Полёт Сокола. Книга вторая

Глава 1.

Вернуться домой – это всегда волнующее событие, наполненное смешанными эмоциями. С одной стороны, присутствует радость от встречи с уже ставшими близкими людьми, знакомыми местами и просто добрыми жителями. С другой стороны, нередко в таких случаях появляется чувство тревоги. За время, проведенное вдали, могло что-нибудь произойти. И не всегда хорошее. В этом случае происшествие давит на твой дом многотонным прессом, заставляя вновь прибывших разделить тягость минувшего происшествия. Даже если никто ещё не успел сообщить путникам о случившимся, те, внутренним чутьём, ну а кто-то может и другим местом, улавливают какие-то интуитивные жесты, печальные взгляды или тишину в толпе, что и выдаёт эту самую напряжённую струну в обществе.

К пристани мы подошли с предвкушением радостных возгласов и признаниями нас героями. Ну а как иначе? Вряд ли соберётся много таких же отмороженных как мы и, рискуя всем, решатся оторвать жирный кусок от богатства наших «друзей».

Не спеша сходить на сушу, я с высоты ладьи осматривал группу встречающих нас жителей Кречета. Благо светлая ночь позволяла это сделать, да и факелов было много расставлено. Конечно же я надеялся найти одну особу, чьё имя Лиза. Даже волноваться начал, как перед битвой. Хотя на обозрение всем я старался не показывать своё состояние. Для общества я играл роль сурового командира, которой вернулся из тяжёлого похода и следил за спускающейся командой.

Чем дольше я всматривался в толпу, тем больше мои брови превращались в одну сплошную черту. Я никак не мог найти ту, о которой думал весь поход. Неужто она не пришла? Может не знала? Да ну нет, это невозможно. Её отец воевода, она могла в любой момент узнать свежие новости о нашем отряде. Если конечно захотела бы… обидно, думал наконец-то нашёл то, что искал.

«Что-то тут не так», – пронеслась у меня в голове чужая мысль. Признаться, подобное начинает утомлять.

А ведь верно. Вот тугодум. За своими немыми переживаниями не заметил самого главного. Тут были только дружинники воеводы! Ни гражданских, ни воительниц! Вообще никого лишнего.

Нас встречали приветливо, знакомые обнимали путников, хлопали им по спинам. Но вели себя максимально сдержанно. По крайней мере настолько, насколько это позволяла ситуация. Спустившимся на землю людям не давали разойтись в разные стороны и сбивали в группы. Даже членов ладейной команды, хотя им надо было позаботиться о нашем транспорте.

Сойдя на пристань последним, я направился к главному во встречающем нас отряде. По крайней мере мне так показалось. Стоял он в стороне, ни с кем особо не разговаривал, лишь изредка отдавал приказы воинам и указывал куда строиться вновь прибывшим. Сделать это оказалось труднее чем можно было подумать. Незнакомые мне воины то и дело преграждали мне путь и настойчиво просили подойти к своей группе. Хорошо, что Игорь с Иваном увидели мои проблемы и начали расчищать передо мной дорогу. Получалось у них это неплохо. Мало кто хотел связываться с обнажёнными мечами.

– М-да, вот уже и личными мигалками обзавёлся в этом мире, – негромко пошутил я, смотря как особо настойчивых члены моей тройки убирают с пути щитами. Одному даже приложили в нос. Ну что поделаешь, дипломаты из них пока что так себе.

Наконец, последнее препятствие между мной и какой-то важной шишкой было устранено, и я смог его разглядеть. Лысый, низенький человечек в кольчуге. Про возраст сказать было сложно, поскольку у местных цикл жизни куда больше чем у всех моих знакомых из другой эм… из другого мира, наверное. Минимум полторы сотни лет проживали, это точно. Ну а там как повезёт. Вот такой бонус от богов их пантеона. Надеюсь меня они не обделят.

Вроде бы я его видел у кабинета воеводы, но точно не могу сказать. В подчинении у господина Кроста находилось очень много людей, всех и не упомнишь.

Не успел я рта открыть, как неизвестный командир воинов сделал знак рукой оставшимся рядом дружинникам, чтобы те стояли на месте, и первым начал разговор.

