Олимп. Книга 3. Искупление

Пролог. Вопросы.

— У тебя были вопросы, Зевс?

Ветер шёл с гор.

Он тянул по долине холодный воздух, шевелил сухую траву у внешнего периметра и проходил сквозь маскировочное поле лагеря, не оставляя на его мерцающей границе почти никакого следа.

Со стороны долина выглядела пустой.

Только камень, трава и тени от склонов.

Но внутри поля стояли аварийские модули, техника, дроны и корабли экспедиции.

В нескольких шагах от Зевса стояла женщина.

Она не смотрела на «Олимп».

Не смотрела на охранные позиции. Не интересовалась следами недавнего боя, кораблями сопровождения в небе и полуразрушенной грядой, под которой уходил в глубину старый комплекс.

Она смотрела только на него.

Зевс не ответил сразу.

Вопросов было слишком много.

Они копились с того момента, как «Олимп» вышел из гиперпрыжка и увидел Землю. Потом были мёртвые тела в лесу. Исчезновения. Деревни, жившие в страхе. Титаны. Люди, которых силой уводили вниз. Старые коридоры. Лаборатории. Записи, закрытые даже для экспедиции.

И теперь — женщина, которую Центр называл Создателем.

— Были, — сказал он наконец.

Она чуть кивнула.

— Тогда спроси.

Зевс медленно обвёл взглядом лагерь.

Арес стоял у внешней линии, не скрывая напряжения. Афина держала в руках тактическую панель, но Зевс знал: она слышит каждое слово. Геракл смотрел на Создателя спокойно и тяжело, словно оценивал не её силу, а степень угрозы, которую она могла принести с собой.

Остальные тоже ждали.

Их присутствие было естественным. Создатель прибыла без предупреждения. Центр не объяснил причин. Никто не знал, чего от неё ждать.

Но Зевс не хотел начинать этот разговор в присутствии всей команды.

Не потому, что не доверял им.

Просто некоторые вопросы нельзя задавать, пока рядом стоят те, кому придётся услышать ответ вместе с тобой.

Он посмотрел на Ареса.

— Внешний контур на тебе.

Арес нахмурился.

— Ты хочешь остаться с ней один?

— Я хочу поговорить с Создателем наедине.

Несколько секунд Арес молчал.

Потом коротко кивнул.

Зевс перевёл взгляд на Создателя и указал на узкий технический модуль у края лагеря. Отсюда всё ещё просматривалась долина, но разговор не был бы слышен снаружи.

— Там.

Она посмотрела на модуль, потом на него.

— Ты не обязан уходить от своей команды ради разговора со мной.

— Я не ухожу от команды, — сказал Зевс. — Я выбираю, где этот разговор будет происходить.

Создатель задержала на нём взгляд.

В её лице почти ничего не изменилось.

Но Зевсу показалось, что она одобрила этот ответ.

— Хорошо, — сказала она.

Они прошли к модулю.

Дверь закрылась за их спинами.

Внутри было тихо. Через широкую прозрачную панель виднелась долина: тёмные склоны, лес, узкая полоса дороги, уходившая к человеческим поселениям.

Далеко внизу горели редкие огни.

Люди Земли заканчивали день, не зная, насколько близко к ним подошла война, начавшаяся далеко за пределами их мира.

Зевс остановился у панели.

Создатель осталась в нескольких шагах за его спиной.

— Как мне к вам обращаться? — спросил он.

Она помолчала.

— Создатель.

— Это имя?

— Сейчас — достаточно.

Зевс повернулся к ней.

— Для Центра, возможно. Не для меня.

В её взгляде на миг появилось что-то почти болезненное.

— Другого имени я пока не могу тебе дать.

Он не стал настаивать.

— Тогда у меня есть вопросы, Создатель.

Она едва заметно кивнула.

— Я слушаю.

— Кто создал людей?

Ответа не было долго.

— Это первый вопрос? — тихо сказала она.

— Это вопрос, на который я хочу услышать ответ.

— Я знаю.

— Тогда ответьте.

В стекле отражалась её фигура.

Прямая спина. Спокойные руки. Лицо, в котором не было ни тени растерянности.

Но Зевс почему-то чувствовал: спокойствие ей даётся не так легко, как она хочет показать.

