Дым и зеркала

ГОВОРИТ ЮСТАС БАСКЕТ, ВНЕШТАТНЫЙ ЖУРНАЛИСТ

Гонец в разгар жестокого сражения

Еще не зная об его исходе,

Вскочил в седло и ускакал стремглав.

В. Шекспир «Генрих IV», ч.1, акт 1, сцена 1

…нет, у меня и в мыслях не было никогда писать про Эда Иглета3, или как его там звали. Я слышал, конечно, про историю с его самоубийством, об этом было во всех газетах, а потом еще прошли коронерские слушания, но писать про это я никогда не собирался. Это не мой формат – я всегда готовил небольшие материалы, исключительно по своей инициативе, я же внештатный, не забывайте. Но так уж получилось. Это все из-за Криса. Крис Мартин, он-то как раз был в штате, и ему наш босс Энди поручил подготовить большой материал, на целую полосу, к годовщине самоубийства Иглета. Крис взялся, а потом исчез. Знаете эту историю? Ну как же…

…это было в субботу, и Энди мне позвонил рано утром, часов в восемь, я еще подумал, что это за придурок звонит в такую рань в субботу, и он меня вызвал в офис. Я приехал. Энди сидит злой как черт. Ты знаешь, говорит, где Крис? А я без понятия, я Криса дня три уже не видел вообще, он даже вечером в «Розе и Короне» не появился. «Роза и Корона» – это наш местный паб, мы же с Крисом живем рядом, и по пятницам обычно там встречаемся, только вечером его не было. И до этого я его не видел несколько дней. Я про это уже сказал…

…ну что значит – друзья? Мы с ним в одну школу ходили, соседи ведь, но он на два года старше, так что особо близко не общались, потом он вообще поступил в университет в Эссексе, там его Энди и подобрал, ну мы встретились как-то в «Розе и Короне», выпили, разговорились, я ему рассказал, что кое-что пописываю для «Сан», а он и говорит – а не хочешь у нас попробовать. Познакомил меня с Энди. У меня как раз был материал про бабулю из Чизика, которая отбилась от трех здоровенных грабителей, я его показал Энди. Ему понравилось, и я стал для них тоже писать. Иногда брали, иногда не брали – ну вы знаете, как это бывает. Так что я с Крисом в нормальных отношениях был. В хороших. По пятницам встречались в «Розе и Короне», ну я про это уже сказал…

…ну вот, и Энди мне показывает распечатку письма от Криса, которое… оно в три часа утра было отправлено – представляете? Там что-то, что у него сложная личная проблема, что он вынужден немедленно уехать, появится не раньше, чем через три недели, бла-бла-бла, материал в срок сдать не может и приносит свои извинения. Я еще тогда не знал, про что он пишет. Энди, как только это письмо прочел, сразу начал Криса вызванивать, а у того идет сброс номера. И мобильный Энди сбрасывается, и мобильный Сью – это жена Энди, и офисные стационарные номера сбрасываются тоже…

…Энди и говорит мне – вы же приятели, позвони ему со своего мобильного, может, он тебя не заблокировал, спроси, что он о себе возомнил, выкидывать такие штуки. Я набрал Криса, и он ответил. Не заблокировал, то-есть, мой номер. Я говорю, Крис, как дела, ты где? чего тебя не было вчера? Он сначала сказал, что все в порядке, а потом и спрашивает – ты не из офиса, случаем, звонишь? Энди рядом? Ну, я врать не стал, говорю – рядом. Передай ему, говорит он, привет. И отключился. И с моего номера тоже звонки к нему перестали проходить. Тут же…

…ну, когда Энди понял, что Крис жив-здоров, он немного успокоился, хотя понятно было, что Крису здесь больше не работать. Тут мне Энди и рассказал, что Крис готовил большой материал про Эда Иглета и его самоубийство. Посмотрел на меня и говорит – не хочешь попробовать? вместо Криса?…

…это же отличный шанс – материал на полосу, почти гарантированное попадание в штат, тем более, что Крис сам себя уволил, и место освободилось. Криса, конечно, жалко, но никаких угрызений совести, ничего такого, я его не подсиживал, не интриговал, он сам себе это все устроил; если бы он не блокировал номер Энди, а просто поговорил с ним по-человечески, объяснил бы ситуацию, все бы еще и обошлось, но вот эта история с блокировкой входящих звонков – это уже слишком…

