Терапия южным солнцем

Глава

Название: Терапия южным солнцем

Автор(-ы): Эдель Вейс

Ссылка: https://author.today/work/638069

Глава 1

Солнце выгодно освещало красивое и какое-то хищное тело прекрасного мужского экземпляра восточной внешности. С интересом разглядывая его, я даже прищурилась от чисто эстетического удовольствия. Картинка была идеальной, как со съемок черно-белой рекламы нижнего белья от Армани. Плечи, четкие кубики пресса, этот золотистый южный загар — свет падал так, будто профессиональный оператор специально подсвечивал каждый рельеф этого объекта. Природа явно расщедрилась, когда лепила это тело.

Внутри меня, пониже живота, встрепенулось и потянулось то самое чувство, которое я считала похороненным где-то между разделом имущества и бесконечными манипуляциями бывшего. Я почувствовала себя живой.

Экземпляр поймал мой прищур и белозубо улыбнулся. Но вместо банального словесного подката, от которого меня, как психолога с внушительной частной практикой, потянуло бы в сарказм, он сыграл чисто на невербалике. Уверенно, но без капли наглости красавчик подошел ближе, остановился у соседнего пустого шезлонга и вопросительно приподнял брови. Слегка наклонив голову, он показал открытой ладонью на кресло, без единого слова спрашивая глазами: «Можно?»

Мой внутренний аналитик, привыкший сканировать клиентов по микромимике, одобрительно хмыкнул. Парень идеально держал дистанцию, не нарушая границ, но закидывая крючок. А моя внутренняя женщина в этот момент просто заставила меня чуть заметно кивнуть в ответ. Какая, к чёрту, аналитика. Мне не нужен был его анамнез. Мне нужен был этот великолепный пресс и не только... Как минимум на пару ночей!

Он плавно опустился на шезлонг, повернул ко мне лицо, и в его темных глазах промелькнул тот самый горячий азарт, который невозможно подделать. Разговаривать по-прежнему не хотелось. Слишком хорош был негромкий шелест набегающих волн.

Загадочный красавчик тоже не спешил открывать рот. Откровенной похоти в его взгляде не было, но смотрел он на меня очень внимательно, медленно скользя глазами по лицу, плечам, ключицам. Это была обоюдная, честная игра на равных — мы оба рассматривали друг друга с откровенным эстетическим аппетитом, затянув эту паузу до максимума. Я начинала получать от этого оригинального безмолвного общения особое удовольствие. Было понятно: первый, кто заговорит, немного проиграет в этой беззвучной дуэли.

Но проиграли в итоге оба — потому что в нашу уже даже интимную, наэлектризованную тишину бесцеремонно ворвалась реальность. Точнее, моя подруга.

— Гель, а это кто? — раздался над ухом её бодрый голос.

В ту же секунду на мою разогретую солнцем кожу прицельно прилетели холодные, соленые капли с её мокрых волос. Наташка, абсолютно не парясь о границах, перегнулась прямо через меня и потянулась за своей пляжной сумкой, лежащей в изголовье моего шезлонга.

Я тяжело вздохнула и демонстративно закатила глаза. В этом она вся. Ну неужели, блин, нельзя было просто обойти шезлонг с другой стороны? Но правила приличия и траектории движения в картину мира Натали — как я именовала её со всей возможной долей цинизма и издевки в моменты особого бешенства — вшивались с большим трудом.

Пока я вытирала плечо и думала, что именно ответить подруге, декорации вокруг нас сменились с калейдоскопической быстротой. К шезлонгу моего восточного Аполлона подошли двое мужчин, явно составлявших с ним одну компанию.

Мой внутренний эстет тут же брезгливо поморщился. Первый был откровенным качком из серии «чересчур» — гора гипертрофированных, пересушенных мышц, которые казались пластиковыми. Такие перекачанные мужчины мне не нравились никогда, от них веяло нарциссизмом и тяжелой неповоротливостью. Мой вариант — это эстетика подтянутого, рельефного тела, тип бойца, спортсмена, человека из боевых искусств, где каждый мускул функционален и готов к моментальному взрыву. Как у моего молчаливого соседа.

