Очерки Петровича об охоте и рыбалке

Двойной промах

Открытие осенней охоты на болотную и боровую дичь, как правило, выпадает на выходные дни. Во всех регионах России – по-разному, промежуток может составлять от пяти дней до двух, трёх недель. Но это долгожданное время. Вместе с тем, в этих же охотничьих хозяйствах, где природа дарует любителям тихой охоты грибы и ягоды, наплыв грибников превышает все ожидания. Любителям поохотиться на боровую дичь, а именно на рябчика, это очень мешает. В один из прекрасных осенних дней охоты я и мой товарищ Владимирович попали в любопытную ситуацию.

Ранним утром, проверив свою готовность к проведению охоты, мы вышли в знакомые места предположительного нахождения рябчика. Погода в этот день стояла тихая, безветренная. Выбрав удобные для стрельбы места и используя естественную маскировку местности, приступили к охоте. Достав пищик, я начинал работать, и результат не заставил себя долго ждать. Осеннюю тишину прервало немного приглушённое, но отчётливое хлопанье крыльев, появившееся неизвестно откуда. Рябчик, услышав звук манка, принял его за предполагаемого соперника на своей территории и отреагировал мгновенно. Повторное подманивание не сдержало рябчика, и он спустился на землю. Увидев «рябого», мы в ожидании замерли и не шевелились, лишь чуть поматывая влево-вправо головами, показывая, что расстояние большое и достать через ветки будет очень сложно. Вытянув немного вперёд шею и прижавшись к земле, как маленький петушок, перебегая от дерева к дереву, соблюдая особую осторожность, рябчик приближался к нам. Остановившись у огромной ели и попав под лучи солнечного света, он показал всю свою красоту, которой был наделён. «Красавчик», – шёпотом сказал Владимирович, прицеливаясь в надежде добыть долгожданный трофей. Громкий и протяжный крик «ТАНЯ-А-А-А» метрах в двадцати от нас грубо прервал весь процесс.

С противоположной стороны последовал ответ: «САША-А-А-А, я здесь». Всё это произошло за считанные секунды, как раскаты грома, появляясь то здесь, то там. Отвлечённые грибниками и потерявшие из виду птицу, мы выразили друг другу недовольство по этому поводу. Ждать каких-то результатов на этом месте было уже бессмысленно.

Набравшись сил и терпения, пошли к другому месту, услышав, что перекличка искавших друг друга грибников возобновилась. Выбрав место неподалёку от реки, на крутом берегу в густом ельнике, решили сменить тактику, работая манком поочерёдно, на небольшом расстоянии друг от друга. Услышав долгожданный ответ, мы стали более внимательными, но понять, в каком направлении находится птица, пока не представлялось возможным, так как переливы рябчика слышались с разных сторон, временами накладываясь друг на друга. По-видимому, птиц было несколько. Увеличив паузу в работе манком и поманив немного, увидели, как крупный самец подлетел к нам так близко, как мы даже и не ожидали. Не успев насладиться увиденным, мы услышали, как неподалёку, в пятидесяти метрах, раздались громкие и прерывистые звуки автомобильного сигнала. Они не прекращались ни на минуту, лишь увеличивалась громкость звучания. Ситуация повторилась (и оба раза в виде фарса). «Вероятно, кому-то нужна помощь, – сказал я, пролезая через молодой березняк и царапаясь сухими веточками елей, вытирая периодически лицо от попавшей паутины. – А может, кто балуется? Или дети заждались родителей? Или ещё что-то?» – спросил я у Владимировича, на что тот ответил: «Давай быстрей».

Выйдя на небольшую поляну, мы увидели старушку, обнявшую, по-видимому, свою дочь в окружении вёдер, наполненных грибами. «Картина маслом, – сказал я Владимировичу, – всё понятно». Не подав вида, что увидели их, мы отправились краем леса искать подходящее место для завтрака. Почему бабуля не позвонила дочери по телефону? Почему они не договорились по времени? Это остаётся загадкой. Вспоминая картину художника В. Горбатова «С манком на рябчика», начали проверять манки, воспроизводя звуки самки, как вдруг впереди нас что-то мелькнуло с дерева на дерево. Отчётливо был виден силуэт рябчика. Без резких движений Владимирович снял с предохранителя ружьё, медленно сделал прикладку и выстрелил. Птица камнем полетела вниз. Подобрав долгожданный трофей и оценивая характеристики, поздравив друг друга с почином, вспоминая проведённый день, неспешно пошли на базу.

