Булат

1. Земфира

Марат! Мой любимый Марат! Как он мог так со мной поступить?

Я ждала его из армии, готовилась к свадьбе, а он нашёл себе другую!

Моя жизнь закончилась, так что оставаться на этом свете мне больше незачем.

Воспользовавшись тем, что мои дядя и дедушка отвлеклись, я улизнула из дома и теперь, обливаясь слезами жалости к себе, плелась к обрыву.

Уже стемнело, и это осложняло мне задачу. Приходилось идти практически на ощупь. Я была преисполнена решимости, и ничто меня не могло остановить.

– Земфира! – донёсся до меня голос невесты дяди Данияра, когда я уже ушла на приличное расстояние от деревни.

– София? – удивлённо обернулась я.

Пришлось всё же остановиться.

Какого чёрта она здесь делает? Следила за мной? София была беременна, поэтому мне пришлось ждать целую вечность, пока она догонит меня, держа руками свой выпирающий живот, неуклюже передвигая ногами, как утка.

Лучше бы я убежала от неё, да и всё. Тревога за беременную женщину была сильнее моего горя, именно она заставила меня стоять на месте. Теперь придётся объясняться с Софией, и в этом не было ничего приятного.

Мне вообще ни с кем не хотелось обсуждать свою трагедию. Ещё вчера у нас с Маратом была огромная любовь, которой завидовали все мои одноклассницы, а сегодня я брошенная невеста!

– Ты куда собралась? Данияр сказал дома быть! – с ходу набросилась на меня София.

– Так иди! Чего ты за мной увязалась? – злобно ответила ей в надежде, что она обидится и реально отстанет.

Из-за облака выглянула луна, и теперь стало видно, что я вся зарёванная.

– Что случилось, Земфира? Скажи мне, ради бога!

– Ничего. Марат меня бросил, – сквозь слёзы проскулила я.

– Как бросил? Ты уверена?

– Он мне написал, София! – разрыдалась я в голос. – Написал, что встретил другую! Всё кончено, понимаешь?

– Мне очень жаль. Правда! Но не нужно ходить здесь ночью.

– Я просто хотела побыть одна.

– Зачем же уходить так далеко? Пойдём домой? – не отставала девушка.

– Иди, София! Я скоро приду!

– Стой! – заорала она и схватила меня за рукав, будто догадалась, куда я иду. – Не пущу! Ты чего задумала, Земфира?

– Отстань! – попыталась её отпихнуть, но боялась, что причиню вред её ребёнку, поэтому толкала не в полную силу. – Да пусти ты меня! Не лезь не в своё дело!

Она счастлива с дядей Данияром, ей меня никогда не понять. Придётся убегать теперь от этой назойливой мухи.

Внезапно из темноты донёсся надсадный рёв машин, и нас ослепило фарами больших внедорожников. Я так испугалась, что уже пожалела о том, что ушла из дома поздним вечером. Дядя Данияр предупреждал, чтобы мы никуда не выходили. Почему я его не послушала?

– Пойдём отсюда! – запаниковала я, начав пятиться от машин.

Из них начали выходить мужчины, и я поняла, что это всё не к добру.

– София! – громко окликнул девушку один из незнакомцев. – Вот ты где? А мы тебя обыскались.

Из-за слепящих фар нам были видны лишь силуэты мужчин, но этого было достаточно, чтобы понять, что их много, все они крепкие и при оружии. От них так и веяло опасностью и злом.

– Ты их знаешь? – дрожащим голосом спросила я Софию.

– Нет, – уверенно ответила она. – Беги, Земфира! – прошептала она. – Беги домой со всех ног и позови Данияра на помощь!

Эти бандиты приехали по её душу, – догадалась я. От них дядя Данияр прятал невесту у дедушки Зинура?

Подобрав юбку, я пустилась наутёк.

– Схватить их обеих! – донёсся до меня истерично срывающийся на визг мужской голос.

Это заставило меня припустить ещё быстрее. Я бежала, не разбирая дороги. Луна светила достаточно ярко, но я всё равно спотыкалась и падала несколько раз. Глухой топот тяжёлых мужских ног приближался, а у меня уже не было сил продолжать бегство.

Лёгкие разрывало от быстрого темпа, кровь стучала отбойником по вискам.

Я не успею…

Мне не уйти…

Софию убьют из-за меня. Её и нерожденного ребёнка.

Это всё я! Это я во всём виновата! Лучше бы эти бандиты убили меня. Похоже, они сейчас и меня схватят.

