Одержимость шейха

1. Анна

Сегодня было очень важное событие – мой первый рабочий день в качестве переводчика у самого настоящего шейха. Работодателя я ещё в глаза не видела. На эту шабашку меня подбила хорошая знакомая Милана Котова. Мы с ней вместе учились на факультете иняза. Потом наши пути разошлись. И вот, спустя какое-то время, она позвонила мне и предложила поехать вместе с ней в командировку в Касуману.

Котова так ловко наобещала мне золотые горы и красиво расписала эту загадочную страну, что я с лёгкостью согласилась. Только вот сама она сейчас жутко опаздывала, и мне придётся отдуваться одной. Всё, что я знаю о сегодняшнем своём рабочем дне – мне нужно будет присутствовать на каких-то важных деловых переговорах.

Я на протяжении последних нескольких недель упорно готовилась, подтягивая арабский язык, терпеливо подбирая наиболее подходящие наряды для этой страны, изучая местные традиции и тренируя речь перед зеркалом. Но ничто не могло остановить непослушный толчок адреналина, идущий из самых глубин моего существа.

Подходя к дверям офиса, я в сотый раз заглянула в свой телефон, чтобы прочесть сообщение Миланы и убедиться, что я пришла по адресу. К счастью, меня встретил администратор. Стоило мне представиться, и он проводил меня в зал для переговоров.

Я пришла немного раньше, так как была пунктуальной, в отличие от своей напарницы. Зал был ещё пуст, поэтому мне предоставилась возможность оглядеться и ещё раз проверить свой внешний вид. На голову я повязала платок, спрятав волосы под ним, а платье надела с длинными рукавами, длиною до пят. Таким образом, я надеялась произвести впечатление на работодателя, дав ему понять, что следую традициям Касуманы и чту их.

Интерьер зала показался мне безупречным, до мельчайших деталей продуманным, словно вся обстановка была создана для решения самых важных вопросов в мире.

Наконец, за дверью послышались мужские голоса, заставив моё сердце снова пуститься вскачь, и в конференц-зал вошла делегация из мужчин.

Все они были в деловых костюмах, и это заставило меня растеряться. Я надеялась, что шейх и его помощник будут в кандурах и гутрах. Может быть, они придут позже? Или как мне теперь вычислить шейха из полдюжины мужчин?

Никого и ничего вычислять не пришлось. Двое мужчин очень сильно отличались от остальных своими аккуратными бородками и смуглой кожей.

– А вот и наша переводчица! – воскликнул один из них на арабском языке, заставив меня немедленно вскочить со стула.

– Здравствуйте! Я Анна! – с улыбкой протянула я руку арабу.

– Махмуд! – пожал мне руку мужчина. – А это шейх Сабур, – представил он мне второго бородача.

Я протянула руку и ему, но Сабур не пожал ее. Презрительно сверкнул жёлтыми глазами и отвернулся, будто я пустое место.

Меня очень огорчила реакция работодателя. Я была сбита с толку его поведением, обижена и оскорблена. А ещё я расстроилась, что вырядилась как дура, пытаясь понравиться шейху. Оказывается, можно было прийти в обычном деловом костюме, и я явно перестаралась. Другого наряда у меня с собой не было, но нестерпимо захотелось сдёрнуть с головы идиотский платок. Я заставила себя сесть на место и сосредоточиться на работе.

К моему удивлению, шейх Сабур выбрал место за столом рядом со мной. Элегантным движением руки он отодвинул для себя стул и грациозно опустился на него, придвинувшись почти вплотную ко мне. Меня эта дистанция, точнее, её отсутствие, смутили ещё сильнее. От мужчины остро пахло чем-то необычным: смесь сандала, цитруса и перца. Голова закружилась от опасного запаха и затряслись поджилки.

Пока рассаживались остальные мужчины, я украдкой косилась на шейха. С виду обычный мужчина. Да смуглый, да бородатый. У нас полгорода таких ходит. Но эти его глаза…

Впервые видела радужку янтарного цвета. Разве бывают такие?

Сабур просто сидел рядом, даже не смотрел на меня, а я дышать на него боялась. Может быть, я слишком сильно преувеличиваю значимость его персоны, а может, всё дело в его высокомерном поведении и энергетике?

От мужчины тащило силой. Он был достаточно высок и судя по комплекции, крепок, но не об этой силе я думала сейчас. Казалось, он взмахнёт сейчас рукой с огромным перстнем, вбегут стражники с топорами и отрубят всем неугодным головы. Шейх Сабур не произнес ни слова, но смотрелся так величественно, будто он султан, а все остальные его слуги. Особенно я.

