Симулякры и Симуляция.ру

Глава 1: "Вспышка"

Симуляков открыл глаза за секунду до того, как сработал будильник. Что-то разбудило его – неясное ощущение тревоги, словно кто-то наблюдал за ним сквозь окно двадцать второго этажа. Рядом с кроватью парила голограмма с показателями сна: 86% эффективности, 14% фазы быстрого сна, что на 3% ниже нормы, 0,74% микропробуждений. Александр махнул рукой, отключая проекцию. Эти цифры давно перестали что-либо значить, как и большинство других цифр, заполнявших его жизнь.

– Сегодня вторник, двадцать второе апреля, – сообщил голос системы "умного дома". – Температура за окном плюс шестнадцать, вероятность осадков восемнадцать процентов, индекс загрязнения воздуха…

– Отключить, – хрипло скомандовал Александр и потянулся к тумбочке за пачкой сигарет.

Курить в квартире было запрещено системой пожарной безопасности, но Симуляков давно перепрограммировал датчики в спальне. Мелкий акт цифрового неповиновения, один из немногих доступных ему способов почувствовать себя свободным в мире, где каждый шаг контролировался, измерялся и анализировался алгоритмами.

Александр затянулся, глядя в окно на панораму утренней Москвы. Солнце только начинало подниматься, окрашивая смогом затянутое небо в желтовато-розовые тона. Из-за запрета на бензиновые автомобили воздух стал чище, но все еще недостаточно. Особенно в апреле, когда где-то на окраинах все еще жгли прошлогоднюю траву и мусор, несмотря на все запреты.

Внезапно что-то изменилось. Воздух словно сгустился, а затем вспыхнул резким светом, на миг ослепившим Александра. Сигарета выпала из пальцев, оставив черный след на светлом паркете.

Над центром Москвы разгоралось странное сияние – не солнечный свет, а что-то похожее на северное сияние, только ярче и концентрированнее. Зеленоватые и пурпурные волны переливались в небе, складываясь в геометрические узоры, напоминающие то ли древние руны, то ли математические символы, то ли странную цифровую графику.

Александр моргнул, не веря своим глазам. За тринадцать лет работы в VR-технологиях он видел немало голографических проекций, но никогда – такого масштаба и четкости. Он потянулся к телефону, чтобы снять видео, но экран внезапно погас. Отключилось и освещение в квартире, даже индикаторы на бытовой технике потухли.

Сияние над городом достигло пика яркости – Александру показалось, что на миг он увидел в нем какое-то сообщение, последовательность символов, которую его мозг почти расшифровал, но не успел удержать. Затем все исчезло так же внезапно, как и появилось.

Свет в квартире мигнул и снова включился. Ожил и телефон, показывая десятки уведомлений о новых сообщениях.

– Сбой в энергосистеме устранен, – сообщил голос системы. – Приносим извинения за доставленные неудобства.

Александр усмехнулся. Система всегда отрабатывала четко – никаких признаний в том, что произошло что-то необъяснимое. Сбой в энергосистеме, и точка.

Он быстро просмотрел уведомления – десятки сообщений от коллег, все о странной вспышке. Значит, не показалось. Но что это было? Секретные военные испытания? Новая городская голографическая система? Природное явление?

Стараясь не думать о произошедшем, Александр направился в душ. Холодная вода смыла остатки сна и странное ощущение тревоги. Да и что такого произошло? Подумаешь, вспышка в небе. В мире постоянно что-то вспыхивает, взрывается, обрушивается – привыкнуть можно ко всему.

Александр вытер волосы полотенцем и подошел к гардеробной капсуле. Система предложила три варианта одежды, соответствующих погоде, его настроению (определенному по мимике и жестам) и запланированным встречам. Он выбрал второй – темно-синий костюм с едва заметным индиго отливом. В офисе "РеалКонцепт.РУ" была пятница неформальной одежды, но Симуляков предпочитал костюмы. Они создавали нужную дистанцию между ним и коллегами, большинство из которых носили одежду, напичканную электроникой и постоянно меняющую цвет и фактуру.

