Нереварин

Глава 1. Прибытие

Темный эльф средних лет, роста и комплекции, с обросшими, слипшимися от грязи, черными как смоль волосами, местами затронутыми сединой, в ветхой, рваной одежде из мешковины, выдаваемой заключенным, очнулся, открыв свой единственный левый глаз. Этот глаз светился ярко-красным, как и у большинства из расы данмеров, правый же навсегда потух – всю правую половину лица от широкого лба до колючего подбородка пересекал крупный шрам.

Темный эльф услышал чей-то голос. Легкий удар о борт раскачивающегося на волнах судна окончательно прогнал остатки нахлынувшего сна. Данмеру снова снились боги, твердящие что-то о предназначении свыше. О его предназначении.

"Да уж, – подумал темный эльф. На суровом лице на мгновение появилось подобие то ли насмешливой, то ли печальной улыбки. – Сейчас такие сны точно не к месту".

Данмер лежал на полу, на жестких деревянных досках, в трюме сиродиильского корабля, по распоряжению властей перевозившего преступников из тюрьмы, расположенной в сердце Империи, в провинцию Морровинд, что находилась на многие мили восточнее высоких каменных стен, где эльф провел в заточении целых десять лет.

На время путешествия данмеру не выдали даже облезлого тюфяка, потому, приподнявшись на локте, он невольно сощурился от боли, которую причиняли многочисленные ушибы, полученные за время сна.

Темный эльф оглянулся по сторонам: теперь он все вспомнил. Тусклый полумрак, излучаемый светом факелов, грузовой отсек, куда два рослых надзирателя, ничего не объяснив, швырнули его, ящики, набитые мешками с крупой, – все восстановило в памяти картину недавно прошедших дней и сопутствующих им событий.

– Ну, ты и соня.. Да тебя даже вчерашний шторм не разбудил! Как тебя зовут? – вдруг еще раз раздался уже знакомый данмеру голос – тот, который только что заставил его проснуться.

Темный эльф поднял голову и увидел склонившегося над ним сородича – тоже данмера. Данмеры, или темные эльфы, были названы "темными" из-за их серовато-зеленого оттенка кожи, черных волос и глаз, горящих красным цветом. В целом же их внешность имела сходство с эльфийской.

– Адан, – устало протянул темный эльф своему сородичу низким хриплым голосом и попробовал подняться, но попытка не увенчалась успехом: изнеможенные ноги отказались слушаться, и он оступился.

Новый знакомый подхватил Адана и усадил на один из ящиков.

Лицо данмера, не давшего упасть Адану, выглядело вороватым, голова была лысой; с острых ушей свисали серьги, по две на каждое ухо: на одном две снизу, на другом одна внизу, а вторая наверху, как принято у темных эльфов.

– А я Джиуб. Говорят, мы уже приплыли в Морровинд, – произнес парень, положив руку Адану на плечо. – Нас выпустят, это точно.

Не успел Адан ответить, как послышался звук приближающихся шагов.

– Тихо, стражник идет, – шикнул Джиуб.

Через секунду перед ними действительно возник вооруженный стражник. Он повелительно взглянул на Адана:

– Мы прибыли туда, где вас выпустят. Следуйте за мной.

Адан пристально посмотрел на охранника. Выпустят? Что это значит? Нет, этого не может быть. Ведь ему дали пожизненное, которого он еще и близко не отбыл.

Внезапно смысл слова "выпустить" начал проясняться в сознании. "Похоже, меня все-таки привезли сюда, чтобы повесить", – мелькнула у него мысль.

– Живее! – крикнул стражник.

– А я? – в недоумении спросил Джиуб.

– Вы пока подождите.

Аданом овладело желание нанести надсмотрщику удар и бежать. Однако, медленно поднявшись с пола, темный эльф ощутил такую слабость в теле, что понял: ему не одолеть вооруженного охранника, а даже если и одолеет, все равно не справится со сворой стражи наверху, которая молниеносно сбежится на шум.

– Лучше сделать, как говорят, – посоветовал Джиуб, заволновавшись за сжавшего кулаки Адана.

– За мной, заключенный, – надзиратель резко повернулся на каблуках и зашагал к выходу из трюма.

Адан посмотрел на Джиуба напоследок – ему не хотелось расставаться с новым другом поневоле, – но делать было нечего, и он поплелся следом за стражником.

