Стратегические операции люфтваффе. От Варшавы до Москвы. 1939-1941

Предисловие

Эта книга посвящена теме, которой, согласно сложившимся стереотипам, вроде бы не должно быть. Из большинства книг о люфтваффе складывается впечатление, что немецкие бомбардировщики занимались исключительно поддержкой наступающих войск в духе стратегии блицкрига. А налеты на Англию осенью 1940 г. якобы продемонстрировали «неспособность Германии вести тотальную воздушную войну».

Следует напомнить, что стратегические бомбардировки – это военная стратегия в стиле тотальной войны, целью которой является уничтожение экономической способности страны противника вести войну. Кроме того, стратегические авиаудары могут воздействовать на моральный дух населения и политическое руководство страны с целью склонить последнее к сдаче.

Согласно устоявшимся за 65 лет штампам у люфтваффе ничего этого не было и в помине.

Вот только некоторые из весьма сомнительных мифов: «Германия была не способна осуществлять стратегические бомбардировки», «немецкая авиация была нацелена только на выполнение чисто тактических задач», «советская ПВО оказалась сильнее английской и не дала немцам сровнять Москву с землей», «битва над Англией в 1940 г. была проиграна люфтваффе». Последнее вызывает особенно большое сомнение по двум причинам. Во-первых, была ли вообще такая «битва»? Как известно, данный термин еще в годы войны был придуман Уинстоном Черчиллем, который в прошлом был журналистом и умел сочинять красивые заголовки. И во-вторых, как немецкая авиация, «проиграв» ее, потом весной 1941 г. в течение четырех месяцев буквально утюжила английские города?

Большой вклад в искажение истории воздушной войны внесли германские «мемуаристы-пессимисты»: Адольф Галланд, Альберт Кессельринг и их коллеги. Данные господа напоминают спортивных комментаторов, которые взялись описывать проигранный некоторое время назад матч. Забыв о принципах историзма, они рассказывали о войне в воздухе, руководствуясь принципом, что ее исход был известен с самого начала и все, что бы ни делали немцы, изначально было обречено на крах. Поэтому все операции люфтваффе указанные деятели описывали как некую цепь поражений, обвиняя в них Гитлера и Геринга, которые, мол, не понимали истинного предназначения авиации и в итоге «погубили» ее.

Заведомую «бесполезность» германских бомбардировок доказывают их конечным результатом: мол, все равно Англия в итоге не сдалась. Забывая при этом, что осенью 1940-го и даже весной следующего года это вовсе не было известно. В Великобритании был демократический режим, поэтому, если бы массированные налеты склонили общественное мнение в пользу капитуляции, никакое личное упрямство Черчилля не помогло бы правительству продолжать борьбу. И наконец, какая-нибудь немецкая бомба просто могла убить «дядю Уинстона» и привести к смене власти в стране.

Даже успешные операции люфтваффе, такие как авиаудар по Ковентри, Галланд объяснил «удачным стечением обстоятельств», как будто он не являлся результатом правильно выбранной тактики и стратегии.

Военным историкам и проигравшим войну мемуаристам удалось буквально внушить себе и читателям, что стратегический бомбардировщик обязательно должен был быть четырехмоторным и выпускаться в огромных количествах. При этом совершенно не думая об эффективности.

Английский «Ланкастер» мог доставить 5,5 т бомб на расстояние 1600 км. При этом англичане делали ставку на тупые схематичные атаки огромным строем самолетов с плохо обученными экипажами. В результате лишь 50 % сброшенных «Ланкастерами» бомб падало в районе цели, кроме того, три экипажа из четырех даже не были уверены в том, что они обнаружили цель! Что касается американского В-17, во время налетов на Германию его грузоподъемность не превышала 2,3 т. Бомбы при этом сбрасывались по площадям, и 70 % падало мимо цели.

У немецкого «Хейнкеля» Не-111 максимальная бомбовая нагрузка составляла 2,5 т, а «Юнкере» Ju-88A-4 мог доставить 2900 кг бомб на расстояние 900 км. При этом надо учитывать, что для Германии, основными противниками которой в Европе были Англия и СССР, дальности действия в 900—1000 км было вполне достаточно. Немцы делали ставку не на налеты бесчисленными армадами, а на индивидуальное мастерство конкретных экипажей. Авиаудары наносились оптимально организованными соединениями, способными легко маневрировать в воздухе. А небольшое количество самолетов компенсировалось точностью их ударов и атаками с пикирования. Поэтому эффективность поражения целей в люфтваффе была в три-четыре раза выше, чем у их противников.