А вот второй прибывший заставил мой внутренний радар мгновенно включиться на полную мощность. Грузный, где-то примерно чуток за пятьдесят, в легкомысленных пляжных шортах, которые никак не вязались с его лицом. У него был невероятно цепкий, умный и сканирующий взгляд человека, который привык отдавать приказы и видеть людей насквозь. Он мазнул по мне глазами, и внутри у меня сработал соматический маркер — этот тип здесь главный, а двое этих молодцов — всего лишь его сопровождение.

— Гель, а это кто? — Наташа наконец выпрямилась, победно прижимая к себе сумку.

— Это мой новый немой друг, Натали, — отозвалась я, даже не поворачивая к ней головы. — Мы как раз обсуждали с ним глобальное потепление. Молча.

Я ожидала от подруги ответного сарказма, но вместо неё подал голос один из прибывших. Тот самый перекачанный мачо из серии «чересчур» вдруг широко и открыто улыбнулся и выдал на неплохом русском языке:

— Милые девушки, не обижайте парня! Мой друг — местный Антонио Бандерас. Но он, к сожалению, совершенно не говорит на русском. Прилетел сюда буквально неделю назад и пока не успел обзавестись годным к диалогу словарем.

Сказано это было весело, с обезоруживающей пляжной легкостью и явным расчетом на быстрый контакт. Главный босс при этих словах даже не улыбнулся — его цепкий взгляд продолжал монотонно сканировать меня и Наташу, фиксируя каждую деталь.

Качок тем временем повернулся к моему молчаливому соседу и быстро бросил ему короткую фразу на турецком. Мой «Бандерас» весело рассмеялся, в очередной раз продемонстрировав шикарный белый оскал идеальных зубов. Он что-то бегло ответил другу на своем языке, а затем — совершенно открыто и без капли смущения — выразительно кивнул в мою сторону.

Мой внутренний радар зафиксировал: парень не просто соглашался с шуткой друга. В его кивке и интонации было что-то вроде: «Да, эта женщина мне интересна, и я принимаю вызов».

Я окинула «Бандераса» еще одним долгим, заинтересованным взглядом, на который он тут же ответил своей фирменной белозубой улыбкой.

— И как же зовут нашего местного Антонио? — спросила я на английском, посмотрев парню в глаза.

Тот лишь вопросительно приподнял брови, плечами показав, что международный язык для него — такой же белый шум, как и русский и перевел взор на своего, очевидно, друга.

— К сожалению, английского он не знает тоже, — охотно отозвался качок, сделав шаг ближе к моему шезлонгу. — Но я не вижу в этом особой проблемы, красавица. И всегда готов поработать для вас личным переводчиком. Абсолютно бесплатно.

Я задумчиво замолчала, продолжая с удовольствием разглядывать Аполлона. В голове цинично прокрутилась короткая мысль: в некоторых делах посредники абсолютно ни к чему. Скорее даже вредны.

И тут случилось странное. Молчавший всё это время толстяк вдруг едва заметно кивнул, словно внутри его черепной коробки только что сошлись все элементы какого-то сложного уравнения. Тяжелый, сканирующий взгляд на секунду потеплел, и он обратился к нам с Наташей. Голос у него оказался глубоким, бархатным и пугающе уверенным:

— Очаровательные девушки, позвольте пригласить вас сегодня вечером в мой ресторан. Он называется «Босфор» и находится тут неподалеку, прямо на побережье, — он властно махнул холеной рукой куда-то в сторону центральной набережной, обозначая свое присутствие на этой территории. — Обещаю лучшую турецкую кухню и полную безопасность.

Слегка прикоснувшись плечом к бедру уже встрепенувшейся было Наташки, тем самым удерживая её рот на замке, я ответила сама:

— Ваше предложение довольно интересно. Всегда хотелось попробовать что-то оригинальное и необычное.

И посмотрела мужчине прямо в глаза. Точнее — в ту самую точку на переносице, которая создает эффект пронзительного и абсолютно уверенного взгляда. Зачем я это сделала? Да из чистого профессионального автоматизма. Этот холеный хозяин жизни явно привык, что одинокие бабы на пляже тают от приглашения в «элитный ресторан». Мне нужно было сразу, без лишних слов, обрубить его возможные иллюзии. Я не собиралась становиться его добычей или развлекать его стареющее эго. Моя цель на этот отпуск определилась и была кристально чистой: пара горячих ночей вот с этим великолепным, молчаливым прессом на соседнем шезлонге. А главный босс с его «Босфором» в моем плане шел исключительно как бесплатное приложение — безопасное место для старта и сытный ужин для Наташки.

