Особенности укрощения небожителей

Глава 1

Яоши:

– Держи. – Я вручил Тай Жень вцепившегося в мою штанину птенца феникса и тяжело вздохнул. За окном творилась дикая вакханалия, приправленная землетрясением, ураганом и наводнением. – Сиди тут и не высовывайся. Успокой детенышей, приведи их в порядок. Еду для них я сейчас добуду, покормишь.

– Что происходит? – Жень подхватила птенца, устроила его на одеяле и, накинув халат на голое тело, рванула в ванную – одеваться нормально. Но дверь только прикрыла, чтобы слышать меня.

– М-м-мать… Яоши! – заорала она оттуда.

– Что?! – Я рванул следом.

– Я люблю змей, – мрачно сказала моя женщина, торопливо натягивая нижнее белье и глядя в ванну. – Но не в таком количестве и не там, где надо мыться! О, смотри, там еще и черепаха. Две… три. Четыре.

– Ох, это не змеи. Это малыши Суань У, черной воинственной черепахи. Так, а ну, быстро по парам, мелочь! Совсем распоясались!

В джакузи быстро наступил образцовый порядок – змееныши расселись по двое на панцире у черепашат, и все вместе преданно вылупились почему-то не на меня, а на Тай Жень. Моя женщина этому вниманию не особо обрадовалась, потому что как раз пыталась застегнуть на себе лифчик, не снимая халата.

– Какого хрена зеленого? – спросила она у меня еще раз.

– Я уже сказал. Похоже, наш зоопарк украли. Вместе с нами, естественно. – Я старался не паниковать. Если основные барьеры не разрушены и взрослые звери притащили под наш купол только детенышей, значит, худшее еще не наступило. Пространство зоопарка все еще подчиняется мне, хоть и чувствуется, что на него оказывают колоссальное давление.

– Уф-ф-ф… так, погоди. Как это – украли?!

– Руками, – мрачно пояснил я. – Ну или лапами. Мы ведь в гуцине. После того как мой отец подарил этот уникальный артефакт императору, гуцинь хранился в отдельной комнате императорской сокровищницы. А теперь его оттуда сперли. Нагло. И пытаются вскрыть, как консервную банку.

– Вскроют? – спросила она главное.

– Хрена им моржового, – зло усмехнулся я. – Вскрыть нас не смогут, только беспорядок наведут, в этом я уверен. Щиты на зоопарке не только отцовские, тут еще дед Янью нехило покопался. А после тетушка Янли к ним руку приложила, за ней и нынешний император, а под конец я самостоятельно заполировал. Даже сам владыка бездны в одиночку теперь не вскроет. Так что такое вторжение – не самое страшное. А вот не думать о том, как это связано с визитом Янью, нашим разговором о покушениях и с его расследованием, я не могу, – сказал и почувствовал, как ледяная дрожь скатывается от затылка вниз по позвоночнику. – Мы тут как-нибудь разберемся. А вот мой… лис…

– Янью справится, – торопливо и вместе с тем уверенно заявила Жень, расчесывая свои короткие волосы и собирая в куцый хвостик светлые пряди. – Он ведь там тоже не один. Он настороже. И раз такое дело – сообразит поднять на уши всех своих, включая дядюшку императора.

– Очень надеюсь. – Я покачал головой и встряхнулся. – В общем, сиди разбирай детский сад, как приличная жена. А я, как великий муж, пойду решать наши проблемы. Землетрясения там успокою, цунами в другую сторону поверну, разгоню по углам все смерчи и прочие мелочи. Удачи, – подмигнул я хранительнице и картинно исчез в снопе искр.

– Стой, зараза! – проорала она мне вслед. – Чем их всех кормить?! Вон черепаха уже пластиковую мочалку жрет! Плюнь сейчас же!

– Я как раз за едой, – вполне отчетливо передала мое ворчание искра, которую я оставил следить за обстановкой. Не хватало, чтобы у меня еще и женщину украли, раз пошли такие дела. А дальше я оставил на страже только самый краешек сознания, чтобы отреагировать на поднятую тревогу, и вплотную занялся делом.

Ну а что? Каждый приступил к своим прямым обязанностям. Мне и правда легче успокоить возникшие в нашем измерении катаклизмы, чем нянчить безднову прорву звериного потомства. Это еще хорошо, что те, кого нам притащили, – дети разумных… ну или условно разумных родителей. Если на них наорать – услышат и сядут на попе ровно. Совсем дикое зверье как сидело по клеткам, так и сидит – я первым делом проверил систему безопасности. Иначе к общему концу света добавилась бы битва всех со всеми.