Они пересекли грузовой отсек, поднялись на уровень выше, прошли мимо линии матросских гамаков и обеденных столов, затем еще выше – и наконец приблизились к лестнице, ведущей к люку на палубу.

– Давай, вылезай и постарайся вести себя прилично.

Адан взошел по ступеням, распахнул деревянный люк, и в лицо ему ударил порыв свежего морского ветра. Темный эльф взобрался на палубу – от раскинувшегося вида у него захватило дух: по правую руку простирался бескрайний океан, поверхность которого отливала золотом в свете закатного солнца; по левую раскинулся пышущий зеленью берег района Аскадианских островов. Корабль находился в маленьком порту, примыкавшем к поселению Сейда-Нин. Его башни и дома, выстроенные в имперском стиле – прямоугольные, облицованные белым камнем, с красными черепичными крышами – ютились среди деревьев, раскинувших свои громадные кроны высоко в поднебесье. Но больше всего Адана поразило небо: оно показалось ему прекраснее всего, что он когда-либо видел. Причудливые белые облака медленно, царственно плыли по ярко-голубой дали, растворяясь за горизонтом и вызывая у эльфа чувство необычайного умиротворения.

"Как хорошо, что перед смертью боги дали мне увидеть такую красоту. Да и умереть на исторической родине. Да, умереть – вот и конец", – думал Адан, подняв голову.

Но его размышления были внезапно прерваны:

– Вот нужное место. Направляйтесь в док – там укажут, как пройти в Канцелярию.

Адан повернул голову в ту сторону, откуда донесся голос. Прямо перед ним стоял охранник – темнокожий южанин с волосами, заплетенными во множество мелких косичек. Темный эльф только сейчас заметил, что никакой своры стражников на палубе не было – лишь один человек.

– Неужто не обманули?.. – ахнул Адан.

– Да не собирался никто тебя обманывать, – южанин начал терять терпение от нерасторопности заключенного. – Не задерживайся, шевели костями!

На помосте, ведущем в док, стоял еще один стражник – человек с какими-то бумагами. Адан растерянно шагнул к нему. Тот поднял на него глаза.

– Наконец-то вы прибыли. Но.. в наших записях не указано, откуда.

– С Си.. Сиродиила, – запинаясь, ответил Адан.

Сиродиил являлся главным государством империи Тамриэль – и одновременно родиной людей. Там Адан, несмотря на то что был темным эльфом, родился, вырос и провел тридцать семь лет своей жизни.

Теперь же он находился в Морровинде – на родной земле своих предков, данмеров. А конкретно, на юго-западе огромного острова, омываемого Внутреннем морем с юга, запада и востока, а с севера – ледяными водами моря Призраков.

– Так-с, – охранник торопливо вписал. – А вы сами, смотрю, данмер? Без сомнения, здесь для вас самое место. Следуйте за мной в Канцелярию, чтобы закончить формальности с вашим освобождением.

Нетрезвой походкой Адан поплелся за стражником по построенному на мелководье деревянному помосту, какие длятся до тех пор, пока не дойдут до определенной глубины, позволяющей вместить судно. Они ступили на берег и подошли к двухэтажному зданию Канцелярии, смежному с еще одним строением посредством навесного перехода.

– Проходите, – молвил стражник.

С замиранием сердца Адан распахнул массивную деревянную дверь и оказался в просторном уютном помещении. Растопленный в комнате камин и свечи в канделябрах излучали приятный мягкий свет, на стенах висели гобелены; карнизы были украшены витиеватой резьбой, а полы устланы коврами. В углу наблюдал за порядком стражник, облаченный в стальную броню Имперского Легиона: в блестящий шлем без забрала, тяжелые стальные сапоги, кожаные перчатки с щитками, черные наплечники, похожие на маленькие крылья с серебристой окантовкой, и главный отличительный знак легионеров – черную кирасу с изображением на груди двух вставших на дыбы коней. Посередине комнаты располагался дубовый стол, за ним сидел человек в возрасте – работник Канцелярии. Редкие седые волосы окружали лысину на его голове.

Адан подошел к нему, и тот произнес скрипучим старческим голосом:

– Ах да.. Мы ожидали вас. Что ж, закончим с формальностями. Вам нужно зарегистрироваться, прежде чем вас официально освободят.

Служащий Канцелярии подвинул к себе чернильницу и пергамент. Адан смотрел на него, все еще не веря своим глазам.

