Ключи от мира. Серия «Путешественники по временам и измерениям». Книга третья

Глава 1. Неаккуратное прибытие

Транспортный работник в этот раз не церемонился, когда перемещал путешественников обратно, на недавно покинутую стройку многоэтажного дома в Москве. Причем сделал это крайне неуклюже. Так, что мальчуганы «приземлились» прямо перед бетономешалкой.

Пространство вокруг строительной техники было сплошь завалено рваными бумажными мешками из-под цемента. Да и сам порошок, видно, не представлял для рабочих ценности судя по толстому слою, щедро насыпанному на землю.

Федору Кирилловичу повезло и того меньше. Большое корыто с мазутом стало «посадочной полосой» для молодого учителя. Хорошо хоть он приземлился на ноги, а не на спину или живот. Поэтому пострадали только туфли и штаны до колен.

Колька и Валерка фыркали и плевались, старательно отряхивая одежду от въедливой пыли.

– Гунтас, ну ты чего? Словно в первый раз живых существ перемещаешь! – жаловался Серёжка, – Мама меня теперь убьёт! Посмотри, какие штаны грязные и портфель, про кроссовки вообще молчу.

– Точно! – хитро сощурил глазки Валерка. – Наверное, надо в Совет времён и измерений сообщить об этой халатности. Глядишь, переведут тебя с первой степени на вторую.

– Тьфу на вас, лысые обезьяны! – отойдя на почтительное расстояние, чтобы не запачкаться, парировал транспортный работник. – В Совет они сообщат! Валяйте, можете прямо сейчас. Только на чём полетите: на метле или, может, вот на этой лопате? Руки у вас коротки, чтобы благородного пелина в ошибках уличать. Считаете, мне доставляет удовольствие быть у вас за носильщика по временам и измерениям?

Можно подумать, других дел нет. Иные мои собратья вон целые миры с пацараями создают, нерусы мастерят, с искусными магами общаются. А я, понимаешь, катаю взад-вперёд молодых мартышек да ещё выслушиваю несправедливые упрёки.

И, между прочим, выбор-то у меня был невелик: или я перемещаю вас на строительную площадку, или вон прямо в ту помойку, – и Гунтас указал маленькой ручкой в сторону большого металлического контейнера, доверху заваленного строительным мусором, грязными тряпками и пакетами с пищевыми отходами.

– А вы говорите «ошибся»!

– Извини нас, – дал затрещину другу Колька. – Мы не хотели никого обидеть. Просто немного опешили, оказавшись по уши в цементе. А кстати, куда упали Анфиска и Сильвия? Что-то я их не вижу, – стал вертеть головой мальчуган.

– Профукал невесту, – потирая ушибленное место на ноге, всё же не смог удержаться от шутки Валерка. – Эх, не видать тебе теперь красивой сытой жизни под крылышком у жены-мага!

– Женщины приземлились туда, куда надо, – не реагируя на балагура, ответил пелин. – Я отвез их в Совет времён и измерений для полного отчёта о случившемся. После этого девочку ждёт баба Марфа в Пятиречье. А Сильвию уже срочно вызывают в новый сводный боевой отряд магов. Снова в каком-то мире неспокойно, кажется, в измерении катаргов.

– А насчёт нас какие будут распоряжения? – «прочавкал» ботинками, приближаясь к ребятам, Фёдор Кириллович. Он даже не стал тратить времени и сил на очистку костюма и обуви, посчитав это занятие бессмысленным. – Не сочтите меня за жмота и сквалыгу, но всё же хотелось бы получить назад чемодан с золотом. С ним магом не станешь, но жить гораздо приятнее.

– Не переживайте, – ответил Гунтас, – мы приготовили для Вас куда более интересный «подарочек». Знаете новую элитную гимназию, которая откроется в следующем году в вашем районе?

– Вы ещё спрашиваете? – не задумываясь выпалил мужчина. – Да там такое оборудование! Шикарный ремонт, два бассейна и теннисный корт под открытым небом. Классы светлые и просторные. А школьной столовой позавидовали бы лучшие рестораны Москвы.

– Вот и хорошо, – прервал его оду пелин. – Есть мнение, что Вам необходимо работать в этой гимназии директором.

