Журнал экспедици, открывшей исток нила. Том первый

ВВЕДЕНИЕ

На следующих страницах я попытался описать все, что показалось мне самым важным и интересным среди событий и сцен, которым я был свидетелем во время моего пребывания в Африке. Я заявляю, что описываю истинную Африку в тех местах, где она не получила ни малейшего влияния, доброго или злого, от европейской цивилизации. Нужно помнить одно: в то время как люди Европы и Азии были благословлены путем общения с Богом через Его пророков и получили божественные законы, чтобы регулировать их пути и помнить о том, кто их создал, африканцы были исключены из этого процесса, и, следовательно, не имеют представления о цивилизации; поэтому они доверяют удаче и думают только о самосохранении в этом мире.

Обращаясь к населению континента, мы сначала возьмем человека – настоящего курчавого плосконосого, толстогубого негра, а не представителя абиссинского типа. Негры подобного вида расселились по всем широтам, но нигде не встречаются в плотных сообществах. Их система правления в основном имеет патриархальный характер. Некоторые из них – пастухи, но большинство – земледельцы. Точно так же, как все животные, будь то дикие или ручные, требуют вожака для руководства своими стадами, так и негры считают необходимым иметь вождей над своими деревнями и небольшими общинами. Вожди являются их судьями по всем внутренним или внешним вопросам. У них есть как племенные, так и деревенские вожди, но в тех странах, где мы собираемся путешествовать, никаких королей, таких как у абиссинцев или эфиопов, мы найдем. Вождь племени абсолютный владыка, хотя в значительной степени руководствуется советами старейшин, которые постоянно посещают его резиденцию и беседуют о своих «государственных» делах. Они обычно касаются мелких внутренних дел; поскольку слишком эгоистичны и слишком ограничены, чтобы заботиться о чем угодно, кроме своих собственных частных нужд. Старейшины распространяют приказы начальника среди деревенских вождей, которые штрафуются, если они не соблюдают их; и, следовательно, все указы довольно хорошо выполняются.

Страны подвержены междоусобным войнам, вызванным, в первую очередь, полигамией, создающей семью полу-братьев, которые, все стремятся наследовать отцу и постоянно борются друг с другом. Доходы взимаются в очень небольших масштабах исключительно в пользу вождя племени и его старейшин. Например, в качестве своего рода земельного налога вождь имеет право пить бесплатно деревенское пиво, которое производятся всеми сельскими жителями. В случае убийства слона он также изымает часть мяса и претендует на один из бивней; кроме того, все шкуры убитых леопардов, львов или зебр – это его собственность. В отношении товаров, привезенных в страну торговцами, он имеет право совершать любые изъятия, на которые, по его мнению, он имеет право, без какого-либо правосудия или установленного тарифа. Это право называется Hongo, во множественном числе Mahongo. Другой источник дохода – это имущество людей, осужденных за вредное для племени колдовство, которые либо были сожжены, либо умерщвлены другим способом и брошены в джунгли.

Что касается наказаний, всех отъявленных воров или убийц казнят таким же образом, как и вредных колдунов; в то время как с мелких воров взимается штраф, эквивалентный степени грабежа. Прелюбодеяние приравнивается к мелкому воровству, наказание назначается в зависимости от ценности женщины, поскольку все женщины являются собственностью мужчин. Действительно, браки считаются очень выгодными сделками, рука девушки отдается отцом в жены любому, кто заплатит за нее определенную цену. За девушку дают рабов, коров, коз, птицу, медную проволоку или бусы – это обычные вещи в туземной торговле. Однако брачные узы не безвозвратны; если жена найдет дефект у своего мужа, она может вернуться к отцу. При этом последний возвращает «плату»; в то время как муж, если он возражает против своей жены, может потребовать назад половину цены, отправив женщину домой, что считается справедливым, потому что «подержанная» невеста при следующем «сватовстве» будет цениться меньше. При этой системе, многоженство является показателем богатства, поскольку средства человека измеряются числом его потомства; но у него есть и другие преимущества, поскольку женщины работают больше, чем мужчины, как в доме, так и вне его; и, кроме женщин, сыновья также работают на дом до тех пор, пока они не женятся, а после заботятся о своих престарелых родителях так же, как в свою очередь, родители заботились о них.