– Матвей. Тебя же так зовут? Отлично. Опережая твои вопросы и негодование по поводу всего происходящего, подожди и выслушай меня внимательно. Понимаю, выглядит всё очень подозрительно, но, поверь мне, это не арест. После того как пришла ладья с вестью от вас, господин Крост отдал приказ встретить вас и, не поднимая лишнего шума, провести в поселение. Отряд разместится в казарме, а вот с тобой воевода хочет переговорить.

– Хм, а с чем связаны подобные действия? Не думаете же вы, что жители в скором времени не узнают о нас? Одно то, что к нам на встречу вышел большой отряд должно насторожить всех. Да и несмотря на ночь, я уверен, кто-нибудь да заметит наше передвижение по улицам. Это глупо! – высказал своё недоумение то ли десятнику, то ли полусотнику.

– Не могу знать. Я думаю у выборного есть на то причины. Одно могу сказать, мы все рады, что вы живы. После вашего отправления пропали несколько дальних разъездов и группа травника в лесу. Поэтому некоторые не надеялись и вас застать живыми, – очень серьёзно проговорил мне лысый собеседник. Я бы даже сказал с каким-то облегчением в голосе.

Вот это поворот. Думали у нас было всё самое интересное, а нет, ошибочка вышла. Главные события оказывается развивались тут, дома. Вдали от нас и вблизи от близких. А это подозрительно. Если обратиться к мысли о предателе в поселении, сообщившим о нашем походе субрам, то для отвлечения внимания он же мог организовать нападения на дозоры. Конечно же делал это всё не сам. Скорей всего предупреждал субров о пути следования воинов, а те уже делали грязную работу. Как бы не было жалко людей, но скорей всего они мертвы. Субры навряд ли оставили тех в живых. Разве только в плен могли бедолаг брать. Но и это сомнительно, мороки много.

М-да, далеко зашёл этот инкогнито. Хорошо, что он не знал о нашей истинной цели. А то приём был бы намного жарче. И так пришлось повоевать. Похоже рядом с нашими предполагаемыми границами затаился летучий отряд противника. Который и совершает нападения по знаку предателя. Как мы не столкнулись только с ним на обратном следовании, одним богам известно. Получилось бы у субров нечто вроде молота и наковальни. Таившийся отряд у наших границ встретил бы нас, а пока мы разбирались с ними, подоспела бы и погоня. Идеальная засада. Кто-то мне говорил про недалёкость субров, кажется. Вот только тут она не просматривается. Хотя это могли и не они спланировать… Надо скорей выводить на чистую воду эту крысу. Иначе боюсь, что субры могут потребовать от него сдать расположение наших полей и отомстить. Да мне необходимо прогуляться по лесу, дела всё-таки. Но вроде как, добро на предварительную поимку негодяя было выдано, так что действуем. Так, стоп, пропала группа травника?! Субры бы не сунулись в лес…

– Уважаемый…, – начал было я, но снова был мягко перебит начальником отряда. К слову, мы уже шагали в сторону ворот. Только не ближайших. Повели нас в окружную, обступив вокруг всех возвратившихся. Получился такой вот почётный конвой. Ну или тюремный эшелон… Я же шёл рядом с лысым, который не стал возражать подобным вольностям с моей стороны и со стороны моей тройки. Даже десятники шли в строю, в отличие от нас.

– Меня полусотником Мыславом кличут. Только не называй господином. Не люблю это всё. Тем более у тебя под командованием до сих пор не меньше людей находится, если считать ладейные команды. Так что считай мы с тобой на одном положении.

– Как скажешь Мыслав. Рад познакомиться. Я вот что спросить хотел. Не находили ли мест сражений после пропажи разъездов? А насчёт отряда травника, когда именно он пропал? До или после исчезновения воинов? И кто вообще был в том отряде травника?

Полусотник задумался. Ведать вспоминал все детали. Мы тем временем входили в южные ворота поселения. Стражников в их форменной одежде не было видно. Нас встречали обычные дружинники. Похоже подготовились к нашей встрече очень хорошо. Не удивлюсь если и весь наш путь будет проложен по малохоженым и оцепленным улочкам.