— Люди не были созданы для войны, — сказала она.

Зевс медленно повернулся.

— Я не спрашивал, для чего они были созданы.

— А это имеет значение.

— Для вас, возможно. Для меня — нет.

Создатель выдержала его взгляд.

— Тогда я отвечу так, как могу. Земля была частью аварийского проекта. Очень старого. Намного старше тебя, Зевс. Намного старше нынешней войны.

— Какого проекта?

— Закрытого.

— Центр знал?

— Лишь узкий круг в высшем руководстве. И даже у них не было полной картины.

— Вы знали?

Теперь пауза стала длиннее.

— Я знала достаточно, чтобы понимать, что некоторые вещи не должны были остаться без защиты.

— Но остались.

— Да.

В её голосе не было оправдания.

Это раздражало сильнее, чем если бы она попыталась спорить.

Зевс шагнул ближе.

— Под Землёй был комплекс. В нём были лаборатории. Там создавали людей. Позже туда пришли титаны. Они проводили над людьми эксперименты. Извлекали органы. Забирали их живыми.

Создатель закрыла глаза.

Всего на мгновение.

Но Зевс заметил.

— Почему Аварис не вмешался раньше?

— После закрытия проекта на Земле осталось только автоматическое наблюдение. Постоянный гарнизон отозвали.

— И наблюдение не заметило титанов?

— Не сразу. Платформы следили прежде всего за климатом и развитием поселений. Малые корабли проходили между циклами обзора. Пока разрозненные следы не сложились в повторяющийся рисунок, система не подняла тревогу.

— Значит, планету оставили без защиты.

— Защиту сочли достаточной. Ошиблись.

Зевс почувствовал, как внутри поднимается холодная злость.

Он слишком часто слышал подобные слова от Центра.

Доступ ограничен. Данные закрыты. Сведения отсутствуют. Решение принято на более высоком уровне.

За этими фразами всегда оставалось одно и то же: кто-то уже знал достаточно, чтобы принимать решения за других.

А потом на Земле находили мёртвых людей.

— Вы прибыли сюда не ради меня, — сказал он.

Создатель не ответила.

— Не ради отчёта. Не ради Центра. Вы прилетели потому, что знали: здесь есть что-то ещё.

— Я прилетела, потому что вы нашли то, чего не должно было остаться.

— Но следы остались.

— Да.

— Почему?

В её лице что-то изменилось.

Не страх.

Скорее усталость, которую невозможно скрывать вечно.

— Потому что системы ошибаются, — сказала она. — Даже самые совершенные. Потому что проекты переживают тех, кто их создавал. Потому что война приходит туда, куда её не звали. Потому что иногда одна закрытая дверь остаётся закрытой слишком долго, и за ней начинает жить то, чего никто уже не контролирует.

Зевс смотрел на неё молча.

— Вы говорите так, будто были там.

Создатель не отвела взгляда.

— Я была связана с этим проектом.

— Насколько?

— Достаточно.

— Это снова не ответ.

— Нет, — сказала она. — Но это правда.

За прозрачной панелью над долиной прошёл разведывательный дрон. Его свет на секунду скользнул по стеклу и исчез.

Зевс снова посмотрел на Землю.

— Титаны ищут что-то в людях.

— Да.

— Что?

— Они не знают.

Он повернул голову.

— Не знают?

— Они нашли остатки комплекса. Следы аварийских технологий. Биологические материалы. Повреждённые архивы. Они получили фрагменты, но не картину.

— И поэтому начали убивать людей.

— Поэтому начали искать ответ тем способом, который знают.

— Через пытки и вскрытия?

— Да.

Слово прозвучало почти неслышно.

Зевс нахмурился.

Впервые в её голосе появилась не холодная точность, а что-то другое.

Боль.

Не острая. Не показная.

Слишком старая, чтобы её можно было просто спрятать.

— Если они не знают правды, — сказал он, — значит, у нас есть шанс не дать им узнать.

— Есть.

— Но для этого мне нужно понимать, что именно защищать.

Создатель посмотрела в сторону горной гряды.

Туда, где под слоями камня, грунта и старых аварийских конструкций всё ещё тянулись нижние уровни комплекса.

— Не всё, что находится там внизу, должно быть сохранено, — сказала она.

— Я это уже понял.

