Драконье счастье

ГЛАВА 1. Откуда не ждали

— Анна Васильева, вас просят немедленно явиться в ректорат. — Преподавательница по бытовой магии сложила переданную помощницей записку, и аудитория, полная любопытных студентов, возбужденно зашепталась.

На целых две секунды я позволила себе погрузиться в панику. Потом выдохнула и сложила в матерчатую сумку вещи: блокнот, деревянный пенал, термос с лимонной водой.

— Удачи, — шепнула Ирина, соседка по общежитской комнате, когда я проходила мимо ее стола. Оставалось едва заметно улыбнуться и кивнуть подруге. Помочь мне и впрямь могла только удача, а я слабо верила в эфемерные понятия.

— Тишина, девушки! — осекла магистр шепотки. — Анна, поторопитесь.

Торопиться не хотелось, но пришлось — ассистентка преподавательницы так споро преодолевала академические коридоры и лестницы, словно куда-то опаздывала. Возможно, в столовую. До ректората мы добрались в кратчайший срок, даже морально подготовиться не успела.

— Ректор вызывал Анну Васильеву! — звонким голосом объявила девушка секретарю, строгой даме в летах.

Та кивнула, предлагая мне заходить в крепкие объятия неприятностей. И я вошла с невозмутимым видом и холодными, влажными ладонями. Взгляд заметался по просторному строгому кабинету, залитому ярким весенним солнцем. Того, кого я ожидала здесь встретить, попросту не было. Впрочем, как и ректора.

За приставным столом сидел незнакомый тип с круглыми очочками на длинном носу. Он широко улыбнулся, продемонстрировав крупные зубы, и начал подозрительно напоминать коммивояжера.

— Госпожа Васильева, а вот и вы! — воскликнул он.

Ей-богу, почти решила, что сейчас предложит купить наборы мыльных камней по немыслимым ценам.

Я сдержанно поздоровалась и настороженно покосилась на второго незнакомца.

Он стоял спиной, что-то внимательно изучал на улице и обернуться не потрудился. От всей его высокой, поджарой фигуры, упакованной в дорогой костюм, веяло высокомерием. Оказывается, затылком надменность тоже можно излучать.

— Я переводчик господина Киана Йорна. — Очкарик вскочил со стула и направился ко мне с протянутой рукой. В смысле, не милостыню просил, а для рукопожатия.

— Простите, кого?

Затормозив, он уронил руку и озадаченно кивнул на второго визитера. Невольно я повернула голову. Мужчина у окна продолжал, собственно, смотреть в окно и демонстрировать спину. Длинные волосы необычного серебристого оттенка доставали до плеч, густые, гладкие и расчесанные. Я подавила дурацкое желание поправить торчащий на виске завиток. С утра не приглаживался, сволочь!

— Господин Йорн плохо говорит по-валлейски, — заговорщицким тоном пробормотал переводчик.

— Я догадалась, — прошептала в ответ, хотя вообще ни о чем не догадывалась. — И что он от меня хочет?

— Жениться, конечно, — с широкой улыбкой пояснил он. — Вы ведь его невеста!

В воцарившейся тишине мой громкий смешок прозвучал издевательски. Я испуганно прикрыла рот ладонью, а Киан Йорн развернулся. Смеяться сразу расхотелось…

Он оказался по-настоящему красив. Без слащавости, необычной, резковатой красотой, присущей исключительно мужчинам. Глаза только были не человеческие, а с вытянутыми вертикальными зрачками. В Валлейскую академию бытовой магии заявился дракон. Родовитый, драконорожденный двуликий. Один из тех, кому природа не позволяла скрывать вторую ипостась.

— Здравствуйте, — опустив руку, смущенно поздоровалась я.

Киан что-то сказал переводчику на незнакомом языке. В драконьих диалектах я разбиралась приблизительно, как в высшей магии, в смысле, вообще ничего не понимала. Переводчик между тем едва заметно поклонился и вышел из кабинета. Видимо, его попросили оставить нас наедине.

Дракон устремил в меня пробирающий взгляд и произнес:

— Рамейн?1[1]

Я покачала головой. Он заговорил на родолесском языке и снова получил отрицательный ответ. Попытался использовать еще парочку языков соседних с Валлеей королевств. В общем, довлел и раскатывал в паркет.

