Из работяги в маги. Часть 1

Хмурый октябрьский день. Ветер задувает со всех сторон сразу, забирается под куртку, бросая крупинки мерзкой холодной мороси прямо в лицо. Я торопливо нырнул в метро и скинул капюшон. Попытался стряхнуть капли с рукавов – только замочил и без того озябшие ладони. Недовольно ими потряс, соображая обо что вытереть. Ненавижу дождь! Если бы я жил в пустыне, то наверняка ждал бы его с замиранием сердца, но здесь, в России, он всегда вызывает у меня только негативные эмоции. А после того, как я несколько лет ходил в походы по горам, то скажу откровенно: дождь самое неприятное явление, которое на меня может свалиться. Хотя… По сравнению с моей первой женой по величине неприятности спасует даже самый надоедливый дождь. Всегда так утешаю себя, когда приходится переживать что-то не хорошее.

Ладно, спокойно, теперь можно немного расслабиться. Мерзость осталась в прошлом и на поверхности, а сейчас, на эскалаторе, в лицо дует этот специфический запах метро: запах смазки, электричества, суеты, надежд нового и разочарований предыдущего дня. Новый день, новые задачи, новые решения, новые приятные и не очень новости.

Подхожу к перрону, слышу гул подходящего поезда, ускоряюсь между колонн, чтобы занять удачную позицию для посадки. Все внимание на перрон, но краем глаза замечаю, что за колонной кто-то стоит. Ну стоит себе и стоит, народу в метро полно, быстро иду дальше. Вдруг понимаю, что меня под локоть мягко, но решительно кто-то подхватил и ведет, но не к перрону, а словно в хороводе, по дуге вокруг колонны. От удивления я даже остановиться забыл! Только и успел скосить глаза вбок: рука в кожаной перчатке, большая, мужская. Начал открывать рот чтобы высказать недоумение, но попутчик с плавной решительностью продолжил мой полубег по траектории… сближения с колонной! Мгновение, и я понимаю, что сейчас со всего маху врежусь носом в мраморный рисунок. Только и успел, что прижать подбородок к плечу и зажмуриться. Бах! Темнота…

Кажется, я лежу. Почему-то совершенно не чувствую запаха метро и грязного мраморного пола. Нос сломан, обоняние отшибло? Тогда почему совсем не больно и ощущается сильный запах травы и прелых листьев? Нет, я в порядке, но, видимо, так звезданулся об колонну, что вырубился, и меня вытащили из метро на свежий воздух, на травку. Сегодня всё утро одни странности. То незнакомые перчатки со мной хороводы в метро водят, то я, получив сотрясение мозга, совершенно не испытываю никакой боли… а может я вообще ещё в коме, и все эти ботанические ощущения мне просто чудятся?

Потихоньку открыл один глаз. Так, я действительно лежу на травке, в тени какого-то здоровенного дерева категорически незнакомого вида. Пошевелил пальцами рук и ног – абсолютно ничего не болит. Как-то подозрительно тепло, никакого дождя.

Опять закрыл глаза, прислушался. Лес шумит листвой, и ещё где-то вдалеке очень знакомый шум. Сразу в памяти всплыл образ горной речки. Поразительно! Сосредоточился на этом шуме, не в силах выйти из ступора.

Вдруг что-то решительно пару раз толкнуло в ногу. Медленно открыл глаза. Плавно, боясь возможной боли в голове, сел и тупо уставился на здоровенного дядю в удивительно живописном косплейном наряде вооруженного монстра. Низкорослый, очень мощного телосложения, в очень аутентичном кожаном доспехе, в руках недлинное копьецо, тупым концом которого он меня и тыкал. Короткие ноги, мощные руки, увитые буграми мышц, на могучей шее большая башка с невообразимой мордой, широким ртом и роскошным шнобелем. На голове надет простенький шишак без бармицы.

Пару мгновений мы пялились друг на друга. Чем дольше я смотрел, тем отчетливее понимал, что или костюм нереально супер-пупер-мега-крутой, или этот чудик настоящий. Это решительно сносило крышу, и я просто молчал, пытаясь не облажаться, высказав какую-нибудь чушь. Давно известно, что если не знаешь что сказать – лучше молчи, сойдешь за умного.