– Ваше имя, темный эльф?

– Адан Дугни Бор.

– Так.. – старик записал. – Год рождения?

– III эпоха, 390-й год.

– Месторождение?

– Сиродиил, окрестность Анвила.

– Ага, – перо скрипело под холеной рукой клерка. – Ваша деятельность? Кем были до ареста? Чем промышляли?

Адан нахмурился.

– Я был..

В голове темного эльфа, не раз разбитой сокамерниками, смутно промелькнула давняя, но еще жившая в омуте памяти история, повергшая его встать на преступный путь.

Адан происходил из нищей семьи, члены которой были зверски убиты в связи с непогашенными долгами. Его отец, лесоруб, работая, получил травму и некоторое время не мог продолжать обеспечивать семью. Денег матери не хватало, потому она была вынуждена занять в долг у своего работодателя. Однако отец не поправлялся, ему становилось лишь хуже. Мать в одиночку едва сводила концы с концами: прокормить троих маленьких детей и мужчину, работая прислугой и получая гроши, было крайне трудно. Вполне естественно, что расплачиваться в назначенный срок оказалось нечем.

Для того человека эти деньги были копейками, но он не имел ни жалости, ни сострадания – и решил поступить так в назидание другим подчиненным. Прихвостни расправились с женщиной, калекой и двумя детьми, не пощадив никого. Перерубили всех в их собственном доме – маленькой ветхой хижине. Дети забились в угол и ревели, когда мечи рубили тело беспомощного отца, превращая лачугу в кровавое месиво; затем зарезали и мать, до последнего бесплодно, но отчаянно защищавшую их – своих маленьких дочерей, пятилетнюю и шестилетнюю.

А после и детский крик умолк.

Действительно ли на все существует промысел судьбы или мы куем ее из вереницы собственных решений и поступков? Так или иначе, за несколько минут до того, как убийцы ворвались в дом, мать сказала семилетнему Адану: «Сынок, поди, набери хворосту, побольше да поскорей! Печь топить нечем». Он послушался и отправился в лес – таким образом, наемники не застали его и даже не заметили, как он подошел к дому. Перепуганный, с выступившими на глазах слезами, мальчик выронил охапку хворосту и спрятался за дерево, откуда наблюдал самую страшную сцену в жизни – смерть близких людей. Вскоре трое мордоворотов вышли из хижины, подожгли ее, вскочили на лошадей и ускакали прочь.

Адан разрыдался и, не видя перед собой ничего, понесся куда глаза глядят. Он продолжал бежать все дальше и дальше – до тех пор, пока совсем не лишился сил и не повалился плашмя от изнеможения.

Маленький данмер проспал на сырой лесной земле всю ночь. Дождь смыл с лица остатки слез, но его мучили страшные сны и совсем не детские мысли. Как только обескровленный мальчишка очнулся и осознал произошедшее, он поклялся отомстить за убийство близких – во что бы то ни стало.

– Я был.. грабителем, убийцей, – медленно произнес Адан.

Старик внимательно посмотрел на темного эльфа.

– Интересно, – наконец едва слышно пробормотал он. После чего как ни в чем не бывало поставил внизу большую красную печать и расписался.

Адан не сводил взгляда с документа. Привыкший к аскетической жизни, темный эльф не любил бумажной бюрократии: считал ее ненужной и непомерно раздутой. Он думал, что с целью создания видимости работы служащих намеренно заваливают документацией вместо того, чтобы занять их действительно важным делом.

– Когда выйдете отсюда, покажите вашу бумагу капитану, Селлусу Гравиусу, чтобы получить пособие, – клерк подвинул лист поближе к данмеру. На пергаменте значилось: "Справка об освобождении из-под стражи, эдиктом Императора Уэриэля Септима VII, округ Вварденфелл провинции Морровинд».

– Какое еще пособие? – Адан недоуменно уставился на старика.

Но тот ничего не ответил, сделав вид, что не расслышал.

Адан, в свою очередь, молча взял документ – решив, что все это, наверное, очередные ночные грезы, выражавшие несбыточные мечты о свободе, которой так жаждет душа каждого узника.

В углу, где караулил стражник, находилась еще одна дверь.

– Проходите, – напутствовал охранник. – Как спуститесь по лестнице, поверните направо. Затем выходите во двор – оттуда попадете к капитану.