Огни нашего дома были уже близко, лишь это придавало мне сил. Чья-то сильная рука схватила меня за шиворот. Дёрнула так, что я полетела на землю.

– Помогите! – заорала я во всё горло, надеясь, что хоть кто-то услышит. – Дядя Данияр! Помогите!

– Сука тупая! – рявкнул на меня бандит и пнул в живот.

Я вскрикнула, задохнувшись от боли, складываясь пополам. Из меня будто весь дух вышибло разом. Сквозь слёзы увидела головорезов. Их было двое.

Это конец. Теперь точно конец.

Сопротивляться или убегать не было сил. Это София сильная, а я нет… Я не такая!

Сейчас они меня прикончат, и Софии уже никто не поможет.

– Потащим её к боссу? – спросил один бандит у второго, всё ещё задыхаясь от гонки. – Или позабавимся сначала? Смотри какая чёткая! Мне нравятся татарочки. Она ещё и целка небось?

– Если сделаем наоборот, нам от этой красотули останутся одни объёбки. Сам знаешь, как это бывает. Пока своей очереди дождёшься, уже и трахать никого не хочется.

О чём они, господи? Они хотят меня изнасиловать?

Пусть лучше сразу убьют. Я этого не вынесу.

– Давай ты первый! Я чё-то запыхался малость. Присоединюсь через минутку. Без нас с сучкой Данияра разберутся.

– У нас тут своя сучка, с которой тоже приказано разобраться.

Мужчина заржал, снял с плеча автомат, опустил его на землю и принялся расстёгивать ремень на брюках.

– Не трогайте меня! – жалобно заскулила я, услышав, как вжикнул замок на его ширинке. – Пожалуйста!

– Если дрыгаться не будешь, мы аккуратно натянем, бережно! – хмыкнул тот, что готовился взять меня первым. – Кайфанёшь напоследок с нормальными мужиками.

Что там происходит сейчас с Софией я даже представить не могла. В самом страшном сне мне не могло такое присниться. Это было настолько отвратительно, что я боялась пошевелиться, но когда здоровенный мужик навалился на меня сверху, я снова начала звать на помощь, брыкаясь изо всех сил. За что получила по лицу.

От запаха немытого мужского тела меня начало мутить, но это не шло ни в какое сравнение с тем, как омерзительны были прикосновения насильника к моему телу. Он грубо сжал мою грудь, накрыв её своими лапищами поверх одежды.

– Вот это сиськи! – заурчал он от удовольствия. – Сочная, как…

– Девчонку отпустите! – сквозь звон в ушах донёсся до меня хриплый мужской голос.

– Ты кто, на хрен, такой? – обернулся тот, что собирался меня насиловать, убрав руки с моей груди.

С трудом повернув голову, я разглядела в ночном полумраке третьего мужчину.

Он был тоже крепким и довольно высоким. В руках он держал пистолет, которым целился в ждавшего своей очереди бандита.

– Это пёс Данияра! – хмыкнул последний, направив, в свою очередь, пистолет на незнакомца. – Вали отсюда, Булат, пока мы и тебя не выебали.

Услышав имя дяди, я почувствовала облегчение, и маленькая искорка надежды на спасение затеплилась внутри меня. Если это его охранник, значит, он должен помочь.

– Это вряд ли, – сказал мужчина. – Вашими маленькими отростками только девок смешить.

– Побазарим, когда ты без хозяина останешься. Будешь на коленях просить, чтобы наш босс бросил тебе косточку. Будешь пятки ему лизать, козлина!

Громкий мужской хохот оборвали внезапные выстрелы. Началась стрельба, оглушившая меня окончательно. Кто именно стрелял, я не понимала, и от этого чувствовала себя ещё более беспомощной и никчёмной.

Булат один, а бандитов двое, и они тоже вооружены. Шансы явно не в его пользу. Теперь ещё и он погибнет из-за моей глупости.

Визуал Булата и Земфиры

2. Земфира

Первым рухнул бандит с пистолетом, второй завалился на меня, придавив к земле намертво. От ужаса я даже закричать не могла, хлопала ртом, как рыба, выброшенная на берег.

Запах пороха, смешавшийся с кровью, ударил в нос, вызывая у меня уже истерику и новый приступ тошноты. Я барахталась под обмякшим мужчиной, но выбраться из-под него никак не выходило. Он был слишком тяжёлым.

Вдруг стало легко. Я с шумом набрала полные лёгкие воздуха, видя, как Булат брезгливо спихивает носом ботинка неподвижно лежавшее на мне тело бандита.