…нет, я не знал, что Крис тоже был в «Примавере»: пока он не исчез, он вообще свой материал со мной не обсуждал, а потом, как я сказал уже, он меня заблокировал, так что я с ним не говорил до самого его возвращения, когда моя статья уже вышла. Но это же очевидно – «Примавера»! Сразу после самоубийства Иглета про него много писали, была куча интервью с людьми, которые его близко знали. Вы же помните, наверное – все в один голос утверждали, что никак не могло быть самоубийство, потому что никаких причин для этого не было. Все его встречи за месяц до смерти изучили, поговорили со всеми, кто с ним виделся – ровным счетом ничего, что могло привести к такому концу. А ведь должна же быть причина – человек так просто, ни с того, ни с сего, в петлю не полезет. Я говорил с полицейскими, которые вели расследование: они мне сказали, что с учетом личности покойного и его отношений с властями в России, версия убийства – самая очевидная. Только это никак не могло быть убийство, потому что это физически невозможно. Вы помните обстоятельства дела? Там окно было, которое как нарочно заложили кирпичом, да еще решетка, и дверь, закрытая изнутри на засов и банемский замок, которую пришлось вышибать, потому что единственный ключ был в кармане халата у Иглета, а если бы и был второй ключ, то снаружи его все равно вставлять было некуда. Вы на коронерском следствии не были? Я тоже не был, но читал, что полицейские притащили на слушания эту дверь и демонстрировали там, что если она закрыта изнутри, то снаружи ничего с ней не сделаешь. Так что убить его было невозможно физически. Остается, понятно, только самоубийство. А про это все говорят, что самоубийство для Иглета было психологически невозможно. Понимаете? У меня в университете был курс по психологии, вел профессор Эрлих, и он нам часто говорил, что психологическая невозможность – такой же весомый аргумент, как и физическая. Если какой-то поступок для человека психологически невозможен, то он никогда и не будет совершен. Точка. Конец истории. Значит что? Раз это самоубийство, то незадолго до него должно было что-то произойти, что эту самую психологическую невозможность превратило в психологическую возможность. Должна быть причина, а ее обнаружить так и не удалось. Вот теперь слушайте. Он повесился в субботу утром, и в этот самый вечер, в субботу, у него была запланирована пресс-конференция, и он в пятницу с утра всех журналистов обзвонил и подтвердил, что встречаются у него дома. Потом он обедал с девушкой в Мэйфэр, у Новикова, потом пару часов они ходили по магазинам на Бонд Стрит, он покупал ей подарки. Ничто не предвещает, не так ли? Потом, с этой же девушкой, был в Поло-баре, в Вестбери. Там они выпили бутылку шампанского, он проводил ее до номера, но не остался, а отправился в «Примаверу» ужинать. Один. Он появился в «Примавере» около семи вечера, в половине двенадцатого рассчитался, поехал домой, и, прежде чем лечь спать, отпустил прислугу на три дня. С этой минуты и до десяти тридцати следующего утра на его телефон ни одного звонка не поступало. Вы следите? Так вот, если что-то случилось, что толкнуло его в петлю, то это что-то произошло именно в «Примавере»…

…конечно, его там помнят, еще бы. Еще бы они не помнили такого клиента! Я говорил с метрдотелем, он повторил то же самое, что говорил и полиции – приехал, поужинал, уехал в великолепном расположении духа, шутил и смеялся. А почему вы спрашиваете про «Примаверу»?…

…нет, мне это и в голову даже не пришло. А зачем надо было говорить с официантом?…

…нет, я Криса после его возвращения не видел. Я вообще не знаю, где он сейчас. Может быть в Северной Ирландии, хотя я не уверен. Мне сказали в офисе, что он встречался с Энди, что они долго разговаривали, но я его не видел. Мне он только позвонил один раз, вот тогда и сказал, что ему предложили место в Белфасте. Я спросил, видел ли он мою статью, а он сказал, что видел, и что получилось полное дерьмо. И еще он сказал, что мне крупно повезло. Я не думал, что он такой завистливый…

…а почему вы спрашиваете про официанта?..

ГОВОРИТ ДЖЕЙМС ДЕЛАНСИ, ИММИГРАЦИОННЫЙ АДВОКАТ

В краях, омытых бурными морями,

В Уэльсе, в Англии, в горах шотландских

Кто назовет меня учеником?