Выпив чашку кофе и пролистав новостную ленту (никаких упоминаний о вспышке, только обычная смесь политических скандалов, экономических прогнозов и светских сплетен), Александр вызвал лифт. В кабине была уже одна женщина – Ирина из тридцать пятой квартиры. Она нервно теребила края шарфа и странно озиралась.

– Доброе утро, – кивнул Александр.

– Доброе, – отозвалась она, не глядя на него. – Вы… видели это? Там, в небе?

– Видел, – подтвердил он. – Странная вспышка. Наверное, тестируют какую-то новую городскую иллюминацию.

Женщина покачала головой.

– Это было… как-то не так. Я почувствовала что-то. Внутри. Словно что-то изменилось.

Симуляков пожал плечами. Опять эти поиски мистических значений в обычных технических сбоях. Люди не хотели принимать мир таким, какой он есть – сложным, но объяснимым набором алгоритмов и случайностей.

– После вспышки я услышала странный голос, – вдруг сказала Ирина. – Как будто кто-то внутри моей головы заговорил.

Александр бросил на нее быстрый взгляд. Женщина выглядела вполне вменяемой, хотя и напуганной.

– Наверное, это последствия электромагнитного импульса, – предположил он. – Иногда они могут вызывать слуховые галлюцинации. Это пройдет.

Лифт остановился на первом этаже. Ирина вышла первой, все еще бормоча что-то о голосах. Александр проводил ее взглядом. Вот оно, главное отличие технаря от обычного человека – первый ищет рациональные объяснения, второй сразу видит мистику.

У выхода из здания Симуляков проверил статус своего автомобиля. Электрокар был полностью заряжен и ждал на подземной парковке. Но Александр решил пройтись – до офиса было всего двадцать минут пешком, а после странного пробуждения хотелось проветрить голову.

Улицы Москвы казались непривычно тихими. Обычная утренняя толпа спешащих на работу людей была, но все двигались как-то странно – многие останавливались, трясли головой, некоторые что-то бормотали себе под нос. У метро "Цветной бульвар" какой-то мужчина в деловом костюме кричал в пустоту:

– Да заткнись ты! Заткнись! Это не мои мысли!

Охранник торгового центра пытался его успокоить, но сам выглядел не лучше.

Симуляков ускорил шаг. Что-то явно происходило, и это что-то было связано с утренней вспышкой. Возможно, какое-то экспериментальное психотропное вещество попало в воздух? Или новый вирус?

Александр достал телефон и набрал номер матери. После нескольких гудков она ответила.

– Саша? Что случилось? Ты в порядке?

ВНИМАНИЕ! МЫ ПРЕРЫВАЕМ НАШЕ ВЕЩАНИЕ В СВЯЗИ С ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ СИТУАЦИЕЙ!

Александр вздрогнул. Голос, прозвучавший в его голове, был не его собственным. Это был голос Юрия Левитана – легендарного советского диктора, которого Симуляков знал только по старым записям и историческим фильмам.

– Мама, я перезвоню, – пробормотал он и отключился.

ЭТО СТРАННО. ПОЧЕМУ Я СЛЫШУ ГОЛОС ЛЕВИТАНА? МОЖЕТ БЫТЬ, Я СХОЖУ С УМА?

Каждая мысль теперь звучала этим торжественным, чеканным голосом, от которого некогда замирала вся страна. Голосом, объявлявшим о начале войны и Победе, о смерти вождей и запуске первого спутника.

Александр остановился посреди тротуара, не обращая внимания на людей, огибавших его. Он закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться.

ТАК, НУЖНО УСПОКОИТЬСЯ. ЭТО ПРОСТО СЛУХОВАЯ ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ. ПОСЛЕДСТВИЯ ВСПЫШКИ, КАК Я И СКАЗАЛ ИРИНЕ. ОНО ПРОЙДЕТ.

Но внутренний голос Левитана не исчезал. Он озвучивал каждую мысль с той же интонацией, с какой когда-то объявлял о важнейших государственных событиях.