Близнецы обычно с восторгом приветствуются, потому что они увеличивают численность семьи, хотя в некоторых случаях их казнят. Альбиносы ценятся, хотя их цветом никто не восхищается. Если смерть настигла человека естественным образом, тело обычно либо хоронят в деревне, либо за ее пределами. Многие негритянские народы предпочитают наготу, презирая одежду как женский атрибут; но, в основном, это дикие кочующие пастухи, которые слишком ленивы, чтобы выращивать хлопок или обрабатывать кору деревьев для изготовления одежды. Их молодые женщины ходят голыми; но замужние подвешивают маленький хвост как спереди, так и сзади. Поскольку у большинства негров волосы растут медленно или не отрастают длинными, они обходятся без парикмахера. У народов, которые по своей природе могут отращивать волосы, в моде восхитительно странные прически самых причудливых проектов. Однако, многие племена вообще бреют головы наголо. Ни один человек в мире не горд и не упрям настолько, как негры, будь то пастухи или земледельцы. Знакомство с чужеземцами, как и с остальным миром, «порождает у них презрение»; гостеприимство живет только один день; хотя они гордятся богатым или белым гостем, – и если они приглашают его остановиться в их деревне, то только затем, чтобы попрошайничать и подивиться на его невиданные вещи – они редко дают больше, чем одну корову или козу, однако заявляют, что снабжают весь лагерь продовольствием.

Описывая негров в целом, нельзя найти особо заметных или больших различий. Правда у каждого племени есть свои характеристики. Например, один подрезает свои зубы или татуирует свое лицо отлично от других; но благодаря постоянным смешанным бракам с рабами из других племен, большая часть отличительных черт теряется, и еще больше на этот процесс влияют миграции, вызванные войнами и разделением правительств. Из оружия наиболее часто используются копья, ассегаи, щиты, луки и стрелы. Наиболее опасны стрелы, но ими пользуются слабые племена, в то время как самые сильные ограничиваются копьем. В Африке нет дорог, а существующие пути – самые худшие для путешественника, и их следует избегать, не только потому, что гостеприимство местных туземцев было ослаблено частыми общениями с путешественниками, но и потому, что, вступая в контакт с полуцивилизованными арабскими купцами, естественная честность дикарей портится, а их жадность увеличивается, и показ огнестрельного оружия перестает их пугать.

Первостепенное внимание должно быть уделено власти колдунов (Mganga), которые управляют умами «царей», как римские папы в старой Европе. Колдуны, действительно, являются проклятием для путешественника; их оружие – гадание, простое, как может показаться, с помощью рога коровы или антилопы (уганга), который они наполняют «волшебным» порошком, также называемым угангой. Остановившийся перед деревней путешественник должен обладать достаточной силой и решимостью, чтобы противостоять козням возможно враждебного колдуна, обладающего большим влиянием на вождя и жителей.

Просто держа рог в руке, колдун делает вид, что может обнаружить все, что было украдено или потеряно. Рассказывают, что один колдун посадил перед собой четырех подозреваемых в воровстве и начал свои манипуляции, которые привели к тому, что виновник лишился сознания, а придя в себя, сознался в преступлении. Такова вера туземцев в силу колдовства. Случается, что в своих шарлатанских спектаклях колдуны используют маленьких детей, которых приносят в жертву.

Это, конечно, крайности, однако, нередко колдуны прибегают к жертве козы, а не ребенка; в то же время для предотвращения любого зла, приближающегося к их жилищам, например, раздавленная лягушка или любая другая абсурдность, считается вполне сильным аргументом против опасностей.

Как негры прожили столько веков, не продвигаясь вперед в интеллектуальном смысле, кажется невероятным, когда все страны, окружающие Африку, настолько продвинуты в сравнении с ее народами. Могут ли европейские правительства сформировать для негров такие же условия, какие британцы обустроили для дикарей Индии? Если да, то негры будут спасены; но для этого слишком мало шансов; ибо в настоящее время ни один африканец не может помочь себе и не будет помогать другим, потому что его страна находится в таких постоянных беспорядках, что у него нет других забот, кроме как найти для себя пищу, думать еще о чем-либо он неспособен, как и его отцы, и деды. Он превратил в рабыню свою жену или жен, продает своих детей, порабощает все, на что он может возложить руки, и, если только не сражается, чтобы отнять собственность других, развлекает себя питьем местного алкоголя, пением и танцами, прыгая как бабуин, тупо забывая о всех проблемах. Только немногие племена производят хлопчатобумажную ткань или обрабатывают древесину, выплавляют железо и медь или добывают соль; но их правило состоит в том, чтобы сделать как можно меньше, и не хранить ничего, кроме запаса необходимого, чтобы дожить до следующего сезона, иначе их вожди или соседи отберут все излишки.