Методом подбора мы выяснили, что ничем, кроме валлейского, друг друга не порадуем. Он кивнул и молча указал рукой на приставной стол, похоже, смирившись, что нам придется изъясняться международным языком жестов.

— Честно, на валлейском я говорю в совершенстве, — заметила я.

— Без сомнений.

С чудовищным, между прочим, акцентом! Мелочь, а приятно. Хотя странно, наверное, источать надменность из-за владения родным языком.

Я устроилась за столом и положила сумку на стул рядом. Дракон уселся напротив, нас разделила широкая столешница. Он вытащил из внутреннего кармана тонкий серебристый тубус и протянул мне.

— Прочти.

Нахмурившись, я прикоснулась к вещице, и руку прострелило до локтя, словно дракон бился магическим током. Тубус со звоном выпал на стол, покатился к краю крышки и плюхнулся в мои шустро подставленные ладони.

— Простите. — Я смущенно покосилась на дракона, следившего за мной с непроницаемым видом, и развинтила тубус.

Внутри хранился свернутый в трубочку, пожелтевший от времени лист. Бумага оказалась пористой, очень старой. Текст был написан на двух языках: валлейском и драконьем. Внизу стоял полустертый отпечаток пальца и словно вчера поставленная печать с незнакомым гербом. Я пробежала взглядом по написанным неразборчивым почерком строчкам, пытаясь вникнуть в суть. Суть, надо признаться, отдавала маразмом.

В соглашении говорилось, что мой дед якобы спас от гибели какого-то драконьего владыку северного острова, и в благодарность наши семьи породнятся, как только появятся два разнополых ребенка.

— Это какая-то шутка? — спросила я.

— Это магический договор, — совершенно серьезно пояснил Киан. — Мы сделали… восстановили его из пепла. Я был удивлен, что этот…

Он на секунду прикрыл глаза, пытаясь подобрать слова.

— Документ еще имеет силу, — подсказала я. — Женитьба не входит в ваши планы?

— Входит, — не сводя с меня жутковатых, нечеловеческих глаз, опроверг он. — Кейрим2[2] обязан быть женатым, а я скоро стану кейримом.

На лицо полезла издевательская улыбка. Видимо, нервы сдавали. Ей-богу, головокружительные предложения о замужестве меня скоро доконают!

— Кейрим — это владыка? Вроде правителя?

— Острова Фьорет, — подсказал он.

Из уроков школьной географии я помнила, что, в отличие от южных и равнинных драконов, северные — жили на островах в Ледяном море. Названия этих островов запоминались с чудовищным скрипом, но Фьорет был изображен на карте крупной, вытянутой загогулиной с неровными краями и обеспечил мне «хорошо» на экзамене. В этот остров было легко попасть указкой.

— Впервые в жизни слышу о брачном договоре с драконом, — призналась я, откладывая подозрительную записочку. — Моего деда считали без вести пропавшим в драконьих землях. Я его видела только на портрете.

— Но договор есть, и он не даст мне соединиться… — Киан с досадой цыкнул, пытаясь подобрать слова, — жениться на другой женщине.

— А вы, выходит, пытались? — из чистого любопытства спросила я.

— Незачем. На руке появились брачные знаки с вашим именем.

— Заметные? — не удержалась я от ехидного замечания.

Он спокойно поднялся и вдруг начал расстегивать пиджак.

— Что вы делаете? — С тревогой я оглянулась к двери, практически уверенная, что сейчас войдет ректор и застукает нас на неловком моменте раздевания.

— Тебе любопытно увидеть знаки, — пояснил дракон, не сводя с меня взгляда, и — клянусь! — в этом самом взгляде была откровенная насмешка.

— Не настолько, чтобы вы скидывали одежду, — мгновенно покраснев, уверила его.

— Я готов показать.

— Честное слово, я вам верю! Иначе вас бы здесь не было.

Киан оставил в покое пиджак, но больше не сел. Пришлось задирать голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Он сложил руки за спину, отчего-то начав напоминать драконьего генерала. Выправка точно была как у боевого мага. Насмешка из глаз никуда не делась.