– Яоши! Ну наконец-то! – выкрикнул феникс, пикируя откуда-то из-под облаков. – Как ты мог поставить настолько глухой барьер на основной дом! Тут такое творится, а мы даже не можем до вас докричаться!

– Вот для того и поставил, чтобы в самый ответственный момент над ухом не орали. Вас же когда выпускаешь, хоть вешайся! – отмахнулся я, но тут же стал серьезным. – Как обстановка?

– Сам видишь. Карманное измерение буквально трясет и выжимает. Взломщик не из простых и… – тут он посмотрел на меня с толикой печали, – обладает родственной тебе энергией хаоса. Потому что массив, основанный только на ней, пал первым. – Хэй Фонхуа показал на один из огромных кругов в небе, очертания которого были заметно покорежены и разорваны минимум в трех местах.

– Не новость, – рыкнул я. – Божественные массивы держатся неплохо. А защита тетушки и вовсе, кажется, огрызается в ответ. Не пробьет.

– Не пробьет, – подтвердил друг. – Но где мы после этого окажемся, тот еще вопрос. Не уверен, что похититель вернет нас обратно на стоечку в императорской сокровищнице.

– Ты думаешь, «Равнины плодородия» именно украли из императорской сокровищницы? – Незаметно (ну, во всяком случае, кошак так думал) подкравшийся из-за спины райдзю встопорщил усы и прищурился. – Тогда плохо наше дело. Измором брать будет.

И раздражающий тигр был в чем-то прав. Во-первых, в сокровищнице гуцинь лежал на подпитывающей нас энергией подставке, а сейчас явно потерял столь удобный источник. Из-за этого я теперь не могу ни одного духа-служителя дозваться, из тех, что на божественной ци работали. А во-вторых…

– Это что ж за враг такой, который у императора в личной сокровищнице гуляет как у себя дома? – вслух озвучил мое «во-вторых» феникс.

– Хороший вопрос, – зло буркнул я. – Когда найду на него ответ, я этому ответу все выступающие части тела вкручу так, чтобы они у него стали вогнутыми.

– Так что нам теперь, несколько тысяч лет в плену сидеть? – скептически фыркнул райдзю.

– Если раньше с голоду не сдохнем, – оптимистично заржал прискакавший на стихийный совет цилинь. Этот однорогий ловелас почему-то был мокр с гривы до копыт, а еще неприлично весел.

– Ну, мы-то, скорее всего, не сдохнем, – тяжело вздохнул феникс, – а вот наши малыши… Они ведь еще не способны существовать на одной энергии.

– Ага. И баба Яоши.

– Что? – зарычал я на тигра-смертника.

– Да чего ты на меня-то скалишься? Смертная она у тебя! А персики в «Равнинах» не растут. Почему, кстати? Мог бы и озаботиться.

– У нас есть семь косточек, – почесал я в затылке. – Но прорастить божественные деревья…

– А пускай этот… с двумя задницами… палисадник удобрит, – радостно предложил цилинь. – На его навозе даже мировое дерево инь-ян растет как бешеное.

– Палисадник? – недоуменно пробормотал я, поражаясь внезапно озарившей меня мысли. Затем думы медленно перебрались на пустующие поля за зоопарком и теплицы с редкими ингредиентами. Ну не-е-е… надеюсь, до такого точно не дойдет и нас вовремя вернут назад, во дворец. Надеюсь…

Глава 2

Евгения:

Объясните мне кто-нибудь, почему если в начале истории принц, секс и фейерверк, то в конце обязательно дурдом, бедлам и дети? Чувствую себя женой, на которую бравый корононосец оставил все хозяйство, а сам при этом радостно ускакал на очередную войну.

Хорошо, что прежде, чем я попыталась принять душ, Яоши выставил из ванной комнаты жеребенка с рогом во лбу. А вот черепахи со змеями остались, и мне пришлось довольствоваться минимумом гигиены. Потому что глаза у этих рептилий были вполне осмысленные, хотя и наивные. А раздеваться и мыться в присутствии компании заинтересованных детсадовцев – это не ко мне.

После того как я окончательно проснулась, осознала масштабы приключившегося звездеца (вот так заведешь себе мужика в звездочку, потом не жалуйся на последствия) и умылась, настала очередь приводить в порядок вселенную снаружи.