Лысуха

В середине летне-осенней охоты, когда выходы на охоту набрали свою силу, укрепились места и районы добычи водоплавающей дичи. Мы с сыном решили добыть незнакомую для нас птицу – лысуху. Кто это такая, знает не каждый охотник, а если и знает, то редко с ней встречался. Это болотная курочка, обитающая на большой части территории нашей страны, на водоёмах с обильной растительностью и высоким камышом. Взяв из домашней библиотеки книгу «Охота на пернатую дичь» автора О. Малова, открыв главу про лысуху, я стал внимательно читать. Полистав страницы и изучив первые признаки этой интересной птицы, почувствовал, что желание овладеть таким трофеем возросло. Узнал, что лысуха не принадлежит к уткам и гусям и, скорее всего, относится к родственникам погонышей, болотных курочек и коростелей. Является представителем пастушковых птиц, размером со среднюю утку. Окрас чёрный, клюв белый, переходящий в лоб, ноги серо-оливковые, каждый палец окаймлён плавательными лопастями, глаза красные. По земле передвигается отлично, с воды поднимается с разбега. Полёт прямой, тяжёлый. Лысуха является перелётной птицей, зимует в Закавказье, Китае, Юго-Восточной Африке.

Вечером в период подготовки завязался с сыном разговор об этих птицах. Он рассказал подробно о периоде пребывания, миграции, кормовой базе, повадках и т. п. «Откуда у тебя такие знания? – спросил я у сына немного удивлённо. – Книгу уже успел посмотреть? Молодец, что знаешь, где найти». – «Да нет, – ответил сын, – ты немного не угадал. Читать – читал, только на Яндексе, в интернете, ещё и видео успел посмотреть. Отстаёшь от жизни, папа». – «Вот молодёжь, что не сможешь узнать из книг и быстро найти ответ на вопрос, в том интернет поможет», – сказал я, закрывая уже собранный рюкзак. После такой беседы у меня возникло желание посмотреть видеоролики про охоту на лысух. Как всегда бывает, времени не хватило. Узнав у местных охотников, где и на каких водоёмах можно посмотреть эту птицу, продумал маршрут нашей поездки.

Раздражающий звук будильника заставил быстро встать и привести себя в порядок. Поставил чайник, достал из холодильника приготовленные женой с вечера бутерброды, разбудил сына. «Поднять – подняли, а разбудить ребёнка забыли», – наливая чай, шутила мать над сыном. Взяв все собранные вещи, пошли к машине. Жена пожелала нам удачи, внимательности и благополучного возращения домой. Путь был недолгим, только след от просёлочной дороги оставлял облако пыли. Подъехав к усынку тянувшегося от главного пруда, осмотрелись: видимость нулевая. Туман поглотил нас в свою непредсказуемую бездну. Снарядив патронташ, аккуратно, не нарушая тишины, зашли в воду. Остановились перед высоким камышом, как перед зелёной крепостью, прислушались к окружающим нас звукам. Всплески и бульканье дополнялись разнообразными, удивительными звуками, такими как «ков», «ковк», «кат», «кевк», «псси», иногда слышалось «дп», «дп». «Прям как иностранцы переговариваются между собой», – сказал сын. Да я и сам такого не слышал никогда. Начали продвигаться от края к центру болота, не создавая шума, переступая поваленные камыши. Поднимая ноги и пытаясь сделать шаги вперёд, ощущали тяжесть налипшей тины. Когда опускали, получалось непроизвольное бульканье, как бы мы ни старались. Шаг за шагом пробираясь сквозь камышовые «джунгли», мы вышли к зеркалу воды.