А я похоже соскучился даже по видам этих незамысловатых строений. Как-то не замечал в себе подобного раньше. Наверное, вступив в смертельное противостояние с желающим разрушить этот милый населённый пункт, я, можно сказать, породнился с духом этого места, с духом народа, проживающего здесь. Ну а как иначе? Мне кажется в этом мире не выжить по-другому. Необходимо чтобы за тобой кто-то стоял и желательно, чтобы это была серьёзная сила. Оглядываясь по сторонам, отметил, что вообще нет никаких изменений, хотя отсутствовал всего ничего, но порой казалось этот поход длился пару лет. Всё те же каменные или заговорённые деревянные домики, покрытые разнообразными рисунками, вырезанными прямо в стенах. Я как-то интересовался их значением или переводом, некоторые вырезки походили на руны, так на меня посмотрели, как на умалишённого. Мол, что могут значить обычные рисунки. Это просто для привлекательности домов. Каждый старался как мог, придумывая замысловатые узоры и сцены эпических сражений из местных повестей. Многие могли потягаться с современным кинематографом, настолько казались живыми герои на стене.

Шли мы, к сожалению, не по выложенному брёвнами тротуару. Как я и думал повели нас самыми нехожеными улицами, где было меньше вероятности встретить кого-то из прохожих или столкнуться в лоб в лоб с высунувшем в окно своё любопытное лицо кречетом. А вот насчёт оцепления не догадались, похоже такого у них не практикуется. Хотя… справа на крыше мелькнула какая-то тень. Так, стоп! Какая ещё тень?! Какое оцепление на крыше дома?!

– Хоревой! Окружить дом, живо! – отдал приказ одному из десятников моей команды. Раз меня ещё не сняли с должности, значит имею право отдавать распоряжения.

Только вот бойцы Мыслава не разобрались в ситуации и решили, что охраняемые лица стремятся убежать от бравых воинов. В результате образовалась сумятица. Кто-то даже начал применять грубую силу в отношении ближнего своего. До железа благо не дошло. Полусотник, проследив за моим взглядом, оценил происходящее и сам отдал приказ по поимке странного соглядатая. Только поздно уже было. Тень, заметив своё обнаружение, разбежалась и перепрыгнула на другой дом, хотя расстояние было приличным. Я бы по крайней мере не рискнул прыгнуть.

Осознав, что злоумышленнику ничего не стоит уйти от нас по крышам зданий, руки сами достали лук и стрелу. Промахнуться не должен, расстояние небольшое. Прицелившись в бедро, всё-таки расспросить надо этого прыгуна о целях его деятельности, на выдохе отпустил тетиву. В ночи стрела со свистом ушла в свою цель. Ну почти… похоже убегающий заметил или услышал звук пущенной стрелы. Вот только это ему не помогло, а скорей совсем наоборот. Неправильно определив в темноте траекторию полёта стрелы, недалёкий человек решил пригнуться и защитить свою голову.

Снаряд вошёл ему в спину, отчего того откинуло вперёд. Мне даже показалось как я услышал звук хрустящего позвоночника. Пробыл на крыше он недолго. После пары ударов сердца, безвольное тело скатилось вниз и упало с тихим стуком на землю, неестественно выгнувшись. При всём этом убегающий не произнёс ни звука, наверное, от болевого шока сразу потерял сознание.

– Проклятье! – выругался я, подбегая к трупу неизвестного. А то, что это был уже труп, сомнений не было. Невозможно остаться в живых со стрелой в спине и вывернутой шеей. Ну как так-то?! Почему он решил именно пригнуться?! Что за невезение?! А вдруг это простой житель города?! Как-то узнал о возвратившихся дружинниках и решил взглянуть на своих и всё! А я его наповал! Руки не из того места у тебя растут Матвей!

Похоже на моём лице как-то отобразилось моё эмоциональное состояние. Потому что Мыслав, который побежал к убитому вместе со мной, ободряюще похлопал мне по плечу со словами:

– Не переживай, все видели, что ты целился понизу. Он сам подставился под выстрел, к тебе никаких претензий не может быть.

– А вдруг это кто-то из обычных жителей поселения? – угрюмо пробурчал я.

– Какая разница? Он не должен был тут находиться. В такое время могут следить за воинами только тати. Даже если худых мыслей у него не было, то мог и догадаться о секретности нашего шествия. Не зря же мы вас ночью ведём по закоулкам!