– Перестаньте так несмешно шутить, господин Гунтас, – погрустнел Кирилыч. – Да чтобы Вы знали, на работу в новое заведение стоит очередь из профессионалов высочайшего класса. И это на должности простых учителей. А Вы говорите – директор! Меня и на пушечный выстрел не подпустят…

– Не переживайте, – хитро прищурив глаз, с улыбкой на лице произнёс транспортный работник. – Совет времён и измерений умеет решать кадровые проблемы. Кто надо и когда надо согласует кандидатуру Селивёрстова Фёдора Кирилловича в лучшем виде. А пока настоятельно рекомендую Вам пойти домой и хорошенько отдохнуть. Забот в будущем предстоит вагон и маленькая тележка.

– Да-да, Вы абсолютно правы, – согласился учитель. – От этих прыжков по временам и измерениям голова просто раскалывается. Пожалуй, даже возьму отгул на несколько дней, чтобы прийти в себя.

И мужчина в растерянности побрел к секретному лазу в металлическом заборе.

– Я не сомневаюсь в Вашем интеллекте, но всё же хочу предупредить ещё раз, – крикнул вслед ему пелин, – держите язык за зубами! И обо всём, что слышали и видели, не говорите никому, даже самым близким людям.

– Ну что вы! – отмахнулся мужчина. – Я же не ребёнок какой. Вы, главное, попросите кого надо получше, чтобы меня приняли на работу директором новой гимназии.

С этими словами Фёдор Кириллович отогнул знакомый лист забора и ловко пролез в образовавшуюся щель. Через несколько секунд чавканье его «мазутных» башмаков растворилось в шуме столичной улицы.

– Всё-таки некоторые существа до конца своих дней не меняются, – произнёс мудрый не по годам Колька, когда учитель скрылся из виду. – Как услышал про место директора, так даже про золото забыл от радости. Во всём ищет выгоду. Что за человек такой?

– Даже если бы потом и вспомнил, всё равно ничего бы не получил, – ответил Гунтас, – Мы провели расследование и узнали, откуда эти золотые слитки. Оказалось, что это и не золото вовсе, а искусная подделка.

– Позолоченное железо, что ли? – догадался Валерка. – Недавно фильм показывали. Там бандиты промышляли торговлей ювелирными изделиями в виде всяких колец и цепочек. На самом же деле они были изготовлены из обычного железа и покрыты тонким слоем золота. На вид не отличишь, пока кольцо не распилишь. Много людей попались на их обман. А поймали их совершенно случайно: когда кому-то хотели палец отрубить и случайно по кольцу попали. Оно раскололось, и все увидели, что внутри, кроме железа, ничего нет. Там ещё…

– Валерка, ты неисправим, – оборвал его Серёжка. – У тебя не голова, а кинотеатр какой-то. Ты по другим мирам скачешь, словно на батуте, а всё не можешь оторваться от телевизионного «сена», которым нас пичкают каждый день.

– Можно подумать, что вы сами телик не смотрите и в Интернете часами не сидите. Прямо святые какие-то, – насупился мальчик.

– Может, и не святые, но фильтровать информацию стараемся.

– Ладно, ребята, не ссорьтесь, – как можно примирительнее сказал Гунтас. – Нам ещё очень много дел предстоит сделать вместе. А то, что Валерий любит смотреть телевизор, очень даже неплохо. Я на этот счёт дам ему небольшое задание. Слушай внимательно, – и он взял мальчика за руку. – Ровно через год и три дня, в шестнадцать тридцать, включишь свой любимый телевизионный канал и запомнишь, а ещё лучше запишешь всё, что там скажут в первые минуты. Ну как, справишься?

– Честно говоря, не знаю. Пишу-то я не очень быстро. А если там лопотать начнут? Например, как в «Новостях». Это же с ума сойти можно. За речью дикторов даже магнитофон записать не успеет.

– О, кстати! Хорошая мысль, – вступил в беседу Колька. – Чего зря чернила тратить? Я тебе дам цифровой диктофон своего отца. Так сподручнее будет.

– Нет, ребята. Если бы всё было так просто… Валерке надо именно записать всё то, что скажут с «голубого экрана». И сделать это ни чем попало, а вот этой самой чернильной ручкой. Держи, – с этими словами Гунтас достал из необъятной заплечной сумки длинное гусиное перо и маленькую серебряную чернильницу.

– Бли-и-н! А как всё хорошо начиналось, – разочарованно протянул мальчуган. – Надеюсь, мне не придется расписываться собственной кровью? Или писать на шкуре буйвола, убитого в африканской саванне?

– Нет, писать можешь на чём угодно. Но лучше на белом плотном картоне. Я так понимаю, подобным письменным прибором ты никогда не пользовался, поэтому тонкую бумагу можешь проткнуть по неопытности. Ну, обмакнуть перо в чернильницу ты в состоянии, надеюсь?