Отрицая проведение немцами стратегических операций, им щедро приписали массу «террористических» налетов: Герника, Роттердам, пресловутый Ковентри, Белград и т. д. Хотя в действительности командование люфтваффе в 1939–1941 гг. ни разу не отдавало приказов о бомбардировке жилых домов. Ибо это противоречило всем германским военным традициям и здравому смыслу. Даже Гитлер до определенного момента являлся ярым противником авиаударов по мирному населению!

В этой книге впервые приведены описание и анализ наиболее важных стратегических операций люфтваффе в 1939–1941 гг.

Авторы выражают благодарность за помощь в работе над книгой Михаилу Вадимовичу Зефирову и Вальтеру Вайссу (Германия).

Универсальные бомбардировщики

Одной из важнейших составляющих ударной силы германского блицкрига была бомбардировочная авиация люфтваффе. История ее создания восходит к первым годам нацизма. По условиям Версальского договора немцам было запрещено иметь бомбардировщики, поэтому их первые авиагруппы появились в Германии только в 1934 г. Они были оснащены двухмоторными самолетами Do-11 и Do-23, а также трехмоторными Ju-52. В следующем году количество групп было доведено до семи, а 1 апреля 1936 г. были сформированы пять бомбардировочных эскадр (Kampfgeschwader – KG). Затем число подразделений стало быстро расти, одновременно на их вооружение начали поступать современные самолеты. Наконец, 1 мая 1939 г. в люфтваффе прошла крупная реорганизация, в ходе которой практически сложилась их структура, просуществовавшая до конца Второй мировой войны. Была введена новая удобная нумерация, согласно которой эскадры, вошедшие в 1-й воздушный флот, получили номера с 1 по 25-й, во 2-й воздушный флот – с 26 по 50-й, в 3-й воздушный флот – с 51 по 75-й, а входившие в 4-й воздушный флот – с 76 по 100-й.

Согласно организационной структуре эскадры делились на группы, обозначавшиеся римскими цифрами (I, II, III и IV). Те, в свою очередь, состояли из эскадрилий, обозначавшихся арабскими цифрами (1, 2, 3, 4 и т. д.). Эскадрильи же подразделялись на звенья, являвшиеся базовой единицей. В состав звена по штату входило три самолета, в состав эскадрильи – двенадцать. Три эскадрильи составляли группу, штатная численность которой, таким образом, насчитывала 36 бомбардировщиков. Эскадра, как правило, состояла из четырех авиагрупп[1], причем четвертая была учебной, занимавшейся подготовкой и вводом в строй пополнения, и потому в боевых действиях обычно не участвовала. Кроме того, каждая группа и эскадра имели штабное звено (Stab.), на самолетах которого летали ее командир и офицеры штаба. В результате общая штатная численность эскадры составляла 130 самолетов. На практике же часть машин всегда находилась в ремонте либо просто в неисправном состоянии, и число боеготовых (исправных) бомбардировщиков могло сильно отличаться от штатного. Помимо эскадр в бомбардировочной авиации имелись также отдельные авиагруппы (Kampfgruppe – KGr.). Как правило, они предназначались для выполнения каких-либо специальных задач, например для наведения на цель основной массы бомбардировщиков, борьбы с вражеским флотом, постановки мин и т. д.

Система командования в люфтваффе была довольно сложной. Эскадры организационно входили в состав авиадивизий либо авиакорпусов, которые создавались по территориальному признаку и не имели постоянного состава. Они осуществляли оперативное руководство действиями бомбардировщиков в определенном районе боевых действий (например, Западное Средиземноморье, Северная Африка, фронт группы армий «Б» и т. п.). При этом командиры эскадр сохраняли полную тактическую самостоятельность. Авиадивизии и корпуса, в свою очередь, подчинялись авиационным командованиям люфтваффе, также создававшимся по территориальному признаку, например для поддержки наступления на определенном участке фронта.

Высшей ступенью в организационной структуре люфтваффе был воздушный флот, каждый из которых действовал на определенном театре военных действий. Так, при вторжении в СССР на Восточном фронте было развернуто три воздушных флота: 1 – й действовал на фронте группы армий «Север», 2-й – в полосе группы армий «Центр», 4-й – на южном направлении. Командование флотов осуществляло общее стратегическое руководство действиями всех авиационных подразделений в своей зоне. Таким образом, воздушный флот или авиакорпус представляли собой, по сути, территориально-административные структуры. Воздушные флоты в свою очередь подчинялись Главному командованию люфтваффе и Генеральному штабу люфтваффе.