— Нет. Ты понял, что титаны использовали комплекс. Но не понял, насколько глубоко они могли зайти.

Зевс молчал.

— Когда-то я считала, что знаю структуру А-01, — продолжила она. — Верхние уровни. Исследовательские зоны. Медицинские контуры. Системы контроля. Архивы.

— А нижние?

Создатель помолчала.

— Доступ к нижним уровням был ограничен почти для всех.

— Даже для вас?

Теперь она посмотрела на него иначе.

Не как Создатель на командира экспедиции.

Как кто-то, кому приходится признать собственное бессилие.

— Даже для меня.

Зевс не отвёл взгляда.

— Кто же имел доступ?

— Немногие. Имена были закрыты ещё тогда. Каждый видел только ту часть системы, которая относилась к его задаче.

— А что находилось внизу?

— В старых отчётах были упоминания о глубинных секторах. О дополнительных контурах. О закрытых камерах. Но полного доступа к ним не было даже у тех, кто отвечал за проект.

— И вы хотите, чтобы я поверил?

— Нет.

Ответ прозвучал сразу.

Зевс замер.

— Я не прошу тебя верить мне, — сказала Создатель. — Я прошу тебя быть осторожным.

— Это разные вещи.

— Да.

Она сделала шаг вперёд.

Теперь между ними оставалось всего несколько метров.

— На нижних уровнях может остаться нечто, чего не было ни в доступных архивах Центра, ни в тех данных, которыми располагала я. Нечто, что привлекло титанов ещё до того, как они поняли ценность этой планеты.

— Вы думаете, это связано с людьми?

— Возможно.

— А возможно, с тем, что титаны искали для себя.

— Возможно.

— Очень удобно.

— Очень опасно.

Зевс отвёл взгляд.

Он не хотел признавать, что она права.

Но она была права.

Титаны не оставляли Землю. Они приходили сюда тайно, небольшими группами, не рискуя привлечь внимание аварийских наблюдательных систем. Они проникали в комплекс. Похищали людей. Меняли старые уровни под собственные нужды.

И если под землёй существовало что-то, ради чего они были готовы рисковать, это нельзя было оставить без проверки.

— Почему вы не сказали об этом Центру? — спросил он.

— Центр знает ровно столько, сколько должен знать для защиты Авариса.

— А я?

Она посмотрела ему прямо в глаза.

На этот раз в её взгляде не было ни власти, ни отстранённости.

Только странная, почти невыносимая мягкость.

— Ты должен знать достаточно, чтобы выжить.

Зевс почувствовал, как в груди что-то неприятно сжалось.

Он не понимал, почему эта фраза прозвучала не как приказ.

Почему в ней было больше, чем в словах руководителя проекта, обращённого к командиру экспедиции.

Почему ему вдруг показалось, что она хотела сказать что-то ещё.

Совсем другое.

Создатель подняла руку.

Будто собиралась коснуться его лица.

Движение было почти незаметным.

Но Зевс увидел его.

Её пальцы остановились в воздухе.

Потом рука медленно опустилась.

Она снова стала неподвижной.

Снова стала Создателем.

— Вы знаете меня раньше, чем я знаю вас? — спросил Зевс.

Вопрос сорвался сам.

Она не ответила сразу.

За стеклом гасли последние огни на дальней дороге. Над лесом поднималась ночь.

— Я знаю о тебе достаточно, Зевс, — сказала она.

— Это не ответ.

— Нет.

— Тогда кто вы?

На этот раз она едва заметно улыбнулась.

Грустно.

— Сегодня я та, кто должна уйти.

Зевс сделал шаг к ней.

— Вы не можете просто прилететь сюда, сказать, что под нами может быть неизвестный сектор, и снова исчезнуть.

— Могу.

— Почему?

— Потому что если останусь, отвечу на вопрос, к которому ты пока не готов.

Он нахмурился.

— Откуда вы знаете, к чему я готов?

В её глазах снова появилось то, чего он не мог объяснить.

Не жалость.

Не превосходство.

Что-то глубже.

— Потому что некоторые ответы меняют не только прошлое, — тихо сказала она. — Они меняют всё, что авариец думает о себе.

Зевс не отвёл взгляда.

— Вы слишком уверены, что знаете меня.