Он правда человек дяди Данияра, если верить бандитам? Раз убил их, значит, так и есть, значит, он на нашей стороне?

– Жива? – спросил он, протягивая мне руку.

Я ухватилась за огромную, шершавую ладонь, и мужчина дёрнул меня с земли так резко, что я впечаталась в него, оказавшись прижатой к его крепкому телу. Пряный мужской аромат заставил меня вновь задохнуться. От него пахло дорогим одеколоном, мускусом, табачным дымом и смертью. Мужчина был настолько огромным, что я едва доставала носом до его груди. В лицо даже посмотреть не смела от оцепенения.

Смутившись, оттолкнула незнакомца, отступив от него на шаг.

– Они мертвы? – на всякий случай спросила я, снова взглянув на два неподвижно лежавших тела.

– Да, – коротко ответил он. – Я спас тебя, красавица. Теперь ты моя должница. Как будешь благодарить? М?

Что ему от меня нужно? Неужели то же самое, что и этим мертвецам? Слова Булата заставили моё сердце снова сорваться с цепи. Неужели он такой же мерзавец, как эти двое?

– Где дядя Данияр? Там София! На неё напали! – выпалила я, резко сменив тему.

– София? Так ты Земфира, внучка Зинура? – удивлённо и разочарованно протянул Булат. – Вот же дьявол! Поехали скорее! Покажешь, где София!

Мы побежали к нашему дому, а потом запрыгнули в огромный джип Булата. У меня нестерпимо болели рёбра, но страх за Софию заставил меня шевелиться.

Машина сорвалась с места, и я начала молиться, чтобы с Софией всё было хорошо, чтобы Всевышний её пощадил. Булат молчал, уставившись на дорогу. Только побелевшие костяшки на пальцах, сжимавших руль, выдавали его напряжение.

Исподтишка я рассматривала его суровое лицо. На вид ему было столько же лет, сколько дяде Данияру, может, чуть меньше. Полумрак и густая борода мужчины делали невозможным определить его возраст, но ему точно за тридцать. Острые голубые глаза, полные губы, нос с горбинкой – немногим симпатичнее тех бандитов, что на меня напали.

В то же время благородный поступок Булата вызвал во мне восхищение и неконтролируемую волну благодарности к нему. Нужно быть очень смелым, чтобы расправиться с двумя страшными преступниками.

Бычья шея и широкие плечи выдавали в нём любителя спорта. Дядя Данияр увлекался боксом, оттого был здоровенным, как бык. Этот, наверное, тоже чем-то таким занимается или в качалку ходит?

Опустив взгляд ниже мужского плеча, я увидела бурое пятно на порванном рукаве его чёрной куртки чуть выше локтя.

– У вас кровь, – ужаснулась я.

– До свадьбы заживёт! – никак не отреагировав на мои слова, произнёс Булат, будто он робот, и ему совсем не больно.

Значит, он не женат? Обручального кольца я не увидела. Такой взрослый и неженатый? Странно…

Нам навстречу попалась машина дяди Данияра. Булат остановился, и я выскочила наружу, чтобы обнять Софию.

– С тобой всё хорошо? – обеспокоенно спросила я.

– Да. А с тобой?

– Они догнали меня. Если бы не Булат… Он меня спас! Убил тех двоих! Прости меня, прости! Я не знала, что так получится!

– Прощу, если выбросишь из головы свои дурости, – тихонько, чтобы больше никто не услышал, пообещала София.

– Не рассказывай никому, пожалуйста! Мне так стыдно!

Мужчины о чём-то переговорили, а потом дядя Данияр отвёз нас с Софией домой. Я боялась заходить в дом, потому что ждала взбучки от дедушки Зинура.

Он был мне неродным дедом. Взял меня на воспитание три года назад, когда мои родители разбились на машине. Он был добрым, но очень строгим. Дядя Данияр был единственным внуком дедушки, и я относилась к нему с почтением и уважением, а он отвечал мне тем же. Дарил подарки на праздники, интересовался моими делами и оценками в школе.

С Софией мы вообще сильно сблизились за то время, пока она жила у дедушки Зинура. Она была мне как сестра, которой у меня никогда не было и уже не будет. Я не чувствовала себя чужой в этой семье, хоть мне и не хватало родителей.

Я очень любила дедушку, именно поэтому боялась его гнева, боялась разочаровать его своим глупым поступком. Он очень ответственно относился к своим обязанностям и воспитывал меня по национальным татарским традициям. Мужчина главный, и ослушаться его было непозволительным проступком. А я такое натворила!