В. Шекспир «Генрих IV», ч.1, акт 3, сцена 1

…меня попросили, чтобы я с вами встретился и ответил на ваши вопросы. Вы должны понимать, что существуют правила, касающиеся конфиденциальности, и правила эти не перестают действовать даже после кончины клиента, так что есть определенные вещи, которые я никак не буду комментировать. Мне вообще не следовало бы принимать участие в этой встрече, строго говоря, но… меня попросили. Тем не менее, я готов обсуждать только то, что имеется, так или иначе, в открытом доступе. В этом смысле вам, пожалуй что, повезло, потому что мой покойный клиент смог получить политическое убежище только по решению трибунала, и отдельные свидетельские показания на этих слушаниях впоследствии были оглашены в других судебных процессах. Как вы знаете, моему клиенту нравилось судиться. Странное увлечение, весьма. Но это факт. Я оцениваю его юридические расходы – в совокупности – примерно в тридцать миллионов фунтов. Плюс-минус. Для лондонских юристов настоящий клад…

…все началось с того, что я получил по электронной почте письмо, в котором некто Игорь Летов спрашивал, соглашусь ли я представлять его интересы, если он… я сейчас не помню точных выражений в письме, да и написано оно было на весьма скверном английском, но о политическом убежище речи там не было, как-то обтекаемо все. Я отправил ему наши условия и уже на следующий день получил скан с его подписью, а еще через пару дней – довольно неожиданно – поступил депозит, тридцать тысяч фунтов, из какого-то банка на Кюрасао. Меня это, как вы понимаете, насторожило – к отмыванию денег сейчас относятся серьезно, а кто такой этот «Принц Игор» я понятия не имел. Я посоветовался со своим аудитором, и он рекомендовал отправить деньги обратно и попробовать разузнать хоть что-нибудь о клиенте. Я перечислил деньги обратно на Кюрасао и отправил «Принцу Игору» стандартную форму сведений о клиенте для заполнения, но письмо тут же и вернулось: электронный адрес вдруг оказался недействительным. И я предпочел про «Принца Игора» забыть…

…он позвонил из Хитроу. Я долго вспоминал, кто это такой, потом вспомнил с трудом. Это был рейс из Украины на Карибы с посадкой в Лондоне – сейчас на этот рейс без транзитной визы не сажают, но тогда было проще. Он сразу же прошел к паспортному контролю и попросил убежища. У него с собой был просроченный российский паспорт на имя Игоря Летова. Я так думаю – это всего лишь мое предположение, имейте в виду, – что из Украины он вылетел по какому-то другому документу, скорее всего фиктивному, а перед посадкой в Лондоне он этот документ уничтожил. А еще у него – что здорово помогло – был при себе договор аренды особняка под Лондоном, да-да, того самого, и даже ключи. Я помог ему заполнить первичные документы на убежище, нас еще несколько часов продержали в аэропорту, у него взяли отпечатки пальцев, все как обычно, изъяли просроченный русский паспорт, назначили первое интервью в Хоум Офис и отпустили…

…его встречал большой черный «Мерседес». Водитель сразу же передал ему сумку, там оказались наличные, много, несколько пачек пятидесятифунтовых купюр, и еще какие-то бумаги. Но на бандита он не был похож – скорее на компьютерщика или дизайнера, такое было первое впечатление. Мы сразу поехали к нему в особняк – был уже вечер, и он предложил вместе поужинать…

…думаю, что подробно рассказывать про группу компаний «Круг» нет смысла, про это много писали. Все активы группы были национализированы или переданы близким к Кремлю бизнесменам, это был совершенно неприкрытый грабеж, который мало чем, честно говоря, отличался от того, как эти активы были приобретены изначально самой группой, но это несколько другая тема. Все руководители группы смогли бежать за границу: им дали уехать, хотя вполне могли и не дать. Против них возбудили уголовные дела, объявили в розыск, стали рассылать по миру запросы на экстрадицию, но… Все это делалось настолько формально и халатно, что в нашей среде сложилось устойчивое мнение о существовании некой договоренности, своего рода пакта о дальнейшем ненападении – мы забрали то, что хотели, вам тоже оставили достаточно, мы вас больше не трогаем, только создаем видимость, а вы не производите особого шума, тихо сидите за границей и помалкиваете. И для такого мнения были серьезные основания, можете мне поверить. Один из этой компании… не могу сейчас припомнить фамилию, но это неважно… он получил убежище во Франции и преспокойно проживал в Ницце, а в один прекрасный день решил заехать в Монте-Карло, поиграть в казино. В тот же вечер его арестовали, потому что он был в списках Интерпола. Он предъявил документы о получении убежища, его выпустили под залог, запретив покидать территорию Монако, известили русских и стали ждать официального запроса на выдачу. Так вот – запрос так и не поступил: ни через три дня, ни через неделю, ни через две. Сообщили русским, что не могут задерживать человека бесконечно долго и такого-то числа должны будут его отпустить. Русские молчат. Только когда он уже был во Франции, они наконец-то прислали запрос. И это не единственная история, таких случаев было несколько. Всем руководителям «Круга», кто просил об убежище, его предоставляли довольно быстро и без каких-либо демаршей со стороны России. Если не считать эпизодических всплесков эмоций в кремлевской прессе…