Мой взгляд сработал как холодный душ. Толстяк даже слегка покачнулся назад, словно наткнулся на стену. Маска снисходительного благодетеля с него сползла, а в глазах зажегся неподдельный интерес — он понял, что нахрапом меня не взять. Ну надо же, с досадой подумала я, достигнутый эффект оказался прямо противоположным желаемому. Он, оказывается, охотник в душе, а не просто бизнесмен.

— Отлично, — тем временем глубоким голосом произнес он, быстро возвращая себе самообладание. — Сегодня. Восемь вечера. Столик на террасе у самой воды будет ждать вас. Заодно и познакомимся… поближе.

Оставив за собой это последнее, многозначительное слово, он развернулся и неторопливо пошел прочь по гальке. Качок подмигнул Наташке и двинулся следом за ним.

А мой восточный Аполлон чуть задержался. Он перевел взгляд с уходящего босса на меня, его белозубая улыбка сменилась очень внимательным, заинтригованным прищуром. Он уважительно кивнул мне, будто зафиксировал мою маленькую ментальную победу над его начальником, и пошел догонять компанию.

Подруга рядом со мной наконец прерывисто выдохнула, выпуская воздух из легких:

— Геля, блин! Ты видела, как этот пухляш на тебя залип? Мы идем в лучший рестик побережья на халяву!

— Мы идем туда ужинать, Натали, — лениво отозвалась я, устраиваясь поудобнее на шезлонге и закрывая глаза под монотонный прибой. — Ты будешь наслаждаться их прекрасной турецкой кухней, а я буду присматриваться, как технично и без лишних свидетелей забрать к себе в номер тот молчаливый идеальный пресс. Всё, не шуми, дай волны послушать.

Глава 2

Выходя из душа, я мечтала лишь об одном — доползти наконец до кровати и полежать хотя бы полчаса. Но Наташка, отвоевавшая ванную первой, уже крутилась вокруг меня с запыхавшимися, чуток истеричными возгласами: «Что надеть в пафосный ресторан?!»

Осторожно обогнув её, я таки добралась до своего койко-места и с блаженным вздохом вытянулась на бежевом покрывале. Закрыв глаза, я молчала, не в силах разговаривать и даже думать.

Но Натали не собиралась сдаваться и замолкать. Она потрясала руками, взывала к моей совести и патетично требовала прекратить это бессовестное валяние. Я всё таки приоткрыла один глаз. Обрадовавшись своей тактической победе, подруга сразу усилила словесную бомбардировку.

И это после всего того, что она уже устроила мне сегодня на пляже! Один только заезд на огромном надувном «банане» чего стоил... Эти её идеи активного отдыха. Резкие, сумасшедшие повороты, холодные брызги, которые на скорости словно мелкие камни бомбардируют всё тело — о, это оказалась та ещё пытка. Да еще и постоянная боязнь слететь в море под громкий хохот удержавшихся, от чего я так крепко сжимала руки на скользкой ручке, что аж пальцы до сих пор сводит.

Единственное удовольствие во всей этой авантюре я получила, когда очень далеко от берега, в чистом и по-настоящему глубоком море, нам наконец разрешили соскользнуть с этого пыточного снаряда. Вот там, просто наслаждаясь плаванием в прекрасной, сочной и прохладной глубине, я выдохнула. Ощущения были великолепные. Но теперь за этот недолгий кайф моё тело требовало расплаты в виде тридцати минут абсолютного анабиоза.

— Геля! Ну ты издеваешься? Восемь вечера уже скоро! — Наташка затрясла перед моим носом каким-то леопардовым недоразумением на вешалке.

— Что это? — еле слышно пробормотала я, открывая второй глаз и уже прицельно рассматривая характерно пятнистого раскраса тряпку. — Бабушкино наследие?

— А что? Очень даже хищно. И весьма сексуально! — Натали явно готова была защищать свой выбор любой ценой.

Я печально вздохнула и села на кровати.

— Не придумывай, умоляю. Мы же не на дискотеку идем, — пыталась я воззвать к голосу её разума, искренне надеясь, что этот самый разум наконец услышит меня, и мы вместе одолеем мою, решившую пуститься во все тяжкие, подругу.