К счастью, меня никто не ругал. Все были настолько шокированы нападением бандитов, что до моего косяка никому не было дела.

В комнате этой ночью я была одна, видимо, дядя Данияр забрал от меня свою Софию. Из-за этого долго не могла уснуть, прислушиваясь к каждому шороху. Сон меня всё же сморил, но спала я тревожно. Перед глазами маячили страшные лица бандитов, и болел отбитый бок, поэтому я то и дело просыпалась.

Утром меня разбудил требовательный стук в дверь. Это был дедушка. Он велел мне одеться и прийти на кухню. Наверное, сегодня отругает, раз вчера этого не сделал?

Воспоминания о случившемся навалились тяжким грузом. Я подумала о том, что Марат меня предал, и мне снова стала жизнь не мила. Гнев деда на фоне моего горя выглядел никчёмным.

– Как ты, Земфира? – ласково спросил дедушка, когда я приползла на кухню.

– Хорошо, – соврала я. – Зачем ты меня позвал? Что-то случилось?

– Приготовь завтрак для Булата и отнеси ему в комнату гостей.

От упоминания только лишь имени этого страшного человека меня бросило в пот. Что он здесь делает? Разве он не уехал вчера? Разве они с дядей Данияром не разделались со всеми бандитами?

– Нам угрожает опасность? Зачем он здесь? – встревожилась я.

– Парнишку ранило. Ему требуется уход, чтобы восстановить силы.

Как я могла забыть об этом? Почувствовав прилив новой порции вины, я поставила чайник. Он получил ранение, спасая мою честь и жизнь. Я просто обязана за ним поухаживать.

Он, кажется, ждал немного других благодарностей, но чашка супа из моих заботливых рук – это всё, что я могла ему предложить.

– Смени ему повязку и накорми, – продолжил дедушка.

– Повязку? Я?

– Ты же хотела выучиться на врача? – усмехнулся дедушка, поглаживая рыжие усы. – Вот и потренируйся на Булате. Будь с ним осторожна, Земфира! Я пустил его в дом только потому, что он помог нашей семье. Он такой же бандит, как Данияр и как те, кого они вчера прикончили!

– Не волнуйся, дедушка, я буду осторожна, – пообещала я, разволновавшись ещё сильнее. – Тебе налить чая?

– Спасибо, не нужно. Я пойду прилягу. Всю ночь не спал из-за этих дурных! Вай-бая! Хуже шайтана они на моей шее повисли! Когда всё это уже закончится?

Причитая и ругая дядю Данияра и Булата на чём свет стоит, дедушка поднялся в мужскую половину.

Я приготовила чай, погрела для гостя вчерашний суп и составила всё на поднос. Потом нашла аптечку и взяла из неё всё необходимое для перевязки раны Булата. В доме было очень тихо, похоже, не спала только я. Мурашки бежали по коже от мысли, что я сейчас снова увижу Булата, останусь с ним наедине, мне придётся касаться руками его раненого предплечья.

Неожиданно вспомнились его холодные глаза и опасный запах, исходивший от него. Всё внутри сжалось от трепета.

Мы были в доме не одни, так что опасаться мне было нечего. Он всего лишь охранник дяди Данияра, всего лишь гость дедушки. Он ничего дурного мне не сделает. Не посмеет.

Так почему мне так тревожно подниматься в его спальню?

Пока поднималась по лестнице, накрутила себя пуще прежнего. От волнения забыла постучать. Комната гостей была не заперта. Я тихонько вошла, прикрыв за собой дверь. Так и застыла с подносом в руках перед кроватью.

Булат спал, закинув мощную руку за голову. Одеяло на нём сползло до пояса, и сейчас я могла видеть торс мужчины, украшенный рисунками татуировок. Даже в расслабленном состоянии мышцы выглядели рельефными. Волосатая грудь размеренно вздымалась, а я забыла, как дышать.

Конечно, я видела обнажённых по пояс мужчин. Например, на ферме дедушки в жаркую погоду, а ещё видела Марата в одних плавках, когда мы ходили купаться на речку. Мы даже целовались с Маратом два раза, так что я не совсем тёмная.

Он мальчишка, а передо мной сейчас лежал огромный взрослый мужик. Из-за его размеров кровать казалась совсем крошечной, почти игрушечной. Предплечье на второй руке Булата было перебинтовано, наверное, ночью он всё же побывал в руках врача.