Ровную гладь покидал окутавший туман. На воде не было никого. «Надо подождать, – сказал я сыну, показывая движением свободной руки в камыши. – Они здесь, это точно, мы же их слышали. Стой тихо, постарайся не шевелиться». Время бежало неумолимо быстро. Переступая с ноги на ногу, мы боролись с засасывающей наши сапоги тиной. И вдруг звуки возобновились, доносясь с разных сторон, однако появляться на воде птицы не спешили. Увидев в двух шагах от нас конструкцию, похожую на гнездо, мы отвлеклись. Это гнездо имело необычную форму. Несколько камышей, стоящих рядом друг с другом, были изогнуты на уровне воды и сплетены в диск. Гнездо уплотнено разнообразными водорослями, травой и пухом. «Пап, смотри, вот и они, долгожданные птицы», – сказал сын, застыв во внимании. Две курочки, чёрные, как смоль, плыли медленно, с небольшим интервалом. Делая покачивающие движения головами, приподняв вверх небольшие хвостики, птицы остановились. Расстояние до них составляло примерно метров тридцать. «Пап, стреляй», – сказал сын в нетерпении увидеть трофей. Аккуратно опустив ружьё, я изготовился для стрельбы. Выбрав небольшое окно в камышах и сняв с предохранителя ружьё, прицелился в крайнюю лысуху. Плавно положил палец на спусковой крючок, сделал натяжение. Выстрел прервал все звуки болотного царства, доносившиеся до нас со всех сторон. Облако дроби, как начинающийся летний дождь, осыпало птицу. На воде без движения лежали две лысухи. «Меткий выстрел», – сказал мне сын, выходя из камышей за долгожданным трофеем. Подобрав птиц, мы вышли из болота. «Как так получилось, что под выстрел попали две лысухи?» – спросил я. «Расстояние между птицами было маленькое, и в момент выстрела одна из них рванула вперёд, сравнявшись со второй». Вот так и бывает – «за двумя зайцами погонишься, двух и поймаешь». Достали термос, налили чай, намазали свежего мёда на булку, стали разглядывать трофеи. Больше всего вызвали удивление и интерес белоснежный клюв и перепончатые ноги. В реальности лысухи выглядят более интересно, чем на картинках.

Дед Василь, галка и перепёлки

В гостях, в Краснодарском крае, под шум камыша, потрескивание дров в костре, под звонкое бурление реки Кубань родственные души – охотники – вели неспешный разговор про свою охотничью жизнь. Дед Василь – хороший оратор, и рассказы у него льются непрерывным потоком на радость благодарным слушателям. Во время приготовления шашлыка он рассказал нам про Дуная и зайца.

– Сын, подавай шашлыки, они уже утомились нас ждать, – сказал дед Василий Сергею. – Да быстрэй, быстрэй, – говорил дед на казачьем наречии, – а то ж, остынут, у меня ещё история есть, и не одна.

Потом мы наслаждались прекрасными кусочками жаренного на шампурах мяса под специально приготовленный кубанский соус с зеленью. И уже на сытый желудок дед начал свой новый рассказ.

Не поверил я сначала в эту охотничью историю, когда её услышал. Как-то неправдоподобно всё в ней показалось, наигранно, придумано. И где это видано, чтобы обычный галчонок мог быть помощником охотнику. «Ерунда всё, вымысел какой-то», – думал я, анализируя и вспоминая эту сказку. Только рассказчик был очень убедителен и говорил о реальных событиях.

Итак, в далёкие 60-е годы, в сезон летне-осенней охоты, дед Василь с соседом Федькой, взяв своих собак породы русский спаниель, пошли на болото поохотиться на утренней зорьке. Через несколько часов добыли по паре кряковых уток и по одному чирку. Чтобы сократить путь домой, направились через заброшенную мельницу. Пройдя по броду через речку на другой берег, вышли к лощине. Она и вела к старой мельнице. Спустив с поводков собак, решили проверить, остался ли здесь с прошлого года выводок куропаток. Стали работать. Федька пошёл по правой стороне, дед Вася – по левой. Собаки шли вверх по лощине. С особой осторожностью они поднимались по направлению к заброшенному зданию. Собаки то останавливались, то резко перебегали от одного края оврага к другому, однако результатов не было. Поднявшись на холм, подошли к мельнице. Под старым огромным дубом выбрали место для привала. Солнце припекало так, что капли пота мгновенно высыхали, превращаясь в солёные крупинки. Да и собаки, поработав на такой жаре, вовсе устали. Набрав колодезной воды в старом, но ещё вполне чистом колодце, охотники умылись и охладили свои тела ледяной до скрежета зубов водой. Дав воде согреться на солнце, напоили собак. До станицы оставалось идти примерно одну версту. Неожиданно сука по кличке Боня стала лаять где-то внутри мельницы и уже через несколько минут вынесла Федьке пару задушенных галчат. Придя на место находки, охотники увидели, что в углу большой комнаты на куче мусора лежало разрушенное гнездо. Не остался и дедовский пёс Фред без подарка, найдя под разрушенным гнездом ещё одного птенца.

