Одуванчик в тёмном саду
- -
- 100%
- +
Повелитель вот уже третье утро шлялся по саду вокруг озера и своим присутствием злостно мешал посещениям вкусного паучка.
На этом месте я поперхнулась, слегка зависла и уточнила: «Какого-какого?!» Оказалось, что я не ослышалась. Вкусного, питательного и вообще со всех сторон полезного. Потому что каждая русалка знает, насколько волшебное семя у восьминогих. Почти панацея и манна небесная в одном флаконе. Но не всем так везет – попасть в гарем, где этих нужных в хозяйстве существ так много, практически на любой вкус!
ОʼРения его долго и тщательно выбирала из охраны гарема, потом приручала и подманивала… Даже соблазнила влезть в холодную воду, чего пауки, как выяснилось, не любят. И вот, когда все так отлично устроилось и наладилось, принесло, понимаешь, любителя природы! А глупый восьминог его стесняется. Близко к озеру не подходит третий день!
Хотя стеснительность кавалера показалась мне спорным аргументом, я не стала разубеждать русалку. И вот из каких соображений: во-первых, я действительно толком не знаю пауков вообще и этого паука в частности. Может, они и стесняются властелинов и прочих зрителей. Во-вторых, пусть лучше ОʼРения грешит на его стеснительность, чем подозревает в том, что паук еще какую-нибудь другую русалку подкармливает. Мы, женщины, прекрасно умеем надумать себе страшилок и трагедий.
Чтобы перевести разговор на более позитивные темы, я стала расспрашивать, чем же таким особенным отличаются пауки на вкус. И в чем их необычайная полезность, особенно на фоне других рас.
И выяснила, что на вкус они просто самые-самые… тут ОʼРения затруднялась объяснить нюансы. Вкусные, и все. А еще в их семени есть какое-то… «р-р-р-буль-буль-хрюк». Это оно так по-русалочьи называется, а как переводится на всеобщий, ОʼРения не знала. Этот «буль-хрюк» есть у всех, но у пауков – особенно концентрированный и качественный.
Я хихикнула, припомнив случай из прошлой жизни. Яркий пример маразма, но такой показательный… Лет десять назад у меня была приятельница, моя ровесница. Она счастливо прожила с мужем тридцать лет. И на тридцать первом году жизни неосмотрительно дала ему почитать статью в журнале «Здоровье». Там было написано, что есть такой особенный витамин, не помню, как называется. Так вот, он синтезируется только в мужском организме и поступает в сперму. И этот витамин конечен, рано или поздно вырабатывается весь, подчистую.
Смех смехом, а муж приятельницы, когда это вычитал, перестал с ней спать. Витамин берег.
Тут у меня в памяти всплыла еще одна подруга, которая делала маски для лица из спермы мужа, и я окончательно оставила вопрос химического состава паучьего семени. Полезная. Поверим на слово.
ОʼРения тем временем закончила описывать сугубо практическое использование паука и перешла к вопросам романтики. Хм, а я уже подумала, что зря так расчувствовалась, наблюдая за шалостями в воде.
Оказалось, что паучок очень красивый, расцветка у него такая завлекательная, ухаживать умеет – приласкать, малинки принести или других каких ягод и фруктов. И на ощупь очень даже ничего, а еще так чувственно реагирует, если ему лапки погладить… и так забавно дрыгает ими, когда кончает!
– Это у него инстинкт, – пояснила русалочка, хихикая.
Паучьи дамы раньше, до того как стали цивилизованной расой, имели привычку закусить разомлевшим кавалером. Так что у пауков моторчик сам включается – кончил и давай делать ноги.
Короче, я узнала много нового о пауках и русалках. А две горсти малины, поспешно собранные в ближайших кустах, вполне примирили хвостатую жалобщицу с действительностью, и она согласилась признать, что все не так безнадежно. Либо властелину надоест тут шататься, либо арахнид перестанет стесняться, но дело так или иначе разрешится.
ОʼРения повеселела настолько, что даже сама предложила мне универсальную озерную валюту – пиявок. Я, конечно, радостно согласилась и вскоре уже бежала в домик Ришшики с добычей в заранее припасенном горшке. Время к ужину, надо подоить склизких паразиток, добавить слюни в крем и успеть в столовую.
И я бы успела! Если бы не персиковое дерево.