– Да уж не растеряюсь. Давайте сюда ваши магические прибамбасы, – Валерка бережно взял из рук пелина перо и чернильницу и убрал в школьный рюкзак.

– Теперь полный порядок, – удовлетворенно заключил Гунтас. – Я исчезаю, а вам тоже советую хорошенько выспаться и набраться сил.

– А какой сегодня день? – поинтересовался Колька.

– С утра суббота была, – пошутил транспортный работник. – Вы уже, наверное, поняли, что возвращаться в лысаковское измерение будете ровно в то же самое время, когда и покинули его. Хотя подозреваю, что кому-то очень бы хотелось очутиться на несколько сотен лет «впереди». Да, Валерка? – и он, ткнув зазевавшегося мальчугана в живот, рассмеялся.

– Смейтесь-смейтесь, – нарочито равнодушным тоном ответил тот. – Я вот подрасту немного и придумаю способ, как улизнуть в будущее. Нелегальные перемещения ещё никто не отменял. Тогда посмотрим, кто будет смеяться последним, – добавил он почти шепотом.

– Сделаем вид, что я этого не слышал, – поучительно поднял вверх палец Гунтас. – Сначала подрасти и поумней. А там уже посмотрим, в каком времени какого мира тебе жить. Всего хорошего!

И маленький человечек, просвистев одному ему понятную «секретную мелодию» из трёх одинаковых звуков (так, по крайней мере, это слышат все лысаки), растворился в воздухе.

– У тебя не язык, а помело. Держи – заработал! – и Серёжка отвесил другу подзатыльник. – С такими заявлениями пацараи могут подумать, что мы не путешественники, а аферисты. Вот закроют нам доступ к перемещениям и Гунтаса отберут, что тогда делать будем?

– Как отберут? – не понял Колька. – Без пелина никак нельзя. Это какая-то ерунда получится. Дальше собственного двора никуда переместиться не сможем.

– И я про то же. Ты лучше этому фантазёру объясни. Чтобы научился сначала думать, а потом говорить.

– Я не виноват, что в будущем мне гораздо комфортнее, чем в наши смутные времена, – не сдавался Валерка. – Вы собственными глазами видели, насколько круто станет на планете всего через 260 лет.

– Верно, только эти столетия нам ещё предстоит прожить. И в идеале постараться, чтобы та страшная Великая планетарная война вообще не произошла.

– Ну ты хватил! – присвистнул Валерка. – Я же тебе не супермен и не «железный человек». Мне бы этот учебный год без двоек закончить, вот это да, сила. А на большее я и не рассчитываю.

– Вот и не рассчитывай, – похлопал его по плечу Николай. – Учись. Слушай маму с папой. А о будущем и не думай. Выкинь из головы, как будто и не было ничего. Тогда, может, ещё попутешествуем.

– Правильно, Колька, – поддержал друга Серёжка. – А то если мы так на каждой «удачной остановке» будем от «автобуса» убегать, то наш водитель, то есть Гунтас, выберет себе более усидчивых пассажиров.

– Совсем вы меня запутали: автобусы, остановки. Пойдёмте уже. Жрать охота, мочи нет, – и Валерка первым направился в сторону забора.

Серёжка и Колька незамедлительно последовали за ним, на ходу продолжая отряхиваться от въедливой цементной пыли.

– Если родители спросят про одежду, скажете, что мы помогали дворнику грузить строительные материалы, которые завезли в школу к летнему ремонту, —предупредил Сергей, когда мальчишки выбрались на улицу.

***

Прошёл год. Как ни странно, но пелин больше не появлялся, и Серёжке стало казаться, что тема путешествий по временам и измерениям закрыта. Масла в огонь подливали Колька и нетерпеливый Валерка, всё ещё продолжавший тосковать по прекрасному будущему лысаковского мира. Они то и дело зажимали Серёжку в туалете и «пытали» расспросами: что, как и почему? И, самое главное, когда? Когда уже появится самый прекрасный во всех известных измерениях транспортный работник Гунтас и увезёт их дружную компанию в очередное путешествие?

Даже пытались пару раз атаковать уборщицу бабу Нюру, хорошо известную им как маг 32-го уровня магической культуры Сильвия Ветроносная. Но она так на них недвусмысленно шикнула, еще и огрев пустым ведром по спинам, что мальчуганы больше не осмеливались её беспокоить.