Найдёныша дед забрал, так как тот оказался ещё целым, хотелось порадовать маленького внучка живой птичкой. Вернувшись домой, он первым делом достал из кармана пиджака необычный трофей. Жена, конечно, была не в восторге от такого подарка. «Ты совсем уже с ума выжил, ворон домой таскать стал! – говорила она. – Ещё волчонка с лисёнком принеси, вообще зоопарк получится!»

Женщина смирилась с возникшей ситуацией, галчонок остался жить в доме. Спустя три месяца из маленького птенца выросла красивая ручная галочка. Вся семья привыкла к этой птице, особенно внучек. Имя ей дали Галя. Галка оказалась на редкость умной и очень смышлёной. Она всегда летала за дедом Василием и часто садилась ему на плечо. Приносила Галя в дом всякие блестящие штучки, которые находила, как правило, у соседей. Ей нравились ложечки, ножнички, напёрстки, ситечки для чая и другие предметы, которые отражали солнечный свет, блестели. Галка очень любила играть с хозяйским внуком Серёжей. Вытаскивала из кучи орех и давала ему в ручку, а мальчик брал и хохотал. Ему очень нравилось, как птица в клюве протягивает ему грецкий орешек. Он клал его рядом с собой и ждал, когда Галя принесёт ещё один, и опять начинал хохотать.

Дом деда Василия стоял на окраине станицы, и за его огородом в тот момент располагалось огромное поле, засеянное люцерной. Любил дед поутру ходить на перепёлку на это поле вместе со своими помощниками – Фёдором и Галей. Галка всегда летала рядом с ним и к выстрелам уже даже привыкла, только держалась подальше, когда дед вскидывал ружьё. Поначалу галка сильно боялась ружья, даже домой улетала. Затем возвращалась и держалась поодаль. Постепенно привыкнув к выстрелам, Галя летала уже ближе к деду и понимала: если ружьё поднимается, значит, последует выстрел. Но в любом случае, как верный и обученный солдат, никогда не пересекала огневой рубеж.

В один из охотничьих дней добыл дед пять перепёлок и говорит галке: «Лети, Галя, за женой. Пусть берёт корзину и за дичью приходит». Галка вспорхнула с плеча деда Васи и полетела к дому. Прилетев домой и найдя хозяйку, Галя начала громко галдеть и каркать, привлекая к себе внимание.

– Кау, кья. – Женщина подняла глаза. Галка села на корзину и начала хлопать крыльями, подсказывая, что её нужно взять.

– Кар, кар, – продолжалось до тех, пор, пока бабушка Рая не подошла к корзине.

– Кар, кар, кау, – поднималась на крыло птица. Если при этом хозяйка оставалась на месте и не следовала за ней либо шла без корзины, птица возвращалась и начинала всё заново.

Так галка Галя приводила бабушку на поле к деду. Дед же, в свою очередь, демонстративно перекладывал в корзину перепёлок, чтобы Галя видела результат своей работы, и отпускал жену домой.

Когда охотники возвращались, их дома уже ждала вкусная перепелиная лапша, для каждого своя порция.

Пернатая помощница Настя

Всё как-то не получалось у меня в период весенних охот поработать с профессиональной подсадной уткой на кряковых селезней. Находилось множество причин, которые, на мой взгляд, этому препятствовали. То утки доставались мне не той породы, то не рабочие вовсе, то морозная погода, то снег ещё не сошёл с водоёмов. Решил я в этом сезоне всё изменить. «Неужели у меня не получится так же, как в видеоматериалах нашего интернета?» – задал я сам себе вопрос и приступил к делу.