— Тебя разыскивали четри… — он глубоко вздохнул, видимо, недовольный невозможностью изъясняться свободно, — три месяца. Нашли седмицу назад. Я готов дать откуп за договор. Много денег. Откажись, метки исчезнут, мы навсегда разойдемся.

— А если нет, то вы женитесь на незнакомой девушке?

— Да.

Что сказать? Господа мужчины, вставайте в очередь. Я просила у высших сил послать любую помощь или хотя бы идею, как поступить. Даже привязала на древо желаний золотую ленточку, хотя отродясь в эту чушь не верю. И помощь пришла, откуда не ждали. Мне послали дракона, способного спалить огнем половину академии.

С другой стороны… кто посмеет преследовать супругу будущего владыки северного острова? Из двух чудовищ я выберу двуликого, привлекательного, статного и проживающего так далеко от Валлеи, что ни одна местная бестия не сможет дотянуться.

— Давайте поженимся, — резковато произнесла я и указала пальцем на договор. — Предков надо слушаться.

Киан казался невозмутимым, но уголок красивого рта дернулся.

— У тебя есть время подумать, Анна.

Да если бы!

— Я согласна на брак.

Внезапно на договоре, лежащем на столе, вспыхнули алым цветом печать и отпечаток пальца. Мгновением позже на руку словно плеснули кипятком. Охнув, я вскочила со стула и, проворно расстегнув манжету, подняла рукав платья. На предплечье ниоткуда появились крупные, словно вытатуированные символы на незнакомом языке.

Я испуганно посмотрела на дракона.

— Брачные письмена, — пояснил он.

— У вас они появились так же зрелищно? — растирая руку, скривилась я. — И что теперь?

Киан оторвал взор от татуировки, возникшей на моей коже.

— Очевидно, нас ждет свадебный обряд. — Он что-то еще присовокупил на своем диалекте. Похоже, выругался. Возможно, бранно.

— Когда?

— Торопишься, Анна? — усмехнулся Киан, не представляя на самом деле, насколько тороплюсь, просто бегу, задрав юбки и спотыкаясь на кочках. — Через две недели ты получишь диплом и покинешь Валлею. Все хлопоты я беру на себя.

Раз мы поженимся, то и официоз можно забыть? Заодно и дурные новости рассказать. Вряд ли он спалит огнем будущую жену. В смысле, надеюсь, что нет.

— В таком случае ты уже в курсе… — Я быстро облизнула губы и подняла на него взгляд. — Через две недели я как будто обязана выйти замуж здесь, в столице. В прошлом месяце моя матушка… мачеха подписала брачное соглашение с Виктором Беспределовым. И уже купила мне свадебное платье.

Пауза, последовавшая за моим признанием, была долгой и нервирующей. Никак жених пытался пережевать неприятную новость, но та увязала на зубах и склеивала челюсти.

— Повтори еще раз, — наконец прервал он молчание. — Ты быстро говорила, я не понял.

— Угу. — Я глубоко вздохнула и потерла переносицу. — Нам нужен переводчик с человеческого на драконий.

— Эсхирь, — уронил дракон. — Так называется северный диалект, и тебе придется его выучить.

— Непременно, — покладисто согласилась я. — А сейчас, пока я его собираюсь учить, давай позовем того господина. Дело важное, а он эсхирь знает.

Киан указал на стул и без особых реверансов распорядился:

— Садись и говори.

Властные интонации, прежде не возникавшие в голосе дракона, заставили меня слегка обалдеть. Похоже, он привык приказывать, и наверняка его слушались, но ведь никто не мешает призвать к практичности.

— Но может… — Я указала на дверь, намекая, на переводчика, запертого в приемной с неприветливой ректорской помощницей.

Дракон сложил руки на груди и выразительно изогнул брови.

— Поняла: медленно и простыми словами, — пробормотала я, усаживаясь обратно.

До недавнего времени мне было невдомек, что я по гроб жизни должна «благодетелю», но маменька Валентина просветила. Вернее, предъявила «мецената» лицом. Здоровья ей крепкого, многих лет жизни и благополучия (только подальше от меня, пожалуйста).