Меня доводы полусотника не убедили. Как-то это было неправильно лишать жизни простого человека. Может, во мне говорит менталитет жителя двадцать первого века, но всё равно тут тоже есть законы, и они довольно суровые. За убийство могли серьёзно наказать, придать аналогичной смерти это не самое страшное из всех утверждённых способов сдерживания преступлений. Весомым аргументом был вариант, по которому провинившегося могли одного оставить в лесу за рекой Великой. Но, как и смертную казнь, применяли только в крайних случаях. За всё моё пребывание здесь, никто ни разу не подвергался данным экзекуциям.

– Тем более я этого мужчину не узнаю, – продолжил своё рассуждение Мыслав, – конечно мне не все жители поселения знакомы, но как минимум я их всех видел. Это скорей всего приезжий, возможно с купцами прибыл.

Внимательно изучив жертву моей стрелы, попытался вспомнить его. Но безрезультатно. Я конечно был не таким знатоком Кречета, как полусотник, но твердо мог сказать, люди такой внешности тут не живут. Откинутый во время падения назад капюшон оголил вытянутый череп, покрытый надписями из шрамов в круговом порядке. В голове что-то мелькнуло, и я поспешно позвал Славку посмотреть на это экзотическое искусство. Мой друг довольно долго изучал творение рук человеческих. При этом на его лице не отразилось ни грамма удивления. Видимо устав стоять тут просто так, да и спешить надо к воеводе, полусотник потребовал рассказать всё, что знает об этом.

– Я не уверен, но кажется где-то видел подобное, это вид применения силы на тело и дух человека. Больше ничего не могу сказать сходу, – протянул Славка и многозначно посмотрел на меня.

– То есть это субр? Они же занимаются подобными мерзостями, – спросил Мыслав у младшего служителя богов.

– Необязательно, он может быть кем угодно. Если субры активно практикуют запрещённую магию, это не значит, что каждый человек с её следами является субром. Это может сделать любой обладающий силой, – ответил нахмурившемуся полусотнику Славка. Затем он вытащил из кармана лист и быстро начертал на нём повторяющиеся символы с головы погибшего.

Не дав остановить занятого одарённого нашему лысому сопровождающему, я начал брать командование в свои руки. Сперва распорядился, чтобы приготовили носилки для тела. Желательно закрытые, чтобы не показывать всем наш чёрный груз. Также отправил несколько вояк из людей Мыслава пройтись по ближайшей территории. А вдруг этот прыгун тут был не один. Воины подчинились, хотя и посмотрели на своего прямого начальника, но тот им утвердительно кивнул.

Выдвинулись сразу после сооружения носилок, дожидаться возвращения патрулей не стали. Хотя и оставили небольшой отряд для поддержки. Удивительно, но мы не перебудили живущих поблизости. Да, старались вести себя как можно тихо, но прыжки по своим домам хозяева точно должны были услышать. Ну скорей всего связываться не захотели. Оно и правильно, меньше знают, крепче спят.

Надо как-то со Славкой переговорить по поводу этого всего. Но без лишних ушей. Если я правильно его понял, то кое-что он знает. И это кое-что готов рассказать только мне. Ну посмотрим, что с этим делать, не все сразу. А то оно конечно и весело началось наше возвращение, да вот только как бы от такого веселья не протянуть ноги.

Глава 2.

На пороге здания выборных или же, как я успел наречь его, администрации Кречета меня ждал неожиданный и приятный сюрприз, который я думал сегодня не состоится. Но всё по порядку.

Дальнейший путь был без происшествий. Патрули никакого результата не дали. И тут встаёт логичный вопрос: «Был ли там кто-то ещё?». Ведь, учитывая сам факт незаметной слежки этого проныры, опыта в работе с подобными индивидами у дружинников нет, и они могли запросто пропустить при обходе ещё одного. А может и не одного… Конечно же хотел бы надеяться на лучшее, но, на мой взгляд, это не выход из ситуации. Если проанализировать прошедший поход, то можно сказать точно – местные вообще любят надеяться. Можно сказать, полагаться на авось. Да, это удобно, только не всегда и не во всех делах. Поэтому я задумал профилактическую беседу с господином воеводой. Думаю, мне есть чем поделиться с ним из своего мира.