Первым делом всю зоологическую педагогику пришлось пересчитать и рассортировать по разным углам, поверхностям и емкостям. Причем действовать быстро, поскольку разные дети разных видов уже делали попытки передраться и перекусаться между собой, а рыбками из аквариума даже пробовали закусить.

Итого у нас в спальне и ее окрестностях объявились:

1. Десять разноцветных птенцов фениксов (три из которых сильно крупнее, старше и значительно, значительно громче).

2. Один жеребенок цилиня. Если судить по земным лошадям, мелкому около месяца. Однако ржет и… хм… удобряет он как настоящий конь.

3. Четыре черненьких чумазеньких чертен… черепашонка Суань У, обвитые восемью хвостами-змейками. Только вот эти хвосты в один момент вроде как росли оттуда, откуда порядочным хвостам и положено, а в другой – отрывались и плавали вполне самостоятельно, сбиваясь в клубок и таращась на все вокруг из переплетения змеиных тел. При этом мелкие заинтересованно что-то шипели между собой, как сплетничающие бабушки на лавочке, и явно сигналили выводы «на базу». В смысле, черепашатам.

4. Два мелких золотисто-желтых тигренка с миниатюрными крылышками. Один из них все время пытался принести мне клетку Ян-Яна со стола, цепляясь зубами и когтями за золотые прутья и не обращая внимания на возмущенный мат крысобелка. А второй – тот самый удильщик, от которого пришлось спасать банку с рыбками. А потом жеребенка цилиня. А потом цыпленка феникса. А потом спасать пришлось самого хулигана, против которого объединилась вся остальная малышня, успешно запинав шипящего и рычащего агрессора под стол.

5. Штук двадцать мясистых, хотя и мелких карпов кои с синими кругами вокруг глаз и неоновыми переливами на чешуе. На тигра-рыбака они булькали очень сердито, а один особо воинственный все пытался скосплеить пиранью и цапнуть настырного котенка за лапу.

6. Большая, очень красивая и очень печальная обезьяна с черной мордочкой, похожая на помесь белорукого гиббона с эльфом. Бело-золотая шерсть лежала волнами, из-за чего довольно тщедушное длинное тело казалось гораздо мощнее, чем было на самом деле. Это нескладное большеглазое существо оказалось самым покладистым в нашем дурдоме. Более того, по собственной инициативе отловило двух других, более мелких обезьянок и дисциплинированно село в уголке на стул, не выпуская из рук крикливых и вертлявых подопечных.

7. Эти самые подопечные. Они были похожи на полосатых игрунок, разве что на конце хвоста у них была большая зеленая кисточка чуть ли не с них самих размером. Свиристели они громко, по-птичьи, и все время дергали свою няньку за шерсть, на что та только терпеливо вздыхала.

8. Странный неоперившийся птенец в большой бамбуковой корзине, величиной с добрую рождественскую индюшку, с огромным и даже на вид опасным клювом ярко-оранжевого цвета. Когда я потянулась к нему, меня начали останавливать все, начиная от покладистой обезьяны, заканчивая птенцами феникса и крылатыми тигрятами.

– Куда ты свои руки суешь, идиотка?! – присоединился к ним Ян-Ян. – Залезть на хвост гигантскому скорпиону и то безопаснее! Это же Чжень-няо. И питается лысая «кроха» ядовитыми змеями. И вообще всякими ядами, да поядренее… Эй! Убери его от меня! Слышь ты, курица облезлая! Я сам по себе неядовитый! И потому невкусный!

– Видимо, птенец оценил ядовитость твоего языка. Так, те, которые Суань У! – первым делом скомандовала я, оценив мощность младенческого клювика. – Носа из ванной не высовывать. Только с рыболовом разобрались, змеееда еще на мою голову не хватало. Ян, из клетки не вылезай от греха! Может, он и не хочет тебя клюнуть, но кто его знает. Сели все! Сейчас тетя Женя организует завтрак… если поймает дядю Яоши.

С горем пополам через полчаса я выяснила, кто чем питается (пришлось частично задействовать крысобелка как эксперта, искать информацию в книгах, по мере возможности расспрашивать самих подопечных. Конечно, тех, кто мог что-то внятное и по-человечески рассказать). И нашла всем занятие. Коты увлеченно гоняли по полу мячик, свернутый из двух наволочек, в одну я положила монетки с золотого подсвечника, в другую насыпала немного сушеной рыбы из запасов Яоши. После этого игрушка стала гораздо более интересной, а тигрята – занятыми и покладистыми.