Александр открыл глаза и огляделся. Теперь он заметил, что многие вокруг ведут себя как люди, слышащие голоса – они трясут головой, закрывают уши, бормочут что-то. Некоторые испуганно озирались, другие стояли с отрешенным видом, полностью погрузившись в свои мысли.

ЗНАЧИТ, ЭТО МАССОВОЕ ЯВЛЕНИЕ. ЧТО-ТО ПРОИЗОШЛО СО ВСЕМИ НАМИ. ВОЗМОЖНО, ЭТО КАКАЯ-ТО АТАКА? НОВОЕ ПСИХОТРОПНОЕ ОРУЖИЕ?

Голос Левитана делал его мысли гротескно пафосными, и Александр почувствовал приступ истерического смеха. Как абсурдно – слышать свои циничные размышления голосом главного советского официоза!

Он заставил себя двигаться дальше. Если это массовое явление, то в офисе наверняка уже знают, что происходит. Эдуард Вайсберг, генеральный директор "РеалКонцепт.РУ", имел связи в правительстве и часто получал информацию раньше всех.

Симуляков ускорил шаг, стараясь игнорировать Левитана в своей голове. Но голос диктора был неумолим.

ИНТЕРЕСНО, СЛЫШАТ ЛИ ДРУГИЕ ТОЖЕ ЛЕВИТАНА, ИЛИ У КАЖДОГО СВОЙ ГОЛОС? И ПОЧЕМУ ИМЕННО ЛЕВИТАН? Я ДАЖЕ НЕ ПОМНЮ ЕГО ГОЛОС ТОЛКОМ.

Но чем больше Александр вслушивался в свой внутренний монолог, тем более знакомым казался голос. Он действительно звучал именно как Левитан – с характерными интонациями, паузами, тембром. Откуда его мозг взял этот образец? Из старых записей? Из фильмов? Или это коллективная память, доставшаяся от родителей и бабушек с дедушками, для которых этот голос был голосом самой Истории?

До офиса оставалось всего два квартала, когда телефон Александра зазвонил снова. На экране высветилось имя: "Эдуард Вайсберг".

– Да, Эдуард Яковлевич, – ответил Симуляков, стараясь, чтобы голос звучал нормально.

– Ты где? – без предисловий спросил Вайсберг. Его голос звучал напряженно.

– Иду в офис. Буду через пять минут.

– Не приходи, – отрезал директор. – Мы закрываем офис. Всем приказано оставаться дома до выяснения обстоятельств.

– Каких обстоятельств? – спросил Александр, хотя уже догадывался о ответе.

– Ты что, не… – Вайсберг запнулся. – А, так ты тоже слышишь?

– Левитана? Да.

На линии повисла пауза.

– Не только ты, – наконец сказал Вайсберг. – Это какая-то массовая… аномалия. По всей Москве люди слышат свои мысли голосами советских дикторов. Левитан, Кириллов, Балашов… Правительство созывает экстренное совещание. Объявлено чрезвычайное положение.

ЗНАЧИТ, ЭТО НЕ ИНДИВИДУАЛЬНАЯ ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ. ИНТЕРЕСНО, ВЫГЛЯДИТ КАК КОЛЛЕКТИВНОЕ БЕЗУМИЕ, НО С КАКОЙ ЦЕЛЬЮ? КТО МОГ ЭТО ОРГАНИЗОВАТЬ?

– Александр? Ты здесь? – голос Вайсберга вернул Симулякова к разговору.

– Да, извините. Задумался.

– Возвращайся домой. Мы перейдем на удаленную работу, пока это… что бы это ни было… не прекратится.

– А есть какие-то версии? Что это за феномен?

Вайсберг помолчал.

– Официальная версия – последствия солнечной вспышки, вызвавшей сбои в электромагнитном поле Земли. Якобы это временное явление, которое скоро пройдет само.

– Вы в это верите?

Снова пауза.

– Нет, – наконец признался Вайсберг. – Я думаю, это что-то другое. Более… целенаправленное. Но это не телефонный разговор. Иди домой, Саша. И держись подальше от толпы. Люди паникуют.

Александр огляделся. Действительно, на улицах становилось все беспокойнее. У входа в аптеку образовалась очередь – люди скупали успокоительные. Возле полицейского участка собралась небольшая толпа, кто-то кричал, требуя объяснений.