— Нет, — ответила она. — Я слишком хорошо знаю цену молчания.

Он хотел спросить, что она имеет в виду.

Но Создатель уже отвернулась.

Будто сказала больше, чем имела право.

В отсеке вновь стало тихо.

Зевс стоял неподвижно.

Он хотел остановить её. Задать ещё десяток вопросов. Потребовать прямых ответов. Не позволить ей уйти за привычную стену секретов, приказов и закрытых данных.

Но в этот момент он понял другое.

Она действительно уйдёт.

И не скажет больше.

Не сегодня.

Создатель направилась к выходу.

У самой двери остановилась.

— Зевс.

Он посмотрел на неё.

— Не позволяй титанам забрать то, что осталось внизу.

— Не позволю.

Она кивнула.

— И не входи туда один.

— Я никогда не вхожу один.

На этот раз её улыбка была почти настоящей.

Всего на секунду.

— Это хорошо.

Создатель уже повернулась к выходу, но Зевс остановил её:

— Подождите.

Она обернулась.

— Если мы найдём внизу что-то важное. То, чего нет в отчётах Центра. Как мне связаться с вами?

Несколько секунд она молчала.

Потом подняла руку. На тонкой панели её перчатки вспыхнул едва заметный свет.

— Аргос получит закрытый канал.

— Прямой?

— Прямой. Но использовать его только в том случае, если ты будешь уверен: передавать эти данные через обычный контур нельзя.

— А если я не буду уверен?

— Тогда свяжись со мной всё равно.

Зевс внимательно посмотрел на неё.

— Вы доверяете мне больше, чем Центру?

Она задержала взгляд на нём.

— Сейчас я доверяю тебе ровно настолько, насколько должна.

Панель на её перчатке погасла.

— Канал уже передан Аргосу.

Зевс кивнул.

— Понял.

— Будь осторожен, Зевс.

Дверь открылась.

Снаружи уже ждали остальные.

Создатель вышла первой. Команда молча расступилась, давая ей дорогу. Даже Арес ничего не сказал. Афина только проводила её внимательным взглядом, словно пыталась запомнить не слова, а каждую паузу между ними.

У транспортного модуля Создатель остановилась ещё раз.

Вокруг неё уже заняли позиции, прибывшие вместе с ней аварийские бойцы. Они выстроились в чёткий охранный контур, отделяя площадку от остального лагеря.

Создатель посмотрела на Зевса через всю площадку.

Потом перевела взгляд на тёмную гряду.

На Землю.

На лес, в котором люди продолжали жить, не зная, что под их миром остались двери, которые слишком долго никто не открывал.

Один из бойцов подал короткий сигнал.

Охранный контур пришёл в движение.

Создатель первой вошла в транспортный модуль. За ней, не нарушая строя, поднялись остальные.

Дверь закрылась.

Через несколько секунд модуль плавно отделился от земли. Его прикрыли два лёгких сопровождающих корабля, державшиеся выше по склону.

Они ушли вместе — ровно, без спешки, без лишнего света.

Несколько мгновений в небе оставались только тусклые отметки двигателей.

Потом исчезли и они.

Зевс стоял на месте, пока над горами снова не стало пусто.

Потом повернулся к команде.

— Афина, Гефест — к Аргосу. Поднимите все данные по нижним контурам комплекса. Всё, что есть в наших сканах, в архивах Центра и в остаточных системах базы.

— Уже поднимаем, — сказала Афина.

— Гефест, мне нужен способ открыть закрытые сектора без обрушения верхних уровней.

— Посмотрю, что там осталось от старых замков, — ответил Гефест. — Но сразу предупреждаю: если они строили это так, как обычно строят закрытые объекты, легко не будет.

— Я и не рассчитывал.

Зевс перевёл взгляд на Ареса.

— Усилить внешний контур. Титаны могли оставить наблюдение.

— Сделаю.

— Никого не отправлять вниз до полной проверки маршрута.

Арес кивнул.

— А потом?

Зевс посмотрел на горную гряду.

Туда, где за камнем, металлом и десятилетиями молчания лежало что-то, о чём не хотел говорить даже Создатель.

— Потом пойдём вниз, — сказал он.

Над долиной снова стало тихо.

Но теперь Зевс знал: тишина не означала безопасности.