Дядя что-то утробно прорычал. Понятное дело, я ничего не понял и продолжил глупо хлопать глазами. Дядя прорычал снова и сделал неопределенный жест рукой. Потом, видимо, устав вести со мной такую малосодержательную беседу, с удивительной для такого здоровяка ловкостью шагнул ко мне, схватил одной рукой за шкирку и не напрягаясь поднял на ноги. Покачнуло, но я устоял. От вояки ощутимо пахнуло смрадом давно немытого тела. Заставил себя совершить огромное усилие, чтобы не поморщиться. Если эти косплейщики настолько круты, что не только одеты в потрясающие костюмы, но и воняют как настоящие древние воины на марше, то может у них в правилах за неуважение к таким диким заморочкам практикуется усаживание в муравейник, хе-хе! Я легко обойдусь без таких экзерсисов, если всего делов – потерпеть некоторое амбре. Слава богу, обниматься не лезет и на том спасибо.

Копье вспорхнуло и указало на пышный куст метрах в двадцати. Направление было подтверждено очередным рыком. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: меня убедительно просят проследовать. Ладно, пойдем поглядим, что у них там за фестиваль.

Нетвердо шагая, я двинулся в путь, но уже через пару-тройку десятков шагов, убедившись, что и с ногами всё в порядке, зашагал бодрее. Мы шли по странному лесу, в котором не было ни одного знакомого растения! Незнакомые деревья утопали в пышном подлеске совершенно незнакомого вида. В голове было пусто, как в очереди за тумаками. Вдруг, обогнув очередной пышный куст, мы вышли на приличного размера поляну.

Ну нет, это уже переходит всякие границы! Я встал как вкопанный, чуть не уронив челюсть на землю. Косплейщиков здесь было полно: сосчитать трудно, но несколько десятков точно! Одни ставили не нового вида палатки, другие необычного вида топорами на дрова расчленяли поверженную лесину, третьи суетились возле угрожающего вида ездовых скотинок, сбитых в табун в сторонке от основного лагеря. Все были вооружены и одеты так же, как и мой рыкающий провожатый. В один миг мельтешение прекратилось, все уставились на нас. От палаток отделилась группа из трёх вояк, мы пошли навстречу. На ходу один из встречающих делегатов обернулся к коллективу и что-то грозно прорычал, резко взмахнув рукой. Мельтешение восстановилось, ходя и без былого энтузиазма. Похоже, всем было очень интересно, что же будет дальше. Сошлись.

«Привет лунатикам!», – чуть было не ляпнул я, но вовремя заткнулся, повнимательнее разглядев подходящих, которые были явно не настроены шутить.

Троица была рангом повыше моего приятеля. Одеты получше, доспехи посерьезнее, с металлическими элементами. Дополнительно имелись качественные поножи и наручи, а на боку висели мечи с вычурными навершиями, в красивых ножнах. Центральный, видимо, командир, на плечах имел накидку, застегивающуюся на ажурную застежку. В памяти всплыло прочитанное где-то слово «фибула». К месту или нет – не знаю. Ещё бросилось в глаза, что стоящий слева был какой-то особенный. Не могу объяснить что не так. Какая-то неясная, и от этого тревожная особенность. Не успел я толком разобраться, как произошло нечто странное: словно нечто невидимое обняло меня, потискало и растаяло. От неожиданности я дернулся, быстренько оглянулся по сторонам, но ничего и никого кроме ранее присутствующих вокруг не увидел.

Хммм. Казалось, что всё хорошо, но ведь меня таки подглючивает, подумал я про себя. Видимо, это все-таки мои коматозные грёзы. Ладно, пока всё не так страшно, как описывают в сказках, так что посмотрим, что будет дальше.

Начальство минуту-другую пялилось на пленного, потом порыкало друг на друга и на моего конвоира, развернулось и продефилировало к своей палатке. Я же был препровождён в сторонку, усажен на ворох срезанных веток с большими толстыми листьями в прямой видимости от кострища, и был предоставлен самому себе.

Лучше бы они этого не делали! Моё об колонну стукнутое воображение тут же включилось в усиленную работу, и результаты попеременно бросали меня то в жар, то в холод.