Она попросила приехать в дорогую ресторацию. Я думала, что Валентина решила запоздало отпраздновать мой день рождения и поразилась щедрости, а попала на собственную помолвку на троих. «Благодетель» был ростовщиком зрелого возраста, не принесшего ему принципов, только выеденную временем лысую проплешину. И эта лысина глупо блестела в свете лампы, висящей аккурат над головой.

Мачеха, холеная, надушенная тяжелым, как взгляд процентщика, ароматом, щебетала и казалась оживленной.

— Мы должны быть крайне благодарны Виктору! Последние два года он оплачивал твою учебу и все наши расходы.

Как папы не стало, так Виктор принялся неудержимо оплачивать наше содержание, а я пребывала в наивной уверенности, что меня обеспечивало наследство. Выходило, что даже платье, надетое на мне в тот вечер, было куплено за счет «мецената».

— Скоро я поступлю на службу магом-реставратором и верну деньги, — севшим голосом пообещала ему. — Не сразу, но постепенно верну.

— Да разве ж к лицу очаровательной девице думать о деньгах? — Он растянул губы в неприятной улыбке. — Что такое деньги? Пыль! А жена с академическим образованием — удачное вложение. Мы с твоей матушкой уже подписали брачное соглашение.

— Вы женитесь? — удивилась я.

Покосившись на нахмуренного «жениха», Валентина нервно рассмеялась и потрепала меня по стиснутому кулаку.

— Ты перепутала, Анна! Женитесь — вы.

— Но у тебя ведь тоже есть образование! — искренне возмутилась я.

В общем, этот Беспределов — одарили же боги говорящей фамилией! — жаждал в жены молоденькую девицу с высшим магическим образованием. Лучше немедленно, но — так и быть, — до вручения диплома подождет. Не зря ведь платил. А под конец ужасного знакомства он намекнул, чтобы я не смела сбегать — все равно разыщет и взыщет.

И время почти вышло.

Киан слушал внимательно, ни разу не перебил и не задал наводящих вопросов. Возможно, со второго раза понял каждое слово. Да меня так на экзаменах не слушали! Декан, помнится, и вовсе придремал, а я, без лишней скромности, отвечала блестяще.

— Все, — тихо подсказала дракону, когда рассказывать стало нечего, а он продолжал задумчиво на меня смотреть.

— Как ты назвала фамилию? — переспросил он.

— Беспределов.

— Она настоящая?

— Увы.

Губы Киана изогнулись в насмешливой улыбке. Он тихо хмыкнул и покачал головой, видимо, удивляясь, как ему досталась невеста с багажом из неприятностей. Однако со спокойной уверенностью предложил забыть об этой истории, получить диплом и приготовиться к переезду. Наверное, поблагодари я за помощь, это прозвучало бы издевательски.

— Иди теперь. — Киан кивнул на дверь. — Мне есть о чем поговорить с твоим ректором. Скоро встретимся, моя драгоценная невеста.

Повесив на плечо сумку, я протянула дракону руку:

— Обещаю, что не сбегу.

— Верю. — Он сжал мою ладонь горячими, неожиданно шероховатыми пальцами, и посмотрел в глаза. — У тебя в любом случае не получится, кайрими. Мы теперь крепко связаны.

***

В библиотеке между книжными стеллажами царила глухая тишина. Я остановилась напротив полок с тесно прижатыми фолиантами о драконьих землях. В академии бытовой магии изучение драконьих традиций или языков не входило в обязательные дисциплины, и отдел не пользовался особой популярностью.

Взгляд зацепился за золотистый корешок с черными литерами. «Двуликие бестии Хайдеса». Слышала, что этот атлас, переведенный на многие языки, составляла жена правителя южных драконов, известный родолесский профессор бестиологии. Вряд ли она выходила замуж за владыку, потому что из двух зол выбирала меньшее.

Перед мысленным взором появилось красивое, непроницаемое лицо моего будущего мужа: высокие скулы, крепко сжатые губы, нечеловеческие глаза. Он выглядел молодо, но что я, в сущности, знала о драконах? Возможно, ему сто с лишним лет, просто хорошо сохранился. Однако у Киана Йорна уже имелось одно неоспоримое достоинство: он не вызывал во мне желания броситься наутек или спрятаться под кровать.