– Хорошо, – согласился Александр. – Я вернусь домой.

Но вместо того, чтобы повернуть назад, он продолжил путь к офису. Внутренний Левитан торжественно прокомментировал:

КОНЕЧНО, Я НЕ СОБИРАЮСЬ ПОДЧИНЯТЬСЯ ЭТОМУ ПРИКАЗУ. В ОФИСЕ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ОТВЕТЫ. ВАЙСБЕРГ ЧТО-ТО НЕДОГОВАРИВАЕТ.

Здание "РеалКонцепт.РУ" представляло собой стеклянную башню, спроектированную так, чтобы напоминать кристалл, растущий из земли. Обычно оживленный холл сейчас был почти пуст – только охрана и несколько растерянных сотрудников, видимо, тоже решивших проигнорировать приказ о закрытии.

Один из охранников, Михаил, узнал Александра и кивнул.

– Здравствуйте, Александр Евгеньевич. Вы не получили сообщение? Офис закрыт.

– Получил, – кивнул Симуляков. – Но мне нужно забрать кое-что из лаборатории.

Это была ложь, но Михаил, казалось, был слишком поглощен собственными проблемами, чтобы это заметить. Он нервно потер виски.

– Проходите. Только быстрее. Нас всех скоро отпустят по домам.

– Как вы… – Александр замялся, не зная, как сформулировать вопрос. – Вы тоже слышите голос? В голове?

Охранник опасливо огляделся по сторонам, словно боялся, что их подслушивают, и понизил голос:

– Киселев. Дмитрий Киселев, представляете? Каждая мысль его голосом. Как будто в моей голове поселился этот… пропагандист.

Александр сочувственно кивнул. Киселев был одиозным телеведущим 2010-х, известным своей агрессивной риторикой.

– У меня Левитан, – признался он.

– Левитан? – Михаил слабо улыбнулся. – Вам повезло. Лучше уж советский диктор, чем этот… современный.

Александр прошел через турникет и направился к лифтам. Лаборатория "РеалКонцепт.РУ" находилась на двадцатом этаже – изолированное пространство с повышенной защитой. Симуляков приложил ладонь к сканеру и ввел код доступа.

СТРАННО, ЧТО В ТАКОЙ СИТУАЦИИ БИОМЕТРИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ ВСЕ ЕЩЕ РАБОТАЮТ. ЕСЛИ ЭТО АТАКА, ЛОГИЧНО БЫЛО БЫ ОЖИДАТЬ СБОЕВ В ЭЛЕКТРОНИКЕ.

Двери лаборатории бесшумно открылись. Внутри было пусто и темно – только дежурное освещение создавало голубоватый полумрак. Обычно здесь работало не меньше десяти человек, тестируя новые VR-системы, настраивая алгоритмы, создавая все более совершенные симуляции реальности.

Александр включил основное освещение и подошел к своему рабочему месту. Он не был уверен, что именно ищет, но чувствовал, что ответ должен быть где-то здесь. "РеалКонцепт.РУ" специализировалась на технологиях дополненной и виртуальной реальности, на системах, влияющих на восприятие. Если кто-то создал технологию, способную заставить людей слышать свои мысли чужими голосами, то здесь должна быть информация об этом.

Он активировал свой терминал и ввел пароль. Система загрузилась, показывая привычный интерфейс. Александр открыл внутреннюю базу данных проектов и ввел в поиск: "аудиальные галлюцинации", "внутренний голос", "слуховое воздействие".

Поиск выдал несколько результатов, но все они касались обычных VR-проектов – игр и симуляторов, где звук был лишь частью общего опыта. Ничего похожего на технологию, способную вызвать массовые слуховые галлюцинации без использования наушников или имплантов.

МОЖЕТ БЫТЬ, ЭТО НЕ ТЕХНОЛОГИЯ? МОЖЕТ БЫТЬ, ЭТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО КАКОЕ-ТО ПРИРОДНОЕ ЯВЛЕНИЕ? НО КАК СОЛНЕЧНАЯ ВСПЫШКА МОГЛА ВЫЗВАТЬ ТАКОЙ СПЕЦИФИЧЕСКИЙ ЭФФЕКТ?