Фениксы, обезьяны, черепахи, змеи и цилинь смотрели мультик про Чипа и Дейла на моем ноуте, благо заряд был полный. Пусть интернет исчез, на флешке оказалось достаточно развлекательного контента, скачанного когда-то для одного из детей нашего оператора Паши, чтобы скоротать долгий полет через Атлантику.

Рыбам я предложила построить в их банке замок из песка и разных красивых стеклянных штучек – пуговиц, подвесок, фигурок со стеллажа. Неожиданно карпы увлеклись творчеством и бодро перебулькивались в своем аквариуме, творя шедевр.

А я тихонько выдохнула и выползла на крыльцо. Ну и где наш папа с мамонтом, в смысле ключ с завтраком? Обещал, между прочим, все обеспечить. И-и-и?

Хм… а снаружи у нас тоже изменения. Нехилые такие. Не припомню, чтобы в пяти метрах от дома было озеро, а горизонт закрывала огромная скала…

Глава 3

Яоши:

– И это все запасы? – С тяжелым вздохом я осмотрел оставшиеся постройки. – Всего четыре хранилища из десяти.

– На две луны автономного плавания хватит, – почесал за ухом райдзю. – А потом только если друг друга жрать.

– Жри свою мать! – возмутился глава стада цилиней, тревожно поводя ушами и принюхиваясь. – Тут, к твоему сведению, не все плотоядные…

– Да вам-то что, будете траву вон щипать с обочин, – влез Би Сё, нервно передернув крыльями. Этот взрослый тигр в отличие от райдзю пришел в равнины добровольно. Они со своей самкой, в смысле с женой, просто нигде больше не смогли бы настолько безопасно вырастить свое беспокойное и достаточно своеобразное потомство. И на тебе, самое защищенное место вдруг превратилось в ловушку… еще бы он не нервничал. – С голоду не сдохнете. А нам что делать?

– Еще два строения завалило камнями. Если откопать, можно найти уцелевшие припасы. А вот остальные, увы, смыло, – вздохнул хуньдунь, принявший свой человеческий облик. Даже он стал вполне вменяемым, после того как ему про перспективу бескормицы все разжевали. – Так и быть, я могу просто съесть камни. Если их посыплют шоколадно-ореховой крошкой. Хоть чуть-чуть… – Все звериное собрание уставилось на него со скептическим выражением морд. – Половинки божественного батончика на весь обвал хватит! Он мне все равно по норме положен!

– Ладно, будет тебе целый сникерс за оба обвала. Только испражняться ходи за поля! Нет больше духов, чтоб твои пирамиды убирать, – вроде как нехотя согласился я, глядя на восторженного хуньдуня. Но внутри практически ликовал. Вот она! Бесплатная рабочая сила! – А что с птицефермой? – поинтересовался у остальных. – Кто-то же из вас просил организовать ему загон, чтобы тренировать малышей на живых и вкусных мишенях.

– Если там что-то и осталось, то эти птички лишь на один укус… любому из нас, – вздохнул феникс.

– Я думаю, эта птица не для нас нужна. Для смертной. Вряд ли Яоши станет кормить девушку насыщенной ци травой, ядовитыми змеями и прочим рационом божественных зверей, – съехидничал цилинь, который, несмотря на рогатость и лошадиное обличье, питался вовсе не зеленью. А очень даже мясом. – И вообще, там всего три несушки осталось, как раз завтра должны были новых прислать. Много с них не получишь, особенно без петуха.

– А что насчет тех жирных крикливых кур с ободранными хвостами? – вдруг вмешалась тигрица Би Сё. – Помнится, когда их вольер был рядом с нашим, они только и занимались тем, что жрали всякую гадость, орали и топтали самок. Они ведь тоже несутся? Может, повесить им в загон талисманы ускоренного созревания и пустить цыплят на корм детям? На их внешний вид, страдающий от насильственно быстрого роста, нам плевать, лишь бы жирные были.