Решив срезать угол, я сошла с тропинки и рванула напрямик, но как-то незаметно отклонилась от нужного направления. Не заблудилась, но пробираться пришлось через заросли, в которых я еще не бывала. И дорожка, на которую я в конце концов выбралась, тоже была незнакомой. А на повороте росло ОНО!
Я обожаю персики. Я могу слопать сразу ведро, и мне не станет плохо. Я чую их запах за километр, могу сразу определить, зеленые они или спелые, сочные или сухие, сладкие, с кислинкой или безвкусные…
Крупные золотисто-розовые плоды на верхних ветках совершенно точно были восхитительно спелыми и умопомрачительно вкусными. Эх, была не была, дело… то есть тело молодое! К тому же эльфийское. И тоже любит персики.
И я полезла на дерево. Довольно ловко, надо сказать. Без страха перешагивала с ветки на ветку, совсем по-обезьяньи цеплялась за подходящие сучья и упорно подбиралась к вожделенным плодам. Вот уже осталось только протянуть руку… и тут меня подвела моя гастрономическая страсть. Мне бы набрать персиков – да хотя бы в подвязанный подол, – спокойно спуститься и уже потом закусить. Нет, я не утерпела, выбрала самый сочный на вид и впилась в него зубами.
Ой-ей! Он оказался гораздо более сочным, чем я рассчитывала: сладкая жидкость брызнула мне в лицо, попала в глаз… Уй! Доремифасоляси!!! Липкая сладость потекла по подбородку, по груди, по рукам…
– Кхм! – раздалось откуда-то снизу, прямо оттуда, куда с меня капал вкусный персиковый нектар. Я дернулась от неожиданности и потеряла равновесие…
Глава 11 – Виланд
Некоторое время назад…
– Морра арргросс, вот ваше расписание на завтра. – Рридфферт протянул мне традиционный шаблон – большой круг, разделенный на доли, в каждой из которых было вписано, что мне предстояло свершить в данный временной отрезок. – Спокойной ночи, морра арргросс.
И хитрый арахнид быстро зашагал прочь, чтобы успеть скрыться до того, как я начну возмущаться, найдя в расписании незапланированную встречу или… целую делегацию?! Нет, ну это уже наглость, черт побери!
Ладно, понимаю, отказать аррграу собственного гнезда Рридфферт не мог. Это единственное существо, которого мой секретарь хотя бы из уважения побаивается. Хотя мне иногда кажется, что чувство страха у него атрофировано с детства!
Рид родился, еще когда арахниды жили в пещерах. В то время самец, не успевший сбежать от самки, иногда с аппетитом съедался из-за страшной эпидемии, медленно уничтожающей разум у целого вида.
Вообще, арахнидки очень гордятся тем, что смогли побороть в себе инстинкт уничтожения своих партнеров, причем много сотен лет назад. Но страшное проклятие, изъявшее артефакт Аррахшшир из тела прежнего морра арргросса и этим ослабившее связь между ними, словно повернуло время вспять. К счастью, ненадолго.
Внезапно всплывшая мысль о том, как было бы ужасно, если бы такая гордая раса потихоньку деградировала и превратилась в обычных чудовищ, которыми матери пугают детей, царапнула, как коготь по коже. А ведь появись новый морра арргросс чуть позже, этим все и закончилось бы.
Как и их младшие братья, арахниды откладывают множество яиц, заботливо заматывая их в отдельные мешочки по восемь штук в каждом. Через какое-то время из яичек вылупляются личинки.
До эпидемии эти создания совместными усилиями съедали несколько слоев паутины, прогрызая путь на свободу, заодно из крошечных слепых лысых существ превращаясь в маленьких арахнидов с нежными пушистыми ворсинками на лапках и брюшке.
Но проклятие начало сказываться и на них, заменяя приоритеты у инстинкта освобождения на более древний.
Численность арахнидов и так постоянно уменьшалась вследствие снижения количества откладываемых яиц, сражений с другими видами и между собой, болезней, несчастных случаев из-за не очень удачного места проживания. Черт побери, эти создания и так уже достаточно страдали, но проклятию было мало.
В нескольких гнездах с самками, ослабленными болезнью или старостью, уже начались случаи каннибализма именно на стадии личинок. И Рридфферта должен был загрызть кто-то из более сильных собратьев-соседей, но парню повезло: он вылупился из яйца значительно позже всех, когда битва среди новорожденных паучков уже закончилась и объевшийся победитель сладко спал, переваривая шесть своих братьев. Но Рридфферт был голоден, внезапен и агрессивен. И до сих пор злой, когда голодный… Так что из кокона после первой линьки вывалился именно он, а не позволивший себе почивать на яичных ошметках более сильный собрат.