После победы над Францией в июне 1940 г. рейхсмаршал Геринг заявил: «В начале войны Германия была единственной страной, в распоряжении которой имелись эффективные военно-воздушные силы, являющиеся самостоятельным видом вооруженных сил и имеющие на вооружении первоклассные самолеты… Основная масса наших люфтваффе имела структуру, позволяющую наносить удары в глубине территории противника и достигать стратегических результатов». И на тот момент он был абсолютно прав.

Одна из распространенных точек зрения гласит, что командование немецкой авиации с молчаливого согласия Гитлера не позаботилось о создании стратегических бомбардировщиков, имея в виду прежде всего четырехмоторные самолеты.

Британский маршал авиации Харрис писал: «Немцы фактически совсем не имели стратегических бомбардировщиков, так как вся их бомбардировочная авиация должна была обеспечивать выполнение задач армии. Она применялась для нанесения ударов по городам только тогда, когда не требовалось обеспечения поддержки армейским частям». Примерно ту же точку зрения высказывал американский авиационный генерал Теддер: «Немцы так и не смогли понять, что означает воздушная мощь». Ряд немецких командиров и авиаторов, таких как Адольф Галланд, Альберт Кессельринг и другие, тоже считал, что авиация в первую очередь должна была выполнять именно стратегические задачи, а уж только во вторую заниматься непосредственной поддержкой войск. По их мнению, люфтваффе, и в первую очередь бомбардировочные эскадры, всю войну использовались неправильно и рассматривались только как придаток сухопутных войск.

Но есть и другое мнение. Так, британский профессор Блакетт считал, что если бы Германия направила большую часть мощностей своей промышленности на создание четырехмоторных бомбардировщиков, то это в дальнейшем значительно снизило бы мощь танковых ударов вермахта и нарушило бы прекрасно организованное взаимодействие авиации с наземными войсками.

В гитлеровской стратегии блицкрига главной задачей авиации действительно была поддержка сухопутных войск и разгром вооруженных сил противника. С этой целью самолеты-разведчики должны были обеспечить заблаговременное обнаружение целей (аэродромов, военных баз, мостов и дорог и т. д.), а истребители – завоевать господство в воздухе над местами сражений. После этого бомбардировочная и штурмовая авиация должна была наносить удары по войскам противника и коммуникациям в его оперативном тылу.

Однако это не значит, что люфтваффе были неспособны проводить стратегические операции и не проводили их. Просто немцы, в отличие от англичан и американцев, не пошли путем создания отдельных типов самолетов для подразделений, занимавшихся тактическими и стратегическими задачами. Вместо этого в 30-х гг. были созданы универсальные машины, которые могли с равным успехом использоваться для решения всех задач.

Весной 1937 г. вступили в строй двухмоторные бомбардировщики «Юнкере» Ju-86, а осенью был принят на вооружение Do-17. Последний разрабатывался как пассажирский самолет и лишь потом был «перепрофилирован» в боевой. По тем временам «Дорнье» обладал высокими характеристиками: мог летать со скоростью 360 км/ч, подниматься на высоту восемь километров и нести одну тонну бомб. Оборонительное вооружение состояло из трех пулеметов. Большим недостатком «летающего карандаша», как его называли сами немцы, был малый радиус действия, всего 600 км.

Зимой 1936/37 г. германская промышленность изготовила для люфтваффе первый «Хейнкель» Не-111. Эта машина тоже создавалась как пассажирская, но была гораздо лучше приспособлена для своей новой исторической роли. Первые прототипы развивали сравнительно небольшую скорость – до 370 км/ч – и могли нести полторы тонны бомбового груза. Однако «Хейнкель» обладал большими возможностями для модернизации. По мере установки новых двигателей и улучшения аэродинамики ТТХ самолета значительно улучшились. В 1939 г. началось производство модификации Не-111Н с двигателями Jumo-211. Этот самолет уже мог развивать скорость до 400 км/ч, нести до 2,5 т бомб и обладал эффективным радиусом действия в 1000 км. Имеется в виду расстояние по прямой до цели, которое мог преодолеть самолет без дозаправки, выполнить бомбометание, после чего вернуться на свой аэродром. Бомбовая нагрузка при этом составляла 1,5–2 т. Теоретически с уменьшенной бомбовой нагрузкой «Хейнкель» мог «добраться» и до объекта на расстоянии 1300–1500 км. То есть это был вполне стратегический бомбардировщик, не уступавший английским «Ланкастерам» и американским «летающим крепостям».