Никакие это не косплейщики! Даже у самых отбитых не бывает такой натуралистичности. Какие эфесы на их мечах? Вроде вручную сделано, но с таким мастерством, что и не видывал. Такое только профессионалу под силу. А доспехи? Да это натуральные древние кожаные доспехи, никакой не новодел. Я такие только в музее видел. Ну ладно, один богатей бы нашелся, сделал себе красоту, но чтобы у всех – не поверю! А морды? Черта с два это костюмы. Морды – натуральнее не бывает. Да и на такой жаре они в эдаких костюмах сварились бы через 10 минут. Все мускулистые, как чемпионы по бодибилдингу. Вон костровой взял здоровенную палку и сломал её на три части, даже не поморщившись. Здоровяк! А их язык? Просто не бывает таких отшибленных косплейщиков, которые бы так долго заморачивались порычать – хоть раз бы, да матюкнулись по-нашему. Ездовые животные – это вообще что-то! Какие-то быки-мутанты!

Ладно, просто для того, чтобы хоть что-то решить и не свихнуться, пускай пока я буду считать, что тихо-мирно лежу в отключке и вижу очень красочный, реалистичный сон, а там видно будет.

Костровой споро собрал впечатляющее кострище, приспособил по краям могучие держатели. Перекладина уже давно лежала рядом. Дрова разгорались.

– Ну всё, – пророчествовал я себе, – сейчас они тебя насадят на вертел и зажарят как поросенка. Живого весу уже давно под восемьдесят кило, так что если ещё чем-то закусить, то на всех должно хватить.

Я подобрался и, как мне хотелось думать, незаметно огляделся по сторонам на предмет проработки плана побега. Тут же приуныл. Видимо специально посадили практически в центре лагеря. Незаметно не слинять. К тому же, вся орава постоянно на меня косится, как будь то рок-звезда прибыла на шоу «Последний герой».

Тем временем костровой сбегал куда-то и притащил недурственный такой котелок, повесил его над огнем, и пара других парней вылили туда воду из кожаных ведер. Меня слегка попустило: похоже вертела не будет. Ну конечно! Они со мной были весьма вежливы. С едой такой гуманизм не обязателен.

Но тут же напрягся опять: а зачем тебе вертел? Порубают на кусочки, и в котелок. Лучку добавить, картошечки, нормальный такой навар получится! Вон на каких мясистых листьях сижу, ими и приправят. Хотя нет. Весь я в котелок не влезу. Все-таки он маловат будет. Да нееет! Это если с костями – тогда маловат, а вот если вырезку, то вполне… БРРРР!!!

Я помотал головой, отгоняя наваждение. Что за чушь в голову лезет? Усилием воли попытался заставить себя перестать психовать. Не будет меня никто есть! Они прекрасные парни, воины, а не людоеды. Спасли меня от… от чего не знаю, но точно спасли! Вывели из дикого страшного леса, сейчас перекусим и спать завалимся, вон уже вечереет… Вечереет! Вот ведь, а я за всеми этими кулинарными мыслями и не заметил. Последнее, что помню из… из прошлой жизни – это как утром пытался на метро добраться до работы. И, да! Была осень! А здесь сейчас явно лето. Куртку и свитер я уже давно снял, остался в одной майке и штанах, потому что температура около 25 по цельсию, и это вечером! Мдааа… качественно меня приложило. Такой продолжительный и натуральный глюк – это очень интересно. Будет что рассказать парням, когда вернусь. Вернусь… Вернусь ли?

Из вновь накатившей грусти вывели благовония, добравшиеся от костра. Желудок тут же дал о себе знать.

– А ведь ты прилично проголодался! – подсказал я себе. – Просто со всеми этими переживаниями хлеб насущный отошел на второй план. Надо бы подумать о сложившейся ситуации, но в голове натуральная каша из страхов, удивления, сомнений, предположений. Да, информации катастрофически мало. Вояки на полянке явно по-человечески разговаривать не умеют, поэтому ответов в ближайшее время ждать не приходится. Так что, пока тебе кто-нибудь не объяснит, что вообще происходит, попробуй держать себя в руках, а то так и до клинического психоза недалеко. Смотри, слушай, вникай, получай всю информацию, какую сможешь достать, и вскоре всё прояснится. Кстати! Что же всё-таки это там за кустами шумит? Готов поклясться, что это горная река…

Было ещё кое-что. Какое-то новое ощущение внутри. Ни на что не похожее, оно, словно маленький костерок, тлело, вызывая недоумение. Ощупал себя всего. Хмм… Вроде никакого кинжала из груди не торчит, парашют за спиной не волочится. И что же это у меня там такое?!

Из раздумий вывел подошедший костровой. Он молча поставил рядом на землю приличного размера деревянную миску, наполненную чем-то похожим на мясное рагу, и протянул деревянную же ложку.