Кстати после инцидента с непонятной опасностью наши то ли охранники, то ли конвойные перемешались с отрядом и шли свободным строем. Общий враг сплотил и люди были готовы отразить или углядеть любого неприятеля в ночном поселении. Даже недовольный взгляд полусотника не производил должного эффекта.

Выйдя на центральную площадь, вся группа пошла в казарму. Кроме, естественно, полусотника и меня. Также с большим трудом, но мне удалось уговорить взять с собой Славку. Мыслав хотел отправить его в общую казарму. Кажется, он действительно не понимал важность моего друга на предстоящем докладе. Хотя я и сам не представлял, что может рассказать младший служитель сейчас. Вообще планировалось мною привести его на собрание выборных. Надеюсь получится это сделать через господина Кроста. Ведь отчитываться о проделанной работе я вроде должен не только перед воеводой, но и перед всеми остальными выборными. Вот и пойду получать плюшки вместе со своим другом. Ну а там попробуем провернуть то, что задумывал давно. Тело погибшего лазутчика, к моему сожалению, отправили в пристройку у казарм. Хотя я предлагал нести его с нами. Да, странно выглядело бы, да, некультурно и вообще по-варварски, но я уверен, что на него захотят взглянуть. Так бы тут же и показали, а так придётся нести его воинам обратно. Не пойдёт же воевода в темноте куда-то, не по чину. Одно то, что такой важный человек ждёт нас в поздний час уже большая удача. В свете последних событий хотелось бы получить разъяснения. Ну конечно же если начальство посчитает нужным довести до мелкой сошки информацию, можно сказать, государственного масштаба. Хотя… скорей мини государственного…

Из раздумий я вышел только когда был уже у самой администрации. В окне на первом этаже мелькнула чья-то фигура. Не успел я опомниться, как на шее у меня повисла невысокая воительница, лук которой, торчащий из-за спины, пару раз чуть не выколол глаза. А чёрные как смоль волосы то и дело щекотали мне под носом.

– Матвей! Наконец-то ты вернулся! С тобой всё в порядке? Не ранен? – сыпались на меня слова, заставляя мою бедную голову лихорадочно соображать: «Меня пытаются свести с ума или эта буря эмоций от радости?». Думаю, всё-таки второе.

– Лиза, я тоже рад тебя видеть, но ты меня сейчас задушишь, – ели как просипел я, стараясь заглушить рвавшийся наружу предательский чих.

– Извини, – отстраняясь от моей шеи, но не отпуская меня, произнесла грозная воительница. При этом улыбка не сходила с её лица, даже когда она просканировала мою тушку на наличие внешних повреждений. Как будто под рентгеном побыл.

– Со мной всё хорошо, – успокоил я девушку и на автопилоте уже сам стиснул её в объятьях.

Прервал нашу идиллию всё тот же полусотник.

– Кх-кх, – привлекая внимания, прокашлял Мыслав, а я как-то уже и забыл о нахождении здесь кого-то ещё, – молодые люди, мы все всё понимаем, но может, пожалуйста, перенесёте проявление радости от встречи на другое, более позднее время. Нас всё-таки господин воевода ждёт, кстати твой отец, Лиза, если что-то не изменилось. И очень не хотелось бы оправдываться тобой перед столь занятым человеком.

Неохотно, но я отпустил девушку, давая ей шанс отойти от меня пока снова не заключил в крепкие объятия. Лиза лишь скривилась и тихо пробурчала что-то про зануд, окружающих её. Наверное, это услышал только я, ну или остальные сделали вид будто бы пропустили высказывание мимо ушей. Пришлось дальше двигаться к непосредственному начальству. По пути Лиза рассказала те же новости о пропавших отрядах. Ничего нового она не знала, но я не останавливал. Пускай высказывается, ну а мне несложно выслушать повторно.

Да, она поведала и об очередном споре со своим отцом. Касался он опять меня конечно. Даже как-то неудобно стало. Господин Крост скорей всего проклинает мою головушку всеми известными ему словами. Шутка ли, была пай девочка, а стала непослушной хулиганкой, стремящейся сделать всё по-своему. Что касается сути спора, так тут всё легко. Лиза случайно подслушала о нашем возвращении и хотела меня встретить на пристани. Но воевода не позволил, ему необходимо было как можно дольше сохранять нашу скрытность. А голосящая во все стороны дочка могла это испортить. С боем, но ей всё же удалось отстоять право дожидаться хотя бы в этом здании. Когда я это услышал, то мысленно обругал себя. Её отсутствие на пристани оказалось банальным запретом, а я уже напридумывал себе там невесть что. Порой стоит придержать эмоции и подумать головой. Ну это так, на будущее.