Адан открыл дверь и оказался в коридоре. Вниз вела небольшая лестница, состоящая всего из нескольких ступеней, далее действительно следовал поворот. Данмер спустился и очутился в небольшой комнате.

Его внимание привлек накрытый стол. Судя по всему, помещение служило обеденной работникам Канцелярии и служащие собирались в скором времени трапезничать. Но что еще больше пригляделось Адану на столе, так это пригвожденная кинжалом записка, в которой просили наточить этот нож.

Адан бесцеремонно скомкал лист и швырнул за шкаф с посудой. Затем вытащил кинжал, сжал рукоятку в мозолистой руке и пальцем попробовал оружие на остроту. Лезвие, местами покрытое ржавчиной, и впрямь было притуплено, но данмеру нож все равно понравился. Вернее, понадобился.

"Не обеднеют", – с этой мыслью темный эльф заткнул кинжал за бечевку, подвязывающую штаны, и прикрыл лоскутами рубахи так, чтобы было не видно.

Вот только этим Адан решил не ограничиваться, оставшись наконец без присмотра стражи, наедине с самим собой. При виде еды данмер почувствовал приступ неистового голода – его не кормили ничем кроме скудной баланды уже столько дней, столько лет. Темный эльф схватил буханку хлеба и откусил, а затем, невзирая на стражу в соседней комнате, принялся за все подряд, что видел перед собой. Склонившись над столом, он ел прямо руками, плохо пережевывая и запивая вином из горла. Правда, много Адан вместить в себя так и не смог: вскоре к горлу начала подкатывать тошнота – обыкновенная реакция на переизбыток приема пищи после длительного голодания. С трудом сдержав рвотный позыв, данмер распахнул дверь, выскочил на улицу и глубоко вдохнул, набрав полные легкие воздуха.

В ожидании, пока перестанет мутить, темный эльф стоял с закрытыми глазами и медленно вдыхал свежий аромат разнообразной зелени, растущей во внутреннем дворе Имперской Канцелярии – совсем крохотном, округлом и обнесенном каменной стеной высотой в два человеческих роста. Как только неприятные ощущения прекратились, Адан оглянулся по сторонам и увидел впереди другой вход.

Он собирался уже было открыть следующую дверь, как вдруг заметил в траве блестящий предмет. Темный эльф наклонился, чтобы рассмотреть повнимательнее, и понял, что это серебряное кольцо.

"Странно, что оно так бесхозно валяется здесь. Наверное, кто-то обронил. Ну, можно продать", – с этой мыслью он подобрал кольцо и надел на палец.

Данмер прошел в кабинет капитана стражи. Селлус Гравиус, стоявший у шкафа с книгами, сиял блеском изысканных золотых доспехов – отличительной чертой высокого ранга, до которого дослужился в Имперском Легионе.

Мужчина взглянул на Адана.

– Меня зовут Селлус Гравиус. Моя биография не имеет значения. До меня только вчера дошли слухи о вашем прибытии. Для начала предъявите удостоверение.

Темный эльф молча протянул выданную бумагу.

– Благодарю, – капитан взял в руки документ и внимательно изучил. – Все в порядке. Добро пожаловать в Морровинд.

– Капитан.. Но почему я здесь? – Адан решился задать мучивший его вопрос.

– Признаться, я и сам не могу вам ответить. Я не могу сказать вам, почему вас выпустили из тюрьмы и привезли именно сюда. Постановление пришло напрямую от Императора Уэриэля Септима VII – больше мне ничего знать не нужно. Как выйдете на улицу, станете свободным человеком. Но прежде, чем уйдете, – Селлус Гравиус помедлил, – позвольте сообщить вам кое-что о ваших обязанностях.

– О каких еще обязанностях? – нахмурился Адан.

– Этот сверток прибыл вместе с известием о вашем приезде. Вы должны передать его Каю Косадесу, проживающему в Балморе, – с этими словами капитан протянул Адану запечатанный, плотно набитый пакет.

– Я.. я должен..

– Да-да. Как прибудете в Балмору, ступайте в трактир "Южная стена" – там вам скажут, где найти Косадеса. Служите ему как самому Императору, Адан. Кстати да, вот направление и семьдесят дрейков. На дорогу и прочие нужды – это также пришло на ваше имя, – имперец вложил в руку эльфа кожаный мешочек и конверт.

– И это мне? – тот растерялся.