Она означала только одно.

Что Земля ещё не сказала последнего слова.

Глава 1. Там, где кончается карта.

Утро на Земле началось тихо.

Маскировочное поле над лагерем ещё держало ночной режим: плотное, почти неподвижное искажение, в котором каменные склоны, трава и редкие деревья сливались в пустой участок долины. Для человеческого взгляда здесь не было ничего.

Только тени.

Только земля.

Только горы.

Но внутри поля лагерь уже просыпался.

Сервисные дроны шли между модулями, проверяя крепления и внешний контур. Над грядой держались две разведывательные машины. У дальней площадки техники «Олимпа» готовили оборудование для спуска. В командном модуле горели экраны.

Зевс вошёл туда, когда Аргос уже вывел на главный стол новую модель комплекса.

Горная гряда висела над поверхностью как полупрозрачная масса камня. Под ней тянулись знакомые уровни: верхние коридоры, распределительные залы, лаборатории, технические шахты, старые камеры и титанические сектора.

Но ниже начиналось другое.

Там карта обрывалась.

Не ровной линией.

Рваной.

Будто под известной структурой лежало ещё несколько массивов, которые система видела только по косвенным признакам: остаточным полям, аномалиям плотности, слабым энергетическим следам и пустотам, не совпадавшим ни с одним доступным планом.

Афина стояла у стола, скрестив руки.

Гефест смотрел на нижнюю часть модели так, словно уже заранее не любил всё, что там видел.

Арес ждал чуть в стороне.

Гера сидела у боковой консоли. Гермес просматривал линии снабжения. Аполлон проверял список медицинского оборудования, которое требовалось подготовить для первого спуска.

— Покажи ещё раз, — сказал Зевс.

Аргос изменил масштаб.

Верхние уровни ушли вверх.

Остались глубинные сектора.

— После получения дополнительного доступа от Создателя я сопоставил данные «Олимпа», архивы Центра, внутренние журналы комплекса А-01 и результаты сканирования Циклопа, — сообщил Аргос. — Подтверждаю наличие структуры ниже известных уровней.

— Насколько ниже? — спросил Зевс.

— Минимум на пятьдесят шесть метров. Возможно, глубже. Точная граница не определена.

Гефест наклонился к проекции.

— Это не просто пустоты, — сказал он. — Смотри на линии.

Аргос выделил несколько участков.

Тонкие световые нити уходили вниз и исчезали в плотной чёрной зоне.

— Остаточные энергоканалы, — пояснил ИИ. — В неактивном состоянии. Часть повреждена. Часть экранирована. Предварительная оценка: глубинные уровни могли иметь собственное питание и независимые системы изоляции.

— То есть их строили не как обычное расширение комплекса, — сказала Афина.

— Подтверждаю.

— Их строили так, чтобы верхние уровни могли не знать, что находится внизу, — добавил Гефест.

В модуле стало тише.

Зевс смотрел на чёрную область под схемой.

Создатель не сказала, что там находится.

Но сказала достаточно.

Не позволяй титанам забрать то, что осталось внизу.

Он перевёл взгляд на Афину.

— Входы?

— Один основной маршрут, по которому мы спускались раньше, — ответила она. — Но он ведёт только к известным уровням. Дальше есть четыре возможных направления. Два заблокированы обвалами. Один проходит через сектор, который титаны перестраивали под себя. Последний — старая техническая шахта.

— Состояние?

— Плохое.

Гефест хмыкнул.

— Это оптимистичная оценка.

Афина посмотрела на него.

— Я не сказала, что маршрут безопасен.

— А я не сказал, что ты ошиблась.

Зевс коснулся края тактического стола.

— Что по шахте?

Аргос ответил сразу:

— В её нижней части фиксируется слабая остаточная активность. Сигнатура не совпадает с известными титаническими системами. Аварийское происхождение вероятно.

— Вероятно, — повторил Арес.

— Предположительно, — ответил Аргос. — Для подтверждения нужен скан изнутри.

— Значит, недостаточно, — отрезал Арес.

— Недостаточно для окончательного вывода, — спокойно ответила Афина. — Но достаточно, чтобы проверить.

Арес посмотрел на неё.

— Проверить можно по-разному.

— Именно поэтому мы здесь и собрались, — сказал Зевс.