Фёдор Кириллович тоже исчез куда-то. Ходили слухи, что его кандидатуру всерьёз рассматривают в мэрии на пост директора новой гимназии. В школе за это время он появлялся всего несколько раз, да и то всё спешил куда-то. Только и успевал кинуть на бегу мальчишкам «Здрасьте».

И вот наступил последний месяц учёбы. Майское солнце не стеснялось палить лучами землю и лица прохожих. Растительность вела неравную борьбу с бетонными саркофагами жилых домов, стараясь заполнить малейший клочок земли, ещё не одетой в камень и асфальт. Но бдительные дворники с мотокосами не знали усталости и покоя, срезая под корень малейшие проявления новой жизни.

Серёжка, Колька и Валерка готовились к итоговым контрольным работам и экзаменам, зарывшись с головой в «Википедийный раздел» Интернета, учебники и рабочие тетради. Виделись они в основном в школе. Да ещё, будучи соседями, Серёжка и Колька иногда выходили поиграть во двор в футбол или баскетбол.

Пару раз мальчишки даже столкнулись с Дмитрием Сергеевичем, проживающим в их доме. Причём стали невольными свидетелями того, как колдун пристроился за идущей впереди женщиной, которая вела на поводке огромного дога. По всей видимости, мужчина хотел поживиться чужой энергией сразу у человека и у крупного бульдерлога.

Валерка не смог сдержаться и тут. Он поднял с дороги камешек с острыми краями и, спрятавшись за кустами, бросил его что есть силы собаке в бок. От неожиданности та дернулась, обернулась и, проведя нехитрый анализ, решила, что источником её бед стал крадущийся рядом Дмитрий Сергеевич.

Колдун даже не успел сказать «ай», как был мгновенно повален вырвавшимся из рук хозяйки животным. Собака себя не сдерживала, разрывая на мелкие части куртку и штаны бедолаги. Причём проделывала это исключительно мощными лапами с толстыми крепкими когтями, поскольку на неё был надет металлический намордник. Если бы не это ограничение, Сергеичу пришлось бы совсем плохо. Мужичок крутился как уж, стараясь высвободиться из-под туши собаки, прикрывая руками лицо от смертоносных когтей.

Прохожие с любопытством наблюдали за гладиаторским боем человека и зверя, не решаясь приблизиться и помочь бедняге.

Наконец хозяйка справилась с первоначальным шоком и ценой неимоверных усилий оттащила разъяренного зверя от жертвы.

– Извините, извините меня, пожалуйста! Я не знаю, что на него нашло. Арон всегда такой тихий и миролюбивый, – оправдывалась перед Дмитрием Сергеевичем женщина, помогая тому встать на ноги. – Если хотите, мы с мужем можем отвезти Вас в больницу: я только позвоню и скажу, чтобы он спустился с ключами от машины.

– Ничего не надо! – резким тоном отказался колдун. – Хватит с меня сегодня общения с вашим чудовищем. Совсем совесть потеряли! Заведут, понимаешь, всяких крокодилов, а потом порядочным людям проходу не дают. Моя бы воля, я бы вас всех… – и, сотрясая в воздух трясущимися руками, Сергеич поспешил ретироваться с места своего позора.

– Подождите, давайте я вам куртку зашью! – прокричала вслед женщина, стараясь хоть чем-то загладить вину.

– Не беспокойтесь, тётенька, – широко улыбаясь, сказал вышедший из-за кустов Валерка. – У него много одежды, хоть каждый день новую надевай. И, кроме этого, он хотел нанести вред Вашему здоровью, взяв у Вас и у Вашей собаки эне… – откровения мальчугана прервал увесистый пинок в «пятую точку». Причем, не сговариваясь, Серёжка и Колька «влепили» почти одновременно. «Дабл пендель» быстро вернул Валерку из страны грёз на землю, заставив умолкнуть.

– Не понимаю, о чём ты говоришь. Дети нынче пошли какие-то странные – фыркнула хозяйка собаки и, покрепче взявшись за поводок, повела дога домой.

– Предлагаю отрезать Валерке язык, – изобразив гримасу серьёзности, предложил Николай.

– А что – неплохое предложение, – поддержал Серёжка. – Я уже устал затыкать его «фонтан откровений», который имеет обыкновение прорываться в самый неподходящий момент.

– Да, – продолжал философски размышлять Колька. – В чём практическая ценность языка в наши дни высоких технологий и умных гаджетов? Про будущее я вообще молчу. Там и говорить ничего не надо. Только подумай, нажми пару кнопок – и дело в шляпе.