– Спасибо! – первое слово, которое я наконец-то произнес внутри своего поразительно качественного глюка.

– Рррурра, – лаконично произнес солдатик и вернулся к костру, вокруг которого уже тесной толпой сидели остальные, бодро наяривая ложками. Через пару минут костровой вернулся с большой кружкой, наполненный чем-то жидким.

Я благодарно кивнул, принимая кружку, и принюхался. Пиво! Хмм! А мне здесь начинает нравиться!

Рагу в тарелке оказалось так много, что я кое-как осилил, не смотря на то, что оно было вполне недурно. Не доесть не рискнул. Мало ли что! Нанесу какое-нибудь оскорбление – вызовут на дуэль… у меня против этих качков совершенно никаких шансов, а я жизнь люблю во всех проявлениях, даже в коматозе! Не хотелось бы с ней расставаться из-за объедков. Пиво оказалось кислое, едва ли крепче кваса, но я с удовлетворением его выдул – алкоголь даже в малых дозах точно обеззаразит воду, а это в походных условиях совсем не помешает.

После обильного ужина возникли кое-какие потребности. Я в нерешительности оглянулся по сторонам – все занимались своими делами. Встал, потоптался на месте и не спеша двинулся в лесочек. Не успел сделать и десяти шагов, как дорогу заступил мой давешний знакомец с коротким копьем. Рыкнул. Вроде вопросительно? Смотри-ка, а ведь у меня наметился прогресс в понимании аборигенов! Делаем вывод: меня не вяжут, но очень внимательно приглядывают. В принципе, устраивает. Сыт, обут, одет, под охраной – мечта коматозника!

Повеселев, я изобразил пантомиму «писающий мальчик». Указующее копьё направило меня к устроенному за границей лагеря отхожему месту и, конечно же, сопроводило до него и обратно.

– А не плохо у них тут всё! – впечатлился я. – Явно армейский порядок. Когда мы в другом мире ходили в поход, на такое тщательное устройство лагеря никто времени не тратил. Все удобряли те кустики, которые больше нравились.

Когда вернулся к своим листьям, на них оказалась брошена большая мохнатая шкура неведомого животного. Хотелось поблагодарить добродетеля, но никого рядом не было. Солдатики устраивались спать примерно так же, как и я, начальство обживало палатки, на границе лагеря черными тенями бродили дозорные. Температура явно понизилась градусов до 10. Я завернулся в шкуру, посмотрел на кристально чистое небо, густо усыпанное незнакомыми звездами.

– Co to będzie, co to będzie? – со вздохом процитировал классика, повернулся на бок и мгновенно заснул.

Глава 2. Навстречу приключениям

Проснулся утром, но не спешил открывать глаза. Может мне всё приснилось? Вот сейчас поднимусь, и окажется, что я уснул в офисе, прямо на клавиатуре, а парни прикрепили какую-нибудь издевательскую бумажку на затылок… Какое там! Четко послышался хруст ломаемого дерева, порыкивание мордатых солдатиков, да и звук горной речки никуда не делся. Кажется, пора вылезать, глупо дальше притворяться.

Вдруг опять кто-то виртуальный обнял меня, как вчера… Я задергался, словно в шкуру заползла змея, и попытался выскочить, но запутался и очень смешно барахтаясь, кое-как встал на четвереньки. Быстро огляделся и заметил, как от меня отходит необъяснимо странный тип, один из вчерашних участников торжественной встречи. Так вот кто мой тайный обожатель! Ну я тебе покажу, как обнимать настоящих русских мужиков, извращенец! Мысленно погрозил ему кулаком, вздохнул и вылез наконец-то из шкуры.

По всему лагерю наблюдались признаки быстрых сборов. Имущество складывалось, увязывалось и водружалось на заводных животных. Все были при деле, а я торчал посреди суеты, как неприкаянный, и всё сильнее испытывал неловкость. Наконец осмелел настолько, что тихонько двинулся к предполагаемой речке. Думал, куратор снова поймает, но, к удивлению, я беспрепятственно прошел за кустики, где действительно обнаружилась маленькая, в пару метров шириной, речка. Подойдя к воде, нашел удобный камешек и сполоснул лицо. Вода была ожидаемо холодной. Скинув майку, решительно освежил торс и побрел назад.