Чёрт, я и есть его слуга. Почти что. Я же работаю теперь на него. Надо не облажаться, иначе уволит и меня, и Милану. Котова буквально грезила этой командировкой, я не могла её подвести.

Начались переговоры, и я опять разволновалась. Голос дрожал, пока я переводила Сабуру то, что мне говорили его русские партнёры.

Зачем-то он наклонился ещё ближе ко мне, нарушая все мыслимые и немыслимые границы личного пространства. Может быть, мужчина плохо слышит? Другого логичного объяснения его странному поведению я не находила. Стало так жарко от его близости, что я вся вспотела. Когда я закончила перевод, моё лицо просто полыхало. Теперь все ждали ответа шейха.

– Мне нравится, как ты пахнешь, – громко сказал Сабур низким, завораживающим голосом. – Как сладкий персик на солнце. Это не нужно переводить.

Если бы я и захотела перевести его слова, то не смогла бы. У меня язык отнялся от услышанного. Зачем Сабур мне это говорит? Сейчас? Даже если он хотел сделать мне комплимент, то он явно выбрал неподходящий момент.

Как реагировать на такое? Мамочки…

2. Анна

Четверо русских мужчин уставились на нас с Сабуром, не понимая, что происходит. А вдруг кто-то из них знает арабский? Я посмотрела на того, кто знает – на Махмуда. Он сидел с абсолютно невозмутимым видом, как будто шейх ничего особенного не сказал. Может, для арабов это нормально, и я зря паникую?

– Уважаемый Сабур, – попыталась взять ситуацию в свои руки и посмотрела ему в лицо. Лучше бы я этого не делала. Взгляд мужчины стал каким-то диким, чувственные губы изогнулись в полуусмешке. Его веселит то, что происходит? Он сюда пришёл развлечься или вопросы бизнеса решить? – Мне приятно, что вам пришлись по вкусу мои духи, но давайте вернёмся к переговорам? Ваши партнёры задали вам вопрос и теперь ждут от вас ответа, – напомнила я.

– Подождут. Зови меня господин, Анна!

– Слушаюсь, господин, – покорно ответила я. – Так что вы ответите?

Сабур проговорил свой ответ для русских и попросил, нет, приказал перевести. При этом он неотрывно смотрел на меня, не на них.

Прошло всего минут пятнадцать, как я вступила в должность его переводчика, а мне уже захотелось уволиться. Меня размазало от противоречивых чувств и эмоций в отношении работодателя. Наверное, это оттого, что я никогда не имела дел с арабами?

Далее я перевела на русский слова шейха, а затем реплики русских на арабский. Сабур продолжал смотреть на меня в упор, а я даже глаз поднять не могла. Чувствовала, как он на меня давит. Ещё немного и я взорвусь. Я была близка к какой-то несвойственной мне истерике.

– На меня смотри, когда говоришь со мной, – жёстким тоном потребовал Сабур. – Я разрешаю тебе на меня смотреть, женщина!

Что?

Боже, я едва не прыснула от смеха, услышав эти слова. Да, я понимала – восточный менталитет, и всё такое, но что, чёрт побери, он о себе возомнил? Разрешает на него смотреть? Каменный век какой-то.

– Благодарю, господин, – с трудом сдерживаясь, чтобы не заржать, ответила я, поднимая на Сабура глаза.

Когда я снова взглянула ему в лицо, мне стало не до смеха. Этот мужчина меня пугал просто одним взглядом. Пушистые, длинные ресницы, которым позавидовала бы любая женщина, не придавали глазам Сабура мягкости, только пронзительности. Сколько лет этому шейху? Слегка за тридцать? Откуда столько пафоса? Мажор какой-то!

– Ты блондинка, Анна? – прозвучал новый провокационный вопрос. – Зачем ты спрятала от меня свои волосы? Какой они длины?

Что ещё он спросит? Брею ли я ноги? Каким цветом мои соски? Что за идиотские подкаты во время деловой встречи?

В принципе, пошлятиной и не пахло, но мне вообще не нравилось, что интерес шейха ко мне перешёл во что-то личное. Возможно, я себя просто накручивала, но было неприятно.

– Давайте обсудим мою внешность позже, господин? – стараясь изо всех сил быть вежливой, ответила я.

– Я хочу знать это сейчас. Не люблю ждать.