Я не собиралась пялиться на полуобнажённого мужчину, но не могла взгляд от него отвести. Он был красивым, как древнеримская статуя, но даже спящим наводил на меня ужас.

Булат зашевелился, и у меня душа окончательно ушла в пятки.

3. Земфира

– Насмотрелась? – хриплым ото сна голосом произнёс Булат и открыл глаза.

Я подскочила на месте и едва поднос не выронила с горячим супом прямо на него. Встретилась с его всё ещё сонным взглядом, и меня будто пронзило им насквозь. Голубые глаза в обрамлении чёрных, густых ресниц, сверкнули, как драгоценные камни.

Посуда на подносе начала звенеть оттого, как меня затрясло.

– Твои духи пахнут вкуснее, чем суп, – оскалившись, произнёс Булат. – Тебя не учили, что нельзя подкрадываться к спящим мужикам?

– Меня прислал дедушка, – стараясь, чтобы голос не дрожал, начала оправдываться я. – Мне нужно сменить вашу повязку. А ещё я завтрак принесла.

– Зинур? – недовольно протянул мужчина. – А я уж было подумал, что ты по своей инициативе пришла, чтобы отблагодарить своего спасителя. Даже спасибо вчера не сказала.

– Спасибо! – отчеканила я.

Булат с минуту лениво, будто сытый кот, рассматривал меня, потом тяжело вздохнул и нехотя поднялся. Пружинисто сел, придерживая одеяло на животе, и я догадалась, что он полностью голый. Мышцы на его теле напряглись, став ещё более рельефными, и я смущённо переступила с ноги на ногу.

Зря я не постучалась. Если бы Булат оделся, было бы всё по-другому. Сказать ему, чтобы оделся? Выйти и подождать?

Если дедушка узнает, что я была в комнате с обнажённым мужчиной, это мне не поздоровится, а Булату ничего не будет. Он же гость?

Какая же я дура! Господи, что делать-то теперь?

– Оставь, – кивнул мужчина на стол. – Я поем позже.

Под его пристальным взглядом я поставила поднос, окончательно растерявшись.

– Бинтуй, раз пришла, – почувствовав моё замешательство, хмыкнул Булат. – Сестра милосердия.

Я взяла с подноса бинт и подошла к мужчине. Он спустил ноги на пол и подвинулся, уступая мне место рядом с собой на кровати. Присаживаться с ним рядом я не рискнула. К тому же он был достаточно высоким, мне даже не пришлось наклоняться, чтобы касаться его предплечья.

Пока я разматывала бинт с застарелыми пятнами крови, он взгляд с меня не сводил, заставляя нервничать ещё сильнее.

– Данияр Сулейманович сказал, что ты учишься в школе, что ты ещё несовершеннолетняя. Это правда, Земфира?

Они меня обсуждали? По какому поводу, интересно?

Я чувствовала запах разгорячённой кожи Булата, и это вызывало странный трепет во мне. Факт, что на нём лишь одеяло, смущал меня похлеще его любопытного взгляда. Я чувствовала, что у меня не только щёки полыхают, но и уши.

– Правда, – тихо ответила я.

– Поехали со мной в город, красивая? – неожиданно предложил он.

– Зачем? – искренне удивилась я.

– А что тебе здесь делать, в этой дыре? Давай я тебя с собой заберу? Буду баловать, на руках носить. Ты никогда ни в чём не будешь знать нужды. У тебя будет всё самое лучшее, самое дорогое.

Можно было подумать, что Булат хочет на мне жениться, но ничего такого он мне не предлагал. В его речах было больше разврата, чем у самого шайтана.

– Мне нужно сначала школу закончить, – уклончиво ответила я, чтобы его не обидеть. – И у меня уже есть жених, – немного приукрасила для убедительности. – Мы поженимся весной.

– Да сдалась тебе школа? – Про жениха он будто и не услышал. – Зачем тебе учиться, если ты красива, как горный хрусталь, и нежна, как нераспустившийся бутон? Ты создана для любви, Земфира, как и все женщины на земле.

От его сладких речей и бархатистого голоса внутри меня всё заколыхалось, и руки окончательно перестали меня слушаться. Я с трудом размотала бинты до самой раны. Дальше придётся срывать вместе с засохшей кровью, а эта процедура не из приятных.

– Спасибо, Булат, но мне не подходит ваше предложение.

С этими словами я рванула бинт, одним движением обнажив его рану. Она начала кровить, и мне стало жалко Булата. Ранение было неглубоким, но боль, что он испытал сейчас, должна быть адская.