Шкуры на месте уже не оказалось, вместо неё терпеливо стоял мой давешний приятель, которого уже смело можно называть денщиком, в компании с одним из скакунов. Это была особь из табуна на окраине лагеря. Близко до этого их увидеть мне пока не доводилось, и вот, наконец, сподобился. Мохнатый зверь, чем-то отдаленно похожий на поджарого бычка, о четырех мощных смешных ногах с огромными круглыми коленками и несуразными копытами, имел мощную грудь, здоровенную носатую морду с коричневыми глазами навыкате. Макушку венчал широкий плоский костяной нарост. На спине закреплена кожаная конструкция типа седло, только с подозрительно высокими передней и задней частью. В обычной жизни я лошадь видел и даже один раз проехался на ней в заброску на маршрут на Алтае, но совершенно не знал, как это всё хозяйство работает и уж тем более называется. Пока, для некоей определенности, решил животное назвать быком, а седло – оно и в коматозе седло.

Огляделся. Лагерь уже был собран, и солдатики постепенно рассаживались на своих быков. Заводные покорно стояли рядышком. Навскидку, солдат была полусотня. По идее, серьезное формирование. Если это простой дозор, то явно усиленный. Интересно, что у них тут за неспокойные времена, если выделяют такие дозоры.

Похоже, наш эскадрон гусар летучих готов к взлету, и мне приготовили транспорт. Очень мило, кстати! Видимо, кто-то остался без своего заводного ради такой вип-персоны. Я высоко оценил жест.

Осторожно подошел и неловко забрался в седло. Оно было очень не привычно. Мой рост был минимум на голову выше самого рослого вояки, так что стремена оказались короткие. Денщик быстренько их отрегулировал и вскочил на своего бычка, что стоял поодаль. Все двинулись вдоль полянки. Как управлять транспортом, я совершенно не знал, но глядя на остальных, быстро разобрался. На загривке у него была закреплена деревянная П-образная конструкция, направляя которую и можно было рулить. Ничего сложного. Транспорт мне попался спокойный и послушный, видимо, специально подобрали. Пока шагали медленно – проблем особо не было. Потом чуть ускорились, и тут сказалось моя абсолютная некомпетентность в верховой езде. Я держался на бычке так нелепо, что это не укрылось от взглядов сопровождающих. Послышались булькающие звуки: видимо, ребята от души веселились, наблюдая уморительного долговязого гражданского, который катается как клоун, смешно подпрыгивая в седле и отчаянно пытаясь не свалиться. Моя задница тоскливо сжалась, предвкушая трудный день.

Возможно, начальство тоже заметило мои затруднения, и тряские скачки быстро закончились. Мы потянули по тропе вдоль речки торопливым, но всё же шагом. Кое-как приноровился не выпадать из колонны и расслабился.

Наконец-то я мог оглянуться по сторонам, и душа, как говорится, свернулась, а потом развернулась! Мы шли по неширокой горной тропе вдоль речки. Вокруг восхитительно живописным полотном раскинулись поросшие пронзительно зеленым лесом сопки. За ними белыми шапками сверкали высотки посерьезнее. В зарослях кто-то верещал, свистел и квохтал, и эти звуки совершенно не вызывали беспокойства ни у животных, ни у солдат. Над головой в бескрайней вышине кто-то летал. Воздух был чист и наполнен ароматом разнотравья с легкими нотками навоза. Вся эта мизансцена была настолько хороша, что на меня накатила волна неописуемого восторга! Из промозглого, наполненного постоянными делами и работами города, получив внеочередной отпуск, я нежданно улетел в чудесную теплую страну на многодневное сафари. Теперь нет ни забот, ни начальства, ни сроков, ни заявок, а только мерно покачивающееся седло и потрясающие виды вокруг! Я восхитительно провел время, которое мы протопали до обеда, разглядывая местные красоты!

Слегка беспокоило новое странное ощущение внутри, но это было не больно, а потому со временем просто перестал обращать на него внимание.