Рабство является одной из главных причин лени, потому что во многих племенах хозяева гнушаются любой работой, чтобы соплеменники не считали их самих рабами. По мнению негритянского большинства, работа – это удел женщин и рабов. Вследствие этого, женщины ведут домашнее хозяйство – например, варят пиво, готовят пищу, мелют кукурузу, изготавливают горшки и корзины, а также обеспечивают уход за детьми, а кроме того, помогают рабам в поле или в уходе за скотиной.

Теперь, спустимся к низшему порядку творения. Я сначала начну с домашних животных, чтобы показать, что путешественник может найти для своей обычной продовольственной поддержки. Коровы, повсюду разводятся в большом количестве, но дают мало молока, из которого изготавливают масло. Козы распространены по всей Африке; но овец не так много, и они довольно хилые и тощие. Птицы, как и в Индии, многочисленны повсюду.

Очень мало уток, а также голубей и кошек. Собаки, как индийские парии, очень многочисленны, только мелкие. В некоторых селениях можно обнаружить по несколько ослов. Путешественников удивляет, что при таком изобилии скота и щедрости природы в Африке часто случается голод, распространяющийся на значительные территории. Слишком часто негры едят собак, кошек, крыс, дикобразов, змей, ящериц, черепах, саранчу и белых муравьев, а также вынуждены искать семена диких трав, дикие фрукты и корни. Однако, в благоприятные сезоны среди некоторых племен находятся смельчаки, которые, как правило, с отравленными стрелами охотятся на слонов, буйволов, жирафов, зебр, свиней и антилоп.

Во всех странах, о которых мы говорим, часто встречающиеся по пути деревни оставляют очень мало простора для диких животных, которые водятся только в густых джунглях, открытых лесах или саваннах, где холмы могут защитить их, и вблизи рек, а болота дают густую растительность, чтобы скрыть их от их самого ужасного врага – человека. Но не всегда им удается спрятаться. Например, бродячий слон, хотя и редко встречается, оставляет заметные следы своих ночных экскурсий, бессознательно сбивая лесные деревья. Гордые носороги, хотя и менее многочисленны, встречаются в каждых густых зарослях джунглей. Дикий буйвол любит тенистые места, где он может валяться в грязи и без особых проблем утолять свою жажду; и здесь также водятся дикие свиньи.

Несуразный бегемот распространен широко там, где есть вода; в то время, как застенчивый жираф и зебра предпочитают открытые леса и равнины, где трава не слишком высокая; а антилопы в большом разнообразии видов встречаются там, где человек оставил их в покое, и где они могут найти воду. Рев льва слышен нечасто. Гиены многочисленны. Леопарды, хотя и в меньшем количестве, распространены повсюду и являются ужасом для жителей деревень. Лисы немногочисленны, но пугают туземного путника своим лаем, наводящим на негров суеверный страх. Зайцы примерно в два раза меньше английских, и они широко распространены, но не многочисленны, кроликов нет. Встречаются дикобразы. Дикие кошки и животные рода хорьков уничтожают мелкую дичь. Обезьяны разных видов и белки обитают на деревьях, но их редко можно увидеть. Черепахи и змеи, в большом разнообразии. Крыс и ящериц очень много, мышей меньше. Грызуны кормятся как на полях, так и в кладовых туземцев.

Страус, дрофа и флорикан водятся на всех открытых местах. Цесарка – самая многочисленная из всех птиц. Далее следуют куропатки, а перепелки редки. Утки и бекасы, кажется, любят Африку меньше, чем любую другую страну; а гуси и аисты встречаются только там, где вода в изобилии. Стервятники встречаются редко; ястребов и ворон очень много, как и во всех других странах; но маленьких птиц разных расцветок можно обнаружить в больших количествах вблизи воды и деревень. Огромные улитки, а также и маленькие, очень многочисленны.

Вангуана или «освобожденные люди»

Вангуана, как следует из их названия, – это люди, освобожденные от рабства, и поскольку именно этим немногочисленным неграм, действующим в качестве наемных слуг, я был в основном обязан открытиями этой большой части Восточной Африки, несколько общих замечаний по их характеру будут здесь вполне уместны.

Конечно, родившись в Африке и воспитываясь в детстве в нетронутых цивилизацией негритянских племенах, они сохраняют все суеверные представления истинных аборигенов, хотя и несколько измененные знакомством с внешним миром, который обостряет их разум.

Большинство из этих людей, несомненно, были пойманы в плен в войнах, какие можно наблюдать в Африке каждый день. Их сделали рабами и продавали арабам за несколько ярдов плохой ткани, небольшое количество медной проволоки или бус. Затем их отвозили на рынок в Занзибар, перепродав за более высокую цену, после чего держали в рабстве у новых хозяев. В этом новом положении их обрезали, чтобы сделать «мусульманами», чтобы их руки были «чисты» при заклании скотины своего хозяина. Таким образом, арабы расширяют магометанское вероучение; потому что верят – настанет день, когда вера в Мухаммеда будет принята всеми людьми на планете.