Внезапно Александр услышал звук открывающейся двери. Он быстро закрыл поисковый запрос и обернулся. В лаборатории появился Эдуард Вайсберг – высокий худощавый мужчина с аккуратно подстриженной седеющей бородкой. Он выглядел встревоженным, но, увидев Александра, попытался изобразить улыбку.

– А, Саша. Я так и думал, что найду тебя здесь.

– Эдуард Яковлевич, я просто хотел…

– Забрать важные данные, конечно, – кивнул Вайсберг. – Я понимаю. Но сейчас не время для инициативы. Ситуация… нестандартная.

ОН ЧТО-ТО СКРЫВАЕТ. ЕГО ВЗГЛЯД, НАПРЯЖЕННАЯ ПОЗА, НЕЕСТЕСТВЕННАЯ УЛЫБКА – ВСЕ ВЫДАЕТ НЕРВОЗНОСТЬ.

– Что происходит, Эдуард Яковлевич? – прямо спросил Александр. – Это не последствия солнечной вспышки, верно?

Вайсберг помедлил, словно взвешивая, сколько можно рассказать.

– Идем в мой кабинет, – наконец сказал он. – Здесь не лучшее место для разговора.

Кабинет генерального директора находился этажом выше. Стеклянные стены с видом на Москву, минималистичная мебель, несколько абстрактных скульптур – Вайсберг любил производить впечатление современного технократа с художественным вкусом.

Директор жестом предложил Александру сесть и сам опустился в кресло. На мгновение он прикрыл глаза, словно пытаясь собраться с мыслями.

– Что ты слышишь, Саша? – наконец спросил он. – Какой голос?

– Юрий Левитан, – ответил Симуляков. – А вы?

– Игорь Кириллов, – губы Вайсберга скривились в невеселой улыбке. – Помнишь такого? Вел программу "Время" в советские годы.

– Смутно, – признался Александр. – А о чем это говорит? Почему мы слышим именно этих дикторов?

Вайсберг встал и подошел к окну. Из его кабинета открывался вид на центр Москвы – Кремль, сталинские высотки, современные небоскребы. Сейчас город казался непривычно тихим, хотя было разгаром рабочего дня.

– Ты знаешь, что такое "Проект Зеркало"? – неожиданно спросил Вайсберг, не оборачиваясь.

Александр нахмурился.

– Нет. Это один из наших проектов?

– Не совсем, – Вайсберг повернулся к нему. – Это… скажем так, совместный проект нескольких организаций, включая нашу. Секретная разработка.

ЗНАЧИТ, Я БЫЛ ПРАВ. ЭТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ТЕХНОЛОГИЯ, А НЕ ПРИРОДНОЕ ЯВЛЕНИЕ. НО ЧТО ЭТО ЗА ПРОЕКТ? И ПОЧЕМУ Я О НЕМ НЕ ЗНАЛ?

– И что это за проект? – спросил Александр, стараясь скрыть волнение.

Вайсберг снова сел за стол.

– Исследование квантовой природы сознания, – ответил он. – Попытка создать интерфейс между человеческим мозгом и… скажем так, информационным полем вселенной.

Симуляков недоверчиво посмотрел на директора. Эдуард Вайсберг всегда казался ему прагматичным бизнесменом, далеким от подобных эзотерических концепций.

– Информационное поле вселенной? – переспросил он. – Звучит не очень научно.

– Наука давно вышла за рамки того, что казалось научным еще десять лет назад, – парировал Вайсберг. – Квантовая механика, теория струн, голографический принцип… Реальность намного сложнее, чем мы привыкли думать.

– Допустим, – Александр решил не спорить. – И как это связано с голосами в наших головах?

Вайсберг потер переносицу.

– "Проект Зеркало" использовал квантовый генератор, создающий определенное поле. Теоретически, это поле должно было усилить нашу способность получать информацию напрямую из… ну, назовем это квантовым информационным полем. Проще говоря, расширить сознание, выйти за пределы обычного восприятия.