– Хм… ну вот уже хоть что-то. Хорошая идея, так и поступим, – хмыкнул я, сожалея, что мой лис не остался с нами. Исполнил бы свою давнюю мечту. И не ради шутки, а во вполне подходящих для этого условиях. – Заодно пусть кто-нибудь пройдет по зоопарку и присмотрится к остальным не слишком редким, но питательным птицам и животным без проблеска разума. Может, имеет смысл и их на ферму. И да, пока не забыл. – Я протянул зверям семь косточек от божественного персика. – Кому доверить? Постарайтесь только не сожрать живые семена. И вообще, всё, что можно прорастить, отдайте маленьким природным богам, что следят за полями и лесами. Цинхуан Янг за ними присмотрит. Он умный и заботливый, даром что на обезьяну похож. Вы его, я так понимаю, вместе с детьми ко мне в дом эвакуировали? – Звери нестройно закивали. – Ну и правильно. Дух золотого самшита остался один во всем мире, а поскольку в некоторых вопросах он беспомощнее котенка, лучше пусть Тай Жень о нем позаботится.

На этом я подхватил несколько отобранных мешков и коробок с едой и сложил их в свой цянькунь. – Дети пока под нашим куполом будут. Пусть местность мы стабилизировали, но бездна знает, что задумал похититель. Заодно и у вас лапы для работы свободны будут, и Тай Жень есть чем заняться.

– Слушай, повелитель… а мне обязательно дальше притворяться кровожадным узником или я лучше опять в бухгалтерию? – вылез райдзю, косившийся на косточки персиков с такой опаской, словно его уже запрягли копать ямы под деревья и вообще заниматься сельским хозяйством. – Я там больше пользы принесу, клянусь императорской задницей!

– Как ты меня назвал? – удивился я.

– Повелитель. А что? Дальше будешь маскироваться под безмозглый ключ? Теперь-то какой смысл? – фыркнул в усы кошак.

– Хм. Такое обращение, конечно, тешит мое самолюбие, но слишком уж в нем много пафоса. Чего повелитель-то? – Я мысленно посмеялся над собой и своей способностью долго хранить инкогнито. – Запертого непонятно где свернутого пространства с клочком земли? Я ведь даже контроль над духами утратил…

– Как бы то ни было, это твой домен, – влез цилинь. – Наследственный. А после того как ты тут все под себя перекроил и по факту все потоки энергии через себя перестроил, даже владыка Тиньмо здесь больше не хозяин. Это уже не просто внутреннее пространство музыкального артефакта, это полноценный зародыш нового мира, в котором только ты повелитель. Правда, сейчас этот зародыш под угрозой и у нас гораздо больше шансов сдохнуть, чем развить его в полноценное измерение. Но это не повод сразу лечь копытами кверху.

– Ну раз вы настаиваете, мои верные подданные… – усмехнулся я, гордо расправив плечи. Но в моей кривой улыбке было гораздо больше положительных чувств, чем я хотел бы показать, – то как повелитель я приказываю вам приступить к восстановлению нашего маленького, но далеко не слабого мирка. Плевать, что за смертник решил покуситься на наше жилище. Будь он богом или демоном, он еще сам не знает, как сильно попал.

– Прекрасная речь, – эмоционально кукарекнул темный феникс. И почему мне кажется, что он прячет слезы? Вот не надо, не надо меня в собственные цыплята записывать!

– А теперь, когда минута бессмысленного и беспощадного пафоса подошла к концу, хочу сказать вам лишь одно. А ну, пошли работать!

С этими словами я развернулся и направился домой. Пешком в кои-то веки. Ибо энергию придется экономить. С духами вообще непонятно что и как, а я ведь столько программного обеспечения в них вбухал! Хотя сам дурак. Давно надо было перенастроить их с божественной энергии императора на свою собственную, демоническую. Хотя бы часть.

Но вечно останавливало то, что темная ци далеко не так просто поддается дрессировке. Соответственно, и питающиеся ею программы становятся достаточно вредными и своевольными. Выдрессировать, конечно, можно, но долго и хлопотно. Проще было кормить их чистейшим порядком и не париться.

Доленился…

– Эй, семья! – позвал я, поднимаясь на крыльцо. – Все живые? Папочка пришел, еды принес. Жена, беги встречай своего повелителя и снимай с меня сапоги! Любить тебя буду!

Глава 4

Евгения:

Автономное плавание началось весело и задорно. Когда-нибудь я напишу мемуары, назову их «Зоопарк в моем гуцине» и прославлюсь на весь мир, как Джеральд Даррелл. Или как сумасшедшая. Второе вероятнее, поскольку дурдом уже вот он, здесь и сию минуту.

– Щас я с тебя голову сниму и полюблю ее отдельно от задницы, – поприветствовала я «мужа». – Где там твоя еда? Еще немного – и этот детский сад сожрал бы меня.