А по законам арахнидов – выжил в первой битве, значит, имеешь право жить дальше. Даже если ты мельче своих сверстников в полтора раза, у тебя светло-голубые глаза, бледная кожа, белые волосы и от твоего вида нервно морщится даже мать – аррграу гнезда.
Когда же Рридфферт дорос до возраста воина, ему повезло еще раз… Или мне? Адъютант в военное и секретарь в мирное время из него получился очень ответственный. А еще, благодаря постоянной травле ровесников, у него было множество полезных умений и знаний, помогающих выжить. Только чувство страха полностью исчезло.
Осталось лишь уважение перед своей морра аррграу, которую он до сих пор, засранец восьминогий, ставит выше собственного господина.
Ладно уж, встречусь… завтра.
Мой второй советник, Рремшшург, отпросившийся чуть ли не в отпуск, наблюдать за правильным ходом военных действий между двумя довольно большими северными государствами, сегодня днем вернулся, довольный, посвежевший и полный впечатлений. По этому случаю на вечер у меня был запланирован «мальчишник» в купальне, с девочками…
Для Рремшшурга я специально подобрал трех русалок и двух нагинь, чтобы тот уж точно расслабился. А то у арахнидов нормальный секс по-прежнему ассоциируется с желанием сбежать, быстро перебирая всеми оставшимися лапами. Нагини, конечно, ползают довольно быстро по сравнению с человеком, но не с восьминогим парнем, у которого драпать после хорошего траха заложено на уровне инстинктов. Поэтому арахниды и предпочитают развлекаться с дамочками, у которых скорость передвижения низкая, а нервная система – крепкая.
Вот у Илуватора страсть к темным эльфийкам и ночным леди, в простонародье – вампиршам. Любит мой советник «плохих» девочек…
В апартаментах меня уже ждала стайка будущих «выпускниц» и парочка проверенных ранее девушек, заказавших таких женихов, что не вдруг-то сразу найдешь. Последних я взял для спокойствия, чтобы, даже если в стайке вообще ни одного самородка не найдется, все равно не пришлось бы скучать этой ночью.
Едва я вошел, девчонки подлетели ко мне, помогли переодеться в халат. Сапоги я стащил сам – по устилающему пол пушистому ковру хотелось ходить исключительно босиком.
В кресле неподалеку от моего устроились две близняшки-иллитари, а рядом с ними – ночная леди Кларисса. Эта троица считалась моими гостьями, даже не воспитанницами и тем более не наложницами. И Илуватора они ублажали исключительно по собственному желанию.
Да и русалки с нагинями против Рремшшурга ничего не имели, пусть он и не был таким красавчиком, как эльф. У арахнида были другие достоинства.
Когда заявился Илуватор, на мне сверху уже сидела и крутила бедрами одна из красоток, пока другая старательно разминала мои плечи, пристроившись сзади. Ил хмыкнул, привлекая внимание, и помахал двумя бутылками эльфийского розового. Я промычал, что согласен…
К эльфу никто не кинулся, наоборот, его подружки ждали, пока он сам разденется, чтобы только потом окружить и начать тереться о голое гладкое тело. Уверен, наедине эта компания развлекается еще более… хм… оригинально. Но на все наши подшучивания Ил лишь приподнимал левую бровь и рекомендовал завидовать не так бурно. Да я с вампиршей даже в пьяном угаре не лег бы!.. И, черт побери, мне всегда было интересно, где именно она его кусает, потому что на видимых частях тела не оставалось никаких следов.
Рремшшург в обнимку с нагинями объявился, когда мы допивали первую бутылку. Судя по довольной роже моего второго советника, развлекаться они начали где-то в кустах. Одна из девиц, заметив, что я посматриваю в их сторону, улыбнулась и несколько раз высунула свой тонкий раздвоенный язык и пошевелила им.
Меня внутренне тут же передернуло от воспоминаний. Когда-то, уже довольно давно, Рремшшург похвастался, что его семя по составу более питательно и обладает какими-то целебными свойствами. Честно, не помню, как мы тогда дошли до этой темы и почему она нас задела за живое, но мы с Илом потребовали или подтверждения, или опровержения.