– Я брюнетка, – соврала из принципа. – С короткой стрижкой.

И вообще, я переодетый мужчина, – хотела добавить я, но не осмелилась. От этого шейха можно ожидать чего угодно. Вдруг у них принято женщин лупить? Физической расправы от него я не боялась. Здесь есть и другие мужчины, способные заступиться за меня, просто конфликт раздувать было ни к чему.

Сабура мой ответ удовлетворил или расстроил – не понятно, но больше он не отвлекался на мою персону, слава богу. Переговоры шли ещё около часа и закончились благополучно для обеих сторон. Подписав кучу бумаг, все остались довольны, кроме меня.

Я решила сказать Милане сегодня же, что не еду ни в какую Касуману. Пусть сама со своим шейхом разбирается!

Русские пригласили Сабура отметить сделку в каком-то злачном месте, под красивым названием "ночной клуб", открыто намекая на то, что его ждут развлечения в виде продажных женщин. Пришлось переводить.

– Господин, ваши партнёры приглашают вас отдохнуть в обществе дам с низкой социальной ответственностью, – видели бы вы, как порочно загорелись глаза Сабура, когда он это услышал. – Позвольте совет?

– Говори!

– Такой отдых может навредить вашей репутации. Наверняка у вас есть жена? – этим вопросом я не задавалась до данного момента. Потому что мне было всё равно. Мне и сейчас как-то побоку личная жизнь Сабура, но уволиться хотелось достойно. – Или невеста? – выдвинула я предположение. Сабур баснословно богат, судя по суммам, которые сегодня обсуждали на переговорах. По-любому у него кто-то есть. – Такое поведение недопустимо.

– Приятно, что тебя заботит моя репутация, Анна, – сказал Сабур. Он всё ещё сидел впритык ко мне и отодвигаться не спешил. – Я не успел жениться. У меня есть только гарем из наложниц.

– Тогда решайте сами, господин, – равнодушно пожала плечами и поднялась с места.

Аж дышать стало легче!

– Разве я позволил тебе встать, Анна? – раздался рядом со мной недовольный голос Сабура. – Встреча не закончена.

– Сабур, мне не нужно вашего разрешения, чтобы встать со стула! – я решила уволиться, поэтому немного осмелела. – Я выполнила свою работу, а обсуждать ваши похождения по шлюхам я не намерена.

– А ты дерзкая! – заметил шейх.

Никто не расходился, все ждали, что ответит Сабур на приглашение партнёров. Кроме меня.

Причин и дальше участвовать в этом балагане я не видела, поэтому вцепилась в свою сумочку, поглядывая на дверь. Это больше походило на бегство, но не всё ли равно теперь?

– Анна, присядьте на место, пожалуйста! – вмешался Махмуд, видя, что обстановка вышла из-под контроля.

– Простите, я хочу уйти! Немедленно! – натянуто улыбнулась я его помощнику.

– Скажи русским, что я согласен, – произнёс Сабур, будто не слышал, что я только что говорила. – И ты поедешь туда со мной!

3. Анна

Спорить с шейхом не было абсолютно никакого желания. Я сообщила русским о согласии Сабура присоединиться к их отдыху, они радостно загудели, оставили на столе визитку и, откланявшись, покинули зал. В помещении остались я, Сабур и Махмуд, аккуратно складывающий документы в свой портфель.

– Разрешите попрощаться, господа! – я даже смиренно поклонилась Сабуру для убедительности. – Приятно было познакомиться! Желаю вам всего наилучшего!

– Ты куда-то собралась, Анна? Прощаться рано.

– А по-моему, самое время, Сабур! – с вызовом бросила я. – Мне пора!

– Я не отпускал…

– Прощайте!

Я ринулась к выходу, но Сабур вскочил со стула, преградив мне путь, напугав снова уже до визга.

– Уйдите с дороги! – потребовала я, толкнув его в грудь, но это было всё равно, что двигать шкаф или стену. Ладони упёрлись в такую твердь, будто шейх был высечен из камня, а не из человеческой плоти. – Я обращусь в полицию! – пригрозила я.

– Оставь нас! – рявкнул Сабур Махмуту, и у меня душа захолодела.

Что бы ни задумал шейх Сабур, это не предвещало для меня ничего хорошего. Тем не менее, Махмуд поспешно вышел из зала, и мы остались с тираном один на один.

Огромное помещение теперь казалось мне крошечным наедине с шейхом Сабуром. Его помощник ушёл, но я продолжала смотреть на дверь, как будто ждала, что сейчас кто-то войдёт в неё и спасёт меня от сумасшедшего араба.

