистер Стин. Эээ… если вы в понедельник утром позвоните мне в контору, я постараюсь организовать вам встречу с мистером Рэнфордом и мистером Гельбом. Как вы понимаете, с адвокатом вашего брата и его новой пассией я никак помочь не могу.

– Вы думаете, Уоррен мог убить Ричардса? – задал я свой дежурный вопрос.

– Откуда мне знать. Он же ваш брат.

Примечания