Нереварин. Раннее

Глава 4. Балмора

Путешествие длиной в день прошло благополучно. Адан наслаждался видами, открывавшимися с высоты панциря силт-страйдера, и дивился новым ощущениям, которые довелось испытать, прокатившись на огромном членистоногом. Темный эльф не боялся высоты – напротив, она вызывала в нем чувство свободного полета, – потому с первого же раза он всем сердцем полюбил поездки между морровиндскими городами. Силт-страйдер переставлял свои громадные ноги, несясь с огромной скоростью и покачиваясь из стороны в сторону так, что дух захватывало, в то время как мимо мелькали болота, леса и холмы. В дороге Адан думал о Лорен; он решил, что разберется с данным поручением и немедленно отправится обратно в Сиродиил.

Как только силт-страйдер остановился в пункте назначения, Адан выпрыгнул из панциря и очутился на каменной лестнице. Перед ним раскинулась Балмора – один из самых богатых и красивых городов Вварденфелла.

Основанная на заре колонизации, Балмора быстро заняла доминирующее положение в регионе. Причиной этому служило две предпосылки: во-первых, город был основан Великим Домом Хлаалу, считавшимся самым могущественным и богатым Домом Морровинда, а во-вторых, удачное расположение позволило стать связующим звеном между северными и южными районами Вварденфелла.

Город был выстроен в стиле дома Хлаалу. К слову, о Великих Домах. На момент описываемых событий управление Морровиндом условно делилось между тремя политическими фракциями – Домами Хлаалу, Редоран и Телванни. Каждый дом отличали собственные, уникальные принципы, обычаи и культура.

Дом Хлаалу составляли в основном дипломаты, дельцы и торговцы, отчего эта фракция достигла наибольшего коммерческого успеха и заключила несколько договоров с Империей; однако при этом нельзя не отметить, что именно среди Хлаалу было больше всего коррупционеров и воров, зачастую не пренебрегавших ударами в спину – причем как в переносном, так и в буквальном смысле слова.

Дом Редоран боролся за наступление справедливости и чтил древние традиции Морровинда; его приверженцы в большинстве своем являлись воинами чести и не сильно заботились о материальном благополучии – их задачей, напротив, была помощь нуждающимся и обездоленным.

Дом Телванни являлся самой изолированной фракцией, его члены крайне резко и критично относились к прочим Домам и предпочитали жить обособленно. Занимались телваннийцы преимущественно магией и недаром считались одними из лучших чародеев.

Соответственно, ввиду столь явных различий между тремя группировками существенно различалась и архитектура городов, на которые распространялось влияние Домов.

Балмора представляла собой скопление строений, целиком выстроенных из камня и облицованных глиняной штукатуркой песочного цвета. Город пересекали многочисленные арки и лестницы; не считая множества уличных переходов, каждое жилище помимо двери также имело арочный проход и за ним ступени, ведущие на крышу. Она у всех зданий была плоской – что при желании можно было перемещаться по городу исключительно по крышам. Балмору делила пополам река Одай; вдоль берегов были выложены тротуары – снова песочного цвета, который доминировал во внешнем убранстве этого города. Перебирались жители из левой части Балморы в правую и наоборот по каменным мостам, в нескольких местах пересекавшим широкий поток.

Горожане представляли собой пеструю помесь рас – от аргониан до орков. Конечно, здесь, как и почти во всех населенных пунктах Морровинда, преобладали данмеры, коренные жители, но в целом в Балморе можно было встретить далеко не только их. На улицах стоял гомон различных наречий: там и тут не смолкая разговаривали, спорили, что-то выкрикивали.

Осведомившись у местного данмера, где находится "Южная Стена", Адан сразу направился к трактиру за информацией. Там ему сообщили, что Косадес проживает в северо-восточной части города, в крайнем глинобитном домишке. Поблагодарив хозяина, но при этом, к немалому его сожалению, даже не заказав мацта, Адан поспешил по указанному адресу.