– Что не так, Анна? – раздражённо спросил Сабур. – Смотри на меня, когда я говорю с тобой!

– Мне не нравится эта работа. И вы мне не нравитесь, – ответила, как есть, злобно глянув на него. – Поэтому я попрощалась.

– То есть, отдыхать я должен один? В чужой стране, не зная языка, без переводчика?

Он тупой, что ли? Или настолько прифигел с того, что ему кто-то отказал? Да ещё и женщина?

– Именно так, господин! – сказала уже с издёвкой. – Зачем вам переводчик в борделе? Я не знаю шлюшьего языка, потому от меня там пользы никакой. Разберётесь сами. Я вообще не хочу иметь с вами ничего общего. Теперь вы позволите мне уйти?

– Навсегда? Ты не хочешь работать дальше? – всё ещё тупил Сабур.

– Именно!

Он сделал шаг ко мне, и я инстинктивно попятилась. Боялась, что он попытается распускать руки или ещё хуже – начнёт домогаться меня.

– Должен тебя огорчить, Анна. Тебе придётся выполнить условия договора. Тебе и второму переводчику.

– Я не подхожу для этой работы. Разве вы не видите? Наймите мужчину, в конце концов!

– Ты мне понравилась, Анна. Я хочу тебя!

Это прозвучало двусмысленно. Шейх Сабур вёл себя, как капризный ребёнок. Ножкой бы ещё топнул для убедительности.

– Это уже неважно, господин.

Сабур некоторое время смотрел на меня не моргая, думая о чём-то своём, и это молчание убивало.

– Я буду выглядеть глупо, если не приеду в назначенное время в назначенное место. Это оскорбит моих русских партнёров. Я же дал своё согласие.

– Вовсе нет, – заверила я его. – Это вы должны были оскорбиться, что вас позвали в такое грязное место. Скажите, что заболели, господин, это будет нейтральным ответом.

Как могла я пыталась уладить наш конфликт и поскорее вырваться на свободу. Шейх слишком близко к сердцу принял гостеприимство русских. А те просто не стали заморачиваться с караваем и балалайками, спихнув чужестранца в объятия шлюх.

– Ты определённо мне нравишься, – одобрительно кивнул Сабур. – Так я и поступлю. Нас с тобой ждёт тесное сотрудничество, поэтому нам просто необходимо узнать друг друга получше. Приглашаю тебя вечером на ужин. Мой водитель заедет за тобой. Разрешаю тебе выбрать время и ресторан.

Тесное сотрудничество? Почему некоторые его фразы кажутся мне неприлично двусмысленными?

Сабур вёл себя вполне тактично. Он не отпускал сальных шуток, не распускал руки. Даже когда я истерично толкалась в его грудь, он не посмел до меня дотронуться. Это я позволила себе лишнего, не он.

Отчего же тогда мне кругом чудится какой-то сексуальный подтекст?

– Простите, господин, вынуждена отказаться, – выдохнула я. – Я не ужинаю с работодателями и не спешу узнать их ближе. Предпочитаю чисто рабочие отношения. К тому же, у меня есть мужчина, который…

– Замолчи! Мне это не интересно! – грубо оборвал меня шейх, предупредительно подняв два пальца вверх. – В твоём резюме сказано, что ты не замужем. Этого достаточно. Ты понимаешь, Анна, кому ты отказываешь?

Он читал моё резюме? Не думала, что шейхи опускаются до такого.

Было заметно, что он оскорбился, но мне уже было плевать. Пусть летит к себе в Касуману и там "ужинает" кого хочет.

– Конечно, я понимаю, господин. Это вы что-то не поняли. Вы уже выразили желание заглянуть под мой платок, неужели вы думаете, что я позволю вам заглянуть себе под юбку?

Сабур оскалил свои белоснежные, ровные зубы и громко рассмеялся. Его хохот показался дьявольским. Снова стало неуютно, и желание уйти после этого разговора только усилилось.

– Ты умна, Анна. Это хорошо. Ступай, Персик! Скоро увидимся.

– Это вряд ли… Прощайте, господин! – бросилась к двери не мешкая.

– Увидимся, – упрямо повторил Сабур мне вслед.