Раб в этом новом свойстве оказывается в намного лучшей ситуации, чем когда-либо в своей жизни (за некоторыми исключениями), хотя он чувствует себя сильно униженным в социальном плане, а его семейные связи оборваны. Тем не менее, после того, как первые смятения стерлись, мы находим его очень привязанным к своему хозяину, который кормит его и одевает в обмен на услуги, которые раб выполняет. Через несколько лет после пленения, когда раб завоевывает доверие хозяина своей безупречной службой, если хозяин является торговцем слоновой кости, он поручит рабу надзор за своим складом или отправит его во внутреннюю часть континента, чтобы купить других рабов или слоновую кость. Если хозяин умрет, согласно магометанскому вероучению, рабы должны быть освобождены. В Аравии так и бывает; но в Занзибаре, как правило, случается, что раб достается его преемнику.

Вся система рабовладения, установленная арабами в Африке, а точнее на побережье или в Занзибаре, чрезвычайно странна; доля рабов в населении настолько превосходят арабских переселенцев, что, если первые захотят восстать, они могут вышвырнуть арабов со своей земли. Однако, в подавляющем большинстве негры-рабы не осознают своей силы, исходящей из их многочисленности, как и домашние животные, и даже считают, что поступили бы нечестно, если бы убежали после покупки и, таким образом принесли денежную потерю своим владельцам.

Некоторые освобожденные рабы идут служить на суда, где их с охотой принимают; но большинство возвращаются в Африку для торговли рабами и слоновой костью. Все рабы изучают береговой язык, называемый в Занзибаре «кисуахили»; и, следовательно, путешественник может найти там переводчиков, которые могли бы служить ему в восточной половине Южной Африки. К северу от экватора система языка полностью меняется.

Неграм присуща лень, поэтому, хотя они чрезвычайно сильны, они не будут работать, если их не заставлять. Не имея Бога, в христианском смысле этого слова, чтобы бояться или поклоняться, они понятия не имеют о любви к истине, чести или честности. Не контролируемые ни правительством, ни родственными связями, негры не думают смотреть в будущее. Любое предприятие привлекает их, когда сулит им еду; и чем больше они получают еды, тем больше им нравится работа, ее приносящая. Жизнь моряка особенно привлекательна для освобожденного раба; ибо он думает, в своем тщеславии, о том, что он находится наравне с другими рядовыми моряками в экипаже, и вскоре он называет всех своих соплеменников дикарями. Тем не менее, его примитивные повадки и характер неистребимы – он никогда не ценит постоянной работы, приносящей хоть какие-то средства для существования, так как не задумывается о будущем. Если шанс вернет его обратно на Занзибар, он называет своего прежнего арабского хозяина своим отцом и вновь отправляется в рабство с большой охотой, так как там его кормят.

Я говорю, что у этих освобожденных людей нет религии. Это практически верно, хотя теоретически не так; арабы могут их обрезать, научить их повторять слова Аллаха и Мухаммеда, но ни один из десяти негров не знает, что означает душа, и не ожидает, что встретится с наградой или наказанием в другом мире, хотя их учат считать животных чистыми и нечистыми, а некоторые совершают паломничество в Мекку. На самом деле, никто не может на них положиться ни на мгновение, они готовы моментально предать своего приятеля или хозяина, если видят в предательстве малейшую выгоду. Любые глупые поступки или шутки заставляют их хихикать. Любая игрушка будет им развлечением. Они очень гордятся своим внешним видом и сооружают самые нелепые прически, чтобы удивить друга-друга; или, если вы выбросите тряпку, все они будут сражаться за нее, чтобы потом повязать ее на свою голову или копье, а затем красоваться перед своими соплеменниками. Подобным же образом используются даже мятые перья или облезлые шкуры.

Если вы дадите в походе «освобожденному» негру ружье и некоторые боеприпасы, чтобы защищаться в случае чрезвычайных ситуаций, он пообещает сохранить патроны, но немедленно израсходует их, стреляя в воздух и потребует больше, иначе он будет бояться идти по территории «дикарей». Предположим, вы дали ему нести коробку с бутылками, стол или что-то еще, что требует большой осторожности, и вы предостерегаете его о хрупкости содержимого, первое, что он сделает, – начнет размахивать своей ношей, дергать головой, на макушке которой находится поклажа, бежать трусцой, петь, смеяться самым вызывающим образом, и заботиться о сохранности груза не больше, как если бы это был камень. Если начнется дождь – негр поставит свой груз на самое открытое место, не задумываясь о том, что тот промокнет. Экономия, забота или предосторожность никогда не проникнут в его голову. Его величайшее наслаждение – это секс, а когда он не может его получить, наслаждается пивом, песнями и танцами.