Перед темным эльфом располагался действительно небольшой домик – типичное балморское сооружение, в каких проживало самое бедное сословие. Не сказать, чтобы нищенское – ведь главный город Дома Хлаалу не держал нищих, – но по крайней мере это было сословие, сильно уступавшее владельцам особняков.

Адан с недоверием взглянул на дверь и подумал о том, не ошибся ли он или не дезинформировали ли его: послание императора следовало передать какому-то бедняку из спальных кварталов? Данмер решил, что есть лишь один способ узнать, где правда. Он постучал в дверь.

– Войдите, открыто, – раздался мужской голос.

Адан вошел. Весь дом представлял собой одну единственную комнату. В одном углу стояла узкая кровать, в другом – круглый дубовый стол с бутылкой дешевого вина, у входа – скамья, у стены – большой деревянный сундук заместо шкафа, а на стене – полка с немногочисленной глиняной посудой. Внутри царил полумрак, источником света служили лишь пара свечей на столе да синий фонарь на прикроватной тумбе. Посреди комнаты, то есть дома, стоял седой имперец лет шестидесяти. Он был без рубашки – и торс выдавал человека либо много работавшего, либо много тренировавшегося. Взгляд голубых глаз казался глубоким и проницательным – в нем отражалось, что старику многое довелось пережить на своем веку. Его лицо имело правильные благородные черты. Хоть кожу уже затронули морщины, а беловолосая голова начала лысеть, складывалось впечатление, что время едва способно преломить этого имперца.

– Вы Кай Косадес? – спросил Адан после нескольких секунд молчания.

– Так точно. К вашим услугам, – спокойно ответил мужчина. Голос его звучал уверенно, но не твердо и не мягко. – А теперь и вам, в свою очередь, следовало бы представиться и рассказать, зачем пожаловали.

– Адан, – растерялся данмер. – Адан Дугни Бор.

– Смутно знакомое имя..

– Это не важно, просто Адан, – перебил данмер, не желая объясняться насчет своих разбоев. – Мне велели доложить вам. Я принес посылку. От Императора.

– Гм, да? – Кай Косадес изучающе осмотрел Адана – босого, обросшего, в рваных и грязных штанах, с мешком, связанным из лохмотьев. – Значит, вы посланник Императора? С вами что-то приключилось в дороге?

– Не совсем так. Просто.. понимаете, – замялся Адан, – я заключенный. Вернее, бывший заключенный. Недавно с корабля, с тюремного трюма. Но меня освободили – чтобы я передал вам пакет.

– Как интересно, – невозмутимо произнес имперец. – Может быть, дадите мне взглянуть на него?

Адан протянул ему папку.

Кай Косадес сел за стол и поднес запечатанный пакет поближе к свету. Взвесил на ладони, повертел в руках, после чего аккуратно вскрыл.

Склонив голову над бумагами, имперец молча изучал послание. Адан все это время стоял у двери, не отрывая от мужчины взгляда. Данмера был напряжен – он чувствовал, что в эти минуты решается его судьба.

Мрачные мысли одна за другой понеслись в его голове. Адану стало казаться, что это всего лишь ловкий ход со стороны властей – приказать доставить что-то важное тому, кто так или иначе обречен. Ведь у заключенных нет выбора. Дать им вновь почувствовать вкус свободы, их главной мечты, и угрожать после этого возобновлением срока с более жестким тюремным режимом – лучший метод заставить подчиниться и пойти на что угодно. Беспомощная пешка в руках Легиона – вот, кто он теперь. Оставался лишь один вопрос – окончена ли его игра или только начинается.

Адан покосился на дверь, находившуюся совсем близко, и подумал о том, не попробовать ли ему просто удрать. Исчезнуть, раствориться. Морровинд огромен – кто узнает его среди тысяч темных эльфов? Однако Косадес может немедленно донести, и его тут же схватят стражники – не успеет он даже покинуть Балморы. Может, тогда лучше напасть на этого Косадеса? Прямо здесь и сейчас. Кинжал с собой, старик обнажен по пояс. Ведь он, Адан, бывший главарь разбойников, никогда не сможет жить под чьей-то командой – и тем более быть пешкой в руках тех, кого клялся изничтожить. И почему он не подумал обо всем этом чуть раньше?