4. Анна

Едва не налетев в коридоре на охрану шейха и его помощника, я помчалась прочь. Пыталась сохранять достоинство и остатки самообладания, чтобы идти, но кто-то невидимый толкал меня в спину. Бежала до самого лифта, будто сам шейх Сабур за мной гнался. Мозг отключился напрочь. Остались лишь какие-то инстинкты, которые вопили внутри меня на все голоса:

– Беги, Аня! Шейх Сабур – сам дьявол! Беги, не оглядываясь!

Начала приходить в себя уже на улице, коря себя за внезапную истерику. Взрослая девушка, а повела себя, как дурочка какая-то неуравновешенная!

Вместо того чтобы вызвать такси, перебежала дорогу, ведущую в небольшой скверик с фонтаном. Я остановилась у ларька с мороженым, когда появившаяся, как из-под земли, Котова перепугала меня снова.

– Анька, блин! – заорала она едва ли не в моё ухо. – Оглохла, что ли! Фух! Еле догнала! Кричу тебе, кричу! Ну и видок у тебя! Под арабку косишь?

Подняв глаза на подругу, я офигела от её вида не меньше, чем она от моего – её длинные волосы были неестественно-жёлтого цвета с морковным отливом. Выглядело это настолько ужасно, что я даже на секунду забыла о ссоре с Сабуром.

– Боже! Что с тобой, Милана? Что с твоими волосами?

– Ничего. Пытаюсь стать блондинкой, – пожала плечами Милана. – Ещё пара процедур… Ну, может, три-четыре, и я стану, как ты.

Не станешь, – хотелось сказать в ответ, но я тактично промолчала, разглядев соломенные сожжённые концы волос Котовой. Если они уже сейчас в таком ужасном состоянии, то страшно представить, что будет с её волосами дальше.

– Зачем ты хочешь стать блондинкой? – удивилась я. – К чему эти жертвы?

– Арабы любят блондинок. Мы будем в Касумании экзотикой, сечёшь, к чему я веду?

– В Косумане, – поправила я Милану. – Нет, не секу. Я вообще не понимаю, к чему ты ведёшь.

– Давай уже мороженого купим? – отвлеклась от темы Милана. – Выбирай, Мельникова, я угощаю за свой косяк. – Она надеется от меня мороженкой откупиться? Наглость – второе счастье. Мороженое я все же выбрала, позволив Милане рассчитаться за него. Мы взяли по рожку и пошли к ближайшей лавочке. – Четыре часа в салоне проторчала, чтоб его! – негодовала она, плюхаясь на лавку.

– Ты из-за этого не вышла на работу? В парикмахерской засиделась? – рассердилась я, присаживаясь рядом.

– Ну, прости, Ань, я не знала, что окрашивание так надолго затянется. Кстати, как всё прошло? Скажи же, шейх лапочка?

Думала, Котова уже и не спросит. Ей, похоже, вообще плевать на работу. Она будто в отпуск собралась или в свадебный тур за мужиком.

– Лапочка? Ты его вообще видела? – ещё больше накалилась я. – Сабур ужасен! Хорошо, что мы с тобой встретились, и я могу тебе уже сейчас сказать, что я никуда не поеду!

– Нет, нет, нет! Ты не можешь так со мной поступить! – заистерила Милана. – Эта работа очень важна для меня! Это мой шанс!

– Господи, шанс на что? Я всё решила, Милана!

– Ты меня бросаешь? Так не делается, Аня! Я думала, мы подруги?

– Подруги не подводят друг друга в самом начале рабочего контракта! Какого хрена мне пришлось одной отдуваться сегодня? И зачем Сабуру два переводчика?

Котовой нечего было возразить, поэтому она заткнулась и вгрызлась зубами в рожок мороженого. Так мы сидели некоторое время, думая каждый о своём.

– Я бы и тебе посоветовала расторгнуть контракт с арабами. Эта работа какая-то мутная и попахивает харассментом. Шейх Сабур несколько раз делал мне намёки на интим!

– Ах вот оно что? Решила меня подвинуть, пользуясь случаем?

– Ты о чём вообще? Хочешь стать наложницей Сабура? Тогда всё ясно. Тем более, тебе конкурентки ни к чему.

– Наложница – слишком мелко. Сабур не женат, как и Махмуд. Так говоришь, как будто к тебе бомж приставал, – фыркнула Милана. – У тебя было когда-нибудь с шейхом? Не с одногруппником в универе, не с коммерсом занюханным, а с нормальным мужиком?

У меня вообще ещё ни с кем не было того, о чём мне говорила подруга, поэтому я не знала, что ответить. Отсутствие сексуального опыта не повод бросаться на богатого араба с криком "ура".