Так как человеческие девушки только от мысли сделать минет арахниду падали штабелями в обморок, пришлось призывать в качестве эксперта одну из нагинь, благо в тот день за охрану дворца как раз отвечал картушшер нагов.
И вот, черт возьми, это было незабываемое ощущение, которое я до сих пор не готов испытать еще раз.
Поэтому как только вижу «оружие», которое работало с моим «орудием», так вздрагиваю. До сих пор, хоть с того дня почти сто лет прошло.
С эльфийского розового мы перешли на дриадское бриллиантовое. Напиваться не хотелось, тем более мне приглянулась вся «стайка», и, чтобы не упасть в грязь лицом и мордой в подушку, надо было вовремя остановиться. Это когда тебе всего сто или сто пятьдесят, можно пить всю ночь гномий самогон и не переживать, а в мои триста с восьмерушкой уже приходится выбирать. Или самогон и лишь пара баб, или бабы, но без самогона.
Бриллиантовое мы допивали уже в купальне, где к нам присоединились русалки. Неуемные девицы затащили моего восьминого советника в теплый бассейн, и вода то и дело пенилась и бурлила от его инстинктивного перебора всеми лапами. На пятый подряд перебор я ощутил что-то очень похожее на зависть, притягивая к себе очередную красотку из «стайки».
Красивые девчонки, фигуристые. И старательные такие… Надо будет обязательно пристроить в хорошие руки, особенно вон ту, с черной косой ниже попы. Попка круглая, грудь пышная, талия тонкая… И смех естественный.
Уложив пышногрудку на теплый пол, я принялся наглаживать ее ладонью между ног, постоянно задевая нежный бугорок и заставляя девчонку подо мной тихо постанывать. Красные пухлые губы приоткрылись, а языком словно дразнится, постоянно облизываясь… Красавица. Люблю таких. Чтобы пощупать было за что…
И желание в глазах настоящее, не наигранное. Конечно, тут уже всех девчонок развезло – обстановка расслабляющая, вино сладкое… И губы после вина – тоже сладкие…
«Виланд, ну хоть эту себе оставишь? – Рремшшург пристроился на полу рядом со мной, подогнув под себя все восемь лап. – Ведь приглянулась тебе девка», – кивнул он в сторону брызгающейся и повизгивающей в компании подруг черненькой пышногрудки.
«Вот пусть и останется приятным воспоминанием, – отмахнулся я. – Сейчас еще вон ту блондинистую поимею».
«Страшненькая же! Блеклая везде, как Рид, даже между ног шерсть блеклая».
«Натуральная, значит, раз даже между ног блеклая», – фыркнул я, стараясь сдержать смех.
У здоровых арахнидов волосы были сочных темных цветов – красные, синие, черные, каштановые, рыжие, ярко-желтые. А вот светлые оттенки считались признаком болезненности. И, даже смирившись с тем, что блондинки иногда бывают здоровее многих брюнеток, Рремшшург все равно посматривал на них неодобрительно.
Илуватор, уединившись со своими дамами в парилке, лишь иногда выбегал оттуда раскрасневшийся, облепленный листьями, чтобы с шумным «ы-ы-ых!» нырнуть в бассейн.
Выскочив в очередной раз и проплыв под водой от края до края, он вынырнул на нашем берегу и вылез.
«Чего грустим? Тебе Рем опять бабу свежепоиметую сватает?»
Плюхнувшись рядом с нами, Ил помахал рукой одной из близняшек, высунувшейся из парилки. Та кивнула и скрылась обратно – продолжать веселиться, но уже без него.
«Хорошо, о яйцах пока не начал», – усмехнулся я.
«Кстати, о бабах. – Ил разлегся на полу, прикрыв глаза. Самодовольное выражение лица временно сменилось на умиротворенное. – Что слышно про твою эльфийскую маньячку?»
«Маньячку? – насторожился Рремшшург. – У тебя в гареме?»
«Не поверишь, сексуальную, – развеселился Ил. – Сексуальная эльфийская маньячка, которая чуть не изнасиловала по дороге во дворец картушшергерра сопровождения».
«Эльфийка, которая чуть не изнасиловала одного из моих полковников?» – У Рема было такое обиженно-недоумевающее лицо, что даже я не выдержал.
«Да! Он мне даже жалобу написал по этому поводу!»