Убить.. Но сколько уже отнятых жизней за спиной, сколько преступлений? Только освободился – и снова убивать? Адан вспомнил все свои мысли, к которым пришел за годы, проведенные в темнице, вспомнил часы раскаяния и слова Лорен о важности милосердия. Желания его вновь разрывались на части.

– Да, интересно, и правда очень интересно, – пробормотал Кай Косадес.

Адан замер, так еще и не решив точно, что же именно предпринять. Но руку на всякий случай положил на рукоятку подточенного в пути кинжала.

– Так, Адан, – произнес наконец имперец, – тут сказано, что император хочет, чтобы вас приняли в Орден.

Адан медленно двинулся к столу.

– В Орден? – переспросил он.

– В Орден Клинков. Да присядьте же, потолкуем, – Кай Косадес гостеприимно придвинул к столу второй стул. Он либо не замечал, что рука Адана угрожающе сжимает рукоятку ножа, либо просто почему-то не обращал на это внимания. Имперец излучал абсолютное спокойствие.

Адан тяжело вздохнул и сел, положив руки на стол. Ладно, так и быть, орден – не тюрьма. По крайней мере, выслушать можно.

– Что еще за Клинки?

– Тайная специальная служба Императора. Разведка, иными словами. Мы – глаза и уши Императора в провинции.

Адан промолчал. Косадес продолжил:

– Все это означает следующее. Император желает, чтобы вы подчинялись мне, выполняли мои приказы. Готовы ли вы выполнять мои приказы, Адан?

– Значит, так? – огрызнулся данмер. – Теперь схема ясна. Кто может быть лучшим шпионом, чем тот, кого только что вытащили из-за решетки? Кого загнали в угол, прижали к стенке. У кого просто не остается другого выхода, кроме как согласиться! Ведь в ином случае ему пообещали "судьбу всех предателей".

– Я не могу прокомментировать ваши слова, – осадил его Косадес. – Не стоит говорить о чем-то, не подумав прежде, потому что, быть может, вы ошибаетесь. Поверьте, у императора достаточно людей для таких целей.

– Ну, так зачем.. зачем вы тогда вербуете меня? – в голосе Адана звучала едва сдерживаемая злость.

– Я уже сказал, что не могу вам ответить. По крайней мере пока не могу. Так что вы думаете?

– Какую из двух клеток выбрать?

– Неужто клетка со стальными прутьями в сыром подвале вам больше по душе? – осторожно поинтересовался имперец. – И я повторяю: думайте, прежде чем называть что-то каким-то именем. Вы действительно считаете, что клеток и вправду две?

– Что ж, – Адан понурил голову. – У меня снова не остается другого выхода, ведь так?

– Выход есть всегда. Адан, подумайте хорошенько, так ли вы хотите отказаться от предложения Императора. Что было у вас в жизни до тюрьмы? Я осведомлен о вас, и без того слышал о вас. Чем вы жили? Разбоями, грабежами, убийствами тех, у кого туже набита мошна? Вечным желанием отомстить? Неужто годы заключения не пошли вам на пользу и вы не одумались? Хотите снова так же прозябать? Вам выпал шанс все исправить – исправить прошлое. У меня есть работа для вас – вы можете начать новую жизнь и заниматься действительно важными вещами.

– Поймите же, – прохрипел Адан. – Я как раз наоборот не хочу повторять прошлого! Я провел годы в раскаянии и сожалении о своих поступках. Я понял, что месть не имеет смысла. Все, чего я хочу – это спокойной жизни. Я хочу спокойно, мирно дожить свой век, и все. Может, в земледельцы податься, а может, гуаров пасти, жить в юрте в глуши. К тому же у меня есть любимая, была по крайней мере. А то, что вы мне предлагаете – это служба Императору, секретная деятельность. Она всегда омыта кровью и исключает покой. Это будет как раз таки продолжением моей старой жизни. Только тогда было вне закона, а теперь будет то же самое – но "законно". Вы выбрали меня, потому что мне был дан талант убийцы, если можно так выразиться. Я понимаю, Императору нужны такие наемники. Но я не хочу этого. Не хочу этого больше. Вот именно, что я хочу новой жизни – другой жизни.