Остановились прямо на берегу речки, на скорую руку перекусили и двинули дальше. Утолив жажду первых впечатлений, я задумался. Итак, что мы имеем? А имеем мы удивительно стойкий и реалистичный коматозный сон, в котором присутствуют сказочные персонажи, флора и фауна. Планета явно земного типа, что для сна как раз очень даже типично. Длина суток и гравитация явно земные или очень близко к тому, поскольку я никаких отличий не замечаю. Как выйти из этого коматоза? Совершенно не понятно. И если положить руку на сердце – выходить совершенно не хочется! Как говорится в классическом мультике: «Нас и здесь неплохо кормят»! Вот сейчас придем в какой-нибудь замок, там я женюсь на мускулистой невысокой носатой принцессе и стану графом. Хотя, чего мелочиться с этом графством? Стану-ка я сразу герцогом! Да что я несу?! Она же принцесса! Я стану принцем. Старый король на радостях отпишет мне королевство и уедет за город выращивать помидоры, а я останусь нести свет современного знания неразумным аборигенам, казнить и миловать. У нас родятся тройня сыновей. Один будет умный, второй красивый, а третий дурак…

РРРЫЫ! Рявкнул бычок, запнувшись ногой о камень, и опасно наклонился, после чего я стремительно полетел вперед, нелепо выставив руки и вытаращив глаза. От позорного падения спасла высокая передняя лука седла, за которую зацепились штаны. Когда бычок вернулся в горизонтальное положение и вернул седока назад, причиндалы так прижало, что я не удержался и зашипел, скривившись. Вокруг раздалось знакомое булькание, подкрепленное порыкиванием. Понятно: ближайшие зрители передали по цепочке весть о конфузе. Пришлось поёрзать, постоять в стременах и понагибаться. Когда чуток отпустило – помахал всем рукой и улыбнулся. Не стоит обижаться на ребят. У них очень однообразная и наверняка не легкая жизнь. Маленькое шоу точно не помешает и станет предметом обсуждений и шуток на месяцы, если не на годы. Ну и пусть. Они были ко мне добры и с меня не убудет дать им немного повеселиться.

Солнце уже начало клониться к закату, когда мы подошли к месту впадения нашей речушки в другую, не менее живописную. Вода в последней была белёсого цвета. Споро форсировали новую речку и пошли вниз по её правому берегу. Не успели пройти и пару поворотов, как у меня появилось странное ощущение, которое приятным не назовешь. Это ощущение шло от того, что появилось внутри, после попадания в кому. Привстав на стременах, покрутил головой, прислушался – ничего особенного. Оглядел попутчиков – ноль эмоций. Нахмурился, но побрел дальше, пытаясь понять природу моего беспокойства. Когда солнце стало задевать верхушки деревьев, наш эскадрон начал искать полянку для ночлега. Пока нашли, пока разместились, пока начали готовить снедь, я бродил вокруг – неприятное ощущение не пропало, а может, даже слегка усилилось.

Без аппетита поклевал еду, сходил к речке, умылся, сел возле костра… Нет, не проходит! Не могу понять, что такое. Как будь то сейчас должна приехать комиссия принимать объект, а ты знаешь, что у тебя там есть мрачнейший косяк! И сказать не можешь, ведь много поставлено на кон, и молчать совесть не дает… Так ничего и не поняв, нашел своего денщика, завернулся в предложенную шкуру и попытался уснуть. Спал плохо, ворочался и просыпался. Под утро закемарил, а когда лагерь поднялся, встал полностью разбитый. Ощущение тревоги переросло в ощущение опасности и уже откровенно доставало! Внутри словно ныло, как свежая рана. Я снова обошел лагерь, постоял на берегу реки и пошел искать командиров. Попытался объяснить им, что чувствую тревогу: махал руками, бил кулаком в грудь, указывал на что-то вокруг себя, и естественно был не понят. Вперед выступил мутный извращенец, пристально посмотрел на меня, после чего опять накатило объятие. Чтоооо?! Так это… колдовство что ли? Получается, он колдонул какую-то диагностику! Похоже доктора там, в моем мире, сложа руки не сидят, а подкалывают мне какой-то забористый препаратец… Теперь меня в коматозе вштыривает по-особенному! Ну ладно, посмотрим что будет дальше.

Командиры порыкали и посмотрели на меня. Ну понятно: не видит этот шаман ничего особенного во мне. Махнув рукой, я развернулся и пошел к своему спотыкачеку. По горячим следам решил назвать его Стамбл.

Весь день до обеда ехали вдоль речки, а мне становилось всё страшнее. Медленно, но стабильно. И вот наша долина сузилась за счет огромных скальных выходов по его краям. Река прорезала среди них каньон шириной метров сто, с высокими отвесными стенами, который терялся где-то за поворотом. Посередине каньона по камушкам скакала речка. Стены долины довольно круто поднимались ввысь, и единственный удобный проход дальше был через этот каньон, под одной из его стенок. Там была видна тропа, зеленели какие-то кустики, говорящие о том, что даже в паводок эта часть давно не затапливалась.