– Адан, это весьма важное дело – вы обязаны с ним справиться. Повторюсь, насколько мне известно, ваше освобождение и прибытие сюда санкционировал сам Уэриэль Септим.

– Император?.. – прошептал Адан, крепко сжав в руке пакет.

– Да, он все еще император.

– Странно. С чего бы ко мне такое внимание?

– Действительно, все это очень загадочно. Но так уж действует Империя: молча и тайно. Левая рука не должна знать о том, что делает правая.

Они помолчали.

– Есть у вас еще какие-то вопросы ко мне? – наконец спросил капитан.

– Да нет, наверное.

– Что ж, удачи вам тогда.

Глава 2. Сейда-Нин

Попрощавшись с Селлусом Гравиусом, Адан вышел на улицу. В голове все окончательно смешалось: все события сегодняшнего вечера представляли собой череду немыслимых поворотов, в которые трудно было поверить, тяжело осознать, что все это происходит наяву, а не во сне. На мгновение Адан застыл в оцепенении, а затем рухнул на каменный бордюр у здания Канцелярии.

Данмер оперся спиной о прохладную стену, взглянул на темнеющее небо и принялся размышлять обо всем, что с ним произошло. Пакет с бумагами для некоего Кая Косадеса, конверт и мешочек с золотыми он положил на землю, чуть поодаль.

"Неужели я все-таки не сплю и действительно свободен? Неужели? – думал темный эльф. – Впрочем, нет, не совсем чтобы. Ведь теперь я завербован теми, кто когда-то меня арестовал. Именно за это они и дали мне свободу. Конечно, как же, услуга за услугу. Но ничего! В любом случае даже так несравненно лучше, чем гнить в камере Имперской тюрьмы. Теперь у меня есть оно – это небо над головой. И как будто не нужно большего".

Адан блаженно наполнил легкие свежестью вечернего морского воздуха, находясь в состоянии, как он осознал, близком к эйфорическому. Так резок был контраст между десятью годами, проведенными в сырости подземелья, где темный эльф мучился от промозглости, потасовок с сокамерниками, надменной стражи, паршивого питания, вечно голода и холодного сна на жестком тюфяке, – так сильна была разница между всем этим и тем чудным теплым вечером, которым он сейчас наслаждался без чьего-либо права помешать, что Адан понимал: да, он действительно счастлив.

Ему открывался вид на главную улицу поселения Сейда-Нин. Она, в общем-то, являлась одновременно и единственной в деревне. Там неторопливо прогуливались местные, большинство которых хмуро поглядывало на Адана: грязный одноглазый данмер в лохмотьях полулежа смотрел в небеса, всем своим видом напоминая то ли юродивого, то ли очередного нищего, забредшего в деревню с целью попрошайничества, то ли и вовсе сбежавшего каторжника. Прохожие перешептывались, косясь на него, но он не обращал на них никакого внимания.

По краям улицы располагались аккуратные одноэтажные домики – в них и жили местные. Совсем неподалеку виднелось море, доносившее до обоняния запах соли и йода, слышался шум прибоя. А в противоположной стороне вырисовывались очертания долин, болот, лесов и холмов, поднимающихся все выше и уходящих куда-то вдаль; постепенно они перерастали в манящую неизведанной высью гористую местность. Единственный, но зоркий глаз темного эльфа созерцал эту красоту, бесповоротно вселявшую в сердце чувство простора и свободы.

Уже совсем стемнело. На небе появились мерцающие огоньки звезд. Адан снова глубоко вдохнул, в очередной раз подивившись непривычной, до боли приятной свежести воздуха – настолько она отличалась от затхлости подземелья, – и забылся в самом сладком и крепком сне за последние десять лет.

Проснулся данмер лишь поздним утром. Сощурившись от непривычно яркого палящего солнца, он заслонил глаз ладонью. Место, где Адан уснул, оказалось уже теплым, прогретым светилом, да еще и устланным мягкой пушистой травой.

– Я что, уже в раю? – пробормотал себе под нос Адан.

– Вряд ли. Вы всего лишь в Сейда-Нин, – послышалось неподалеку.

Адан обернулся и увидел рядом с собой обладателя пискливого голоса – босмера, то есть лесного эльфа. Как правило, лесные эльфы отличались невысоким ростом и высокой проворностью.

– Так называется это место?

– Да-да! Вы в деревне Сейда-Нин. Будем знакомы, я Фаргот.