А судя по тому, что эта леопардовая тряпочка была не сильно больше носового платка и, вроде как, просвечивала... Короче, ну вообще не вариант для дорогого ресторана на побережье.

— Простота, моя дорогая хищница, — застонала я, потирая виски. — Дорого — не значит блестяще и вызывающе. Однотонное платье или костюм, тонкая цепочка, пара колечек. Если тебе так сильно хочется «дорого-богато», то надень еще браслет. Элегантно и просто — вот наш стиль. Думай!

И я откинулась обратно на подушку, зная, что следующие минут пятнадцать подруга будет надежно нейтрализована перебором своих бесконечных вещей, коих с собой она привезла аж четыре чемодана. И мысленно хихикнула про себя, вспоминая охреневший взгляд носильщика и пыхтение проводника, помогавшего выгружать всю эту немыслимую роскошь из вагона на перрон. А потом просто провалилась в темноту. Кажется, отрубилась для мира окончательно.

В сгущающихся сумерках ресторан «Босфор» выглядел потрясающе. Огромная стеклянная стена, в которую были вмонтированы окна и тяжелые прозрачные двери, вела на просторную террасу. Справа прямо в эту стеклянную конструкцию была встроена барная стойка из благородного тёмного дерева. Задумка была гениальной: бармен работал внутри помещения, в прохладе кондиционеров, а гости сидели на улице, на расставленных вдоль стойки ярко-красных барных стульях, наслаждаясь морским бризом.

Вид, конечно, шикарный. Снаружи царила расслабленная атмосфера стильного пляжного отдыха — от барных стульев можно было буквально за минуту дойти и нырнуть в море. Но стоило переступить порог, как ты оказывался внутри дорогого, статусного ресторана с аккуратными прямоугольными столиками и деревянными стульями, полностью повторяющими обивку того же сочного красного цвета. По стеклянной стене изнутри густо вились зеленые растения. Они работали как естественная живая ширма, закрывая столики у самого окна от посторонних глаз с набережной, но оставляя гостям возможность беспрепятственно видеть море.

Да, здесь пахло не только восточными специями и вкусной едой… Запах дорогого парфюма, больших денег и шлейф негласной власти буквально висели в прохладном воздухе зала. Владельцы этого заведения явно не считали копейки — они ворочали миллионами, и этот ресторан был лишь красивой витриной для чего-то гораздо более масштабного.

Но это меня абсолютно не касается — тут же одернула я себя мысленно. Мои цели на этот отпуск просты и ясны, и они никак не связаны с этим местом. Ну, по крайней мере, я на это искренне надеюсь.

И тут к нам подошел тот самый качок с пляжа. На его голове забавно смотрелась круглая шапка с кисточкой, тоже сочного красного цвета — видимо, дань уважения турецкому колориту заведения. Белоснежная футболка выгодно обтягивала его перекачанный торс, а короткие рукава выставляли на всеобщее обозрение огромные бицепсы. При виде этого рельефного великолепия Наташка рядом со мной сразу задышала чуть интенсивнее, мгновенно позабыв про все мои лекции о банальной осторожности и сдержанности.

Парень радостно улыбнулся и наконец представился:

— Девушки, рад, что приняли приглашение! Меня зовут Марко. Ваш столик уже ждёт вас.

Он снова обезоруживающе широко улыбнулся и сделал приглашающий жест рукой в сторону открытой террасы.

— А меня — Наташа! — подруга, окончательно осмелев, сделала шаг из-за моей спины.

Она встала прямо под свет светильника над дверью, который очень выгодно подсветил её ракурс. Мой совет сработал на все сто: небесно-голубой брючный костюм потрясающе сочетался с её блондом и ярко-синими большими глазами. Никакого полупрозрачного леопарда — однотонная, благородная гамма, перед которой упал бы любой качок.

Марко и правда был очарован. Слегка склонив голову в галантном поклоне, он предложил ей свою руку, а Наташка моментально в неё вцепилась. И уверенно повёл её куда-то в глубь террасы, а я обалдело осталась стоять у входа и смотреть им вслед.