– Пусть бы только попробовали. За такую провинность даже их родители не станут останавливать, когда я сам сожру их на ужин. – Яоши кровожадным взглядом окинул зоодетсад.

Увы, не подействовало. В смысле, не так, как я рассчитывала: вместо того чтобы проникнуться духом дисциплины, весь живой уголок с писком, шипением и ржанием рванул прятаться мне за спину, попутно чуть не затоптав гипотетическую защитницу. Только карпы молча нырнули за свои стеклянные развалины. А так даже змеи из ванны повыскакивали, и теперь я могла оценить прелесть жизни бывалого каторжника, у которого на ногах кандалы с гирями.

– Ну и? – мрачно вопросила я в пространство.

– Вот видишь, твое здоровье – их единственная надежда на жизнь и благополучие. Так что ничего с тобой не случится. Не случится же? – снова обратился этот демон к детям. Видимо, для дополнительного психологического эффекта у него увеличились рога и потемнела кожа.

– Нет, – сказали хором тигрята, цыплята и жеребенок. Остальные молча закивали, даже карпы в аквариуме и печальный гиббон. Хотя он-то как раз всю дорогу послушно сидел где посадили и нянчил всех, до кого мог дотянуться. А дотягиваться у него хорошо получалось – руки длинные.

– Ух ты, значит, не только куролесить умеете? А по хвосту? – возмутилась я. – Так, ладно. Все пошли и сели на место! А то папочка еды не даст.

На кухне, слава всем богам, нашлось нужное количество самых разных по размеру мисок, плошек и тазиков, так что с сервировкой проблем не возникло. А пока детсад дружно подкреплялся, Яоши быстренько вводил меня в курс дела.

– Как я и говорил, из императорской сокровищницы нас украли. Из защитных массивов разрушили только один – демонический, основанный на энергии хаоса. Небесный пошатнулся, но пока устоял. Так что, скорее всего, враг – сильный высший демон хаоса. Как я. – Яоши ловко нашинковал какую-то рыбу и поставил тарелку перед тигрятами, даже не заметив, что своими действиями заставил мальков карпов кои метаться в ужасе.

Я укоризненно покачала головой и следующую рыбину у демона отобрала, спрятав за горой мисок на столе. Затем подумала, что расчленять кур тоже нужно будет где-то в сторонке, чтобы не травмировать фениксово потомство.

Яоши недоуменно поднял бровь, оглянулся на аквариум и досадливо зашипел. Потом пожал плечами и набросил на стеклянную емкость то самое покрывало, которым мы прикрывали клетку с Ян-Яном.

– И детская психика цела, и коты сыты, – прокомментировал он довольное урчание из-под стола, куда была отправлена вторая часть рыбного филе.

И продолжил рассказ:

– Проблема в том, что мы не можем никак и ни до кого достучаться. Чтобы позвать на помощь, нам нужно будет изнутри открыть защиту. И я голову даю на отсечение, что тот, кто нас украл, будет ждать этого момента с нетерпением.

– Понятно. – Я локтем почесала нос и вернулась к замешиванию молочной смеси для Ян-Яновой креветки. Та заметно подросла и уже не напоминала вареный морепродукт, покрылась нежным золотистым пушком и вот-вот должна была открыть глаза. Злодейский нянька заметно переживал, что в отсутствие синих сперматозоидов мы забудем вовремя приготовить смесь и его подопечное загнется. Поэтому напоминал о себе примерно каждые пятнадцать минут, принимаясь ныть и канючить.

– Так что сидеть нам в осаде. Наверное, похититель рассчитывает минимум лет на двести. Божественные звери могут долго обходиться без еды, потому и дураку понятно, что сразу мы не вылезем.

– Двести лет без еды? – Я с недоумением посмотрела на явно голодных детенышей.

– Взрослые. А вот молодняком, увы, пришлось бы пожертвовать. В природе жизнь взрослой половозрелой особи намного ценнее жизни маленькой и неразвитой.

Дети перестали есть и дружно вытаращились на демона. Потом на меня. Потом снова на Яоши. На меня… и вернулись к еде.

– Ну да, ну да… – вздохнула я. – Дураков среди них нет… не поверили, что я позволю им просто так помереть с голоду. Вот только мои возможности далеко не так велики, как может показаться. А у тебя лицо, словно ты знаешь выход. И таки знаешь ведь?