– Адан! Почему вы думаете, что вас непременно заставят убивать или делать что-то подобное? Почему вы так поспешно делаете выводы о том, что ваша будущая деятельность в Ордене обязательно будет связана с грязью?

– Потому что власть всегда такова. У всех у вас свои интересы. Из таких же интересов.. расправились с моей семьей, – данмер опустил голову. Разговор давался ему с трудом.

Косадес по-отечески положил руку ему на плечо.

– Оставьте былые обиды, они не дадут вам ничего. В прошлое заколочена дверь – его не вернуть, каким бы оно ни было. Оно научило вас многому и прошло. Прошло – ключевое слово. Не стоит пытаться обратить настоящее под стать прошлому. Вы пытались это сделать – и сели в тюрьму. Адан, вашу семью приказал убить вовсе не Император, а совсем другой человек. И работать вам предлагают не на убивца вашей семьи, а на Императора, покровителя всего Тамриэля.

– Где же был ваш Император, когда тот другой местный император велел поджечь мой дом? Когда резали моих сестер? Где, где был ваш Император? – Адан схватил Косадеса за плечи, готовый растерзать его, будто того самого виновного.

– Адан, – молвил имперец, сочувственно поглядев на темного эльфа и почему-то не став сопротивляться. – Император не может проследить за всем злом, что расползается по Тамриэлю. Он всего лишь человек – пусть по легенде в его жилах и течет драконья кровь. Хоть Септим сильный человек, но всего лишь человек. Для этого ему и нужны верные служащие. Поверьте, та деятельность, которой я предлагаю вам заниматься, не то, что вам представляется. Напротив, Адан, вероятно, у вас даже будет шанс совершить добро, большое доброе – и искупить свои прошлые ошибки. Вы можете помочь нам предотвратить беды. Над Морровиндом нависает серьезная угроза, и она сулит далеко не одну расправу над ни в чем не повинными людьми. И кто сказал вам, что после того, как вы поможете нам, вы не сможете начать той новой, спокойной жизни, о которой мечтаете? Вы еще молоды для темного эльфа, у вас впереди длинная жизнь и еще будет семья – новая, своя. Вас освободили и не собираются вновь арестовывать.

Адан сам убрал руки с плеч Косадеса. Единственный его красный глаз горел огнем, черные волосы были взъерошены, на лбу проступил пот.

– Хорошо. Допустим, я поверю вам и соглашусь. Ну, и какое вы собираетесь дать мне задание?

– Нет, – улыбнулся Косадес. – "Допустим" здесь не пойдет. Это Орден Клинков – секретная служба. Либо вы соглашаетесь, либо нет. Третьего не дано.

– Ладно, – нахмурился Адан. – Согласен я, согласен. Больше все равно ничего не остается. Что теперь?

– Отлично, – щелкнул пальцами Косадес, как при выигрыше. – Теперь? Прежде всего, Адан, вот что теперь.. – он встал из-за стола и принялся рыться в сундуке. – Ловите!

Через комнату полетел небольшой, но тяжелый сверток. Адан моментально среагировал, и тот оказался у него в руках.

– Деньги? – спросил темный эльф, услышав характерный звон.

– Само собой. Возьмите эти двести дрейков и приведите себя в порядок, – Косадес неодобрительно взглянул на внешний вид данмера. – Загляните к цирюльнику, купите одежду, нормальное оружие, пару свитков и зелий. Словом, вы должны хоть как-то подготовиться. Это во-первых. А во-вторых, вам нужна какая-нибудь шпионская легенда. Согласитесь, что недавно появившийся, слоняющийся без дела чужак непременно вызовет подозрения?