– Адан, – темный эльф поднялся на ноги, к своему удивлению обнаружив, что он полон сил, чуть ли ни как в былые годы – еще до заключения.

– Кто вы? Откуда? Как сюда попали? Что здесь делаете? – затараторил Фаргот.

Любопытный молодой босмер был ростом по грудь Адану. У него были светлые волосы, такого же цвета едва пробившаяся борода и любопытные, на выкате, карие глаза. Одет он был просто – как, в общем-то, и все местные.

Не успел Адан ответить и на один из заданных вопросов, как вдруг Фаргот уже принялся излагать собственные мысли:

– Знаете, Адан, среди стражи столько непристойных людей!

– Знаю, – согласился Адан, пройдя через годы заключения.

– Они отняли мое кольцо! Мое кольцо! Мое колечко! – тон Фаргота стал перерастать в истеричный.

– Что еще за кольцо?

– Да такое.. серебряное, с гравировкой. Ничем больше не отличается с виду. Фамильная драгоценность. Оно было у меня до еженедельного ритуала "потрясти Фаргота". Вот и изъять изволили. Наверное, глупо спрашивать, но все же.. оно случайно нигде не попадалось вам на глаза? А? – лесной эльф пытливо взглянул на Адана.

Темный эльф припомнил, что давеча нашел во дворе Имперской Канцелярии какое-то кольцо.

"Показать или смолчать?" – промелькнуло в голове.

Адан заколебался, искоса взглянул на Фаргота и невзначай убрал руку за спину.

"Этот жалостливый эльфик и без того беден, его обирают. Но я-то еще беднее – только что из тюрьмы. Хотя мне пособие капитан выдал. Ну, выдал, а за что только выдал – не ясно еще. Не ясно, что им от меня потребуется за эти семьдесят дрейков. Впрочем, Нюктюрнал с ним», – рассудив так, темный эльф снял с пальца кольцо и протянул Фарготу.

– Часом не оно?

– Да, это.. это оно! – вскричал босмер. – Откуда?

– Нашел вчера в Канцелярии. Видать, стражник обронил.

– Ах, спасибо вам огромное! Вы вернули мне мое кольцо! Мою единственную драгоценность! Спасибо! – Фаргот прослезился от счастья.

– Не позволяй впредь отбирать то, что принадлежит тебе. И не считай единственной драгоценностью кольцо. В конце концов, это всего лишь кусок металла, – проговорил Адан, задумчиво поглядев на Фаргота.

– Адан! Я расскажу о вас своему другу Ариилу, что держит здесь трактир. Он сделает вам скидку.

– Это ни к чему.

– Нет-нет, вы были так добры! Я непременно замолвлю за вас слово.

– Ну, что ж, и тебе на том спасибо.

Разговорить таинственно великодушного темного эльфа не получилось. Посему, еще раз поблагодарив Адана за возвращение кольца, Фаргот отправился по делам. Данмер же, отделавшись от лишнего внимания, решил прогуляться к морю.

Прохладная вода плескала Адана по щиколоткам, ступни проваливались в зыбкий песок, слипшиеся черные волосы развевал бьющий в лицо морской ветер.

Эльф скинул с себя рваные грязные лохмотья рубахи, завернул в тряпье пакет с кошельком, бросил на песок и, сделав несколько шагов, окунулся с головой в соленую воду Внутреннего моря. Адан проплыл немного вперед, а затем повернул обратно: он еще давно слышал о том, что в этих водах нельзя заплывать далеко. Глубь кишела опасными дикими существами, готовыми в любой момент броситься на свою жертву и растерзать ее.

Сполна освежившись, темный эльф вылез на берег и улегся на горячий песок – обсохнуть. Немытое, липкое тело давно не видело бани, и теперь данмер смог вздохнуть не только легкими, но и кожей.

"Молитвы все же услышаны, – думал Адан, – сны обращаются правдой".

Положение солнца на небе свидетельствовало о том, что время перевалило за полдень. Темный эльф почувствовал, что снова голоден.

"Было бы неплохо подкрепиться. Кажется, Фаргот говорил о том, что в деревне есть какой-то трактир", – с этой мыслью Адан поднялся и, высушенный южным полуденным солнцем, стряхнул с себя остатки песка.

Темный эльф еще раз обратил взгляд к морю – на пристань. Того корабля, что привез его сюда, уже не было: видимо, успел отплыть.