Как у любителей, так и у профессионалов весенней охоты за короткий промежуток времени, отведённый на охоту, имеется желание успеть везде. Так и я попытался в свой небольшой отпуск, как говорится, убить двух зайцев. Решил побывать в Воронежской области на закрытии охоты и через несколько дней успеть на открытие во Владимирскую область. По срокам всё сходилось: там начинается раньше, здесь позже. Подготовку я начал за две недели. Оказалось, по-видимому, поздновато, так как с подсадными утками начались проблемы в плане их приобретения. Куда ни пытался звонить, везде отвечали: «Извините, уже все утки проданы, ничего нет». Правдами и неправдами с большим трудом всё-таки нашли мне подсадную утку в городе Борисоглебске у заводчиков кряковых уток. И нашла её моя тёща, сделав мне подарок ко Дню внутренних войск. Итак, утку мне приобрели, оставалось только приехать – и вперёд. В Воронежскую область попал я чуть раньше намеченного срока. Первый вечерний выход был на реку Карачан, так как, со слов местных охотников, утка большую часть времени проводит на реке. Накачал лодку, высадил на небольшом броде свою помощницу. Поправил укрытие в виде небольшого шалашика, который был сделан из подручных средств с использованием засохших веток, приготовился и стал наблюдать. Уточка моя купалась, пила, ныряла что было сил, как будто месяц воды не видела. И весь этот процесс продолжался в течение часа. «Вот теперь всё, – подумал я, – сейчас начнёт работать». Но моя помощница не издавала ни одного звука, а лишь приглаживала и прихорашивала себя, поблёскивая начищенными перьями на заходящем солнце. Изредка вытягивалась в струнку и ложилась на воду так, что практически сливалась с водой в тот момент, когда над ней тихо, как беспилотник, пролетал коршун. Прошло два часа, и солнце, медленно, оставляя за собой красный след, село за горизонт. Утка наконец-то стала подавать призывной кряк, даже умудрялась делать осадку пролетавшим мимо воронам. В этот вечер ни один селезень так к нам и не подсел.

На следующий день мы с моей верной подругой ранним утром выехали в село Раздольное на стоячую воду, на болота. По тёмному времени, в районе половины пятого, мы уже были готовы к охоте. Утка сидела по центру болота, окружённая сухим камышом, как на арене цирка. Представление началось. Настя (такое имя получила наша утка от моего младшего сына) самостоятельно начинала призывать партнёров. Но подсадки кряковых селезней не было, они летали уже парами и желания подсесть к нашей красавице не выказывали. Честно сказать, на болоте утки было много. Засмотревшись на полёты чирков, я и не заметил, как у нас появился гость, который, издавая потрескивающие звуки, держался в стороне. Это был чирок-трескунок, красавец с чёрным клювом и ровной белой линией, проходившей от глаз к шее. Не успел я прицелиться, как он поднялся на крыло. Выстрел – мимо. От выстрела Анастасия только пригнулась, даже не отплыв с места. Вскоре она опять начала работать. Никого. Солнце быстро поднималось, раскидывая свои лучи во все стороны. Над нами пролетала стайка чирков, и две особи с тёмно-рыжими головами, резко отклонились, сделали разворот в нашу сторону. Началась посадка. Согнув крылья, почти ими не работая, селезни стали снижаться. Лапы выдвинули вперёд и, как на водных лыжах, катились прямо к утке. В голове было множество вариантов. «Стрелять», – сказала душа, я так и сделал. Первым выстрелом взял ближнюю птицу. Дальняя стала вертикально подниматься вверх. Выстрел. Есть, вторая удача!

На первый взгляд казалось, что добыл свиязей, но нет, отсутствовало белое оперение на лбу. Непонятные экземпляры, но вполне симпатичные. Апельсиновые глаза, красно-коричневая шея, резко переходящая в чёрный воротник, и дымчатое оперение тела и крыльев. Подняв трофеи, стал собираться домой. Оказалось, что это красноголовый чирок. Выезжал ещё пару раз на закрытие, но результатов не было. Да, здесь, в воронежских краях, так я и не смог приманить на подсадную утку крякового селезня.

Возвращаясь обратно домой в Москву, решил рискнуть, взять с собой нашу Настю, чтобы поохотиться в угодьях Владимирской области. Дорогу утка перенесла нормально, ни разу не крякнув. Самое интересное началось в Москве. До открытия охоты оставалось два дня. Поселил я её на балконе. Ранним утром, примерно в районе шести часов, наша подруга начинала крякать, и не просто крякать, а давать такие призывы, что я, проснувшись от этих звуков, в течение получаса каждые пять минут подбегал к балкону и начинал её успокаивать. Такая же картина повторялась и вечером, в районе восьми часов. Прохожие, шедшие мимо, останавливались, переглядывались и искали место, откуда исходит этот звук. Поверьте, непривычно держать такое чудо дома. Но мы выдержали.