Язык этих людей так же странен, как и они сами. Грамматика «кисуахили», написанная доктором Крапфом, покажет, что я имею в виду. Однако есть одна особенность, на которую я хотел бы обратить внимание читателя, в частности, то, что «Ва» означает страну, означает людей или людей; «M» означает человека; «У» означает место или местность; а префикс «Kи» указывает на язык. Например: вагого, это люди страны Гого; Мгого, человек из Гого; Угого, является страной Гого; и Кигого, язык Гого.

ГЛАВА I. ИЗ ЛОНДОНА НА ЗАНЗИБАР

Моя третья экспедиция в Африку, которая была организована с целью установления истинности моего утверждения о том, что Виктория Ньянза, которую я обнаружил 30 июля 1858 года, действительно является истоком Нила. Можно сказать, что экспедиция началась 9 мая 1859 года, в первый же день после моего возвращения в Англию из моей второй экспедиции, когда по приглашению сэра. Р. И. Мерчисона, я посетил его дом, чтобы показать ему свою карту для сообщения о ней Королевскому Географическому Обществу. Сэр Родерик (председатель общества) сразу принял мои доводы, и, зная мое горячее желание доказать миру, что Виктория Ньянза была истоком Нила сказал мне: «Спик, мы должны отправить вас туда снова». Тогда же я был официально назначен, против своей собственной воли, читать лекции по географическим открытиям в Африке в Королевском Географическом Обществе, которые я, как единственный геодезист второй экспедиции, отобразил на наших картах. Был созван совет Географического Общества, чтобы выяснить, какие планы у меня были для того, чтобы подтвердить связь озера Виктория с Нилом, а также какая помощь мне нужна для этой цели.

Некоторые думали, что лучшим вариантом будет идти вверх по Нилу, который показался им естественным курсом, хотя никто не верил, что это осуществимо после экспедиции, отправленной Мехметом Али, викарием Египта, которая не смогла пройти южнее 3° 22» северной широты. На это я возразил, что многие пытались пройти вверх по реке и потерпели неудачу из-за невыясненных причин. В то же время, я сказал, что, если бы мне выделили единовременно £5000, я бы вернулся в Занзибар в конце года и сделал необходимые исследования озера Виктория. Однако, в дополнение к путешествию к истоку реки, я также предложил провести три года в стране, изучая притоки Нила, исследуя водоразделы и озера, и оформляя коллекции по всем отраслям естествознания. По мнению географического общества, сумма £5000 была слишком большой, чтобы ожидать ее выделения правительством; поэтому я согласился на половину, сказав, что сколько бы не выделили на экспедицию, я постараюсь сделать все, что в моих силах, для ее успешного завершения или умереть в попытке.

Далее, я предложил отложить путешествие на год, чтобы я мог за это время, отправить пятьдесят человек с грузом бус и латунной проволоки под наблюдением проверенных на честность арабских торговцев слоновой костью в Табору, и пятьдесят человек с таким же грузом в Гондокоро. Сам я намеревался начать экспедицию в самый лучший сезон для путешествий (в мае, июне, или в июле). Это избавило бы меня от многих сложностей путешествия с большим караваном в стране, где нет законов, защищающих от грабежей, воровства и дезертирства. Более того, я знал, что негры пойдут со мной, пока они верят, что у меня есть заранее отправленная вперед собственность, будут работать более охотно, пока не доберутся до того места, где им выплатят заработанное.

Этот прекрасный проект был обречен на неудачу с самого начала; ибо я не получил 2500 фунтов стерлингов и назначения на командование до тех пор, пока не прошло девять месяцев с тех пор, как я написал полковнику Ригби, нашему консулу в Занзибаре, просьбу отправить первый караван вглубь континента.

Со временем, индийский департамент правительства очень любезно передал мне пятьдесят артиллерийских карабинов с ремнями и штыками и 20 000 круглых пуль с зарядами. Также они одолжили мне столько инструментов для съемки местности, сколько я хотел; и через сэра Джорджа Кларка я получил в свое распоряжение несколько богатых подарков, в виде золотых часов для арабских вождей, которые так щедро помогали нам в последней экспедиции. Капитан Грант, услышав, что я был назначен в это путешествие, будучи старым товарищем по моей службе в Индии, попросил взять его с собой, и его назначение было решено полковником Сайксом, тогда председателем комитета Королевского Географического Общества.