— Как ты там меня назвал? Кирима? Кейри? — пробормотала я себе под нос и вытащила с полки словарь по эсхирю, как будто он мог чем-то мне помочь.

Из библиотеки я выходила с высокой стопкой учебников, увенчанной самоучителем по диалекту северных драконов. В нем за тридцать уроков клялись обучить языку. Увесистую пирамиду приходилось придерживать подбородком, чтобы дотащить до общежития. В дверях комнаты я проявила чудеса акробатики, протиснулась бочком и замерла в большом недоумении.

Вся моя одежда была вывалена из шкафа на кровать, а заплаканная соседка укладывала белую блузку в открытый дорожный сундук. При виде меня Ирина, обладательница пышных форм и длинной русой косы, замерла и громко шмыгнула носом.

— Мы съезжаем только через две недели, — напомнила я.

— Я думала, что этот страшный человек тебя увез и не дал собрать вещи! — Она зарыдала и уткнулась носом в блузку.

— Ростовщика больше нет, — заявила я и, кое-как прошмыгнув мимо сундука, пристроила книги на стол.

— Внезапно помер? — воскликнула подруга и ладонями шустренько стерла слезы с лица. — Счастье-то какое!

— Он жив и здоров. Не уверена, что таким и останется, конечно, — покачала я головой. — Но я больше не должна выходить за него замуж.

— Он передумал?! — охнула Ирина. — Взял и просто передумал?

— Ну что сказать… — Я растерянно почесала бровь, не особо понимая, как объяснить подруге стремительные изменения в брачных планах.

По дороге в ректорский кабинет сама была уверена, что найду там процентщика, передумавшего откладывать свадебный обряд до получения диплома, а встретила Киана Йорна.

— Прямо сейчас Беспределов не в курсе, что передумал жениться, — попыталась начать издалека, — но скоро узнает, потому что я выхожу замуж за владыку драконов. В смысле, он пока не правит, но это временно.

Возникла странная пауза. Ирина выронила блузку на дно сундука, уперла руки в мягкие бока и с грозным видом спросила:

— Какой дракон?

— Северный.

— Откуда он взялся?

— Очевидно, что с северных островов. Знаю, что звучит безумно, но нам завещали пожениться предки. Сегодня он пришел за мной, и я согласилась.

Расстегнув манжету, я продемонстрировала подруге брачные письмена на руке. Ирина громко сглотнула, потом покосилась на самоучитель по эсхирю, важно возлежащий на вершине книжной башни.

— Согласилась выйти замуж за дракона? — медленно вымолвила она. — С крыльями, зубами и со всем вот этим?

Подруга помахала рукой, намекая на метки.

— Не знаю, что насчет крыльев, но костюм на нем сидел обалденно! — со смешком ответила я и еще полчаса раз за разом пересказывала во всех подробностях встречу в ректорском кабинете. Заодно успела вернуть вещи обратно в шкаф, а сундук сложить и засунуть под кровать.

— Я придумала, кто сможет перевести, как он назвал тебя! Злата из седьмой комнаты на первом курсе учила эсхирь.

Подруга захлопнула учебник с транскрипциями на валлейском языке, в котором настырно разыскивала заковыристое слово.

— Она хорошо говорит на диалекте? — оживилась я, практически записав соседку по коридору в репетиторы. — Может, со мной позанимается?

Злата нашлась в столовой. Спокойно жевала булочку и запивала медовым чаем, читая учебник по металловедению. Когда мы уселись напротив, она едва не подавилась и промычала:

— Вы как будто булку хотите отобрать.

— Ты ведь знаешь язык северных драконов? — взяла на себя роль переговорщика Рина.

— Читаю со словарем, — прикрыв рот ладонью, пробубнила та с оттопыренной щекой.

В общем, репетиторство подрезалось на подлете.

— Словарь мы с собой принесли. — Не растерявшись, я вытащила из сумки потрепанный библиотечный томик и подвинула в ее сторону. — Можешь перевести слово?