Он перевёл взгляд на карту.

Внизу могли остаться лаборатории. Архивы. Оборудование. Камеры. Что-то, ради чего титаны возвращались на Землю снова и снова, не понимая до конца, что именно ищут.

Или что-то ещё хуже.

— Мы не идём глубоко сегодня, — сказал Зевс. — Сначала повторно проверяем верхний путь. Закрепляем вход. Пускаем инженерные и разведывательные машины. Если шахта выдержит первичный скан — спускаемся до первой точки развилки и возвращаемся.

Гефест кивнул.

— Разумно.

— Боевой состав? — спросил Арес.

— Я, Арес, Геракл, Афина, Гефест и Аполлон, — сразу ответил Зевс. — Посейдон остаётся в резерве у входа. Если нижние контуры окажутся затоплены или будут повреждены водные системы, подключится без задержки.

Посейдон коротко кивнул.

— Артемида держит внешний глаз через «Олимп» и Циклопа. Гермес отвечает за связь, переброску и эвакуационный контур. Гера остаётся здесь. Общая координация — на тебе.

— Принято, — сказала Гера.

Дионис, до этого молчавший у дальнего края стола, поднял взгляд.

На нём уже была не полевая броня, а простая тёмная одежда, в которой он обычно ездил к человеческим поселениям.

— Я хотел бы вернуться к людям, — сказал он.

Все посмотрели на него.

Зевс чуть нахмурился.

— Сейчас?

— Сейчас, — ответил Дионис. — После всего, что произошло, я не хочу исчезать надолго. Люди в деревнях уже знают меня как купца. Они помнят, что я был там, когда пришли титаны. Если я пропаду сразу после того, как небо снова стало спокойным, это вызовет вопросы.

— Вопросы — не самая опасная проблема, — сказал Арес. — Мы до сих пор не знаем, сколько титанов осталось на Земле.

— Именно поэтому мне лучше быть среди людей, а не ждать, пока они столкнутся с чем-то первыми, — ответил Дионис.

— Один ты не пойдёшь, — сказал Зевс.

Дионис чуть нахмурился.

— Я справлюсь.

— Я не сказал, что не справишься.

Зевс посмотрел на него прямо.

— Я сказал, что один ты не пойдёшь.

Деметра выключила свою панель.

— Тогда я пойду с ним.

Все перевели взгляд на неё.

— Землю нельзя изучить только по данным с базы, — спокойно сказала Деметра. — Почву, воду, растения, животных, сезонные изменения. Всё здесь устроено иначе, чем на Аварисе. Даже то, что кажется знакомым, работает по другим циклам.

Она подошла ближе к тактическому столу.

— Я могу часами смотреть на модели корневых систем, строить прогнозы по водоносным слоям и собирать данные с дронов. Но это не заменит присутствия на месте. Мне нужно увидеть, как живёт эта земля. Как её обрабатывают люди. Что они выращивают. Как меняется почва после дождя, холода или засухи. Что происходит с лесом там, где не проходят наши сканеры.

— Сейчас не время для научной экспедиции, — сказал Арес.

Деметра перевела на него взгляд.

— Это не научная экспедиция. Здесь живут люди. Они строят дома, выращивают пищу, выводят животных, прокладывают дороги. Если титаны вернутся, первыми они снова увидят не нас. Они увидят людей.

Арес ничего не ответил.

Зевс посмотрел на Диониса, затем на Деметру.

Дионис уже знал людей этой долины лучше остальных. Деметра хотела понять землю, на которой они жили. Вместе они могли заметить угрозу раньше, чем она станет новой катастрофой.

— Как вы пойдёте? — спросил Зевс.

Дионис чуть улыбнулся.

— Как купец и его жена.

Гермес тихо усмехнулся.

— Это будет убедительно. Особенно если Деметра начнёт объяснять местным, почему их земля устала от неправильного севооборота.

— Если они будут слушать, — невозмутимо ответила Деметра, — им станет легче жить.

— Тогда ты точно станешь известной.

Дионис посмотрел на Зевса.

— Сначала я войду в поселение один. Куплю пару лошадей и повозку. Не новую и не слишком хорошую — такую, которую мог бы позволить себе обычный купец, решивший задержаться в этих местах.