…поэтому я ожидал (и информировал об этом мистера Летова на следующий же после его прибытия день), что его вопрос будет решен в течение примерно шести месяцев: с учетом того, как это происходило с прочими людьми из «Круга», я полагал, что это еще пессимистическая оценка. Можете представить теперь мое удивление… На первое интервью в Хоум Офис, помимо обычного чиновника пришли еще двое: один из экстрадиционной службы Скотланд Ярда и еще один из Министерства иностранных дел; они, правда, помалкивали, но я такого уже много лет не наблюдал. Со вторым интервью тянули почти год, провели его очень быстро и весьма формально, а через неделю прислали отказ в предоставлении убежища и тут же начали процедуру экстрадиции…

…а вот это как раз и есть самое интересное. Летов появился в «Круге» уже после всей этой их так называемой приватизации, когда все уже было поделено, и к первоначальному обретению капитала никакого отношения не имел. И вообще он коммерцией не занимался. Очень важно, что в запросе на экстрадицию, который прислали русские, ему самому ровным счетом ничего не вменялось – там шло перечисление всех фигурантов дела «Круга», которые совершили такие и эдакие преступления, а в конце списка просто добавлялась его фамилия, так что понять, в чем он, собственно говоря, обвиняется, никак не было возможно. А в некоторых местах они даже забывали добавить его фамилию, и это весьма забавно. Очень спешили при составлении запроса, такое создалось впечатление. Его должность в «Круге» называлась «вице-президент по связям с правительством», что-то вроде штатного лоббиста. Ну… мы понимаем, конечно, что такое лоббист в российском правительстве, и чем такой человек профессионально занимается, так что если бы он обвинялся русскими в должностном подкупе и коррупции, это было бы как минимум логично, но как раз эта тема в запросе никак не была затронута, а обвинялся он исключительно в том, к чему никакого отношения не имел и иметь не мог. Но это была не единственная странность. Очень настораживал напор, с которым русские начали вдруг бороться за его экстрадицию. Присутствие чиновника из Форин Офис на первом собеседовании говорит о многом. Летов сказал мне как-то, что русский президент специально обсуждал с нашим премьером его экстрадицию, и что это точная информация. Я ее проверить, как вы понимаете, не мог, но очень похоже, что контакты насчет экстрадиции Летова на достаточно высоком уровне действительно имели место. Поэтому мы и получили отказ в предоставлении убежища, и пришлось обращаться в иммиграционный трибунал. Там мы выиграли, потому что, несмотря на крайне ожесточенный нажим русских, представленные ими материалы с юридической точки зрения никакой критики не выдерживали. Если вы следили за этим процессом, то наверняка обратили внимание, что по этому поводу было специальное заявление сперва русского посла, а потом еще одно заявление, их Министерства иностранных дел, совсем уж неприличное: там говорилось, что Великобритания встала на путь предоставления политического убежища ворам и мошенникам, и это может привести к необходимости пересмотра отношений между двумя странами. Хорошо еще, что не объявили войну…

…потом, когда он уже начал подавать иски, стало понятно, почему русские так за него сражались, да он мне и до этого намекал, но я сперва не мог поверить: от русских всего можно ожидать, как мы знаем, но чтобы такое…

…я не хотел бы комментировать вердикт коронерского суда, но неофициально могу вам сказать, что был им весьма удивлен. Да, имеющиеся доказательства в пользу версии о самоубийстве представляются неопровержимыми, но все же это открытый вердикт! Значит, сомнения в правильности этой версии имеют под собой определенную почву. Почему же не возобновили расследование? Нет-нет, ни в чем полицию не упрекаю и не подозреваю, но что-то определенно не так. Я уверен, что здесь какая-то загадка, и она, вероятно, так и останется неразгаданной. Хотя…

ГОВОРИТ МАРИО КАРРЕРА, ОФИЦИАНТ В РЕСТОРАНЕ «ПРИМАВЕРА»

Он целым миром образов захвачен,

Но лишь не тем, что требует вниманья