— Ладно, но ты мне объяснишь восстановление магических свойств металлов. — Она повернула учебник и ткнула пальцем в заголовок. — Слышала, ты сдала практику на отлично. Завтра экзамен, а я в металлах, как ты — в эсхире.

Пришлось согласиться на наглый шантаж, но во время финальных экзаменов каждый выживал и скребся к диплому, как мог.

Злата отряхнула руки от крошек и скомандовала:

— Какое слово?

— «Кирима», — неуверенно произнесла я.

С большим любопытством мы с соседкой подвинулись к столу и, вытянув шеи, начали следить, как она с видом профессора иноземных языков выискивает в словаре перевод. Злата провела пальцем по столбику слов на диалекте, литеры которого представляли собой вытянутые закругленные загогулины со смотрящими в разные стороны хвостиками. Наконец палец замер.

— Корм, — категоричным тоном заявила она.

Я почувствовала, как меняюсь в лице.

— Ты уверена?

— Корм, снедь, пища, — зачитала Злата все варианты. И лучше вообще не сделала!

— Он что, хочет тебя съесть? — тихонечко спросила Ирина. — Может, зря сундук убрали? Наплевать на диплом. Беги, пока не стала кормом.

— Подожди записывать его в маньяки, — осекла я. — Злата, посмотри слово «кейри».

— Я тебе и без словаря переведу, — отмахнулась она. — «Кейри» — это «любимая».

Мы с Риной переглянулись в большой озадаченности. Между «кормом» и «любимой» была огромная разница. Да эти слова отделяла пропасть размером с космос!

— Интересно, что из этого он произнес? — с задумчивой миной пробормотала подруга.

— Хотелось бы мне знать…

Некоторое время я молчала, пытаясь осознать новые знания. Между тем Злату распирало от любопытства. Она покрутила головой и, нагнувшись к столу, громко прошептала:

— Васильева, где ты познакомилась с драконом? Мне нужно узнать это место! Вдруг там еще есть?

— В ректорском кабинете, — честно ответила я.

Злата одарила меня обиженным взглядом и захлопнула словарь, всем своим видом показывая, как сильно оскорбилась. Но не настолько, чтобы отказаться от бесплатного урока по металловедению с выпускницей реставрационного отделения, не раз попадавшей в первую десятку лучших студентов. В смысле, целых два раза! За пять лет учебы. Но на знание магических металлов рейтинги не влияли.

Вечером, толкаясь локтями за тесным письменным столом, мы сидели над учебниками и постигали разные науки. Я — искусство терпения, соседка по этажу — науку по восстановлению магических свойств. Мы обе находились на грани отчаянья. Ирина предпочла держаться от репетиторского занятия подальше и коварно слиняла заниматься в библиотеку.

— Нет, это просто возмутительно! — выкрикнула под дверью комендантша.

В коридоре весь вечер стоял такой гул, какого отродясь в общежитии не случалось, но резкий вопль заставил нас натуральным образом вздрогнуть.

— Госпожа Васильева, немедленно появитесь передо мной!

— Что там произошло? — Нахмурившись, я поднялась из-за стола, высунулась в коридор и носом едва не уперлась в стену из двух широких мужских спин.

Двое высоких, длинноволосых здоровяков перекрывали двери, не позволяя никому попасть внутрь комнаты. Правый темный, похожий на шкаф, левый — посветлее и тоже шкафообразной формы.

— В смысле? — Я с изумлением вытаращилась на живую стену. — Парни, вы кто?

Тот, что стоял справа, бросил хмурый взгляд над плечом и что-то сказал на эсхире. И мигом стало ясно, что проход заслонили два дракона, непонятно откуда взявшиеся в академическом общежитии.

— Простите, — пробормотала я и попыталась их развести руками.

Как ни странно, оба послушно разошлись в сторонки, открыв моему взору взбешенную, как дикая бестия, комендантшу. Она упирала руки в бока, едва не выпускала пар из расширенных ноздрей, а за ее спиной толпились помирающие от любопытства соседки по этажу.

— Госпожа Васильева! — угрожающе подняв указательный палец, взвизгнула комендант. — Конечно, меня предупредили, что с этого дня и до выпускного с вами будет охрана, но это же просто возмутительно!