– Знаешь, Милана, мне не нравятся арабы, – просто ответила я.

– Короче, Мельникова, ты меня достала своим нытьём! – раздражённо заявила Милана. – Есть контракт, который ты подписала, и от него ты никуда не денешься! Придёшь домой, глянь на сумму неустойки, прописанную в договоре! Если у тебя есть, чем откупиться, аривидерчи! Свинья ты неблагодарная!

С этими словами Милана вскочила с лавки, намереваясь уйти. Она ещё и обиделась на меня? Уму непостижимо!

– Милана, давай поговорим? – попыталась я остановить подругу и разрешить мирно наше недопонимание.

– На хуй пошла, идиотка чёртова! – бросила она мне и гордо вскинув голову, зашагала прочь.

У меня окончательно испортилось настроение. Нужно было поскорее добраться до дома и проверить, правду ли сказала мне Милана про неустойку в контракте. Может, она сильно преувеличивает, чтобы склонить меня к поездке? Или вообще врёт?

Даже если там прописана приличная сумма, я найду любые деньги, лишь бы только больше никогда не видеть шейха Сабура.

5. Анна

Ссора с Миланой расстроила меня до слёз. Мозгами я понимала, что делаю всё правильно, но в душе росло и ширилось такое тяжёлое чувство вины, что выть хотелось. Я была совершенно не готова к приключениям такого рода. Если Котова именно их и искала, наивно рассчитывая женить на себе шейха Сабура, то мне его намёки и приставания нафиг не упали.

Зачем ему переводчик с арабского на русский в Касумане? Целых два переводчика, да ещё и женского пола? Почему он не нанял мужчин? Может, он нас с Миланой в бордель хочет продать? Заберёт паспорта, и до свидания! Что только в голову не взбредёт после такого потрясения!

Почему у меня только сейчас появились эти тревожные вопросики? Потому что Милана была так воодушевлена нашей новой работой, что это очарование передалось и мне. А потом я познакомилась с работодателем лично, и шоры упали.

Настоящее потрясение меня ожидало дома, когда я открыла тот самый договор о найме, подписанный моей рукой. Перечитала внимательно, вгрызаясь в каждую буковку и запятую. Когда дошла до подпункта о неустойке за ненадлежащее исполнение обязательств или отказ от их исполнения, мне стало плохо.

Размер неустойки был такой, что перед глазами всё поплыло от отчаяния. Я таких денег не то чтобы в глаза не видела, понятия не имела, где их взять.

Радовало то, что и шейх Сабур обязался выплатить мне аналогичную сумму, в случае невыполнения обязательств со своей стороны, а по договору он мне дофига чего наобещал. Четырёх разовое питание и богатый гардероб в традициях Касуманы, соответствующие моими предпочтениями, отдельное жильё, полную безопасность и круглосуточную охрану. Мне даже полагалась личная служанка. Плюс более чем щедрая оплата за четыре недели работы, отсчёт которым уже пошёл, начиная с сегодняшнего дня.

Шейх обязался кормить меня, поить, одевать и защищать…

А от него меня кто-то защитит? Милана эта ещё со своей ревностью…

Господи, что же делать-то теперь?

Горько всплакнув от бессилия и обиды, я принялась за домашние дела. Нужно просто встретиться с шейхом Сабуром и попросить его расторгнуть наш с ним договор. Вымолить на коленях, чтобы отпустил с миром, в конце концов.

Моё внутреннее чутьё отказывалось смириться с неизбежным и поехать в Касуману. Предчувствие было настолько нехорошим, что я перебирала в голове все пути выхода из рабства шейха Сабура.

Наступил вечер, а я так ничего и не придумала, поэтому решила сходить в магазин за бутылочкой винца. Она не решила бы мои проблемы, но без алкоголя я сегодня точно не усну. Лучше напьюсь с горя, чем буду сидеть и накручивать себя собственными небылицами о шейхе Сабуре.

Натянув первые попавшиеся джинсы и футболку, я отправилась в магазин. По дороге к супермаркету, в самом магазине и на обратном пути мне казалось, что на меня кто-то неотрывно смотрит. Нужно скорее откупорить вино. У меня уже паранойя. Вот так люди и спиваются.

Как назло, штопор куда-то запропастился. Я искала его битых полчаса, но безуспешно. Не день, а дрянь!

Звонок в дверь окончательно убил мою надежду накатить вина. Мысленно чертыхаясь я пошла проверить, кого там принесло.