«Ну ничего себе, — промелькнула в голове ехидная мысль. — Они вообще про меня забыли?!» Подруга года, не иначе. Стоило поманить рельефным трицепсом, и всё — боевой товарищ брошен на произвол судьбы в логове подозрительных миллионеров.

И тут из тени террасы вышел он. Мой молчаливый, пока ещё безымянный Антонио. Белая, расстегнутая на пару пуговиц рубашка, идеально сидящие темные брюки — всё просто, стильно и чертовски красиво. Я замерла, поймав мимолетное ощущение дежавю: мы выглядели так, словно заранее договорились одеться в одном стиле. Моё короткое белое платье-футляр с открытыми плечами и его безупречная классическая простота совпали настолько, что мы смотрелись как пара с обложки глянцевого журнала.

Он тепло и сдержанно улыбнулся. Так же молча, не предлагая руки, но и не отступая от меня ни на шаг, он приглашающе кивнул в сторону террасы. Мы шли вровень, держась плечом к плечу, и послушно следовали за уплывшими вперед Марко и Натали. Между нами не было произнесено ни единого слова, но воздух в эту минуту словно наэлектризовался до предела. Каждое движение, шорох ткани и синхронный шаг в этом южном полумраке отзывались внутри каким-то первобытным азартом. Контроль же тихонько сползал куда-то на дно подсознания, уступая место чистой физиологии.

Босс на террасе пока не показался. Видимо, богатенький ресторатор любил эффектные паузы и не спешил выкатывать свою тяжелую фигуру на сцену раньше времени. Марко уверенно довел нас до столика у самой воды, откуда открывался чудесный, завораживающий вид на темное море и галечный, уже почти пустой вечерний пляж.

Мой Бандерас плавно шагнул вперед, мягко отодвинул для меня стул, помогая разместиться со всем возможным комфортом, и только после этого аккуратно сел сам, устроившись напротив. В его движениях не было ни капли суеты — только спокойное мужское достоинство.

Рядом с нашим столиком тут же, словно из воздуха, возникла смуглая официантка в строгой темной форме и бесшумно раздала массивные папки меню. Марко, не теряя времени, галантно наклонился к Натали и белозубо ухмыльнулся:

— Наташа, выбирай всё, что твоя душа пожелает! Наш шеф сегодня превзойдет сам себя.

Наташка с энтузиазмом зашуршала страницами, а я, полистав карту блюд с незнакомыми названиями, подняла глаза на Марко и спокойно произнесла:

— Я не особо разбираюсь в турецкой кухне. Точнее, вот совсем не разбираюсь. Ибо в Турции, как ни странно, ни разу в жизни не была — в отличие от, наверное, практически всех своих соотечественников. Я всегда предпочитала старую добрую Европу. Париж, Мангейм, Амстердам… Так что все эти названия для меня — китайская грамота.

Услышав знакомые европейские топонимы, мой молчаливый красавец напротив вдруг едва заметно улыбнулся, будто считал мой культурный бэкграунд без всякого перевода. Он мягко забрал у меня из рук папку меню, закрыл её и уверенно отложил в сторону. Затем повернулся к застывшей рядом смуглой официантке и быстро произнес несколько слов на турецком.

Закончив говорить, он снова перевел свой взор на меня, хитро и в то же время очень тепло, ободряюще прищурился. А потом повернулся к Марко и что-то ему сказал.

— Мой друг говорит, что взял это на себя, — тут же поспешил перевести Марко, прервав свой флирт с Натали. — Он сделал заказ для вас обоих и очень надеется, что вы по достоинству оцените выбранное им блюдо. Это, так сказать, визитная карточка нашего шефа.

Я ответила «Антонио» легким кивком, принимая правила игры. Невербальный поединок становился всё более интригующим. Посредники нам действительно были не нужны.

Однако… Уже просто неприлично становилось то, что этот парень так и не назвал мне своё настоящее имя. И, что ещё интереснее, даже не спросил моё! Нас разделял всего лишь прямоугольный стол, шелест набегающих волн и глупая пляжная кличка, которую ему на ходу прилепил перекачанный Марко. Интрига закручивалась с удивительной, пугающей силой, и этот бессловесный турецкий Аполлон явно вёл в нашей беззвучной дуэли.