– Даже если Совет времён и измерений снова поручит нам какое-нибудь ответственное задание, – поддержал игру Кольки Серёжка, – и пацараи превратят Валерку в боевого ягуара, всё равно ему не нужен будет язык. Когти, зубы, мышцы – это да. Не языком же он врагов крушить будет.

– Ха-ха, как смешно, – «врубился» мальчуган в хохму друзей, потирая ушибленный зад. – Ну что я, виноват, что знания из меня так и прут и я готов делиться с каждым встречным? Был не прав, извините. Но с собакой круто получилось, скажите? Когда зверюга набросилась на Сергеича, я думал, что ему кранты. Потом, правда, понял, что в наморднике бульдерлог особо не «разгуляется». Зато этот колдунишка теперь будет знать, как на людей нападать и энергию отнимать.

– Только это тебя и оправдывает, – согласился Колька. – Хоть мы и не маги, но всё-таки должны вносить посильный вклад в борьбу с нечистью во благо другим лысакам. Тьфу ты, людям! Сам уже как Гунтас заговорил.

А что касается «не могу не делиться знаниями…», – передразнил он Валерку. – Делись, кто тебе не даёт? Математика, физика, история – весь научный мир у твоих ног, о великий оратор. Не Вы ли, Ваше Величество, вчерась получили двойку по биологии? Ты сначала школьную программу одолей, а потом умничать будешь. А то нахватался по верхам и теперь людей в заблуждение вводишь, да ещё мы рискуем из-за твоих «лекций».

– Эй, ребятушки, – раздался негромкий оклик сверху. Ребята подняли головы и увидели, что из окна им приветливо машет баба Клава. – Забегите ко мне на минуточку, я кое-что вам передать хочу.

– Знаю, что она хочет, – проворчал Колька. – Снова своими пирожками портфель набьёт, куда их девать потом? На меня мама уже коситься стала. Думает, что я в школьной столовой сдобу ворую. Даже хотела прийти с директором поговорить. Ей же не расскажешь, что это волшебница снабжает меня энергетическими булками, чтобы легче было противостоять пагубному воздействию колдунов.

– Всё равно делать нечего, давайте сходим, не будем обижать старушку, – предложил Серёжка и первым направился в сторону подъезда. Валерка и Колька нехотя последовали за ним.

– Ты, Николя, не парься. Я все пирожки себе заберу, – успокаивал друга прожорливый Валерка, пока они поднимались по лестнице. – Я выпечку очень люблю, сам знаешь, особенно с начинкой. Положу в холодильник, так она долго не испортится. Зато деньги, которые мне родители на обеды дают, можно будет не тратить, а отложить в копилочку.

– Это с каких пор ты такой бережливый стал? – удивился Колька. – Раньше от тебя только и было слышно: «Пойдёмте в Макдональдс! Давайте острых куриных крылышек в KFC поедим! Смотрите, какой прикольный новый спиннер появился: давайте купим себе такие!» И всё в таком же духе. А теперь: «Денежки тратить не буду. В копилку их положу. На пирожках всю жизнь проживу…» Я тебя не узнаю: ты ли это, Валерка?

– Не обращай внимания, – поспешил развеять Колькины сомнения Серёжка. – Просто у нашего друга, обладающего нестандартным мышлением, родился гениальный, как ему кажется, план.

– Серёга! – перебил его Валерка. – Ну я же просил никому не рассказывать!

– От друзей у меня секретов нет, – оборвал его Серёжка. – Ну так вот. Как ты помнишь, Валерке безумно понравилось в 2284 году. Да так сильно, что нам с большим трудом удалось уговорить его вернуться обратно. И теперь наш друг ни ест ни спит, а всё думает, как же ему перехитрить всех пелинов и пацараев вместе взятых.

– И до чего ты додумался? – изумился Колька, остановившись как вкопанный на лестничной площадке между этажами.

– Ничего я вам больше не расскажу. Только смеяться надо мной и можете, – насупился Валерка.

– И не надо, я и так знаю. Мне Васька всё рассказал.

– Вот гад пушистый. Я же его просил сохранить мой секрет. И никому не проболтаться.

– А он и хранил. День хранил, два. А я его на это время корма лишил. Только воду наливал, чтобы Васька не загнулся от обезвоживания. К вечеру второго дня котяра и сдался. Выдал тебя с потрохами. Потом наелся и заснул. Теперь со мной не общается.

– Подожди, – усомнился Колька. – А как ты разговаривал с Васантом без Гунтаса? Ведь мы же не можем понимать языки других существ без транспортного работника или специального магического переводчика.