– И вместо этого мы слышим советских дикторов?

– Что-то пошло не так, – Вайсберг развел руками. – Эксперимент вышел из-под контроля. Вместо расширения сознания мы получили этот странный эффект – озвучивание внутреннего монолога голосами из прошлого.

ЭТО ЗВУЧИТ АБСУРДНО. ЕСЛИ БЫ ТАКАЯ ТЕХНОЛОГИЯ СУЩЕСТВОВАЛА, Я БЫ О НЕЙ ЗНАЛ. Я ВЕДУЩИЙ СПЕЦИАЛИСТ ПО VR-СИСТЕМАМ.

– Почему я не был в курсе этого проекта? – спросил Александр, не скрывая обиды. – Это моя специализация – взаимодействие технологий с восприятием.

Вайсберг вздохнул.

– Проект был сверхсекретным. Доступ имели только несколько человек. Это была инициатива… сверху. Очень высоко сверху, если ты понимаешь.

– И когда должен закончиться этот эффект? – Александр пытался осмыслить информацию. – Вы можете отключить генератор?

– В том-то и проблема, – Вайсберг нервно постучал пальцами по столу. – Генератор уже отключен. Но эффект не прекращается. Как будто… как будто он зажил собственной жизнью.

ЭТО УЖЕ СОВСЕМ ФАНТАСТИКА. КВАНТОВЫЙ ГЕНЕРАТОР, НЕЗАВИСИМЫЙ ЭФФЕКТ… ВАЙСБЕРГ ЧТО-ТО НЕДОГОВАРИВАЕТ ИЛИ ПРОСТО НЕ ЗНАЕТ ПРАВДЫ.

– И что теперь? – спросил Александр. – Нас всех так и будут преследовать голоса Левитана и Кириллова?

– Ученые работают над решением, – Вайсберг попытался придать голосу уверенность. – Пока рекомендация простая – сохранять спокойствие, избегать массовых скоплений людей, не пытаться заглушить голос алкоголем или наркотиками – это только усиливает эффект.

Александр внимательно посмотрел на директора. Что-то в его поведении казалось странным, неискренним.

– Эдуард Яковлевич, вы рассказали мне правду? Всю правду?

Вайсберг выдержал его взгляд.

– Не всю, – признался он. – Но достаточно, чтобы ты понял серьезность ситуации. Остальное… остальное ты узнаешь, когда придет время.

– А когда оно придет?

Директор посмотрел в окно, на затихший город.

– Скорее, чем ты думаешь, – тихо сказал он. – А теперь иди домой, Саша. И будь осторожен. Люди… люди могут вести себя непредсказуемо, когда их тайные мысли начинают звучать голосами из советского прошлого.

Александр встал. У двери он обернулся.

– Только один вопрос. Почему именно советские дикторы? Какая связь?

Вайсберг медленно покачал головой.

– Я не знаю, – сказал он, и на этот раз Александр поверил, что он говорит правду. – Это самая большая загадка. Возможно, дело в коллективном бессознательном, в культурной памяти… А может быть, в чем-то более глубоком. Возможно, квантовое поле каким-то образом резонирует с прошлым, с тем временем, когда эти голоса формировали реальность для миллионов людей.

ИЛИ ЖЕ ЭТО ПРОСТО БАГ В ПРОГРАММЕ. СБОЙ В СИМУЛЯЦИИ РЕАЛЬНОСТИ.

Эта мысль, произнесенная голосом Левитана, вызвала у Александра нервную улыбку. Как иронично было бы, если бы вся реальность оказалась просто компьютерной симуляцией, а голоса в голове – результатом ошибки в коде.

– До свидания, Эдуард Яковлевич, – сказал он и вышел из кабинета.

Город за окнами офиса менялся. По пустынным улицам двигались военные машины, над центром кружили вертолеты. Москва входила в режим чрезвычайного положения.

НАЧИНАЕТСЯ ЧТО-ТО СЕРЬЕЗНОЕ. НУЖНО ВОЗВРАЩАТЬСЯ ДОМОЙ.