Дверь господина Кроста была открыта настежь. Ведать уже извёлся, дожидаясь нас, обычно такого он не делает. Услышав наши шаги издали, воевода не стал церемониться и без стука приказал всем заходить. Последним зашёл робеющий Славка. Закрытая им дверь пугающе грохнула в безлюдных коридорах огромного здания. Даже мурашки пробежали по спине.

Хозяин кабинета встречал нас за своим привычным столом. На нём, как и прежде, лежали раскиданные чистые и исписанные листки бумаги. Незнающему человеку могло показаться, что перед ним не предводитель славного воинства, а какой-нибудь писарь, уж больно много было в кабинете разных рукописей вместо оружия. Но могучие пропорции и суровое выражение лица говорили об обратном. Думаю, если бы воевода захотел, то разломил этот самый стол одним ударом кулака. Ну максимум двух. О таких габаритах мне можно было только мечтать. Не знаю, чем его в детстве кормили, но это помогло вырастить настоящего богатыря. Хорошо, что Лиза пошла в мать.

Господин Крост обвёл нас своим тяжёлым взглядом и первым его словом было отнюдь не приветствие или выражение радости по случаю нашего удачного похода. Конечно же нет.

– Лиза, выйди, не для тебя та информация, что будет тут оглашена, – хмуро произнёс воевода.

– Но…, – хотела было возразить воительница, но я её аккуратно дёрнул за руку и сделал знак глазами, мол потом всё тебе расскажу. Вроде бы поняла. По крайней мере со мной пререкаться не стала и вышла из комнаты, напоследок наградив отца обиженным взглядом.

Господин Крост стойко выдержал эту сцену, только вот мне показалось, что правое веко у него дрогнуло пару раз. М-да, довела могучего выборного дочка, ох довела.

– Мыслав, докладывай, как прошло сопровождение, – бросил воевода стоящему как статуя полусотнику.

– Возникли небольшие трудности…

Доклад вояки много времени не занял. Ну а собственно о чём тут докладывать? Пришли, дождались нас, встретили и увели. Единственное пришлось рассказывать полусотнику о чуть ли неупущенном соглядатае. Правильно сделал, лучше сам признает свою ошибку, ибо я молчать не стану. Отсутствие должного охранения – это проблема, которую надо решать. Чистосердечное признание сделало своё дело, по крайней мере воевода никак не отреагировал на эту новость, а вот описание злоумышленника его очень заинтересовало.

– Это точно не постоянный житель поселения? – уточнил воевода у полусотника.

– Я уверен в этом, хотя можно и проверить на всякий случай. Думаю, можно и у приезжих купцов ненавязчиво поспрашивать. Только вот на результат я бы не надеялся. Больно необычен был этот прыгун. Вряд ли такого взяли на борт охранником. В бой вступать тот не захотел, сразу побежал. Ну а пассажиром… люди боятся странностей и по возможности сторонятся их. А этот и рисунками на голове даже в мёртвом состоянии наводил жуть.

– Всё равно надо проверить всех, может и нашлись смелые люди за деньги. Как я понимаю младшего служителя привели сюда как раз из-за него? Отлично. Слава, что ты можешь сказать по этому поводу? – воевода переключил своё внимание на моего друга. Видно было, что приятель не в своей тарелке. Нечасто на приёме у выборного от армии ему доводилось бывать в отличие от меня. Наверное, я даже успел его переплюнуть по количествам таких вот аудиенций. Хотя и нахожусь тут по сравнению с ним безумно мало.

– Господин, – начал было Славка, но прервался дабы набрать побольше воздуха, – мне нужно уточнить значение выгравированных рун на вытянутом черепе покойного. Сейчас же могу сказать лишь то, что это магия над телом и духом и, опережая вопрос, скажу – это необязательно субр, такое мог сделать кто угодно. Но да, ближайшие известные одарённые практикующие подобное – это субры.