– Я и не разговаривал. Просто, видать, кота так голод припёр, что он обмакнул коготь в чёрную акварельную краску (я как раз тогда рисовал школьный плакат ко «Дню здоровья») и написал мне короткое, но очень ёмкое послание: «Уважаемый лысак, которого слепое провидение назначило моим безжалостным хозяином! Некоторое время назад Валерка передал мне записку, прочитав которую я сразу же уничтожил. В ней была просьба за небольшое вознаграждение организовать перемещение в 2284 год лысаковского измерения. Да, я не передал бумагу тебе, Сергей. Однако это не повод морить меня голодом. Требую прекратить столь негуманное поведение, недостойное опытного путешественника по временам и измерениям.

P.S. В случае моей голодной смерти крысодавы Москвы выйдут на уличное шествие в поддержку угнетаемых товарищей…»

– Ха, ха, ха, – залился задорным смехом Колька, присев на ступеньки. – Молодец, Валерка, нечего сказать! Ты бы ещё таракана Эрлока попросил на себе перевезти тебя в другое измерение. Ну ты учудил… Главное, Гунтасу не говорите, а то может обидеться.

– Не такой уж и безумный план, – парировал Валерка. – Сами знаете, что крысодавы могут жить в любом из девяти миров, которые Совет времён и измерений определил им для этого. И для перемещений никакие транспортные работники котикам не нужны. Как знать, может, в одном из этих измерений уже давным-давно изобрели какую-нибудь «прибамбасину» для скачков во времени и пространстве. Вот я и задумал накопить деньги, купить Васанту гору корма, чтобы он переместил меня в будущее.

– Знаешь, Валерка, я теперь понимаю, почему Гунтас не появляется в нашем мире уже год. Думаю, до Совета всё-таки дошли твои чудачества с нежеланием покидать будущее и прочие вольности. Как бы наложенный на нас запрет не стал постоянным.

– Ребятушки, а вы чего на холодном полу сидите? – раздался ласковый голос. И в просвете между лестничными перилами замаячило лицо бабы Клавы. – Поднимайтесь, говорю вам, не тяните, а то мне на почту надо идти за пенсией.

Чтобы не заставлять ждать старушку, мальчишки стремглав пробежали оставшихся три пролёта и остановились у дверей волшебницы.

– Баба Клава, если вы насчёт пирожков, то, пожалуйста, отдайте их все Валерке. Очень он уважает Вашу стряпню, – сразу же попросил Николай.

– Булочки – это само собой. Но позвала я вас по куда более важному поводу. Серёжка, подойди ближе и дай мне руку.

Мальчик послушно приблизился к старушке и вытянул правую руку ладонью вверх. Баба Клава тут же поднесла к ней свою ладонь так, что между ними осталось расстояние не более пяти сантиметров. Через несколько секунд от ладони волшебницы отделился небольшой светящийся шарик и плавно опустился на Серёжкину руку. Вскоре он перестал испускать тёплое жёлтое свечение, словно остыл, превратившись в обычный мячик для настольного тенниса.

– Это тебе приветик от старого друга, сам знаешь какого, – пояснила баба Клава, удовлетворённая сотворённой магией.

– Гунтас… – хотел уточнить Серёжка.

– Тише ты! – грубо оборвала его старушка. – Не надо сотрясать воздух громкими именами. Даже у каменных стен могут быть уши.

– И что нам с этим делать? – поинтересовался Валерка. – В пинг-понг играть, пока шарик не заговорит?

– Сергей, просто отнеси его домой и положи в воду: в ванну, например, или в ведро. Дальше сам всё увидишь. А мне пора, заболталась я тут с вами. И пирожки не забудьте, – добавила волшебница, достав из-за двери здоровенный пакет. Без промедлений вложила его в руки Валерке, заперла квартиру на ключ и, что-то напевая, не спеша направилась в сторону лифта.

Глава 2. Посылка со смыслом

– Это мы удачно зашли, – сгибаясь под тяжёлой, но приятной ношей, прокряхтел Валерка. – Не обижайтесь, парни, но сегодняшний «улов» только для меня.

Не знаю, сработает план с твоим котом или нет. Можете смеяться, сколько угодно. Но денежек я всё-таки подкоплю. Глядишь, и куплю в очередном путешествии магометр или какую другую полезную в хозяйстве вещь. Сами слышали, как Сильвия Ветроносная говорила, что его можно найти на рынках во многих известных мирах.