Александр вызвал лифт. В стеклянной кабине он видел свое отражение – бледное лицо, напряженный взгляд. Обычный человек, внезапно оказавшийся в эпицентре странных событий. Человек, чьи мысли теперь озвучивал голос из прошлого, голос, который когда-то был символом государственной мощи и непогрешимости.

Левитан в его голове произнес:

ЭТО ТОЛЬКО НАЧАЛО. ЧТО-ТО ПОДСКАЗЫВАЕТ МНЕ, ЧТО СКОРО ВСЕ СТАНЕТ ГОРАЗДО СЛОЖНЕЕ.

И впервые за день Александр был полностью согласен со своим внутренним диктором.

Глава 2: "Эхо"

Улицы Москвы преобразились до неузнаваемости. Вместо привычного городского шума – странная, настороженная тишина, нарушаемая лишь отдаленным воем сирен и рокотом вертолетов. Люди двигались быстро, избегая смотреть друг другу в глаза, многие закрывали уши наушниками – бесполезная попытка заглушить голос, звучащий изнутри.

ГОРОД СЛОВНО ПОСЛЕ БОМБЕЖКИ. НЕТ, СКОРЕЕ КАК В НАЧАЛЕ ПАНДЕМИИ – ТА ЖЕ АТМОСФЕРА СТРАХА И НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ.

Александр поморщился. Левитанский пафос делал даже обычные наблюдения напыщенными.

По дороге домой Симуляков заметил очередь перед аптекой – люди скупали успокоительные и снотворные. У продуктового магазина тоже толпились покупатели – первые признаки панических закупок, знакомых по прошлым кризисам.

Телефон в кармане завибрировал. Сообщение от матери: "Саша, что происходит? Я слышу голос Анны Шатиловой. Ты в порядке?"

МАМА СЛЫШИТ ШАТИЛОВУ. ИНТЕРЕСНО, ЭТО ИМЕЕТ КАКОЕ-ТО ЗНАЧЕНИЕ? ВОЗМОЖНО, У КАЖДОГО ПОКОЛЕНИЯ СВОЙ ДИКТОР?

Александр быстро набрал ответ: "Со мной все хорошо. У меня Левитан. Оставайся дома, не паникуй. Скоро приеду".

Мать жила в старой квартире на Чистых прудах – в доме, где Александр вырос. После смерти отца он предлагал ей переехать в более современное жилье, но Ирина Николаевна отказалась. "В этих стенах вся моя жизнь", – говорила она. Симуляков понимал: там были не только стены, но и воспоминания – о муже, о советской молодости, о времени, когда мир казался более понятным и предсказуемым.

Входя в свой подъезд, Александр столкнулся с соседом – профессором Климовым, преподавателем истории из МГУ. Пожилой мужчина выглядел непривычно растерянным.

– А, Саша, – он нервно потер висок. – Ты тоже… слышишь?

– Да, – кивнул Александр. – Левитана.

– А я Кириллова, – профессор горько усмехнулся. – Забавно, правда? Я всю жизнь изучаю историю, а теперь она буквально звучит в моей голове.

– Есть какие-нибудь новости? – спросил Симуляков. – Официальные объяснения?

Климов покачал головой.

– Только слухи. Говорят, это какой-то эксперимент вышел из-под контроля. Или новый вирус. Или психотропное оружие. Никто ничего не знает наверняка.

ИЛИ ЗНАЮТ, НО НЕ ГОВОРЯТ. СТРАННО, ЧТО ДО СИХ ПОР НЕТ ОФИЦИАЛЬНОГО ЗАЯВЛЕНИЯ ОТ ВЛАСТЕЙ.

– Как думаете, это скоро пройдет? – спросил Александр, хотя понимал, что профессор знает не больше его.

Климов пожал плечами.

– Кто знает? Но должен сказать, есть в этом что-то… символичное. Советские дикторы в головах постсоветских людей. Как будто прошлое не отпускает нас, не дает двигаться дальше.

Александр кивнул, не желая углубляться в философские дискуссии. Сейчас его больше интересовали практические вопросы – как долго продлится феномен и как с ним жить.