«На то, что не изнасиловала?» – Окончательно запутавшийся арахнид смотрел на нас как на психически нездоровых. Не знаю, как Ил, а я из последних сил удерживал на лице серьезную рожу.
«Я не очень понял. – Так, главное – даже не улыбаться. – Скорее всего, именно на это».
«Да идите вы… оба… – первым заржал именно Рем. – Так я вам и поверил. Вы ж звените просто от смеха».
Вкратце пересказав ему историю появления в моем гареме сексуально озабоченной эльфийки, я тут же успокоил обоих: «Рраушшана за ней уже восьмицу наблюдает, никаких проявлений агрессии. Девка как девка, на луну не воет, преподавателей не заваливает, заклятие уже почти сошло, и под ним никакого другого не оказалось. – Последнее я подчеркнул, посмотрев на Ила. – С остальными эльфийками не контактирует, хотя сейчас в гареме их живет трое. На следующей неделе четвертую подвезут, из второго поселения».
«А я бы все же ее изолировал», – настойчивым тоном произнес Илуватор.
«Зачем? – удивился Рем. – Раз аррграу Рраушшана говорит, что все нормально, значит, так оно и есть».
«Потому что не бывает ментальных магов у эльфов…»
«Кто бы говорил! – поддел я Ила. – Сидим вот, все втроем ментально между собой общаемся, а, между прочим, один из нас – пресветлый эльф».
«Я – генетическая ошибка».
«Может, и она тоже. – Я похлопал своего советника по плечу и встал. – Вы как хотите, а у меня по плану блондиночка, потом я подхватываю вот тех двух рыженьких цыпочек, черноволосую пышку – и спать».
«Слабак! – констатировал Рем. – А мы еще оторвемся…»
***
На рассвете, шарахнув в голову ударной оздоровительно-бодрящей дозой магии, я хлопнул по голому пышному заду одной из трех сладко посапывающих девчонок. Полюбовался, как она по-детски трет глаза кулачками, пытаясь проснуться.
– За герцога пойдешь или только король нужен? – поинтересовался я у нее.
Она сладко зевнула, потянулась и заулыбалась:
– А можно и за короля? Тогда король лучше… Ой, нет! – Тут она смешно наморщила курносый носик и засмущалась: – Мне б того, кто помоложе, чтобы как вы… не старше.
– Еще бы я такую темпераментную куколку под старика подложил! – засмеялся я, погладив ладонью пышную грудь. – Будет тебе молодой король, заслужила.
Девчонка кокетливо заулыбалась, став еще более хорошенькой. Прям хоть снова заваливай…
– Давай, поднимай подруг, я прикажу проводить вас в смотровые апартаменты. Короля придется денька три подождать, занят он пока.
– Ага. – Девчонка радостно взвизгнула и прямо с кровати, с прыжка, повисла у меня на шее. – Спасибо, спасибо, господин!
Нет, ну как тут можно устоять? Вот у меня все и встало…
К счастью, составляя расписание, Рридфферт учел, что с утра я могу быть еще немного занят, так что, когда девчонки разбежались, у меня даже осталось немного времени, чтобы прогуляться по саду.
И как-то совершенно внезапно я буквально чуть ли не споткнулся об очередное голое женское тело. Светлое. Эльфийское… Кхм… Как-то даже сомнений не возникло – леди Диндэниэль, кто же еще?
Причем у нее выражение лица стало таким странным, как только я ее по имени назвал, что у меня сразу перед глазами возник портрет Ила и под ним стрелочка с подписью: «в подземелье».
М-да… Не знаю почему, может, утреннее хорошее настроение еще окончательно не выветрилось, но я взял и кинул ей на покрывало паука. А сам приготовился к взвизгиванию, подпрыгиванию и, возможно, попыткам забраться ко мне на руки. Но не тут-то было. Черт побери, эта забавная эльфийка еще меня и отругала!
Самое интересное, что она меня совершенно не боялась, хотя уже начала задумываться о том, кто я такой. И все ее поведение точно совпадало с ее мыслями. Никакого скрытого подтекста, честно говорит ровно то, что думает. У человеческих девушек подобное встречается, правда редко. Аристократок с детства приучают врать, так что к моменту появления в моем гареме эти девчушки уже умеют думать одно, делать другое, а изображать третье. Но для эльфийки из Высокого Дома подобное поведение – чудо.