Тот даже не дёрнулся, лишь поморщился, как будто у него во рту горько.

– Я ведь и украсть могу, – пригрозил он.

Я не поверила в его слова, потому что знала: дядя Данияр могущественней его. Пока что Булат подчиняется ему, а значит, мне ничего не угрожает.

– У вас ничего не выйдет! – нервно усмехнулась я.

– Зря смеёшься, девочка. Ты мне очень понравилась. Сама не знаешь, от чего отказываешься.

Я боялась, что мужчина начнёт распускать руки, схватит меня или что-то в этом роде, но он ничего такого не делал. Сидел смирно, как покорный жеребец, которого седлают. А то, что смотрел…

Этого запретить ему никто не мог. Я тоже на него смотрела и видела то, что нарушало всякие рамки приличия.

– Я люблю своего жениха всем сердцем. Моя судьба предрешена, – сказала я, уже уверенно повязав бантик на его предплечье.

Закончив с перевязкой, отступила на шаг, с облегчением вздохнув, и осмелилась посмотреть в суровое лицо Булата.

– Это мы ещё посмотрим, – прищурившись, проговорил он. – Я подожду, пока ты дозреешь и вернусь за тобой. Зря ты по-хорошему не согласилась, золотце.

В его взгляде и словах было столько решимости, что мне стало не по себе. До моего дня рождения оставался ещё целый месяц. Через пару дней Булат уедет отсюда и забудет обо мне.

Я очень надеялась на это. В конце концов, в городе полно прекрасных девушек ничем не хуже меня, а может, и лучше. Булату есть где найти утешение своих грязных мужских желаний.

– Поправляйтесь, – коротко сказала я и, подхватив использованные бинты, поспешно вышла из гостевой комнаты.

4. Земфира

Прошло несколько дней с момента тех страшных событий. Дядя Данияр уехал на похороны своего дяди Тимура, оставив Булата у нас для охраны. Мы с Софией готовились к её свадьбе. Убирали дом, который купил для них дядя Данияр, и перебирали своё приданое.

Мне моё теперь было ни к чему, поэтому я с радостью поделилась им с девушкой.

– Вот возьми, София! – протянула ей большой свёрток, в котором была вышитая скатерть и тканые коврики. – Мне всё равно уже не надо.

– Глупенькая! Будет у тебя ещё жених, – успокаивала она меня. – Ты бы к Булату присмотрелась. Вроде неплохой мужчина?

– Я люблю Марата! – упрямо заявила я. – Так что бери, София! Это от чистого сердца в ваш с дядей Данияром дом.

– Спасибо, дорогая! – сердечно поблагодарила она меня. – Уезжать тебе нужно отсюда, Земфира. Скоро Марат вернётся со своей новой невестой, и страданиям твоим не будет конца.

– Я и так собираюсь, когда окончу школу. Буду поступать в медицинский колледж.

– Зачем тебе колледж? Подавай документы сразу в университет.

– А если не поступлю?

– Конечно, поступишь! Ты же отличница? К тому же твои родители оставили тебе неплохое наследство. В крайнем случае пойдёшь на коммерческое отделение. Тебе хватит и на учёбу, и на безбедную жизнь. Я попрошу Булата присмотреть за тобой в городе.

От упоминания его имени я вся вспыхнула. Я больше не видела его обнажённым, но только одни мысли о его мощном теле и зверином запахе мужчины вгоняли меня в краску. Булат держался со мной на людях прохладно, но иногда я ловила на себе такие его взгляды, которые были красноречивее любых слов.

А вчера, когда мы остались с Булатом наедине на кухне, и я уже по традиции меняла ему повязку, он схватил меня за руку и приложил мою ладонь к своей широкой груди.

– Чувствуешь, Земфира, как бьётся моё сердце? – шёпотом спросил он.

Я обмерла, и мурашки захлестнули меня от его большой горячей ладони, пока я слушала глухие удары внутри его тяжело вздымающейся грудной клетки, забыв, как дышать.

– Это ты заставляешь его биться чаще, – продолжил Булат облизнув свои чувственные губы.

– Зачем вы мне это говорите? – спросила я, испуганно выдернув руку, слыша, как моё собственное сердце стучит где-то уже в висках.

– Затем, чтобы ты знала, что лишила меня сна и покоя. Дни нашей разлуки так близки, что я хотел бы остановить время. Зря ты меня дичишься, девочка. Я спасал тебя не для того, чтобы обижать.