Но додумать эту мысль мне не дали. Из глубины зала на террасу вышел третий персонаж — явно тот самый шеф-повар, о котором минуту назад говорил Марко. Мужчина в белоснежном кителе с красной отделкой лично нес на изящном подносе два огромных бокала, наполненных чем-то сочным, оранжево-желтым, украшенных крошечными коктейльными зонтиками и дольками апельсина.

Он широко улыбнулся, вежливо поздоровался с нами и, аккуратно расставив бокалы на столе, произнес с восточным акцентом:

— Рад приветствовать вас в нашем «Босфоре», очаровательные дамы! Это мой личный фирменный коктейль из сока свежих, только что выжатых южных фруктов. Специальный комплимент для особенных гостей от заведения.

Наташка тут же отвлеклась от Марко и непререкаемым тоном отрезала, что мы вообще-то не пьем алкоголь, на что шеф-повар заговорщицки подмигнул ей и уверенно ответил:

— Никакого алкоголя, прекрасная гостья! Только свежий, натуральный сок нескольких секретных фруктов, колотый лёд и… собственно, всё.

Он галантно приложил руку к сердцу, пожелал нам хорошего и незабываемого вечера, после чего бесшумно развернулся и ушел обратно на кухню.

Наташка с блаженным вздохом потянулась к своему оранжево-желтому бокалу с зонтиком, а мой молчаливый Аполлон снова прищурился, не сводя с меня глаз. Внутри меня всё вибрировало от этого взгляда, а первобытные инстинкты, запертые годами лжи, требовали немедленного продолжения. Эротическое напряжение между нами росло с каждой секундой, и эта южная ночь, кажется, обещала стать по-настоящему жаркой.

Ровно в эту секунду на террасе показался толстяк.

Он бесшумно вынырнул из густой тени вьющихся растений, словно всё это время стоял там и наблюдал за нашей наэлектризованной сценой со стороны. Маска благодетеля снова была натянута на его холеное лицо, а цепкий взгляд пятидесятилетнего мужчины бесцеремонно вклинился между мной и моим (уже моим!) турком. Кукловод соизволил выйти на сцену и обломать нам весь кайф. Игра началась.

Глава 3

Дождавшись, когда наши глаза зафиксируются на нем, он радушно улыбнулся и продолжил наступление. Маска гостеприимного хозяина сидела на его холеном лице как влитая, но я четко понимала истинный мотив этого внезапного визита. Мужская физиология — штука примитивная, какими бы баснословными суммами ты ни ворочал. Толстяк банально меня возжелал. В его цепком взгляде, скользнувшем по моим открытым плечам, горел вполне однозначный инстинкт самца, решившего заполучить именно этот трофей.

Но напролом такие люди не действуют — слишком много эго. Его планом явно была красивая, статусная осада. Он же обещал там, на пляже, что мы познакомимся поближе. Вот и пришел исполнять.

— Добрый вечер всем, — глубокий, бархатный голос толстяка идеально вписался в шум прибоя. Он вальяжно подошел к столику, но садиться не спешил, удерживая доминантную позицию сверху. — Вижу, мой шеф-повар уже успел угостить вас своим фирменным напитком. Марко, почему наши гостьи до сих пор без вина? Принеси то коллекционное, из моих личных запасов.

Марко мгновенно подобрался, растеряв всю свою веселость, и сделал знак официанту, но тут в спектакль босса бесцеремонно прилетел протестующий вопль Натали.

— Никакого вина! — Наташка патетично замахала руками, чуть не задев свой оранжевый коктейль с зонтиком. — Мы алкоголь не пьем! Вот совершенно, непреклонно и принципиально! Эти коктейли от вашего шеф-повара просто отпад, так что никакого спиртного на этом столе, пожалуйста!

Марко застыл с открытым ртом, глядя на своего босса. Толстяк тоже завис, явно не привыкший, что его щедрые жесты так бесцеремонно режут на взлете. Его холеное лицо на миг потяжелело, но он быстро вернул себе маску благодетеля и снисходительно рассмеялся, переведя взгляд на Натали:

— Какая редкая и похвальная непреклонность в наши дни. Что ж, Марко, отставить вино. Раз девушки желают оставаться трезвыми, мы подчиняемся и не спорим. Разрешите присесть? Меня зовут Хакан-бей. Для вас — просто Хакан. Как и обещал — пришел знакомиться поближе.