Может, она действительно оказалась генетической ошибкой? Внезапным напоминанием, что темные и светлые эльфы когда-то были единой расой? Хотя, скорее, банально кто-то из предков согрешил с иллитари, а потом перевел указатели на более дальнее родство. На это можно с успехом свалить ее ментальный дар, если он еще остался. Но вот ее честный взгляд и полное соответствие действий и мыслей откуда? Эльфы, даже серо-буро-малиновые, лгут как дышат. А тут…
Кстати, о даре…
Я целенаправленно громко подумал фразу, которую смог бы уловить любой начинающий ментальный маг, и девчонка тут же попалась. Значит, дар есть. Абы кому такой сюрприз уже не подложишь, дарить придется продуманно, первоначально приучив есть с рук.
Тут мое инкогнито было раскрыто одной из местных русалок, и я со вздохом приготовился к тому, что сейчас поведение эльфийской леди резко изменится. Но ничего подобного не произошло. Так что я, тихо посмеиваясь про себя над бедным Ррашшардом, даже посоветовал ей, где найти хороший малинник. И тут девчонка меня удивила. Про недоизнасилованного арахнида я думал на втором уровне и совершенно нецеленаправленно, но она уловила мои мысли! Образ Ила в портретной рамке снова появился, только теперь он настойчиво размахивал флагом с надписью большими буквами: «ИЗОЛИРОВАТЬ!»
К сожалению, попытки покушения были не такой уж редкостью, но обычно жертв с ментальным внушением на мое убийство удавалось спасти и обезвредить, а добровольных фанатичек вычислить еще на подступах к гарему. Тут же было что-то непонятное. Один внезапно появившийся в моем гареме в качестве «подарка» от светлых эльфов неучтенный ментальный маг такой силы уже вызывал подозрения. А уж с учетом криво наложенного заклинания, под которым можно было припрятать все, что угодно… Например, ментальное внушение еще более сильного мага. Сильнее, чем арахниды и я…
Нет, последнее уже точно паранойя. Особенно если предположить, что второй маг – тоже неучтенный… Гораздо спокойнее жить в уверенности, что ты знаешь и внимательно следишь за всеми, кто тебя не слишком любит.
Хотя меня вообще мало кто любит, ведь я могу залезть в любую голову, узнать самые сокровенные мысли, прочувствовать запрятанные на самое дно подсознания желания. Почему-то все уверены, что мне больше делать нечего, только копаться в чужих мозгах… Тут в своих иногда порядок не навести!
Но, черт побери, у меня нет никаких гарантий, что ментальный маг в моем гареме не занимается именно этим. Ведь крутится она именно на темной половине, обитательницы которой знают меня гораздо лучше. Но больше всего меня беспокоил уровень силы…
Где от меня прятали эту девчонку? Почему я не заметил ее раньше?
Для контрольной проверки я выдал на нескольких уровнях сразу три разных фразы одновременно. И, черт побери, эта куколка их все услышала! Да, хорошо, что я сюда не речь на совете продумывать пришел, а проветриваться после нескучной ночи…
Но прежде чем присылать в гарем отряд арахнидов, чтобы препроводить высокую леди в гости к Илуватору, я решил еще пообщаться… Как это ни странно, с ней было весело.
И тут она меня огорошила очень интересной формой амнезии – искренней верой, что ее перенесло к нам из другого мира и поэтому она ничего не помнит. У нее в голове даже четкие визуальные картинки из прошлой жизни были!
Чисто сделано! Даже я бы настолько идеально не сработал. Странные железные монстры, огромные высокие замки в безумно большом количестве, толпы людей, не совсем привычно одетых… У кого такое больное воображение, интересно?! Не у магенка же эльфийского, который потом все это запрятывал под своим неумелым заклятием?
Паранойя сделала стойку, но опыт предположил, что в милой беседе я узнаю гораздо больше, чем в пыточной. Девчонка была настроена довольно дружелюбно и, главное, щебетала совершенно искренне. Зачем же зря ребенка запугивать? Не была она похожа на фанатичку – я ее на всех доступных мне уровнях просканировал. И артефакта на ней защитного не было, я бы его заметил.
А ее святая внутренняя уверенность, что она уже взрослая женщина, меня даже повеселила. Все в ее поведении просто кричало о практически детской наивности, но переводить эльфийский возраст хотя бы на примерный человеческий я так до сих пор и не научился. Надо будет завтра эту милую крошку показать Илу, взяв с него честное слово, что он ее никуда пока изолировать не будет.