Не-111 был универсальным самолетом и мог использоваться для выполнения различных тактических и стратегических задач, в том числе как торпедоносец, миноносец, дальний разведчик и даже транспортник.

Летом 1939 г. был принят на вооружение новый двухмоторный бомбардировщик «Юнкере» Ju-88. В отличие от своих предшественников он создавался специально для войны и по своим тактико-техническим параметрам превосходил как все немецкие самолеты, так и аналогичные машины других стран. Ju-88A мог летать со скоростью до 433 км/ч, нести до полутора тонн бомб и подниматься на высоту до 8200 м. Эффективный радиус его действия тоже составлял до 1000 км. Кроме того, «Юнкере» был способен пикировать под крутыми углами, и все это делало его универсальной боевой машиной, способной уничтожать цели на поле боя, наносить точечные удары по кораблям, железным дорогам, промышленным предприятиям в глубоком тылу противника и другим объектам.

Именно «Юнкере» Ju-88 и «Хейнкель» Не-111 стали основными двухмоторными бомбардировщиками люфтваффе, использовавшимися на протяжении всей Второй мировой войны.

Стандартный экипаж немецкого двухмоторного бомбардировщика обычно состоял из четырех человек: пилота (чаще всего командир экипажа), штурмана, бортрадиста-бортстрелка и бортмеханика-бортстрелка. В Не-111, имевшем более вместительную кабину и больше свободного пространства внутри, экипаж мог насчитывать пять и более человек. Пятым обычно был дополнительный бортстрелок. Во время полета к цели и обратно самолетом управлял пилот, а в задачу штурмана входили ориентация на местности и четкий вывод самолета на объект атаки. Бомбометание осуществлялось разными способами. При атаке с малой высоты и с пикирования кнопку сброса бомб нажимал сам пилот. При бомбометании с большой высоты штурман, расположившись на полу кабины, включал прицел и все управление машиной временно переходило к нему. Зафиксировав в перекрестие нужный объект, он нажимал кнопку сброса, после чего выключал прицел, и далее самолетом вновь управлял пилот.

Собственно, и само название Kampfgeschwader – дословно «боевая эскадра» (не бомбардировочная!) – говорило о том, что эти подразделения были предназначены для решения широкого круга задач – от налетов на артиллерийские позиции до стратегических рейдов в тылу противника. Поэтому созданные германскими конструкторами еще в конце 30-х гг. четырехмоторные бомбардировщики оказались невостребованными. 22 ноября 1937 г. Гитлер вместе с генералами Мильхом, Удетом и Герингом посетил в Аугсбурге фирму «Мессершмитт-АГ». При осмотре завода Вилли Мессершмитт попросил фюрера «взглянуть на новую конструкцию». Когда были открыты ворота в большой цех, «экскурсанты» увидели огромный четырехмоторный самолет. Мессершмитт сообщил, что дальность полета этой машины с тонной бомбового груза составит 6000 км. Гитлера конструкция в целом заинтересовала, однако Мильх и другие присутствующие сказали, что на массовое производство подобных машин нужно слишком много сырья и мощных двигателей. В итоге заказ на производство самолета, позднее получившего индекс Ме-264, так и не поступил, хотя в случае поступления на вооружение люфтваффе он мог быть использован для налетов не только на Урал, но и на Новосибирск, Иркутск и Читу, Нью-Йорк, Вашингтон и даже Чикаго. Первый опытный экземпляр бомбардировщика был построен в конце 1942 г., однако в дальнейшем из-за нехватки ресурсов и отсутствия интереса у командования люфтваффе работы по нему были свернуты.

Примерно то же самое произошло с четырехмоторным Ju-89 фирмы «Юнкере» и Do-19 фирмы «Дорнье». Ешоннек в 1937 г. считал, что готовящийся к производству пикирующий бомбардировщик Ju-88 будет идеальным ударным самолетом для люфтваффе. Эту точку зрения поддержал и Геринг, считавший, что вместо одного четырехмоторного можно сделать два-три двухмоторных бомбардировщика. На создание и обслуживание отдельного флота четырехмоторных бомбардировщиков у Германии попросту не хватало ресурсов.

Глава 1 Массированные налеты